УИД 16RS0024-01-2025-000068-16

Дело № 1-17/2025

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

10 апреля 2025 года гор. Нурлат 

Нурлатский районный суд Республики Татарстан в составе 

председательствующего судьи Бурганова Р.Р., 

при секретаре судебного заседания Маланьиной Т.В., 

с участием государственных обвинителей Шуваловой И.Ю. и Гаянова И.М., 

подсудимого ФИО1, 

законного представителя подсудимого ФИО2,

защитника Чугуновой Е.А., 

а также представителя потерпевшего Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, со 

<

данные изъяты> образованием, не женатого, пенсионера, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 13.10 часов до 15.21 часов ФИО1, находясь в помещении кухни жилого 

<

адрес> с

<

адрес> Республики Татарстан, во время ссоры, возникшей после совместного употребления спиртных напитков на почве личных неприязненных отношений к С., действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью С., взяв нож и используя его в качестве оружия, нанес им С. один удар в область правого лучезапястного сустава и один удар в область расположения жизненно важных органов – в область передней поверхности живота справа.

В результате преступных действий ФИО1 С. причинены телесные повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения живота справа, потребовавшее проведение специализированной медицинской помощи в условиях стационара, а именно операции - лапаротомии, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, и резанной раны в области правого лучезапястного сустава, с частичным повреждением подлежащих мягких тканей и пересечением лучевой артерии на 1/3, причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше трех недель (21 дня).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал. При этом показал, что около 12.00 часов к нему домой пришел С., с которым стали распивать спиртные напитки. Между ними произошел спор, стали бороться на руках. С. его не бил, словесных угроз не высказывал, ничем не угрожал. Затем, он, взяв со стола нож, махнул им в горизонтальной плоскости перед С. Возможно он задел С. ножом вскользь, но крови не было. Колющий удар ножом С. не наносил, органы тому не отрезал. Затем, вытолкав С. из дома, лег спать. Вечером, когда приехали сотрудники полиции, он находился в огороде. О смерти С. узнал на следующий день. Состояние алкогольного опьянения не повлияло на то, что он, взяв в руки нож, махнул им перед С.

В ходе проверки показаний ФИО1 на месте от ДД.ММ.ГГГГ последний показал, что ДД.ММ.ГГГГ находясь у себя дома вместе с С. употребляли спиртные напитки. Дома были только вдвоем. Когда они курили, между ними произошел спор, в ходе которого он в целях напугать С. махнул ножом справа налево где-то в области живота С. Затем С. ушел из дома, он закрыл за ним входную дверь и лег спать. Проснувшись, протер на полу в помещении кухонной комнаты кровь тряпкой, которую положил под раковину (т. 2, л.д. 224-237).

Помимо вышеуказанных показания подсудимого ФИО1, данных в ходе расследования, где он не отрицает ряд фактических обстоятельств произошедшего, его вина в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так. потерпевший Г. в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ он по сообщению Ф. А.М. приехал в дом дяди С. Во дворе находились люди, в доме два сельских фельдшера. С. лежал на диване с ранением живота, была кровь. На полу лежали брюки, нож и часть двенадцатиперстной кишки, которую со слов С. он отрезал сам из-за боли. В больнице он увидел на руке С. глубокий порез. С. может охарактеризовать как спокойного, употребляющего спиртные напитки, проживал один. Позже от односельчан ему стало известно о том, что ножевое ранение С. нанес ФИО1

Свидетель А. в судебном заседании показал, что в один из дней, точную дату не помнит, он пришел домой к С. Тот лежал на кровати. С., сообщив, что ФИО1 ударил его ножом, просил вызвать медицинских работников. Затем он побежал к медсестре З. По дороге рассказал о случившемся К., который направился к С.

