БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

дело № 22-108/2019 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Белгород 11 февраля 2019 года

Апелляционный суд в составе: 

председательствующего - судьи Шемраева С.Н.,

при секретаре судебного заседания – Елисеевой Ю.В.,

с участием:

прокурора – Бессарабенко Е.Г.,

осужденного – ФИО1,

защитника – адвоката Белоусова А.Д.,

потерпевших – П., П.,

представителя потерпевших – адвоката Гулина М.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании от 11 февраля 2019 года уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Белгородского районного суда от 20 декабря 2018 года, которым 

ФИО1, не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к лишению свободы сроком на 2 года с отбыванием в колонии-поселения, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года.

Постановлено взыскать с ФИО1 в счёт компенсации морального вреда в пользу П. и П. по 800.000 рублей каждому.

Заслушав доклад судьи Шемраева С.Н., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Белоусова А.Д., поддержавшего жалобу, прокурора Бессарабенко Е.Г., потерпевших П., П. и их представителя адвоката Гулина М.А., полагавших приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 01.10.2016 года на территории Белгородского района при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал, пояснив, что ДТП произошло из-за существенного превышения скорости мотоциклистом, которого он не видел, и в сложившихся дорожных условиях не мог видеть.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, считая приговор суда незаконным и необоснованным, просит его отменить, вынести оправдательный приговор. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, приговор вынесен с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. Выводы суда о наличии вины в совершении преступления в форме преступного легкомыслия не подтверждаются доказательствами в судебном заседании. Вывод суда об отсутствии объективных данных о превышении погибшим П скоростного режима прямо противоречит доказательствам. Считает, что причиной ДТП является грубое нарушение установленного ПДД РФ ограничения скорости самим П, который также не имел права управления мотоциклами категории «А». Кроме того, никаких следов торможения на месте ДТП обнаружено не было. При осмотре места происшествия было установлено, что государственный регистрационный знак мотоцикла «Хонда» специально был замазан грязью, что ставит под сомнение показания свидетеля У о скорости их движения в пределах 100-110 км/ч. Свидетель У сам умышленно скрылся с места ДТП 01.10.2016 года, несмотря на то, что его показания имели бы существенное значение для сотрудников ГИБДД в части установления обстоятельств, предшествующих ДТП. Экспертом Ш. в заключении эксперта №43 от 02.02.2017 года была установлена скорость мотоцикла «Хонда» в момент столкновения 191,3-195,6 км/ч. При указанной скорости мотоцикла его удаление от места столкновения в момент начала манёвра разворота автомобиля «Рено Дастер» составляло 228 метров. Установленный экспертами Ш. и Л. угол столкновения транспортных средств (примерно 10 градусов) также подтверждает обстоятельства ДТП. Суд необоснованно отверг заключения экспертов Л. и Ш. №1937 от 01.12.2016 года, №43 от 02.02.2017 года, №1407 от 07.09.2017 года, а положил в основу обвинительного приговора заключения экспертов Д. и Р. №2511/7-1, № 2512/7-1 от 15.05.2017 года. Вывод суда первой инстанции о неоднозначности и противоречивости выводов экспертов Л. и Ш. не конкретизирован и не обоснован. Эксперты Д. и Р. уклонились от расчётов скорости мотоцикла, указав, что не представляется возможным исключить вероятность смещения стрелки тахометра в процессе внешнего ударного воздействия на нее. Кроме того, отсутствие заинтересованности экспертов Д. и Р. вызывает сомнения, поскольку, как подтвердили в судебном заседании потерпевшие, именно они за свой счет организовали приезд экспертов в г. Белгород и обратно в г. Воронеж. Суд, в нарушение ст.75 УПК РФ, положил в основу приговора недопустимое доказательство – заключения экспертов №2511/7-1, №2512/7-1 от 15.05.2018 года. Суд необоснованно отказал в назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы в целях установления скорости мотоцикла в момент ДТП 01.10.2016 года. Ходатайство стороны защиты о назначении дополнительной автотехнической экспертизы было рассмотрено в нарушении ч.2 ст.256 УПК РФ без удаления председательствующего в совещательную комнату и без вынесения отдельного постановления. Суд не принял во внимание тот факт, что потерпевший не имел навыков управления данным мотоциклом, так как приобрел его за несколько дней до ДТП. Судом при разрешении гражданских исков потерпевших о компенсации морального вреда не учтены положения гражданского законодательства, в том числе, его имущественное положение и грубую неосторожность потерпевшего. 

