РЕШЕНИЕ

. 

Именем Российской Федерации.

5 июня 2019 года. г. Рязань.

Железнодорожный районный суд города Рязани в составе судьи Конных Т.В.,

при секретаре Филатове И.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца Ссылка Э.А.,

представителя ответчика и третьего лица ФИО2 представителя третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску ФИО1 к УПФ РФ в городе Рязани о досрочном назначении страховой пенсии по старости,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к УПФ РФ в г. Рязани. Свои требования мотивировала тем, что 17.04.2018г. обратилась к ответчику с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости в связи с длительным осуществлением лечебной деятельности. В назначении пенсии ей было отказано в связи с отсутствием необходимого 30-тилетнего стажа, из периодов осуществления лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения ответчик исключил период работы истца в 

<

данные изъяты> с 01.11.2001г. по 10.08.2004г. в должности 

<

данные изъяты>; с 11.08.2004г. по 30.08.2005г.; с 01.11.2005г. по 11.09.2006г. в должности 

<

данные изъяты> с 12.09.2006г. по 24.02.2013г. в должности 

<

данные изъяты>

Просит признать решение ответчика № от 15.06.2018г. об отказе истцу в досрочном назначении страховой пенсии по старости незаконным; признать за ФИО1 право на досрочное назначение страховой пенсии по старости с 17.04.2018г.; включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии следующие периоды: с 01.11.2001г. по 10.08.2004г. в должности 

<

данные изъяты>; с 11.08.2004г. по 30.08.2005г., с 01.11.2005г. по 11.09.2006г. в должности 

<

данные изъяты>; с 12.09.2006г. по 24.02.2013г. в должности 

<

данные изъяты>.

Определением суда от 20.02.2019г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Управление исполнения наказания Минюста России по Рязанской области и ФКУ ЖКУ УФСИН России по Рязанской области.

В судебном заседании истица, представитель истца заявленные исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика - УПФ РФ в г. Рязани и третьего лица иск не признала, указав, что по представленным документам можно засчитать в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости 19 лет 1 месяц 12 дней.

Не включены в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости период службы: с 01.11.2001г. по 10.08.2004г. в должности 

<

данные изъяты> периоды работы с 11.08.2004г. по 30.08.2005г., с 01.11.2005г. по 11.09.2006г. в должности 

<

данные изъяты> с 12.09.2006г. по 24.02.2013г. в должности 

<

данные изъяты>.

Всего не включено: 11 лет 01 месяц 24 дня.

По мнению ответчика, период службы с 01.11.2001г. по 10.08.2004г. в 

<

данные изъяты> в должности 

<

данные изъяты> не подлежит включению в стаж, поскольку п.20 ч.1 ст.30 Закона №400-ФЗ не предусмотрена возможность включения периода прохождения службы в специальный стаж работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости. Положения подп.1 ч.1 ст.12 Закона №400-ФЗ не допускают возможности включения в специальный стаж работы, дающей право на досрочное пенсионное обеспечение по нормам этих законов, периодов прохождения военной службы, в том числе приравненной к ней службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы.

Остальные периоды работы не могут быть засчитаны в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии, поскольку в соответствии с п.4 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных постановлением Правительства РФ от 02.10.2014г. №1015, при подсчете страхового стажа периоды работы и иной деятельности и иные периоды после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица – подтверждаются на основании сведений индивидуального учета. В индивидуальных сведениях, представленных работодателем за спорный период, не указан код льготы, предусматривающий включение спорных периодов работ в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Имеющиеся в деле документы, из которых усматривается, что истица получала надбавки за работу во вредных условиях труда не подтверждают право на пенсионное обеспечение, а подтверждают право истца на указанные выплаты в рамках трудовых правоотношений.

Таким образом, по мнению ответчика, специальный стаж истицы на момент обращения в УПФ РФ в городе Рязани (17.04.2018г.) составляет 19 лет 01 месяц 12 дней, что является недостаточным для досрочного назначения страховой пенсии по старости в соответствии с п.20 ч.1 п. 1 ст.30 Закона от 28.12.2013 г. №400-Ф3 «О страховых пенсиях».

Представитель третьих лиц - Управления исполнения наказания Минюста России по Рязанской области и ФКУ ЖКУ УФСИН России по Рязанской области полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению, поддержала позицию представителя ответчика.

