2-722/19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 апреля 2019 г. г.ФИО1

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Сайфуллина И.Ф.,

при секретаре Гардановой А.И.,

с участием старшего помощника прокурора Хафизовой А.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-722/19 по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда и убытков, причиненных дорожно-транспортным происшествием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с названным иском, в обоснование которого указала, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 12.11.2018 по вине ФИО3, управлявшего в момент случившегося автомобилем Ford Focus, государственный регистрационный знак №, её автомобиль ВАЗ 2113, государственный регистрационный знак №, получил механические, а она телесные повреждения. Поскольку ответственность виновного в дорожно-транспортном происшествии при использовании автомобиля, которым тот управлял в момент случившегося, застрахована не была, он, оценив тяжесть перенесенных в результате повреждения здоровья страданий, определив величину затрат, связанных с восстановлением здоровья и транспортного средства, просит взыскать с ФИО3 в возмещение стоимости восстановительного ремонта, учитывая произведенную выплату, равную 50 000 руб., 62 000 руб., морального вреда 40 000 руб., убытков, вызванных приобретением лекарственных препаратов, 778 руб. 50 коп., эвакуацией поврежденного транспортного средства 1 500 руб., а также расходов, связанных с определением величины ущерба 12 000 руб., извещением на осмотр 315 руб. 10 коп., получением юридической помощи 10 000 руб., оформлением доверенности 1 700 руб., оплатой государственной пошлины 2 496 руб. 19 коп.

ФИО2 извещалась о времени и месте судебного разбирательства, однако в судебное заседание не явилась, правом на участие не воспользовалась, явку своего представителя не обеспечила, сведений об уважительности причин не явки, не представила, каких-либо дополнений, пояснений по иску не направила. 

ФИО3 и его представитель ФИО4, не отрицая вины в случившемся, в удовлетворении иска просили отказать, ссылаясь на отсутствие для этого правовых оснований.

Старший помощник прокурора Хафизова А.К., учитывая то, что ответчик не отрицал своей вины в случившемся, основываясь на условиях разумности и справедливости, полагала возможным взыскать в возмещение морального вреда 20 000 руб. 

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе, и, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

В силу ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Добросовестное пользование процессуальными правами отнесено к условиям реализации одного из основных принципов гражданского процесса - принципа состязательности и равноправия сторон.

Из материалов гражданского дела следует, что предприняты все необходимые меры для своевременного извещения не явившихся участников процесса, указанное свидетельствует о реализации ими своих прав в гражданском процессе в объеме самостоятельно определенном для себя, в этой связи суд в порядке ст. 167 ГПК РФ определил, рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав явившихся лиц, заслушав заключение прокурора, изучив и оценив материалы дела, в пределах заявленных исковых требований и представленных доказательств, материалы административного дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно абз. 4 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» на основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Таким образом, положения указанных норм закона во взаимосвязи с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ предусматривают, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в том числе постановлением мирового судьи, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Названное согласуется с указаниями, отраженными в п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Как следует из постановления Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 06.02.2019, которым ФИО3 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 12.11.2018 около 20 час. 30 мин. ФИО3 P.M., управляя транспортным средством марки Ford Focus, государственный регистрационный знак № двигаясь по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> Республики Башкортостан, в нарушение п. 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, на перекрестке неравнозначных дорог не выполнил требование уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестка, приведшее к столкновению с находящимся под управлением ФИО2 транспортным средством ВАЗ 211340, государственный регистрационный знак №

В результате названного дорожно-транспортного происшествия, как видно из материалов дела об административном правонарушении № 5-15/19, ФИО2 получила телесные повреждения в виде перелома 7 ребра без смещения отломков (Заключение эксперта от 19.12.2018 № 1019), а её автомобиль механические повреждения (Сведения о водителях и транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии).

Согласно названному заключению, указанное повреждение по признакам длительности расстройства здоровья, расцениваются как повреждения, причинившие человеку вред здоровью средней степени тяжести.

Решением Верховного Суда Республики Башкортостан от 13.03.2019 указанное постановление суда оставлено без изменения.

Согласно п. 1 ст. 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту Закон об ОСАГО), владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены названным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахована в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. При этом вред, причиненный жизни или здоровью потерпевших, подлежит возмещению в размерах не менее чем размеры, определяемые в соответствии со ст. 12 названного Федерального закона, и по правилам указанной статьи (п. 6 ст. 4 Закон об ОСАГО).

Изучением административного материала установлено и ФИО3 не оспаривается, что им риск гражданской ответственности при использовании принадлежащего ему автомобиля Ford Focus, государственный регистрационный знак н254нк102, на день произошедшего дорожно-транспортного происшествия застрахован не была, доказательств иного суду не представлено, последним в ходе судебного разбирательства не опровергнуто..

