Дело № 2-1985/2017 г.

Р Е Ш Е Н И Е

 (не вступило в законную силу) 

Именем Российской Федерации

21 сентября 2017 года.

Черновский районный суд г.Читы

в составе председательствующего Ман-за О.В., 

при секретаре Лобановой Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Чите, в помещении суда, гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности,

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванными исковыми требованиями, ссылаясь на следующее:

Приговором Черновского районного суда г.Читы он, ФИО1, был оправдан в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Указанный приговор 07 ноября 2016 года вступил в законную силу. В результате незаконного уголовного преследования он лишился работы, т.к. до возбуждения уголовного дела работал водителем такси. Незаконное уголовное преследование привело к ухудшению его здоровья настолько, что ему установлена группа инвалидности. Он долгое время находился на подписке о невыезде, в связи с чем, был лишен полноценного общения с родными, подвергался незаконным принудительным приводам ид оставлениям в органы следствия. Даже после вынесенного оправдательного приговора в отношении него, прокурором Читинской транспортной прокуратуры был обжалован приговор, что дополнительно наносило ему моральные страдания. Считает, что моральный вред был причинен ему незаконным обыском, поскольку у следователя ФИО2 не было никаких законных оснований для обращения в суд ходатайством о производстве обыска. По его мнению, не было законных оснований о следователя подвергать его принудительному приводу, т.к. он находился на больничном, ему был прописан постельный режим, о чем был поставлен в известность следователь. В результате незаконного преследования пострадала его репутация и имидж, как честного водителя такси, в связи с чем, был расторгнут договор с БНН об использовании автомашины, на которой он работал 

<

данные изъяты>. 

Просит суд взыскать за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в его пользу в сумме 1000000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал полностью и пояснил аналогичное вышеизложенному, дополнив, что инвалидность установлена ему впервые 18 февраля 2016 года. Считает, что инвалидность вызвана незаконным уголовным преследованием. Официально трудоустроен он не был, никакого трудового договора не заключал. Кроме этого, он просит учесть, что понес существенные моральные страдания в результате попытки принудительного привода к следователю, т.к. он не отказывался приходить к следователю по повесткам, в это время находился на излечении дома, ему был прописан постельный режим. Незаконное уголовное преследование продолжалось в течение 11 месяцев. Также незаконное привлечение его к уголовной ответственности за совершение преступления, избрания в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении пострадали его деловая репутация и имидж как честного человека. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ Дума, действующая на основании доверенности в суде исковые требования признала частично и пояснила, что право истца на предъявление требований о компенсации морального вреда, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности она не оспаривает, однако, не согласна с заявленной суммой компенсации морального вреда. Истцом не представлено доказательств того, что ухудшение состояния его здоровья произошло из-за незаконного привлечения его к уголовной ответственности. Незаконность производства обыска ничем не подтверждена. Необоснованной считает ссылку истца на лишение его работы, т.к. истец не подтвердил, что он состоял в трудовых отношениях. 

Представитель третьего лица Забайкальской краевой прокуратуры ФИО3, действующая на основании доверенности, в суде исковые требования признала частично и пояснила, что из материалов дела следует, что уголовное преследование в отношении истца продолжалось в течение нескольких месяцев, мера пресечения в виде подписки о невыезде продолжалась также в течение 11 месяцев. Указанные обстоятельства имеют значение для определения размера морального вреда. Вместе с тем, она, не согласна с размером компенсации морального вреда, считает его слишком завышенным, доводы истца о потере работы, незаконном обыске никакими доказательствами не подтверждены. Также не представлено доказательств тому, что ухудшение состояние его здоровья произошло из-за незаконного привлечения его к уголовной ответственности. 

Выслушав объяснения истца, его представителя, представителей ответчика и третьего лица, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему:

Статьей 53 Конституции Российской Федерации определено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии с п. п. 34, 35, 55 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УПК РФ) реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ).

Частью 2 ст. 133 названного Кодекса установлено, что право на реабилитацию, в том числе, на возмещение вреда, имеют лица, по уголовным делам в отношении которых был вынесен оправдательный приговор.

Согласно положениям статей 133 и 134 применение реабилитации в конкретном деле является результатом принятия в рамках уголовного судопроизводства решения, снимающего с лица, выдвинутые против него обвинения, - оправдательного приговора, постановления (определения) о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в связи с отсутствием события или состава преступления, в связи с непричастностью лица к совершенному преступлению и по иным основаниям.

