Дело № 2-320/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

р.п. Колышлей 11 декабря 2017 года

Пензенской области

Колышлейский районный суд Пензенской области

в составе председательствующего судьи Тузукова С.И.,

при секретаре Ерзеневой И.А.,

с участием прокурора – помощника прокурора Колышлейского района Пензенской области Нагаевой А.В., 

истицы ФИО5, представителя истцов ФИО6, представителя ответчика - ОАО «Российские железные дороги» ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в р.п. Колышлей Пензенской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, ФИО8 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного гибелью человека от источника повышенной опасности,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5, ФИО8 обратились в суд с данным иском, указав, что 22.11.1992 года на станции Колышлей Куйбышевской железной дороги ОАО «РЖД» железнодорожным поездом была смертельно травмирована ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшаяся им дочерью и сестрой. Причиной смерти послужила железнодорожная травма. Никакой моральной и материальной помощи ответчик им не оказал. Они потеряли самого дорогого и родного им человека – дочь и сестру. В соответствии с ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в РФ сохраняются труд и здоровье людей. В силу ч. 1 ст. 20, ч. 1 ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на жизнь, на охрану здоровья. Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите. Конституция РФ провозглашает, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (п. 2 ст. 17). В качестве общеправовой нормы возмещение в материальной форме за причиненный гражданину моральный вред (физические и нравственные страдания) появилось в российском законодательстве после введения в действие на территории РФ 03.08.1992 года Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31.05.1991 года. В соответствии со ст. 128 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31.05.1991 года юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (транспортные организации, промышленные предприятия, стройки, владельцы автотранспортных средств и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Моральный вред в ст. 131 Основ гражданского законодательства был определен как причинение гражданину физических и нравственных страданий при наличии противоправности действий, причинивших вред, и вины причинителя вреда. При этом моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, причем независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Основы допускали возмещение гражданам морального вреда во всех случаях причинения его неправомерными действиями. В последующем возможность компенсации морального вреда в РФ была отражена в ст. 151 ГК РФ, часть первая которого введена в действие с 01.01.1995 года. В соответствии со ст. 5 ФЗ от 30.11.1994 года № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса РФ» часть первая ГК применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. Нравственные страдания истцам были причинены 22.11.1992 года, то есть после введения в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, предусмотревших такой вид ответственности. В силу положений ст. 128 Основ гражданского законодательства, на владельце источника повышенной опасности лежит обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Исключением для взыскания причиненного вреда является только наличие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Отношения, связанные с причинением истцам вреда, возникли до 01.03.1996 года, однако вопрос о правах и обязанностях сторон в установленном порядке разрешен не был. Впервые за компенсацией морального вреда они обращаются только сейчас. Полагают, что в данном случае правомерным считается применение положений ст. 1079, 1100, 1101 ГК РФ. В соответствии со ст. 4 действовавшего на момент травмирования Закона СССР «О железнодорожном транспорте» от 15.04.1991 года № 2104-1 железнодорожный транспорт обязан обеспечить безопасность