УИД 66RS0044-01-2021-000993-08

Дело № 2-1105/2021 

Решение

 

именем Российской Федерации

16 июня 2021 года Первоуральский городской суд Свердловской области 

в составе: председательствующего Карапетян Е.В.,

с участием старшего помощника прокурора г. Первоуральска Свердловской области Иванова А.Ю., 

при секретаре Курбановой В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц связи (ВКС) гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат», Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №54 Главного Управления федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью в связи с производственной травмой,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Новолялинский целюлозно-бумажный комбинат» (далее по тексту ООО НЦБК) о возмещении дополнительных расходов, понесенных в связи с производственной травмой в результате несчастного случая на производстве в размере 68203 руб. 74 коп., компенсации морального вреда 5000000 руб.

07.04.2021 процессуальное положение Федерального казенного учреждения Исправительная колония №54 Главного Управления федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области (далее по тексту ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области изменено с третьего лица на соответчика.

Определением от 16.06.2021 исковые требования ФИО1 к ООО «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат», ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области о возмещении дополнительных расходов, понесенных в связи с производственной травмой выделены в отдельное производство и приостановлено в связи с нахождением истца на стационарном лечении.

Представитель истца ФИО2, действующий по нотариальной доверенности №66АА 6419166 от 17.10.2020, пояснил, что в январе 2020 года ФИО1 отбывал наказание в ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области на участке колонии-поселения. Впоследствии истец был трудоустроен в ООО «НЦБК» на основании договора от 24.01.2020 № 12/20/юр о подборе и предоставлении рабочей силы между ООО «НЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области.

17 августа 2020 года в период времени с 18:00 до 18: 40 в бумажном цехе в результате нарушения требований охраны труда, совершенного исполняющим обязанности начальника бумажного цеха ООО «НЦБК» ФИО3, на которую возложены обязанности по их соблюдению, ФИО1 по неосторожности была причинена производственная травма: сочетанная травма головы, туловища, конечностей: рана в затылочной области справа, ссадины на лице, обширные ссадины на передней, боковой и задней поверхностях туловища справа, размозжение мягких тканей с повреждением кожи, мышц и плечевой артерии правой верхней конечности и в проекции грудной клетки, перелом правой плечевой кости, повлекшие за собой ампутацию правой верхней конечности на уровне плечевой кости, и термический ожог туловища 2-3 степени, с развитием травматического шока 1-2 степени.

Указанная травма является опасной для жизни. Согласно «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утверждена Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 года №522) и в соответствии с медицинскими критериями приказа М3 и СР РФ №194н от 24.04.2008 г. «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека», указанная травма по признаку опасности для жизни, оценивается как причинившая тяжкий вред здоровью.

По результатам проверки происшествия был составлен Акт № 1 о несчастном случае на производстве (форма Н-1), согласно которому причиной, вызвавшей несчастный случай явились конструктивные недостатки и недостаточная надежность оборудования, выразившаяся в отсутствии ограждения движущихся частей производственного оборудования (падающие валики продольно- резательного станка марки БП-24), являющиеся источниками опасности, исключающим попадание работника в зону действия вращающихся элементов(код 001)- нарушение ст.212, 15 ТК РФ; п.п. 6.1, п.п. 6.9., ПОТ РО 00-97 «Привил по охране труда в целлюлозно-бумажной и лесохимической промышленности; п.2.2.3 Договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных №12/20/ ЮР от 24.01.2020 г.

Кроме того, ответчик ООО «НЦБК» допустил эксплуатацию оборудования при отсутствии ограждения движущихся частей производственного оборудования (падающие валики продольно- резательного станка марки БП-24), являющиеся источниками опасности, исключающим попадание работника в зону действия вращающихся элементов станка, а также не проконтролировал наличие у работника средств индивидуальной защиты, ответственна за нарушение ст. 212, ст. 219, ст. 221 ТК РФ, п. 6.1 ПОТ РО 00-97 «Правила по охране труда в целлюлозно-бумажной и лесохимической промышленности»; п. 2.1.10 «Должностной инструкции начальника бумажного цеха».

Акт № 1 формы Н-1 о несчастном случае на производстве подтверждает причинение тяжкого вреда работнику ФИО1 по вине ответчика ООО «НЦБК». 