Согласно пункту 3 части второй статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что право на реабилитацию имеют лица, в отношении которых уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 вышеуказанного Постановления при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В силу статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и подтверждается материалами дела, 01 сентября 2014 года следователем СО Читинского ЛО МВД России на транспорте ШИА в отношении неустановленного лица возбуждено уголовного дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, л.д.

25 ноября 2015 года в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, л.д.

Постановлением следователя СО Читинского ЛО МВД России на транспорте СЕВ мера пресечения подписка о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 была отменена, л.д. 

Постановлением следователя СО Читинского ЛО МВД России на транспорте СЕВ ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, л.д.

12 января 2016 года в отношении ФИО1 постановлением следователя избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, л.д.

Приговором Черновского районного суда г.Читы от 20 сентября 2016 года ФИО1 оправдан в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена. ФИО1 разъяснено его право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, причиненного уголовным преследованием в соответствии с главой 18 УПК РФ, л.д.

Апелляционным постановлением Забайкальского краевого суда от 07 ноября 2016 года приговор Черновского районного суда г.Читы от 20 сентября в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения, л.д. 

Таким образом, уголовное преследование в отношении ФИО1 продолжалось в течение 11 месяцев, в течение такого же времени истец находился на подписке о невыезде.

В связи с тем, что в отношении ФИО1 незаконно осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации он имеет право на компенсацию морального вреда, который подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации.

Не оспаривая самого факта незаконного преследования в отношении истца, представители ответчика и третьего лица согласны на удовлетворение требований в части взыскания компенсации морального вреда, однако в меньшем размере, чем заявлено в исковых требованиях.

Поскольку факт незаконного привлечения к уголовной ответственности истца по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации достоверно установлен, приведенные выше нормы закона в данном случае императивно предусматривают право истца на компенсацию морального вреда.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований истца, поскольку факт незаконного уголовного преследования в отношении истца ФИО1, привлечение его в качестве обвиняемой по уголовному делу, безусловно, нарушил личные неимущественные права истца, принадлежащие ему от рождения.

Нарушение данных неимущественных прав причинило истцу нравственные страдания, поскольку он не мог не переживать и не испытывать чувство унижения и стыда по поводу того, что подвергался уголовному преследованию, поэтому моральный вред, причиненный истцу в результате незаконного уголовного преследования, подлежит возмещению.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства дела, влияющие на размер возмещения вреда, в том числе характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, поскольку ФИО1 имел процессуальный статус обвиняемого в совершении преступления.

Так, при определении суммы компенсации морального вреда, суд исходит из тяжести предъявленного обвинения, кроме того, уголовное преследование значительное время ограничивало права ФИО1 на свободное и беспрепятственное передвижение.

Также суд при разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда учитывает фактические обстоятельства по делу, в том числе, характер и объем обвинения, основания, по которым был оправдан истец, продолжительность судопроизводства по уголовному делу, виды и формы следственных действий в период предварительного расследования, продолжительность и вид избранной меры пресечения, личности истца, его индивидуальных особенностей, характера причиненных нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием, требования разумности и справедливости. 

Указания представителя ответчика об отсутствии доказательств моральных страданий, возникших в результате привлечения к уголовной ответственности, суд отклоняет, поскольку причинение морального вреда лицу, незаконно обвиняемому в совершении преступления (уголовного деяния) и подвергшегося незаконному осуждению в виде лишения свободы, - общеизвестный факт и дополнительному доказыванию в соответствии со ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит.

Вместе с тем, суд не может согласиться с доводами истца о том, что он получил физические страдания в виде установления группы инвалидности, в связи с расследованием уголовного дела, поскольку причинно-следственной связи между уголовным преследованием и ухудшением состояния здоровья не установлено. 

Кроме этого, необоснованными суд находит доводы истца о незаконности производства обыска, поскольку доказательств этому в суд не представлено. 

Не может суд согласиться со ссылкой истца на то, что в связи с незаконным уголовным преследованием, последний потерял работу, поскольку как установлено в судебном заседании, официально истец нигде трудоустроен не был. 

При таких обстоятельствах, суд считает возможным определить сумму компенсации морального вреда в 100000 рублей, которая подлежит взысканию с Министерства финансов РФ в пользу истца ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 194, 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 100000 (сто тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда в течение одного месяца через Черновский районный суд г.Читы.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 25 сентября 2017 года.