жизни и здоровья граждан, безопасность движения поездов, охрану окружающей среды. В соответствии со ст. 9 указанного Закона подвижной состав, устройства пути и другие технические средства, поставляемые железнодорожному транспорту, должны соответствовать требованиям безопасности, охраны труда и экологической чистоты, установленным государственными стандартами, и иметь удостоверяющий это сертификат. Правила нахождения в зоне повышенной опасности и проведения в ней работ, проезда и перехода через железнодорожные пути устанавливаются Министерством путей сообщения СССР с учетом предложений заинтересованных организаций. Ответчик, как владелец источника повышенной опасности, при осуществлении деятельности, в том числе при эксплуатации железнодорожного транспорта, обязан обеспечить и предпринять необходимые и надлежащие меры для предотвращения гибели граждан на своих объектах также посредством правового регулирования в области безопасности железнодорожного движения. В настоящее время утверждены и действуют Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути. Данные Правила вступили в силу 11.04.2007 года. До вступления в силу вышеуказанных Правил на территории РФ отсутствовали какие-либо нормативно-правовые акты, регулирующие действия граждан при нахождении в районе железнодорожных объектов. Погибшие не нарушали официально действующих правил нахождения на железнодорожных путях. Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик вступили в силу на территории РФ с 03.08.1992 года. Именно с этого времени подлежат удовлетворению требования о компенсации морального вреда за причинение физических и нравственных страданий. Несчастный случай произошел при использовании ответчиком – ОАО «РЖД» - транспортного средства, то есть гибель дочери и сестры произошла вследствие причинения вреда источником повышенной опасности. В связи с юридической неграмотностью и неосведомленностью истцы не предполагали, что имеют право на возмещение морального вреда. Если бы инфраструктура железнодорожного транспорта была устроена таким образом, чтобы исключалась возможность доступа граждан к иным ее объектам, кроме как к пешеходным переходам и посадочным платформам, то данный несчастный случай не произошел бы. Утрата близкого для них человека принесла им моральный вред, то есть физические и нравственные страдания. Они потеряли жизненный интерес. В мгновенье перевернулась жизнь от этой трагедии, которую они не могут перенести до сих пор, их горе несоизмеримо ни с чем. Известие о гибели любимого и родного человека принесло в дом сильнейшее горе и глубочайшую душевную боль. Они до сих пор не могут поверить в реальность произошедшего. В связи со смертью близкого человека им причинено горе, нравственные страдания, которые не подлежат оценке. Им тяжело осознавать, что больше они ее не увидят, не смогут ощутить ее душевную теплоту и поддержку. Сильная и тяжелая утрата была для них. Даже компенсация морального вреда не компенсирует им даже части перенесенных страданий. Моральный вред они оценивают в сумме по 500000 рублей каждому. То обстоятельство, что они обратились в суд спустя 25 лет, не является основанием для взыскания меньшей суммы компенсации морального вреда и никак не свидетельствует о неосновательном обогащении за счет ОАО «РЖД». Гибель ребенка и сестры сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. Также они были вынуждены нести расходы на услуги адвоката, которые составили по 10000 рублей, расходы нотариуса по оформлению доверенности по 2020 рублей. Просят: взыскать с ответчика ОАО «РЖД» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в связи с гибелью дочери – ФИО1 в размере 500000 рублей, а также расходы на адвоката - 10000 рублей, расходы нотариуса по оформлению доверенности - 2020 рублей; взыскать с ответчика ОАО «РЖД» в пользу ФИО8 компенсацию морального вреда в связи с гибелью сестры – ФИО1 в размере 500000 рублей, а также расходы на адвоката - 10000 рублей, расходы нотариуса по оформлению доверенности - 2020 рублей.