Выслушав объяснения сторон, свидетелей, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее по тексту Закон N 400-ФЗ), право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно пп.20 ч.1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ, право на досрочное назначение пенсии по старости имеют лица, осуществляющие лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Аналогичные положения содержались в пп. 20 п. 1 ст. 27 Федерального закона от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

В судебном заседании установлено, что 17 апреля 2018г. истица обратилась в УПФ РФ в г. Рязани с заявлением о досрочном назначении ей страховой пенсии по старости, в связи с длительным осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

15 июня 2018г. ответчик вынес решение об отказе в досрочном назначении страховой пенсии ФИО1, поскольку специальный стаж истицы составляет 19 лет 01 месяц 12 дней, что является недостаточным для досрочного назначения страховой пенсии по старости в соответствии с п.20 ч.1 п. 1 ст.30 Закона №400-Ф3.

Пенсионный орган не включил в специальный стаж истицы период службы в уголовно-исполнительной системе с 01.11.2001г. по 10.08.2004г. в должности фельдшера-лаборанта бактериологической лаборатории центра санитарно-эпидемиологического надзора при УИН, поскольку в указанный период истица проходила службу в качестве сотрудника уголовно-исполнительной системы, ей было присвоено специальное звание. Пенсионное обеспечение таких сотрудников осуществляется в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-I "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей".

В силу части 1 статьи 11 Закона №400-Ф3 в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации. (В Федеральном законе "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" такая же норма содержалась в пункте 1 статьи 10).

Согласно части 2 статьи 30 Закона № 400-ФЗ списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу Федерального закона "О страховых пенсиях", засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30 Федерального закона "О страховых пенсиях").

В целях реализации положений статьи 30 Закона № 400-ФЗ Правительством Российской Федерации принято постановление от 16 июля 2014 г. N 665 "О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочной пенсионное обеспечение".

Подпунктом «н» п.1 Постановления N 665 при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, применяются:

- список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подп. 20 п. 1 ст. 27 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", утвержденный постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 N 781 (далее Список N 781);

- список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденный постановлением Правительства РФ от 22.09.1999 N 1066, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01.11.1999 по 31.12.2001 включительно;

- список профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа в которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденный постановлением Совета Министров РСФСР от 06.09.1991 N 464, с применением положений абзацев четвертого и пятого пункта 2 указанного постановления, - для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 01.01.1992 по 31.10.1999 включительно;

- Перечень учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на пенсию за выслугу лет (приложение к постановлению Совета Министров СССР от 17 декабря 1959 г. N 1397 "О пенсиях за выслугу лет работникам просвещения, здравоохранения и сельского хозяйства"), - для учета периодов соответствующей деятельности, имевшей место до 1 января 1992 г.

К работникам уголовно-исполнительной системы относятся лица, имеющие специальные звания сотрудников уголовно-исполнительной системы, федеральные государственные гражданские служащие, замещающие должности федеральной государственной гражданской службы в уголовно-исполнительной системе, рабочие и служащие учреждений, исполняющих наказания, объединений учреждений с особыми условиями хозяйственной деятельности, федеральных государственных унитарных предприятий уголовно-исполнительной системы, федерального органа уголовно-исполнительной системы и его территориальных органов, а также следственных изоляторов, предприятий, научно-исследовательских, проектных, медицинских, образовательных и иных организаций, входящих в уголовно-исполнительную систему (часть 1 статьи 24 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

Из приведенных нормативных положений следует, что право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Закона № 400-ФЗ имеют, в частности, лица, не являющиеся сотрудниками уголовно-исполнительной системы и не имеющие специальных званий.

Исходя из того, что истица проходила службу в учреждении уголовно-исполнительной системы, имела специальное звание лейтенанта внутренней службы и относилась к числу лиц рядового и начальствующего состава, проходивших службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы она не относилась к категории лиц, осуществляющих лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, имеющих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании пункта 20 части 1 статьи 30 Закона № 400-ФЗ. 

Указанные обстоятельства подтверждаются послужным списком истицы, приказами №-лс от ДД.ММ.ГГГГ, №-лс от 31.01.2002г., №-лс от ДД.ММ.ГГГГ, выписками из штатных расписаний Центра санитарно-эпидемиологического надзора при УИН Минюста России по Рязанской области за 2001-2004 годы.

При этом периоды, предусмотренные частью 1 статьи 12 Закона № 400-ФЗ засчитываются в страховой стаж в том случае, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и (или) иной деятельности (независимо от их продолжительности), указанные в статье 11 этого федерального закона (часть 2 статьи 12 Закона № 400-ФЗ). 

В статье 11 Закона № 400-ФЗ установлено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 этого закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (часть 1 статьи 11).

В действующем до 1 января 2015 г. Федеральном законе "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" аналогичные нормы содержались соответственно в статье 11 и в статье 10.

