Дело № 2а-193/2023

Мотивированное 

решение

 составлено 07 июля 2023 года. 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

30 мая 2023 года село Ловозеро

Ловозерский районный суд Мурманской области, в составе председательствующего судьи Костюченко К.А., 

при помощнике судьи Куликовой В.В.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя ответчиков ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России и начальнику производственного отдела центра трудовой адаптации осуждённых ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области ФИО3 о признании действий по проведению обыска в отряде и изъятию личных вещей незаконными, взыскании компенсации,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области о признании действий по проведению обыска в отряде исправительного учреждения и изъятии его личных вещей незаконными, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в размере 300 000 рублей, указав в обоснование, что отбывает наказание в виде лишения свободы в отряде № учреждения. ДД.ММ.ГГГГ на утренней поверке начальником отряда ФИО3 было доведено осуждённым, что они должны пройти в расположение отряда, собрать все свои личные вещи и пройти с ними в клуб учреждения для проведения обыска в отряде. Полагая, что требование о выносе личных вещей из отряда является незаконным, он не стал их выносить, проследовав в клуб учреждения для личного досмотра. После возвращения в отряд после обыска он не обнаружил своих личных вещей, средств личной гигиены и документов, находившихся и хранившихся в комнате хранения личных вещей, прикроватной тумбочке и комнате хранения продуктов питания, которые были изъяты сотрудниками администрации в ходе обыска. В ходе судебного разбирательства представил письменные дополнения к иску, в которых указал, что в ходе обыска у него было изъято 3 сумки с личными вещами, в число которых входила одежда, постельные, банные и умывальные принадлежности, средства личной гигиены, обувь, тетради и иные предметы, из прикроватной тумбочки изъяты средства личной гигиены, записная книжка и квитанция о сдаче вещей на склад. Также у него была изъята художественная и юридическая литература нескольких наименований, перечень которых приведён в дополнении к иску, определения и постановления Конституционного Суда Российской Федерации, Пленумы Верховного Суда Российской Федерации, жалобы и судебные акты по его искам и ходатайствам, а также копии материалов его уголовного дела. 

Определениями суда к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены ФСИН России и УФСИН России по Мурманской области, а также должностное лицо ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области ФИО3, действия которого, в том числе, обжалованы.

В судебном заседании административный истец исковые требования поддержал.

Представитель ответчиков ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменные возражения.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не также не признал, указав, что на ДД.ММ.ГГГГ являлся начальником отряда ОВРсО ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, в настоящее время состоит в должности начальника производственного отдела центра трудовой адаптации осуждённых.

Заслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд полагает исковые требования административного истца не подлежащими удовлетворению. 

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 10 УИК Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осуждённых, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделённых отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделённые государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделённых государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчинённости орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчинённости лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделённых государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Анализ приведённых положений закона свидетельствует о том, что нарушение прав и свобод административного истца и необходимость в их восстановлении является обязательным основанием для удовлетворения административного искового заявления.

В соответствии с пп. 4 и 6 п. 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН России), утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, одними из основных задач ФСИН России являются обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы или в виде принудительных работ, и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осуждённых, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов; создание осуждённым и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Как установлено в судебном заседании, административный истец на основании приговора суда отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области.

ДД.ММ.ГГГГ в помещениях отряда № исправительного учреждения, в котором содержался истец, был проведён плановый обыск, направленный на выявление фактов и признаков приготовления к совершению побегов и правонарушений на территории учреждения, обнаружение и изъятие предметов, веществ и продуктов питания, которые осуждённым запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, а также с целью выявления и пресечения запрещённых связей осуждённых с иными лицами.

Перед проведением обыска, в ходе утренней поверки ФИО3, являвшимся на то время начальником отряда №, до осуждённых была доведена информация о проведении обыска, а также о необходимости подняться в расположение отряда, собрать личные вещи и пройти с ними в помещение клуба (спортзала) для личного досмотра.

Отказавшись выполнять требование подняться в помещение отряда для сбора и выноса личных вещей, истец, полагая такое требование незаконным, прошёл в помещение клуба (спортзала), где находился до окончания обыскных мероприятий.

В то же время, признавая требование начальника отряда ФИО3 законными и не нарушающими прав истца, суд исходит из следующего.

Частью 5 ст. 82 УИК Российской Федерации устанавливается право администрации исправительного учреждения производить обыск осуждённых и помещений, в которых они проживают. Также администрация исправительного учреждения вправе производить досмотр личных вещей осуждённых. Обыск жилых помещений при наличии в них осуждённых допускается в случаях, не терпящих отлагательств.

В целях обеспечения основных обязанностей осуждённых, выполнения норм законодательства Российской Федерации по исполнению наказаний на администрацию учреждений возлагается право требовать от осуждённых и иных лиц исполнения ими обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации, и соблюдения Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, являющихся приложением к Приказу Минюста России от 04 июля 2022 года № 110.

