Дело № 2-4508/2017

19 декабря 2017 г.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Петухова Д.В.,

при секретаре Солонинченковой Е.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, судебных издержек, компенсации морального вреда, и по встречному иску ПАО СК "Росгосстрах" к ФИО1 о признании договора добровольного страхования недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО СК «Росгосстрах» указав, что между сторонами был заключен договор страхования «каско» принадлежащего истцу автомобиля №, на страховую сумму 4550000 руб. 

04.07.2016 года в 02 часа 54 минуты, наступил страховой случай, застрахованный автомобиль был поврежден в результате пожара, по факту которого было возбуждено уголовное дело №604624.

По факту наступления страхового случая истец обратился к ответчику с заявлением о страховой выплате 08.07.2016 года, окончательный пакет был сформирован 27.08.2016 года, на которое ответчик 02.12.2016 года, после продления сроков рассмотрения заявления ответил отказом, со ссылкой на то, что факт заключения вышеуказанного договора и получения страховой премии не подтвержден.

Выплата страхового возмещения до настоящего времени не произведена.

Полагая бездействие страховщика незаконным истец обратился в суд с настоящим иском, в котором просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 4550000 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 23442 руб., неустойку в сумме 138300 рублей, а также штраф, предусмотренный законодательством о защите прав потребителей.

В ходе рассмотрения дела ответчик ПАО СК «Росгосстрах» предъявил встречные исковые требования к ФИО1, в которых просил признать договор добровольного страхования незаключенным, указывая на отсутствие волеизъявления страховщика на заключение договора, а также на то, что до наступления страхового события ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в правоохранительные органы с заявлением о проведении проверки в порядке, предусмотренном ст. ст. 144 - 145 УПК РФ по факту хищения бланков строгой отчетности.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, против удовлетворения встречных исковых требований возражал. Пояснил, что доводы стороны ответчика о принятии мер по поиску бланков строгой отчетности и доведения информации о хищении бланков строгой отчетности до заключения договора до широкого круга лиц посредствам отображения информации на сайте страховщика не соответствует действительности, что подтверждается представленным в материалы дела нотариально удостоверенным протоколом осмотра доказательств.

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве, встречные исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, оспаривая факт заключения договора страхования и получения страховой премии. В случае удовлетворения заявленных требований просил применить к спорным правоотношениям положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выслушав явившихся участников процесса, изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Из материалов дела усматривается, что между сторонами был заключен договор имущественного страхования каско принадлежащего истцу автомобиля №), государственный номер №, на страховую сумму 4550000 руб. (л.д. 86). 

04.07.2016 года в 02 часа 54 минуты, наступил страховой случай, застрахованный автомобиль был поврежден в результате пожара.

По факту поджога имущества в количестве девяти автомобилей, в том числе автомобилю №), государственный номер № принадлежащему ФИО1, следователем СУ УМВД России по Всеволожскому району Ленинградской области от 27.7.2016 г. возбуждено уголовное дело №№ (л.д. 7), в рамках которого истец признан потерпевшим (л.д. 47 оборот).

По факту наступления страхового случая истец обратился к ответчику с заявлением о страховой выплате 08.07.2016 года, окончательный пакет был сформирован 27.08.2016 года, на которое ответчик 02.12.2016 года, после продления сроков рассмотрения заявления ответил отказом, со ссылкой на то, что факт заключения вышеуказанного договора и получения страховой премии не подтвержден (л.д. 52).

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ судопроизводство в РФ осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Положениями пункта 1 статьи 55 ГПК РФ закреплено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. 

Возражая против заявленных требований, ответчик оспаривал факт заключения договора страхования и получения страховой премии, указывая на то, что до наступления страхового события ПАО СК «Росгосстрах» 30.06.2016 года, обратилось в правоохранительные органы с заявлением о проведении проверки в порядке, предусмотренном ст. ст. 144 - 145 УПК РФ по факту хищения бланков строгой отчетности.

Полагая доводы стороны ответчика необоснованным и незаконным, истец представил страховой полис серии №, подписанный от имени страховщика ФИО2 (л.д. 86), и квитанцию об оплате страховой премии серии № на сумму 138300 рублей с подписью представителя страховщика за заключение договора страхования с указанием полиса серии 8132702 (л.д. 85а).

Поддерживая доводы встречного иска ответчик указал, что договор страхования не выдавался страхователю и не был подписан уполномоченным представителем страховщика, в этой связи ответчиком было заявлено о подложности договора страхования и квитанции, в связи с чем ПАО СК «Росгосстрах» ходатайствовало о назначении судебной экспертизы.

Согласно заключению эксперта №17144-4508/СЭ определить время нанесения подписи от имени ФИО1 на полисе добровольного страхования серии № от 11.04.2016 г. и на квитанции на получении страховой премии серии № от 11.04.206 г., а также рукописного текста, не представилось возможным.

