АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

2 апреля 2025 г. г.Уфа

Верховный Суд Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Байковой Л.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Галиуллиной А.Р., помощником судьи Галимуллиной З.И.,

с участием 

прокурора Ахметова А.Р.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

защитника Баянгуловой А.Н. в интересах осужденного ФИО1,

защитника Амировой Л.А. в интересах осужденного ФИО2,

представителя потерпевшего – ФИО50.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнением защитника - адвоката Баянгуловой А.Н. в интересах осужденного ФИО1, осужденного ФИО2 с дополнением его защитника - адвоката Гарипова Р.Ф. на приговор Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 5 декабря 2024 г.

Изложив содержание приговора и обстоятельства дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления осужденных ФИО1, ФИО2 и их защитников – адвокатов Баянгуловой А.Н., Амировой Л.А. в поддержку доводов жалоб, мнение представителя потерпевшего ФИО50 и прокурора Ахметова А.Р. о законности приговора, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 5 декабря 2024 г. 

ФИО1, дата г.р., несудимый,

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 240 часам обязательных работ; 

ФИО2, дата г.р., судимый:

- 1 октября 2024 г. Янаульским районным судом Республики Башкортостан по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам сроком 120 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 8 месяцев (неотбытый срок обязательных работ составляет 92 часа),

осужден по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 240 часам обязательных работ. 

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного настоящим приговором наказания с наказанием, назначенным по приговору Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 1 октября 2024 г., окончательно назначено ФИО2 наказание в виде обязательных работ сроком 300 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 8 месяцев. 

В срок отбытия окончательного наказания, назначенного настоящим приговором, ФИО2 зачтен срок отбытого наказания, назначенного по приговору Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 1 октября 2024 г. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу постановлено не изменять. 

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах. 

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества – насосно-компрессорных труб НКТ73*5,5 мм «Д», принадлежащие ООО «Башнефть-Добыча», в количестве 115 штук, на общую сумму 169992 руб., группой лиц по предварительному сговору.

Преступление совершено с 16.00 час 28 июля 2022 г. до 01.00 час 29 июля 2022 г. в Янаульском районе Республики Башкортостан при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе с дополнением к ней защитник осужденного ФИО1 – адвокат Баянгулова А.Н. считает приговор необоснованным, незаконным, основанным на предположениях, указывает следующее:

- суд в описательно-мотивировочной части приговора незаконно ограничился перечислением доказательств по делу без раскрытия их содержания; 

- председательствующий не обосновал свое двоякое отношение к делу, так как ранее до постановления обвинительного приговора возвращал уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ; 

- в нарушение ч. 5 ст. 217 и ч. 2 ст. 218 УПК РФ обвиняемому не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, в том числе право на ознакомление с вещественными доказательствами, что было установлено судом, но оставлено без должного внимания;

- следователем ФИО54 в нарушение сроков предварительного следствия направлено уголовное дело прокурору для утверждения обвинительного заключения, что является препятствием для рассмотрения уголовного дела судом;

- сторона защиты не ознакомлена с оригиналом акта экспертного исследования № 298-24/р от 22 апреля 2024 г., ссылка на который имеется в приговоре суда; оригинал заключения также не приобщен к материалам уголовного дела; в деле имеется копия плохого качества;

- в нарушение Определения Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2011 г. № 29-Дп-11-1, Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2010 г. № 597-О-О причиненный преступлением ущерб судом установлен не на основе фактической (закупочной) стоимости с учетом амортизации и износа товара;

- орган предварительного расследования не ознакомил с постановлением о назначении экспертиз, лишив сторону защиты права подачи дополнительных вопросов; само постановление о назначении экспертизы в материалах уголовного дела отсутствует;

- в целях восстановления нарушенного права стороной защиты был сделан запрос по проведению экспертной оценки фактической стоимости труб по материалам уголовного дела; из заключения независимого эксперта – ООО «Компромисс» следует, что «фактическая стоимость нефтяной трубы НКТ 75 в количестве 115 штук, на момент совершения кражи, то есть 27 июля 2022 г., составляет 00 руб., то есть отсутствует в денежном эквиваленте»;

- вывод суда о невозможности определить «ни факт списания…ни пригодность» подтверждается показаниями допрошенных по делу свидетелей ФИО55., ФИО56, ФИО57., ФИО58., ФИО59. и материалами уголовного дела; суд вышел за рамки предъявленного обвинения;