Свидетель К. в суде показал, что днем ДД.ММ.ГГГГ он, узнав от А. о том, что С. находиться у себя дома с ножевым ранением, пошел к С. Тот лежал на кровати в крови, жаловался на боль в животе, сказал, что его ударили ножом. Затем пришли фельдшер М. и глава поселения Ф. А.М.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля медсестра Степноозерского ФАП ГАУЗ «Нурлатская ЦРБ» М. показала, что по телефонному сообщению главы поселения Ф. А.М. о ножевом ранении она пришла в дом С. В нижней брюшной области справа С. имелась колотая рана. Она стала оказывать медицинскую помощь. С. пояснил, что его ранил ФИО1 На полу возле С. лежала часть двенадцатиперстной кишки, которую со слов С. он сам отрезал из-за сильной боли.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля заведующая Степноозерского ФАП ГАУЗ «Нурлатская ЦРБ» З. дала показания, аналогичные показаниям свидетеля М., пояснив, что она, прибыв на место происшествия после медсестры М., стала помогать последней оказывать медицинскую помощь Ж.

Глава Степноозерского сельского поселения 

<

адрес> Республики Татарстан Ф. А.М., допрошенная в качестве свидетеля, показала, что она, узнав о случившемся, прибыла в дом С. Со слов С. ей стало известно, что ножевое ранение ему нанес ФИО1 в доме последнего в ходе распития спиртных напитков. На полу возле С. лежала часть двенадцатиперстной кишки, которую со слов С. он сам отрезал из-за сильной боли. Позже С. был госпитализирован в больницу. Она вместе с сотрудниками полиции направилась в дом ФИО1, который их встретил с ножом в руках. Следов крови в доме не было. Было похоже, что полы до их прихода были помыты. Затем ФИО1 рассказал, что С., находясь в его доме, стал оскорблять его, за что он нанес С. удар ножом. ФИО1 и С. были друзьями, всегда ходили вместе. 

Свидетель Ш. в судебном заседании показала, что она работает в магазине продавцом. В воскресенье, точную дату не помнит, около 14.00 часов в магазин в состоянии алкогольного опьянения пришел ФИО1, просил спиртное в долг. Также ФИО1 говорил, что ударил С. ножом. Но его словам она значения не придала, поскольку тот был пьян. 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от проникающего колото-резаного ранения живота, с последующей травматической ампутацией части тонкого кишечника, осложнившегося обильной кровопотерей, что подтверждается морфологическими, гистологическими признаками, а также данными представленной медицинской документации.

При судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены следующие телесные повреждения в виде:

А) Проникающего колото-резаного ранения живота справа, на фоне которого имеется обширный кровоподтек, потребовавшие специализированной медицинской помощи в условиях стационара, а именно операции – лапаротомии.

Данные телесные повреждения являются прижизненными, на что указывает наличие кровоизлияний в окружающие мягкие ткани. Проникающее колото-резаное ранение живота, по признаку опасности для жизни, в соответствии с п. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №н, относится к тяжкому вреду, причиненного человека, в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоит. Давность образования вышеуказанных телесных повреждений возможно в пределах времени от нескольких минут, но не более 5-ти часов до момента наступления смерти, что подтверждается данными судебно-гистологической экспертизы (Заключения эксперта (судебно-гистологическая экспертиза), №р от ДД.ММ.ГГГГ.). На момент проведения судебно-медицинской экспертизы трупа рана в области живота была ушита, поэтому определить механизм образования не представляется возможным. Однако наличие раны в области живота, а так же данные представленной медицинской документации «(по передней брюшной стенке гипогастрии справа определяется рана в косом направлении 2х1см с ровными краями, острыми углами)», сроки проведения оперативного вмешательства не исключают возможность образования раны в области живота, в результате воздействия колюще-режущего предмета типа клинка ножа, имеющего лезвие и обух, шириной около 1,9-2.6 см на протяжении погружения (данные Заключения эксперта (медико-криминалистическая экспертиза) №, от ДД.ММ.ГГГГ.). Исключается возможность образования данного телесного повреждения при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является колюще-режущей (преобладание глубины над шириной и длиной раны). 

Б) Травматическая ампутация тонкого кишечника с повреждением брыжейки, потребовавшие специализированной медицинской помощи в условиях стационара, а именно операции – лапаротомии, не исключается возможность образования в результате амплитудных движений воздействия колюще-режущего предмета типа клинка ножа, на что указывают ровные края раны. Данная рана является прижизненной, на что указывают наличие кровоизлияний в области раны, а также данные судебно-гистологической экспертизы. Данное телесное повреждение является прижизненным, на что указывает наличие кровоизлияний в окружающие мягкие ткани. Травматическая ампутация тонкого кишечника, по признаку опасности для жизни, в соответствии с п. ДД.ММ.ГГГГ «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью человека», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №н, относится к тяжкому вреду, причиненного человека, и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Давность образования вышеуказанных телесных повреждений возможно в пределах времени от нескольких минут, но не более 5-ти часов до момента наступления смерти, что подтверждается данными судебно-гистологической экспертизы (Заключения эксперта (судебно-гистологическая экспертиза), №р от ДД.ММ.ГГГГ.). Исключается возможность образования данного телесного повреждения при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является колюще-режущей (преобладание глубины над шириной и длиной раны).