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Всесторонне и полно исследовав представленные сторонами обвинения и защиты доказательства и дав им надлежащую оценку в приговоре, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в преступлении, за которое он осужден.

Его действия квалифицированы правильно.

Так, в судебном заседании ФИО1 показал, что вечером 01.10.2016г. он на своём автомобиле «Рено Дастер» двигался по дороге в направлении г. Короча. В связи с тем, что он ехал в пос. Новосадовый, то повернул налево и заехал в специально отведённое для разворота место, соединяющее потоки движения во встречных направлениях. Некоторое время он пропускал двигавшиеся по главной дороге в сторону г. Белгорода автомобили, в том числе, двигавшийся с явным превышением допустимой скорости мотоцикл. Затем он увидел фары следующего транспортного средства, до которого было не менее 200 м. Посчитав, что успеет выполнить манёвр разворота, он выехал на дорогу, ведущую в сторону г. Белгорода и начал перестраиваться на правую полосу. Практически завершив маневр, он услышал какой-то хруст, а с правой стороны его автомобиля промелькнула черная тень и погас фонарь. Затем он увидел, что впереди него закачалась опора освещения, расположенная на правой обочине дороги. Он остановился и вышел из автомобиля. Он понял, что тенью был мотоциклист, который лежал в кювете без движения. Мотоцикл разлетелся на несколько частей, а его водитель погиб на месте. Предполагает, что мотоциклист при обгоне справа немного зацепил переднюю правую часть его автомобиля, не справился с управлением и врезался в фонарный столб. Он правил дорожного движения не нарушал.

Согласно сообщения, поступившего в ОМВД России по Белгородскому району в 19 часов 30 минут 01.10.2016г., в пос. Новосадовый около заправки ТНК произошло ДТП (т. 1 л.д. 4).

При осмотре места происшествия была зафиксирована обстановка на месте ДТП и расположение транспортных средств его участников, которые были осмотрены и изъяты. В ходе данного следственного действия установлено, что авария произошла в результате столкновения автомобиля «Рено-Дастер» и мотоцикла «Хонда» в пос. Новосадовый на 12 км автодороги «Белгород-Павловск» по ходу движения в сторону г. Белгорода. Автомобиль стоит параллельно асфальту на правой обочине, передней частью обращён в сторону г. Белгорода. Передний бампер автомобиля находится за ним и также на обочине. Мотоцикл, разбитый на части, расположен в правом кювете на расстоянии около 80 м впереди автомобиля (т. 1 л.д. 7-19).

В ходе осмотра данных транспортных средств, в том числе, и в судебном заседании, установлено, что мотоцикл существенно повреждён, разорван на 2 части, а многие его элементы отсутствуют. 

На месте происшествия при нажатии на ножную педаль переключения передач следователь определил, что на мотоцикле включена 4-я передача. На автомобиле отсутствовал только передний бампер, имелись незначительные повреждения в его передней правой части (т. 1 л.д. 101-105, 107-108).

При дополнительном осмотре места происшествия на следующий день после ДТП следователем изъяты фрагменты щитка приборов мотоцикла и его блок-фары (т. 1 л.д. 41-45).

В ходе осмотра указанных предметов установлено, что щитком приборов является цифровой тахометр мотоцикла с механической стрелкой, указывающей на цифру 12. Блок-фара находится в повреждённом состоянии с имеющимися в ней фрагментами полимерного стекла и цоколя галогеновой лампы (т. 1 л.д. 76-81).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, у П. была выявлена транспортная (мотоциклетная) травма, включающая в себя множественные переломы костей головы, грудной клетки и конечностей, а также разрывы и размозжения многих внутренних органов, в совокупности причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. От сочетанной травмы головы, шеи, туловища и конечностей и наступила смерть П. (т. 1 л.д. 87-93).

Из показаний свидетеля Б. следует, что он проживает рядом с заправкой ТНК в 

<

...> д.. Вечером 01.10.2016г. он находился во дворе своего дома и слышал звук 2-х разгоняющихся мотоциклов, которые двигались в сторону г. Белгорода. Он понял, что мотоциклы двигались с большой скоростью и с разницей в 20-25 секунд. Через некоторое время он увидел пошатнувшийся на автодороге фонарный столб и услышал характерный звук удара при ДТП. Он сразу побежал на место происшествия и увидел, что участниками ДТП явились мотоцикл и автомобиль «Рено Дастер». Автомобиль стоял за 30-40 м до столба, в который врезался мотоцикл; у автомобиля был повреждён или полностью отсутствовал передний бампер. Водитель автомобиля ему сообщил, что при развороте в сторону г. Белгорода он не увидел мотоциклиста, ехавшего по главной дороге, из-за чего и произошло ДТП. 