Кроме того, по факту получения производственной травмы Верхотурским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета РФ по Свердловской области возбуждено уголовное дело № в отношении сотрудника ООО «НЦБК» ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ст. 143 Уголовного кодекса РФ. Постановлением Мирового судьи судебного участка № Верхотурского судебного района Свердловской области уголовное дело в отношении обвиняемой ФИО16 прекращено на основании ст. 25.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ и ей назначена мера уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Просил учесть, что истец ФИО1 находился в трудовых отношениях с ООО «НЦБК», являясь лицом, осужденным к лишению свободы, которые обязаны трудиться, не имеют права отказаться от предложенной работы под угрозой применения санкций. Истец неоднократно сообщал сотрудникам ООО «НЦБК», что не имеет квалификации, знаний и умения для работы на соответствующем станке, но был вынужден работать, подвергая свою жизнь и здоровье опасности.

После происшествия ФИО1 своевременно не получил надлежащую медицинскую помощь. От болевого шока он потерял сознание. В течение нескольких дней находился в бессознательном состоянии, испытывал и испытывает в настоящий момент сильные боли. В настоящее время его лечение не окончено, Истцу предстоит провести еще неизвестное количество операций, в связи с чем ему еще не установлена степень утраты трудоспособности. Кроме того, в период нахождения в лечебном учреждении ФИО1 заболел коронавирусной инфекцией и излечился от нее.

Но характер полученных травм, а в частности ампутация правой руки, свидетельствует о том, что он явно лишен трудоспособности на 100%. Данная травма фактически до конца жизни лишает его доверителя возможности жить полноценной жизнью, обеспечивать себя.

Ответчики ООО «НЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области явно злоупотребили своими правами по привлечению к работе лиц, осужденных к лишению свободы, что подтверждается объяснениями ФИО1, иных работников ООО «НЦБК»: использовалось оборудование, создающее угрозу жизни и здоровью работников, не обеспечивал работников индивидуальными средствами защиты, допускал множество иных нарушений трудового законодательства, выявленных проверкой после происшествия с истцом. Даже была подделана подпись ФИО1 от 03.07.2020 в Журнале регистрации инструктажа на рабочем месте. Насколько известно истцу, ответчик ООО «НЦБК» ранее получал предписания от контролирующих органов об устранении нарушений законодательства об охране труда, но никаких мер не принимал. В результате такого халатного, безразличного и безответственного отношения ответчика ООО «НЦБК» к своим обязанностям, к жизни и здоровью работников, и наступило событие, которое фактически «сломало» жизнь истцу.

С учетом обстоятельств, послуживших причинами происшествия, обстоятельств получения самого увечья истцом, степени физических и нравственных страданий в момент получения травмы, а также учитывая период лечения, который продолжается по настоящего времени, ФИО1 вновь госпитализирован в хирургическое отделение №2 городской больницы г. Первоуральска с 15.06.2021 для планового оперативного лечения. Истец считает справедливым и разумным получение с ответчиков компенсации морального вреда в размере 5000000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме и просил удовлетворить, пояснения представителя поддержал в полном объеме, кроме того, пояснил, что был осужден 16.01.2016 по ст. 228 ч.4 УК РФ на срок 8 лет. В январе 2020 г. его перевели из ИК №46 на поселение в ИК № 54, где он пошел работать на Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат. Он писал заявление, просил принять его на работу разнорабочим. Фактически на предприятии его стали обучать работать на станке. Около 2 недель он был прикреплен к работнику комбината, который показывал ему, как работает станок. Он находился рядом со станком, когда работал другой работник. Это станок, который наматывает бумагу в рулоны,

Потом завод приостановили, а его перевели в колонию работать на свинарнике. Как только предприятие начало работать, он вернулся на комбинат. Он объяснял все и на НЦБК и в ИК, что не знает, как на данном станке работать, боится, что не справится. Станок для него очень сложный механизм и большой по размерам - метра 3 высотой и шириной 4м. Катушки- валы, все управляется пультом. Он отказывался на нем работать, тогда начались угрозы, что отправят обратно в ИК №46. У ООО «НЦБК» и ФКУ ИК-54 был заключен договор. Пока станок не работал, он был разнорабочим. ФИО3 была начальником цеха, но руководила рабочим процессом ФИО4, указания давала ФИО4, она и высказывала угрозу, если он откажется работать, нажалуется администрации колонии. Несмотря на его просьбы, его оставили работать на станке. При этом ему разъяснила, что необходимо следить, чтобы край рулона был всегда ровным, по мере необходимости, как ему объяснили, он занимался заточкой ножа на валу, не выключая станок. Наблюдая за рулонами бумаги, его рука соскользнула и попала в станок. Когда руку затянуло, никого из работников рядом с ним не было. Если бы он был меньше весом, его бы всего затянуло под прессы. Кроме того, что у него была травмирована рука, были от трения об большую катушку ожоги на груди, от бумаги попала инфекция. Было несколько операций, последняя операция была 24.02.2021. Правая рука ампутирована по плечо, на груди ожоги, удалена кожа, делали и еще предстоит операция по пересадке кожи. От бумаги на тело попала инфекция, кожу удалили. Был в коме около недели.

