РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 апреля 2019 г. г. Назарово

Назаровский городской суд Красноярского края в составе 

председательствующего судьи Наумовой Е.А.

при секретаре Чернюк О.И., 

с участием представителя ответчика по основному иску, истца по встречному иску адвоката Селивановой Н.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению АО «СМАРТБАНК» в лице конкурсного управляющего АО «СМАРТБАНК» - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, встречному исковому заявлению ФИО1 к АО «СМАРТБАНК» о признании договора уступки прав (требований) недействительным.

У С Т А Н О В И Л:

АО «СМАРТБАНК» в лице конкурсного управляющего АО «СМАРТБАНК» - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании суммы задолженности по кредитному договору № №, заключенного между ответчиком и ООО КБ «АйМани Банк» 11 ноября 2013 г. в размере 136218,72 рублей, о взыскании судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 9924,37 рублей, обращении взыскания на заложенное имущество в виде транспортного средства марки Toyota Corolla Spasio, 2000 года выпуска, номер двигателя №, номер кузова №, VIN отсутствует, ПТС № №. В обосновании требований указал о том, что 11 ноября 2013 года на основании кредитного договора №, заключенного между ответчиком и ООО КБ «АйМани Банк» были переданы денежные средства в размере 234020 рублей под 22 % годовых на срок до 11 ноября 2016 года, с установленной неустойкой за несвоевременное погашение задолженности в размере 0,5% за каждый день просрочки от суммы просроченной задолженности. В обеспечение данного договора 11.11.2013 года между сторонами был заключен договор залога на вышеуказанный автомобиль с установленной оценочной стоимостью 247500 рублей., подлежащая снижению при обращении взыскания на имущество до 80 %, а именно до 198000 рублей. В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по кредитному договору по состоянию на 23 июня 2017 года имеется задолженность в размере 136218,72 рублей, из них сумма основного долга в размере 42260,64 рублей, пени за просрочку погашения основного долга в размере 67054,63 рублей, пени за просрочку погашения процентов – 16544,95 рублей, проценты – 10358,50 рублей. Просил взыскать задолженность в полном объеме, обратить взыскание на заложенное имущество – автомобиль Toyota Corolla Spasio, 2000 года выпуска, номер двигателя №, номер кузова №, VIN отсутствует, ПТС № № с установлением начальной продажной цены в размере 198000 рублей, что составляет 80% от стоимости объекта определенного сторонами в договоре. Право требования вышеуказанную задолженность у истца возникло из заключенного между ООО КБ «АйМани Банк» и ОАО КБ «ИНВЕСТРАСТБАНК» 07 марта 2014 года договора уступки прав требований, и дальнейшего заключения договора уступки прав требований от 22 сентября 2015 года между ОАО КБ «ИНВЕСТРАСТБАНК» и АО «СМАРТБАНК», решения Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2016 года о назначении конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов». 

Не согласившись с заявленными требованиями, ФИО1 обратилась в суд с требованиями к АО «СМАРТБАНК» о признании договора уступки прав (требований) недействительным, по тем основаниям, что 11.11.2013 между ней и ООО КБ «АйМани Банк» заключен кредитный договор № № согласно которому ею ежемесячно с декабря 2013 г. по сентябрь 2016 г. вносились в полном размере и своевременно платежи в счет погашения кредита, однако истцом по первоначальным требованиям представлена выписка из лицевого счета по движению денежных средств за период с 23.09.2015 по 16.06.2016 о несвоевременной и не в полном объеме оплате по возврату кредита, представленного банком, в выписке платежи за период с июля 2016 по июнь 2017 не указаны. Сведения не соответствуют действительности и опровергаются представленными квитанциями о погашении ежемесячных платежей в ООО КБ «АйМани Банк». 13.09.2016 ФИО1 был внесен очередной платеж по кредиту в размере 8940 рублей, остаток задолженности по которому составлял 17258,98 рублей, что следует из заявления - анкеты о присоединении к Условиям предоставления кредита под залог транспортного средства, открытия и обслуживания банковского (текущего) счета в ООО КБ «АйМаниБанк»(Приложение №1). Исходя из графика платежей по кредитному договору (Приложение№), указан номер счета для зачисления/погашения кредита - 40№, а так же реквизиты банка. Согласно графика платежей, истице по встречному иску надлежало внести еще два платежа - 11.10.2016 в размере 8 940 руб. (остаток задолженности 8 619.83 руб.) и 11.11.2016 в размере 8780, 45 руб. (остаток задолженности - 0 руб.). Ответчику в качестве реквизитов был выдан платежный шаблон для проведения платежа в кассах «Евросети», с указанием кода, указанная услуга оказывалась согласно «Договору о комплексном обслуживании клиента, совершающего переводы денежных средств без открытия банковского счета в погашение кредитов/займов(оферта)» однако, ФИО1 11.10.2016, не смогла внести очередной платеж ни в кассу «Евросети», ни в иные доступные платежные каналы зачисления средств КИВИ, системы «Лидер», либо другие кредитные организации, отделения почтовой связи, как это указано в графике платежей, поскольку указанные реквизиты банка были не действующие и платежи в «АйМаниБанк» прекратили принимать. О данном факте, неоднократно сообщала менеджеру «АйМаниБанк» по указанному в заявлении-анкете, тел. №, на что было сообщено, что на счете имеется гарантийный взнос в размере 26 000 руб., которого достаточно для погашения остатка задолженности по кредиту, который после внесения платежа 13.09.16 составлял 17 258,98 руб. Кроме того, в открытом доступе отсутствовали актуальные реквизиты для внесения платежей в счет погашения задолженности по кредиту. Полагает, что вины ее в неисполнении обязательств по договору нет. 

Взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства по обстоятельствам, за которые он отвечает. Как следует из представленных документов – истец заявляет о взыскании задолженности в свою пользу, полагает, что право требования на вышеуказанную задолженность возникло из заключенного между ООО КБ «АйМани Банк» и ОАО КБ «ИНВЕСТРАСТБАНК» 07 марта 2014 года договора уступки прав требований, и дальнейшего заключения договора уступки прав требований от 22 сентября 2015 года между ОАО КБ «ИНВЕСТРАСТБАНК» и АО «СМАРТБАНК», решения Арбитражного суда г. Москвы от 27.06.2016 года о назначении конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов», однако, данные договоры уступки прав (требований) ФИО1 считает недействительными. ФИО1 последний платеж внесла в сентябре 2016 непосредственно на реквизиты ООО КБ «АйМани Банк», как и предыдущие платежи, то есть изложенное в первоначальном исковом заявлении не соответствует платежным документам. Согласно договорам уступки, по договорам цессии передавалось право требования от цессионария к цеденту, в большем размере, что свидетельствует о том, что цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному запрету, причинили вред должнику, что в силу п. 5 ст. 10 и ст. 168 ГК РФ может указывать на недействительность цессии. Договоры уступки прав (требования), заключенного между ФИО2 (ОАО) и АО «Смартбанк» от 22.09.2015 содержит обязательство цедента в лице ФИО2 (ОАО) по приему платежей от заемщиков в счет исполнения обязательств по кредитным договорам, а так же передаче данных платежей цессионарию. Аналогичные обязательства содержатся и в договоре ступки прав от 07 марта 2014 г., заключенного между ООО КБ « АйМаниБанк » и ФИО2 (ОАО) ФИО2 (ОАО), что противоречит положениям Постановления Президиума ВАС РФ N 4735/98, согласно которого важное значение, также, имеет установление факта безусловной замены лица в обязательстве. В противном же случае при наличии "длящихся отношений", то есть если правоотношения сторон и основное обязательство не прекратились на момент включения договора уступки требования, следует считать, что замена кредитора в обязательстве не произведена и договор уступки признается недействительным на основании закона (ст. 168 ГК РФ). Новыми кредиторами в адрес заемщика не направлялись письменные уведомления о состоявшейся уступке прав требования по кредитному договору, в связи с чем, вносились платежи на счет открытый в АйМани Банк, который является надлежащим кредитором. На основании изложенного просила признать незаконными действия ООО КБ «АйМаниБанка» по нарушению условий предоставления кредита под залог транспортного средства, открытия и обслуживания счета в ООО КБ «АйМаниБанк», являющихся неотъемлемой частью кредитного договора № от 11 ноября 2013 г., признать недействительным право требования ООО КБ «АйМаниБанка», переданное по договору уступки прав от 07 марта 2014 г. в пользу ФИО2 (ОАО), право требования ФИО2 (ОАО), переданное по договору уступки прав от 22 сентября 2015 г. в пользу АО «Смартбанка», договор уступки прав требования от 07 марта 2014 г., заключенному между ФИО2 (ОАО) и ООО КБ «АйМаниБанком» в части передачи прав требований по договору № от 11 ноября 2013 г., договор уступки прав требования от 22 сентября 2015 г., заключенному между ФИО2 (ОАО) и АО «Смартбанком» в части передачи прав требований по договору № от 11 ноября 2013 г. 

