Дело №2-328/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июня 2019 года г. Колпашево Томской области

Колпашевский городской суд Томской области в составе:

председательствующего судьи Сафоновой О.В., 

при секретаре Ледовских Ю.Н., 

с участием помощника Колпашевского городского прокурора Плесовских А.К.,

истца ФИО1, его представителя – адвоката Громенко П.А., действующей на основании удостоверения и ордера № от д.м.г.,

представителей ответчика Управления по культуре, спорту и молодежной политике ФИО2, действующей на основании распоряжения № от д.м.г. и Положения об Управлении по культуре, спорту и молодежной политике , ФИО3, действующей на основании доверенности № от д.м.г.,

представителя ответчика МБУ «Центр культуры и досуга» ФИО4, действующей на основании приказа № от д.м.г. и Устава,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Управлению по культуре, спорту и молодежной политике о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, признании увольнения не законным, восстановлении на работе, компенсации морального вреда, а также к МБУ «Центр культуры и досуга» о взыскании неполученного заработка за время вынужденного прогула, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Колпашевский городской суд Томской области с исковым заявлением к Управлению по культуре, спорту и молодежной политике и МБУ «Центр культуры и досуга», с учетом уточнения, о признании незаконными приказа начальника Управления по культуре, спорту и молодежной политике от д.м.г. № о применении к нему дисциплинарного взыскания в виде увольнения, а также его увольнения д.м.г. на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 ст.81 ТК РФ, восстановлении его на работе в должности директора МБУ «Центр культуры и досуга», взыскании компенсации морального вреда в размере 200000 рублей; взыскании неполученного заработка за время вынужденного прогула за период с д.м.г. до момента вынесения судебного решения. 

В обоснование заявленных исковых требований указал, что он д.м.г. на основании трудового договора №, заключенного между ним и руководителем Управления по культуре, спорту и молодежной политике (далее – УКС и МП) он был принят на работу на должность директора муниципального бюджетного учреждения «Центр культуры и досуга» (далее – МБУ «ЦКД»). Приказом начальника УКС и МП от д.м.г. № к нему применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по подпункту «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. На основании указанного приказа издан приказ начальника УКС и МП от д.м.г. № о расторжении трудового договора и его увольнении. Считает, что указанные приказы являются незаконными, подлежат отмене, по следующим основаниям. Основанием для издания приказа о расторжении трудового договора и его увольнении послужило то, что д.м.г. он отсутствовал на рабочем месте в течение всего рабочего времени, а именно с 09 часов 00 минут до 18 часов 00 минут без уважительных причин. Вместе с тем, д.м.г. начальнику УКС и МП ФИО2 им направлено заявление о предоставлении ему отгулов на д.м.г., д.м.г. в связи с тем, что он привлекался к работе в выходные дни д.м.г. и д.м.г.. Также, им начальнику УКС и МП ФИО2 д.м.г. направлена служебная записка, в которой он просил на время его отсутствия назначить исполняющего обязанности директора МБУ «ЦКД» его заместителя ФИО4 В ходе телефонных переговоров с начальником УКС и МП ФИО2 в вечернее время д.м.г. она пояснила, что его заявление удовлетворено. Вместе с тем, по факту его отсутствия на рабочем месте составлены акты, что послужило основанием для его увольнения. Считает, что его увольнение произведено неправомерно, поскольку им работодателю были представлены соответствующие заявления о его намерении воспользоваться правом на использование дней отдыха за работу в выходные дни на основании части 3 статьи 153 ТК РФ, Коме того, в нарушение требований закона работодателем не приняты во внимание обстоятельства использования отгула, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Свои должностные обязанности он исполнял без нареканий, выходил на работу в выходные и праздничные дни, выполнял работу за пределами рабочего времени без требования дополнительной оплаты за работу сверх нормальной продолжительности рабочего времени. Вместе с тем, в приказе о привлечении к дисциплинарной ответственности указано лишь на наличие срочной работы, которую необходимо было выполнить до д.м.г.. Однако уведомлений, письменных или устных поручений о подготовке заявки для участия в конкурсном отборе проекта по финансированию из федерального бюджета на создание виртуального концертного зала он, или другие специалисты МБУ «ЦКД» не получали. Кроме прочего, в учреждении имеется штат высококвалифицированных специалистов со знаниями бухгалтерского учета и экономики, в том числе, заместитель директора ФИО4 Также, приказ не содержит указания на то, почему эта работа не могла быть поручена другому работнику, была не выполнена и невыполнение повлекло какие - либо негативные последствия. Таким образом, полагает, что приказы о привлечении к дисциплинарной ответственности, об увольнении изданы в нарушение требований трудового законодательства, без каких - либо на то правовых оснований. После его увольнения Управление по культуре спорту и молодежной политике широко анонсировали данный факт его увольнения по пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ. В связи с тем, что проступка им совершено не было, в СМИ была размещена недостоверная информация, которая влияет на его репутацию и, в частности, на дальнейшее трудоустройство. Учитывая, что в связи с увольнением и, в дальнейшем, опубликованием информации порочащей его деловую репутацию, а так же то, что действие УКС и МП фактически лишили его средств к существованию и стабильного заработка, который является единственным доходом его семьи, при наличии у него несовершеннолетнего ребенка и ребенка обучающегося в высшем учебном заведении на платной основе, в связи с чем, ему был причинен моральный вред (нравственные страдания), выразившиеся в том, что ответчиком было нарушено конституционное право на труд, на вознаграждение за труд. Принимая во внимание конкретные обстоятельства, имевшие место при возникновении данного трудового спора и в процессе его разрешения, степень вины работодателя (ответчика по настоящему делу), а также требования разумности и справедливости, считает, что в его пользу с ответчика необходимым взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, взыскать в его пользу неполученный заработок за время вынужденного прогнула за период с д.м.г. до момента вынесения решения суда.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные исковые требования, с учетом их уточнения, поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным выше, дополнительно пояснил, что его рабочее место как директора МБУ «Центр культуры и досуга» находилось по адресу: в здании ...... Управление по культуре, спорту и молодежной политике находится по адресу: , расстояние между этими двумя зданиями около 500 метров. Непосредственно рабочее место его находилось в кабинете, расположенном на первом этаже, в который имеется отдельный вход из коридора. Приемной нет. Вместе ним в кабинете находится заместитель директора по хозяйственной части В Рабочий день у него был с 09 часов до 18 часов, перерыв с 13 часов до 14 часов. д.м.г. он написал на имя начальника Управления по культуре, спорту и молодежной политике ФИО2, которая является его непосредственным начальником, заявление о предоставлении ему двух дней отгулов д.м.г. и д.м.г. для поездки в с целью решения личных проблем. В первой половине дня он созванивался с ФИО2 и согласовал с ней вопрос о предоставлении ему отгулов д.м.г. и д.м.г.. Около 17 часов 30 минут д.м.г. ФИО2 позвонила ему на сотовый телефон, они еще раз поговорили относительно его отгулов, и она сказала, что согласовала ему отгулы на д.м.г. и д.м.г.. В это время в его кабинете также находились М и Ф, с которыми они обсуждали другие производственные вопросы учреждения. Около 20 часов д.м.г., в ходе телефонного разговора ФИО2 еще раз подтвердила, что заявление на отгулы удовлетворила. На следующий день, д.м.г., в начале 10 часа утра он приехал на работу, и находился там от 15 до 40 минут, находился в своем кабинете, подписывал документы, заходил к специалисту по кадрам. В начале 12 часов д.м.г. он уехал в . д.м.г. он находился в , по телефону общался со своими заместителями: ФИО4, которая ему звонила по ряду вопросов, и с В Никто его не искал, все знали, что он находится в отгулах. ФИО4 в ходе телефонного разговора д.м.г., не говорила о том, что его все потеряли, что она написала служебную записку об отсутствии его на рабочем месте, уведомление на имя начальника Управления, о чем она не говорила и д.м.г., и по выходу его с больничного. При общении с ней по телефону д.м.г. и д.м.г. у него не возникло никаких подозрений, что в отношении него ведутся какие-то проверки. ФИО2 д.м.г. ему не звонила. д.м.г. в 12 часов 49 минут ему на телефон по WhatsApp поступило сообщение о том, что пришла группа ответственных лиц – ФИО2, Д, руководитель юридического отдела Администрации А, ФИО4 и составили акт о его (ФИО1) отсутствии на рабочем месте. После чего, он обратился в доврачебный кабинет ЦРБ, так как у него поднялось давление, температура, и д.м.г. он пошел на больничный. д.м.г. выйдя на работу с больничного, он получил уведомление о написании объяснения по поводу его отсутствия д.м.г. и д.м.г. на рабочем месте, на которое он ответил. При предоставлении отгулов издаются соответствующие приказы, после чего работник уходит в отгулы. До этого он также брал отгулы, о чем также писал заявление на имя начальника Управления по культуре ФИО2, и затем знакомился с приказами о предоставлении отгулов, но не в этот же день, а позднее, после отгулов, дату ознакомления с приказом ставил ту же, что и дата издания приказа. День издания приказа соответствовал дню написания заявления. С приказом о предоставлении ему отгулов д.м.г. и д.м.г. он не ознакамливался, поверил на слово начальнику Управления о том, что она согласовала ему отгулы. Относительно подготовки заявки для участия в конкурсе на создание виртуального концертного зала, о которой указано в приказе №, пояснил, что до 18 часов д.м.г. и 10 часов утра д.м.г. никакого указания о предоставлении заявки к ним не поступало, никаких письменных документов из Управления по виртуальному концертному залу ни д.м.г., ни д.м.г. они не получали. Когда днем д.м.г. он разговаривали с ФИО4, она ни о какой заявке не говорила, разговаривали они по другим проблемным вопросам, о виртуальном концертном зале речь не шла. Относительно проведения праздничного мероприятия, приуроченного ко Дню работника культуры, указал, что д.м.г. празднуется День работников культуры, торжественное мероприятие, посвященное этому дню решили провести д.м.г. в конце рабочего дня. Им было дано поручение ДК «.....» для написания сценария и подготовки всех мероприятий, данное мероприятие прошло хорошо, никаких замечаний не поступило. Кроме того, д.м.г. он ушел на больничный, и вышел только д.м.г.. До предоставления ему отгула сценарий несколько раз изучался ФИО2 и главным специалистом по культуре Н, вносились поправки, были подготовлены документы для поощрения работников культуры, все было подготовлено. Насколько он помнит уведомление о даче объяснений по факту организации проведения данного мероприятия, ему не поступало. Приказом № на него было наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за отсутствие надлежащей работы по подготовке документов по работе установки АПС – автоматизированной пожарной системы в ДК «.....» и ....., где указано, что отсутствовала претензионная работа. С тем, что он не проводил никакую работу он не согласен, так как он обращался с исковыми заявлениями о продлении и об отсрочке сроков установки АПС, судом были вынесены решения, сроки продлены до д.м.г., работа ведется до настоящего времени. Этот приказ был им обжалован в Государственную инспекцию труда в , по данному факту проводится проверка. Также он не согласен с дисциплинарным взысканием, наложенным приказом № – выговором, где обозначено несколько пунктов, а именно: регистрация не подписанного приказа от д.м.г. №, но д.м.г. он находился на больничном, обязанности с д.м.г. исполняла ФИО4, которая должна была подписать приказ. Относительно второго пункта приказа об отсутствии регистрации подписанного приказа Ю без номера и даты, пояснил, что имел место человеческий фактор, приказ в журнале зарегистрирован, но на самом приказе не были проставлены дата и номер, специалист по кадрам «закрутилась», и не поставила. По третьему пункту приказа, относительно ненадлежащего табелирования рабочего времени, где у него проставлена явка, а не прогул, указал, что табель составлялся д.м.г. и был сдан в бухгалтерию для начисления, он вышел на работу д.м.г.. Табель он не подписывал, подписывает табель специалист по кадрам, которая его заполняет и сдает в бухгалтерию. Кроме этого, в их учреждение никакого документа, подтверждающего его прогул, не поступало. Ни за время работы в Центре культуры и досуга, ни за свою трудовую деятельность у него нарушений трудовой дисциплины никогда не было. 