Представитель ООО «НЦБК» ФИО5, действующий на основании доверенности от 01.03.2021 сроком действия на 1 год, исковые требования признает частично, пояснил, что размер морального вреда является необоснованно завышенным.

На основании акта №1 расследования несчастного случая на производстве от 24.11.2020, составленного по форме Н-1, комиссией установлены причины произошедшего несчастного случая с истцом. Основной причиной являются конструктивные недостатки оборудования, сопутствующие: недостатки в функционировании системы управления охраны труда на предприятии, отсутствия СИЗ, допуск работника к работе без проведения обязательного медицинского осмотра и психиатрического освидетельствования, допуск к работе без проведения вводного инструктажа. Данным актом установлены должностные лица, допустившие нарушения требований охраны труда, которые были привлечены к правовой ответственности.

В рамках договорных отношений, возникших из договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных №/ЮР от 24.01.2020, заключенного между ИК-54 и ООО «НЦБК», сторонами были распределены обязательства, в том числе, ИК-54 оказывать содействие в проведении вводного инструктажа (п. 2.1.6 договора). Кроме того, в соответствии с п.2.1.3, ИК-54 обязалось осуществлять контроль над соблюдением спецконтингентом режимных требований. Таким образом, привлечение к труду спецконтингента осуществлялось под ежедневным присмотром должностных лиц ИК-54, которые должны были реагировать на обстоятельства нарушения прав истца, указанные им в основаниях искового заявления, допущенные ответчиком. Изначально, после заключения указанного договора, вводный инструктаж проводился всем лицам, привлеченным к работам в ООО НЦБК. Однако в процессе исполнения договора происходила замена спецконтингента, что предполагало, перед привлечением нового лица к работе привести его в отдел охраны труда общества для проведения вводного инструктажа. Данная обязанность должностными лицами ИК в отношении истца ФИО1 не была исполнена, вводный инструктаж с ним проведен не был. Полагает, что указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии доли солидарной вины в полученной истцом производственной травмы и у ИК-54, выразившейся в бездействии должностных лиц, в нарушении требований охраны труда при выполнении спецконтингентом трудовых функций. Указанное предполагает привлечение ИК-54 в качестве соответчика на основании ст.40 ГПК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда просит суд учесть степень вины всех участников произошедшего несчастного случая.

Перед привлечением истца к работе на ПРС ему было проведено обучение с наставником (распоряжение начальника бумажного цеха № от 14.03.2020 г.).

30.03.2020 на основании распоряжения начальника бумажного цеха истец был допущен к самостоятельной работе по профессии «резчик бумаги» после проведения инструктажей, стажировки, обучения и проверки знаний требований охраны труда. Первичный инструктаж по должности резчика бумаги бумажного цеха был проведен 14.03.2020. Повторный инструктаж проведен 03.07.2020. Обучение по охране труда проведено и зафиксировано протоколом заседания комиссии по проверке знаний от 30.03.2020. Указанная информация проверена трудовым инспектором и отражена в акте расследования несчастного случая.

Какого-либо принуждения к труду со стороны ответчика- работников ООО НЦБК в отношении истца ФИО1 не допускалось. Он в любой момент мог отказаться от работ. Считает, что причиной произошедшего явилось нарушение правил техники безопасности со стороны самого ФИО1.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Просит исковые требования удовлетворить частично, уменьшить размер морального вреда до разумного и справедливого на усмотрение суда.

Представитель ответчика ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО6, участвующая в деле по доверенности от 08.07.2020 №, суду пояснила, что иск не признает в полном объеме. Между ООО «НЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области 24.01.2020 был заключен договор о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных №/ЮР и разделом 2 настоящего договора были определены обязательства сторон.

