дело № 2-10/19

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Омск «20» августа 2019 года

Судья Омского областного суда Исаханов В.С.,

с участием государственных обвинителей Мурастовой А.В., Земляницина Е.И., Рябухи А.М.,

адвоката Бабичевой И.А.,

подсудимой ФИО1,

потерпевшего Ш-д П.Н..,

при секретарях Рошу А.А., Поляковой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, 

<

...>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, п. «г» ч. 2 ст. 158, пп. «в,д,к» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 похитила принадлежащие Ш-д Н.И. денежные средства путем присвоения и кражи, после чего с целью сокрытия преступлений совершила его убийство при следующих обстоятельствах:

В 2015 году Ш-д Н.И., являясь безграмотным и пребывая в пожилом возрасте, попросил знакомую ФИО1 выступать его доверенным лицом при получении пенсии. После того как та дала согласие, 

<

...> потерпевший выдал нотариальную доверенность №№ 

<

...>, предоставляющую подсудимой право получения денежных средств по его счету в отделениях ПАО 

<

...>. 

Начиная с этого времени ФИО1 в отделениях ПАО 

<

...>: № № 

<

...> по адресу: 

<

...>, № № 

<

...> по адресу: 

<

...> ежемесячно получала пенсию потерпевшего, составлявшую более 20 000 рублей, используя эти деньги как на Ш-д Н.И., так и с его согласия в личных целях.

В марте 2017 года потерпевший попросил подсудимую ежемесячно откладывать часть пенсии в сумме 5 000 рублей на похороны. Однако ФИО1 решила эти деньги похитить и в период с марта 2017 по октябрь 2018 года указанные суммы не откладывала, а действуя с единым умыслом, присваивала, расходуя на личные цели. Таким образом, ФИО1 похитила принадлежащие потерпевшему денежные средства в сумме 100 000 рублей.

<

...> между ООО «

<

...>» и Ш-д Н.И. был заключен договор, по условиям которого Общество обязалось осуществить действия, направленные на получение потерпевшим страховой выплаты в связи с гибелью его сына Ш-д Н.Н.. Кроме того, потерпевший заключил договор с ФИО1, согласно которому он предоставлял ей право на получение указанной выплаты. 

<

...> подсудимая в центре ООО «

<

...>» по адресу: 

<

...> получила причитавшуюся Ш-д Н.И. страховую выплату - 237 500 рублей, часть которой была потрачена по указанию последнего. Оставшиеся деньги в сумме 177 300 рублей ФИО1 передала на хранение П-ко Т.М. проживавшей по адресу: 

<

...>. При этом, зная, что потерпевший не разрешал ей распоряжаться указанными денежными средствами, ФИО1 действуя с корыстной целью, решила их похитить. 

С этой целью в период с 

<

...> по 

<

...> подсудимая, действуя с единым умыслом, по частям забрала и присвоила хранившиеся у П-ко Т.М. денежные средства в сумме 127 300 рублей, объясняя это необходимостью расходования в интересах потерпевшего. Кроме того, 19.03.2018 в отделении ПАО 

<

...> № № 

<

...> по адресу: 

<

...> ФИО1 по указанию Ш-д Н.И., а также с целью создания видимости принятия мер к сохранности денежных средств потерпевшего, из суммы страховой выплаты внесла на его банковский счет 50 000 рублей. В последующем, действуя в продолжение своего умысла, используя ранее выданную от имени Ш-д Н.И. нотариальную доверенность, предоставлявшую возможность совершения операций по счету, ФИО1 19.04.2018 и 10.05.2018 двумя частями сняла и присвоила указанные средства. Таким образом, подсудимая присвоила принадлежащие Ш-д Н.И. денежные средства в общей сумме 177 300 рублей.

<

...> в вечернее время ФИО1, находясь в доме Ш-д Н.И. по адресу: 

<

...>, решила похитить имевшиеся у него деньги. С этой целью, дождавшись когда Ш-д Н.И. уснет, она подошла к нему из кармана надетой на потерпевшем футболки тайно похитила 5000 рублей, которыми распорядилась по своему усмотрению.

<

...> около 18 часов между ФИО1 и Ш-д Н.И. произошел конфликт из-за того, что последнему стало известно о том, что подсудимая, нарушив ранее достигнутую между ними договоренность о сохранении части пенсионных денежных средств последнего для погребения, похитила их и израсходовала на личные нужды.

ФИО1, понимая, что потерпевший обратится в правоохранительные органы, не желая быть привлеченной к уголовной ответственности за хищение, с целью сокрытия ранее совершенного преступления, решила совершить его убийство путем поджога. При этом она понимала, что этот способ совершения преступления является особо мучительным для Ш-д Н.И., а сам он в силу пожилого возраста и неудовлетворительного состояния здоровья не сможет оказать сопротивления, то есть находится в беспомощном состоянии.

С целью осуществления задуманного в тот же вечер у себя она дома налила 0,3 литра бензина в бутылку и пришла в дом Ш-д Н.И. по адресу: 

<

...>. Обнаружив, что потерпевший спит, ФИО1 вылила на его одежду бензин, рассчитывая, что он воспламенится, когда Ш-д Н.И. решит растопить печь, и это будет выглядеть как несчастный случай. После этого она покинула дом потерпевшего.

<

...> в ночное время ФИО1 пришла к дому Ш-д Н.И. и обнаружила, что желаемые ею последствия в виде смерти не наступили. С целью доведения преступного умысла до конца в эту же ночь она у себя дома налила еще около 0,3 литра бензина в бутылку и вернулась к жилищу Ш-д Н.И., проникнув в дом через окно.

Там она подошла к спящему на диване Ш-д Н.И. и облила ему бензином лицо, шею, а также одежду в области груди, живота, конечностей. От этого потерпевший проснулся, встал с дивана, подошел к печи в кухне. ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, вылила остатки бензина на одежду, подожгла спичку и бросила ее в Ш-д Н.И., от чего бензин воспламенился. После этого подсудимая покинула место преступления.