Истица ФИО5 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить по указанным в заявлении основаниям. Дополнительно пояснила, что смерть дочери она и вторая её дочь – ФИО8 сильно переживают до настоящего времени. 

Истица ФИО8 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена. От неё в суд поступило заявление, в котором она просит рассмотреть дело без её участия.

Представитель истцов ФИО6, действующая на основании нотариально удостоверенных доверенностей, в судебном заседании исковые требования ФИО5, ФИО8 поддержала по основаниям, указанным в иске, просила их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика – ОАО «Российские железные дороги» ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования истцов не признал, сослался на доводы, изложенные в отзыве на иск, дополнительно пояснив, что к случаю травмирования ФИО1 22.11.1992 года действующее законодательство применяться не может. Не имеется доказательств того, что смерть ФИО1 наступила в результате виновных действий лиц, управляющих поездом. Никаких уголовных дел по данному факту не возбуждалось, и было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с отсутствием в действиях работников железной дороги состава преступления. Сведения об этом в настоящее время уничтожены. В иске просил отказать в полном объеме. 

В отзыве на данный иск (л.д. 128-131) представитель ответчика указывает, что смерть ФИО1 наступила 22.11.1992 года, когда гражданские правоотношения регулировались нормами Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик. В соответствии со ст. 131 этих Основ условием возмещения морального вреда являлась вина причинителя вреда, в том числе тогда, когда вред был причинен источником повышенной опасности, если потерпевший не состоял с причинителем вреда в трудовых отношениях. При этом предприятие, которому принадлежал источник повышенной опасности, было обязано возместить моральный вред потерпевшему, если вред причинен виновными действиями работника предприятия. Доказательств того, что смерть ФИО1 наступила в результате виновных действий лиц, управляющих поездом, стороной истца не представлено. По факту гибели двух девушек 22.11.1992 года был составлен акт служебного расследования несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ. Комиссия пришла к выводу, что вины кого-либо из работников железной дороги в произошедшем нет. Несчастный случай произошел из-за нарушения ФИО1 правил безопасности на железнодорожном транспорте. Положение о вине, как об одном из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда, законодатель сохранил в ст. 151 ГК РФ части первой ГК РФ, которая вступила в действие с 01.01.1995 года в соответствии с ФЗ «О введении в действие части первой ГК РФ» № 52-ФЗ от 30.11.1994 года. Норма о безвиновной ответственности владельца источника повышенной опасности за причинение морального вреда впервые введена ст. 1100 ГК РФ, содержащейся в части второй ГК РФ, введенной ФЗ № 15-ФЗ от 26.01.1996 года и действует с 01.03.1996 года. Поскольку несчастный случай произошел 22.11.1992 года, то есть до вступления в силу части 1 и 2 ГК РФ, а норме о безвиновной ответственности владельца источника повышенной опасности, предусмотренной ст. 1100 ГК РФ, не придано обратной силы, требования истиц о компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. Необходимо установить обстоятельства, свидетельствующие о том, что лицо, обратившееся за компенсацией морального вреда, действительно испытывает физические или нравственные страдания в связи со смертью потерпевшего, что предполагает, в том числе выяснение характера отношений между истицей и потерпевшим (семейные, родственные, близкие, доверительные), имело ли место совместное проживание с погибшим и ведение с ним общего хозяйства и т.д. Также необходимо установить характер и степень физических и нравственных страданий истца в связи с гибелью потерпевшего, имело ли место со стороны истицы обращение за медицинской и психологической помощью в медицинские органы вследствие причиненных физических и нравственных страданий (морального вреда). Утверждения представителя истцов о понесенных ими нравственных и физических страданиях являются голословными, не подтверждаются имеющимися в деле доказательствами и не могут быть положены судом в основу решения. Комиссия, проводившая служебное расследование, пришла к выводу, что вины кого-либо из работников железной дороги в произошедшем несчастном случае не имеется. В данном случае поведение потерпевшей следует признать грубой неосторожностью, поскольку правила поведения граждан на таком опасном объекте, как железнодорожные пути, общепонятны и не требуют наличия специальных познаний. В крови ФИО1 в момент смерти содержался алкоголь в концентрации, соответствующей легкой степени алкогольного опьянения. Таким образом, вина железной дороги или ее работников в причинении смерти ФИО1 отсутствует, а возникновению и увеличению вреда содействовало, исключительно, противоправное поведение погибшей. Исковые требования к ОАО «РЖД» были предъявлены сестрой и матерью ФИО1 спустя 25 лет после трагедии, что может свидетельствовать об отсутствии близких отношений с погибшей, ставит под сомнение наличие нравственных страданий с их стороны. При исследовании и оценке индивидуальных особенностей потерпевшего подлежит исследованию как материальное положение истца, так и пострадавшего. Понесённые ими по делу издержки возмещению не подлежат. Просит в удовлетворении иска отказать.

Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ он работал дорожным мастером на станции Колышлей. В конце ДД.ММ.ГГГГ около 6 часов на 206 км перегона Скрябино-Колышлей в результате железнодорожного происшествия погибли две девушки. На планёрках им руководство доводило подробные сведения об этом. Ему известно, что девушки шли по чётному пути, навстречу им – по нечётному пути шёл поезд. Из-за поворота дороги по чётному пути в попутном им направлении появился грузовой поезд, начал сигналить и экстренно тормозить. Из-за шума встречающихся поездов этот сигнал услышать было невозможно. Остановить экстренно грузовой поезд также невозможно, тем более после поворота до девушек оставалось небольшое расстояние. В результате этого девушки попали под грузовой поезд и погибли. Железнодорожной милицией проводилась соответствующая проверка. Вины машиниста поезда либо других работников железной дороги не имелось. Он работает на железной дороге с ДД.ММ.ГГГГ, и случаев возбуждения уголовных дел на членов бригад поездов в случае гибели граждан на железнодорожных путях, не знает. Всегда гибель пешеходов происходит из-за их неосторожности, и при отсутствии вины работников железнодорожного транспорта. 