Истец был привлечен к труду на основании приказа ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области от 16.03.2020 № 33-т на ставку подсобного рабочего на выводной объект ООО «НЦБК» с 14.03.2020. 17.08.2020 с истцом произошел несчастный случай и актом № 1 о несчастном случае на производстве от 24.11.2021 установлены обстоятельства несчастного случая, причины несчастного случая, а также лица, допустившие нарушение требований охраны труда. При этом сотрудники ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области, виновные в произошедшем несчастном случае в акте не установлены. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, явились работники ООО «НЦБК».

Согласно п. 9.1 акта № причинами несчастного случая явились конструктивные недостатки и недостаточная надежность оборудования, выразившаяся в отсутствии ограждения движущихся частей производственного оборудования, являющимися источниками опасности, исключающим попадания работника в зону действия вращающихся элементов станка, нарушение, в том числе, лишь пункта 2.2.3. Договора о предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.01.2020.

Также актом № определены соответствующие причины несчастного случая, при этом такими причинами не являлись пункты договора, обязывающие совершить какие - либо действия ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области.

Доводы ответчика ООО «НЦБК» о неисполнении ФКУ ИК-54 ГУФСРТН России по Свердловской области п. 2.1.6. договора считает несостоятельными, так как согласно данному пункту учреждение обязалось оказывать содействие в проведении вводного инструктажа, а не обязалось его проводить. В п. 2.2.5 договора обязанность по проведению вводного, первичного инструктажа на рабочем месте по охране труда для спецконтенгента до начала их трудовой деятельности на Предприятии и повторные инструктажи не реже одного раза в полугодие возлагалась на ООО «НЦБК». Кроме этого в своих возражениях на исковое заявление ООО «НЦБК» указывает на проведение обучения истца с наставником перед началом работ и 30.03.2021 истец был допущен к самостоятельной работе по профессии «Резчик бумаги», после проведения инструктажей, стажировки, обучения и проверки знаний требований охраны труда. К ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области ООО «НЦБК» с просьбой о проведении вводного инструктажа ФИО1 не обращалось.

Также ссылка на невыполнение учреждением п. 2.1.3 договора, в части не осуществления контроля над соблюдением спедконтенгентом режимных требований, является необоснованной, так как ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса РФ определено понятие режима и его основные требования. Режим в исправительных учреждениях - это установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания. В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативноправовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации. Вышеизложенное свидетельствует о неверном понимании ответчиком ООО НЦБК понятия режимные требования. Также акт № 1 не содержит вывод о нарушении п. 2.1.3 договора. Такие доводы ответчика могут лишь свидетельствовать о желании переложить часть ответственности за причиненный вред на ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области.

Согласно части 3 статьи 129 УИК Российской Федерации труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.

В силу части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

В силу статьи 8 Федерального закона № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда, которым ни сотрудники ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области, ни само ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области согласно акту № 1 о несчастном случае не являются, что исключает обязанность учреждения в возмещении истцу морального вреда и иных затрат, связанных с лечением.

Отсутствие документа, устанавливающего вину ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области в причинении вреда истцу, исключает и возможность возложения ответственности на ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области.

Третья лица ФИО7, ФИО3, ФИО9, в судебное заседание не явились извещены, своевременно и надлежащим образом.

Представитель третьего лица Филиал № Свердловского регионального отделения Фонда Социального страхования РФ, в судебное заседание не явился, представил отзыв на исковое заявление, согласно которому, указанные в исковом заявлении доводы истца о неполучении своевременной надлежащей медицинской помощи не соответствуют действительности, напротив, к ФИО1 была проявлена своевременная и должная забота в установлении правильного диагноза, назначения и проведения правильного лечения. Фактически, несчастный случай с ФИО1 произошел 17.08.2020. Исполнительным органом ФСС РФ - Филиалом №18 Государственного учреждения - Свердловского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации была проведена экспертиза представленных документов по несчастному случаю и принято решение об оплате расходов на лечение ФИО1 непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая.

С даты начала лечения - с 17.08.2020г. территориальным органом Фонда оплачиваются расходы при оказании пострадавшему стационарной медицинской помощи, амбулаторно-поликлинической помощи, на основании договоров, заключенных с медицинскими учреждениями:

договор от 04.09.2020 №, заключен с ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница»,

договор от 04.09.2020 №, заключен с ГАУЗ СО «Свердловская областная клиническая больница №»,

договор от 09.09.2020 №, заключен с МАУ СО «Городская клиническая больница №»,

договор от 12.10.2020 №,заключен с ГАУЗ СО «Городская больница город Первоуральск».