<

...> в дневное время ФИО1, желая убедиться в наступлении смерти Ш-д Н.И., пришла к его дому. Увидев в окно потерпевшего сидевшего на полу с многочисленными ожогами, подсудимая, понимая, что он находится в беспомощном состоянии и самостоятельно не обратится за медицинской помощью, а также, что он испытывает особые страдания от полученных повреждений, ушла, не предпринимая каких-либо мер к оказанию ему медицинской помощи. 

<

...> в дневное время ФИО1 вновь пришла в дом Ш-д Н.И.. Понимая, что в силу крайне тяжелого состояния здоровья он не сможет рассказать об обстоятельствах преступления, подсудимая вызвала фельдшера. 

С полученными повреждениями потерпевший был госпитализирован в лечебное учреждение. В результате действий подсудимой Ш-д Н.И. были причинены термические ожоги пламенем 3-4 степени лица, шеи, груди, живота, конечностей площадью 90 %, ожог верхних дыхательных путей, которые повлекли тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, привели к развитию ожогового шока, дистрофическим изменениям внутренних органов и явились непосредственной причиной смерти 15.11.2018.

Допрошенная в судебном заседании подсудимая ФИО1 изначально заявила о полном признании вины в краже, присвоении и убийстве. Однако в ходе дальнейшего судебного заседания изменила свою позицию, указав, что вмененных преступлений не совершала. Деньги в сумме 5 000 рублей у Ш-д она не брала, пенсию и страховые выплаты не присваивала, потерпевшего не убивала. 

По обстоятельствам дела пояснила, что ранее она сожительствовала с сыном Ш-д Н., но через некоторое время тот умер. Начиная с этого времени она стала ухаживать за потерпевшим – стирала, готовила, покупала продукты. Поскольку Ш-д не умел писать и имел проблемы со здоровьем, в 2015 году он оформил на ее имя доверенность с правом получения причитающихся денежных средств, в том числе, пенсии. Изначально они вместе ездили в банк, расположенный в 

<

...>, где она через кассира-операциониста снимала пенсию. Эти деньги она отдавала потерпевшему, однако тот не хотел их брать, говорил, чтобы она распоряжалась ими сама. В ходе последующего допроса ФИО1 пояснила, что согласно договоренности с потерпевшим получаемые деньги она сразу должна была вносить на сберкнижку, а еще чуть позже – что деньги она отдавала потерпевшему, но тот возвращал их ей и просил положить на счет по 3-5-10 тысяч рублей. Далее она пояснила, что из получаемой пенсии 5 000 рублей шло на содержание Ш-д, остальную часть она оставляла себе, так как потерпевший говорил ей, чтобы она брала столько денег, сколько захочет. По просьбе Ш-д она стала ежемесячно откладывать 3 000 рублей на похороны, переводя эти деньги на сберкнижку. 

В связи со смертью сожителя потерпевшему была выплачена страховая выплата. Она получила эти деньги и передала на хранение П-ко. При этом они договорились, что половину этих денег она положит на сберкнижку, а вторую половину потратит на себя и Ш-д. Часть этой суммы - 50 000 рублей она внесла на счет, чтобы отложить на похороны. Чуть позже она сняла их, так как нужно было платить за электричество и покупать продукты. Также с этих денег она покупала себе еду и одежду, приобретала для потерпевшего тушу барана за 6-7 тысяч. 

В этот период она стала злоупотреблять спиртным, у нее появилась алкогольная зависимость. Из-за этого между ней и потерпевшим испортились отношения, часто стали происходить ссоры. Ш-д просил отдать деньги и сберегательную книжку, на что она отвечала, что доверенность выписана на ее имя, и без нее потерпевший все равно ничего не получит. 

Очередной такой конфликт произошел 10.11.2018. Придя к ней, Ш-д стал требовать сберкнижку, угрожая вызвать участкового. Она попыталась его убедить, что откладывает деньги, но потерпевший ей не поверил. В этот же вечер она пришла к Ш-д, где увидела, что в комнате открыт шифоньер, вещи из которого выброшены. От потерпевшего она узнала, что в дом приходил второй его сын - П, и устроил скандал, требуя отдать документы по поводу брата. Она опять поругалась с Ш-д, вернула ему сберкнижку и ушла. На улице она встретила П, от которого узнала, что тот ходил к отцу, так как хотел что-нибудь найти и продать. С П у нее складывались плохие отношения, так как тот полагал, что она тратит деньги отца на спиртное.

11 ноября около 11-12 часов она пришла к дому Ш-д, так как тот не пришел к ней поесть. Она постучала в дверь, которая была заперта изнутри. Потерпевший крикнул, что не может встать, в связи с чем она залезла в дом через окно. Там она увидела Ш-д, который был весь обожжен и сидел возле печки. О том, что случилось, потерпевший ничего рассказывать не стал, но попросил поднять его, налить чай и затопить печь. Она сходила за По-н, с которым на тот момент периодически сожительствовала. Вдвоем они подняли Ш-д и положили на диван. Она принесла дров, затопила печь и обмыла потерпевшего. Затем она и По-н ушли домой, но через некоторое время, ближе к вечеру, она вернулась, чтобы проверить, жив ли Ш-д. Поскольку в выходные дни больница не работает, и у нее не было телефона, врачей она вызывать не стала. На следующий день, это был понедельник, она пришла к Ш-д и обнаружила, что тот уже не может разговаривать. После этого с соседом съездила в больницу, где рассказала врачу о том, что потерпевший обгорел. 

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя судом были оглашены показания ФИО1 в ходе предварительного расследования. 

Так, 

<

...> подозреваемая ФИО1 сообщила, что с 2015 года через сберкнижку получала за Ш-д пенсию, которая составляла около 21 000 рублей. Эти деньги она тратила на покупку продуктов питания, одежду, дрова. Около года назад потерпевший попросил оставлять с пенсии по 5 000 рублей на похороны, однако она эти деньги откладывать не стала, а тратила их на приобретение себе спиртного. 

<

...> Ш-д спросил, сколько денег отложено на похороны. Она ответила, что потратила их на алкоголь. В результате между ними произошел конфликт, потерпевший стал требовать, чтобы она вернула паспорт и сберкнижку. Паспорт она отдала, а сберкнижку оставила у себя, так как понимала, что для нее это единственный способ получать денежные средства. 