Как следует из показаний свидетеля ФИО3, в ДД.ММ.ГГГГ он работал инспектором по делам несовершеннолетних и дознавателем милиции ОВД на транспорте 

<

адрес>. Местом его работы являлась станция Колышлей. В ДД.ММ.ГГГГ на 206 км перегона Скрябино-Колышлей в результате железнодорожного происшествия погибли две девушки. Он на место происшествия не выезжал, но от коллег ему тогда ещё стало известно следующее. Эти девушки шли из 

<

адрес> по чётному пути железной дороги, навстречу им – по нечётному шёл поезд. По чётному пути в попутном им направлении шёл грузовой поезд, начал сигналить и экстренно тормозить. Из-за шума поездов этот сигнал девушки услышать не могли. Остановить экстренно грузовой поезд также невозможно, требуется до 1800 метров. Девушки попали под грузовой поезд и погибли. Сотрудниками их отдела проводилась соответствующая проверка. Вины работников железной дороги в данном происшествии установлено не было, и соответствующим постановлением в возбуждении уголовного дела было отказано. Он вообще не помнит, чтобы по таким случаям когда-либо возбуждались уголовные дела, так как всегда гибель пострадавших происходит из-за их неосторожности.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, заключение прокурора Нагаевой А.В., полагавшей в удовлетворении иска отказать, исследовав материалы дела, оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ все доказательства по делу в их совокупности, суд оснований для удовлетворения иска не находит по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. 

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статья 1079 ГК РФ устанавливает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения, праве оперативного управления либо на ином законном основании (праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как установлено в судебном заседании, 22.11.1992 года в 6 часов 06 минут на 206 км пикет 2 перегона Скрябино-Колышлей поездом № под управлением машиниста ФИО4 была смертельно травмирована находившаяся в междупутье ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Причиной несчастного случая явилось нарушение правил техники безопасности самой пострадавшей.

Данные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами:

- свидетельством о смерти №, выданным ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> райотделом ЗАГС, согласно которому ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти – железнодорожная травма (л.д. 9);

- заключением эксперта (экспертизой трупа) № от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым смерть ФИО1 наступила от грубого разрушения черепа и головного мозга в результате железнодорожной травмы. Имеющиеся на теле ФИО1 телесные повреждения нанесены тупым твердым предметом. Массивность повреждений, наличие загрязнений черным смазочным веществом указывают на образование их при ударе железнодорожным транспортным средством. В крови и моче обнаружено соответственно 0,5% и 1,2% этилового спирта, что у живых лиц может соответствовать опьянению легкой степени (л.д. 29-34);

- материалами служебного расследования несчастного случая, в том числе актом служебного расследования несчастного случая с гражданами на железных дорогах от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указаны место, время и обстоятельства несчастного случая и его причины – нарушение правил техники безопасности пострадавшей, а также протоколом оперативного совещания при начальнике 

<

адрес> дистанции пути от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому вины работников железнодорожного транспорта в травмировании ФИО1 не усматривается (л.д. 90-92, 122-125);

- показаниями вышеуказанных свидетелей, не доверять которым у суда оснований не имеется, так как они не противоречивы, последовательны, подтверждаются другими доказательствами по делу в их совокупности.

Умершая ФИО1 является дочерью ФИО5 и сестрой ФИО8, что подтверждается свидетельствами о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельством о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10-12).

Из сообщения Линейного отдела МВД России на станции Ртищево от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что предоставить информацию о принятом решении по факту травмирования 22.11.1992 года поездом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не возможно, в связи с уничтожением согласно требованиям нормативно-правовых актов МВД России журнала учета информации о преступлениях, журнала регистрации отказных материалов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (акт об уничтожении от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д. 127).

Согласно сообщению МО МВД России «Колышлейский» от ДД.ММ.ГГГГ №, в ДД.ММ.ГГГГ проведено уничтожение документов по регистрации преступлений, административных правонарушений и происшествий, имеющих срок архивного хранения 5 лет. Информация о происшествии, совершенном 22.11.1992 года по травмированию поездом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в МО МВД России «Колышлейский» отсутствует (л.д. 95). 