Представитель истца ФИО1- адвокат Громенко П.А. в судебном заседании исковые требования истца поддержала в полном объеме, дополнительно пояснив, что д.м.г. в первой половине дня ФИО1 написал и согласовал с непосредственным начальником – ФИО2 заявление о предоставлении ему отгулов д.м.г. и д.м.г. в связи с привлечением его к работе в выходные дни д.м.г. и д.м.г.. Данные обстоятельства подтверждаются записью в журнале входящей корреспонденции. Будучи уверенным в том, что отгул согласован, д.м.г. ФИО1 находился на работе в течение около одного часа в первой половине дня, с целью подписания документов. д.м.г. ему было направлено уведомление о предоставлении письменных объяснений по факту отсутствия д.м.г. на рабочем месте, которые были им даны. При неоднократных разговорах д.м.г. ФИО1 с начальником ФИО2, последняя ему не говорила о препятствиях в работе, нагрузке, большом объеме в работе и отсутствии возможности использования ФИО1 отгула. После последнего разговора с ФИО2 и согласования с ней отгулов ФИО1 никто не звонил и не предупреждал о том, чтобы он вышел на работу. Он был уверен в том, что ему было разрешено использовать отгул, поэтому для него стало большой неожиданностью затребование от него объяснений и в дальнейшем увольнение. Полагает, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте по уважительной причине. В оспариваемом приказе руководитель ссылается на наличие срочной работы, от которой зависело дополнительное финансирование, а также на проведение праздничного мероприятия д.м.г., однако никаких документов, а именно распоряжений, приказов, поручений на имя ФИО1 о какой-то срочной работе, а именно по виртуальному залу, от которой зависело дополнительное финансирование учреждения, не поступало. Единственным обоснованием срочной работы, от которой, якобы, зависело дополнительное финансирование является представленное в суд уведомление и.о. Главы района Ж на имя начальника Департамента по культуре и туризму от д.м.г., которое направлено по электронной почте, в ответ на электронное письмо, поступившее д.м.г. в 17 часов 19 минут – в конце рабочего дня. Праздничное мероприятие, приуроченное ко Дню работника культуры было проведено, оно не было сорвано, нареканий не было, никто не был привлечен к дисциплинарной ответственности. Достоверных доказательств того, что мероприятие не состоялось, не представлено, что свидетельствует о голословности изложенного в приказе №. Также в приказе указывается на отношение к труду ФИО1, состоящее в ненадлежащей организации и отсутствии контроля за ведением кадровой работы в МБУ «ЦКД» - приказы о наложении дисциплинарного взыскания № и №. Кроме того, ФИО1 вменяется проставление ему рабочих часов в табеле учета рабочего времени д.м.г., однако имеющийся в материалах дела лист нетрудоспособности ФИО1 с указанием периода его нахождения на больничном полностью опровергает данные обстоятельства и его виновность во вменяемом ему нарушении. Работодатель должен был выяснить обстоятельства предоставления ФИО1 отгула или отказа ему в этом, то есть истребовать объяснительные непосредственных руководителей и лиц его замещающих или лиц, так или иначе связанных с этим вопросом. По поводу наличия в действиях ФИО1 дисциплинарного проступка должно было быть проведено расследование, так как дисциплинарный проступок должен быть доказан, как минимум должны быть взяты объяснительные с работников, в частности с ФИО4, в том числе по дисциплине труда ФИО1, а также по характеристике. Полагает, что ответчиками не установлен факт невыхода ФИО1 на работу без уважительной причины, так как ФИО1 имел право на два дополнительных отгула за работу в выходные дни, а согласно нормам действующего законодательства без согласия работника законом не предусмотрена возможность безосновательного отказа ему в отгуле. 