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Закона № 125-ФЗ, за счет средств Фонда социального страхования РФ пострадавшему ФИО1 выплачивается пособие по временной нетрудоспособности на основании выдаваемых лечебными учреждениями листков нетрудоспособности:

№ за период с 17.08.2020 по 18.08.2020 в сумме 917,22 руб.

№ за период с 19.08.2020 по 18.09.2020 в сумме 14331,61 руб.

№ за период с 19.09.2020 по 05.10.2020 в сумме 7872,81 руб.

№ за период с 06.10.2020 по 12.11.2020 в сумме 17503,62 руб.

№ за период с 13.11.2020 по 22.12.2020 в сумме 18344,40 руб.

№ за период с 23.12.2020 по 14.01.2021 в сумме 10548,03 руб.

№ за период с 15.01.2021 по 25.02.2021 в сумме 20251,37 руб.

№ за период с 26.02.2021 по 09.03.2021 в сумме 5622,09 руб.

До настоящего времени ФИО1 находится на этапе лечения непосредственно после несчастного случая на производстве. К труду не выписан.

Самостоятельное приобретение лекарственных препаратов является видом дополнительных расходов обеспечения по страхованию, оплата которого возложена на Фонд социального страхования РФ, но только в том случае, если учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве в указанных лекарственных препаратах, изделий медицинского назначения.

Фактически, в период временной нетрудоспособности программа реабилитации в отношении ФИО1 о нуждаемости в дополнительных лекарственных препаратах учреждением медико-социальной экспертизы не разрабатывалась и не оформлялась.

Таким образом, не подлежат компенсации расходы ФИО1 по самостоятельному приобретению лекарственных препаратов и иных предметов (вещей) бытового назначения, продуктов питания за счет средств федерального бюджета.

Считает необходимым отметить, при взыскании судом компенсации морального вреда и возмещении дополнительных расходов по лечению необходимо учесть тот факт, что организацией (работодателем), работником которой являлся ФИО1 в момент получения травмы, и которая непосредственно направила истца на работу, являлось Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония №54 ГУФСИН России по Свердловской области, о чем свидетельствует Акт о несчастном случае на производстве №1 от 24.11.2020 (Форма Н-1). Соответственно, вина в получении истцом /ФИО1 производственной травмы у ответчика ООО «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» и соответчика ГКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области солидарная.

Представитель Государственной инспекции труда в Свердловской области, в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом, представил заключение, согласно которому в рамках Трудового законодательства ООО «Новолялинский ЦБК» ответчиком быть не может, так как не является работодателем по отношению к ФИО1.

В соответствие со ст. 20 Трудового кодекса РФ, Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник - физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

ФИО1 направлен в ООО «Новолялинский ЦБК» на основании договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.11.2020 между ООО «Новолялинский ЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области. 

В ходе расследования несчастного случая установлено, что работодателем ФИО1 на момент несчастного случая являлось ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области и, соответственно ответчиком в рамках Трудового кодекса РФ должен быть ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области, о чем свидетельствуют выводы комиссии, проводившей расследование несчастного случая с ФИО1

В рамках Гражданского кодекса РФ возмещение вреда, причиненного ФИО1, может быть определено судом, так как владельцем оборудования, причинившим травмы ФИО1 является ООО «Новолялинский ЦБК».

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В связи с вышеуказанным, в компетенцию Государственной инспекции труда не входит решение вопроса определения размера компенсации морального вреда, решение данного вопроса остается на усмотрение суда.

Представитель третьего лица Федеральной служба исполнения наказаний (ФСИН России), в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом.

Представитель третьего лица Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Свердловской области, в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом, представил отзыв на исковое заявление. 

Выслушав истца, его представителя, представителей ответчиков, заключение старшего помощника прокурора Иванов А.Ю., который указал, что требование о компенсации морального вреда является обоснованным и подлежащим удовлетворению, суд считает требования ФИО1 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (ст.7 ч.2), каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ст. 39 ч. 1).

На основании ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, в том числе на получение достоверной информации от работодателя, соответствующих государственных органов и общественных организаций об условиях и охране труда на рабочем месте, о существующем риске повреждения здоровья, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов; обеспечение средствами индивидуальной и коллективной защиты в соответствии с требованиями охраны труда за счет средств работодателя; обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя.

Как следует из ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда работника возлагаются на работодателя.

На основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и ст. 237 Кодекса Российской Федерации» вправе удовлетворять требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу п. 3 стати 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

ООО «НЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области 24.01.2020 был заключен договор о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных №., согласно которому (раздел 1. Предмет договора)

1.1. Учреждение направляет Предприятию рабочих из числа осужденных, отбывающих наказание в Учреждении, в количестве 3 (трех) человек на 1,0 ставки для привлечения осужденных к оплачиваемому труду на территории Предприятия, а Предприятие обязано обеспечить трудозанятость осужденных и перечислить Учреждению заработную плату осужденных с начислениями в установленном законом порядке за выполненную работу на условиях настоящего договора.

1.2 Направленные на работу осужденные по поручению Предприятия выполняют погрузо-разгрузочные работы, а также иные хозяйственные работы в период с 28.01.2020 по 30.12.2020

На основании приказа ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области от 16.03.2020 №-т ФИО1 был привлечен к труду на ставку подсобный рабочий на выводной объект ООО «НЦБК» с 14.03.2020.

Фактически ФИО1 в ООО «НЦБК» был допущен до работы по профессии «резчик бумаги», что не оспаривает ни одна из сторон. 

17.08.2020 с истцом произошел несчастный случай и актом № 1 о несчастном случае на производстве от 24.11.2021 (формы Н-1) установлены обстоятельства несчастного случая, причины несчастного случая, а также лица, допустившие нарушение требований охраны труда.

Организация (работодатель), работником которой являлся пострадавший, указано Федеральное казенное учреждение "Исправительная колония № 54 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области" ("ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области) (624400. Свердловская область. 

<

...> д. 89.0КВЭД 84.23.4. ИНН 

<

***>).

Это же учреждение ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области указано организацией, направившей работника на работу.

В сведения о пострадавшем указан ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работник по договору о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области, при этом его профессия указана «резчик бумаги».

В акте установлены причины несчастно случая, основная из которых: конструктивные недостатки и недостаточная надежность оборудования, выразившаяся в отсутствии ограждения движущихся частей производственного оборудования (подающие валики продольно-резательного станка марки БП-24), являющиеся источниками опасности, исключающим попадания работника в зону действия вращающихся элементов станка, (код 001) нарушение ст. 212, 215 Трудового кодекса РФ; п.п. 6.1, 6.9. ПОТ РО 00-97 «Правила по охране труда в целлюлозно-бумажной и лесохимической промышленности»; п. 2.2.3. Договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.01.2020.

Сопутствующие:

Недостатки в функционировании системы управления охраны труда, в части не реализации процедуры управления и рисками, в части идентификации опасностей, представляющих угрозу жизни и здоровью работника на рабочем месте «резчик бумаги», не проведение оценки уровней профессиональных рисков, не принятия мер по исключению или снижению уровня риска, направленных на сохранение жизни и здоровья работников в процессе его трудовой деятельности, выразившееся в допуске пострадавшего к выполнению работ не предусмотренных договором, (код 015) - нарушение ст.ст. 21, 209, 212 Трудового кодекса РФ. п.п. 2. 8 «Типового положения о системе управления охраной труда», утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19.08.2016 г. № 438н; п. 1.2. Договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.01.2020.

Неприменение работником средств индивидуальной защиты по профессии резчик-бумаги, вследствие необеспеченности ими предприятием, (код 011.01) - нарушение ст.ст. 212, 219, 221Трудового кодекса РФ.

Допуск работника к выполнению работ по профессии резчик-бумаги без проведения обязательных медицинских осмотров и психиатрического освидетельствования, (код 015) -нарушение ст.ст. 212. 213 Трудового кодекса РФ.

Недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в части допуска работника к выполнению работ без проведения вводного инструктажа, (код 010.01) - нарушение ст.ст. 212 Трудового кодекса РФ; п. 2.1.2 "Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций", утвержденного Постановлением Минтруда РФ и Минобразования РФ от 13 января 2003 г. № 1/29; п. 2.2.5. Договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.01.2020.

При этом один из членов комиссии, проводивших расследование несчастного случая, - инженер по охране труда ВКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО8 выразил особое мнение к акту формы Н-1 и акту расследования тяжелого несчастного случая от 24.11.2020, указав, что с выводами комиссии о порядке регистрации и учете данного несчастного случая он не согласен.