Как следует из сообщения начальника железнодорожной станции Колышлей, на железнодорожной станции Колышлей Ртищевского центра организации работы железнодорожных станций Юго-Восточной дирекции управления движением Центральной дирекции управления движением – филиала ОАО «РЖД» сведения и документы, касающиеся факта смертельного травмирования 22.11.1992 года поездом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отсутствуют (л.д. 43).

Согласно сообщению территориального отдела ЗАГС 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1 составлена на основании медицинского свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ, выданного 

<

адрес> ЦРБ (л.д. 48).

Статья 12 ГК РФ предусматривает, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие материальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из положений п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с Федеральным законом от 30.11.1994 года № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса РФ» статья 151 ГК РФ вступила в действие с 01.01.1995 года.

Согласно Федеральному закону от 26.01.1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса РФ» статья 1101 Гражданского кодекса РФ действует с 01.03.1996 года.

Статья 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, применявшаяся до введения в действие части второй Гражданского кодекса РФ, устанавливала, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины.

До принятия части второй Гражданского кодекса РФ норму о безвиновной ответственности за причинение морального вреда источником повышенной опасности содержали только Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденные Постановлением Верховного Совета РФ от 24.12.1992 года № 4214-1.

Возможность компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, предусмотрена ст. 1100 ГК РФ, которая вступила в действие с 01.03.1996 года.

Как указано в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции РФ).

Обратная сила норме, содержащейся в ст. 1100 ГК РФ, законодательством не придана, в связи с чем, суд считает, что моральный вред, причиненный в случае, когда вред причинён жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности независимо от вины причинителя вреда, до введения её в действие, компенсации не подлежит.

Согласно сообщению Юго-Восточной железной дороги – филиала ОАО «РЖД» от ДД.ММ.ГГГГ № ОАО «РЖД» создано в соответствии с ФЗ № 29-ФЗ от 27.02.2003 года «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта» и Постановления Правительства РФ от 18.09.2003 года № 585. ОАО «РЖД» зарегистрировано в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ. В связи с тем, что на момент несчастного случая с ФИО1 (22.11.1992 года) ОАО «РЖД» как юридического лица не существовало, у него не могло возникнуть каких-либо обязательств и не могла быть застрахована гражданская ответственность (л.д. 100).

В соответствии со ст. ст. 2, 3 Федерального закона от 27.02.2003 года № 29-ФЗ «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта» имущество федерального железнодорожного транспорта - имущественные комплексы государственных унитарных предприятий и имущество государственных учреждений, находящихся в ведении федерального органа исполнительной власти в области железнодорожного транспорта (в том числе, имущество социального назначения); единый хозяйствующий субъект - ОАО «РЖД», создаваемое в процессе приватизации имущества федерального железнодорожного транспорта. Единый хозяйствующий субъект создается в процессе приватизации имущества федерального железнодорожного транспорта путем изъятия имущества у организаций федерального железнодорожного транспорта и внесения его в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18.09.2003 года № 585 создано ОАО «РЖД» и утвержден его Устав.

В соответствии с п. 2 указанного Постановления оплата акций осуществляется путем внесения в уставный капитал ОАО «РЖД» имущества и имущественных комплексов организаций федерального железнодорожного транспорта, включенных в прогнозный план (программу) приватизации федерального имущества на 2003 год в соответствии с распоряжением Правительства РФ от 11 августа 2003 года № 1111-р.

Распоряжениями Правительства РФ от 30.06.2003 года и от 11.08.2003 года №1111-р утвержден перечень организаций федерального железнодорожного транспорта, имущество которых предлагается к внесению в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта на железнодорожном транспорте.

В названный перечень включено и ФГУП «Юго-Восточная железная дорога» МПС РФ, которое, согласно выписке из ЕГРЮЛ прекратило свою деятельность и его имущественный комплекс внесен в качестве вклада в уставный капитал ОАО «РЖД» (л.д. 79-83).

Пунктом 6 статьи 4 Федерального закона от 27.02.2003 года № 29-ФЗ «Об особенностях управления и распоряжения имуществом железнодорожного транспорта» установлено, что обязанности и права по обязательствам организаций федерального железнодорожного транспорта, имущество которых вносится в уставный капитал единого хозяйствующего субъекта, в отношении их кредиторов и должников передаются единому хозяйствующему субъекту на основе сводного передаточного акта в соответствии с законодательством РФ.

В абзаце 5 пункта 2 Постановления Правительства РФ от 18.09.2003 года № 585 «О создании ОАО «РЖД» указано, что пообъектный перечень имущества федерального железнодорожного транспорта, которое вносится в уставный капитал общества, содержится в сводном передаточном акте, подписанном уполномоченными лицами.

В настоящее время Юго-Восточная железная дорога является филиалом ОАО «РЖД», что подтверждается приложением к Уставу данного ОАО.

Согласно Тарифному руководству № 4 Книга № 2 часть 1 «Алфавитный список железнодорожных станций», утвержденному Советом по железнодорожному транспорту государств-участников Содружества, станция Колышлей относится к Юго-Восточной железной дороге. Транзитные пункты: Ртищево - 1, Пенза – 1.

Из сообщения начальника железнодорожной станции Колышлей от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что 206 км пикет 2 перегона Колышлей-Скрябино двухпутного электрифицированного участка Пенза-Ртищево Юго-Восточной железной дороги территориально находится между населенными пунктами 

<

адрес> и 

<

адрес>, конкретно к какому-либо из них не привязан.

Из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что ОАО «РЖД» является надлежащим ответчиком по данному делу и несет ответственность по обязательствам ФГУП «Юго-Восточная железная дорога» Министерства путей сообщения РФ (в том числе и в случае причинения вреда).

В силу ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 года № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации», железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности.

В соответствии с заключением судебно-химического исследования (выписка из акта № от ДД.ММ.ГГГГ) в крови и моче ФИО1 обнаружено 0,5% и 1,2% соответственно этилового алкоголя (л.д. 37).

Таким образом, исходя из установленных судом фактических обстоятельств дела, суд считает, что в действиях самой потерпевшей ФИО1 имелась грубая неосторожность, поскольку она, находясь в состоянии алкогольного опьянения, двигалась в ночное (темное) время суток в зоне повышенной опасности между железнодорожными путями, подвергаясь опасности причинения вреда, и между данными действиями потерпевшей и возникновением вреда имеется причинная связь.

При этом, суд исходит из того, что стороной истцов в нарушение требований ст.ст. 56, 57 ГПК РФ, не представлено достоверных доказательств, подтверждающих получение ФИО1 смертельной травмы вследствие противоправных (виновных) действий ответчика, выразившихся в ненадлежащем содержании принадлежащей ему территории и объектов инфраструктуры либо ненадлежащей (виновной) эксплуатации принадлежащего ему железнодорожного транспорта. Напротив, доводы стороны ответчика о том, что смерть ФИО1 наступила не в результате виновных действий (бездействий) работников ОАО «Российские железные дороги», в судебном заседании подтверждены представленными и исследованными судом доказательствами.

Поскольку судом установлено, что причинение вреда явилось следствием грубой неосторожности потерпевшей ФИО1, а достаточных доказательств, подтверждающих факт причинения ей смертельной травмы в результате противоправных действий ответчика, что является обязательным условием для возложения ответственности в виде компенсации морального вреда, не установлено, оснований для удовлетворения заявленных истцами требований о компенсации морального вреда к владельцу источника повышенной опасности – ОАО «Российские железные дороги» не имеется.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку истцам ФИО5, ФИО8 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объёме, судебные расходы, понесённые ими по оплате услуг адвоката в сумме по 10000 рублей каждой, по оплате нотариальной доверенности в сумме по 2020 рублей каждой, являются расходами истцов и взысканию с ответчика не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления ФИО5, ФИО8 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного гибелью человека от источника повышенной опасности, и понесённых судебных расходов отказать.

Решение изготовлено в мотивированной форме 12.12.2017 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Колышлейский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья: Тузуков С.И.

Решение не вступило в законную силу.