Согласно п. 355 Приложения 2 "Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений" к указанному выше Приказу № 110 при обыске помещений ИУ, а также по решению начальника ИУ или лица, его замещающего, либо заместителя начальника ИУ, курирующего вопросы безопасности и оперативной работы (в их отсутствие - ДПНУ), проводится досмотр находящихся в помещениях ИУ личных вещей осуждённых к лишению свободы, в том числе тех, которые хранятся в индивидуальной ёмкости (контейнере, сумке). При необходимости может проводиться вынос из помещений ИУ спальных принадлежностей, а также личных вещей осуждённых к лишению свободы, хранящихся в помещениях ИУ.

Порядок проведения обысков и досмотров в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы и прилегающих к ним территориях, на которых установлены режимные требования, утверждён Приказом Минюста от ДД.ММ.ГГГГ №-ДСП. Наличие грифа "ДСП" не предполагает ознакомление осуждённых с данным приказом, однако не исключает необходимость осуждённых исполнять положения Порядка проведения обысков. Данный Порядок проведения обысков не противоречит Правилам, соответствует положениям ч. 7 ст. 82 УИК Российской Федерации.

Таким образом, требование начальника отряда ФИО3 к осуждённым о необходимости выноса принадлежащих им личных вещей из помещения отряда являлось законным и обоснованным.

Также истец в обоснование заявленных требований указал, что по окончании обыскных мероприятий в отряде обнаружил отсутствие в нём своих личных вещей, находившихся и хранившихся в прикроватной тумбе и комнатах хранения вещей и продуктов питания, перечень которых приведён им в иске и дополнении к нему, и полагал, что они были изъяты сотрудниками администрации в ходе проведения обыска.

Из его пояснений, данных в ходе судебного заседания, следует, что пропали его личные вещи, находившиеся в прикроватной тумбе жилого помещения, а также 3 сумки с вещами, которые, в свою очередь, были помещены в сумки, выданные администрацией учреждения, на которых была указана их принадлежность и перечень содержимого, хранившиеся в комнате хранения личных вещей.

В то же время, достаточных оснований полагать, что указанные истцом личные вещи были изъяты у него сотрудниками администрации в ходе обыска в судебном заседании не установлено, как не установлено и само по себе наличие у истца личных вещей в указанном им объёме.

Так, из комиссионного акта об обнаружении и изъятии запрещённых и бесхозных предметов по результатам обыска от ДД.ММ.ГГГГ следует, что заявленные административным истцом в качестве изъятых при проведении обыска личные вещи в нём не фигурируют.

Из пояснений ответчика ФИО3 следует, что он входил в состав обысковой группы, осуществлял обыск в комнате хранения личных вещей. После того, как осуждённые по его распоряжению забрали из неё свои личные вещи, в комнате остались только личные вещи осуждённого, убывшего на стационарное лечение в другое учреждение. Все изъятые в ходе проведения обыска вещи и предметы были собраны в одном месте отряда, затем их перенесли в помещение отдела безопасности, где была составлен акт о их обнаружении и изъятии. 

Не подтвердили факт наличия заявленных истцом вещей и допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели.

Так, из показаний свидетеля – осуждённого Свидетель №1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в отряде № проводился обыск, по окончании которого ФИО1 ему сообщил, что у него пропали книги и документы. Какие именно книги и документы пропали, он (Свидетель №1) не знает, ранее брал в пользование у ФИО1 лишь УК Российской Федерации и УПК Российской Федерации. В момент обыска он находился в комнате ПВР с осуждённым Свидетель №4 за закрытой дверью, сам момент проведения обыскных мероприятий в жилых и иных помещениях отряда не видел, как не видел, чтобы кто-либо из сотрудников администрации выносил личные вещи ФИО1 из отряда. Его личные вещи из отряда не пропали.

Из показаний допрошенного в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля осуждённого ФИО7 следует, что он содержится в отряде №. После построения осуждённых отряда и объявления о необходимости выноса из него личных вещей для проведения обыска он в отряд не поднимался, отказавшись выносить свои вещи, полагая данное требование незаконным, и вместе с ФИО1 проследовал в помещение клуба (спортивного зала), где был подвергнут личному досмотру. До окончания обыска в отряде он с ФИО1 находился около клуба, прогуливаясь, и как проводились обыскные мероприятия в отряде, не видал. О том, что у ФИО1 пропали вещи, он узнал, когда в комнате для хранения личных вещей не обнаружил его сумок, которые ранее располагались рядом с его (ФИО7) сумками, при этом, что именно находилось в этих сумках, он не знает, поскольку в них не заглядывал. Сказать точно, были ли они до проведения обыска, не может, поскольку не каждый день посещает комнату хранения. Кроме сумок, у ФИО1 также хранились в комнате коробки с книгами и юридической литературой, некоторые из которых он брал у него почитать, но давно. Что-либо из принадлежащих ему (ФИО7) личных вещей после проведения обыска не пропало. 