Исходя из приведенных норм права периоды прохождения военной службы, а также другой приравненной к ней службы, если им предшествовали или за ними следовали периоды работы, выполняемой гражданами Российской Федерации, застрахованными в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, подлежат зачету в страховой стаж, а не в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Федеральный законодатель, определяя порядок сохранения пенсионных прав за лицами, проходившими военную и приравненную к ней службу, в случае оставления ими службы до приобретения права на пенсию за выслугу лет по государственному пенсионному обеспечению, установил правило о включении в страховой стаж периодов прохождения военной, а также другой приравненной к ней службы, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и иной деятельности, указанные в статье 10 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации". Решение законодателя не включать периоды прохождения военной, а также другой приравненной к ней службы в стаж работы, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, не может расцениваться как ограничение конституционных прав и свобод лиц, проходивших военную и приравненную к ней службу, и нарушение требований, вытекающих из конституционного принципа равенства, поскольку оно связано с тем, что страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации за период прохождения гражданами военной и приравненной к ней службы не уплачивались и, следовательно, такие граждане не относятся к числу субъектов, на равных участвующих в солидарной системе обязательного пенсионного страхования (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2011 г. N 605-О-О).

Таким образом, положения части 1 статьи 12 действующего в настоящее время Закона № 400-ФЗ так же как и положения подпункта 1 пункта 1 статьи 11 действовавшего до 1 января 2015 г. Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", не допускают возможности включения в специальный стаж работы, дающей право на досрочное пенсионное обеспечение по нормам этих законов, периодов прохождения военной службы, в том числе приравненной к ней службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы.

Кроме того, пенсионный орган не включил в специальный стаж истицы и периоды ее работы с 11.08.2004г. по 30.08.2005г.; с 01.11.2005г. по 11.09.2006г. в должности 

<

данные изъяты>; с 12.09.2006г. по 24.02.2013г. в должности 

<

данные изъяты>

Данные обстоятельства ответчиком не оспариваются и подтверждаются решением УПФ РФ (ГУ) в г. Рязани от 15.06.2018г. № 108 об отказе ФИО1 в досрочном назначении страховой пенсии по старости.

В силу пунктов 1, 2 статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" страхователи представляют в органы Пенсионного фонда Российской Федерации по месту их регистрации сведения об уплачиваемых страховых взносах на основании данных бухгалтерского учета, а сведения о страховом стаже - на основании приказов и других документов по учету кадров. Страхователь представляет о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ.

Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет прием и учет сведений о застрахованных лицах в системе индивидуального (персонифицированного) учета, а также внесение указанных сведений в индивидуальные лицевые счета застрахованных лиц в порядке и сроки, которые определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (статья 8.1 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования").

В соответствии со статьей 28 Закона N400-ФЗ работодатели несут ответственность за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования. Перед сдачей отчетности предприятия, имеющие льготные профессии, представляют в орган Пенсионного фонда Российской Федерации документы, подтверждающие льготу, персонально по каждому работающему у него по льготной профессии человеку.

По смыслу приведенных нормативных положений, индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховой и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов, обязанность по уплате которых законом возложена на страхователей. Страхователь (работодатель) представляет в Пенсионный фонд Российской Федерации о каждом работающем у него застрахованном лице сведения, в том числе о периодах деятельности, включаемых в стаж на соответствующих видах работ, после получения которых Пенсионный фонд Российской Федерации вносит эти сведения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица. При этом страхователи (работодатели) несут ответственность за достоверность сведений, представляемых ими для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

По общему правилу периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и оспаривания достоверности таких сведений гражданином, претендующим на досрочное назначение страховой пенсии по старости, выполнение им такой работы и, как следствие, недостоверность сведений индивидуального (персонифицированного) учета могут быть подтверждены в судебном порядке путем представления гражданином письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истица была зарегистрирована в системе государственного пенсионного страхования 5 августа 1999 г., спорные периоды ее трудовой деятельности имели место после ее регистрации в системе государственного пенсионного страхования.

Согласно выписке из лицевого счета застрахованного лица индивидуальные сведения в отношении специального стажа истицы за спорные периоды, а именно, с 11.08.2004г. по 30.08.2005г.; с 01.11.2005г. по 11.09.2006г. в должности фельдшера-лаборанта бактериологической лаборатории центра санитарно-эпидемиологического надзора при ГУ УИН; с 12.09.2006г. по 24.02.2013г. в должности фельдшера-лаборанта бактериологической лаборатории Центра гигиены и эпидемиологии федеральной службы исполнения наказаний предоставлены работодателями в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации без кода льготных условий.