После ссоры она ушла домой, где находился ее сожитель По-н. Дождавшись, когда он ляжет спать, она взяла канистру с бензином, налила оттуда примерно 0,3 литра в полимерную бутылку, отрезав у нее горлышко. После этого около 18 часов она пришла к Ш-д, который спал. С целью убийства она облила бензином его рубашку, подумав, что та загорится, когда потерпевший начнет топить печь, и ушла к себе домой. Около полуночи она вернулась и обнаружила, что дом Ш-д не загорелся, и тот остался невредим, хотя и затопил печь.

После этого она дома налила в бутылку еще 0,3 литра бензина и вернулась к дому потерпевшего. Достав щепку из окна и выставив стекло, она проникла внутрь. Там она закрыла изнутри входную дверь, подошла к спящему потерпевшему, на котором были одеты джинсы и та же рубашка. Желая убить его, она вылила на грудь и живот бензин. От этого Ш-д проснулся, увидел ее, но ничего не сказал и пошел в туалет. Когда потерпевший вернулся, она вылила на него остатки бензина и бросила горящую спичку, чтобы поджечь одежду. Ш-д загорелся и стал пытаться потушить пламя, хлопая руками по телу. Она же вылезла из дома через окно, поставила стекло на место и вернулась домой. 

<

...> около 09 часов 30 минут она пошла к потерпевшему, чтобы проверить, жив ли он. Когда она постучала в дверь, Ш-д ответил, что не может встать. Через то же окно она проникла в дом, где обнаружила сидевшего на полу потерпевшего. Рубашка на нем отсутствовала, тело было в сильных ожогах. Затем она позвала на помощь По-н. Вдвоем они положили Ш-д на диван. Скорую помощь она вызывать не стала, так как думала, что потерпевший умрет. На следующее утро она пришла к потерпевшему, который был еще жив. Желая отвести от себя подозрения в убийстве и понимая, что Ш-д не выживет, она пошла к фельдшеру, и сообщила, что потерпевший обжегся (№ 

<

...>). 

Аналогичные показания ФИО1 сообщила и при допросе в качестве обвиняемой от 

<

...>, полностью признав вину в предъявленном обвинении по убийству (№ 

<

...>).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемой от 

<

...> ФИО1 поясняла, что изначально она тратила на свои нужды 3 000 рублей от пенсии Ш-д. Примерно с весны 2017 года потерпевший попросил откладывать не менее 5 000 рублей на похороны. Она согласилась, однако фактически деньги не откладывала, тратила их на свои нужды. 

О данном факте потерпевший узнал от нее 

<

...>. Между ними возник словесный конфликт, после которого она решила его убить, инсценировав несчастный случай. В этой связи она решила облить одежду потерпевшего бензином, полагая, что после курения та воспламенится. 

<

...> ей была предпринята попытка убийства, однако Ш-д не погиб, а одежда, загоревшаяся на нем, не причинила существенного вреда. Тогда она сама решила проконтролировать процесс возгорания и в ночь с 11 на 12, повторно облила Ш-д бензином, бросила в него горящую спичку. От этого одежда воспламенилась, а она через окно покинула жилище. После этого 

<

...> она вызвала потерпевшему фельдшера, так как хотела отвести от себя подозрения, полагая, что тот все равно умрет в ближайшее время (т. № 

<

...>). 

Обстоятельства совершенного убийства ФИО1 подтвердила в ходе проведенной 

<

...> проверки показаний на месте (т. № 

<

...>).

В ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемой от 

<

...> ФИО1 подтвердила ранее данные показания и пояснила, что потерпевшего подожгла, так как хотела его убить, этот умысел у нее возник давно. Ш-д часто ее ругал, кричал по разным причинам. Примерно в октябре-ноябре 2018 года он стал интересоваться, что с деньгами, которые она должна была откладывать на похороны. Она ответила, что все деньги потратила на личные нужды и ничего не отложила. Ш-д сказал, что если она не отдаст деньги, он обратится к участковому. Она поняла, что если об этом станет известно полиции, то будет разбирательство. Так как она хотела этого избежать, то решила совершить убийство. По-н о том, что она похитила деньги и подожгла потерпевшего, не знал. Ему она говорила, что Ш-д разрешает брать ей часть пенсии на личные нужды (т. № 

<

...>). 

При дополнительном допросе в качестве обвиняемой от 

<

...> ФИО1 подтвердила ранее данные показания и добавила, что с каждой пенсии она ежемесячно похищала по 3 000 рублей, а в период с весны 2017 по конец 2018 года – по 5 000 рублей. Ш-д являлся пожилым человеком и в силу возраста плохо передвигался, имел проблемы с сердцем. Когда она решила совершить преступление, то понимала, что он не сможет дать отпор. В первый раз она вылила на потерпевшего бензин 

<

...>, а второй раз в ночное время 

<

...>. Также при этом она его подожгла. Для того, чтобы в дом никто не смог зайти, а также создать видимость, что в доме Ш-д был один, она палкой закрыла входную дверь. В этот же день, около полудня, она пришла к Ш-д. Увидев, что он обгорел, она ушла. Помощь потерпевшему она не оказывала и думала, что он вскоре умрет. Спустя некоторое время она опять пришла к потерпевшему и обнаружила его сидящим возле печки. После этого она обратилась к фельдшеру (т. № 

<

...>).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемой от 

<

...> ФИО1 подтвердила ранее данные показания. Также добавила, что в связи с гибелью 

<

...> сына Ш-д и ее сожителя – Н., потерпевшему была выплачена страховка в сумме 237 000 рублей. Эти деньги она получила в г. 

<

...> совместно с Па-ко. Из них 7 000 рублей она взяла якобы для покупки потерпевшему продуктов питания, но на самом деле потратила на свои нужды. 230 000 рублей остались на хранении у Па-ко, поскольку так захотел Ш-д, и она боялась их потерять. Из этих денег 60 000 рублей она потратила по указанию потерпевшего – 5 000 рублей на покупку барана, 6 000 рублей - велосипеда сожителю Па-ко, 17 000 рублей - дров, 10 500 рублей одежды Ш-д, 20 000 рублей продуктов питания для потерпевшего. Также за 1 700 рублей она купила себе мобильный телефон.