При этом отвечая на вопрос суда относительно сопоставления подписей от имени ФИО2 в договоре страхования автомобиля истца и договора на оказании агентских услуг по страхованию №№ от 26.02.2016 г., эксперт-почерковед пришел к выводу о том, что подписи от имени ФИО2, расположенные на нижней части в разделе VII «Адреса и банковские реквизиты сторон» «Агент» на листе 6 Договора на оказание агентских услуг по страхованию №№ от 26.02.2016 г. и в разделе «Агент» на втором листе Дополнительного соглашения от 26.02.2016 г. к Договору на оказание агентских услуг по страхованию №№ от 19.02.2016 г., были выполнены самой ФИО2

Определить, выполнены ли подпись от имени ФИО2 в Договоре добровольного страхования транспортного средства Авто «Защита» от 11.04.2016 года на бланке полиса серии № и в Договоре оказания агентских услуг по страхованию №№ от 26.02.2016 г., одним и тем же лицом – ФИО2 или разными лицами, не представилось возможным в связи с изменением первоначального содержания подписи в Договоре добровольного страхования транспортного средства Авто «Защита» в разделе «Представитель страховщика» слева от слова «ФИО2 М.».

При этом дополнительно эксперт сообщил, что подписи от имени ФИО2 в Акте на передачу БСО №№-82-07416/Акт передачи БСО 27.02.2016 – 3 от 07.04.2016 (л.д. 28); в Акте на передачу БСО №№ – 81-070416/Акт передачи БСО 27.02.2016-2 от 07.04.2016 (л.д. 29), предоставленные в качестве образцов ее подписи, были выполнены не ФИО2, а другим лицом.

Заключение эксперта сторонами не оспорено, ходатайств о вызове эксперта, назначении повторной или дополнительной экспертизы не заявлялось. 

Оснований не доверять заключению эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

Основной, встречной и однородной обязанностью страхователя в рамках договора страхования в силу п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации является уплата страховой премии.

Согласно п. 1 ст. 957 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса.

В силу ст. 328 Гражданского кодекса Российской Федерации неисполнение стороной в договоре встречной однородной обязанности освобождает от исполнения встречных обязательств другую сторону договора.

Согласно п. 2.1 ст. 6 Закона РФ от 27.11.1992 N 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховщики должны создать условия для обеспечения сохранности документов, перечень которых и требования к обеспечению сохранности которых устанавливаются органом страхового надзора.

Как следует из приказа Федеральной службы по финансовым рынкам от 06.03.2013 N 13-16/пз-н "Об утверждении Перечня документов, сохранность которых обязаны обеспечить страховщики, и требований к обеспечению сохранности таких документов" к перечню документов, сохранность которых обязаны обеспечить страховщики, относятся страховые полисы и иные документы строгой отчетности (пп. 1 п. 5 Перечня).

Согласно п. 8 указанного Перечня страховщик обязан предпринять меры, достаточные для обеспечения сохранности документов, указанных в пунктах 3, 4, 5 настоящего Перечня. Меры должны быть направлены на исключение возможности уничтожения, порчи или исчезновения документов по причине преднамеренных и/или случайных событий природного и техногенного характера, противоправных действий третьих лиц, пожара и залива водой.

В соответствии с п. 18 Перечня сведения об утраченных и (или) похищенных бланках строгой отчетности размещаются в сети Интернет на сайте страховщика и (или) на сайте профессионального объединения страховщиков, устанавливающего в соответствии с законодательством Российской Федерации требования к порядку учета, хранения, уничтожения и передачи бланков строгой отчетности, не позднее, чем по истечении трех рабочих дней после обнаружения утраты (хищения) бланков строгой отчетности.

Согласно п. 20 Перечня передача бланков строгой отчетности для их использования по назначению работникам страховщика и иным лицам, деятельность которых обуславливает использование бланков строгой отчетности страховщика, осуществляется по акту приема-передачи с указанием видов бланков, их серии и номера.

Как следует из представленных копии материалов уголовного дела №№ (материал КУСП-№ от 14.10.2016 г.), поводом для проведения проверки послужило обращение гр. ФИО3, являющегося Директором регионального управления экономической и информационной защиты бизнеса ПАО СК «Росгосстрах» по факту возможных противоправных действий со стороны неустановленных лиц, указывая, что в феврале 2016 года на основании заключенного с ФИО2 агентского договора №2003612 от 19.02.2016 г., в соответствии с актом передачи БСО от 27.02.2016 г., последней были выданы бланки строгой отчетности, среди которых были похищены бланки, по которым в настоящее время заявлены убытки. Вместе с тем, полисы, предъявленные заявителя, оформлены с нарушениями, подпись и почерк лица, оформлявшего полисы, не соответствует подписи и почерку ФИО2, которая на момент заявленных событий не являлась сотрудником ПАО СК «Росгосстрах».

