дело № 12-312-19

РЕШЕНИЕ

г. Тюмень 18 апреля 2019 года

Судья Калининского районного суда г. Тюмени Пискулина Е.В.,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: 

<

адрес>, проживающей по адресу: 

<

адрес>, ранее привлекавшейся к административной ответственности за однородные правонарушения: 03.07.2018 года по ч. 2 ст. 12.12 КоАП РФ, наказание не исполнено,

на постановление мирового судьи судебного участка № 1 Калининского судебного района г. Тюмени от 25 марта 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях,

установил:

постановлением мирового судьи ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях, и подвергнута административному наказанию в виде штрафа в размере 30000 руб. в доход государства с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

С постановлением мирового судьи не согласна ФИО1, которая просит постановление отменить, признать протокол об отстранения от управления транспортным средством 72 АО 380626, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения 72 ВТ 207395, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 72 АН № 443772, протокол о задержании транспортного средства 72 АК № 359821, протокол об административном правонарушении 72 ВВ 081754 незаконными доказательствами, производство по делу прекратить в связи с отсутствием события и состава административного правонарушения и недоказанностью ее вины.

Жалобу мотивирует тем, что требование инспектора ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования являлось незаконным, а потому она могла его не выполнять, поскольку при его предъявлении инспектор обязан строго соблюдать все положения законодательства о порядке направления водителей на медицинское освидетельствование, нарушение хотя бы одного из них делает незаконной всю процедуру, то есть инспектор не имел никаких законных оснований для отстранения водителя от управления транспортным средством, а потому не мог в дальнейшем проводить освидетельствование на месте и требовать пройти медицинское освидетельствование. 

Кроме того, ФИО1 считает, что на основании п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ мировой судья должен был вынести определение о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела должностному лицу, составившему протокол, для устранения противоречий относительно внесенных в него изменений.

Кроме того, автор жалобы считает, что у инспектора ФИО5 не было законных оснований предъявлять ей требование пройти освидетельствование на состояние опьянения и пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, поскольку она не управляла транспортным средством, у нее не было при себе водительского удостоверения, паспорта, других документов, на момент приезда сотрудников ДПС ее автомобиль не осуществлял движение. По ее мнению, возбудить дело и составить протокол мог только инспектор, которым непосредственно было обнаружено нарушение либо при наличии в деле рапорта инспектора, который реально видел событие нарушения. В деле имеются два рапорта инспекторов ДПС ФИО5 и ФИО4 двух разных экипажей о том, что каждым из них была осуществлена остановка транспортного средство под ее управлением, а также имеется рапорт инспектора ДПС ФИО6 о том, что он тоже осуществил остановку транспортного средства. По мнению заявителя, это дает основание усомниться в том, что авторы рапортов вообще видели человека, управлявшего транспортным средством, что транспортное средство осуществляло движение, обстоятельства в рапортах данных сотрудников указаны противоречиво, место остановки транспортного средства указано некорректно. Показания данных сотрудников в суде первой инстанции также противоречивы, из них нельзя установить, была ли остановка транспортного средства, кто управлял транспортным средством в момент его движения, место совершения правонарушения. Заявитель считает, что суд нарушил положения ст. 26.11 КоАП РФ, не приняв показания инспектора ФИО6, а установил приоритет показаний инспектора ФИО4. То есть, по мнению ФИО1, из материалов дела невозможно безусловно установить факт остановки транспортного средства и то обстоятельство, что она являлась водителем, поскольку в материалах дела отсутствует рапорт от лица, непосредственно наблюдавшего управление водителем транспортным средством. По имеющимся в материалах дела рапортам невозможно установить должностное лицо, осуществившее остановку транспортного средства и была ли эта остановка, время, место и событие правонарушения, указанные в протоколе об административном правонарушении предположительны, субъект правонарушения не определен, событие правонарушения не установлено надлежащим образом, а значит отсутствует.