В судебное заседание представитель истца АО «СМАРТБАНК» в лице конкурсного управляющего АО «СМАРТБАНК» - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» надлежаще уведомленный о времени и месте рассмотрения дела, не явился, представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объеме, в отношении встречных исковых требований возражал, согласно письменного отзыва просил в требованиях ФИО1 отказать по тем основаниям, что ФИО1 не исполнены в полном объеме обязательства по кредитному договору, право требования которых принадлежит АО «СМАРТБАНК». Заемщик надлежащим образом уведомлена о переуступке права требования, что следует из условий договора о переуступке прав требований, заключенный между ООО КБ «АйМаниБанк» и КБ ИНВЕСТБАНК (АО), а также претензией от 19.07.2016 банк уведомил ФИО1 о имеющейся задолженности и предоставил информацию о платёжных реквизитах и способе исполнения обязательств перед банком. При этом, со стороны истца возражений не поступало, АО «СМАРТБАНК» выполнил все возложенные на него обязательства по предоставлению реквизитов для погашения задолженности, также имелась в открытом доступе информация о признании АО «СМАРТБАНК» несостоятельным, утверждении конкурсным управляющим ГК «Агентство пот страхованию вкладов» с указанием почтового адреса, 07.07.2016 на данном сайте была размещена информация о реквизитах для погашения задолженности перед банком. О данной информации также можно было узнать и по телефону горячей линии, указанного на официальном сайте агентства. Считает, что истец действовала недобросовестно и уклонялась от уплаты задолженности, при этом оригинал ПТС до настоящего времени находится в залоге у ответчика. Срок исковой давности по заявленным требованиям о признании недействительными договоры уступок прав требования составляет три года и начинает течь со дня исполнения, первый из которых заключен 07.03.2014, на основании которого ООО КБ «АйМаниБанк» уведомил ФИО1 о переуступке прав требования по кредитному договору.

Ответчик по основному иску ФИО1 в судебное заседание не явилась, о рассмотрении дела извещена.

Представитель ответчика по основному иску адвокат Селиванова Н.П. в судебном заседании возражала против заявленных требований истца по основному иску, полагала, что заключенные договоры уступки прав требований являются недействительными, по основаниям, изложенным во встречных исковых требований, указав на недобросовестность истца по основному иску, которая подтверждается представленными подлинниками платежных документов по исполнению обязанности её доверительницей по кредитному договору и на момент переуступки права требования от 07.03.2014 задолженность ФИО1 перед ООО КБ «АйМани Банк» отсутствовала. Просила отказать в заявленных требованиях АО «СМАРТБАНК» в полном объеме, встречные требования удовлетворить.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ признал возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся лиц, надлежащим образом извещенных о рассмотрении данного дела. 

Cуд, выслушав представителя ответчика по основному иску, исследовав материалы дела, считает что исковые требования АО «СМАРТБАНК» в лице конкурсного управляющего АО «СМАРТБАНК» - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» не подлежат удовлетворению, встречные требования ФИО1 к АО «СМАРТБАНК» о признании договора уступки прав (требований) недействительным подлежат удовлетворению. 

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе присуждения к исполнению обязанности, возмещения убытков, взыскания неустойки, иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. 

В соответствии со ст. 307 ГК РФ должник обязан совершить в пользу кредитора определенное действие, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. 

В силу ст. 310 ГК РФ не допускается односторонний отказ от исполнения обязательств, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

В судебном заседании установлено, что 11 ноября 2013 г. между ООО КБ «АйМани Банк», как кредитором, и ФИО1 как заемщиком, был заключен кредитный договор №, согласно которому банк предоставил заемщику денежные средства в размере 234020 рублей путем перечисления суммы кредита на открытый банковский счет № на срок до 11 ноября 2016 г., с установлением процентной ставки по кредиту 22 % годовых, под залог транспортного средства Toyota Corolla Spasio, 2000 года выпуска (л.д. 8-10). 

В соответствии со ст. 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно в любой момент в пределах такого периода.

В соответствии со ст. 811 ГК РФ если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами. 

Условиями кредитного договора, графиком платежей кредита предусмотрена обязанность заемщика ФИО1 погашать кредит и проценты за пользование кредитом ежемесячно, аннуитетными платежами, начиная с 04.12.2013 года в размере 8940 рублей, путем перечисления денежных средств на открытый счет № (л.д. 8,10).

Из представленного расчета суммы задолженности по состоянию на 23 июня 2017 г. задолженность ответчика ФИО1 перед ООО КБ «АйМани Банк» составляет 136218,72 рублей, в том числе задолженность по основному долгу – 42260,64 рублей, пени за просрочку погашения основного долга в размере 67054,63 рублей, пени за просрочку погашения процентов – 16544,95 рублей, проценты – 10358,50 рублей (л.д.7).

Вместе с тем, данный расчет задолженности произведен на основании выписок по лицевым счетам №, 47№, 47№, 17№, 47№, 45№, 91№, 91№ (л.д. 19-29), согласно которым поступившие на открытый на имя ответчика ФИО1 лицевой счет для зачисления/погашения кредита № в вышеуказанный период платежи, произведенные ФИО1, истцом по основному иску не учтены, что подтверждается представленными ответчиком по основному иску платежными документами за период с 10.12.2013 по 13.09.2016, согласно которым в этот период ежемесячно ФИО1 производились гашения по кредиту в установленной графиком платежей сумме, ответом истца по основному иску об отсутствии выписки по лицевому счету ФИО1 (л.д. 122-139,169).

Так, согласно платежным документам, ответчик по основному иску ФИО1 в счет исполнения обязательств по кредитному договору № от 11.11.2013 внесла на лицевой счет для зачисления/погашения кредита № денежные средства: 10.12.2013 в размере 9000 рублей, 10.01.2014 – 9000 рублей; 09.02.2014 – 9000 рублей, 09.03.2014 - 9000 рублей, 07.04.2014 - 9000 рублей, 08.05.2014 – 9009,85 рублей, 08.06.2014 – 8940 рублей; 09.07.2014 – 8940 рублей, 09.08.2014 - 9000 рублей, 10.09.2014 - 9000 рублей, 10.10.2014 - 9000 рублей, 10.11.2014 – 8940 рублей, 10.12.2014 - 9000 рублей, 09.01.2014 – 9000 рублей, 13.02.2015 - 9000 рублей, 12.03.2015 - 9000 рублей, 11.04.2015 - 9000 рублей, 10.05.2015 - 9000 рублей, 10.06.2015 - 9000 рублей, 11.07.2015 - 9000 рублей, 11.08.2015 - 9000 рублей, 11.09.2015 - 9000 рублей, 11.10.2015 - 8000 рублей, 13.11.2015 – 8900 рублей, 11.12.2015 – 8940 рублей, 10.01.2016 – 8940 рублей, 08.02.2016 – 8940 рублей, 10.03.2016 – 8940 рублей, 11.04.2016 – 8940 рублей, 10.05.2016 – 8940 рублей, 12.06.2016 – 8940 рублей, 10.07.2016 8940 рублей, 10.08.2016 – 8940 рублей, 13.09.2016 – 8940 рублей.

Таким образом, судом установлено, что ответчик по основному иску ФИО1 своевременно и в полном объеме, согласно условиям заключенного между кредитором и заемщиком кредитного договора, исполняла обязательства по внесению ежемесячных платежей в счет погашения задолженности по кредитным обязательствам, тогда как истцом по основному иску в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено суду доказательств обоснованности произведенного расчета задолженности и ненадлежащего исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору в вышеуказанный период. На запрос суда истец по основному иску выписку по лицевому счету не направил, в отношении внесения ФИО1 ежемесячно в указанный истцом период с 23.09.2015 по 16.06.2016 платежей выписку не направил. 