Представитель ответчика Управления по культуре, спорту и молодежной политике ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения искового заявления в полном объеме. При этом указала, что факт работы ФИО1 в выходные дни д.м.г. и д.м.г., а также его право на получение дополнительного выходного дня за работу в указанные дни ими не оспаривается. д.м.г. истец отсутствовал на рабочем месте, что он не опровергает, в течение рабочего дня, о чем были составлены акты от д.м.г. в присутствии ФИО4 и специалистов Управления по культуре. При составлении акта об отсутствии ФИО1 на рабочем месте от д.м.г. также присутствовал начальник правового отдела . В действиях истца имеется состав дисциплинарного проступка, а именно прогула и привлечение к дисциплинарной ответственности было проведено с соблюдением норм действующего законодательства. Довод истца, о том, данное деяние не является дисциплинарным проступком, поскольку им было подано заявление в Управление по культуре, спорту и молодежной политике, в соответствии с которым он полагает, что его должны были отпустить в соответствующие отгулы, по их мнению, является не состоятельным, поскольку нормы трудового законодательства устанавливают, что отгул, то есть другой день отдыха, предоставляется по желанию работника, может быть предоставлен работодателем. Вместе с тем, Трудовой кодекс РФ указывает, что это право работодателя, но не обязанность предоставить указанные дни отдыха, учитывая те обстоятельства, что было необходимо подготовить проведение мероприятий, посвященных празднованию Дня работника культуры, а также необходимость реализации очень важного федерального проекта – виртуальный кинозал, необходимо было подготовить заявку, о чем ФИО1 было известно. Однако по состоянию на д.м.г., когда он написал соответствующее заявление, документы по виртуальному кинозалу не были готовы и он не уведомлял начальника Управления по культуре, что подготовлены такие-то документы, или о том, что реализация данных положений Постановления Правительства поручена другим специалистам, которые работают в учреждении культуры равно как и не осведомлял о готовности учреждения культуры к проведению мероприятий, посвященных празднованию Дня работников культуры. Из заявления о предоставлении дней отгулов очевидно, что в качестве резолюции начальник Управления по культуре проставил «не согласовано». На данном заявлении начальник Управления по культуре проставил резолюцию за пределами рабочего времени, поскольку ей заявление поступило именно тогда, когда ФИО2 находилась на рабочем месте. Приказ о предоставлении отгулов издается в день подачи заявления. Ранее ФИО1 уже брал отгулы, приказы о предоставлении которых издавались до предоставления отгулов, и работник знакомился с этими приказами до того, как уходил в отгулы. Несмотря на отсутствие согласования, на отсутствие приказа о предоставления дня отдыха, истец самовольно использовал указанный день отгула д.м.г.. По факту совершения данного дисциплинарного проступка до применения дисциплинарного взыскания, как это предписывает положение трудового законодательства, от ФИО1 была запрошена объяснительная, которая была предоставлена им в установленный нормой действующего законодательства срок, в течение двух дней, и исходя из объяснений совершенного дисциплинарного проступка было применено к нему соответствующее дисциплинарное взыскание. При этом до применения дисциплинарного взыскания как это также предписывает Положение об Управлении по культуре, спорту и молодежной политике, а именно: п. 4.4.4, применение данного дисциплинарного взыскания – увольнения, было согласовано с главой . В приказе о привлечении истца к дисциплинарной ответственности отражены обстоятельства, при которых был совершен дисциплинарный проступок, в том числе было учтено отношение к труду, в частности, в качестве обстоятельства, характеризующего отношение к труду данного работника указано о том, что в табеле учета рабочего времени проставлена явка в тот день, когда истец находился в самовольном отгуле. Табель учета рабочего времени подписывается специалистом по кадрам, данный табель не подписывается директором, поэтому, когда обязанности начальника исполняла ФИО4, она не имела возможности ознакомиться с данным документом, так как к ней на подпись он не идет. Кроме того, данный специалист работает не так давно и не предполагала о том, что необходимо отслеживать табель учета рабочего времени и подписывать. Вместе с тем по выходу на свое рабочее место д.м.г. ФИО1 являлся директором муниципального бюджетного учреждения и заработная плата в соответствии с табелем учета рабочего времени начислялась именно после того, как истец вышел на рабочее место. Кроме того, являясь директором, он контролирует, в том числе кадровую работу. Когда было запрошено соответствующее объяснение, директор узнал о том, что в табеле у него стоит явка, но вместе с тем он не предпринял мер, направленных на устранение данного нарушения, так как наличие явки в табеле учета рабочего времени свидетельствует о том, что заработная плата за указанный день, когда фактически работник отсутствует, ему была выплачена, что соответственно является не целевым расходованием бюджетных средств, так как ему данный день не должен был быть оплачен. В свою очередь это также характеризует его отношение к труду. Кроме того, в своих объяснениях от д.м.г. по факту проставления в табеле учета рабочего времени, истец указывает, что действительно находился в отгуле, однако документов по поводу согласования его отгула не было, что подтверждает самовольный уход в отгул, и характеризует его отношение к труду. Приказ о применении дисциплинарного взыскания принят в соответствии с нормами действующего законодательства, учитывает и отношение к труду, и обстоятельства, при которых был совершен дисциплинарный проступок. Также в данном приказе учитывается предшествующее поведение, например, то, что заявление было подано не лично Андреем Александровичем, он не осведомился надлежащим образом о том, что его заявление действительно поступило, зарегистрировано, и издан какой-либо приказ. Также как предшествующее поведение можно расценить то, что д.м.г., как указывает в своих пояснениях ФИО1, до начала рабочего дня, то есть до 09 часов утра, до отъезда в , он присутствовал на рабочем месте, подписывал соответствующие приказы, что указывает на то, что не был назначен сотрудник, который за него должен был исполнять обязанности директора. Соответственно, можно сделать вывод о том, что он знал, что соответствующего приказа нет и отгул не является официальным. Указанные в приказе № от д.м.г. обстоятельства на которые они ссылаются, как на характеризующие исполнение ФИО1 своих обязанностей, ими отражены поскольку это предписано трудовым законодательством, поэтому не учитывать их они не могли. Однако для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности и увольнения было достаточно одного прогула. Считает, что дисциплинарный проступок имел место быть, процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности соблюдена, а исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме. 