В) Резаная рана в области правого лучезапястного сустава, с частичным повреждением подлежащих мягких тканей и пересечением лучевой артерии на 1/3 (1). Данное телесное повреждение является прижизненным. Согласно приказу от 24.04.2008г. №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», причинило легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья продолжительностью не свыше трех недель (21 дня). В прямой причинной связи со смертью не состоит. Образовалась от режущего действия травмирующего предмета, имеющего в составе следообразующей поверхности острую режущую кромку. Данное повреждение носит прижизненный характер, причинено от нескольких минут, но не более 5-ти часов до момента наступления смерти, что подтверждается данными судебно-гистологической экспертизы. Не исключается возможность образования данного телесного повреждения при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является резаной (преобладание ширины и длины над глубиной раны).

После получения данных телесных повреждений указанные в пунктах А,Б,В потерпевший мог совершать активные целенаправленные действия.

На момент проведения судебно-медицинской экспертизы на теле С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имелось не менее 3-х мест (точек) приложения травмирующей силы (область живота справа (1); область тонкого кишечника справа с повреждением брыжейки (1); область правого лучезапястного сустава (1)).

В ходе нанесения повреждения потерпевший был обращен передней поверхностью тела по отношению к травмирующему предмету. 

После получения данных телесных повреждений потерпевший мог совершать активные целенаправленные действия в промежуток времени исчисляемые секундами, минутами. Более конкретно высказаться о временном промежутке не представляется возможным, т.к. это зависит от индивидуальных особенностей организма, скорости кровотечения, развития шоковой реакции и т.д.

При судебно-химической экспертизе крови от трупа С., ДД.ММ.ГГГГ г.р. в гнилостно измененной крови этиловый спирт не обнаружен. Не обнаружены: метиловый, пропиловые, бутиловые спирты.

Учитывая выраженность трупных явлений, описанных в секционной Нурлатского МСМО, без учета климатических условий при транспортировке и хранении трупа, можно предположить, что смерть могла наступить в пределах времени не менее 3-х, но не более 16-ти часов до момента проведения судебно-медицинской экспертизы. 

Исключается возможность образования проникающего колото-резаного ранения живота справа, на фоне которого имеется обширный кровоподтек, и травматической ампутации тонкого кишечника с повреждением брыжейки при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является колюще-режущей (преобладание глубины над шириной и длиной раны).

Не исключается возможность образования резаной раны в области правого лучезапястного сустава, с частичным повреждением подлежащих мягких тканей и пересечением лучевой артерии на 1/3 (1) при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является резаной (преобладание ширины и длины над глубиной раны) (т. 1, л.д. 115-133).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Э. подтвердив свои показания, данные на предварительном следствии (т. 1, л.д. 135-140), показал, что им была проведена судебно-медицинская экспертиза трупа С. При судебно-медицинской экспертизе трупа обнаружены телесные повреждения, в том числе проникающее колото-резаное ранение живота справа, а также травматическая ампутация тонкого кишечника с повреждением брыжейки, при этом последнее телесное повреждение состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Учитывая характер, локализацию телесного повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения живота справа, а именно то, что рана является проникающей в брюшную полость, исключается возможность образования при условиях, указанных в протоколе допроса и в ходе проверки показаний на месте ФИО1 Если бы рана образовалась при условиях, указанных ФИО1, то она являлась бы резаной раной, так как рана образуется при касательном движении острым, колющим предметом. Не исключается возможность образования резаной раны в области правового лучезапястного сустава при обстоятельствах, указанных ФИО1, так как рана образовалась при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа. Не исключается возможность образования проникающего колото-резаного ранения живота справа, в результате контактного воздействия (ударного воздействия) предметом, обладающим колюще-режущими свойствами, имеющим примерные размеры от 10 см до 20 см (общая длина клинка ножа), шириной клинка ножа у основания от 1,9 см до 2,6 см. С учетом характера, локализации, размеров раны, а также постоянного внутрибрюшного давления и вертикального положения С. не исключается возможность выпадения петлей кишечника из раны живота, так как внутрибрюшное давление выпирает петли кишечника в область брюшной стенки. В данном случае в области брюшной стенки имеется рана, поэтому петли кишечника выпали наружу. 