Кроме того, из суммы страховой выплаты 

<

...> по просьбе Ш-д она внесла на его счет 50 000 рублей, но впоследствии сняла их и потратила на себя. Также она забрала частями и остальные деньги, хранившиеся у Па-ко. Ей она говорила, что деньги якобы нужны для Ш-д. Та отдавала требуемую сумму и на них она приобретала себе продукты и спиртное. Когда Па-ко узнала о том, что она похищала деньги, у них произошел скандал. Всего из страховой выплаты она присвоила 176 800 рублей (т. № 

<

...>).

При допросах от 

<

...> и 

<

...> ФИО1 указывала, что в декабре 2017 года Ш-д продал имевшуюся у него лошадь за 38 000 рублей. Большую часть этих денег была потрачена, но 5 000 рублей потерпевший хранил в кармане одетой на нем футболки. 

<

...> когда она находилась дома у Ш-д, то решила похитить эти деньги. Около 20 часов, дождавшись, когда потерпевший уснет, она вытащила из его кармана 5 000 рублей и похитила их (т. № 

<

...>).

После оглашения показаний ФИО1 пояснила, что эти показания она давала сама, добровольно, никакого давления на нее не оказывалось. Однако их содержание не подтверждает. На самом деле эти преступления совершил сын Ш-д - П, а она себя оговорила, так как хотела помочь ему избежать уголовной ответственности. Почему она так поступила, несмотря на наличие с П плохих отношений, пояснить не может.

Согласно показаниям потерпевшего Ш-д П.Н. – сына Ш-д Н.И., данным в ходе предварительного расследования и подтвержденным в суде, ФИО1 являлась сожительницей его брата. После смерти последнего она некоторое время жила у отца, поскольку тот являлся инвалидом детства и нуждался в постороннем уходе, а затем стала сожительствовать с По-н. По доверенности подсудимая получала за отца пенсию в размере 21 000 рублей, на которую приобретала продукты. Также она готовила отцу еду, убиралась в доме. Ш-д неоднократно жаловался ему, что ФИО1 тратит его пенсию. Сама подсудимая этого не отрицала, говоря, что приобретала на эти деньги себе водку, продукты питания, одежду. Также в его присутствии отец неоднократно говорил ФИО1, чтобы та откладывала ему на похороны. Примерно в январе 2018 года Ш-д спросил, откладывает ли она деньги, на что подсудимая ответила утвердительно.

В связи со смертью брата в 2016 году ФИО1 и Па-ко в г. 

<

...> получили страховую выплату для отца. Эти деньги подсудимая Ш-д не передавала, и тот тратить их Лысенко не разрешал, полагая, что они лежат на сберкнижке. Сама же ФИО1 говорила при нем, что расходует эти деньги на себя. Он об этом отцу рассказывать не стал, так как не хотел расстраивать. 

В декабре 2017 года отец продал лошадь. Часть этих денег Ш-д потратил, а оставшуюся сумму хранил в кармане своей футболки. В конце месяца отец рассказал ему, что когда к нему на уборку приходила ФИО1, он уснул, а проснувшись, обнаружил пропажу из кармана 5 000 рублей. Кроме ФИО1 в доме в то время никого не было (т. № 

<

...>). 

Свидетель П-ко Т.М., показания которой были оглашены с согласия сторон, пояснила, что Ш-д Н.И. являлся ее родственником. Он проживал со своим сыном Н. и сожительницей ФИО1. После того как Н. умер, последняя ушла жить к По-н. 

С 2015 года ФИО1 по доверенности получала пенсию потерпевшего. Поскольку та тратила эти деньги на приобретение себе и По-н продуктов, спиртного и вещей, между ними происходили ссоры. К тому времени за потерпевшим подсудимая практически не ухаживала, так как постоянно находилась в состоянии алкогольного опьянения. Сам Ш-д в силу возраста не понимал, куда тратится его пенсия и полагал, что на его счете имеются сбережения. В январе 2018 года она стала свидетелем разговора между ФИО1 и Ш-д, в ходе которого последний спросил, откладывает ли та деньги ему на книжку, на что подсудимая ответила утвердительно. 

В марте 2017 года она и ФИО1 съездили в г. 

<

...>, где последняя получила страховую выплату в размере 237 000 рублей, причитающуюся Ш-д. По возвращении подсудимая из этих денег взяла 7 000 рублей, а оставшуюся сумму отдала ей и попросила положить у себя дома, так как боялась потерять. О том, что деньги хранятся у нее, Ш-д знал и возражений против этого не имел. 

Примерно через два дня она, ФИО1 и потерпевший поехали в банк, где по просьбе последнего подсудимая положила на сберкнижку часть страховой выплаты - 50 000 рублей. Кроме того, в период с марта по май 2018 потерпевший самостоятельно потратил 60 200 рублей. Оставшиеся средства хранились у нее дома, но на протяжении трех месяцев ФИО1 забирала их по частям, говоря, что их разрешил взять Ш-д на приобретение продуктов. Она отдавала деньги, поскольку у подсудимой имелась доверенность от Ш-д по распоряжению ими.

В мае 2018 года она узнала, что ФИО1 сняла со счета потерпевшего 50 000 рублей, которые они положили ранее, и потратила их на себя. Из-за этого они поругались. Она сказала, что эти деньги нужны на похороны Ш-д, на что ФИО1 ответила, что ей деньги нужнее и если потерпевший умрет, то родственники похоронят его за счет собственных средств (т. № 

<

...>).

Кроме того, П-ко Т.М. также указывала, что в декабре 2017 года Ш-д продал лошадь за 38 000 рублей, большую часть которых потратил. 