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 19 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание то, что лицом, в чьем управлении находилось транспортное средство в момент дорожно-транспортное происшествие и владельцем транспортного средства, в одном лице, ФИО3 не был застрахован риск его гражданской ответственности, суд, основываясь на смысле абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ, приходит к выводу о правомерности возложения на него обязанности по возмещению вреда, причиненного описанным дорожно-транспортным происшествием.

Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья 3). Обязательность установления такого жизненного уровня, который необходим для поддержания здоровья его самого и его семьи, и обеспечения в случае болезни, инвалидности или иного случая утраты средств к существованию по независящим от него обстоятельствам предусмотрена в статье 25 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах.

Положения названных международных актов отражены и в Конституции Российской Федерации.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).

В развитие положений Конституции Российской Федерации приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в Гражданском кодексе Российской Федерации (глава 59).

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со статьями 151 и 1101 ГК РФ при причинении гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъясняется, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и другие.

В соответствии с п. 105 Постановления Европейского Суда по правам человека от 24.07.2003 № 46133/99, № 48183/99, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного законодательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

Страдание - это эмоциональное состояние человека, обусловленное негативными переживаниями, возникающими под действием травмирующих его психику событий и влияющими на его настроение, самочувствие и, само собой разумеется, здоровье. Страдания, как правило, сопровождаются стрессом, чувством тревоги, страха, горя, стыда, поэтому наличие этих признаков подтверждает пережитые человеком страдания и может служить доказательством причинения ему нравственного или физического вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 32 Постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что факт причинения потерпевшему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью предполагается, поскольку потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. 

Как следует из вышеизложенного, ФИО2 в результате названного дорожно-транспортного происшествия получила телесные повреждения в виде перелома 7 ребра без смещения отломков (Заключение эксперта от 19.12.2018 № 1019), оцениваемые по признакам длительности расстройства здоровья, как повреждения, причинившие человеку вред здоровью средней степени тяжести.

Принимая во внимание указания вышеприведённых норм права и разъяснений, суд, основываясь на том, что ФИО2 во всяком случае в связи с полученными в случившемся дорожно-транспортном происшествии травмами испытывала нравственные страдания, приходит к выводу о правомерности заявленных ею требований в части компенсации морального вреда.

Доводы стороны ответчика относительно возможности получения истцом указанных повреждений в случившемся, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку, как следует из решения Верховного Суда Республики Башкортостан от 13.03.2019, механизм, локализация и давность получения ФИО2 телесных повреждений Заключение эксперта от 19.12.2018 № 1019 содержит достаточные для разрешения дела сведения и по содержанию не противоречит обстоятельствам дела и получено оно с соблюдением требований ст.ст. 25.9, 26.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Сделанные судом выводы, отраженные в названном решении, в силу положений ст. 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст. 13 ГПК РФ, абз. 4 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» во взаимосвязи с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ имеют при разрешении судом обсуждаемого довода стороны ответчика преюдициальное значение, доказательств опровергающих такие выводы суду не представлено.

Определяя размер денежной компенсации в возмещение морального вреда, причиненного ФИО2 в результате вышеуказанных событий, произошедших по вине ФИО3, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 32 (абзац 4) Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости, исходя из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из указанных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что определение размера компенсации морального вреда законодателем отнесено к исключительной компетенции суда.

Следует также обратить внимание, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а потому предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. 

Изучением постановления Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 06.02.2019, оставленного без изменения решением Верховного Суда Республики Башкортостан от 13.03.2019, установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло вследствие допущенных ФИО3 нарушений требований Правил дорожного движения Российской Федерации, возлагающих на водителя обязанность на перекрестке неравнозначных дорог уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестка. 

Следует также обратить внимание на то, что в результате случившегося ФИО2, как лицо, в чьем управлении находился автомобиль ВАЗ 211340, государственный регистрационный знак №, получила телесные повреждения в виде перелома 7 ребра без смещения отломков, квалифицируемые как повреждения, причинившие человеку вред здоровью средней тяжести (Заключение эксперта от 19.12.2018 № 1019).

Учитывая возраст ФИО2, характер полученных травм (перелом 7 ребра без смещения отломков), их последствия, длительность прохождения лечения (листок нетрудоспособности), неудобства и ограничения, вызванные полученными травмами, можно лишь предположить, насколько физически и психологически тяжело переносимы последствия дорожно-транспортного происшествия и как случившееся повлияло на её психоэмоциональное состояние.

Таким образом, основываясь на том, что компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, а именно компенсировать потерпевшему перенесенные нравственные страдания, соответствовать требованиям разумности и справедливости, и не предназначена для улучшения материального положения лица, обратившегося за ее взысканием, суд, учитывая вышеизложенное, тяжесть причиненного вреда, предполагающего несение нравственных страданий, возраст истца, характер и условия совершения правонарушения, фактические обстоятельства причинения вреда, степень вины ответчика, характер причиненных таким образом страданий, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца 15 000 руб., что учитывая указания ответчика о материальном положении, отвечает принципу разумности и справедливости.

Рассматривая требования истца о компенсации ему убытков, связанных с приобретением лекарственных препаратов (778 руб. 50 коп.) и эвакуацией поврежденного транспортного средства (1 500 руб.), суд исходит из следующего.В силу положений ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются, в том числе расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

При таких обстоятельствах, суд, учитывая указания статей 15, 1064, 1079 ГК РФ, приходит к выводу, что с ответчика, в возмещение расходов, связанных с эвакуацией поврежденного автомобиля истца, подлежит взысканию 1 500 руб., поскольку такие расходы, учитывая характер повреждений транспортного средства находятся в прямой причинно-следственной связи с виновными действиями ответчика, повлекшими дорожно-транспортное происшествие и причинение материального ущерба истцу, а также являются необходимыми, так как понесены в целях обеспечения сохранности имущества и освобождения транспортного пути.

В тоже время, суд не усматривает правовых оснований для возмещения истцу убытков, связанных с приобретением лекарственных препаратов (778 руб. 50 коп.), поскольку последним не представлено доказательств (нет сведений о назначении приобретённых медикаментов) наличия причинно-следственной связи между их несением и лечением полученных в дорожно-транспортном происшествии травм. 

Как следует из материалов дела, в результате названного дорожно-транспортного происшествия автомобиль ВАЗ 211340, государственный регистрационный знак № принадлежащий истцу, получил механические повреждения.

Из смысла статей 1064, 1068 ГК РФ в совокупности со ст. 56 ГПК РФ, согласно которой распределяется бремя доказывания между сторонами, лицо, требующее возмещения ущерба, должно доказать факт причинения ущерба, его размер и причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

Исходя из положений п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В силу закрепленного в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами, в том числе при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

По смыслу вытекающих из ст. 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование п. 1 ст. 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

Право выбора способа защиты нарушенного права принадлежит истцу.

Истец, как следует из материалов дела, зная о том, что гражданская ответственность ФИО3 не застрахована, обратился к эксперту (индивидуальный предприниматель ФИО5), который, сделав вывод о гибели транспортного средства истца, определил величину причиненного истцу ущерба в результате повреждения его транспортного средства в размере 112 000 руб. (Экспертное заключение от 15.01.2019 № 3).

Суд, исходя из того, что действующим гражданским законодательством предусмотрена судебная защита прав граждан, которые наделены возможностью представлять любые доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости в обоснование заявленных требований, считает самостоятельное избрание способа определения величины ущерба, правомерным.

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству стороны ответчика, усомнившейся в величине заявленного ущерба, судом, принимая во внимание указания п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», предполагавшего возможность уменьшения размера подлежащего выплате возмещения, в случае доказанности ответчиком наличия иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления таких повреждений подобного имущества, своим определением от 14.03.2019 назначил по делу экспертизу.

Проведенная экспертиза (Заключение эксперта от 28.03.2019 № 006-01-0202) показала, что в результате дорожно-транспортного происшествия, случившегося 12.11.2018, произошла гибель автомобиля ВАЗ 211340, государственный регистрационный знак №, поскольку его восстановление нецелесообразно.

Названный вывод основан на том, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства (139 200 руб.) превышает его рыночную стоимость (135 000 руб.), в этой связи экспертом также определена стоимость годных остатков автомобиля, которая равна 35 300 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

На основании ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание произведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные вопросы.

Закон подчеркивает, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается по общим правилам оценки доказательств, то есть объективно, всесторонне, с учетом всех доказательств по делу в их совокупности.

Оценка заключения эксперта включает: 1) анализ соблюдения процессуального порядка подготовки, назначения и проведения экспертизы; 2) определение полноты заключения; 3) оценку научной обоснованности заключения, достоверности выводов, определение их места в системе другой информации по делу.

Заключение выполнено с применением действующих стандартов оценки, на научной основе, с указанием нормативных документов и специальной литературы, которыми руководствовались эксперты. 

Выводы эксперта изложены определенно, не допускают неоднозначного толкования, понятны лицу, не обладающему специальными техническими познаниями. К заключению приложены копии документов, свидетельствующих о компетентности эксперта. Процессуальный порядок проведения экспертизы соблюден, суду каких-либо доказательств указывающих на не состоятельность результатов судебной экспертизы, не представлено, ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы, не поступало.

Указания стороны ответчика на то, что вывод о стоимости транспортного средства не подтвержден соответствующими данными о стоимости аналогичного транспортного средства, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку эксперт, как видно из заключения, руководствовался сведениями, содержащимися в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (www.carteka.com).