07.03.2014 между ООО КБ «АйМаниБанк» и ФИО3 (ОАО) был заключен договор цессии №/АК, в соответствии с которым ООО КБ «АйМаниБанк» уступило ФИО3 (ОАО) права требования к физическим лицам, возникшим у цедента по кредитным договорам, заключенным между цедентом и должниками, в том числе с ФИО1 по кредитному договору № от 11.11.2013.

22.09.2015 между ФИО3 (ОАО) и АО «Смартбанк» был заключен договор уступки прав требования (цессии) №, в соответствии с которым ФИО3 (ОАО) уступило АО «Смартбанк» права требования по кредитным договорам, принадлежащим ему на основании договоров цессии, в том числе по договору цессии от 07.03.2014, в соответствии с которыми имущественные права, принадлежащие ООО КБ «АйМаниБанк» к заемщикам, перешли к цеденту в объеме прав, предусмотренных в кредитных договорах.

В соответствии с пунктом 1статьи44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.

В силу статьи382 ГК РФправо (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий.

Из статьи384 ГК РФследует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Статьей388 ГК РФпредусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Во исполнение статьи9Федерального закона N 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 1 статьи1Закона Российской Федерации N 2300-1"О защите прав потребителей" отношения с участием потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В пунктах 1 и 2 статьи16Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» указано, условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

По настоящему делу банком заемщику предоставлена финансовая услуга, споры которой отнесены к сфере регулирования Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».

По смыслу статьи819 ГК РФденежные средства в кредит может предоставить только банк или иная кредитная организация, которые согласно положениям Федерального закона «О банках и банковской деятельности» имеют право осуществлять банковские операции на основании специального разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации.

Из условий кредитного договора № №, заключенного 11.11.2013 между ООО КБ «АйМаниБанк» и ФИО1 следует право кредитора в одностороннем порядке уступать права требования по данному кредитному договору при наличии согласия заемщика на такую уступку.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» следует, что разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 “О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки”, если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи382, пункт 3 статьи388 ГК РФ). П. 17 содержит разъяснение, что уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи388 ГК РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, причинили вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (п. 5 ст.10, ст.168 ГК РФ).

Исходя из представленных в материалы дела выписок по лицевому счету ФИО1, просрочка исполнения обязательств возникла с сентября 2015, в выписках так же фиксируется частичное исполнение заемщиком обязательств в октябре, декабре 2015 г., с января по июнь 2016 г.

Ответчиком по основному иску ФИО1 были представлены суду платежные документы, подтверждающие исполнение ею обязательств по кредитному договору ежемесячно с декабря 2013 г. по сентябрь 2016 г., что не соответствует обстоятельствам, изложенным в исковом заявлении истца по основному иску и в выписках, им представленных. Указанное свидетельствует, что по оспариваемым договорам цессии передавалось право требования от цессионария к цеденту в большем объеме, нежели существовало у соответствующего банка на момент заключения договора цессии. То есть истцом по основному иску предъявлены требования исходя из расчетов, которые не учитывают выше обозначенные выплаты, следовательно в большем объеме, что свидетельствует о том, что цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному запрету, причинили вред должнику, что в силу п. 5 ст.10и ст.168 ГК РФможет указывать на недействительность цессии.

П. 2.2. Договора уступки прав (требования), заключенного между ФИО3 (ОАО) и АО «Смартбанк» от 22.09.2015 содержит обязательство цедента в лице ФИО2 (ОАО) по приему платежей от заемщиков в счет исполнения обязательств по кредитным договорам, а так же передаче данных платежей цессионарию. Аналогичные обязательства содержатся и в договоре уступки прав от 07.03.2014, заключенного между ООО КБ «АйМаниБанк» и ФИО3 (ОАО) ФИО3 (ОАО), что противоречит положениям Постановления Президиума ВАС РФ от 17.11.1998 N 4735/98, согласно которого важное значение, также, имеет установление факта безусловной замены лица в обязательстве. В противном же случае при наличии "длящихся отношений", то есть если правоотношения сторон и основное обязательство не прекратились на момент заключения договора уступки требования, следует считать, что замена кредитора в обязательстве не произведена и договор уступки признается недействительным на основании закона (ст.168 ГК РФ).

По смыслу гл. 24 ГК РФ в результате уступки права первоначальный кредитор выбывает из обязательства, а новый кредитор заменяет его в том объеме права, который был определен в договоре цессии. Из чего следует, что конкретная юридическая обязанность является существенным условием договора уступки права требования, его предметом. При заключении договора стороны должны индивидуализировать это обязательство.

Исходя из положений ст.382 ГК РФ, для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника, если иное не предусмотрено договором или законом. Однако, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск, вызванных этим неблагоприятных для него последствий.

В соответствии с пунктом 3 статьи382 ГК РФисполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе требовать от первоначального кредитора передачи всего полученного от должника в счет уступленного требования и возмещения убытков в соответствии с условиями заключенного между ними договора (статьи15,309, 391,393 ГК РФ).

Истцом по основному иску в материалы дела представлена претензия от 19.07.2016 направленная в адрес ответчика по основному иску ФИО1 с указанием реквизитов для оплаты кредитных обязательств, признании АО «СМАРТБАНК» несостоятельным (банкротом) и назначении конкурсным управляющим Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» с указанием суммы задолженности в размере 65782,61 рубль (л.д. 18). Однако, данная претензия направлена на адрес: 

<

адрес> тогда как адрес регистрации и проживания заемщика ФИО1 указан в кредитном договоре и совпадает с адресом регистрации: 

<

адрес>, в связи с чем, последней получено быть не могло, равно как и произошедшей уступки права требования, изменении реквизитов для оплаты платежей, в связи с чем исполнение обязательств по внесению денежных средств на лицевой счет указанный в кредитном договоре свидетельствует о добросовестности исполнения условий кредитного договора. Документального подтверждения вручения ответчику по основному иску данной претензии в материалы дела не представлено.

Согласно п. 2.4 Договора цессии от 22.09.2015, цедент обязуется уведомить заемщиков о состоявшейся уступке прав требования по кредитным договорам в течение 30 календарных дней, следующих за днем подписания настоящего Договора, путем отправки заемщикам письменного уведомления, а так же передать уведомления о вручении либо не вручении данных уведомлений заемщикам цессионарию.

Аналогичные обязательства цедента содержатся в договоре уступки прав от 07.03.2014.

Проанализировав представленные документы, суд приходит к выводу об исполнении заемщиком ФИО1 условий кредитного договора от 11.11.2013 в период с декабря 2013 по сентябрь 2016 г. надлежащему кредитору в лице ООО КБ «АйМаниБанк», поскольку истцом по основному иску в материалы дела не представлено доказательств надлежащего уведомления ФИО1 о переходе права требования к АО «Смартбанк», а уведомлении должника о сумме переданных требований.

Из текста претензии истца видно, что требование о погашении кредитной задолженности по обязательствам ответчику по основному иску ФИО1 выставлено по кредитному договору № от 23.09.2015 на сумму 65782,61 рублей, что не соответствует реальным обстоятельствам дела, т.к. ФИО1 заключила кредитный договор с ООО КБ «АйМаниБанк» № от 11.11.2013 на сумму 234020 рублей, сумма переданной задолженности АО «СМАРТБАНК» исходя из Приложения № к договору уступки права требования составляет 110162,66 рублей, заявленная сумма задолженности в исковых требованиях указана как 136218,72 рубля, рассчитанная с ежемесячными платежами до 23.06.2017 в размере 8940 рублей, тогда как срок исполнения обязательств согласно графика платежей, являющийся неотъемлемой частью кредитного договора, установлен до 11.11.2016.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что исковые требования АО «Смартбанк» в лице конкурсного управляющего АО «Смартбанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, удовлетворению не подлежат.

К такому выводу суд приходит учитывая в том числе и следующие обстоятельства.

Согласно договору цессии №/АК от 07.03.2014, заключенному между ООО КБ «АйМаниБанк» и ФИО3 (ОАО), цедент уступает, а цессионарий принимает права требования возврата денежных средств должниками по кредитным договорам, заключенным между должниками и цедентом.

Стоимость передаваемых прав требования по каждому кредитному договору указана в приложении № к Договору цессии от 07.03.2014, согласно которого стоимость передаваемых прав требования в пользу цессионария по кредитному договору № от 11.11.2013, заключенному с ФИО1 составляет 223105,76 рублей.

В силу пункта 1 статьи384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам.

Согласно графика платежей, являющегося неотъемлемой частью кредитного договора, на момент передачи прав требования по кредитному договору № от 11.11.2013, а именно на 07.03.2014, сумма задолженности истца ФИО1 перед ООО КБ «АйМаниБанк» (с учетом фактических платежей) составляла 219924,39 рублей, что не соответствует сумме, передаваемой по договору от 07.03.2014.

Следовательно, при заключении договора уступки прав требования 07.03.2014 между ООО КБ «АйМаниБанк» и ФИО2 (ОАО), цедент передал цессионарию право требования, которое у него не возникло на момент передачи прав требования, в нарушение п. 1 ст.384 ГК РФ, что повлекло передачу недействительного права требования.

Кроме того, как следует из п. 1.1. Договора уступки прав требования от 22.09.2015, ФИО2 (ОАО) передал АО «Смартбанку» право требования по кредитному договору № от 11.11.2013, заключенному с ФИО1, в том объеме и на тех условиях, которые существуют у цедента по указанному договору к моменту перехода права, а так же права требования, которое может возникнуть в будущем.

Исходя из условий п. 2.1.1 и п. 2.1.2 Договора уступки прав требования от 22.09.2015, цедент в лице ФИО2 (ОАО) обязуется передать цессионарию в лице АО «Смартбанка» всю документацию по заключению и обслуживанию кредитных договоров, включая выписки по счетам Заемщиков, подтверждающие частичное исполнение обязательств по кредитным договорам в пользу цедента, а так же оригиналы кредитных договоров и графиков платежей.

Стоимость передаваемых прав требования по каждому кредитному договору указана в приложении № к Дополнительному соглашению к Договору цессии от 22.09.2015 согласно которого стоимость передаваемых прав требования в пользу цессионария по кредитному договору № от 11.11.2013, заключенному с ФИО1 составляет 110162,66 рублей, с указанием остатка по счету в размере 0,00 рублей, тогда как на момент передачи данного требования заемщиком своевременно и в полном объеме производилось внесение ежемесячных платежей согласно графика платежей к кредитному договору в большем размере и по состоянию на 22.09.2015 остаток задолженности составлял 109371,59 рублей, с переплатой по счету 7909,90 рубля, исходя из фактически произведенных заемщиком платежей на общую сумму за период с декабря 2013 по сентябрь 2015 г. в размере 197820 рублей (9000 рублей (вместо 8940 рублей) * 19+8940*3= 197820 рублей – 72031,59 рублей, сумма процентов подлежащая уплате по графику платежей, - 117878,51 рублей сумма основного долга подлежащая уплате по графику платежей).

Кроме того, как разъяснено в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечет недействительности этого соглашения. Недействительность данного требования является в соответствии со статьей390 ГК РФоснованием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего требование.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ четко указал на то, что недействительность уступки означает отсутствие перехода права к третьему лицу.

Согласно статье167 ГК РФпризнание договора недействительным означает то, что этот договор не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с его недействительностью, и недействителен с момента его подписания.

В связи с тем, что ФИО3 (ОАО) при передаче прав (по состоянию на 22.09.2015) не учло внесение ежемесячных платежей ФИО1 в период с декабря 2013 по сентябрь 2015 в большем размере, чем предусмотрено графиком платежей, в связи с чем, АО «Смартбанка» приобрел право требования на некорректную сумму основного долга по кредитному договору № от 11.11.2013, причинив, тем самым, вред ФИО1

П. 5.2.5. Условий предоставления кредита под залог транспортного средства, открытия и обслуживания счета в ООО КБ «АйМаниБанк», являющихся неотъемлемой частью кредитного договора № от 11.11.2013, содержит условие о возможности ООО КБ «АйМаниБанк» уступить право требования третьим лицам по данному кредитному договору только с согласия заемщика.