Считает, что на основании п. 2.2.8 Договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.01.2020 учет и регистрацию несчастного случая, произошедшего 17.08.2020 с ФИО1 обязано произвести ООО «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат».

В соответствии с Распоряжением ФСИН РФ от 31.10.2009 N 313-р «О подготовке договоров об оказании услуг по предоставлению рабочей силы» и "Методических рекомендаций по подготовке договоров об оказании услуг по предоставлению рабочей нз числа осужденных при организации взаимодействия со сторонними партнерами" (далее — Распоряжение), Договор о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.01.2020 года заключен в строгом соответствии с требованиями Распоряжения. Согласно пунктов 2.2.3, 2.2.4, 2.2.5 ООО «Новолялинский циллюлозно-бумажный комбинат» не выполнил обязанности по обеспечению безопасных условий труда Спецконтигента».

Считает, что в пункт 7 Акта формы 4 необходимо внести изменения и изложить в следующей редакции:

". Квалификация и учет несчастного случая. Руковдствусь статьями 229.2, 230.1. Трудового кодекса РФ и п. 23 «Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях»:

- квалифицировать данный несчастный случай, как несчастный случай на производстве:

- регистрацию и учет данного несчастного случая произвести ООО «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» по месту государственной регистрации».

ООО «НЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области 24.01.2020 был заключен договор о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных №/ЮР, разделом 4 предусмотрена имущественная ответственность сторон, в случае причинения увечья лицу из числа Спецконтингента в результате не обеспечения Предприятием безопасных условий и охраны труда, материальную ответственность за увечье несет Предприятие в размерах, установленных действующим законодательством Российской Федерации, в аналогичных случаях для рабочих и служащих.

Также актом № определены лица, допустившие нарушение требований труда, ФИО3. и.о. начальника бумажного цеха ООО «Новолялинский ЦБК», ФИО9-мастер смены бумажного цеха ООО «Новолялинский ЦБК», ФИО10 –директор ООО «Новолялинский ЦБК».

ООО «Новолялинский ЦБК» предоставлен журнал регистрации инструктажа по техники безопасности на рабочем месте, в данном журнале имеется сведения об инструктаже ФИО1, как резчика, однако суд не принимает, данные доказательства, поскольку ФИО1, на основании своего заявления, рапорта старшего мастера цеха лесопиления Центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по СО, а также приказа от 16.03.2020 №-т просил принять его на ставку подсобного рабочего на выводной объект ООО «НЦБК» с 14.03.2020.

Согласно табелям учетного времени за март, июнь, июль, август 2020 года, представленными ООО «Новолялинский ЦБК» ФИО1 указан как разнорабочий, что не соответствует действительности.

Доказательств прохождения, ФИО1, обучения на специальность «резчик бумаги» или письменного согласия на перевод на другую работу, в материалы дела не представлено.

Нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, нарушение режима труда и отдыха, а также его вины в случившемся по результатам расследования несчастного случая, не установлено.

Характер полученных повреждений и степень тяжести вреда здоровью ФИО1 ответчиками не оспариваются.

Согласно ст. 151 Трудового кодекса Российской Федерации при определении компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

Определяя надлежащего ответчика по данному делу, суд исходит из следующего.

Организация (работодатель), работником которой являлся пострадавший в акте формы Н-1 указано Федеральное казенное учреждение "Исправительная колония № 54 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области", которое предоставило ООО Новолялинский ЦБК рабочую силу из числа осужденных. Однако по условиям вышеуказанного договора они должны были быть привлечены к выполнению погрузо-разгрузочные работы или иным хозяйственным работам.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, с одобрения сотрудников ФКУ ИК № 54, Обществом с ограниченной ответственностью «НЦБК» ФИО1 был фактически допущен до работы резчика бумаги. Несчастный случай с истцом произошел при исполнении обязанностей резчика бумаги. Работа ФИО1 выполнялась по заданию работодателя ООО «НЦБК», на его оборудовании, который обязан был обеспечить безопасные условия труда. 

Часть 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 N 597-О-О).

Часть 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации определяет, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Судом установлено, что несчастный случай на производстве произошел в результате нарушения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда (ст. 212 ТК РФ), обязанности по обучению и профессиональной подготовке в области охраны труда (ст. 225 ТК РФ), в связи с чем обязанность компенсации морального вреда в пользу истца ФИО11 подлежит взысканию в данном случае с Общества с ограниченной ответственностью «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» и Федерального казенного учреждения Исправительная колония №54 Главного Управления федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области.