В ходе произведенного по делу дознания установлено, что не позднее 27.02.2016 года неустановленное лицо совершило хищение с корыстной целью бланков строгой отчетности (полисы страхования и квитанции об оплате) № принадлежащие ПАО СК «Росгосстрах».

В рамках проводимых следственных действий гр. ФИО2 неоднократно вызывалась для допроса, однако оперативно-розыскные мероприятия результатов не дали.

В соответствии со ст. 940 Гражданского кодекса Российской Федерации договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора страхования, за исключением договора обязательного государственного страхования (статья 969). Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (пункт 2 статьи 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 27 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" заключение договора страхования от имени страховщика страховым агентом или иным лицом, превысившими полномочия, указанные в доверенности, выданной страховщиком, не является основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, если данный договор в установленном порядке не признан недействительным (статья 166 ГК РФ).

Анализируя собранные по делу доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу, что ответчиком в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказан факт неправомерного завладения неустановленными лицами бланками полиса страхования серии СБ 78 № 8132792 от 11.04.2016 г. и квитанции на получении страховой премии серии № от 11.04.206 г., а потому суд полагает, что истцом представлены достоверные доказательства заключения договора страхования автомобиля №), государственный номер №.

Подлинность бланка страхового полиса, скрепленного печатью ответчика, последним не отрицалась.

Возражая против заявленных требований, ответчик оспаривал факт заключения договора страхования и получения страховой премии от имени страховщика ФИО2, которой на основании акта передачи БСО от 27.02.2016 г., были выданы бланки строгой отчетности, содержащих среди прочих полис страхования серии №.

Вместе с тем, как следует из заключения проведенной по делу судебной экспертизы, подпись от имени ФИО2 в указанном акте выполнена не ФИО2, а другим лицом.

Ненадлежащая организация ответчиком хранения, выдачи и учета бланков строгой отчетности не может являться основанием нарушения прав истца, который добросовестно заключил и исполнял обязательства по договору.

Кроме того, в п. 4 ст. 12 Закона РФ "О защите прав потребителей" закреплена презумпция отсутствия у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках услуги. Следовательно, закон не возлагает на страхователя обязанность при заключении договора проверять законность владения представителем страховщика бланка полиса страхования.

По мнению суда, в действиях истца не усматривается признаков недобросовестного поведения, поскольку ПАО СК «Росгосстрах» не представлено доказательств кому был выдан указанный бланк строгой отчетности, равно как и доказательств того, что страхователь знал или должен был знать о том, что бланк строгой отчетности у страховщика похищен, либо об отсутствии полномочий у лица, подписавшего договор страхования от имени страховщика, в то время как договор страхования заключен в обстановке, при которой у ФИО1 не было объективных причин сомневаться в законности сделки, от имени ответчика и на специальном бланке, удостоверенном надлежащим образом.

Кроме того, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств размещения в сети Интернет на сайте страховщика и (или) на сайте профессионального объединения страховщиков, сведений о похищенном бланке страхового полиса в нарушение п. 18 Приказа Федеральной службы по финансовым рынкам от 06.03.2013 N 13-16/пз-н "Об утверждении Перечня документов, сохранность которых обязаны обеспечить страховщики, и требований к обеспечению сохранности таких документов".

При таких обстоятельствах, отказ в выплате страхового возмещения нельзя признать законным, поскольку обращение ответчика в правоохранительные органы с соответствующим заявлением о хищении бланков строгой отчетности имело место 03.10.2016 года, в то время как страховая премия была истцом уплачена в полном объеме в день заключения договора страхования, что подтверждается представленной истцом квитанцией от 11.04.2016 года,

Постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, само по себе не устанавливает факт хищения бланков строгой отчетности ФИО2 в смысле придаваемом ст. 159 УК Российской Федерации, а свидетельствует о наличии гражданско-правовых отношений между ответчиком и агентом, споры по которым подлежат разрешению в суде.

Ссылки ответчика на неполучение страховой премии от истца, не является основанием для признания договора страхования незаключенным, поскольку взаимоотношения между страховой компанией и страховым агентом не влияют на права страхователя по указанному договору, так как в соответствии с ч. 1 ст. 957 ГК РФ договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса, в связи с чем, отсутствуют основания для удовлетворения встречных исковых требований ПАО СК «Росгосстрах»

Оснований для отказа в выплате страхового возмещения, предусмотренных статьями 961, 963, 964 ГК РФ ответчиком суду не представлено.