- предварительный сговор материалами предварительного и судебного следствия не подтвержден; вывод суда о том, что именно ФИО1 предложил ФИО2 совершить хищение труб, не подтверждается материалами уголовного дела, показаниями допрошенных свидетелей – ФИО60., ФИО61.; версия ФИО1 о невиновности ни обвинением, ни судом не опровергнута, оценка показаниям свидетелей ФИО62., ФИО63. в этой части не дана;

- изложив доказательства в приговоре, суд первой инстанции в нарушение требований ст. 88 УПК РФ не дал им должной оценки, не проанализировал и не сопоставил между собой, не в полной мере исследовал субъективную сторону инкриминируемого ФИО1 преступления и доводы стороны защиты о недоказанности умысла на совершение преступления, вмененного осужденному, не проверил доводы защиты, что привело к неверным выводам, которые не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела;

- ни судом, ни органом предварительного расследования не установлена цель совершенного преступления, а также корыстный мотив у ФИО1; 

- ФИО1 в ходе предварительного и судебного следствия показал, что через 8-10 дней узнал от ФИО2 о том, что трубы краденые, свои показания не менял;

- на момент подачи апелляционной жалобы суд не предоставил возможность ознакомления с протоколом судебного заседания.

Просит приобщить копию заключения эксперта № 212 от 28 февраля 2025 г. по определению фактической стоимости труб, отменить приговор, уголовное преследование в отношении ФИО1 прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления; прекратить уголовное дело по ч. 3 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 158 УК РФ, уголовное дело прекратить в соответствии с ч. 3 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ; уголовное преследование в отношении ФИО1 прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Указывает, что хищение труб совершил без сговора с какими-либо лицами, в том числе с ФИО1 Характер действий последнего при вывозе труб со скважины аналогичен действиям других участников – ФИО63., ФИО62., ФИО61., в отношении которых приняты решения об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления. Прямых доказательств вступления ФИО1 и автора апелляционной жалобы в сговор в деле не имеется и судом в приговоре не приведено.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденного ФИО2 его защитник – адвокат Гарипов Р.Ф. указывает, что то обстоятельство, что ФИО1 до выезда на скважину за трубами совершил звонок ФИО62., не может указывать о наличии преступного сговора между ФИО1 и ФИО2, поскольку ФИО62. является членом бригады ФИО1 и их связывают рабочие и дружеские отношения. Прямых доказательств вступления ФИО1 в сговор с ФИО2 в деле не имеется.

В возражении на дополнительную апелляционную жалобу защитника Баянгуловой А.Н. представитель потерпевшего ООО «Башнефть-Добыча» ФИО55 просит оставить приговор без изменения ввиду необоснованности доводов апелляционной жалобы. Указывает, что вывод предварительного следствия и суда о причинении ущерба в размере 169992 руб. является обоснованным, так как похищенные металлические насосно-компрессорные трубы на дату хищения являлись основными средствами, состоящими на бухгалтерском учете Общества. Определение пригодности данных труб для их дальнейшего использования в ходе предварительного следствия не производилось, в связи с чем, экспертным исследованием фактическая стоимость данных труб определена с учетом стоимости по цене металлолома (черного металла). По смыслу закона, определяя размер похищенного, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключении экспертов. Защитником неверно интерпретированы показания свидетелей в части остаточной стоимости труб. Представленный защитником ответ ООО «Компромисс» является частным мнением эксперта и не может быть положен в основу доказывания невиновности осужденного ФИО1, так как экспертом не учтены все обстоятельства, содержащиеся в материалах уголовного дела. 

В возражении на апелляционные жалобы государственный обвинитель Ахмадуллин Ф.А. предлагает приговор оставить без изменения ввиду необоснованности их доводов. 

В суде первой инстанции ФИО1 свою вину не признал, ФИО2 свою вину признал частично, отрицая наличие сговора с ФИО1 и участие последнего в хищении труб.