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика Управления по культуре, спорту и молодежной политике ФИО2, в удовлетворении исковых требований истцу просила отказать, указывая на то, что д.м.г. ФИО1, являясь директором муниципального бюджетного учреждения «Центр культуры и досуга», отсутствовал на рабочем месте в течение всего рабочего дня, то есть совершил прогул. Процедура увольнения за прогул, предусмотренная трудовым законодательством, не устанавливает обязанности работодателя составлять акт об отсутствии работника на рабочем месте, в связи с чем доказательством отсутствия работника могут служить любые документы, подтверждающие данный факт. В действиях ФИО1 имеется состав указанного дисциплинарного проступка, процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности, предусмотренная нормами трудового законодательства, соблюдена ответчиком в полном объеме. Факт отсутствия истца д.м.г. на рабочем месте в течение всего рабочего дня истцом не оспаривается. В своих письменных объяснениях от д.м.г. ФИО1 подтвердил факт своего отсутствия на рабочем месте д.м.г.. Кроме того, в исковом заявлении он также не отрицает факта его отсутствия на рабочем месте в указанный день, в судебном заседании истец и допрошенные свидетели подтверждают отсутствие ФИО1 на рабочем месте д.м.г.. Довод истца о том, что утром д.м.г. он с 9:00 до 09:40 находился на рабочем месте и подписывал документы у специалиста по кадрам МБУ «ЦКД» Ц не соответствует действительности, поскольку в журнале учета времени прихода и ухода работников МБУ «ЦКД» за д.м.г. отметка о том, что ФИО1 приходил на работу в указанный день, отсутствует. Факт его присутствия утром в указанную дату на рабочем месте подтвердили только специалист по кадрам Ц и супруга истца Ш, которые безусловно имеют заинтересованность в подтверждении его присутствия, так как специалист по кадрам возможно опасается выявления фактов подделки подписей руководителя, а супруга в принципе не заинтересована в даче показаний, опровергающих доводы своего мужа. Другие свидетели в указанный день ФИО1 не видели. Кроме того, если бы фактически истец присутствовал утром д.м.г. на рабочем месте, у него была возможность зайти в Управление по культуре, спорту и молодежной политике , удостовериться в издании приказа о предоставлении дней отдыха и подписать его, но этого сделано не было. Довод истца о том, увольнение является незаконным в связи с тем, что заявление о намерении воспользоваться правом на использование дней отгулов было предоставлено, является не состоятельным, так как положениями Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) не установлен уведомительный характер использования указанных дней отдыха. Статья 153 ТК РФ также не устанавливает обязанности работодателя предоставить за работу в выходной и нерабочий праздничный день другой день отдыха по желанию работника. Данная статья предписывает, что другой день отдыха может быть предоставлен работнику. Учитывая, что в период, когда ФИО1 хотел взять другие дни отдыха, в МБУ «ЦКД» необходимо было осуществить подготовку мероприятий ко Дню работника культуры и подготовку заявки на участие в федеральном проекте создания виртуального концертного зала, начальником Управления было принято решение о несогласовании предоставления дней отдыха д.м.г. и д.м.г., так как важен был именно личный контроль директора за осуществляемой в этот период деятельностью МБУ «ЦКД» и именно руководитель МБУ «ЦКД» был ответственным за подготовку документов для подачи заявки с целью участия в проекте создания виртуального концертного зала в учреждениях культуры. Постановлением Правительства РФ от д.м.г. № определены правила предоставления иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета бюджетам субъектов РФ на создание виртуальных концертных залов в городах РФ, в котором определены правила проведения конкурсного отбора. В рамках данных правил руководителю учреждения необходимо было подготовить ряд документов. д.м.г. на электронную почту УКС и МП поступила информация от Департамента по культуре и туризму о предоставлении пакета документов на участие в данном конкурсном отборе с указанием сроков предоставления данных документов (до 12:00 д.м.г.). УКС и МП в срочном порядке запросило необходимый пакет документов от Учреждения. В связи с отсутствием подготовленных документов специалисты УКС и МП осуществляли подготовку необходимого пакета документов совместно с МБУ «ЦКД» в кратчайшие сроки. То есть, д.м.г. и д.м.г. работа по подготовке соответствующих документов ФИО1 выполнена не была, сведений о поручении выполнения указанной работы кому - либо из работников МБУ «ЦКД» не поступало. Вместе с тем, несмотря на отсутствие согласования начальника Управления о предоставлении дней отдыха, на отсутствие приказа о предоставлении дней отдыха, истец самовольно использовал день отгула д.м.г.. Довод истца о том, что ФИО2 д.м.г. отпустила ФИО1 в отгул д.м.г. не соответствует действительности и не нашел своего подтверждения. Вместе с тем, согласно представленным в материалы настоящего дела документам, практика предоставления директору МБУ «ЦКД» других дней отдыха (отгулов) сложилась таким образом, что указанные дни предоставляются на основании заявления директора и приказа о предоставлении таких дней, с которым директор знакомится до ухода на отдых, иной практики предоставления дней отгулов, тем более только по подаче заявления и (или) по устному согласованию начальника Управления по культуре, не сложилось. В связи с чем доводы истца о каких-либо телефонных разговорах, в ходе которых ФИО2 разрешила использовать дни отдыха, не имеют значения для дела. По факту совершения указанного дисциплинарного проступка до применения дисциплинарного взыскания с директора МБУ «ЦКД» во исполнение статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) были затребованы объяснения, которые были даны в установленный указанной статьей ТК РФ срок. В своем заявлении на предоставление дней отгулов от д.м.г., а также по факту совершения прогула в письменных объяснениях ФИО1 не указывает уважительные причины, по которым он отсутствовал на рабочем месте. О том, что на указанную дату в у них была назначена встреча по поводу приобретения жилья, ФИО1 не сообщал ФИО2 ни при подаче заявления на отгулы, ни в своих объяснениях, при этом о возможном проведении указанной встречи им было известно заблаговременно, что позволило сделать вывод о неуважительности причин отсутствия директора. Решение о привлечении истца к дисциплинарной ответственности за совершение прогула в виде увольнения принималось с учетом обстоятельств, при которых был совершен проступок, и тяжести совершенного проступка. Так, проступок был совершен в условиях необходимости ведения директором интенсивной работы по участию в конкурсном отборе проектов по финансированию из федерального бюджета на создание виртуального концертного зала и по подготовке ко Дню работника культуры. Представленные в материалы дела документы и показания свидетелей подтверждают факт осведомленности ФИО1 об участии учреждения культуры в указанном конкурсе, кроме того, постановлением Правительства РФ от д.м.г. № предусмотрены обязанности именно директора учреждения культуры по подготовке и предоставлению определенных документов, входящих в состав заявки на участие в конкурсе, однако по состоянию на д.м.г. документы не подготавливались. Также из показаний свидетеля Т и Ч следует, что подготовка МБУ «ЦКД» ко Дню работника культуры проводилась не надлежащим образом, так как МБУ «ЦКД» несвоевременно и не в полном объеме были предоставлены списки награждаемых, что свидетельствует об отсутствии со стороны директора МБУ «ЦКД» должного контроля за подготовкой к мероприятию. Дисциплинарный проступок был совершен ФИО1 при отсутствии согласования начальника Управления по культуре, спорту и молодежной политики и оформленных документов (приказа о предоставлении дней отгулов), а также при тех обстоятельствах, что ФИО1 не обеспечил надлежащим образом предоставление заявления о предоставлении дней отдыха. В качестве предшествующего поведения ФИО1 и его отношения к труду рассматривалось ненадлежащее исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей, что подтверждается неоднократными фактами привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, которые в настоящее время не оспорены, факт не принятия ФИО1 мер, направленных на устранение нарушения в табеле учета рабочего времени за д.м.г., где указана явка директора д.м.г., в то время как он отсутствовал на рабочем месте. Указанное обстоятельство не отражено в приказе, как дополнительное нарушение, послужившее основанием для увольнения, оно отражено именно как факт характеризующий отношение к труду, ведь именно директор обязан контролировать работу учреждения, в том числе и кадровую, при этом не имеет значение то, что на момент составления табеля директор отсутствовал на рабочем месте, поскольку получив уведомление об указанном нарушении от Управления по культуре, спорту и молодежной политике в тот период, когда ФИО1 находился на рабочем месте, он не предпринял мер, чтобы устранить данное нарушение, а оно в то же время является не правомерным расходованием бюджетных средств. Реализуя свое право, учитывая характер совершенного деяния, а также обстоятельства при которых он был совершен, работодатель посчитал нужным привлечь к ответственности работника за совершение прогула. Решение о привлечении к дисциплинарной ответственности ФИО1 было согласовано с Главой и д.м.г., с соблюдением предусмотренного ст. 193 ТК РФ месячного срока, был издан приказ № о применении дисциплинарного взыскания, на основании которого издан приказ от д.м.г. № о прекращении трудового договора. В целом процедура привлечения к дисциплинарной ответственности в виде увольнения и само увольнение осуществлены в соответствии с требованиями трудового законодательства, и истец этого не оспаривает. По требованию о взыскании морального ущерба ФИО1 не представил ни одного доказательства несения им каких-либо моральных страданий, о степени указанных страданий и связи таких страданий с действиями ответчика. При этом, довод о том, что его заработная плата является единственным источником его дохода, опровергнут справкой о пенсионном обеспечении ФИО1 На основании изложенного, считает заявленные требования истца не подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующая на основании распоряжения и Положения об Управлении по культуре, спорту и молодежной политике , пояснила, что д.м.г. ФИО1 до обеда позвонил ей и сказал, что хочет воспользоваться отгулом д.м.г. и д.м.г. за те дни, которые он работал ранее. д.м.г. должно было состояться судебное разбирательство по уголовному делу по ее заявлению в порядке частного обвинения, связанное с деятельностью учреждения, куда ФИО1 был приглашен в качестве свидетеля. ФИО1 пояснил, что ему срочно нужны отгулы, при этом, не дал никаких пояснений, например, о каких-то жизненных обстоятельствах, в которые можно было войти. Соответственно она ответила ФИО1, что не отпускает его. После этого ФИО1 перезвонил, сказав, что вопрос относительно его не явки в судебное заседание он решил. Больше звонков до конца дня от ФИО1 не поступало. Вечером, уже после окончания рабочего времени специалист по кадрам принесла ей папку с заявлением ФИО1 на отгулы. Так как она сказала ФИО1, что его не отпускает, заявление она не согласовала, понимая, что у них готовятся большие мероприятия, в частности День работника культуры, их отраслевой праздник, они всегда к нему готовятся очень тщательно. Однако на тот момент, те организационные вопросы, которые должны были быть подготовлены, не были решены. По награждению работников культуры документы в соответствии с их порядком не были предоставлены вовремя, ФИО1 не контролировал этот процесс, и мероприятие, возможно, могло сорваться. Приходилось включаться в этот процесс, помогать, в том числе и Управлению по культуре. Мероприятие состоялось, но организация награждения была проведена в авральном режиме. Имеется определенный порядок подачи списков работников на награждение, который был нарушен. При этом, данное мероприятие стояло в годовом плане, общая подготовка начинается минимум за месяц до события. Это указывает на отношение истца к труду. Свои резолюции на заявлении ФИО1, в верхней и нижней его части, она ставила д.м.г., около 19 часов вечера. Относительно того, что в резолюции в нижней части заявления с заглавной буквы написано слово «Согласовано» пояснила, что она писала «не согласовано», это не исправление, у нее такой подчерк. д.м.г. она узнала о служебной записке, поступившей от ФИО4 в письменной форме, о том, что ФИО1 не присутствует на рабочем месте и ею было дано распоряжение о составлении акта, чтобы специалисты сходили, проверили, удостоверились. Один специалист на тот момент уже был в здании Центра культуры и досуга, помогал в подготовке ко Дню работника культуры, решал организационные вопросы совместно со специалистами учреждения. Был составлен акт в первой половине и во второй половине дня об отсутствии ФИО1 на рабочем месте. ФИО1 акты были представлены без указания фамилий, поскольку это персональные данные лиц, которые расписывались в актах. Устно о согласовании этих дней отгула она ФИО1 не говорила. Причины не согласования дней отгулов она истцу не объясняла, полагая, что они для него очевидны, поскольку готовились к Дню работника культуры, кроме того, к тому времени необходимо было подготовить хотя бы часть документов по виртуальному залу, так как их могли запросить в любой момент. О необходимости подготовить документы по виртуальному залу ФИО1 было известно, так как они вместе с ним были д.м.г. на совещании директоров, где начальник департамента сделал акцент на то, что учреждение будет реально участвовать в этом проекте. Виртуальный зал – это проект, на который выделяются федеральные деньги, они только осуществляют подготовку документов, о сроках им не было известно, но было сказано готовиться, так как их могут затребовать в любой момент. Но до д.м.г. никаких документов подготовлено не было. В связи с чем, д.м.г. после получения запроса им, пришлось отложить всю работу, и вместе с Центром культуры и досуга до ночи заниматься подготовкой документов по виртуальному залу. На момент привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, в отношении него имелся приказ о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде замечания за ненадлежащее звуковое сопровождение мероприятия, приуроченного к 30-летию вывода войск из Афганистана, данное привлечение к дисциплинарной ответственности при вынесении приказа от д.м.г. не учитывалось. 

Представитель ответчика МБУ «ЦКД» ФИО4, действующая на основании приказа и Устава, в судебном заседании пояснила, что по состоянию на д.м.г. она являлась заместителем директора МБУ «Центр культу и досуга», директором назначена с д.м.г.. Её рабочее место располагалось в том же здании, что и на тот период времени, директора ФИО1 по адресу: , в , в бухгалтерии. д.м.г. до обеда она отнесла заявление ФИО1 о предоставлении отгулов д.м.г. и д.м.г. в бухгалтерию Управления по культуре, где находится рабочее место специалиста по кадрам – Д, и положила заявление ей на стол, затем пошла по рабочим делам. На рабочем месте Д не было. В конце рабочего дня к ней зашел директор, сказав, что его заявление нет в Управлении. Она по телефону объяснила Д куда положила это заявление. Д сказала, что нашла заявление, и на этом их разговор закончился. д.м.г., утром она пришла на работу, дождалась 9 часов, позвонила Д, и спросила, будет ли на нее приказ, необходимо ли ей прийти расписаться, и получить этот приказ в копии. На что ей было сказано, что никакого приказа об исполнении обязанностей не будет, так как директора не отпустили, на что она поинтересовалась, что делать, поскольку начало 10 часа, а директора нет на работе. Специалист по кадрам из Управления сказала, что она должна составить акт об отсутствии его на рабочем месте. Она (ФИО4) попросила ее прийти к ним, потому что понимала, что никто из сотрудников ЦКД этот акт не подпишет, знала, что специалист по культуре Н также будет находиться у них практически весь день, ее также попросила засвидетельствовать отсутствие директора на рабочем месте. Д приходила в течение дня несколько раз, до обеда, около 13 часов составили первый акт, также была Н, которая, кроме того, что составляла с ними акт и фиксировала отсутствие директора, занималась также другой работой: они заходили на сцену, поднимали экран, смотрели оформление сцены. Затем после обеда несколько раз приходили специалисты Управления Н, Д, в конце рабочего дня они еще раз подошли около 18 часов, составили второй акт. Акты, подписанные ею, Д и Н были составлены д.м.г.. Она написала служебную записку и передала Д для того, чтобы она передала эти акты ФИО2 д.м.г. ни до 9 часов утра, ни с 09 часов до 10 часов ФИО1 на работе она не видела. В течение всего рабочего дня они с ним не встретились. При этом, она заходила к нему на рабочее место, и в отдел кадров. Их кабинеты находятся друг напротив друга. Кроме того, утром д.м.г., когда ей уже было известно, что она не исполняет обязанности директора, приказ об этом не издавался, к ней в кабинет бухгалтерии, где было ее рабочее место, зашла З, спросила исполняет ли она (ФИО4) обязанности директора, пояснив, что у нее экскурсия, срочно необходимо подписать приказы, без которых она не может выехать. На что она ответила, что не может подписать этот документ только как заместитель директора, выхода у них не было, так как отменить экскурсию в последний момент они не могли. После этого З переделала приказы за подписью заместителя директора, и около 09 часов 30 минут она их подписала. д.м.г. в обеденное время, она звонила ФИО1, они обсуждали рабочие вопросы, но о том, что его заявление не согласовали и приказ о возложении на нее обязанностей директора не издан, она ему не говорила, так как предполагала, что он знает об этом. С д.м.г. был издан приказ о возложении на нее исполнения обязанностей директора, до момента его выхода с больничного. д.м.г. или д.м.г. они со специалистом Управления по культуре в авральном режиме готовили документы по виртуальному залу, так как позвонила Н – главный специалист по культуре, сказала о том, что срочно собираются документы, их необходимо предоставить в Департамент. Табель учета рабочего времени не подписывается руководителем, подписывается только двумя специалистами: специалистом по кадрам и специалистом бухгалтерии - бухгалтером, который начисляет заработную плату. О том, что д.м.г. составлен табель и передан в бухгалтерию она не знала. На сегодняшний момент можно внести изменение в табель, но это повлечет перерасчет заработной платы, которую они сейчас уже сделать не могут, так как уже нет сотрудника, по которому будет производится перерасчет, удержать уже не с кого. 

Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав и оценив представленные в суд доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, достаточности в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка и трудовую дисциплину.

Работодатель вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и привлекать работников к дисциплинарной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст.22 ТК РФ).

Под дисциплиной труда понимается обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (ч. 1 ст. 189 ТК РФ).

Согласно ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности.

Согласно положениям ст. 209 ТК РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

В соответствии со ст.192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с ч. 3 ст. 192 ТК РФ к дисциплинарным взысканиям относится увольнение работника по основанию, предусмотренному п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п.п. А п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.04. N 2 "О применении судами РФ Трудового кодекса РФ" увольнение работника за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей является мерой дисциплинарного взыскания, в связи с чем, работодателем должен быть соблюден установленный ст. 193 ТК РФ порядок применения дисциплинарного взыскания.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе.

Таким образом, основанием для применения дисциплинарной ответственности служит совершение конкретным работником дисциплинарного проступка, то есть противоправного, виновного неисполнения или ненадлежащего исполнения работником своих трудовых обязанностей.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника.

Следовательно, юридически значимыми обстоятельствами для разрешения настоящего гражданского дела являются следующие обстоятельства: 

- совершено ли работником нарушение, явившееся поводом к наложению взыскания, имело ли оно место в действительности и могло ли являться основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности;

-соблюден ли работодателем установленный законом прядок для наложения дисциплинарного взыскания.

Как установлено в судебном заседании, Управление по культуре, спорту и молодёжной политике создано решением Думы № от д.м.г. (Т.1 л.д. 55)

Пунктом 1 Положения об Управлении по культуре, спорту и молодёжной политике (далее-Управление) установлено, что Управление является органом с правами юридического лица, осуществляющим управление в сфере культуры, спорта и молодёжной политике. Пунктом 4.1. Положения установлено, что его возглавляет начальник, который назначается Главой . К числу полномочий начальника Управления, согласно п. 4.4. Положения в числе прочих относит осуществление приема на работу и увольнение работников Управления в порядке, установленном законодательством РФ и (или) иными нормативными правовыми актами; назначение на должность и освобождение от должности руководителей муниципальных учреждений в порядке, установленном законодательством РФ по согласованию с Главой ; принятие мер поощрения к руководителям муниципальных учреждений и наложение на них взыскания по согласованию с Главой . (Т.1 л.д. 56-61).

Согласно распоряжению главы администрации от д.м.г. № ФИО2 переведена на должность начальника Управления по культуре, спорту и молодежной политике с д.м.г. (Т.1 л.д.41). 

В соответствии п.п. 1.2., 1.3., 1.8. Устава муниципального бюджетного учреждения «Центр культуры и досуга» (далее МБУ «ЦКД»), его учредителем является муниципальное образование «», функции и полномочия которого осуществляет Управление по культуре, спорту и молодёжной политике . 

Согласно главе 4 Устава, руководителем МБУ «ЦКД» является директор, который назначается и увольняется начальником Управления по культуре, спорту и молодёжной политике по согласованию с Главой . Директор осуществляет текущее руководство деятельностью Учреждения, подотчетен Учредителю, срок полномочий определен трудовым договором, заключаемым с ним. 

К функциям и обязанностям директора в том числе относится: осуществление финансовой и хозяйственной деятельности Учреждения, принятие мер по привлечению дополнительных средств и укреплению материально-технической базы, заключение договоров, соглашений, контрактов, дача указаний, распоряжений обязательных для выполнения всеми работниками Учреждения; принятие мер поощрения и наложение взысканий на работников в соответствии с трудовым законодательством, ведение работы по укреплению трудовой дисциплины, в пределах, установленных законодательством, распоряжение имуществом (Т.1 л.д. 62-74).

Приказом Управления по культуре, спорту и молодёжной политике № от д.м.г. на должность директора МБУ «Центр культуры и досуга» с д.м.г. постоянно назначен истец (Т. 1 л.д. 84), с которым был заключен трудовой договор № от д.м.г. (Т.1 л.д.75-83). 

Из п.1 и п.6 трудового договора следует, что местом работы ФИО1, как руководителя МБУ «Центр культуры им досуга» является учреждение, расположенное по адресу: . 

Трудовым договором истцу была установлена 40-часовая рабочая неделя, режим работы – с понедельника по пятницу, по 8 часов в день (с 09.00 до 18.00), два дня выходных в неделю. Перерывы для отдыха и питания руководителя устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка учреждения (п.п.12, 13, 17). 

Согласно п. 9 трудового договора истец принял на себя обязательство соблюдать при исполнении обязанностей требования законодательства Российской Федерации, законодательства субъекта Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления, устава учреждения, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов; обеспечивать эффективную деятельности учреждения; обеспечивать своевременное и качественное выполнения всех договоров и обязательств учреждения; обеспечивать выполнение всех плановых показателей деятельности учреждения; обеспечивать своевременное выполнения нормативных правовых актов и локальных нормативных актов работодателя; информировать начальника Управления о своей временной нетрудоспособности, а также об отсутствии на рабочем месте по другим уважительным причинам. 

Главой 6 трудового договора предусмотрена ответственность руководителя за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, предусмотренных законодательством РФ и заключенным трудовым договором.

Пунктом 26 трудового договора от д.м.г. предусмотрено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение руководителем по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующему основанию; иные дисциплинарные взыскания, предусмотренные законодательством Российской Федерации. 

Аналогичные права, обязанности и ответственность директора МБУ «ЦКД» закреплены в его должностной инструкции № от д.м.г., с которой истец ознакомлен (Т.1 л.д. 85-89).

д.м.г. ФИО1 уволен по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за прогул приказом № от д.м.г., с которым истец ознакомлен д.м.г. (т.1 л.д.22).

Основанием увольнения в приказе № от д.м.г. указан приказ начальника Управления по культуре, спорту и молодежной политике от д.м.г. № "О применении дисциплинарного взыскания" (Т.1 д.д.20-21), в котором указано на основания его издания – служебная записка заместителя директора МБУ «ЦКД» ФИО4 от д.м.г. №, акт об отсутствии на рабочем месте от д.м.г., письменное объяснение ФИО1 от д.м.г., а также учтена тяжесть совершенного проступка, обстоятельства при которых он был совершен, предшествующее поведение ФИО1 и его отношение к трудовым обязанностям. С приказом истец ознакомлен д.м.г..

Из текста приказа начальника УКС и МП от д.м.г. № о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения следует, что д.м.г., директор муниципального бюджетного учреждения «Центр культуры и досуга» ФИО1 допустил однократное грубое нарушение трудовых обязанностей - прогул, то есть отсутствовал на рабочем месте в МБУ «ЦКД», расположенном по адресу: без уважительных причин в течение всего рабочего времени в период с 9:00 до 18:00, в результате самовольного использования дня отгула без приказа Управления по культуре, спорту и молодёжной политике о предоставлении дня отгула, чем нарушил п. 2.1. должностной инструкции директора МБУ «ЦКД», утверждённой начальником УКС и МП от д.м.г.. №, п. 9, п. 13 трудового договора № с директором МБУ «ЦКД» от д.м.г.. 

Как следует из содержания приказа № при избрании меры дисциплинарной ответственности были учтены следующие обстоятельства: 

- заявление на предоставление отгула поступило д.м.г. в УКС и МП за пределами рабочего времени (после окончания рабочего дня). При этом ФИО1 имел возможность позаботиться о своевременном поступлении заявления в УКС и МП, о надлежащем оформлении документов о предоставлении (отказе в предоставлении) отгула, был предупрежден начальником УКС и МП посредством телефонной связи о необходимости перенести дни отгула на другое время. Несмотря на указанные обстоятельства ФИО1 д.м.г. не вышел на работу, чем показал свое пренебрежительное отношение к дисциплине труда; 

- ФИО1 самовольно использовал отгул несмотря на наличие срочной работы, от которой зависело дополнительное финансирование учреждения (до д.м.г. необходимо было подготовить заявку для участия в конкурсном отборе проектов по финансированию из федерального бюджета на создание виртуального концертного зала, которая по состоянию на д.м.г. не была готова и подготовку которой в отсутствие директора МБУ "ЦКД" осуществляли специалисты УКС и МП), несмотря на поручение организовать и провести праздничные мероприятия, приуроченные ко Дню работника культуры (д.м.г., приказ УКС и МП от д.м.г. №), чем показал свое пренебрежительное отношение к нуждам МБУ "ЦКД"; 

- отношение ФИО1 к труду, состоящее в ненадлежащей организации и отсутствии контроля за ведением кадровой работы в МБУ "ЦКД" (приказ УКС и МП от д.м.г. №), ненадлежащем ведении хозяйственной работы (приказ УКС и МП от д.м.г. №); в объяснении на имя начальника УКС и МП от д.м.г. ФИО1 признает свое отсутствие на рабочем месте д.м.г., в объяснении на имя начальника УКС и МП от д.м.г. ФИО1 указывает на свое нахождение в отгуле. Вместе с тем в табеле рабочего времени № за период с д.м.г. по д.м.г. проставлена явка д.м.г. ФИО1 на рабочее место, соответственно за указанный день начислена и выплачена заработная плата. Несмотря на запрос объяснений по указанному факту ФИО1 не было предпринято никаких мер для устранения нарушения, что привело к неправомерному расходованию бюджетных средств. 

Применение к директору МБУ «ЦКД» ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения за совершение прогула д.м.г. согласовано с Главой Х и заместителем главы по социальным вопросам Ж, что подтверждается служебной запиской начальника УКС и МП ФИО2 от д.м.г. (Т.1 л.д.190). 

Как следует из представленных доказательств с д.м.г. по д.м.г. ФИО1 находился на больничном, что подтверждается листком нетрудоспособности (т.1 л.д.19).

Приказом УКС и МП от 20.003.2019 № в связи с временным отсутствием основного руководителя МУ «ЦКД» ФИО1 (временная нетрудоспособность) исполнение обязанностей директора МУ «ЦКД» возложено на ФИО4, с д.м.г. по дату выхода на работу основного руководителя (Т.1 л.д.14). 

д.м.г. по выходу истца на работу, начальником УКС и МП ФИО2 ему были направлены уведомления о даче письменных объяснений по факту его отсутствия на рабочем месте в культурно-досуговом отделе «.....» д.м.г. с 09.00 до 18.00 и д.м.г. более 4-х часов подряд, до обращения в ОГАУЗ «.....». С указанными уведомлениями истец был ознакомлен д.м.г. (Т.1 л.д.15, 17) 

Объяснения ФИО1 представлены д.м.г., где указано на получение в ходе телефонного разговора устного согласия руководителя УКС и МП ФИО2 на предоставление отгула д.м.г., что слышали свидетели. В связи с этим д.м.г. он находился в городе , а не на рабочем месте (Т. 1 л.д.16). 

Оценивая установленные в ходе судебного заседания обстоятельства и представленные доказательства суд приходит к выводу о том, что процедура привлечении к дисциплинарной ответственности, предусмотренная ст. 193 ТК РФ работодателем не нарушена, у работника истребованы и получены объяснения по вмененным обстоятельствам проступка, приказ о применении дисциплинарного взыскания вынесен в установленный срок и вручен работнику.

Разрешая исковые требования истца в части признания приказа о применении дисциплинарного взыскания, а также его увольнения незаконными, отсутствие в его действиях дисциплинарного проступка суд исходит из следующего. 

Предоставление дополнительного дня отдыха (отгула) в том числе за ранее отработанное время, осуществляется по соглашению между работником и работодателем (ст. 152, ч. 3 ст. 153 ТК РФ). Самовольное использование дня отдыха является основанием для увольнения работника за прогул (пп. "д" п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2).

Аналогичные условия содержатся в п.12 трудового договора № от д.м.г., заключенного между УКС и МП и ФИО1, согласно которому привлечение Руководителя к работе в выходные и нерабочий праздничный день осуществляется с письменного согласия Руководителя по письменному распоряжению Работодателя с согласованием другого дня отдыха (Т.1 л.д.78).

Факт наличия у истца права на использование дополнительного дня отдыха (отгула) в судебном заседании не оспаривалось ответчиком и подтверждено представленными приказом УКС и МП от д.м.г. № о направлении истца в командировку д.м.г. (суббота), который являлся выходным днём (Т.1 л.д.3), приказом УКС и МП от д.м.г. № о привлечении его к работе в нерабочий (выходной) день – д.м.г., 

Судом установлено и следует из материалов дела, а также из пояснений ФИО4, ФИО2, ФИО1, свидетелей: специалиста по кадрам УКС и МП Д, делопроизводителя МБУ ЦКД Э, что заявление ФИО1 на имя начальника УКС и МП от д.м.г. о предоставлении ему дней отдыха д.м.г. и д.м.г. за отработанные им ранее выходные дни д.м.г. и д.м.г. (Т.1 л.д.9, 130) было передано УКС и МП д.м.г. нарочным - ФИО4 в первой половине дня. В журнале регистрации исходящей корреспонденции МБУ «ЦКД» за д.м.г. указанное заявление ФИО1 не зарегистрировано (Т.1 л.д. 199-230).

Согласно журналу регистрации внутренних документов УКС и МП администрации за период с д.м.г. по д.м.г. (Т.1 л.д.90-109) под № имеется запись, внесенная Д о поступлении д.м.г. заявления директора МБУ «ЦКД» ФИО1 о предоставлении ему дней отдыха д.м.г. и д.м.г. за работу в нерабочие (выходные) дни д.м.г. и д.м.г.. При этом отметка о наличии приказа о предоставлении указанных дней отдыха отсутствует (Т.1 л.д.102).

Данное заявление, как следует из показаний свидетелей, зарегистрировано во второй половине дня и представлено начальнику УКС и МП ФИО2 в папку входящей корреспонденции. 

На заявлении имеется входящий № от д.м.г. и резолюция начальника УКС и МП ФИО2 от д.м.г. «Не согласовано». В верхней части заявления также имеется резолюция ФИО2 от д.м.г. «Д Предложить другие дни отдыха в связи с подготовкой проведения Дня работника культуры и срочной подготовкой документации по нац. проекту «Культура» (Т.1 л.д.130).

Также ФИО1 д.м.г. на имя начальника УКС и МП была составлена служебная записка о возложении исполнения обязанностей директора МБУ «ЦКД» на период его отсутствия д.м.г., д.м.г. на заместителя директора МБУ «ЦКД» ФИО4 (Т.1 л.д.12). Данная служебная записка была зарегистрирована в журнале регистрации исходящей корреспонденции МБУ «ЦКД» за № (Т.1 л.д.218) и направлена в УКС и МП по электронной почте, с пометкой «для Д» д.м.г. в 12 час 02 мин. (Т. 1 л.д.13). Запись о регистрации указанной служебной записки журналу регистрации внутренних документов УКС и МП администрации отсутствует. 

Допрошенные в качестве свидетелей в судебном заседании Ф, М, являющиеся работниками МБУ «ЦКД» указали, что в конце рабочего дня д.м.г. находились в кабинете у ФИО1 и слышали его телефонный разговор с ФИО2, в ходе которого он включил громкую связь, о том, что она указала, что согласовывает ФИО1 отгулы на д.м.г. и д.м.г. и просит присутствовать М в судебном заседании у мирового судьи. 

Свидетель Ш в судебном заседании показала, что была свидетелем разговора ФИО1 и ФИО2 вечером д.м.г. после окончания рабочего дня, по телефону с использованием сотовой связи, в ходе разговора ФИО2 устно подтвердила согласование отгулов ФИО1 на д.м.г. и д.м.г..

Показания свидетелей о наличии устного согласования предоставления дней отдыха, при наличии письменных доказательств отказа в их предоставлении, отсутствия письменного распоряжения работодателя о предоставлении дней отдыха, при необходимости наличия письменной формы распоряжения, что прямо закреплено в положениях ТК РФ и трудовом договоре не могут быть расценены судом как доказательство соблюдения истцом процедуры согласования и получения дней отдыха по своему заявлению.

В свою очередь истец был знаком с порядком предоставления отгулов, а именно, что заявление о предоставлении должно быть согласовано руководителем и о предоставлении отгула должен быть вынесен приказ, с которым работник ознакамливается под роспись, поскольку ранее уже обращался с заявлением на имя начальника УКС и МП о представления ему отгула, которое было согласовано, и на основании данного заявления был издан приказ о предоставлении дня отдыха. Указанное подтверждается заявлением ФИО1 от д.м.г. о предоставлении дня отдыха за работу в выходной день, на котором имеется резолюция «Согласовано. Д приказ» (Т.2 л.д.93), а также приказом УКМ и МП о предоставлении дня отдыха от д.м.г. №, с которым истец был ознакомлен д.м.г. (Т.2 л.д.94).

При этом судом установлено, что предоставление истцу отгула д.м.г. на основании его заявления от д.м.г. начальником УКС и МП в этот же день было не согласовано, приказ о предоставлении истцу дня отдыха не издавался, что подтверждается выпиской из журнала регистрации внутренних документов УКС и МП за период с д.м.г. по д.м.г., где отсутствует запись об издании приказа о предоставлении истцу дней отдыха д.м.г.. 

Таким образом, доказательств согласования дополнительного дня отдыха д.м.г. в порядке, предусмотренном нормами трудового законодательства, истцом суду, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено. Между сторонами не было достигнуто согласие и оформлен соответствующий приказ о предоставлении дня отдыха, что не позволяло Истцу отсутствовать на рабочем месте д.м.г.. Поскольку по заявлению о предоставлении дня отдыха работодателем принято положительное решение не было, истец был не вправе не выходить д.м.г. на работу, и по существу использовал отгул самостоятельно. Имеющиеся в резолюции исправления о согласовании не свидетельствуют, поскольку из показаний представителя ответчика ФИО2 следует, что в ходе телефонного разговора с истцом она ему отказала в согласовании отгулов. Кроме того, об этом также свидетельствует отсутствие приказа начальника УКС и МП о предоставлении ФИО1 отгулов д.м.г., а также о назначении на это время исполняющего обязанности директора МБУ «ЦКД». 

д.м.г. на имя начальника УКС и МП от заместителя директора МБУ «ЦКД» ФИО4 поступило письменное сообщение, из которого следует, что директор МБУ «ЦКД» ФИО1 отсутствовал на рабочем месте д.м.г. с 9.00 до 18.00 часов. Сведений об уважительных причинах его отсутствия в учреждении не поступало. С указанным сообщением были направлены акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте (Т.1 л.д.26, 131).

Как следует из актов № и №, составленных заместителем директора МБУ «ЦКД» д.м.г. в 13.00 и в 18.00, соответственно, и удостоверенных личными подписями заместителя директора МБУ «ЦКД» ФИО4, специалиста по кадрам УКС и МП Д, главного специалиста по культуре УКС и МП Н зафиксирован факт отсутствия д.м.г. с 09.00 до 13.00 часов, а также с 14.00 до 18.00 часов директора МБУ «ЦКД» ФИО1 на своем рабочем месте бюджетного учреждения «Центр культуры и досуга», расположенного по адресу: . Также отражено, что сведениями об уважительных причинах отсутствия ФИО1 не располагают (Т.1 л.д.132, 133).

Допрошенная в качестве свидетеля специалист по кадрам УКС и МП Д по обстоятельства дела указала, что д.м.г. утром получив папку с документами от начальника УКС иМП ФИО2 увидела, что заявление на отгул ФИО1 имеет резолюцию «не согласовано». Почти сразу поступил звонок из ..... ФИО4, которая узнавала по поводу приказа о возложении на нее обязанностей директора на д.м.г.-д.м.г.. На что она ей пояснила, что заявление ФИО1 не подписано, приказа о возложении на нее исполнение обязанностей не будет. Узнав, что директора ЦКД на месте нет, ФИО2 распорядилась составлять акты об отсутствии директора на рабочем месте. ФИО4, сказала, что работники МБУ не подпишут акты. Факт отсутствия ФИО1 в актах фиксировала ФИО4, свидетель и сотрудник УКС и МП Н, которая на тот момент уже была в ЦКД по рабочим вопросам. Д в ЦКД д.м.г. приходила трижды: утром, в период с 10 до 11 часов, потом перед обедом и ближе к концу рабочего дня. Заходили в кабинет ФИО1 Там находились В, ФИО4, Н, кто-то еще заходил-выходил, но их она не знает. Кроме этого, она в течении дня созванивались с ФИО4, узнавала, появился ли директор на рабочем месте. От д.м.г. были составлены акты об отсутствии директора на рабочем месте, которые ею были подписаны. Также они приходили в ЦКД д.м.г.. Акты составляли от учреждения Центра культуры и досуга, и также были акты от Управления по культуре.

Допрошенная в качестве свидетеля главный специалист по культуре УКС и МП Н по обстоятельства дела указала, что д.м.г. в течение дня она присутствовала в здании МБУ «Центр культуры и досуга», была там несколько раз. Ближе к обеду, после 12 часов, когда она пришла в ЦКД, к ней подошла ФИО4, пояснила, что руководитель учреждения отсутствует, где он не известно, составили акт об отсутствии руководителя, и попросила ее подписать данный акт. На тот момент, когда она там была, его, действительно, не было, поэтому акт она подписала. Кто составлял акт ей не известно. Акт она подписывала в кабинете руководителя. Второй раз она была в учреждении ближе к 6 часам вечера, пришла целенаправленно, чтобы засвидетельствовать отсутствие руководителя на рабочем месте в конце рабочего дня. В указанный день, когда она находилась в данном учреждении, ФИО1 она не видела, он отсутствовал. В первой половине дня она приходила одна, а вечером с ней пришла Д, также с целью засвидетельствовать отсутствие ФИО1 на рабочем месте, и которая также подписывала акт, она видела ее подпись в акте. Подписи Д в акте, составленном в первой половине дня, она на тот момент не видела, когда она (Н) подписывала акт в первой половине дня, Д не было, а вечером они пришли вместе. 

В судебном заседании истец не отрицал факт своего отсутствия на работе д.м.г., указав, что был уверен в предоставлении отгула и наличии оснований для отсутствия на рабочем месте, также указал на то, что в течении от 15 до 40 минут в период с 9 до 10 часов находился в ДК и подписывал необходимые документы. Около 12 часов он уехал в по личным вопросам.

Допрошенные в судебном заседании свидетель Ш показала, что ее муж ФИО1 утром д.м.г., ездил на работу, чтобы решить вопросы, вернувшись, они на машине уехали в . 

Свидетель специалист по кадрам МБУ ЦКД Ц указала, что в период с 09 до 10 часов д.м.г. ФИО1 зашел к ней в кабинет, подписал несколько документов, так как было заранее известно, что он в этот день находится в отгуле. 

Допрошенные в качестве свидетелей замдиректора по ХЧ МБУ «ЦКД» В, методист МБУ «ЦКД» З указали, что д.м.г. директора МБУ ЦКД ФИО1 на рабочем месте не видели.

Согласно журналу учета времени прихода и ухода работников МБУ «ЦКД» запись за д.м.г. не содержит данных о времени прихода и ухода истца, а также его росписи напротив указанных записей. (Т.2 л.д.99-100). 

Как следует из письменных объяснений ФИО1 от д.м.г. он д.м.г. находился в городе , а не на рабочем месте (Т. 1 л.д.16). 

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено и данное обстоятельство не оспаривается истцом, о том, что в течении рабочего времени д.м.г., в том числе продолжительностью более 4 часов он отсутствовал на рабочем месте. 

Факт прихода истца д.м.г. для подписания документов на непродолжительное время не является существенным обстоятельством, свидетельствующим об исполнении своих трудовых обязанностей в течении всего рабочего дня. 

Представленный акт № от д.м.г., подписанный специалистом по кадрам Д, заместителем директора МБУ «ЦКД» по ХЧ В, заместителем директора МБУ «ЦКД» ФИО4, главным специалистом по культуре УКС и МП Н об отсутствии д.м.г. с 09.00 до 18.00 часов директора МБУ «ЦКД» ФИО1 на своем рабочем месте в культурно-досуговом отделе «.....» (Т.1 л.д.134), как следует из показаний свидетелей и представленный переписке ( т. 2 л.д. 57-62) составлен д.м.г..

Не соответствие даты составления акта и его содержания не является существенным, так как факт отсутствия истца на рабочем месте д.м.г. подтвержден иными доказательствами по делу.

Суд, оценив собранные по делу доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ приходит к выводу о доказанности того, что д.м.г. ФИО1 отсутствовал на рабочем месте в течение рабочего дня без уважительной причины, то есть истец совершил прогул.

Основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности является факт совершения дисциплинарного правонарушения, который в трудовом законодательстве называется дисциплинарным проступком и под которым понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (ст. 192 ТК РФ). 

Согласно правовой позиции, изложенной в п.п. 38, 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.04. N 2 "О применении судами РФ Трудового кодекса РФ" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за самовольное использование дней отгулов. 

При таких данных, учитывая, что у работодателя отсутствовала обязанность предоставления истцу по его желанию дня отдыха в порядке ч. 3 ст. 153 Трудового Кодекса РФ, как работавшему в выходной или праздничный день, то отсутствие истца на работе д.м.г. по его заявлению от д.м.г. требовало разрешения работодателя и такое разрешение им получено не было, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что основания для применения к ФИО1 меры дисциплинарного взыскания имелись, поскольку истец д.м.г. отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин. 

Согласно абз. 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Отраженные в приказе № от д.м.г. обстоятельства, учтенные в качестве отношения работника к труду и применения такого вида дисциплинарного в взыскания как увольнения по мнению суда в части не нашли своего подтверждения в судебном заседании. 

В частности довод о том, что заявление о предоставлении отгула было представлено в УКС и МП несвоевременно после окончания рабочего дня д.м.г. опровергнут в судебном заседании, в том числе показаниями свидетеля Д, ФИО4, письменными доказательствами и установленными обстоятельствами порядка подачи и поступления данного заявления в УКС и МП.

Также не представлено достоверных доказательств того, что отсутствие ФИО1 на рабочем месте свидетельствует о пренебрежительном отношении к нуждам МБУ ЦКД и наличии срочной работы, связанных с подготовкой праздничных мероприятий, приуроченных ко Дню работника культуры и необходимости до д.м.г. подготовить заявку для участия в конкурсном отборе проектов по финансированию из федерального бюджета на создание виртуального концертного зала.