У. в судебном заседании показал, что 01.10.2016г. он вместе с П решил покататься на мотоциклах, так как заканчивался мотосезон. Вечером они ехали по автодороге «Белгород-Павловск» в сторону г. Белгорода. В пос. Новосадовый поток машин был плотный, поэтому с большой скоростью двигаться было невозможно. Он ехал со скоростью не более 115 км/ч, а Иван немного медленнее, поэтому отстал от него. При подъезде к г. Белгороду он остановился, чтобы подождать П, но водитель одного из проезжающего мимо автомобиля знаками показал ему вернуться. Он понял, что-то случилось, поэтому поехал в обратном направлении. Напротив заправки ТНК в пос. Новосадовый он увидел, что мотоцикл Ивана попал в ДТП и в сильно повреждённом состоянии находился в кювете. На месте аварии под некоторым углом к проезжей части стоял автомобиль «Рено Дастер», передняя часть которого располагалась на правой полосе для движения, а задняя – на левой. Передний бампер автомобиля находился на асфальте в 7-ми метрах впереди него. Также он заметил незначительные царапины на переднем правом крыле данной машины. От увиденного он находился в сильном стрессе, так как П не подавал признаков жизни. Он уехал с места происшествия. Утверждает, что на мотоцикле погибшего горели ходовые огни, которые включались автоматически при работающем двигателе. Мотоцикл П относился к спортивно-гражданскому типу, конструкция которого не позволяла резко маневрировать на большой скорости, поскольку он фактически управлялся не рулём, а наклоном тела водителя вправо-влево.

Л., проводивший расследование уголовного дела на начальном этапе, суду показал, что в день происшествия он осматривал место ДТП, однако вскоре уехал, дав поручение сотрудникам ДПС изъять вещественные доказательства, однако, его поручение выполнено не было. В ходе дополнительного осмотра места происшествия, проведенного рано утором на следующий день, он изъял с места ДТП фрагмент щитка приборов и блок-фару от мотоцикла «Хонда». Кроме того, при последующем осмотре мотоцикла он попытался определить, какая скорость была на нём включена в момент аварии. Для этого он стал нажимать на педаль переключения передач. Как ему показалось, произошло 4 щелчка, что соответствовало 4-й скорости, что он и зафиксировал в протоколе, но это не точно, поскольку он не специалист. Ввиду неоднозначных выводов Белгородских экспертов-автотехников относительно обстоятельств данного ДТП, им было удовлетворено ходатайство представителя потерпевших – адвоката Гулина о назначении повторной автотехнической экспертизы в Воронежский региональный центр судебной экспертизы. 

По уголовному делу было проведено несколько автотехнических экспертиз.

Так, в соответствии с заключением автотехнической экспертизы № 1937 от 1.12.2016г. автомобиль и мотоцикл столкнулись на проезжей части автодороги «Белгород-Павловск» по направлению к г. Белгороду, причём угол между продольными осями транспортных средств в момент первоначального контакта был около 10+-5 градусов.

Механизм ДТП эксперт описал следующим образом:

мотоцикл двигался по 12 км автодороги в сторону г. Белгорода, а автомобиль – в обратном направлении. Когда автомобиль стал совершать манёвр разворота, траектории транспортных средств пересеклись.

Первоначальный контакт произошёл между передней правой частью автомобиля и левой частью мотоцикла. После этого мотоцикл выехал на обочину, где, двигаясь к конечному местонахождению, контактировал с выступающей частью бетонного фундамента опоры освещения. Автомобиль, вероятно, продвинулся на некоторое расстояние и занял конечное положение, зафиксированное в материалах дела (т. 1 л.д. 117-125).

При дополнительной экспертизе (№ 43 от 2.02.2017г.), эксперт сделал вывод, что скорость движения мотоцикла, при условии режима работы двигателя на 12.000 об/мин и на 4-й передаче, составила величину 191,3-195,6 км/ч (т. 2 л.д. 5-17).

Проводивший данные исследования эксперт Ш. в суде пояснил, что скорость мотоцикла он определил исходя из данных, предоставленных ему следователем: в мотоцикле была включена 4-я передача, а его двигатель работал на 12.000 оборотах в минуту; при этом уточнил, что, исходя из специфики конструкции тахометра мотоцикла, в результате аварии его показания могли быть изменены.

В связи с возникновением по делу дополнительных вопросов, имеющих существенное значение для дела, в то же экспертное учреждение (ЭКЦ УМВД России по Белгородской области) была назначена ещё одна дополнительная автотехническая экспертиза (№ 1407 от 7.09.2017г.) Эксперт уточнил, что место столкновения транспортных средств находится на границе правой полосы проезжей части и обочины по направлению к г. Белгороду, а минимальная средняя скорость мотоцикла составляла величину около 181,3+-173,0 км/ч, что было определено по имеющейся в деле приборной панели мотоцикла (т. 3 л.д. 11-27).

Эксперт Л. в судебном заседании пояснил, что он не исследовал сами транспортные средства, а ограничился лишь имеющимися в деле их фотографиями. Также он заявил, что достоверно скорость мотоцикла можно определить лишь в том случае, если его тахометр содержит объективные данные.

08.02.2018г. следователем по ходатайству представителя потерпевших в Воронежский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции РФ была назначена дополнительная автотехническая экспертиза.

Согласно выводам экспертов, до столкновения автомобиль находился на разделительной полосе автодороги «Белгород-Павловск» для осуществления левого разворота в сторону г. Белгорода, а мотоцикл осуществлял прямолинейное движение по указанной дороге в направлении г. Белгорода; в какой-то момент водитель автомобиля приступил к выполнению манёвра разворота и выехал на проезжую часть дороги, предназначенной для движения в сторону г. Белгорода. В пределах правой полосы данной дороги, в продольном направлении до начала образования вещественной обстановки в виде осыпи «осколков стекла и пластика», он правой угловой частью автомобиля допускает столкновение с левой боковой частью кузова мотоцикла, приближающегося справа; в момент первоначального контактного взаимодействия транспортных средств, их продольные оси располагались под некоторым острым углом; после первичного контакта мотоцикл выезжает на правую (по ходу его движения) обочину, где происходит его контакт с фундаментом опоры электроосвещения, разрушение задней подвески мотоцикла и её отделение от рамы. Автомобиль в это время завершает манёвр разворота, о чём свидетельствует его конечное расположение на правой обочине, зафиксированное в схеме места ДТП.

Непосредственно осмотрев мотоцикл, а также исследовав фото переднего бампера и самого автомобиля, к тому моменту восстановленного, эксперты пришли к выводу, что показания ФИО1 о месте столкновения транспортных средств и их расположении в тот момент на проезжей части технически не состоятельны. 

Учитывая отсутствие на месте происшествия следов торможения, бокового скольжения, юза и т.п., эксперты не смогли рассчитать даже минимально возможные значения скорости мотоцикла. Автотехники отметили, что применить методику определения скорости по числу оборотов двигателя они не смогли, так как не знали фактического значения оборотов двигателя на момент ДТП, а также передаточного числа трансмиссии (какая из передач коробки переключения была включена в данный момент). Этот вывод основан на том, что на момент осмотра мотоцикла рычаг переключения передач был деформирован и ограничен в своём передвижении элементами конструкции транспортного средства, в связи с чем, не происходило выбора и переключения передач коробки. Панель приборов в результате столкновения была отделена от мотоцикла и перемещалась отдельно, что не исключало вероятность смещения стрелки тахометра в процессе внешнего ударного воздействия на неё (т. 3 л.д. 65-73). 

Согласно выводам суда, представленная стороной защиты информация из различных экспертных учреждений о возможности определения скорости транспортного средства при наличии его тахометра с зафиксированным показанием оборотов в минуту и заблокированной в момент ДТП на определённой скорости коробки передач, не опровергает выводов экспертов Д и Р.

Суд пришел к выводу, что экспертизы, проведённые в ЭКЦ УМВД России по Белгородской области, были поручены недостаточно компетентными специалистами – старшим экспертам Ш. и Л.

В основу приговора суд взял выводы экспертов Воронежского регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции РФ Д. и Р., поскольку они основаны на обоснованных результатах исследований и содержат исчерпывающие ответы на поставленные вопросы. Экспертиза проведена уполномоченными на то высококвалифицированными специалистами.

Достоверность доказательств, положенных судом в основу приговора, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Между тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым признать все проведенные по уголовному делу экспертные заключения не противоречащими друг другу, явных расхождений между ними не имеется.

При этом, исходя из всех обстоятельств дел, суд апелляционной инстанции считает необходимым не руководствоваться выводами экспертов в части определения скорости движения мотоцикла на основании показаний тахометра на шкале приборов, а также на основании показаний следователя Л. о 4-й передаче на коробке скоростей мотоцикла «Хонда».

Суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора суждение суда о взятии в основу приговора заключения экспертов Воронежского регионального центра судебной экспертизы Д. и Р. и об исключении как доказательств экспертиз, проведенных в ЭКЦ УМВД России по Белгородской области старшими экспертами Ш. и Л..

Апелляционный суд признает достоверными заключения всех экспертиз в части механизма столкновения мотоцикла «Хонда» и автомобиля «Рено Дастер», который имел место под некоторым острым углом – по касательной, что подтверждается дальнейшим движением мотоцикла по обочине в течение 30-40 метров пока он не врезался в столб уличного освещения.

Столкновение мотоцикла и автомобиля произошло на правой полосе движения, когда «Рено Дастер» завершал маневр поворота.

Давая свою оценку проведенным по делу судебным автотехническим экспертизам, апелляционный суд исходит из необходимости не принимать во внимание установленную экспертами скорость движения мотоцикла по показаниям тахометра и 4-й передаче скоростей.

Апелляционный суд признает несостоятельными выводы суда, основанные на заключении Воронежских экспертов, в части признания недостоверными данных, полученных в ходе следственных экспериментов с участием ФИО1 02.11.2016 и 13.06.2017.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными выводы экспертов Воронежского регионального центра судебной экспертизы Минюста РФ в части признания недостоверными данных, полученных в ходе следственного эксперимента с участием водителя ФИО1 13.06.2017 года.

Данные выводы эксперты сделали, сославшись на неправильное указание ФИО1 места расположения его автомобиля в момент столкновения.

Между тем, место столкновения установлено при осмотре места происшествия и схемой к нему, чем и должны были руководствоваться эксперты и не игнорировать при этом данные следственного эксперимента, в ходе которого установлено время движения автомобиля «Рено Дастер» от разделительной полосы до места столкновения с мотоциклом «Хонда» под управлением П..

Месторасположение автомобиля «Рено Дастер» устанавливается объективными данными, зафиксированными при осмотре места ДТП, а не показаниями ФИО1, хотя последний и не скрывал факт передвижения своего автомобиля после столкновения.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав все исследованные по делу доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что скорость движения мотоцикла «Хонда» под управлением потерпевшего П. перед столкновением транспортных средств явно превышала максимально допустимую.

При этом апелляционный суд принимает во внимание следующие доказательства.

Из показаний осужденного ФИО1 следует, что, управляя автомобилем «Рено Дастер», для выполнения маневра «поворот налево», чтобы следовать в сторону г. Белгорода, он стоял на специально отведенном месте на разделительной полосе и пропускал все транспортные средства, следовавшие со стороны Корочи в сторону Белгорода. Увидев, что до ближайших фар транспортного средства было не менее 200 метров (более 3-х пролётов между столбами уличного освещения), он стал выполнять поворот, двигаясь по дуге. При завершении маневра его автомобиль скользящим ударом в правую часть переднего бампера зацепил своей левой передней частью мотоцикл «Хонда» под управлением П., после чего мотоциклист проследовал прямо по обочине, где примерно через 30-40 метров врезался в столб уличного освещения. Мотоцикл при этом разлетелся на несколько частей на расстояние до 70-ти метров, мотоциклист отлетел в кювет. Он был мёртв.

Расстояние между столбами уличного освещения составляет 60 метров.

ФИО1 имеет 40 лет водительского стажа, при отсутствии аварийных дорожно-транспортных происшествий.

При осмотре места ДТП установлено отсутствие тормозного пути, то есть мотоциклист П. даже не предпринимал меры для торможения.

О том, что мотоцикл под управлением П. двигался с превышением максимально допустимой скорости свидетельствуют показания ФИО1 о скорости движении мотоциклиста У (друга П.), которого осужденный пропустил перед выполнением поворота.

Номер мотоцикла «Хонда» под управлением П. был замазан грязью, несмотря на то, что погода была сухая.

По показаниям свидетеля Б. о большой скорости мотоциклов (под управлением У и П) свидетельствовал рёв их двигателей: вечером 01.10.2016г. он находился во дворе своего дома и слышал звук 2-х разгоняющихся мотоциклов, которые двигались в сторону г. Белгорода. Он понял, что мотоциклы двигались с большой скоростью и с разницей в 20-25 секунд. Через некоторое время он увидел пошатнувшийся на автодороге фонарный столб и услышал характерный звук удара при ДТП.

На возникновение ДТП повлиял факт отсутствия у потерпевшего навыков управления таким скоростным мотоциклом как «Хонда», который он приобрёл за три дня до происшествия, не имея права управления транс портными средствами категории «А».

Согласно заключению автотехнической экспертизы №1937, в условиях места ДТП остановочный путь технически исправного мотоцикла «Хонда» при скорости его движения 90 км/час, то есть при соблюдении скоростного режима, составляет 78 метров.

При наличии данных следственного эксперимента от 02.11.2016 года о времени движения автомобиля «Рено Дастер» от раздельной полосы до места столкновения, равное 3,7 сек., 4,0 сек., 4,2 сек., эксперт определил удаление мотоцикла «Хонда» в момент возникновения опасности до автомобиля «Рено Дастер» - 105 метров. 

Данные, полученные в ходе следственного эксперимента, объективно подтверждаются данными протокола осмотра места происшествия.

С учетом данных экспертизы, а также принимая во внимание, что расстояние между столбами уличного освещения составляет 60 метров, а расстояние до светящихся фар ближайшего транспортного средства составляло более трёх пролётов между столбами уличного освещения, то есть примерно 200 метров, как следует из показаний ФИО1, то скорость мотоцикла «Хонда» под управлением потерпевшего П. явно превышала максимально допустимую на данном участке автодороги.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что сомневаться в достоверности показаний ФИО1 оснований не имеется, данные показания не опровергнуты.

При таких данных апелляционный суд считает необходимым признать обстоятельством, смягчающим наказание осужденного, явное превышение потерпевшим П. максимально допустимой скорости движения в момент столкновения транспортных средств.

Вместе с тем, превышение скорости движения потерпевшим не состоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

Именно нарушение осужденным ФИО1 правил дорожного движения явилось причиной ДТП, - не убедившись в безопасности своего манёвра, ФИО1 выехал на крайнюю правую полосу дороги, ведущей в г. Белгород, где, в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 8.1 и 8.8 Правил дорожного движения РФ, не уступил дорогу ехавшему в сторону г. Белгорода и имеющему преимущество в движении мотоциклу «Хонда» г/н 

<

***> регион под управлением П., в результате чего произошло столкновение транспортных средств, повлекшее смерть потерпевшего.

С учетом признания смягчающим обстоятельством явное превышение скорости движения потерпевшим назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы подлежит смягчению.

Также подлежит уменьшению размер компенсации морального вреда и снижению срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Из материалов дела видно, что органами следствия и судом каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Дело рассмотрено судом в полном соответствии с принципом состязательности сторон, которым были предоставлены равные права в представлении доказательств.

Доводы жалобы о незаконности назначения и проведения повторной автотехнической экспертизы в Воронежском региональном центре судебной экспертизы суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Таким доводам судом дана надлежащая оценка в приговоре.

Являются несостоятельными и доводы жалобы о том, что ходатайство стороны защиты о назначении дополнительной автотехнической экспертизы было рассмотрено, в нарушении ч.2 ст.256 УПК РФ, без удаления в совещательную комнату и без вынесения отдельного постановления. 

В соответствии с указанной нормой закона, суд удаляется в совещательную комнату лишь при удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

П О С Т А Н О В И Л :

приговор Белгородского районного суда от 20 декабря 2018 года в отношении ФИО1 изменить, исключить из приговора суждение суда о взятии в основу приговора заключения экспертов Воронежского регионального центра судебной экспертизы Д. и Р. и об исключении, как доказательств, экспертиз, проведенных в ЭКЦ УМВД России по Белгородской области старшими экспертами Ш. и Л..

Признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, явное превышение потерпевшим П. максимально допустимой скорости движения в момент столкновения транспортных средств.

Назначенное ФИО1 по ст. 264 ч. 3 УК РФ наказание в виде лишения свободы смягчить до одного года 8 месяцев с отбыванием в колонии-поселения.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, снизить до двух лет 6 месяцев.

Взысканный с ФИО1 размер компенсации морального вреда в пользу потерпевших П. и П. снизить до 600.000 рублей каждому.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу удовлетворить частично.

Председательствующий: Шемраев