<

...> потерпевший ей рассказал, что из кармана одетой на нем футболки были украдены оставшиеся от продажи лошади деньги. В этом Ш-д подозревал ФИО1 и По-н, так как кроме них к нему никто не приходил. После этого она спросила у ФИО1, брала ли та деньги, но та данный факт отрицала. Однако позже она вспомнила, что перед новогодними праздниками ФИО1 жаловалась, что у нее нет денег, и она собирается сходить к Ш-д, похитить «красненькую». Насколько она поняла, подсудимая имела в виду денежную купюру (т. № 

<

...>).

Допрошенный в судебном заседании свидетель По-н В.Г. пояснил, что ФИО1 является его соседкой. Ранее последняя сожительствовала с сыном Ш-д, а после того как того сбила машина, стала ухаживать за его отцом. В связи с тем, что потерпевший был безграмотный и не мог расписываться, тот выдал на имя ФИО1 доверенность на получение пенсии. Деньги Ш-д и подсудимая ездили получать вместе, впоследствии пенсию стали получать ФИО1 и Па-ко, при этом последняя забирала деньги себе, давая лишь часть денег на приобретение продуктов. Об этом он знает со слов подсудимой. 

В декабре 2016 года Ш-д продал лошадь. Через некоторое время он рассказал, что часть этих денег пропала. О том, кого подозревает в краже, потерпевший ему не говорил. 

Он знает, что ФИО1 с Па-ко получили в г. 

<

...> страховую выплату в размере 224 000 рублей за смерть сына Ш-д. Эти деньги хранились у Па-ко, она же ими и распоряжалась. ФИО1 к этим деньгам никакого отношения не имела. О том, просил ли ее Ш-д откладывать эти деньги на сберкнижку, ему ничего неизвестно. 

Каких-либо жалоб на ФИО1, в том числе в связи с злоупотреблением спиртным, от Ш-д он не слышал, но знает, что у потерпевшего были конфликты со вторым сыном – П., из-за того, что тот ему не помогал. 

Последний раз он видел потерпевшего в ноябре 2018 года, в субботу. В воскресенье ФИО1 сказала, что Ш-д долго нет, и пошла к нему домой. Когда она вернулась, то рассказала, что двери никто не открыл, поэтому через окно она залезла внутрь, где обнаружила обожженого потерпевшего. После этого они вдвоем пошли к нему, где он увидел Ш-д, лежащего возле растопленной печки. Из одежды на нем был только один носок. Потерпевший был в сознании и на его вопросы о том, как получил ожоги, конкретно ничего отвечать не стал. Он помог ФИО1 положить Ш-д на диван, а в понедельник сказал, чтобы та вызвала врача. В этот же день потерпевший был госпитализирован.

После возбуждения уголовного дела у него из дома была изъята канистра с бензином. При этом он обратил внимание, что какая-то его часть пропала. 

В связи с наличием существенных противоречий в судебном заседании были оглашены показания, данные По-н В.Г. в ходе предварительного расследования, согласно которым он указывал, что с лета 2016 года сожительствует с ФИО1. Проживая с ним, подсудимая ежедневно осуществляла уход за Ш-д и получала за него по доверенности пенсию. Это было связано с тем, что потерпевший был неграмотный, не умел читать и писать. Полученную пенсию ФИО1 полностью отдавала Ш-д, а тот за это возвращал ей часть денег. На них подсудимой приобретались спиртные напитки и сигареты.

В декабре 2017 года Ш-д продал имевшуюся у него лошадь. Через 2-3 дня потерпевший пришел к нему домой и стал обвинять ФИО1 в том, что та приходила к нему, и когда он уснул, похитила из кармана футболки 5 000 рублей. Сожительница свою вину отрицала, но после продажи лошади у той действительно появились деньги. Когда он спросил, где ФИО1 их взяла, та ответила, что «позаимствовала у деда».

<

...> он видел Ш-д около 18 часов, когда тот пришел к ним на ужин. На следующий день потерпевшего он не видел, что ему показалось странным. 12 ноября около 11 часов он сказал ФИО1 сходить к Ш-д. Та ушла и по возвращении позвала его с собой. Когда они зашли в дом, он увидел сидящего на полу возле печи потерпевшего. На его теле были сильные ожоги. Говорить Ш-д не мог. Вместе с ФИО1 они завели того в зал, где положили на диван. Он обратил внимание, что в доме было холодно, и печь была не топлена. Ему это показалось подозрительным, поскольку было непонятно, как потерпевший в таком случае смог получить ожоги. В последующем ФИО1 сходила за фельдшером и Ш-д госпитализировали (т. № 

<

...>).

Первоначально оглашенные показания По-н В.Г. полностью подтвердил, однако в ходе дальнейшего допроса заявил, что на самом деле, когда он с ФИО1 пришел к Ш-д, печь была истоплена. Кроме того, Ш-д не жаловался ему, что подсудимая похитила 5 000 рублей, а та не говорила, что брала их у потерпевшего. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель И-в К.Ю. - фельдшер 

<

...> пояснил, что в ноябре 2018 года, это был понедельник, около 11 часов к нему обратилась ФИО1. Она сообщила, что потерпевший обжег грудь и лицо, попросила его посмотреть. Когда через некоторое время он прибыл к дому Ш-д, его встретила подсудимая. Зайдя в дом, он увидел лежащего на диване потерпевшего, накрытого одеялом. Из одежды на нем были только носки, на 90% тела были ожоги. Ш-д находился в спутанном сознании, реагировал только на болевые ощущения, пояснений никаких дать не мог. Со слов ФИО1 та не знает, что произошло с потерпевшим. Якобы тот обжегся в воскресенье, а она его обмывала и кормила, при этом Ш-д ходил и разговаривал. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель Б-ва Р.Е. пояснила, что Ш-д Н.И. являлся его соседом. Он был пожилым человеком, плохо передвигался. Ранее с потерпевшим проживал его сын с сожительницей ФИО1. Ей известно, что последняя по доверенности получала за потерпевшего пенсию, на которую покупала ему продукты. Также она ухаживала за ним, помогала по хозяйству. Как ФИО1 тратила пенсию потерпевшего ей неизвестно, но она видела, что у той деньги при себе имелись. 