Кроме того, вина подсудимого подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, а именно:

- телефонным сообщением заместителя начальника ООП О. о том, что позвонила глава сельского поселения 

<

адрес> Ф. и сообщила о том, что в 

<

адрес> ножевое ранение (т. 1, л.д. 36);

- телефонным сообщением медицинской сестры приемного покоя Д. о том, что доставлен С. с диагнозом ножевое ранение в области живота, проникающее под вопросом (т. 1, л.д. 37);

- телефонным сообщением медсестры хирургического отделения ЦРБ К.В. о том, что ДД.ММ.ГГГГ4 года в 17.10 в хирургическом отделении скончался С., диагноз остановка сердечной деятельности (т. 1, л.д. 39);

- постановлением о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО1 при наличии признаков эмоциональной неустойчивости, поведения не соответствующее обстановки, направлен на медицинское освидетельствование на состояние наркотического опьянения (т. 1, л.д. 49);

- копией акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которого ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 отказался от медицинского освидетельствования (т. 1, л.д. 50);

- протоколом добровольной выдачи с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО1 добровольно выдал смывы с рук, а также подногтевые срезы (т. 1, л.д. 47-48);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрен 

<

адрес> Республики Татарстан, изъяты 10 ножей, два смыва на марлевые тампоны (т. 1, л.д. 53-66);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрен 

<

адрес> Республики Татарстан, изъят фрагмент ткани (т. 1, л.д. 68-74);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрен 

<

адрес> Республики Татарстан, изъяты куртка с пятнами вещества бурого цвета, два фрагмента ткани, брюки с пятнами вещества бурого цвета, часть двенадцатиперстной кишки. нож (т. 1, л.д. 76-85);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрен кабинет первичного осмотра приемного отделения ГАУЗ «Нурлатская ЦРБ», расположенного по адресу: 

<

адрес>, и труп С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т. 1, л.д. 86-92);

- протоколом выемки с фототаблицей от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в помещении Нурлатского МСМО ГАУЗ «РБ СМЭ» МЗ РТ, расположенного по адресу: 

<

адрес>, у судебно-медицинского эксперта Э. проведена выемка биологических материалов С. (т. 1, л.д. 96-99);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого у ФИО1 получены образцы крови (т. 1, л.д. 102-103);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого у ФИО1 получены образцы буккального эпителия (т. 1, л.д. 106-107);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого кровь потерпевшего С. и обвиняемого ФИО1 по системам ABO, MNSs одногруппна и принадлежит к относится A?, MN группе. На смыве, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека А?, MN групп с сопутствующим антигеном Н, что не исключает возможности ее происхождения крови как потерпевшего С., так и от обвиняемого ФИО1 (т. 1, л.д. 163-166);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого кровь потерпевшего С. и обвиняемого ФИО1 по системам ABO, MNSs одногруппна и принадлежит к A? с сопутствующим антигеном Н, MN группам. На смывах с поверхности скатерти и пола, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека А?, с сопутствующим антигеном Н, MN групп, что не исключает возможности ее происхождения крови как от потерпевшего С., так и от обвиняемого ФИО1, при наличии у последнего повреждений, сопровождающихся наружным кровотечением (т. 1, л.д. 173-176);

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в соответствии с заключением эксперта №: «Кровь потерпевшего С. и обвиняемого ФИО1 по системам ABO, MNSs одногруппна и принадлежит к A?, MN группам с сопутствующим антигеном Н». На ноже и брюках, изъятых в кухне в 

<

адрес>, обнаружена кровь человека А?, MN групп, с сопутствующим антигеном Н, что не исключает возможности происхождения крови как от потерпевшего С., так и от обвиняемого ФИО1 (т. 1, л.д. 201-204).

- заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в соответствии с заключением эксперта №: «Кровь потерпевшего С. и обвиняемого ФИО1 по системам ABO, MNSs одногруппна и принадлежит к A?, MN группам с сопутствующим антигеном Н». На двух фрагментах ткани, изъятых в кухне в 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, обнаружена кровь человека А?, MN групп, с сопутствующим антигеном Н, что не исключает возможности происхождения крови как от потерпевшего С., так и от обвиняемого ФИО1 (т. 1, л.д. 211-214).

- заключением эксперта № КЗН-Э1523-2024/14 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого на смывах с рук ФИО1 (объект №) обнаружены кровь человека и эпитальные клетки. На фрагментах ногтевых пластин с рук ФИО1 (объект №) кровь не обнаружена, обнаружены эпителиальные клетки. На фрагментах ногтевых пластин с рук С. (объекты №№,4) обнаружены кровь человека и эпителиальные клетки. Эпителиальные клетки, обнаруженные на фрагментах ногтевых пластин с рук ФИО1 (объект №), произошли от ФИО1 Происхождение указанного биологического материала (объект №) от С. исключается. Эпителиальные клетки и кровь человека, обнаруженные на фрагментах ногтевых пластин с рук С. (объекты №№,4), произошли от С. Происхождение указанного биологического материала (объекты №№,4) от ФИО1 исключается. Установить генетические признаки ДНК эпителиальных клеток и крови человека, обнаруженных на смывах рук ФИО1 (объект №), не представляется возможным ввиду недостаточного количества ДНК. (т. 1, л.д. 222-233).

- заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № (судебная экспертиза холодного и метательного оружия), согласно которого ножи в количестве одиннадцати, представленные на исследование, изъятые в ходе ОМП от ДД.ММ.ГГГГ, по своим техническим характеристика соответствуют ГОСТ Р 51015-97 «Ножи хозяйственные и специальные. Общие технические условия», и не относятся к категории холодного оружия. (т. 2, л.д. 7-35).

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого произведен осмотр 10 ножей, смывов на марлевые тампоны, фрагмента ткани, изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, двух фрагментов ткани, брюк с пятнами вещества бурого цвета, ножа, куртки с пятнами вещества бурого цвета, изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

адрес>, биологических материалов трупа С., изъятых ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки у судебно-медицинского эксперта Э., биологических материалов ФИО1 (т. 2, л.д. 37-46).

Допрошенный в судебном заседании законный представитель подсудимого В. суду пояснил, что ФИО1 никогда не проявлял агрессию, ведет себя спокойно, иногда злоупотребляет спиртными напитками. О произошедшем ФИО1 ему ничего не рассказывал. ФИО1 с С. были друзьями.

Положенные в основу приговора доказательства получены и приобщены к материалам дела в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, суд находит их допустимыми, относящимися к предмету доказывания по предъявленному обвинению, в совокупности - достаточными для разрешения дела по существу.

Суд находит недостоверными показания подсудимого ФИО1, где он также отрицал наличие умысла на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, ссылавшегося, что колющий удар в живот Х. не наносил, лишь махнул ножом в горизонтальной плоскости перед С., не доверят им, расценивает как избранный способ защиты от предъявленного обвинения, с целью смягчить свою вину в совершенном преступлении, и учитывает, что данные показания являются противоречивыми, не являются последовательными.

Отвергнутые судом показания подсудимого не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия и бесспорно опровергаются последовательными, непротиворечивыми показаниями потерпевшего Г., свидетелей М., З., Ф. А.М. и А., согласно которым С. при оказании ему медицинской помощи им сообщил, что ФИО1, находясь по месту своего жительства, нанес удар в область живота С. предметом, используемым в качестве оружия.

Кроме этого, показания подсудимого о том, что колющий удар ножом С. он не наносил, опровергаются, а его вина подтверждается заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ и показания эксперта Э.,И., согласно которым исключается возможность образования раны в области живота при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является колюще-режущей (преобладание глубины над шириной и длиной раны). Рана в области правого лучезапястного сустава образовалась при касательном контактном движении колющим, режущим предметом по типу клинка ножа, так как рана является резаной (преобладание ширины и длины над глубиной раны).