ФИО1 считает, что инспектором ФИО5 была нарушена процедура направления на медицинское освидетельствование. По ее мнению, протокол об отстранении от управления транспортным средством № 72 АО 380626 составлен с нарушениями закона, поскольку он может составляться только в отношении лица, которое управляет транспортным средством и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, а ФИО1 указывает, что не управляла транспортным средством, движение оно не осуществляло. Отстранение проводилось в отсутствие понятых с применением видеозаписи, которой в материалах дела не имеется. Имеющаяся запись, по мнению автора жалобы, должна быть исключена из числа доказательств, так как получена с нарушением закона. Понятые по вызову мирового судьи не явились, что ставит под сомнение их существование и наличие на момент составления протокола. В протоколе неверно указаны время, место, основания отстранения от управления, не указаны сведения о транспортном средстве и о лице, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении. ФИО1 указывает, что протокол об отстранении от управления транспортным средством составлялся в ее отсутствие, протокол содержит неоговоренные с ней исправления в части даты ее рождения, в протоколе отсутствует место для ее подписи, ей не предложили расписаться о разъяснении процессуальных прав, подписать и получить копию протокола об отстранении, копия указанного протокола не была вручена ей на месте – она получила ее по почте. По мнению автора жалобы, при наличии данных нарушений, все последующие действия инспектора также становятся незаконными.

Как указывает в своей жалобе ФИО1, инспектор ДПС ФИО5 в отсутствие понятых и без применения видеозаписи сразу предложил ей проехать на медицинское освидетельствование, а когда она отказалась, начал составлять протокол об отказе от прохождения освидетельствования и предложил ей пройти освидетельствование на месте. ФИО1 утверждает, что не отказывалась от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, согласилась пройти его, и инспектор начал составлять акт, который, в случае отказа водителя от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не составляется. Его наличие, по мнению ФИО1, подтверждает, что она не отказывалась от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. В отсутствие понятых и видеозаписи ей был дан аппарат, она дунула в трубку – экран показал отсутствие содержания спирта в выдыхаемом воздухе, но инспектору это не понравилось, и он не отразил результаты в акте и попытался написать в акте, что она отказалась. Используемое техническое средство измерения, как указывает ФИО1, не имело принтера, инспектор ФИО5 не проинформировал ее о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения, не показал целостность клейма, не предоставил сертификат на прибор. Сотрудник предложил ей второй раз пройти освидетельствование в присутствии понятых, которых, как указывает автор жалобы, она не видела. Она отказалась, потому что требование инспектора пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения уже выполнила, кроме того, инспектором уже был нарушен порядок: первым требованием инспектора было пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а уже потом ей дважды было предложено пройти освидетельствование на месте.

Акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения № 72 ВТ 207395, по мнению ФИО1, составлен с нарушениями закона, содержит неточности и противоречия, его наличие говорит о том, что она не отказывалась от прохождения освидетельствования Акт содержит неоговоренные исправления, неверно указано место составления акта, время проведения освидетельствования указано некорректно, прибор, указанный в акте, не соответствует видеозаписи, не обеспечивает возможности записи результатов исследования на бумажном носителе, акт был досоставлен в отсутствие ФИО1, в нем не отражены результаты проведенного освидетельствования, копия указанного акта не была ей вручена на месте, а направлена по почте. Видеозапись, которая имеется в материалах дела, по мнению ФИО1, должна быть исключена из числа доказательств, так как получена с нарушением закона, понятые по вызову суда не явились, что ставит под сомнение их существование и наличие на момент составления акта. При таких нарушениях, все последующие действия инспектора также незаконны.

Кроме того, по мнению автора жалобы, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения №72 АН 443772 также составлен с нарушениями закона, содержит неточности и противоречия с другими доказательствами: ей было предложено инспектором пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а не просто опьянения, что не образует состав, предусмотренный ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, неверно указано место составления протокола, протокол содержит неоговоренные исправления, а место рождения лица указано неверно, не указаны сведения о транспортном средстве, неверно указан регион в строке государственный регистрационный знак, имеет нечитаемые данные о признаке опьянения, не подчеркнуто основание для направления на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а только обведена цифра 1, не зафиксирован отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не указано место направления на медицинское освидетельствование, из всех признаков опьянения, подчеркнутых в ее копии протокола об отстранении, остался только один – запах алкоголя изо рта, неправильно указано время направления на освидетельствование, протокол составлялся в отсутствии понятых, которые подписали его не читая, копия протокола ей не была вручена на месте, а отправлена по почте, в протоколе отсутствует место для подписи лица, направляемого на медицинское освидетельствование, протокол ею не подписан и составлен в ее отсутствие.