Оценивая исследованные в ходе судебного заседания доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что они объективно и бесспорно не подтверждают версию административного истца как о наличии заявленных им личных вещей на момент проведения сотрудниками исправительного учреждения обыска в помещениях отряда №, так и о том, что такие вещи были изъяты ими в ходе его проведения.

Так, в ходе судебного заседания установлено, что личные вещи осуждённых должны были храниться в комнате временного хранения в сумках, на которых имелись сведения о их принадлежности и перечне содержимого, тогда как свидетель ФИО7 указал, что некоторые вещи ФИО4 хранились в коробках, то есть не были маркированы. О том, что в ходе проведения обыска в отдел безопасности доставлялась коробка с личными вещами ФИО4, ему известно лишь со слов самого истца, в то время как его утверждение о том, что в отдел были доставлены также его иные вещи, суд не может принять во внимание, поскольку в ходе судебного заседания установлено, что изъятые в ходе обыска вещи и предметы, в числе которых вещи ФИО4 в соответствии с актом отсутствовали, перемещались в оперативный отдел в непрозрачных мешках, о чём указал как ответчик ФИО3, так и свидетель Свидетель №1

Кроме того, с учётом перечня пропавшего имущества, заявленного административным истцом, перечня изъятого имущества, отражённого в акте от ДД.ММ.ГГГГ, а также показаний свидетеля Свидетель №1 о том, что изъятое имущество из отряда в оперативный отдел было перемещено в трёх мешках, размером 1*0.5 м, суд полагает, что доводы истца об изъятии у него заявленного объёма имущества в ходе обыска являются несостоятельными.

О том, какие именно личные вещи ФИО4 находились в сумках, хранившихся в комнате хранения личных вещей, ни один из допрошенных свидетелей пояснений не дал, напротив, указали, что о содержимом сумок им нечего не известно. 

Из пояснений самого истца следует, что прикроватной тумбой, в которой располагалась часть пропавших у него вещей, он пользовался единолично, поэтому их перечень, как и наличие на момент проведения обыска, ничем, кроме как пояснениями самого истца, достоверно не подтверждён, как и причастность сотрудников исправительного учреждёния к их пропаже.

С учётом получения истцом посылки с продуктами и средствами личной гигиены ДД.ММ.ГГГГ, то есть почти за три недели до проведения обыскных мероприятий, его доводы о их наличии в комнате хранения продуктов питания и пропаже в результате действий сотрудников администрации также беспочвенны, в то время как сигареты, о получении которых в посылке от родственников он заявил, в описи содержимого этой посылки не значатся.

Таким образом, оценивая все имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что действия сотрудников администрации в ходе проведения ДД.ММ.ГГГГ обыскных мероприятий в отряде № являлись законными и обоснованными, не повлекли за собой ограничение прав, свобод и законных интересов истца, при этом наличие на момент их проведения у ФИО4 личных вещей, о пропаже которых он заявил, объективными и достоверными доказательствами не подтверждено, как и причастность к их вероятной пропаже должностных лиц исправительного учреждения, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 о признании их незаконными удовлетворению не подлежат, как не подлежат удовлетворению и производное от них требование о присуждении компенсации за ненадлежащие условия отбывания наказания, предусмотренное положениями ст. 227.1 КАС Российской Федерации. 

В соответствии с ч. 2 ст. 114 КАС Российской Федерации при отказе в иске судебные расходы, понесённые судом в связи с рассмотрением административного дела, взыскиваются с административного истца, не освобождённого от уплаты судебных расходов, в доход федерального бюджета.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 было отказано в удовлетворении ходатайства об освобождении от уплаты госпошлины при подаче иска в суд, поскольку для этого не было установлено оснований, предусмотренных ст. 333.20 НК Российской Федерации, при этом предоставлена отсрочка её уплаты до рассмотрения его иска по существу.

С учётом изложенного, поскольку оснований для освобождения административного истца от уплаты госпошлины не было установлено и в ходе судебного разбирательства, суд полагает необходимым взыскать с него госпошлину в доход федерального бюджета в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении административного иска ФИО1 к ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России и начальнику производственного отдела Центра трудовой адаптации осуждённых ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области ФИО3 о признании действий по проведению обыска в отряде и изъятию личных вещей незаконными, взыскании компенсации отказать.

Взыскать с ФИО1 (ИНН №) госпошлину в доход федерального бюджета в размере 300 (трёхсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ловозерский районный суд Мурманской области в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме. 

Председательствующий: К.А. Костюченко