Не доверять показаниям потерпевшего, указанных свидетелей обвинения, положенным в основу приговора, у суда оснований не имеется, поводов для оговора ими подсудимого не установлено, наличие неприязненных отношений между подсудимым и указанными лицами не установлено, их показания последовательны, не противоречивы, не имеют тенденции к утяжелению ответственности подсудимого, согласуются как друг с другом, так и с объективными письменными доказательствами, в том числе заключением эксперта о локализации и механизме образования выявленных у потерпевшего телесных повреждений в виде резаной раны в области правого лучезапястного сустава и проникающего колото-резаного ранения живота справа, причинившего тяжкий вред его здоровью, а также с показаниями самого подсудимого об основаниях и обстоятельствах нанесения ножевого ранения потерпевшему, в связи с чем суд не находит оснований ставить их под сомнение с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Незначительные расхождения в показаниях потерпевшего и свидетелей относительно деталей произошедших событий, по мнению суда вызваны субъективным восприятием и особенностями памяти конкретного лица. 

При этом, суд находит достоверными показания подсудимого о возникшем в ходе совместного с С. распитии спиртных напитков по месту своего жительства конфликта, в результате которого он взяв в руки нож, махнул им в сторону С., возможно причинив телесное повреждение последнему, при этом они были одни.

Также суд находит достоверными показания ФИО1 данные им в ходе проверки его показаний на месте, согласно которым он, после конфликта с С., проснувшись, протер на полу в помещении кухонной комнаты кровь тряпкой, которую положил под раковину. 

Достоверных доказательств, подтверждающих тот факт, что кровь на полу могла образоваться от подсудимого С. или третьего лица, в судебном заседании не установлено.

При этом, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на теле ФИО1 обнаружено телесное повреждение в виде ссадины в левой скуловой области (1), не причинившее вреда здоровью, давностью образования в пределах промежутка времени от 1-х до 3-х суток до момента осмотра судмедэкспертом ДД.ММ.ГГГГ (т. 1, л.д. 147-148).

Все положенные в основу приговора доказательства сомнений в достоверности не вызывают, не содержат не устраненных при рассмотрении дела противоречий, согласуются между собой, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

Суд не усматривает нарушений УПК РФ, допущенных в ходе расследования данного уголовного дела, в том числе и нарушений, влекущих признание доказательств, положенных в основу настоящего приговора, недопустимыми, а также нарушений, повлекших ущемление прав ФИО1 на защиту. 

У суда не имеется оснований не доверять заключениям экспертов, положенным судом в основу приговора, поскольку они проведены экспертами, обладающими необходимыми специальными познаниями и квалификацией, соответствуют требованиям Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и уголовно-процессуального закона, в том числе ст. ст. 195, 198, 199, 204 УПК РФ, в заключениях подробно описаны объекты и методика исследования, изложены выводы по поставленным перед экспертами вопросам и их обоснование, которые являются мотивированными, непротиворечивыми, убедительными и сомнений в достоверности не вызывают. Экспертам перед производством экспертиз разъяснены положения ст. 57 УПК РФ, они предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения. С учетом изложенного, суд принимает вышеуказанные заключения экспертов, как надлежащие доказательства, а их выводы, как соответствующие полноте проведенных исследований и признает достоверными.

Вопреки утверждениям защиты, допрос следователем эксперта Э. не противоречит требованиям ч. 1 ст. 282 УПК РФ и не подменяет собой экспертного заключения, а лишь дополняет его, в связи с чем суд не усматривает оснований для признания показаний эксперта недопустимым доказательством по делу.

Изъятые в ходе процессуальных действий предметы и документы осмотрены в соответствии с положениями УПК РФ. По результатам осмотров составлены соответствующие протоколы, которые также соответствуют требованиям УПК РФ.

Доводы защиты о том, что не смотря на множество изъятых по делу ножей, как по месту жительства подсудимого, так и по месту жительства потерпевшего, орудие преступления по делу так и не было установлено, не влияют на виновность ФИО1 в причинении потерпевшему тяжкого вреда здоровья с использованием предмета, используемого в качестве оружия, поскольку по делу с достоверностью установлено об использовании ФИО1 такого предмета.

В ходе предварительного расследования в отношении ФИО1 проведена судебно-психиатрическая экспертиза, из выводов которой следует, что ФИО1, обнаруживает в настоящее время и обнаруживал во время инкриминируемого ему правонарушения признаки органического расстройства личности и поведения смешанного генеза (F07.08). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о нарастании у него после перенесённой им ЧМТ и на фоне злоупотребления им спиртными напитками с формированием психической и физической зависимости к алкоголю, психоорганического синдрома в форме снижения интеллекуально-мнестической сферы психопатоподобного поведения с раздражительностью, конфликтностью, со склонностью к асоциальным формам поведения. Указанный диагноз подтверждается и результатами настоящего обследования, выявившего у подэкспертного неустойчивость внимания, легковесность суждений, снижение памяти, обстоятельность и конкретность мышления, невысокий уровень интеллекта, эмоционально-волевое оскудение. Во время инкриминируемого ему деяния имел те же особенности психики, поэтому он не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в силу эмоциональной неустойчивости, а также снижения критических и прогностических способностей, усугубившимися состоянием алкогольного опьянения, что в соответствии со ст. 22 УК РФ не исключает вменяемости. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 также не может в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В связи с наличием у подэкспертного психических расстройств и связанных с ними нарушений поведения, представляющих общественную опасность вследствие сохранения тенденций к повторным нарушениям общественного порядка и отсутствием критичного отношения к заболеванию, в случае осуждения нуждается в соответствии со ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 1 п. «а» и ч. 2 ст. 99 УК РФ в назначении ему амбулаторного наблюдения и лечения у врача психиатра по месту жительства, а в случае осуждения к лишению свободы - в принудительных мерах медицинского характера, соединенных с исполнением наказания (в соответствии с ч.1 ст. 104 УК РФ). ФИО1 в период инкриминированного ему деяния в состоянии сильного душевного волнения (аффекта), не находился (т. 1, л.д. 154-156).

Находя вышеуказанное заключение экспертов полученным с соблюдением требований Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», с соблюдением положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, выводы экспертов обоснованными, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 следует считать вменяемым в отношении совершенного им деяния, подлежащим уголовной ответственности на основании ст. ст. 19, 22 УК РФ.

Оценив представленные по делу доказательства в совокупности, суд признает доказанным, что ФИО1 виновен в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Данная квалификация нашла свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам дела, поскольку ФИО1 при вышеуказанных обстоятельствах, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий и желая их наступления, в ходе внезапно возникшего конфликта с С. на почве личных неприязненных отношений, умышленно нанес С. ножом, используемым в качестве оружия, один удар в область правого лучезапястного сустава и один удар в область расположения жизненно важных органов – в область передней поверхности живота справа, тем самым причинив ему физическую боль и согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, колото-резаное ранение живота справа было опасным для жизни и по этому признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Из тех же заключений суд строит свой вывод о том, что характер причиненных телесных повреждений, локализация и степень тяжести служит достаточным основанием для вывода о направленности умысла подсудимого именно на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего С.

Об умышленном характере действий подсудимого, направленных на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, свидетельствуют также конкретные фактические обстоятельства совершения им преступления, в частности нанесение удара потерпевшему с применением предмета - ножа, используемого в качестве оружия. 

Умышленно нанося удары ножом С., ФИО1 осознавал, что в результате его действий С. будет причинен тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни, желал наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью последнего.

О наличии в действиях подсудимого квалифицирующего признака «с применением предмета, используемого в качестве оружия» свидетельствует то, что при совершении преступления ФИО1 использовал нож, который вследствие своих колюще-режущих свойств отвечает признакам предмета, используемого в качестве оружия.

Объективных данных, свидетельствующих о том, что со стороны потерпевшего С. были предприняты какие-либо действия, угрожающие жизни и здоровью ФИО1, материалы уголовного дела не содержат. Оснований полагать, что поведение потерпевшего могло представлять сколь-нибудь значительную угрозу для ФИО1, у последнего явно не имелось. Каких-либо действий, свидетельствующих о неправомерных или аморальных действий со стороны потерпевшего не совершалось, что усматривается из совокупности положенных в основу приговора доказательств. 

Таким образом, доводы защиты об оправдании подсудимого, суд считает не состоятельными.

Оценив добытые и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд считает вину подсудимого ФИО1 доказанной, и квалифицирует его действия по пункту «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При назначении наказания суд в соответствие со ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, который на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется отрицательно, также суд учитывает возраст подсудимого, его имущественное и семейное положение, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, а также в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 22 УК РФ суд учитывает наличие у ФИО1 психического расстройства, не исключающего вменяемости. 

Смягчающими наказание подсудимого ФИО1 обстоятельствами, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признает состояние здоровья подсудимого и его родственников, написанное в ходе предварительного следствия чистосердечное признание вины в том, что он, находясь у себя дома, нанес ножевое ранение С. (т. 1 л.д. 46). 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренные ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

В соответствии с частью 1.1 статьи 63 УК РФ само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного. В данном случае нахождение ФИО1, не состоящего на учете у нарколога, в состоянии алкогольного опьянения не может быть, безусловно признано судом обстоятельством отягчающим наказание, поскольку не было установлено влияние состояния опьянения на совершение преступлений подсудимым.

Оценивая изложенное в совокупности с характером и степенью общественной опасности содеянного, конкретными обстоятельства дела, с целью восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО1 за совершенное преступление наказание в виде лишения свободы, не усматривая оснований для применения иного, более мягкого вида наказания, равно как и не находя достаточных оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ.

Учитывая обстоятельства дела в совокупности с данными о личности подсудимого, суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание, предусмотренное ч. 2 ст. 111 УК РФ. 

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, суд не находит достаточных оснований для изменения категории совершенного подсудимым ФИО1 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ. 

Определяя вид исправительного учреждения, суд руководствуется п. «б» части 1 статьи 58 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначает ФИО1 отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

На период до вступления приговора в законную силу, для обеспечения исполнения приговора, с учетом данных о личности подсудимого, суд в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 97 УПК РФ, считает необходимым меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу.

С учетом того обстоятельства, что согласно выводам заключения судебно-психиатрической экспертизы, у ФИО1 обнаружено органическое расстройство личности и поведения смешанного генеза, психические особенности, относящиеся к категории психических недостатков, то есть имеются изменения психики, не исключающие его вменяемости, и он нуждается в применении принудительных мер медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, суд приходит к выводу о необходимости назначения подсудимому ФИО1 принудительной меры медицинского характера - принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания на основании положений ч. 2 ст. 22 УК РФ, п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ, п. «а» ч. 1, ч. 2 ст. 99 УК РФ и ст. 104 УК РФ. 

В соответствии со ст. 81 УПК РФ суд разрешает вопрос о вещественных доказательствах.

В силу статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в доход государства с подсудимого ФИО1 подлежат взысканию процессуальные издержки в виде суммы, выплаченной адвокату за оказание юридической помощи в размере 32319 рублей во время предварительного следствия (т. 3 л.д. 87-88), поскольку подсудимый от защитника не оказывался, ходатайства об освобождении от издержек не заявил, данные о его имущественной несостоятельности материалы дела не содержат. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307, 308 и 309 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда и оставив таковую до вступления приговора в законную силу. 

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Зачесть ФИО1 время его задержания в период с ДД.ММ.ГГГГ и время содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ года до дня вступления приговора в законную силу в срок отбывания наказания на основании п. «б» части 3.1 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы. 

На основании ч. 2 ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, п. «а» ч. 1, ч. 2 ст. 99 и ст. 104 Уголовного кодекса Российской Федерации применить к ФИО1 принудительные меры медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания.

Взыскать с ФИО1 в доход государства процессуальные издержки в размере 32319 рублей – в виде суммы, выплаченной адвокату за оказание им юридической помощи в ходе предварительного следствия. 

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Нурлатского МРСО СУ СК России по 

<

адрес>, одиннадцать ножей, смывы на марлевые тампоны, три фрагмента ткани, брюки с пятнами вещества бурого цвета, куртку с пятнами вещества бурого цвета, биологические материалы (волосы, срезы ногтевых пластин с рук, образцы слюны, образцы крови) трупа С., биологические материалы (образец крови, срезы ногтевых пластин с рук, смывы с рук, образцы буккального эпителия) ФИО1, уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции с защитником по соглашению либо ходатайствовать о назначении ему адвоката за счет средств федерального бюджета.

Судья: Р.Р. Бурганов

Копия верна: судья Р.Р. Бурганов