Как следует из представленных доказательств, д.м.г. в 17:19 на адрес электронной почты УКС и МП администрации поступило электронное письмо о сборе заявок для участия в конкурсном отборе проектов по финансированию из федерального бюджета на создание виртуального концертного зала по виртуальному концертному залу, с указанием списка необходимых документов и срока направления документов до 12:00 д.м.г. (Т.2 л.д. 10, 11-12). д.м.г. администрацией на имя начальника Департамента по культуре и туризму была направлена заявка на участие в конкурсном отборе субъектов РФ на предоставление иных межбюджетных трансфертов из федерального бюджета бюджетам субъектов РФ на создание виртуальных концертных залов в городах РФ в д.м.г., с приложенным к ней пакетом копий документов. (Т.1 л.д.146-188). Как следует из содержания документов, основной пакет документов подготавливался за подписью должностных лиц Администрации , от МБУ ЦКД были представлены заверенные заместителем директора МБУ «ЦКД» ФИО4 копии устава МБУ «ЦКД», технического паспорта ..... и свидетельства о регистрации права собственности.

Представленные доказательства по вопросу организации и проведении мероприятия, приуроченного ко Дню работника культуры, в том числе письменные документы и показания свидетелей Д, М, Ф, Ц, Т, Ч, Н, безусловно не свидетельствуют о наличии срочной работы, неисполнение которой по состоянию на д.м.г. вменено истцу. 

Таким образом, указанные обстоятельства, учитывая, что необходимость решения возникших вопросов возникла во время отсутствия ФИО1 на рабочем месте, свидетельствует о ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей, выразившихся в отсутствии удостоверения со стороны руководителя учреждения о возложении обязанности по осуществлению функций руководителя на иное лицо, исполняющего обязанности на период его отсутствия. 

Кроме того, стороной ответчика представлен приказ УКС и МП № от д.м.г. о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей, выразившееся в отсутствии контроля за звуковым сопровождением мероприятия, приуроченного к 30-летию вывода советских войск из Афганистана (Т.2 л.д. 95). Данный приказ был обжалован ФИО1 в судебном порядке. Решением суда в удовлетворении его исковых требований отказано. Решение в законную силу не вступило. Как следует и пояснений представителя ответчика и содержания приказа № от д.м.г. данное привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности при назначении дисциплинарного наказания не учитывалось.

Приказом УКС и МП № от д.м.г. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания, в связи с тем, что им не была надлежащим образом организована работа учреждения по контролю за выполнением работ по установке средств обеспечения пожарной безопасности КДО «.....», КДО «.....» в рамках заключенного контракта от д.м.г. №, не была организована своевременная подача заявления об отсрочке исполнения решения Колпашевского городского суда от д.м.г. по делу № (Т.1 л.д.137-138). Данное событие учтено работодателем в качестве отношения ФИО1 к труду при применении дисциплинарного наказания.

Указанный приказ был обжалован ФИО1 в государственную инспекцию труда в . По доводам, изложенным в жалобе была назначена проверка, по итогам проведения которой ФИО1 был дан ответ, что между ним и работодателем усматривается индивидуальный трудовой спор, который может быть разрешен комиссией по трудовым спорам и в судебном порядке (Т.2 л.д.164, 187-188, 189-190, 194). 

В обоснование законности вынесения данного приказа в материалы дела представлены акты осмотра объектов МБУ «ЦКД»: КДО «.....», расположенного по адресу: , и КДО «ДК «.....» расположенного по адресу: , из которых следует, что в ходе визуального осмотра, проведенного д.м.г. комиссией в составе: директора МБУ «ЦКД» ФИО1, заместителя директора по хозяйственной части МБУ «ЦКД» В, специалистов по строительству МКУ «.....» К и Г, выявлено, что по первому и второму этажу двухэтажного деревянного здания КДО «ДК «.....» частично проведен кабель-канал и выполнено вложение кабеля. Остальные работы в соответствии с условиями контракта от д.м.г. по устройству автоматической пожарной системы подрядчиком не выполнены. На объекте КДО «.....» к работам, указанным в условиях контракта от д.м.г. по устройству автоматической пожарной системы подрядчик не приступал, автоматическая пожарная система не установлена. 

Согласно служебной записке директора МКУ «.....» У от д.м.г., на момент принятия работ по ОПС на объекте, расположенном по адресу: выполнено работ – 0%, на объекте, расположенном по адресу: , выполнено работ – 15%. 

Свидетель Б в ходе судебного заседания показал, что он является исполнителем работ по контракту, заключенному между ним, как индивидуальным предпринимателем, и МБУ «ЦКД», в лице директора ФИО1, на установку пожарной сигнализации на двух объектах: ДК «.....» на и ..... на . Срок выполнения работ по указанному контракту-д.м.г., но была предусмотрена возможность поэтапной сдачи работ. д.м.г. он получил претензию из которой узнал о том, что работы не выполнены. На первичном осмотре объекта, еще до заключения контракта, который был осуществлен сразу после новогодних праздников, директор ЦКД выделил ему сотрудников, которые являлись ответственными лицами по проведению работ, в частности В, который должен был решать с ним все эти вопросы именно технической части и Я, фамилию которой он не знает, которая должна была выполнять работы как контрактный управляющий. На момент когда он получил претензию работы на ..... не были начаты, на ДК «.....» бригада работала, работы были выполнены на 80-90 процентов. До того как он получил претензию ему лично никаких звонков о том, что работы вообще не начаты, не поступало, никто его ни о чем не предупреждал. Связь с В они поддерживали. В претензии оговорено, что у него имеется возможность исполнения работ до д.м.г., с учетом оплаты штрафа и пени за каждый день просрочки исполнения контракта. О судебному решении об отсрочке исполнения ему ничего не известно. На данный момент один объект уже сдан, на втором объекте работы выполнены на 99%, в ближайшее время должна состояться сдача объекта. Считает, что в данной ситуации имеет место его упущение, так как он должен был, раз в неделю приезжать, контролировать работы.

Приказом УКС И МП № от д.м.г., который также был учтен при принятии решения о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, ФИО1 привлечен к административной ответственности в виде выговора, в связи с выявлением фактов, нарушения трудового законодательства и делопроизводства в МБУ «ЦКД». Указанные в приказе обстоятельства и представленные в его подтверждения документы указывают на события произошедшие после совершения дисциплинарного проступка, в том числе на события, произошедшие во время нахождения ФИО1 на больничном и следовательно не могут расцениваться как характеристика предшествующего поведения работника, и его отношение к труду на дату совершения проступка.

Представленные стороной ответчика представление прокурора на имя МКБУ «ЦКД» ФИО4 от д.м.г. об устранении нарушения законодательства в сфере пользования и распоряжения муниципальной собственностью, о противодействии коррупции, приказ УКС и МП от д.м.г. № о привлечении директора МБУ «ЦКД» ФИО4 к дисциплинарной ответственности, а также служебная записка заместителя директора МБУ «ЦКД» В от д.м.г. на имя директора МБУ «ЦКД» ФИО4 об обнаружении им факта подделки его подписи в ряде документов, судом во внимание не принимаются, поскольку к сути рассматриваемого спора не относятся. Более того, документы, о которых идет речь в служебной записке В, датированы ранее, чем истец был принят на работу в МБУ «ЦКД» на должность директора. 

Вместе с тем, ответчик УКС и МП, как работодатель, представил суду достаточные и достоверные доказательства, свидетельствующие как о том, что ФИО1 совершил дисциплинарный проступок, так и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15 марта 2005 № 3-П правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (статья 273 ТК РФ; п. 1 ст. 53 ГК РФ). В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации. 

Право оценки эффективности деятельности руководителя организации является исключительной компетенцией его работодателя, а вывод о выполнении либо невыполнении поставленной перед руководителем задачи, в том числе качества проведения мероприятий в рамках принятых на себя учреждением, основывается на таких оценочных критериях как разумность, достаточность, эффективность и своевременность принимаемых для этого мер.

Учитывая изложенное, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд полагает, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения, в данном случае является соразмерным совершенному проступку, и обстоятельствам, при которых он был совершен.

Поскольку судом установлен факт грубого нарушения истцом трудовой дисциплины, выразившееся в прогуле, то оснований для признания приказа УКС и МП от д.м.г. № о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным, суд не находит.

Таким образом, поскольку факт отсутствия истца на рабочем месте подтвержден материалами дела, предусмотренная ТК РФ процедура увольнения работодателем соблюдена, нормы п.п. а п.6 ч.1 ст.81 ИТК РФ предусматривают, что трудовой договор может быть расторгнут и при однократном грубом нарушении работником трудовой дисциплины, которым является прогул, у работодателя имелись основания для увольнения истца с работы по п.п.а п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса, порядок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения по указанному основанию, установленный ст.193 ТК РФ, ответчиком соблюден, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявленных требований о признания увольнения не законным не имеется. 

Поскольку требования истца о признании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности недействительным удовлетворению не подлежат, то соответственно не подлежат удовлетворению и требования о восстановлении его на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах, заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Управлению по культуре, спорту и молодежной политике о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания от д.м.г. №, признании незаконным увольнения д.м.г. на основании п.п. А п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению «Центр культуры и досуга» о взыскании не полученного заработка за время вынужденного прогула с д.м.г. до момента вынесения судебного решения отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Колпашевский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья: О.В. Сафонова

Мотивированный текст решения изготовлен д.м.г..

Судья: О.В. Сафонова