Более того, заявляя об указанном недостатке заключения, сторона ответчика вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ каких-либо доказательств, опровергающих вывод эксперта в части установления рыночной стоимости автомобиля, не представила.

При этом следует обратить внимание на то, что обсуждаемые значения, приближены к значениям, отраженными в представленном истцом Экспертном заключении от 15.01.2019 № 3, где рыночная стоимость автомобиля установлена в размере 139 000 руб.

Статья 15 ГК РФ позволяет лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 Кодекса, закрепляющей в ст. 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

В силу закрепленного в ст. 15 ГК РФ принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами, в том числе при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Из данных норм следует, что в порядке возмещения ущерба имущество должно быть восстановлено в том состоянии, в каком оно было до дорожно-транспортного происшествия или потерпевшему должна быть возмещена стоимость утраченного имущества в том размере, какой она была на момент дорожно-транспортного происшествия.

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

Таким образом, ввиду доказанности возможности несения убытков в меньшем размере, чем определено истцом, ответчик имеет право на возмещение размера ущерба применительно к определенным экспертом стоимостным значениям, следовательно, с него в возмещение ущерба, учитывая произведённую в досудебном порядке выплату в возмещение материального ущерба (50 000 руб.), подлежит взысканию 49 700 руб.

В силу требований ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Если же иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Статья 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Судебные расходы по данному делу состоят из оплаты услуг представителя (10 000 руб.) и расходов, связанных с определением величины ущерба (12 000 руб.), направлением извещений на осмотр (315 руб. 10 коп.), удостоверением и оформлением доверенности (1 700 руб.) и оплатой государственной пошлины (2 496 руб. 19 коп.)

Вознаграждение за судебное представительство устанавливается с учетом сложности дела, экономического либо иного интереса, длительности разрешения спора и других индивидуальных обстоятельств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.07.2007 № 382-0-0, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно ст. 41 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950, если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.

Изложенное свидетельствует о том, что при решении вопроса о взыскании расходов на оплату услуг представителя следует руководствоваться не только принципом разумности в соответствии с российским законодательством, но и принципом справедливости в соответствии с Конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Оценивая представленные в материалы дела документы, обосновывающие затраты истца, связанные с получением юридической помощи, суд может сделать вывод о реальности понесенных расходах по оплате соответствующих услуг, поскольку они подтверждены соответствующими платежными документами, а потому, учитывая объем, категорию сложности дела, количество проведенных судебных заседаний, суд, исходя из требований разумности и справедливости, принимая во внимание возражения ответчика, приходит к выводу о взыскании с ответчика в возмещение названных расходов 5 000 руб.

В абз. 3 п. 2 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Таким образом, исходя из того, что представленная в материалы дела доверенность, выданная истцом на представление его интересов, в частности ФИО6, не содержит необходимых реквизитов, позволяющих представителю участвовать при рассмотрении настоящего дела, требования о компенсации расходов по оформлению доверенности, не подлежат удовлетворению.

Также, учитывая разъяснения отраженные в пунктах 4 и 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» с ответчика в возмещение расходов, связанных с определением величины ущерба и извещением на осмотр, подлежит взысканию 9 600 руб. и 252 руб. 08 коп., соответственно.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, которые в силу требований ст. 98 ГПК РФ подлежат возмещению стороне, в пользу которой состоялось решение суда.

Таким образом, с ответчика в возмещение расходов, понесенных истцом в связи с уплатой государственной пошлины, подлежит взысканию 1 736 руб.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГКР Ф, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В силу названного требования закона, с ответчика в пользу местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от которой истец был освобожден при обращении в суд, в размере 300 руб. за исковые требования неимущественного характера.

Поскольку ответчиком, как следует из ходатайства эксперта об оплате стоимости проведенной экспертизы по определению суда 14.03.2019, обязанность по оплате судебной экспертизы не исполнена, суд, основываясь на требованиях ст. 98 ГПК РФ, приходит к выводу об удовлетворении названного ходатайства и взыскании с ФИО3 и ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центр промышленной гигиены и охраны труда» 12 800 руб. и 3 200 руб. соответственно.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда и убытков, причиненных дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в возмещение материального ущерба 49 700 руб., морального вреда 15 000 руб., убытков, связанных с эвакуацией транспортного средства 1 500 руб., расходов, связанных с оплатой услуг представителя 5 000 руб., определением величины ущерба 9 600 руб., извещением на осмотр 252 руб. 08 коп., оплатой государственной пошлины 1 736 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета городского округа город Октябрьский Республики Башкортостан государственную пошлину в размере 300 руб.

Взыскать с ФИО3 и ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центр промышленной гигиены и охраны труда» в возмещение расходов, связанных с проведением судебной экспертизы, 12 800 руб. и 3 200 руб. соответственно

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Судья И.Ф. Сайфуллин