В соответствии со ст. 947 ГК РФ страховая сумма - это сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования. При страховании имущества или предпринимательского риска, если договором страхования не предусмотрено иное, страховая сумма не должна превышать их действительную стоимость. Такой стоимостью считается для имущества его действительная стоимость в месте его нахождения в день заключения договора страхования (п. 2 ст. 947 ГК РФ).

В силу ст.ст. 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов. 

Согласно ст. 314 ГК РФ и ст. 27 Закона РФ «О защите прав потребителей» обязательства должны исполняться в срок, установленный договором.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о возникновении у ответчика обязанности по выплате истцу страхового возмещения.

Определяя размер подлежащего выплате страхового возмещения суд исходит из того, что расчет страхового возмещения должен производиться исходя и установленной сторонами действительной стоимости транспортного средства на момент заключения договора составляющей 4550000 руб., вместе с тем полагает необходимым учесть следующее.

Согласно части 5 статьи 10 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон об организации страхового дела) в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового возмещения) в размере полной страховой суммы.

В соответствии с разъяснением, содержащемся в пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", в случае полной гибели имущества, то есть при полном его уничтожении либо таком повреждении, когда оно не подлежит восстановлению, страхователю выплачивается страховое возмещение в размере полной страховой суммы в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона об организации страхового дела (абандон).

При отказе страхователя (выгодоприобретателя) от прав на застрахованное имущество заключения соглашения в целях реализации указанного права не требуется, поскольку отказ страхователя (выгодоприобретателя) от прав на застрахованное имущество при его полной гибели носит императивный характер и является односторонней сделкой (пункт 40).

Таким образом, в силу императивной нормы закона в случае полной гибели застрахованного имущества и отказа страхователя (выгодоприобретателя) от своих прав на указанное имущество в пользу страховщика страхователю выплачивается страховое возмещение в размере полной страховой суммы.

Соответственно возможность получения полного страхового возмещения без учета амортизационного износа поставлена в зависимость от желания страхователя оставить у себя или передать страховщику годные остатки застрахованного имущества.

Такая же позиция, во взаимосвязи со п. 5 ст. 10 Закона РФ "Об организации страхового дела в Российской Федерации", отражена и в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан", утвержденном Президиумом ВС РФ 30.01.2013 г.

В данном случае истец не отказался от годных остатков в пользу страховщика, готовность передать остатки страховой компании в ходе рассмотрения спора также не выразил.

Согласно заключению проведенной судебной экспертизы стоимость условно годных остатков ТС №, государственный регистрационный знак Т № пригодных к реализации, поврежденного в результате пожара, произошедшего 04.07.2016 года, по состоянию на момент рассматриваемого события составляет 100367,40 руб.

Оснований не доверять заключению эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда не имеется.

Сторонами представленное заключение не оспорено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о возникновении у ответчика обязанности перед истцом по выплате страхового возмещения в размере разницы между его действительной стоимостью на дату заключения договора, за вычетом суммы годных остатков 4449632 руб. 60 коп. (4550000 руб.- 100367 руб. 40 коп.).

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. 

Учитывая, что цена страховой услуги определяется ее страховой премией, суд полагает возможным исчислить неустойку исходя из указанной суммы.

Проверив предложенный истцом расчет неустойки, суд находит его арифметически правильным и обоснованным по праву, в связи с чем с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка ограниченная размером цены оказываемой услуги в сумме 138300 рублей.

При отсутствии доказательств использования истцом транспортного средства для предпринимательских целей в соответствии с положениями Закона РФ «О защите прав потребителей» и разъяснениями в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 17 от 28.06.2012 года «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 15000 рублей.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что обоснованными являлись требования истца в размере 4602932 руб. 60 коп., с ответчика также подлежит взысканию штраф в размере 50 % от указанной суммы, что составляет 2301466 руб. 30 коп.

Вместе с тем, ответчик просил снизить штрафную неустойку в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на её явную несоразмерность последствиям нарушения обязательств по договору страхования.

Согласно ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Критериями установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.

Учитывая, что степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, то только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Поскольку неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства страховщика и не должна служить средством обогащения страхователя, но при этом направлена на восстановление прав страхователя, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а потому должна соответствовать последствиям нарушения, в связи с чем заявленный истцом размер неустойки по договору страхования подлежит уменьшению до суммы в размере 1000000 рублей, что в данном случае в полной мере будет способствовать восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Кроме того, с ответчика в порядке ст.ст. 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежит взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 23442 руб.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 12, 55, 56, 67, 98, 167, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 4449632 руб. 60 коп., неустойку в размере 138300 рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, штраф в размере 1000000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 23442 руб.

В удовлетворении встречного иска ПАО СК "Росгосстрах" – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение принято 29 декабря 2017 г.

Судья