Проверив материалы дела и доводы апелляционных жалоб с дополнениями, возражений, выслушав участников судебного процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления основаны на собранных по делу и тщательно проверенных в судебном заседании доказательствах, исследованных в судебном заседании всесторонне, полно и объективно, а именно:

- показаниях представителя потерпевшего ФИО55., подтвердившего получение информации от ООО «РН-Ремонт» об отсутствии труб НКТ на скважине 1154 Четырмановского месторождения, что явилось основанием для подачи заявления в полицию;

- показаниях свидетеля ФИО63., из которых следует, что он работает помощником бурильщика в бригаде, мастером которой является ФИО1, а машинистом – ФИО2 28 июля 2022 г. вечером после рабочей смены ему позвонил ФИО2 и попросил о встрече, на которую подъехал также бурильщик их бригады и смены ФИО62 ФИО2 попросил помочь погрузить трубы НКТ. Он (ФИО2) довез их до поля, они прошли к скважине, где лежали трубы, также туда подъехал на Камазе с прицепом ФИО1 Совместно они погрузили трубы около 100 штук. ФИО2 во время погрузки с ними не было;

- показаниях свидетеля ФИО62., аналогичных показаниям ФИО63.;

- показаниях свидетеля ФИО58., являющегося старшим мастером в ООО «РН Сервис», из которых следует, что работу бригада выполняет по плану заказчика, который и принимает решение о подъеме и спуске труб. После того, как оборудование поднято, приглашается представитель заказчика, производится калибровка прибором «калибр пробка» и принимается решение о том, какие трубы подлежат спуску, а какие признаются негодными и вывозятся на базу, где проходят дефектоскопию. Если трубы подлежат ремонту, то их ремонтируют и направляют на другие скважины, если нет – отбраковываются. Для вывоза труб со скважины мастер должен подать заявку за 24 часа; 

- показаниях свидетеля ФИО76., аналогичных показаниям свидетеля ФИО58.; 

- показаниях свидетеля ФИО78, из которых следует, что он как оператор по добыче нефти и газа в один из дней (точную дату не помнит) приехал на скважину № 1154, принял трубы под охрану, которые передавал бурильщик ФИО57 Они составили акт о том, какие трубы и в каком количестве остались на скважине. ФИО1 и ФИО2 отношения к той бригаде, которая работала на территории данной скважины, не имели;

- показаниях свидетеля ФИО57., из которых следует, что он в июле 2022 г. работал в составе бригады № 55 бурильщиком на скважине № 1154, осуществляли подъем и спуск труб по заказу. Работы проводились с 25 июля. Дневная смена опустила 40 труб, оставшиеся трубы подлежали вывозу, в связи с чем бригада должна была остаться на простой, но по указанию мастера бригада переехала на другую скважину. С дежурным оператором цеха по добыче нефти и газа пересчитали количество оставшихся труб, составили акт. В это время приезжал мастер бригады № 54 ФИО1 за оборудованием «обратный клапан»; 

- показаниях свидетеля ФИО56., мастера бригады № 55, аналогичных показаниям свидетеля ФИО57.;

- показаниях ФИО83., который в июле 2022 г. исполнял обязанности мастера цеха и показавшего, что в конце июля на скважине № 1154 производились плановые работы по подъему и спуску труб НКТ, была подана заявка на их вывоз. В последующем он узнал, что труб на месте нет, техника иных подрядных организаций их не вывозила, о чем было сообщено в полицию. ФИО1 и ФИО2 отношения к той бригаде, которая работала на территории данной скважины, не имели;

- показаниях свидетеля ФИО84., который работал оператором по добыче нефти и газа, установившего во время обхода территории скважины № 1154 отсутствие труб;

- показаниях свидетеля ФИО85., ведущего специалиста по учету ООО «Башнефть-Добыча», о том, что 29 июля 2022 г поступила заявка на вывоз труб НКТ – 73 мм со скважины № 1154 в количестве 115 штук, отсутствие которых обнаружил сотрудник по приезду на скважину;

- показаниях свидетеля ФИО86., начальника Краснохолмского цеха по добыче нефти и газа ООО «Башнефть-Добыча», аналогичных показаниям свидетеля ФИО85 в части отсутствия труб на месте скважины № 1154;

- показаниях свидетеля ФИО61., из которых следует, что он является владельцем автомашины Камаз-тягач с крановой установкой. По просьбе ФИО2 приехал на участок возле деревни адрес. Вместе с ФИО2 был ранее ему незнакомый ФИО1 Вместе они прибыли на территорию куста, погрузили трубы, ФИО1 их откручивал, ФИО2 уехал. После отгрузки он (ФИО61) уехал, по пути встретил ФИО2; первую партию выгрузили возле здания Электросетей, вторую – на территории базы металлоприема. Через некоторое время знакомый по имени Р. попросил вывезти трубы с территории металлоприема, передав ему список клиентов; 

- показаниях свидетеля ФИО91, из которых следует, что он является индивидуальным предпринимателем, осуществляет прием и переработку цветных и черных металлов на территории адрес. По просьбе ФИО2 разрешил выгрузить за территорией пункта приема металлолома трубы, помогал последнему находить на них покупателей. Вывоз труб осуществлял А. на Камазе, он же (А.) передавал 50000 руб. для ФИО2;

- показаниях свидетеля ФИО94., из которых следует, что он в конце июля 2022 г. в пункте металлолома у знакомого по имени Р. приобрел три насосно-компрессорные трубы общей длиной 30 метров, со следами нефти, за 7500 руб. Их ему привез водитель на Камазе; 

- показаниях свидетеля ФИО60 о приобретении им в 2022 г. у ФИО2 труб НКТ, бывших в эксплуатации, которые по его (ФИО60) просьбе выгрузили на территории базы Электросетей; 

- показаниях свидетеля ФИО98., из которых следует, что через своего знакомого ФИО61 приобрел в одном из пунктов приема металлолома адрес трубы НКТ в количестве 20 штук, за что передал А. 50 000 руб.;

- протоколах осмотра места происшествия (зафиксировано место хищения и отсутствия труб), участков местности, на которых обнаружены насосно-компрессорные трубы, протоколов выемки 68 труб различной длины с территории АО «Янаульские электрические сети», и др.

Свидетель ФИО61 опознал ФИО1 как мужчину, который 28 июля 2022 г. сел в кабину его автомобиля, показал путь к скважине, откуда были вывезены трубы НКТ, участвовал в их погрузке (т. 2, л.д. 105-110).

Свидетель ФИО60 опознал ФИО1 как мужчину, с которым в июле 2022 г. на территорию базы «Янаульские электрические сети» к нему приехал ФИО2 (т. 2, л.д. 154-157). 

Исследованные судом доказательства согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, времени, дополняют друг друга, не содержат существенных противоречий, в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей достоверности, были мотивированно взяты судом за основу при постановлении приговора. 

Все собранные по делу доказательства суд проверил в соответствии с требованиями ст.ст.17,87 и 88 УПК РФ и, сопоставив их между собой, дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для обоснования выводов о виновности осужденных в совершении инкриминируемого преступления.

Вопреки доводам стороны защиты описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям, изложенным в ст. 307 УПК РФ, в том числе содержит доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденных, с раскрытием их содержания, также мотивы, по которым отверг другие доказательства, что следует из содержания судебного акта.

Постановлением Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 15 декабря 2023 г. уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору Янаульского района Республики Башкортостан для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 29 февраля 2024 г. апелляционное производство по апелляционному представлению государственного обвинителя прекращено ввиду его отзыва; постановление Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 15 декабря 2023 г. вступило в законную силу.

13 июня 2024 г. уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, вновь поступило в производство Янаульского районного суда Республики Башкортостан тому же судье, который при постановлении приговора мотивировал свои выводы о виновности осужденных.

Довод защитника о «двояком» отношении председательствующего к уголовному делу, которое им ранее было возвращено прокурору, объективными данными не подтвержден. Уголовное дело поступило в производство того же судьи правомерно, после устранения недостатков, допущенных органом предварительного расследования, на что было указано судьей в постановлении о возврате уголовного дела прокурору. 

Из справки по уголовному делу к обвинительному заключению следует, что срок предварительного следствия по делу составляет 12 месяцев 27 суток, при этом уголовное дело возбуждено 10 августа 2022 г. 

Из материалов уголовного дела следует, что срок предварительного следствия неоднократно продлевался, в том числе руководителем следственного органа – начальником ГСУ МВД по Республике Башкортостан до 9 месяцев, то есть до 10 мая 2023 г. (т. 2, л.д. 195), при этом уголовное дело:

- 10 мая 2023 г. возвращено начальником СО ОМВД России по Янаульскому району ФИО103 следователю ФИО54., с установлением срока предварительного расследования 1 месяц с момента поступления уголовного дела в производство следователя (т. 3, л.д. 174);

- 9 июня 2023 г. возвращено начальником СО ОМВД России по Янаульскому району ФИО103 следователю ФИО54., с установлением срока предварительного расследования 1 месяц с момента поступления уголовного дела в производство следователя (т. 4, л.д. 145);

- 10 июля 2023 г. возвращено заместителем прокурора Янаульского района Республики Башкортостан следователю ФИО54 для пересоставления обвинительного заключения (т. 5, л.д. 138); 31 июля 2023 г. уголовное дело принято следователем к своему производству (т. 5, л.д. 139); 10 августа 2023 г. обвинительное заключение утверждено и.о. прокурора Янаульского района Республики Башкортостан (т. 5, л.д. 140);

- 15 декабря 2023 г. постановлением Янаульского районного суда Республики Башкортостан возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ (т. 6, л.д. 62);

- 11 марта 2024 г. возвращено прокурором Янаульского района Республики Башкортостан следователю ФИО54 для производства дополнительного следствия (т. 7, л.д. 2); 12 марта 2024 г. врио начальника СО отдела МВД России по Янаульскому району ФИО54 установлен срок дополнительного следствия по делу 1 месяц со дня принятия уголовного дела к своему производству, то есть до 12 апреля 2024 г. (т. 7, л.д. 3); 12 марта 2024 г. врио начальника СО отдела МВД России по Янаульскому району ФИО54 уголовное дело принято к своему производству (т. 7, л.д. 5); 

- 27 марта 2024 г. возвращено прокурором Янаульского района Республики Башкортостан для организации дополнительного следствия и устранения выявленных нарушений (т. 7, л.д. 146); 28 марта 2024 г. врио начальника СО отдела МВД России по Янаульскому району ФИО54 установлен срок следствия 1 месяц, то есть до 28 апреля 2024 г. (т. 7, л.д.149); 28 марта 2024 г. врио начальника СО отдела МВД России по Янаульскому району ФИО54 уголовное дело принято к своему производству (т. 7, л.д. 151); 25 апреля 2024 г. уголовное дело передано следователю ФИО113 и ею принято к производству (т. 7, л.д. 192, 194);

- 26 апреля 2024 г. возвращено врио начальника СО отдела МВД России по Янаульскому району ФИО54 следователю ФИО113 (т. 8, л.д. 32); с установлением срока предварительного следствия 1 месяц, то есть до 26 мая 2024 г. (т. 8, л.д. 36); уголовное дело принято к производству врио начальника СО отдела МВД России по Янаульскому району ФИО54 (т. 9, л.д. 41);

- 26 мая 2024 г. уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору (т. 8, л.д. 73-141).

Согласно ч. 6 ст. 162 УПК РФ при возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия руководитель следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия, и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия. 

Из правовой позиции, закрепленной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2006 г. № 418-О, следует, что поскольку нормы, предусматривающие исключения из установленных законом общих правил, не подлежат расширительному истолкованию, а прямого указания на возможность неоднократного продления срока предварительного следствия в ч. 6 ст. 162 УПК Российской Федерации не содержится, ее положения не могут рассматриваться как позволяющие прокурору неоднократно продлевать срок предварительного следствия, если в результате общая его продолжительность будет более чем на один месяц превышать указанные в ч.ч. 4 и 5 ст. 162 УПК РФ сроки, установление которых относится к его компетенции.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что нарушение срока предварительного следствия по уголовному делу не допущено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника срок предварительного следствия устанавливался ФИО54 как врио начальника следственного отделения Отдела МВД по Янаульскому району, а не как следователем, что следует из содержания процессуальных документов.

При этом продление 28 марта 2024 г. срока следствия до 28 апреля 2024 г. при том, что ранее 12 марта 2024 г. срок следствия уже был продлен до 12 апреля 2024 г. не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшем на исход дела.

Довод апелляционной жалобы о нарушении права на защиту, выразившееся в не ознакомлении ФИО1 и его защитника с материалами уголовного дела был предметом исследования в суде первой инстанции и обоснованно и мотивированно опровергнут в постановлении суда от 4 сентября 2024 г. (т. 8, л.д. 227), с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. 

Факты направления 16, 17 и 21 мая 2024 г. уведомления ФИО1 и его защитнику – адвокату Баянгуловой А.Н. о необходимости явиться для ознакомления с материалами уголовного дела, оглашения 26 мая 2024 г. ФИО1 материалов уголовного дела в присутствии понятых следователем вслух с использованием видеозаписи подтверждаются материалами уголовного дела.

Довод защитника о планируемом нарушении прав ФИО1 на ознакомление с материалами уголовного дела в отсутствие защитника в связи с присутствием в кабинете понятых, заранее приглашенных для проведения следственного действия, объективно не подтверждается материалами дела, а напротив, свидетельствует о том, что следователем были предприняты меры для осуществления своих полномочий.

При этом в ходе рассмотрения уголовного дела право подсудимого ФИО1 на ознакомление с материалами уголовного дела совместно с защитником было восстановлено путем предоставления времени на ознакомление по ходатайству защитника Баянгуловой А.Н. (протокол судебного заседания, т. 9, л.д. 3, 6-7). Защитник Баянгулова А.Н. ознакомилась с первым по шестой томами уголовного дела 2 и 3 октября 2024 г.; в судебном заседании 23 октября 2024 г. со стороны защитника подобных ходатайств не поступило, о препятствиях к рассмотрению уголовного дела не заявлено (протокол судебного заседания т. 9, л.д. 11). 

По смыслу закона, определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов.

Следователем в ходе предварительного следствия предприняты все меры для установления размера ущерба, причиненного преступлением.

Из заявления ведущего специалиста Службы по экономической безопасности ООО «Башнефть-Добыча» ФИО118 о привлечении к уголовной ответственности с приложением соответствующих справок следует, что Обществу совершенным деянием причинен материальный ущерб в размере 794171, 82 руб. без стоимости НДС (т. 1, л.д. 13).

Из справки № 11-01-06-87 от 8 августа 2022 г. заместителя начальника региона добычи нефти и газа следует, что первоначальная стоимость объекта основного средства «Труба НКТ 73*5,5 мм «Д» инв. № 142928050700009, карточка ОС № 148000000948/5937 в количестве 1103, 89 м., составляет 28224, 10 руб., остаточная стоимость 0, 00 руб., дата прихода 1 марта 2022 г., числится на балансе ООО «Башнефть-Добыча» (т. 1, л.д. 23).

Из справки № 8085-0102 от 10 августа 2022 г. главного специалиста сектора по ценовой экспертизе УАиРИ ООО «Башнефть-Добыча» следует, что стоимость стальной трубы НКТ 73*5,5 со скважины № 1154 Четырмановского месторождения инв. № 142928050700009 в количестве 1050 метров (9,618 тонн) составляет 794171, 82 руб. без учета НДС (т. 1, л.д.22).

В соответствии со справкой оценщика в ответ на запрос № 22/346 от 25 января 2023 г. величина средней рыночной стоимости 1 метра насосно-компрессорной трубы диаметром 730 мм, толщиной 5,5 мм по состоянию на 28 июля 2022 г. составляет 260 руб.; величина средней рыночной стоимости 115 таких труб общей диной 1003, 2 м по состоянию на 28 июля 2022 г. составляет 260832 руб. (т., 1, л.д. 216).

Для определения именно фактической стоимости похищенных труб следователь обратился с соответствующим запросом № 22/390174 от 18 апреля 2024 г. к независимому оценщику.

Согласно акту экспертного исследования № 298-24/р от 22 апреля 2024г. (т. 7, л.д. 155) фактическая стоимость трубы НКТ 73*5,5 мм «Д» в количестве 115 штук, общей длиной 1003,2 м, общим весом 9444 кг определена с учетом стоимости износа, веса, по цене металлолома в размере 18 руб. за один килограмм, всего в размере 169992 руб. (с округлением 170000 руб.).

Вопреки доводу стороны защиты данный акт экспертного исследования изготовлен по запросу следователя, а не на основании постановления о назначении экспертизы, которое по этой причине в материалах уголовного дела отсутствует; акт экспертного исследования заверен надлежащим образом подписью должностного лица, с расшифровкой подписи и печатью ОМВД Российской Федерации по Янаульскому району, что не исключает его доказательственного значения.

Документ является читаемым, в нем отражены все сведения, имеющие значение для дела, с указанием методики определения фактической стоимости труб и сведений об эксперте.

Таким образом, размер похищенного имущества определен из его фактической стоимости на момент совершения преступления, что подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе актом экспертного исследования № 298-24/р от 22 апреля 2024 г.

Определение размера похищенного имущества исходя из его фактической стоимости само по себе не противоречит принципу справедливости согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Определениях от 22 апреля 2010 г. № 597-О-О, от 27 марта 2018 г. №834-О и др. 

Оснований для признания в качестве доказательства по делу заключения эксперта ООО «Компромисс» № 212 от 28 февраля 2025 г., приобщенного к апелляционной жалобе защитника – адвоката Баянгуловой А.Н., и дальнейшего прекращения уголовного преследования в отношении осужденных в связи с отсутствием ущерба по делу, не имеется по следующим основаниям.

Из содержания упомянутого заключения эксперта следует, что предметом исследования являлись нефтяные трубы НКТ 75, при этом принята во внимание остаточная стоимость труб НКТ 7,3-5,5, отраженная в справке № 11-01-06-87 от 8 августа 2022 г., предоставленная потерпевшей стороной.

Из выводов эксперта следует, что «размер ущерба, вызванный кражей отбракованных труб НКТ в количестве 115 штук, должен определяться фактической (закупочной) стоимостью, с учетом амортизации и износа товара; фактическая стоимость нефтяной трубы НКТ 75 в количестве 115 штук на момент совершения кражи, то есть 27 июля 2022 г., составляет 00 руб., то есть отсутствует в денежном эквиваленте».

Таким образом, экспертом исследовалась фактическая стоимость труб НКТ 75 по состоянию на 27 июля 2022 г., а не труб НКТ 7,3*5,5 на момент совершения кражи – 28 июля 2022 г. 

Кроме того, экспертом было принято во внимание, что данные трубы были отбракованы, что противоречит материалам уголовного дела, в том числе показаниям представителя потерпевшего ФИО55 в судебном заседании, согласно которым поскольку трубы признаны вещественными доказательствами, исследование по определению их пригодности для дальнейшей эксплуатации не производилось.

Вопреки доводам стороны защиты суждения допрошенных по делу свидетелей ФИО58 и др. о невозможности дальнейшей эксплуатации выкопанных труб является предположением лиц, не являющихся специалистами по определению пригодности труб. Кроме того, сам свидетель ФИО58 показал, что выкопанные и поднятые трубы проходят калибровку прибором «калибр пробка», после чего пригодные трубы подлежат спуску, а негодные проходят дефектоскопию для решения вопроса об их ремонте и отбраковке. 

Из показаний свидетеля ФИО59., являющегося ведущим специалистом по учету ООО «Башнефть-Добыча», следует, что трубы, изъятые по настоящему уголовному делу, дефектоскопию не прошли, поскольку признаны вещественными доказательствами. 

Материальная ценность похищенных труб для потерпевшего установлена на основании исследованных судом доказательствах, согласно которым выкопанные трубы вывозились с участка для дальнейшего исследования на пригодность, обладали охранным статусом, что подтверждено показаниями ФИО123 (заместителя начальника отдела охраны объектов Янаульского направления ООО ЧОК «РН-Охрана-Уфа»), их наличие на участке проверялось сотрудниками Общества, а отсутствие явилось основанием для обращения в правоохранительные органы для проверки на предмет хищения. 

Доводы защитников об отсутствии доказательств наличия предварительного сговора между ФИО1 и ФИО2 не могут быть приняты во внимание, так как они обоснованно и мотивированно опровергнуты судом первой инстанции, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Материалами уголовного дела, в том числе приказами, трудовым соглашением с дополнением, должностной инструкцией, исследованных судом, установлено, что ФИО1 занимал должность мастера бригады, ему был достоверно известен порядок вывоза труб с территории скважины на трубную базу; он знал, что бригада № 55 подняла трубы, но на простой ночью не осталась, то есть трубы оставались на участке без охраны, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО56, ФИО57

Факт того, что ФИО1 приехала на участок бригады № 55 за оборудованием «обратный клапан», не исключает возникновение у него умысла на хищение труб, для которого впоследствии были привлечены работники именно его бригады. 

ФИО1 и ФИО2 действовали по предварительному сговору, с единым умыслом, с распределением между собой ролей, их действия носили согласованный, последовательный характер, дополняли друг друга и были направлены на совершение тайного хищения чужого имущества – насосно-компрессорных труб, принадлежащих ООО «Башнефть-Добыча», за что ими в последующем при реализации было получены денежные средства.

Довод защитника о том, что ФИО1 на протяжении всего предварительного следствия давал показания о непричастности к совершенному преступлению при наличии доказательств по делу не свидетельствует о его невиновности, а является выбранной тактикой защиты как самого ФИО1, так и ФИО2

По делу установлен корыстный мотив ФИО1 и ФИО2 на совершение хищения насосно-компрессорных труб с целью их последующей реализации и получения прибыли, что следует из содержания обвинительного заключения и описательно-мотивировочной части приговора.

Довод стороны защиты о том, что на момент подачи апелляционной жалобы суд не предоставил возможность ознакомления с протоколом судебного заседания, не свидетельствует о нарушении права на защиту.

Апелляционная жалоба защитником Баянгуловой А.Н. в интересах осужденного ФИО1 поступила в Янаульский районный суд Республики Башкортостан 19 декабря 2024 г. Электронный вариант протоколов судебных заседаний защитником получен 21 февраля 2025 г., после чего было принесено дополнение к апелляционной жалобе, рассмотренное в суде апелляционной инстанции. 

Действия ФИО1 и ФИО2 судом правильно квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору.

При назначении наказания ФИО1 суд в качестве смягчающих наказание обстоятельств обоснованно учел в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетних детей, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ состояние его здоровья, его супруги и отца ввиду наличия заболеваний, установленных в судебном заседании, награждение многочисленными грамотами за добросовестный труд.

При назначении наказания ФИО2 суд в качестве смягчающих наказание обстоятельств обоснованно учел в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ частичное признание им своей вины, состояние его здоровья, его сына и брата ввиду наличия заболеваний, установленных в судебном заседании, активное участие подсудимого в оказании благотворительной помощи бойцам специальной военной операции.

Отягчающих наказание ФИО1 и ФИО2 обстоятельств судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции на основании приобщенных стороной защиты документов установлены основания для признания в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве дополнительного смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства – оказание благотворительной помощи при строительстве мечети, смягчении назначенного наказания. 

Оснований для дополнительного учета в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства оказание благотворительной помощи бойцам специальной военной операции не усмотрено, так как данное обстоятельство судом первой инстанции было учтено при назначении наказания.

Оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание по делу в отношении ФИО1 и ФИО2 не имеется. 

Исключительных обстоятельств по делу, являющихся основанием для применения положений ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции правильно не установлено, так как имеющиеся по делу смягчающие наказание обстоятельства как в отдельности, так и в своей совокупности существенно не уменьшают степень общественной опасности преступления и не позволяют прийти к выводу о возможности назначения осужденным наказания ниже низшего предела, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в том числе с учетом дополнительно признанного смягчающего наказание обстоятельства в отношении осужденного ФИО2

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ судом первой инстанции обоснованно не усмотрено; не установлено таких оснований и судом апелляционной инстанции с учетом вносимых в приговор изменений.

Суд обеспечил при проведении судебного разбирательства всестороннее и полное исследование обстоятельств дела на основе принципов состязательности сторон, их равноправия, создав необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

При таких обстоятельствах, иных существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора по другим основаниям, не имеется. Право осужденных на защиту не нарушено.

Оснований для прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, переквалификации действий ФИО2 на ч. 1 ст. 158 УК РФ и прекращения уголовного дела по ч. 3 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования вопреки доводам апелляционных жалоб не установлено, в связи с чем в этой части они подлежат отклонению.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 5 декабря 2024 г. в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить, апелляционную жалобу осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Гарипова Р.Ф. – частично удовлетворить:

- признать в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства – оказание благотворительной помощи при строительстве мечети;

- смягчить назначенное ФИО2 наказание по п. «а» ч. 2 ст.158 УК РФ до 200 часов обязательных работ;

- на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного настоящим приговором наказания с наказанием, назначенным приговором Янаульского районного суда Республики Башкортостан от 1 октября 2024 г., окончательно назначить ФИО2 наказание в виде обязательных работ сроком 260 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 1 год 8 месяцев. 

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнением защитника Баянгуловой А.Н. в интересах осужденного ФИО1 без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке; 

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст. ст. 401.10- 401.12 УПК РФ порядке.

В случае обжалования судебных решений в кассационном порядке лица, в отношении которых принято решение, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.И. Байкова

Справка: 

Судья Даутова Ю.Р.

Дело №22-1135/2025