Ответчиком по встречному иску ООО КБ «АйМаниБанк в лице конкурсного управляющего - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» не представлено документального подтверждения надлежащего исполнения требования кредитного договора в части наличия согласия заемщика ФИО1 о возможности ООО КБ «АйМаниБанк» уступить право требования третьим лицам по данному кредитному договору, что противоречит п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.10.2007 № 120 “О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки”.

Согласно ст.10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается.

Как установлено ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ч. 2 ст.168 ГК РФсделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу гл. 24 ГК РФ в результате уступки права первоначальный кредитор выбывает из обязательства, а новый кредитор заменяет его в том объеме права, который был определен в договоре цессии. Из чего следует, что конкретная юридическая обязанность является существенным условием договора уступки права требования, его предметом. При заключении договора стороны должны индивидуализировать это обязательство.

Из представленных суду договоров уступки прав от 07.03.2014 и от 22.09.2015, следует обязательство цедентов по принятию оплаты от заемщиков и передаче данных денежных средств цессионарию, что противоречит указанной норме.

При таких обстоятельствах, требования ФИО1 о признании недействительным договора цессии № от 07.03.2014, заключенного между ООО КБ «АйМаниБанк» и ФИО3 (ОАО), а так же договора цессии от 22.09.2015, заключенного между ФИО3 (ОАО) и АО «Смартбанка» подлежат удовлетворению.

При этом суд, отклоняет заявленное ходатайство истца по основному иску о пропуске ФИО1 срока исковой давности для обращения с требованиями о признании договоров уступки права требования недействительными, поскольку в силу положений ч. 1 ст. 188 ГК РФ течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. В виду того, что судом установлено, что истец по встречному иску ФИО1 о переуступки права требования уведомлена состоявшейся как 07.03.2014, так и 22.09.2015 не была, стороной договора не являлась, срок исковой давности подлежит исчислению со дня подачи искового заявления, то есть 27.06.2017 и на момент заявления встречных требований не истек.

Проанализировав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке ст. 67 ГПК РФ суд приходит к выводу, что исковые требования АО «Смартбанка» в лице конкурсного управляющего АО «Смартбанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, удовлетворению не подлежат, поскольку у АО «Смартбанка» в лице конкурсного управляющего АО «Смартбанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, отсутствуют правовые основания для обращения в суд с данными требованиями, истец по основному иску, обращаясь с требованиями, действует в недобросовестно.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Требования АО «СМАРТБАНК» в лице конкурсного управляющего АО «СМАРТБАНК» - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО1 к АО «Смартбанка» в лице конкурсного управляющего АО «Смартбанк» Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» о признании договора цессии недействительным - удовлетворить.

Признать незаконными действия ООО КБ «АйМаниБанка» по нарушению п. 5.2.5. Условий предоставления кредита под залог транспортного средства, открытия и обслуживания счета в ООО КБ «АйМаниБанк», являющихся неотъемлемой частью кредитного договора № от 11 ноября 2013 г.

Признать недействительным право требования ООО КБ «АйМаниБанка», переданное по Договору уступки прав от 07 марта 2014 г. в пользу ФИО2 (ОАО) в размере 235545,90 рублей.

Признать недействительным право требования ФИО2 (ОАО), переданное по Договору уступки прав от 22 сентября 2015 г. в пользу АО «Смартбанка» в размере 110162,66 рублей.

Признать недействительным договор уступки прав требования от 07 марта 2014 г., заключенному между ФИО2 (ОАО) и ООО КБ «АйМаниБанком» в части передачи прав требований по договору № от 11 ноября 2013 г. в размере 235545,90 рублей.

Признать недействительным договор уступки прав требования от 22 сентября 2015 г., заключенному между ФИО2 (ОАО) и АО «Смартбанком» в части передачи прав требований по договору № от 11 ноября 2013 г. в размере 110162,66 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения, с подачей жалобы через Назаровский городской суд.

Председательствующий: 

<

данные изъяты> Наумова Е.А.

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>