Согласно исследованным материалам дела 

<

...> в дежурную часть ОМВД России по 

<

...> поступило сообщение о доставлении в БУЗОО «

<

...>» Ш-д Н.И. с диагнозом: термический ожог тела 90% 3-4 степени (т. № 

<

...>).

В ходе проведенного в этот же день осмотра принадлежащего Ш-д дома № 

<

...> была зафиксирована обстановка места происшествия. Установлено, в кухне имеется печь, на деревянном полу имеются выжженные пятна разных размеров. Около печи на полу обнаружены обгоревшие брюки, бурка, 2 фрагмента обгоревшей материи, которые с места происшествия изъяты. При осмотре комнаты обнаружен диван, на котором находятся предметы постельного белья, в т.ч. мокрая простынь со следами сажи. На полу комнаты - выжженные пятна (т. № 

<

...>). В эти же сутки был проведен осмотр принадлежащего По-н дома № 

<

...>, в ходе которого обнаружены и изъяты женские вещи: брюки, кофта, куртка, калоши, а также полимерная канистра с жидкостью (т. № 

<

...>). Изъятые в ходе осмотра места происшествия предметы были осмотрены (т. № 

<

...>). По заключению химической экспертизы №№ 

<

...> на брюках и бурке Ш-д, предметах одежды ФИО1 - куртке и калошах имеются следы бензина. Жидкость в канистре является бензином (т. № 

<

...>).

Согласно заключению пожарно-технической экспертизы № № 

<

...> объектом пожара в д.

<

...> является человек, место первоначального горения находится в месте нахождения Ш-д. Причиной пожара послужило возгорание горючих материалов от источника открытого огня, а именно пламени спички. Для интенсификации горения использовался бензин (т. № 

<

...>).

По заключению судебно-медицинской экспертизы № № 

<

...> основной причиной смерти Ш-д является термический ожог пламенем 3-4 степени лица, шеи, груди, живота, конечностей (90% от площади тела), ожог верхних дыхательных путей, которые привели к развитию ожогового шока, дистрофическим изменениям внутренних органов. Данные повреждения образовались незадолго до поступления в стационар от действия открытого пламени, причинили тяжкий вред здоровью и повлекли за собой смерть, наступившую 

<

...> (т. № 

<

...>).

Согласно информации нотариуса М-ой Т.В. ею удостоверена доверенность от 

<

...> от имени Ш-да Н.С. на имя ФИО1 с правом распоряжения банковским счетом № 

<

...> и получения денежных средств со счета сроком на 3 года (т. № 

<

...>).

В ходе выемки 

<

...> у П-ко Т.М. изъята доверенность на имя ФИО1 и договор (т. № 

<

...>). Согласно информации ПАО «

<

...>» в отделении № 

<

...> по адресу 

<

...> открыт расчетный счет № 

<

...> на имя Ш-д Н.И.. По счету выдана доверенность от 

<

...> на имя ФИО1. Также представлена выписка по счету за период с 

<

...> 

<

...>, согласно которой подсудимая как доверенное лицо Ш-д Н.И. снимала поступавшие в качестве пенсии денежные средства. 

<

...> на счет был внесен дополнительный взнос в сумме 50 000 рублей, данные денежные средства были сняты. Последняя операция по снятию денежных средств произведена 

<

...>. Остаток по счету – 18 рублей 63 копейки (т. № 

<

...>). Изъятые документы в последующем были осмотрены (т. № 

<

...>).

Из ответа, представленного директором «

<

...>» следует, что 

<

...> с Ш-д Н.И. заключен договор на получение последним страховой выплаты в связи с гибелью его сына – Ш-д Н.Н. 

<

...> ФИО1, являясь доверенным лицом Ш-д Н.И., получила по договору 237500 рублей. К ответу приложены договор, платежное поручение, доверенности и расписки на указанную сумму (т. № 

<

...>).

Таким образом, оценив исследованные материалы дела, суд находит вину подсудимой полностью доказанной. За основу приговора суд принимает показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования. Будучи неоднократно допрошенной в качестве подозреваемой, обвиняемой, при проверке показаний на месте она вину в хищении денежных средств и убийстве Ш-д признавала полностью, давая по обстоятельствам дела подробные, развернутые и логически связные пояснения. В частности, она признавала, что присваивала пенсию потерпевшего, несмотря на его указание откладывать ее часть для организации похорон, страховую выплату, полученную последним за смерть сына, а также похитила 5 000 рублей из кармана одежды, пока Ш-д спал. Эти обстоятельства в последующем стали известны потерпевшему и послужили причиной их ссоры. При этом, когда Ш-д пригрозил обратиться в полицию, она решила убить его, чтобы скрыть совершенные преступления. Именно с этой целью она облила потерпевшего бензином и подожгла, пытаясь инсценировать смерть от неосторожного обращения с огнем. 

Данные показания суд признает допустимыми и полученными в соответствии с действующим законодательством. Как видно из представленных материалов, в ходе допросов ФИО1 разъяснялись процессуальные права, в том числе право на защиту и не свидетельствовать против самой себя. Она сразу была обеспечена адвокатом, что подтверждается имеющимся в деле ордером и допрашивались в его присутствии, то есть обстановке, исключающей возможность оказания давления либо внесения в протоколы сведений, не соответствующих действительности. В конце каждого протокола имеется подпись ФИО1, а также ее защитника, подтверждающие факт прочтения, достоверность показаний и отсутствие замечаний. 

Необходимо отметить, что свою причастность к совершенным преступлениям подсудимая подтвердила и после оглашения обвинения в судебном заседании, однако в последующем изменила свою позицию, заявив, что ни одного из инкриминируемых деяний не совершала. При этом, пытаясь поставить под сомнение ранее данные признательные показания, приводила противоречивые и очевидно недостоверные объяснения. Так, вначале она заявила, что оговорила себя, так как хотела помочь П. Ш-д избежать уголовной ответственности. При этом сама же признала, что с ним у нее был конфликт, и оснований для подобного самооговора не имелось. В дальнейшем ФИО1 заявила, что П. Ш-д ей угрожал, и по этой причине она дала такие показания, а в последнем слове - что взять вину на себя попросили сотрудники правоохранительных органов без указания причин. Критически оценивая версию о самооговоре, суд обращает внимание, что каких-либо доказательств об ином характере и обстоятельствах смерти потерпевшего в судебном заседании не представлено, а сама Лысенко не могла не понимать тяжесть инкриминируемого преступлений и значимость даваемых показаний для ее дальнейшей судьбы.

Суд отмечает, что показания подсудимой в ходе предварительного расследования подтверждаются совокупностью иных исследованных доказательств. 

Так, факт присвоения пенсии был подтвержден показаниями Ш-да П.Н. и Па-ко, которые заявили, что потерпевший просил откладывать деньги на похороны, но ФИО1 этого не делала. Более того, она рассказывала, что тратит пенсию на себя и на сберкнижку не откладывает, мотивируя это тем, что при необходимости Ш-д похоронят родственники. При этом в судебном заседании действительно было установлено, что ФИО1 регулярно покупала себе продукты питания и спиртное, несмотря на то, что самостоятельного источника заработка не имела. Данное обстоятельство не оспаривалось и самой подсудимой. Наряду с этим необходимо отметить, что из исследованной выписки по банковскому счету и сберкнижки видно, что все без исключения поступавшие на счет Ш-д денежные средства ФИО1 снимала и, вопреки ее утверждению в судебном заседании, никаких отложений не делала. 

Показания Ш-д П.Н., Па-ко подтверждают достоверность показаний ФИО1 в ходе предварительного расследования и о хищении страховой выплаты. При этом Па-ко, в частности, указывала, что большая часть этих средств изначально хранились у нее, однако затем все деньги были переданы подсудимой по ее требованию. Поскольку на имя ФИО1 была выдана доверенность по распоряжению денежными средствами Ш-д, оснований для отказа у нее не имелось. Достоверность показаний свидетеля подтверждается и банковской выпиской, из которой усматривается, что вторая часть страховки в сумме 50 000 рублей были внесена на сберкнижку потерпевшего, однако затем фактически сразу снята ФИО1.

Эти доказательства позволяют считать вину подсудимой в присвоении денежных средств потерпевшего (пенсии и страховой выплаты) полностью доказанной. Они опровергают вероятность хищения денежных средств Ш-д П.Н. и Па-ко, о чем ФИО1 и свидетель По-н заявили в судебном заседании. Доводы подсудимой о том, что деньги тратились на потерпевшего, то, что тот разрешал ей распоряжаться ими без ограничения, суд признает недостоверными и расценивает как способ защиты от предъявленного обвинения.

Обсуждая вопрос о юридической оценки этих действий, суд приходит к следующему. Органами следствия хищение пенсии и страховой выплаты были расценены как единое продолжаемое деяние. Между тем, по делу установлено, что источники этих денежных средств были разные, отличались и периоды, способ хищений. Так, если пенсию ФИО1 присваивала, снимая деньги с банковского счета, то большая часть страховой выплаты находилась у Па-ко и та передавала эти деньги ФИО1 по ее требованию. Пенсию ФИО1 похищала с марта 2017 по октябрь 2018 года, тогда как страховую выплату – с 

<

...> по 

<

...>. Таким образом, можно сделать вывод, что умысел на присвоение пенсии и страховой выплаты возникал у ФИО1 по-отдельности и эти действия образуют совокупность преступлений.

Из обвинения по присвоению пенсии суд исключает период хищения с декабря 2015 года по февраль 2017 года, поскольку показаниями свидетелей достоверно установлено, что Ш-д попросил ФИО1 откладывать пенсию лишь с марта 2017 года. Также из обоих преступлений подлежит исключению квалифицирующий признак растраты как излишне вмененный.

Учитывая, что по-отдельности присвоение пенсии и страховой выплаты не образуют крупного размера, действия ФИО1 подлежат квалификации по двум преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 160 УК РФ – как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному. 

Находя доказанной вину ФИО1 в краже денежных средств потерпевшего в сумме 5 000 рублей, суд наряду с ее признательными показаниями принимает во внимание и иные доказательства, представленные обвинением. Так, из показаний Ш-д П.Н. следует, что со слов отца деньги пропали у него из кармана после того как он уснул, при этом в доме кроме ФИО1 на тот момент никого не было. Свидетель Па-ко сообщила, что потерпевший рассказывал ей о совершенной в декабре 2017 года краже, а перед новогодними праздниками ФИО1 жаловалась, что у нее нет денег, и она собирается сходить к Ш-д, похитить «красненькую», подразумевая цвет купюры. Из показаний По-н в ходе предварительного расследования, признанных судом достоверными, следует, что после продажи лошади он обратил внимание, что у сожительницы появились деньги. Когда он спросил, где ФИО1 их взяла, та ответила, что «позаимствовала у деда». 

По делу доказано, что денежные средства в сумме 5 000 рублей были похищены из кармана футболки, одетой на тело Ш-д, что образует в действиях ФИО1 квалифицирующий признак «из одежды находящейся при потерпевшем. Тот факт, что последний при этом спал, для юридической оценки содеянного значения не играет.

Таким образом, действия ФИО1 по этому преступлению верно квалифицированы по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ – как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенная из одежды, находящейся при потерпевшем. 

Установленные в судебном заседании факты хищения принадлежащих потерпевшему денежных средств и возникший в связи с этим конфликт с потерпевшим указывают на достоверность показаний ФИО1 в ходе предварительного расследования о целях и мотивах убийства.

Анализируя и сопоставляя эти сведения, суд отмечает, что они полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Так, показания ФИО1 о том, что с целью убийства она взяла бензин из канистры в доме По-н нашли свое подтверждение протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого указанная канистра с бензином была обнаружена и изъята. При этом сам По-н в ходе предварительного расследования и судебного заседания подтвердил, что ранее в этой канистре бензина было больше. По заключению химической экспертизы на куртке и калошах ФИО1, а также брюках и бурке Ш-д действительно обнаружены следы бензина, а сообщенные подсудимой сведения о месте, способе и обстоятельствах поджога полностью соответствуют выводам пожарно-технической экспертизы. 