Суд считает, что ответчик ООО «Новолялинский ЦБК» должен нести ответственность за действие своих работников, допустивших нарушения требований охраны труда, в результате которых ФИО1 получил травмы: сочетанная травма головы, туловища, конечностей: рана в затылочной области справа, ссадины на лице, обширные ссадины на передней, боковой и задней поверхностях туловища справа, размозжение мягких тканей с повреждением кожи, мышц и плечевой артерии правой верхней конечности и в проекции грудной клетки, перелом правой плечевой кости, повлекшие за собой ампутацию правой верхней конечности на уровне плечевой кости, и термический ожог туловища 2-3 степени, с развитием травматического шока 1-2 степени.

Однако при этом суд учитывает и то обстоятельство, что ФИО1 направлен в ООО «Новолялинский ЦБК» на основании договора о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных № от 24.11.2020 между ООО «Новолялинский ЦБК» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области.

Судом установлено, несчастный случай произошел в рабочее время, на территории ООО «Новолялинский ЦБК» с работником, участвующим в деятельности и фактически допущенным к выполнению работ с ведома работодателя - ООО «Новолялинский ЦБК», обусловленных договором о подборе и предоставлении рабочей силы из числа осужденных между ФКУ ИК-54 и ООО «Новолялинский ЦБК»;

В ходе расследования несчастного случая установлено, что работодателем ФИО1 на момент несчастного случая являлся ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области и соответственно ответчиком в рамках Трудового кодекса РФ должен быть и ФКУ ИК54 ГУФСИН России по Свердловской области, о чем свидетельствуют выводы комиссии, проводившей расследование несчастного случая с ФИО1

Суд признает вину равной. Взыскание компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью солидарно в данном случае законом не предусмотрено. 

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 32 постановлении от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В период лечения, а также в настоящее время истец испытывает боли, а также связанные с этим нравственные переживания, выразившиеся в мыслях о своем состоянии здоровья, мыслями о жизни. Он существенно ограничен в движениях и не может выполнять обычную работу в быту, что свидетельствует не только о перенесенных физических страданиях, но и о значительном снижении качества жизни.

Кроме того, истец до настоящего времени проходит лечение, он по сей день так и не восстановился не только от самой травмы, но от ожогов. Согласно справке Городской больницы г. Первоуральска 15.06.2020 ему проведена очередная операция. Отсутствие правой руки полностью изменило жизнь истца.

Поскольку исковые требования удостоверены убедительными письменными доказательствами, приобщёнными к материалам дела, соответствуют действующему законодательству, каких-либо доказательств, опровергающих их ответчиками суду не представлены. Представители противоположной стороны ссылаются только на не необоснованно завышенное требование, на необходимость разумности и справедливости со стороны суда.

Суд считает, что истцом ФИО1 представлены убедительные доказательства законности и обоснованности его исковых требований в части компенсации морального вреда.

Учитывая ценность и объем защищаемого права, фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, а также степень и длительность нравственных страданий истца ввиду длительности лечения и восстановительного периода, невозможность восстановиться до состояния, которое было у потерпевшего до несчастного случая, в совокупности с индивидуальными особенностями и возрастом ФИО1, степени тяжести вреда здоровью, степень вины ответчиков, которые должным образом не обеспечили безопасность условий труда работника, не предприняли каких-либо мер к заглаживанию морального вреда, суд считает возможным определить к взысканию в счет компенсации морального вреда с каждого из ответчиков ООО «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области по 2000000 руб.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы –по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19, п. 8 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

В соответствии с п. 2 ст. 61.1, п.2 ст. 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию в бюджет муниципального района.

Соответственно, с ООО «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» и ФКУ ИК-54 ГУФСИН России по Свердловской области следует взыскать госпошлину в доход местного бюджета муниципального образования г. Первоуральск. в размере по 300 руб. с каждого из ответчиков. 

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 57, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат», Федеральному казенному учреждению Исправительная колония №54 Главного Управления федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, в размере 2000 000 (два миллиона) рублей.

Взыскать с Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №54 Главного Управления федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве, в размере 2000000 (два миллиона) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Новолялинский целлюлозно-бумажный комбинат» и с Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №54 Главного Управления федеральной службы исполнения наказания по Свердловской области» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский облсуд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Первоуральский городской суд.

Мотивированное решение составлено 23 июня 2021 года.

Председательствующий: Е.В. Карапетян