Автор жалобы указывает, что инспектор ДПС ФИО5 дважды предлагал ей пройти медицинское освидетельствование: один раз без видеосъемки и понятых, второй раз – с применением видеозаписи, тогда как закон предусматривает, что каждое процессуальное действие производится однократно.

Кроме того, ФИО1 утверждает, что, в нарушение закона, в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование не указаны сведения об отсутствии документов у водителя, а также сведения об официальном источнике информации, с помощью которого в этом случае должностным лицом установлена личность водителя транспортного средства, в протоколе не указано, что велась видеозапись.

Также, по мнению ФИО1, протокол о задержании транспортного средства № 72 АК 359851 составлен с нарушениями закона, так как невозможно определить время составления протокола, сведения о транспортном средстве указаны неверно, поскольку непонятен номер региона в государственном регистрационном знаке, место составления протокола указано некорректно, не указаны сведения о лице, в отношении которого применена указанная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении – город проживания, год рождения, протокол составлен в отсутствие понятых и в отсутствие ФИО1, видеозапись не велась, он не подписан лицом, в отношении которого применена указанная мера, в протоколе отсутствует запись об отказе ФИО1 от подписания протокола, она не отказывалась от получения копии протокола, его копия не была ей вручена на месте, а направлена почтой.

Как указывает автор жалобы, протокол об административном правонарушении 72 ВВ № 081754 составлен с нарушениями закона, содержит неточности и противоречия с другими доказательствами: место совершения административного правонарушения указано некорректно, составить данный протокол мог только инспектор, которым непосредственно было обнаружено нарушение, либо при наличии в деле рапорта инспектора, который реально видел событие нарушения, не понятно каким образом была установлена личность лица, привлекаемого к административной ответственности, не изложены обстоятельства административного правонарушения, не указано, куда двигалось транспортное средство, кто еще находился в транспортном средстве, их объяснения, кто осуществлял управление транспортным средством, неверно указан государственный регистрационный знак автомобиля. Кроме того, по мнению ФИО1, вменяемое ей деяние не подпадает под состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, поскольку требование инспектора звучало не так, как предусматривает данная норма законодательства: ей было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Также протокол составлен неразборчиво, инспектор ДПС ФИО5 не выяснил, имеют ли место обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 при составлении протокола об административном правонарушении не были разъяснены ее права, протокол составлен в ее отсутствие, отсутствуют записи о применении мер обеспечения производства по делу, в протоколе имеются неоговоренные исправления. ФИО1 была лишена предоставленных законом гарантий защиты ее прав, поскольку не могла квалифицированно возражать и давать объяснения по существу внесенных изменений в процессуальные акты.

Также автор жалобы указывает, что она не была опрошена инспектором ДПС, отметки о проведении ее допроса в протоколе нет, хотя она доказывала, что не управляла транспортным средством. Вместо этого в протоколе указано, что она отказалась от дачи объяснений, однако ФИО1 утверждает, что протокол был составлен в ее отсутствие. В протоколе об административном правонарушении отсутствует ее подпись в ознакомлении с протоколом и отсутствует запись о том, что она отказалась от подписи в ознакомлении с протоколом, не указано, что она отказалась от дачи объяснений, возможность ознакомления с протоколом ей не была предоставлена, в ее копии протокола не указан регистрационный номер по подсистеме «Административная практика», в оригинал протокола внесены не оговоренные с ней изменения – номер к-1 4085. Копия протокола ей не вручалась, отметки в документах об этом не имеется.