Обращает на себя внимание тот факт, что ФИО1, зная о критическом состоянии Ш-д, длительное время не обращалась в лечебное учреждение и сделала это спустя два дня, когда потерпевший уже не мог говорить. Очевидно, это было продиктовано целями сокрытия совершенного преступления, чтобы Ш-д не мог никому сообщить о происшедшем, а ее объяснение о том, что она не знала телефона больницы, представляется малоубедительным.

Не вызывает сомнений, что обливая потерпевшего бензином и поджигая его, подсудимая действовала с прямым умыслом на убийство. Помимо ее признательных показаний в ходе предварительного расследования об этом свидетельствует избранный способ совершения преступления, характер и последовательность ее действий. Так, ФИО1 вылила на тело спящего Ш-д значительное количество бензина, после чего ушла. Поскольку возгорание не произошло, она повторно вернулась к потерпевшему, вылила на него еще бензин и бросила зажженую спичку. По заключению судебно-медицинской экспертизы у потерпевшего обнаружены термические ожоги практически по всей поверхности тела – на голове, шее, грудной клетке, передней брюшной стенке, и конечностях площадью 90%. Данные повреждения явились опасными для жизни и повлекли за собой наступление смерти. 

Несомненно, избранный способ лишения потерпевшей жизни отличался особой жестокостью и был связан с причинением пострадавшей особых мучений, сильной физической боли и страданий. Данные обстоятельства для подсудимой были явны и очевидны. При этом ФИО1 также понимала, что Ш-д находится в пожилом возрасте (более № 

<

...> лет), имеет неудовлетворительное состояние здоровья, физически слаб и беспомощен перед ней. Это преступление было совершено с целью скрыть факт ранее совершенного хищения денежных средств потерпевшего. Таким образом, действия ФИО1 верно квалифицированы по ст. 105 ч. 2 п. «в, д,к» УК РФ – как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное с особой жестокостью, в отношении лица, находящегося в беспомощном состоянии, с целью скрыть другое преступление.

Суд полагает, что ФИО1 является вменяемой и может нести уголовную ответственность. Данный вывод основывается на заключении судебно-психиатрической экспертизы № № 

<

...> (т. № 

<

...>), согласно которой подсудимая хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности осознавать фактических характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемых деяний не страдала и не страдает таковым в настоящее время, а обнаруживает лишь признаки умственной отсталости легкой степени и хронического алкоголизма. В применении принудительных мер медицинского характера она не нуждается. С учетом исследованных материалов дела, поведения подсудимой в судебном заседании приведенные выше выводы эксперта у суда сомнений не вызывают и признаются достоверными. 

При назначении подсудимой наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, отнесенных к категории особо тяжкого, средней и небольшой тяжести, фактические обстоятельства дела и данные о личности ФИО1, которая не судима, характеризуются отрицательно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признает явки с повинной (по краже и убийству), активное способствование раскрытию и расследованию преступлений по всем преступлениям.

Суд не усматривает оснований для признания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершения убийства в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Каких-либо доказательств, в том числе свидетельских показаний, подтверждающих факт опьянения подсудимой, в материалах дела не содержится. Сама ФИО1, неоднократно допрошенная в ходе предварительного расследования, об этом также не сообщала. Кроме того, в судебном заседании установлено, что преступление было подсудимой спланировано заранее. Ею был продуман план, дальнейшие действия носили осознанный и целенаправленный характер. После того как первый раз осуществить задуманное не удалось, она повторно пришла к потерпевшему и довела начатое до конца. Эти свидетельствует о том, что опьянение не являлось побудительным мотивом преступления либо обстоятельством, способствующим его совершению.

Иные отягчающие обстоятельства по делу также отсутствуют.

Согласно положениями ст. 60 ч. 3 УК РФ суд принимает во внимание влияние назначаемого наказания на исправление подсудимой и условия жизни ее семьи. Учитывая конкретные обстоятельства дела, данные о личности подсудимой, суд считает необходимым назначить по ч. 1 ст. 160 УК РФ наказание в виде обязательных работ, по ч. 2 ст. 158 и ч. 2 ст. 105 УК РФ - лишение свободы. Оснований для назначения иных, более мягких видов наказания, применения положений ст. 64 УК РФ, изменения категорий преступлений на менее тяжкие (по убийству и краже), не имеется. В соответствии со ст. 58 ч. 1 УК РФ отбывание наказания назначается в исправительной колонии общего режима.

Наказание судом по всем преступлениям, в т.ч. по ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначается с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. Положения ч. 3 ст. 62 УК РФ, согласно которым требования части первой настоящей статьи не применяются, если санкцией статьи Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрено пожизненное лишение свободы или смертная казнь, на ФИО1 не распространяются, так как согласно ст.ст. 57, 59 УК РФ такие виды наказания женщинам назначены быть не могут.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд, 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 160 УК РФ (двух преступлений), п. «г» ч. 2 ст. 158, пп. «в,д,к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить ей наказание:

по ч. 1 ст. 160 УК РФ (2 преступления) в виде 100 часов обязательных работ за каждое преступление;

по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы;

по пп. «в,д,к» ч. 2 ст. 158 УК РФ в виде 13 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения окончательно ФИО1 назначить наказание в виде 14 лет лишения свободы с ограничением свободы 1 год и отбыванием основного наказания в исправительной колонии общего режима. 

После отбытия основного наказания установить осужденной ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденная будут проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. Возложить на осужденную обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 20.08.2019. Зачесть в срок отбывания в виде лишения свободы время содержания под стражей с 13.11.2018 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержание под стражей за полтора дня лишения свободы. 

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу в отношении ФИО1 оставить без изменения - заключение под стражу. 

Вещественные доказательства: одежду ФИО1 вернуть по принадлежности, а при невостребованности уничтожить. Канистру, коробок, одежду Ш-д уничтожить. Компакт-диски, документы хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения через Омский областной суд, а осужденной в тот же срок со дня получения копии приговора. 

Судья: