Дело №2-64/2019

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

20 февраля 2019 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе 

председательствующего судьи А.Ф. Гильмутдиновой

при секретаре судебного заседания А.Р. Миннемуллиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО17 к ФИО1 ФИО18 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, и иску третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора ФИО2, в интересах которой действует ее опекун ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора дарения 2/63 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок и зарегистрированного права собственности на данные объекты недвижимости.

В обоснование заявленных требований указала, что является родной дочерью ФИО1 ФИО19, 

<

дата изъята> года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении от 10 января 1995 года. Кроме истца у ФИО2 есть два сына - ФИО1 ФИО20 и ФИО1 ФИО21 (ответчик по настоящему делу).

Матери истца в настоящее время 77 лет. Она проживает с истцом в одной квартире по адресу: 

<

адрес изъят>. Истец осуществляет за ней постоянный уход.

В последнее время в связи с развитием старческого слабоумия (деменции) поведение ФИО2 стало неадекватным. Она стала заявлять, что кто-то хочет ее отравить или убить, для чего в ее тарелку с супом якобы положили яд, а, неизвестные, в чай подливают отраву, в связи с чем, у нее стала болеть голова. ФИО2 стала многократно обращаться в полицию, с заявлениями о вымышленных преступлениях в ее отношении с абсолютно разными мотивами: от кражи и до грабежа. Стала очень обидчива и подозрительна, чего ранее за ней не наблюдалось. Также она собрала все свои документы, сложила их в сумку и вынесла их из дома и где- то спрятала или выкинула, неоднократно приходилось восстанавливать ее паспорт, так как она его теряла либо прятала и не помнила где, ей казалось, что за ней кто-то подглядывает и следит. Она перестала спать ночами, усаживается в кресло и говорит, что если она уснет, то ее обворуют или убьют. У нее началась мания преследования. ФИО2 неоднократно вызывала полицию, утверждая, что ее обворовали. Однако по приезду полиции она всегда не могла указать на то, что украли и ее заявления не подтверждались. У нее стала путаться речь, она также путает события. Ее настроение начало резко меняться от смеха в слезы.

С целью оказания матери квалифицированной психиатрической помощи, истец обратилась в психиатрический диспансер, где ее поставили на учет с диагнозом: деменция при болезни Альцгеймера, что подтверждается медицинской справкой от 14 августа 2018 года.

Кроме того, для решения вопроса о признании ФИО2 недееспособной, в августе 2018 года истец обратилась с заявлением в Советский районный суд г. Казани.

После обращения в Советский районный суд г. Казани истцу стало известно, что решением Советского районного суда г. Казани от 6 июня 2018 года №2а-5720/2018 удовлетворено административное исковое заявление врача- психиатра РКПБ М3 РТ им. акад. В.М.Бехтерева о принудительном психиатрическом освидетельствовании ФИО1 ФИО22.

Из описательной части указанного судебного акта следует, что «врач- психиатр РКПБ М3 РТ им. акад. В.М.Бехтерева обратился в суд с заявлением, указав, что по поступившим сведениям у ФИО1 ФИО23 имеют место признаки тяжелого психического расстройства. Информация о наличии у нее психического расстройства поступила от начальника ОП №12 «Гвардейский» ФИО5. Этот вывод основывается на том, что ФИО2 неоднократно заявляла, что из ее дома похищает деньги и вещи ФИО6 ФИО24, который в настоящее время находится в местах лишения свободы. Кроме того, в заявлении ФИО2 неоднократно повторяется, что у нее крадут сумму в размере 2 000 000 рублей. В настоящее время в адрес МВД по Республике Татарстан, УМВД России по г. Казани от ФИО2 поступило три обращения».

Также, мама заявила истцу, что у нее украли дом и землю, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>, принадлежавшие ей на праве собственности. Истец обеспокоилась и сделала запрос в Управление Росреестра по Республики Татарстан.

Из выписки из ЕГРН об объекте недвижимости №99/2018/142979206 от 2 августа 2018 года следует, что земельный участок, площадью 994 кв.м, кадастровый номер 

<

номер изъят>, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят> принадлежит на праве общей долевой собственности в 1/3 доле ФИО2, 2/3 доли - ее сыну ФИО1 ФИО25. Его право собственности зарегистрировано 3 июля 2018 года. Кадастровая стоимость земельного участка составляет 1 215 413 рублей. 

Также из выписки из ЕГРН об объекте недвижимости №99/2018/142978863 от 2 августа 2018 года следует, что жилой дом, площадью 171,6 кв.м, кадастровый номер 

<

номер изъят>, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят> принадлежит на праве общей долевой собственности в 1/3 доле ФИО2, 2/3 доли - ее сыну ФИО1 ФИО26. Его право собственности зарегистрировано 3 июля 2018 года. Кадастровая стоимость жилого дома составляет 4 795 693 рубля.

Это известие стало для истца неожиданным, поскольку договоров дарения или купли-продажи с ответчиком мама никогда не заключала. 

Истец считает, что в момент заключения сделки по отчуждению доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок ответчик воспользовался болезненным состоянием, неграмотностью и престарелым возрастом ФИО7. Видимо, давая подписывать ФИО2 какие-то документы, он ввел ее в заблуждение, поскольку она доверяла ему как сыну. Сам факт сделки она не помнит. Желания лишиться части своего имущества у нее никогда не было.

Самостоятельно обратиться за защитой своего нарушенного права ФИО2 в силу тяжелого психического заболевания не может. Доверенность на представление ее интересов по этой причине также выдана быть не может, поскольку она не понимает юридически значимые последствия ее выдачи и не может выразить свою волю у нотариуса адекватно.

В данном случае, настоящий иск истец заявляет от своего лица, но в интересах психически больной матери ФИО2, поскольку очевидно, что оспариваемая истцом сделка затрагивает и ее права, так как истец обязана предпринять все действия по сохранению имущества своей матери. Эта сделка ущемляет и права истца, как потенциальной наследницы матери.

Законодатель не запрещает оспаривать сделки третьим лицам. При этом вопрос о наличии или отсутствии заинтересованности третьего лица разрешается не на стадии приема искового заявления, а в ходе судебного рассмотрения дела по существу.

Истец считает, что право собственности за ответчиком ФИО1 ФИО27 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> было зарегистрировано на основании недействительной сделки. Так как истцу не известна природа данной сделки, но воли на ее заключение со стороны ФИО1 ФИО28 не могло быть, истец просит признать недействительным зарегистрированное право собственности Р.Х. Гизатуллина на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>.

На основании изложенного, истец просит признать недействительным зарегистрированное право собственности ответчика ФИО1 ФИО29 на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом площадью 171,6 кв.м, кадастровый номер 

<

номер изъят> и земельный участок площадью 994 кв.м, кадастровый номер 

<

номер изъят>, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточнял исковые требования, в окончательном виде просит признать договор дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> заключенный между ФИО1 ФИО30 и ФИО1 ФИО31 19 июня 2018 года, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, а именно: привести стороны в первоначальное положение, прекратив за ФИО1 ФИО32 и признав за ФИО1 ФИО33 право собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>.

Третье лицо ФИО2, в интересах которой действует ее опекун ФИО3 предъявила к ФИО4 самостоятельный иск о признании договора дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> заключенный между ФИО1 ФИО34 и ФИО1 ФИО35 19 июня 2018 года, недействительным и применении последствий недействительности сделки, путем приведения сторон в первоначальное положение, прекратив за ФИО1 ФИО36 и признав за ФИО1 ФИО37 право собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>.

В судебном заседании истец ФИО3, действующая также в интересах ФИО2 и представитель ФИО3 ФИО8 свои исковые требования и иск третьего лица поддержали, просили удовлетворить.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, обеспечив явку своего представителя ФИО9, которая исковые требования истца ФИО3 и третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора ФИО2, в интересах которой действует ее опекун ФИО3, не признала, просила отказать в их удовлетворении. 

Заслушав лиц участвующих в деле, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Собственник по своему усмотрению вправе совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (пункт 2 статьи 574) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.

Обещание подарить все свое имущество или часть всего своего имущества без указания на конкретный предмет дарения в виде вещи, права или освобождения от обязанности ничтожно.

Договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен.

К такого рода дарению применяются правила гражданского законодательства о наследовании.

На основании статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Договор дарения движимого имущества должен быть совершен в письменной форме в случаях, когда:

дарителем является юридическое лицо, и стоимость дара превышает три тысячи рублей;

договор содержит обещание дарения в будущем.

В случаях, предусмотренных в настоящем пункте, договор дарения, совершенный устно, ничтожен.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Исходя из пунктов 1 и 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из положений пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

По смыслу изложенных норм права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие обмана и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Из материалов дела усматривается, что истец ФИО3 и ответчик ФИО4 являются родными братом и сестрой, их матерью является ФИО1 ФИО38, 

<

дата изъята> года рождения. Указанные обстоятельства сторонами по делу в судебном заседании не отрицались. 

Вступившим в законную силу решением Советского районного суда г. Казани от 17 декабря 2018 года ФИО2, 

<

дата изъята> года рождения, была признана недееспособной. 

Распоряжением главы Администрации Советского района г. Казани от 12 февраля 2019 года № 262р ФИО3, 

<

дата изъята> года рождения, назначена опекуном недееспособной ФИО1 ФИО39, 

<

дата изъята> года рождения.

Согласно договору дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и доли в праве общей долевой собственности на жилое строение от 19 июня 2018 года, заключенному между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемый), даритель безвозмездно передает (дарит) одаряемому (своему сыну), 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят>, общей площадью 994 кв.м, находящийся по адресу: 

<

адрес изъят> и 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое строение, общей площадью 171,6 кв.м, с кадастровым номером 

<

номер изъят>, находящийся по адресу: 

<

адрес изъят>.

Из выписки из ЕГРН об объекте недвижимости №99/2018/142979206 от 2 августа 2018 года следует, что земельный участок, площадью 994 кв.м, кадастровый номер 

<

номер изъят>, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят> принадлежит на праве общей долевой собственности в 1/3 доле ФИО2, 2/3 доли - ее сыну ФИО1 ФИО40. Его право собственности зарегистрировано 3 июля 2018 года. Кадастровая стоимость земельного участка составляет 1 215 413 рублей. 

Также из выписки из ЕГРН об объекте недвижимости №99/2018/142978863 от 2 августа 2018 года следует, что жилой дом, площадью 171,6 кв.м, кадастровый номер 

<

номер изъят>, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят> принадлежит на праве общей долевой собственности в 1/3 доле ФИО2, 2/3 доли - ее сыну ФИО1 ФИО41. Его право собственности зарегистрировано 3 июля 2018 года. Кадастровая стоимость жилого дома составляет 4 795 693 рубля.

Определением Советского районного суда г. Казани от 20 сентября 2018 года по ходатайству истца ФИО3 была назначена судебная психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно-психиатрических экспертов Государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика В. М. Бехтерева» Министерства здравоохранения Республики Татарстан № 2-33 от 17 января 2019 года, ФИО2, 

<

дата изъята> года рождения во время заключения и подписания договора дарения 19 июня 2018 года страдала психическим расстройством в форме Деменции при болезни Альцгеймера с психотической (преимущественно бредовой) симптоматикой (код по МКБ 10: F 00). Об этом свидетельствуют анамнестические сведения, материалы гражданского дела, медицинская документация, указывающие на то, что на фоне таких сосудистых заболеваний как ЦВБ, ХИМГ, Гипертоническая болезнь, у подэкспертной, примерно с зимы 2017 года появились когнитивные расстройства в виде снижения памяти, интеллекта, она перестала выполнять привычные ей ранее житейско - бытовые дела, дезадаптировалась в социальном плане, у неё возникла психотическая симптоматика в виде бредовых идей обкрадывания, отношения, преследования, которая обуславливала её неадекватное поведение, что послужило поводом для обращения начальника ОП № 12 «Гвардейский» в ДПО-1 РКПБ М3 РТ с просьбой провести медицинское освидетельствование ФИО2, после которого, в августе 2018 года она была поставлена на диспансерный учет к психиатру с тем же диагнозом - Деменция при болезни Альцгеймера с параноидной симптоматикой. Комиссией АСПЭ 22 октября 2018 года ФИО2 была признана неспособной понимать значение своих действий и руководить ими. После перенесенного в ноябре 2018 года повторного инфаркта мозга атеротромботического типа в бассейне левой средней мозговой артерии у подэкспертной возникла грубая неврологическая симптоматика в форме правосторонней гемиплегии, гемигипестезии, моторной афазии. Диагностические выводы подтверждаются и данными настоящего психиатрического освидетельствования выявившего у подэкспертной выраженное снижение когнитивных функций: памяти, внимания, мышления; нарушение критических и прогностических способностей, дезориентацию во времени, личности и пространстве, непродуктивный контакт, абсолютная несостоятельность в вопросах социально-бытового, правового и юридического плана, полная утрата навыков самообслуживания, беспомощность. Учитывая, что у подэкспертной имеются значительные нарушения со стороны психики, которые имели место, как следует из материалов гражданского дела, и в юридически значимый для дела период, следовательно, ФИО2 во время заключения и подписания договора дарения 19 июня 2018 года, не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая указанное заключение экспертов, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное экспертное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, оснований не доверять выводам экспертов не имеется, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, обладают специальным познаниями в области психиатрии и значительным стажем работы.

Кроме того косвенным подтверждением того, что ФИО2 в момент совершения оспариваемой сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими является решение Советского районного суда г. Казани от 6 июня 2018 года №2а-5720/2018, которым удовлетворено административное исковое заявление врача-психиатра РКПБ М3 РТ им. акад. В.М.Бехтерева о принудительном психиатрическом освидетельствовании ФИО1 ФИО42. Из указанного решения усматривается, что врачу психиатру информация о наличии у ФИО2 психического расстройства поступила от начальника ОП № 12 «Гвардейский» ФИО10. 

Изложенное подтверждает доводы ФИО3 о том, что в юридически значимый период, а именно в момент совершения оспариваемой сделки ФИО2 неоднократно обращалась в правоохранительные органы с заявлениями о кражах, которых в действительности не было. 

Оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, разрешая заявленные требования третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора ФИО2, в интересах которой действует ее опекун ФИО3, суд приходит к выводу о том, что при совершении оспариваемой сделки ФИО2 не осознавала значение своих действий и не могла ими руководить. Доказательств опровергающих выводы экспертов, ответчиком не представлено.

В этой связи исковые требованиям третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора ФИО2, в интересах которой действует ее опекун ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, подлежат удовлетворению. Договор дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> от 19 июня 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4, подлежит признанию недействительным, с применением последствий недействительности, путем приведения сторон в первоначальное положение, прекращением за ФИО1 ФИО43 право собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>, и восстановлением права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> за ФИО1 ФИО44.

При этом суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 ФИО45 к ФИО1 ФИО46 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, поскольку права ФИО3 данной сделкой никак не затрагиваются и не нарушаются. Согласно же 11 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат нарушенные или оспариваемые гражданские права. 

Доводы ФИО3 о том, что ее права нарушаются как потенциального наследника не могут служить основанием для удовлетворения ее исковых требований, поскольку наследственное правоотношение возникает вместе с открытием наследства (после смерти гражданина).

Руководствуясь статьями 194, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 ФИО47 к ФИО1 ФИО48 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, отказать.

Исковые требованиям третьего лица с самостоятельными требованиями относительно предмета спора ФИО2, в интересах которой действует ее опекун ФИО3 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, удовлетворить. 

Признать договор дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> от 19 июня 2018 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, путем приведения сторон в первоначальное положение, прекратить за ФИО1 ФИО49 право собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят>, восстановить права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес изъят> за ФИО1 ФИО50.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его составления в окончательной форме в Верховный Суд Республики Татарстан через Советский районный суд г. Казани.

Судья Советского 

районного суда города Казани /подпись/ А.Ф. Гильмутдинова

Копия верна.

Судья А.Ф. Гильмутдинова 

Мотивированное решение изготовлено 25 февраля 2019 года.

Судья А.Ф. Гильмутдинова