По мнению автора жалобы, поскольку в материалах дела отсутствует рапорт от лица, непосредственно наблюдавшего управление водителем автомобилем и по имеющимся в материалах дела рапортам невозможно установить должностное лицо, осуществившее остановку транспортного средства, и была ли эта остановка, то время, место и событие правонарушения в протоколе об административном правонарушении указаны лишь предположительно, субъект правонарушения не определен, событие правонарушения не установлено надлежащим образом, что является существенным недостатком протокола.

Кроме того, ФИО1 утверждает, что при проведении указанных выше процессуальных действий понятых не видела, не присутствовала в момент подписания ими процессуальных документов, как они писали свои объяснения, они к ней не подходили и не могли ее видеть, а также почувствовать запах алкоголя изо рта. На видеозаписи видно лицо одного понятого, второй человек в капюшоне не определяется. Также понятым не были зачитаны их права и обязанности, предусмотренные ст. 25.7 КоАП РФ, а также права и обязанности, предусмотренные ст. 25.6. КоАП РФ. Ответы понятых на видеозаписи слышны не во всех случаях, кроме того, инспектору отвечал женский голос, но в процессуальных документах оба понятых оказались мужчинами.

Объяснения понятых содержат неточности и противоречия между собой и с другими доказательствами и обстоятельствами произошедшего: некорректно указано место, где понятые давали объяснения, они начаты в 01 час 33 минуты, а в тексте объяснений уже указаны события, которые произошли в 01 час 50 минут, в преамбуле объяснений указано, что инспектор, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, получил объяснения от понятого, опрошенного в качестве свидетеля, но, поскольку дело по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ подлежит рассмотрению мировым судьей и инспектор ДПС не имел право опрашивать понятых в качестве свидетелей, текст объяснений заранее напечатан инспектором на бланке, в нем уже было пропечатано, что осуществлено отстранение от управления, имелись признаки опьянения, отказ от освидетельствования на месте, записи «записано с моих слов верно мною прочитано», также не должно там быть, не указан город, где были взяты объяснения, не указаны данные инспектора, который пригласил их в качестве понятых, они были приглашены для проведения освидетельствования на состояние опьянения, хотя такого процессуального действия КоАП РФ не содержит. ФИО1 непонятно из объяснений, запах чего имеется изо рта, название технического средства не соответствует названию средства в видеозаписи, а также названию средства в акте освидетельствования. Неверно указаны сведения о транспортном средстве, признаки опьянения не соответствуют признакам, указанным в протоколе об отстранении от управления транспортным средством, предложения инспектора о прохождении освидетельствования не соответствуют имеющимся на видеозаписи.

Как указывает автор жалобы, мировой судья принял решение вызвать в качестве свидетелей понятых, указанных в процессуальных документах, и отложил судебное заседание, в итоге, понятые не явились к мировому судье, отсутствовали доказательства надлежащего и заблаговременного вызова их к судье, а также отсутствовали доказательства уважительных причин их неявки, что, по мнению ФИО1, поставило под сомнение реальность их существования. При этом мировым судьей не было принято решение о принудительном приводе двоих понятых. То есть все меры к всестороннему, полному и объективному рассмотрению дела мировым судьей не были приняты, чем суд лишил ее права на всестороннее, полное и объективное рассмотрение дела.

Кроме того, ФИО1 в своей жалобе ставит под сомнение законность видеозаписи, имеющейся в материалах дела об административном правонарушении. По ее мнению, данная запись не отражает действительность, обрезана и в начале и в конце, была получена с нарушениями закона, противоречит иным материалам дела и не может быть использована судом в качестве доказательства ее виновности, поскольку она (ФИО1) не была уведомлена об использовании видео- и звукозаписывающей аппаратуры, на ней видно лицо одного парня, второй человек в капюшоне не определяется, видно, что понятым не были зачитаны их права и обязанности, предусмотренные ст. 25.7 КоАП РФ, а также права и обязанности, предусмотренные ст. 25.6. КоАП РФ, что ФИО1 не были зачитаны права, предусмотренные ст. 25.1. КоАП РФ, понятые ее не видят, не могут определить наличие запаха алкоголя изо рта. Техническое средство измерения не имеет принтера, его наименование не соответствует указанным в акте освидетельствования и объяснениях. На видеозаписи видно, что процессуальные документы не составляются, на ней видно, что инспектор не информирует водителя о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения, не показана целостность клейма, что инспектор предложил пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а не просто опьянения, запись неожиданно прерывается. Кроме того, на видеозаписи слышно, что ФИО1 отказалась подписывать процессуальные документы, какие непонятно, при этом они не предлагались ей в заполненном бумажном виде, не предлагалось подписать графу о разъяснение процессуальных прав, подписать и получить копии протоколов, дать свои объяснения, в том числе и по содержанию протоколов. Кроме того, по мнению автора жалобы, инспектор не мог одновременно вести видеозапись и составлять протокол. То есть, по мнению автора жалобы, видеозапись как доказательство ее виновности не может быть использована судом и должна быть исключена из числа доказательств обвинения, однако отдельные сведения из видеозаписи, на которые она ссылается в подтверждение своей невиновности, могут быть приняты судом как доказательство подтверждения ее доводов.

Кроме того, ФИО1 считает, что она была лишена гарантий на справедливое судебное разбирательство, поскольку не велся протокол судебного заседания, ходатайство о ведении которого она была вправе заявить, что не было ей разъяснено мировым судьей, а отказ суда в ведении протокола должен был быть оформлен в виде мотивированного определения.

Кроме этого, как утверждает автор жалобы, мировой судья, не дал ей воспользоваться правом, данным ст. 51 Конституции РФ: ей задавались вопросы, но, когда она хотела воспользоваться данной нормой, мировой судья говорил, что она не имеет права не отвечать. Мировым судьей не была дана оценка всем ее доводам и доказательствам, а также не были исключены доказательства, полученные с нарушением закона.

Также автор жалобы считает, что во всех процессуальных документах ее фамилия написана неразборчиво.

В судебном заседании ФИО1 доводы жалобы поддержала в полном объеме, просила отменить постановление мирового судьи по основаниям, изложенным в жалобе. Также пояснила, что техническое средство измерения, указанное в акте освидетельствования, не зарегистрировано в реестре. 

Выслушав ФИО1, изучив доводы жалобы и материалы дела об административном правонарушении, считаю жалобу не подлежащей удовлетворению в связи с нижеследующим.

В соответствии со ст. 30.6 КоАП РФ, при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяются законность и обоснованность вынесенного постановления. Судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

Согласно п. 2.3.2 ПДД РФ, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В соответствии с ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Как усматривается из материалов дела, 09 декабря 2018 года в 01 час 50 минут на 

<

адрес> водитель ФИО1, управлявшая транспортным средством – автомобилем «Форд Фокус» государственный регистрационный знак №, в нарушение пункта 2.3.2 ПДД РФ не выполнила законное требование инспектора ДПС о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Достаточным основанием полагать, что водитель ФИО1 находилась в состоянии опьянения, явилось наличие у нее признака опьянения (запах алкоголя изо рта), указанного в пункте 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 (л.д. 1).

От прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 отказалась, в связи с чем, была направлена сотрудником ДПС ГИБДД на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (л.д. 3, 4).

Направление водителя ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинскую организацию было осуществлено должностным лицом ДПС ГИБДД в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ в присутствии двух понятых (л.д. 4).

Вместе с тем, водитель ФИО1 не выполнила законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Поскольку от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1 отказалась, то уполномоченным должностным лицом органа ГИБДД был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Факт управления ФИО1 при наличии у нее признаков опьянения транспортным средством и ее отказ от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения подтверждается собранными по делу доказательствами, в том числе: сведениями, изложенными в протоколе 72 ВВ № 081754 об административном правонарушении от 09 декабря 2018 года (л.д. 1); протоколом 72 АО 380628 об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством от 09 декабря 2018 года (л.д. 2); актом 72 ВТ № 207395 освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения от 09 декабря 2018 года (л.д. 3); протоколом 72 АН № 443772 о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование от 09 декабря 2018 года (л.д. 4); письменными объяснениями понятых ФИО2, ФИО3 (л.д. 6, 7); рапортами инспектора ДПС взвода № 1 батальона № 2 в составе полка ДПС ГИБДД УМВД России по Тюменской области ФИО4 и инспектора ДПС взвода № 1 батальона № 2 в составе полка ДПС ГИБДД УМВД России по Тюменской области ФИО5 (л.д. 8, 9); показаниями свидетелей сотрудников ГИБДД ФИО6, ФИО5, ФИО4 в судебном заседании у мирового судьи (л.д. 89–90) и другими материалами дела.

Объективных данных, ставящих под сомнение вышеуказанные доказательства, в деле не содержится, с жалобой заявителем не представлено.

Оценив представленные доказательства всесторонне, полно, объективно в их совокупности, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, мировой судья пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Доводы жалобы о том, что ФИО1 транспортным средством не управляла, что кто-либо из сотрудников полиции не видел факт управления ФИО1 транспортным средством, несостоятельны и опровергаются доказательствами, исследованными мировым судьей, в том числе показаниями сотрудников ГИБДД ФИО5 и ФИО4, которые пояснили, что автомобиль под управлением ФИО1 был остановлен сотрудником ГИБДД ФИО4.

Указание ФИО1 на то, что инспектор ДПС ФИО5 дважды предлагал ей пройти освидетельствование, в первый раз – без понятых и видеозаписи, об отрицательном результате первого освидетельствования, голословно и не подтверждается материалами дела. Также не имеет обоснования ее указание на то, что в акте освидетельствования на состояние опьянения содержатся сведения о том, что ей предложили пройти освидетельствование после того, как составили акт, поскольку в нем указано время 01 час 30 минут, которое согласуется со временем отстранения от управления транспортным средством.

Доводы жалобы о наличии противоречий в показаниях сотрудников ГИБДД несостоятельны, и таковые судом второй инстанции не установлены, поскольку свидетель ФИО4 видел, как ФИО1 управляла транспортным средством, о чем пояснил в суде первой инстанции. Свидетели ФИО6 и ФИО5 в судебном заседании у мирового судьи пояснили, что приехали к месту остановки автомобиля под управлением ФИО1 позже и не участвовали в его остановке, а также сотрудники указали, кто был с ней в автомобиле, как она себя вела при остановке транспортного средства, какие признаки алкогольного опьянения у нее имелись, а также тот факт, что она представилась чужим именем. Мировым судьей после допроса данных свидетелей достоверно установлено, кто именно остановил машину под управлением ФИО1, устранены противоречия в рапортах сотрудников. 

Мировым судьей справедливо отмечено, что решение Калиниского районного суда г. Тюмени от 04 марта 2019 года в отношении ФИО1 по ч. 2 ст. 12.3 КоАП РФ, на которое она ссылается, не содержит прямых доказательств тому, что она не управляла транспортным средством, и не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего дела.

Показания свидетелей ФИО5, ФИО4, ФИО6 последовательны и согласуются с иными материалами дела, мировым судьей при допросе им были разъяснены процессуальные права, и они были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ, у сотрудников полиции оснований для оговора ФИО1 не имелось. Выполнение должностными лицами своих служебных обязанностей само по себе не является основанием полагать, что они заинтересованы в исходе дела.

Указанные показания свидетелей также подтверждены данными протоколов об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, о направлении на медицинское освидетельствование, согласно которым указанные меры обеспечения производства по делу были применены к ФИО1 именно как к водителю транспортного средства, при этом каких-либо замечаний или возражений относительно данного обстоятельства ФИО1 в документах не сделала и не указала, что не управляла транспортным средством, несмотря на то, что имела такую возможность.

Таким образом, мировым судьей достоверно установлен факт управления ФИО1 транспортным средством.

Как следует из материалов дела, основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование явился именно ее отказ пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, при наличии у нее признаков опьянения, что согласуется с положениями ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ и п. 3 Правил освидетельствования.

Пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 отказалась, что подтверждается видеозаписью, исследованной в судебном заседании у мирового судьи, никаких реальных действий для выполнения требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования не предприняла. Данный момент четко запечатлен на имеющейся видеозаписи, а потому довод заявителя о ее фрагментарном характере, о неполноте отраженных в ней действий (составление процессуальных документов, разъяснение понятым их прав и обязанностей, лиц понятых и т. п.) не принимается во внимание судом второй инстанции.

Вопреки доводам жалобы, протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования лица на состояние алкогольного опьянения, протокол о направлении на медицинское освидетельствование, составлены в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ, подписаны понятыми ФИО2 и ФИО3, чьи личности были установлены сотрудниками полиции на основании их водительских удостоверений, которые удостоверили в протоколах факт совершения в их присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты, указали в процессуальных документах свои персональные данные, замечаний относительно составления данных документов, понятые не выразили.

Сведений о том, что сотрудники ГИБДД как-либо препятствовали участию понятых в производстве процессуальных действий, прочтению ими протоколов и объяснений, записанных с их слов, не объяснили им, совершение каких процессуальных действий они удостоверяют своими подписями, не разъяснили им их права и обязанности, в материалах дела не имеется. Указание ФИО1 на то, что понятые были допрошены о событиях, которые на тот момент еще не произошли, не соответствует материалам дела, поскольку инспектором они были допрошены об остановке транспортного средства, об отказе ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования, то есть о событиях, произошедших до 01 часа 50 минут, тогда как дача объяснений ФИО2 и ФИО3 была окончена в 02 часа.

Доводы жалобы заявителя о нечитаемости записей, имеющихся в процессуальных документах, некорректности отображения места и времени совершения административного правонарушения, наличии посторонней отметки на протоколе об административном правонарушении (№ в системе административной практики, необходимый для внутреннего пользования в органах МВД), о внесении изменений в процессуальные документы, о некорректности требований сотрудника, предложившего ей пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а не просто опьянения, об отсутствии у поверенного и сертифицированного прибора для проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения устройства для вывода информации на бумажный носитель, о том, что в копии протокола об отстранении от управления транспортным средством имеется больше признаков опьянения, чем в оригинале и других процессуальных документах и т. п., по мнению суда второй инстанции, лишены всякого обоснования, и направлены на то, чтобы опорочить доказательства, полученные в соответствии с законом и объективно подтверждающие виновность ФИО1 в совершении административного правонарушения. Более того, ее пояснения относительно состояния прибора для проведения освидетельствования не имеют отношения к делу, поскольку ФИО1 вменяется отказ от прохождения медицинского освидетельствования.

Имеющиеся в материалах дела доказательства, каждое из которых обладает признаками относимости, допустимости и достоверности, в своей совокупности явились достаточными для полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела, а также для обоснованного вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Нарушений процессуальных норм при рассмотрении дела об административном правонарушении и вынесении постановления по делу об административном правонарушении не допущено.

Ссылка в жалобе на то, что в процессуальных документах отсутствует указание на применение видеосъемки и на неуведомление лица, привлекаемого к административной ответственности, об ее проведении, что, по мнению заявителя, является существенным нарушением, влекущим отмену постановления, несостоятельна и основанием к отмене состоявшегося по делу решения не является. 

Протокол об административном правонарушении составлен в соответствии со ст. 28.2 КоАП РФ, в нем отражены все сведения, необходимые для разрешения дела и предусмотренные ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, установлен факт отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования. Права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ, ФИО1 разъяснены, однако, она от подписи во всех процессуальных документах отказалась, о чем имеются соответствующие записи в протоколах и акте освидетельствования. Доводы о том, что данные документы составлялись в ее отсутствие, явно надуманны и объективно ничем не подтверждены.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении мировым судьей требования ст. ст. 24.1, 26.1 КоАП РФ выполнены. Дело рассмотрено с соблюдением правил подсудности в соответствии с требованиями ст. 29.5 КоАП РФ.

В обжалуемом постановлении имеются все сведения, предусмотренные ст. 29.10 КоАП РФ, отражено событие правонарушения, квалификация деяния, приведены обстоятельства, установленные при рассмотрении дела, доказательства, исследованные в судебном заседании. Каких-либо данных, которые могли бы вызвать сомнение в объективности и беспристрастности мирового судьи при принятии решения по настоящему делу, в представленных материалах не имеется. 

При производстве по делу ФИО1 в полном объеме воспользовалась своими процессуальными правами, заявляя ходатайства, обосновывая свою позицию по делу. Таким образом, ФИО1 не была лишена возможности реально защищать свои права и законные интересы. Нарушений гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КоАП РФ прав, в том числе права на защиту, не усматривается. Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в ст. ст. 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Доводы ФИО1 о том, что мировой судья вынуждал ее отвечать на вопросы, когда она решала воспользоваться правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, являются голословными и ничем не подтверждаются – напротив мировым судьей ей было разъяснено ее право не свидетельствовать против себя самой, о чем имеется ее расписка на л.д. 22.

Также суд не усматривает нарушений права ФИО1 на защиту при вынесении постановления без допроса у мирового судьи свидетелей ФИО2, ФИО3, ФИО7, поскольку мировым судьей предпринимались меры к их вызову, однако они в судебное заседание не явились, их дальнейшая неявка привела бы к затягиванию рассмотрения дела об административном правонарушении по существу, а потому дело было рассмотрено в их отсутствие, с согласия ФИО1, как следует из постановления мирового судьи. Оснований ставить этот факт под сомнение у суда второй инстанции не имеется.

Довод ФИО1 о необходимости ведения протокола судебного заседания при рассмотрении дела об административном правонарушении у мирового судьи и необходимости вынесения мотивированного определения об отказе в удовлетворении ходатайства о ведении протокола судебного заседания, суд второй инстанции также не принимает во внимание, поскольку статья 29.8 КоАП РФ подразумевает обязательное ведение протокола рассмотрения дела об административном правонарушении коллегиальным органом. При рассмотрении дела об административном правонарушении в суде ведение протокола судебного заседания может осуществляться по ходатайству участников производства по делу об административном правонарушении, однако в материалах дела отсутствуют сведения о том, что такое ходатайство кем-либо заявлялось мировому судье в порядке ст. 24.4 КоАП РФ. Разъяснение же данного права участникам процесса не входит в обязанности мирового судьи при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Таким образом, производство по делу проведено в полном соответствии с требованиями действующего административного законодательства, постановление мирового судьи соответствует требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, является законным и обоснованным.

Постановление о назначении ФИО1 административного наказания за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, вынесено мировым судьей в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел. Оснований для возвращения протокола об административном правонарушении в порядке п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ для устранения противоречий суд второй инстанции не усматривает.

При назначении ФИО1 административного наказания мировым судьей требования статей 3.1, 3.5, 3.8, 4.1 - 4.3 КоАП РФ соблюдены. Наказание назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и справедливым.

Таким образом, доводы жалобы ФИО1 не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого постановления, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы мировым судьей, и получили надлежащую правовую оценку, соответствующую требованиям ст. 26.11 КоАП РФ.

Обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, предусмотренных ст. 24.5 КоАП РФ, не установлено.

Вместе с тем суд второй инстанции считает технической ошибкой мирового судьи указание времени совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях в 01 час 30 минут 09 декабря 2018 года и считает необходимым внести изменения в постановление мирового судьи.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 30.6, 30.7, 30.8 Кодекса РФ об административных правонарушениях, 

решил:

постановление мирового судьи судебного участка № 1 Калининского судебного района г. Тюмени от 25 марта 2019 года в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях изменить: считать временем совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об административных правонарушениях 01 час 50 минут 09 декабря 2018 года.

В остальной части постановление мирового судьи судебного участка № 1 Калининского судебного района г. Тюмени от 25 марта 2019 года оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в порядке надзора, кассационному обжалованию не подлежит.

Судья подпись Е.В. Пискулина

Подлинник решения Калининского районного суда г. Тюмени подшит в дело № 12-312-19 (5-135/2019/1м) и хранится у мирового судьи судебного участка № 1 Калининского судебного района г. Тюмени.

Е.В. Пискулина