Довод представителя истца о том, что отсутствие сведений персонифицированного учета о льготных периодах работы истца не влечет правовых последствий для работника при определении его стажа работы, поскольку представление достоверных сведений на каждое застрахованное лицо и справок с кодом льготы, а также сведений о характере трудовой деятельности работника является обязанностью работодателя, несостоятелен.

В данном случае, в отношении истицы работодателями в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации предоставлялись сведения о включаемых в стаж периодах деятельности на соответствующих видах работ, однако в материалах дела отсутствуют какие-либо данные о том, что эти сведения относительно спорных периодов работы истицы без указания кода льготы являются недостоверными.

При этом в материалах дела отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по пункту 20 части 1 статьи 30 Закона N 400-ФЗ.

Ранее выданные справки, уточняющие льготный характер работы истицы, работодателями отозваны, льготная справка N 31-ТО/22/7-428 отозвана ФКУЗ МСЧ №31 ФСИН России 17.05.2018 года, как необоснованно выданная, льготная справка №64/ТО41/2-51 от 04.04.2018 года отозвана Управлением ФСИН России по Рязанской области 24.05.2019 г., как необоснованно выданная.

Поскольку в силу статьи 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" сведения работодателями в отношении стажа истицы представлялись без указания кода льготы, но недостоверность их не доказана, суд предлагал в порядке статей 56, 57 ГПК РФ истице представить письменные доказательства, подтверждающие выполнение ею работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости по пункту 20 части 1 статьи 30 Закона N400-ФЗ. Однако таких доказательств не было представлено.

Довод истицы и ее представителя о том, что факт отсутствия кода льготы в сведениях персонифицированного учета при наличии соответствующих записей в трудовой книжке истицы и карточках-справках, личных карточках денежного довольствия, из которых усматривается, что истица получала надбавки за работу во вредных условиях труда не может являться безусловным основанием для отказа во включении периодов ее трудовой деятельности в специальный стаж, основан на ошибочном толковании норм материального права, определяющих порядок подтверждения страхового стажа, в том числе при досрочном назначении страховой пенсии по старости.

Данных о характере и условиях выполняемой истицей работы в ее трудовой книжке не содержится, сведения указанные в карточках-справках, личных карточках денежного довольствия не подтверждают право на пенсионное обеспечение, поскольку подтверждают право истицы в рамках трудовых отношений.

Несостоятельна и ссылка представителя истца на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.07.2007 г. N 9-П в обоснование вывода о том, что отсутствие сведений персонифицированного учета о льготных периодах работы истца не влечет правовых последствий для работника, поскольку представлять достоверные сведения на каждое застрахованное лицо и справки с кодом льготы, а также сведения о характере трудовой деятельности работника обязан работодатель.

Правовая позиция, изложенная в названном постановлении Конституционного Суда Российской Федерации не относится ни к предмету, ни к основанию заявленного ФИО1 иска.

В силу пункта 13 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 марта 2011 года N258н, периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений (индивидуального) персонифицированного учета.

Аналогичные разъяснения содержатся и в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года N 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии".

Таким образом, действующее правовое регулирование предусматривает необходимость подтверждения специального страхового стажа, дающего право на назначение досрочной страховой пенсии, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица сведениями индивидуального (персонифицированного) учета.

В установленном законом порядке действия работодателей по представлению сведений без указания льготного кода не оспорены и незаконными не признаны.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что орган пенсионного обеспечения, руководствуясь указанными нормами права, обоснованно отказал во включении спорных периодов в специальный стаж истицы. На момент рассмотрения дела в суде работодателями уточняющие сведения, подтверждающие факт работы истца с льготными условиями труда, в пенсионный орган не представлялись, ранее выданные справки отозваны, как необоснованно выданные, что свидетельствует о том, что работодатели указанный факт не подтверждают. 

При таких обстоятельствах и в силу прямого указания закона оснований для учета спорных периодов работы истца после ее регистрации в качестве застрахованного в специальный стаж у суда не имеется.

Свидетель ФИО11, работавшая 

<

данные изъяты>, в котором истица работала в спорный период, суду показала, что ЖКУ не было медицинским учреждением. Свидетель ФИО12 бывший 

<

данные изъяты> суду показала, что сведений о кодах льготы истицы ей не передавали. Показания свидетелей о характере работы истицы не могут быть приняты судом (абзац второй пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 30).

Учитывая, что продолжительность лечебной деятельности ФИО1 на дату обращения к ответчику составляет 19 лет 01 месяц 12 дней, что является недостаточным для приобретения права на досрочную страховую пенсию по старости, в иске следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к УПФ РФ в городе Рязани о досрочном назначении страховой пенсии по старости, - отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья