копия

Дело №2-709/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Калининград 13 декабря 2017 года

Центральный районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Ченцовой Л.В.,

при секретаре Алейник Е.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С.В.А., С.Е.Ю. к Щ.В.М. о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета; встречному иску Щ.В.М. к С. С.В.А., С.Е.Ю. о признании права пользования жилым помещением;

по иску Д.И.Б., Щ.В.М. к С.В.А., С.Е.Ю. о признании договора купли-продажи недействительным и применении последствий недействительности сделки; признании наследником, принявшим наследство, признании права собственности в порядке наследования, 

УСТАНОВИЛ:

С.В.А. и Е.Ю., действуя за себя и в интересах несовершеннолетних детей С.И.В. и С.В., обратились в суд, указав в исковом заявлении, что 

<

 Дата > они заключили с Д.И.Б. и С.В. договор купли-продажи 

<

 адрес > г.Калининграда, по условиям которого все зарегистрированные в квартире лица обязаны сняться с регистрационного учета до 

<

 Дата >. Вместе с тем, Щ.В.М. до настоящего времени с регистрационного учета по указанному адресу не снят. Поскольку ответчик членом их семьи не является, какие-либо договорные обязательства между ними отсутствуют, просят суд признать Щ.В.М. утратившим право пользования квартирой № 

<

 адрес > в г.Калининграде и снять его с регистрационного учета. 

Щ.В.М. обратился со встречным иском, в котором указал, что в 1991 году по линии Министерства обороны он получил квартиру в 

<

 адрес >. В 2001 году его супруга Д.И.Б. и сын Щ. (Д.) С.В. приватизировали квартиру на себя, а в 2002 году продали, получив на то его согласие. На вырученные деньги ими была приобретена 

<

 адрес >, в которой он проживал с качестве члена семьи нанимателя до того времени, пока С. обманным путем не переоформили квартиру на себя по договору купли-продажи от 

<

 Дата > и не выгнали его. Просит суд признать за ним, как членом семьи нанимателя, право пользования указанным жилым помещением.

Д.И.Б., Д.С.В. и Щ.В.М. обратились в суд с иском к С.В.А. и Е.Ю., указав, что Д.И.Б. и Д.С.В. с 2002 года являлись собственниками 

<

 адрес > в г.Калининграде в размерах долей 3/5 и 2/5, соответственно. Щ.В.М. зарегистрирован в данном жилом помещении как бывший член семьи Д.И.Б. 

<

 Дата > между Д.И.Б., Д.С.В. и ответчиками заключен договор купли-продажи указанной квартиры, который просят признать недействительной сделкой и применить последствия ее недействительности, вернув стороны в первоначальное положение.

Определением суда гражданские дела объединены в одно производство, в связи со смертью Д.С.В., наступившей 

<

 Дата >, производство приостановлено.

С возобновлением дела Д.И.Б. и Щ.В.М. требования дополнили: просят признать за Щ.В.М. право пожизненного пользования спорной квартирой, признать Щ.В.М. наследником, принявшим наследство Д.С.В., включить 2/5 доли 

<

 адрес > г.Калининграда в наследственную массу, признать право собственности Щ.В.М. на 2/5 доли в праве на квартиру. 

Поддерживая исковые требования в суде, Д.И.Б., Щ.В.М., действующий, в том числе, как представитель Д.И.Б. по доверенности, пояснили суду, что с 1973 года они состояли в зарегистрированном браке, в 1990 году родился сын Щ.С.В.. Они проживали в 

<

 адрес > в квартире, предоставленной Щ.В.М. по линии Министерства обороны. В 1996 году брак между супругами был расторгнут, но они продолжали жить одной семьей и вести общее хозяйство. В 2001 году квартира была приватизирована на имя Д.И.Б. и Щ.С.В., в то время несовершеннолетнего, затем продана, а на вырученные деньги в том же году приобретена 

<

 адрес >, с определением долей собственников: 3/5 доли в праве собственности Д.И.Б., 2/5 – сына. Щ.В.М., зарегистрированный по месту жительства и обладавший правом пожизненного пользования жилым помещением на основании соглашений с собственниками жилья, не настаивал на выделении ему доли квартиры в собственность. В 2012 году сын ФИО8 был незаконно осужден, освободился из мест лишения свободы в 2014 году, а в 2016 году в ходе проверки на предмет причастности к сбыту наркотиков от него потребовали взятку, угрожая привлечением к уголовной ответственности. Поскольку доказать свою невиновность было затруднительно, Д.И.Б. в тайне от Щ.В.М. взяла кредит в банке, а также вместе с сыном получили займ у ООО «Межрегиональная группа Ипотеки и Сервиса», передав квартиру в залог. Исполнение обязательств по договору займа было непосильным, в связи с чем 

<

 Дата > пришлось квартиру продать С.В.А. и Е.Ю., воспользовавшимся их трудной жизненной ситуацией. 

Оспаривая сделку купли-продажи квартиры, Щ.В.М. и Д.И.Б. ссылались на то, что в договоре намеренно не указано на наличие у сына зарегистрированного брака, наличие обременений в виде ипотеки и пожизненного права пользования Щ.В.М., возникшего на основании ранее заключенных Соглашений. Это позволило С. провести сделку без нотариально удостоверенного согласия супруги сына – Д.Е.А. и без согласия залогодержателя. Кроме того, продавцы были введены в заблуждение относительно стоимости квартиры, покупатели напугали их, навязав свою кабальную цену (квартира стоимостью не ниже 3200000 рублей продана за 2700000 рублей); продавцы обмануты покупателями, злоупотребившими их доверием (получив расписки о полном денежном расчете, выплатили меньшую часть).

Д.И.Б. давала разные показания относительно размера выплаченной по договору купли-продажи суммы денежных средств. При рассмотрении дела суд исходит из признания ею выплаты покупателями 935987,06 рублей (374391,22 руб. из которых получены Д.С.В. за принадлежащие ему 2/5 доли).

Представитель Щ.В.М. – У.А.А. – дал аналогичные пояснения.

С.В.А., его представитель С.И.В. А.В. свой иск поддержали, исковые требования, предъявленные к ним, не признали. Указали, что продавцы имели возможность дополнить договор до его подписания и требовать включения необходимой информации в его текст. Отсутствие корректировки с их стороны свидетельствует об отсутствии такой необходимости. Управление Росреестра по Калининградской области приняло пакет документов на регистрацию перехода права собственности без каких-либо замечаний. Заявления о неполучении денег, оказанном давлении, запугивании, обмане не могут быть доказаны, поскольку не соответствуют действительности. Д.И.Б. и Щ.В.М., обращаясь в суд, злоупотребляют правом, имея намерение получить квартиру в свою собственность, не возвращая при этом полученных денег, и вторично ее продать. 

С.Е.Ю., несовершеннолетний С.И.В. в суд не прибыли, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, материал об отказе в возбуждении уголовного дела ОМ №, КУСП №, суд пришел к следующему.

Согласно ст. 30 ЖК РФ, ст. 228 ГК РФ, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами использования, установленными ЖК РФ; собственник вправе предоставить в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение на основании договора найма, договора безвозмездного пользования и на ином законном основании; гражданин, пользующийся жилым помещением на основании соглашения с собственником данного помещения, имеет права, несет обязанности и ответственность в соответствии с условиями такого соглашения.

В соответствии с частью 1 статьи 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

На основании пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

На основании статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда, данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона обязана доказать обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что Щ.В.М. и Д. (Щ.) И.Б. состояли в зарегистрированном браке с 1973 года, в браке родился сын Щ.С.В. (

<

 Дата > года рождения, в последующем изменивший фамилию на Д.). 

Все члены семьи проживали, будучи зарегистрированными по месту жительства, в 

<

 адрес > канал 

<

 адрес >, общей площадью 73,3 кв.м., предоставленной военнослужащему Щ.В.М. по ордеру от 

<

 Дата > на состав семьи три человека (т.1, л.д.36).

<

 Дата > брак между супругами расторгнут, супруге присвоена фамилия Д. (т.1, л.д.83).

Вышеуказанная квартира, с письменного согласия Щ.В.М., удостоверенного нотариусом 

<

 Дата >, передана муниципальным учреждением «Бюро по приватизации и жилобмену» 

<

 адрес > в собственность Д.И.Б. и Щ.С.В. по ? доли по договору приватизации от 

<

 Дата > (т.1, л.д.59, 60, 61).

В соответствии со ст. 19 ФЗ «О введении в действие Жилищного Кодекса Российской Федерации» №189-ФЗ от 

<

 Дата >. действие положений части 4 статьи 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Таким образом, право пользования данным жилым помещением сохранялось у Щ.В.М. независимо от сделок с ним, совершенными собственниками, до того времени, пока он лично отказался от такого права, снявшись с регистрационного учета. Согласно договору от 

<

 Дата > Д.И.Б., действуя за себя и несовершеннолетнего сына Щ.С.В., продала 

<

 адрес > канал в 

<

 адрес >, а 

<

 Дата > приобрела 

<

 адрес > г.Калининграда, зарегистрировав право собственности в размере 3/5 доли за собой, а 2/5 доли – за сыном (т.2, л.д.31-34, т.1, л.д.85-86). По данным поквартирной карточки, в 2002 году собственники жилого помещения - Д.И.Б. и Щ. (Д.) С.В., а также Щ.В.М. зарегистрировались в указанной квартире по месту жительства. 

<

 Дата > Д.И.Б. и Д.С.В. заключили договор займа с ООО «Микрофинансовая организация «Межрегиональная Группа Ипотеки и Сервиса» на 500000 рублей под 42% годовых сроком на 12 месяцев, передав свою квартиру в залог по договору об ипотеке от 

<

 Дата >. 

<

 Дата > Д.И.Б. и Д.С.В. продали, а С. купили 

<

 адрес > г.Калининграда, зарегистрировав право собственности по ? доли за С.В.А., С.Е.Ю. и несовершеннолетними детьми - С.И.В. и С.С.В. (т.1, л.д.15-18). Ко дню продажи квартиры все зарегистрированные в квартире лица, за исключением Щ.В.М., сняты с регистрационного учета; в квартиру вселились и зарегистрировались по месту жительства С.В.А., Е.Ю., С.В. и И.В. (т.1, л.д. 18). 

<

 Дата > Д.С.В. умер. Наследственное дело не заводилось. В ходе рассмотрения настоящего спора Щ.В.М. утверждал, что квартира в г.Калининграде приобретена за деньги, вырученные за квартиру в 

<

 адрес >; сделка состоялась с учетом его устного согласия и оформлена на имя бывшей супруги и сына под условие признания ими за ним пожизненного права пользования приобретаемого жилья, о чем составлены соответствующие письменные соглашения. Кроме того, с бывшей супругой была устная договоренность о том, что любые сделки с квартирой могут быть совершены только с его одобрения. Нарушить это правило она решилась ради сына, попавшего в трудную жизненную ситуацию. Д.И.Б. приводила те же доводы. Суду представлено Соглашение о порядке перехода пожизненного права пользования жилым помещением (квартирой) от 

<

 Дата >, согласно которому Д.И.Б. действует за себя и в интересах несовершеннолетнего сына Щ.С.В. По его смыслу собственники квартиры, расположенной по адресу: 

<

 адрес > канал, 

<

 адрес >, согласны с тем, что право пожизненного пользования Щ.В.М. указанной квартирой прекращается после перехода права собственности на нее, но такое право возникает в другом жилье, приобретаемом на средства, вырученные от продажи этой квартиры (т.2, л.д.18-22). Ссылка на Соглашение от 

<

 Дата > имеется в Соглашении о безвозмездном пожизненном пользовании жилым помещением (квартирой) от 

<

 Дата >, согласно которому Д. и Щ.С.В. признают право пожизненного пользования квартирой по 

<

 адрес > в г.Калининграде за Щ.В.М. (т.2, л.д. 23-27). Указывая на то, что в Соглашении, датированном 

<

 Дата >, имеются данные его участников, содержащиеся в паспортах, выданных позже - 

<

 Дата >, то есть, которые на день его подписания известны быть не могли, С.В.А. и его представитель утверждали, что данное соглашение, равно как и соглашение от 

<

 Дата >, составлены позже указанных в нем дат, исключительно для представления в суд по данному спору. Суд признает Соглашения от 20 апреля и 

<

 Дата > недопустимыми доказательствами по основанию, заявленному стороной в споре, принимая во внимание также то обстоятельство, что в пункте 8.0 договора купли-продажи квартиры по 

<

 адрес > продавцы отметили, что квартира правом пожизненного пользования не обременена. При этом указания на наличие Соглашений и на обязательность получения согласия Щ.В.М. на продажу квартиры договор не содержит. На отсутствие обременений квартиры указано также в пункте 1.5 договора об ипотеке квартиры от 

<

 Дата >, заключенном Д.И.Б. и С.В. с ООО «Межрегиональная Группа Ипотеки и Сервиса» в связи с предоставлением им займа. Даже при наличии действительных Соглашений лицом, нарушившим жилищные права Щ.В.М., является Д.И.Б., гарантировавшая бывшему супругу пожизненное право пользования жилым помещением. Именно она лишила его такого права, продав квартиру. С. по отношению к Щ. никаких обязательств на себя не принимали. Обязанность же по согласованию сделок по отчуждению недвижимого имущества, приобретенного по возмездным сделкам с лицами, не состоящими в браке (к числу которых относится Д.И.Б.), с лицами, не являющимися сособственниками и с бывшими супругами (к числу которых относится Щ.В.М.), законом не предусмотрена. То есть, совершая сделку по продаже спорной квартиры, согласия Щ.В.М. не требовалось, поскольку он не являлся сособственником жилья, а право собственности Д.И.Б. возникло после расторжения с ним брака. Согласно платежному поручению от 

<

 Дата > о погашении займа и письму за подписью генерального директора ООО «Микрофинансовая организация «Межрегиональная Группа Ипотеки и Сервиса», обязательства по договору займа от 

<

 Дата > исполнены. При таких обстоятельствах согласия данной организации на отчуждение квартиры не требовалось. Само по себе наличие у Щ.В.М. регистрации по месту жительства правового значения для разрешения спора не имеет. Принимая решение, суд учитывает заявление Щ.В.М. о невозможности проживания в квартире совместно со С., усматривая неразрывность требования о праве пользования жилым помещением с требованием о недействительности сделки. Проверив заявленные доводы, которые сторона привела в обоснование требования о недействительности сделки, суд не установил нарушения прав Щ.В.М. и Д.И.Б. Соответствующие доказательства суду ими не представлены. При этом суд исходил из следующего. На день заключения договора по продаже квартиры по 

<

 адрес > в г.Калининграде Д.С.В. состоял в браке с Д.Е.А. В то же время, нотариально заверенного согласия супруги на совершение сделки по отчуждению принадлежащей Д.С.В. доли квартиры представлено не было. Суд считает, что такое согласие не требовалось, поскольку право собственности на данное жилое помещение у него возникло до брака (еще в несовершеннолетнем возрасте). Привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица (на стороне ответчика по иску С., на стороне истца – по иску Щ. и Д.) Д.Е.А. заявила, что согласия на продажу квартиры она мужу не дала бы. Суд считает, что это ее заявление является следствием заинтересованности в споре родителей умершего супруга, поскольку обоснованного объяснения своего несогласия с продажей квартиры она не дала, при том, что личной заинтересованности в споре не имеет, наследство умершего супруга не принимала, на долю мужа в праве на квартиру в порядке наследования не претендует; в связи с чем ранее (20 апреля и 

<

 Дата >) давала согласие на передачу квартиры в залог и отчуждение, не вникала - по просьбе мужа у нотариуса подписала документы, предоставление которых требовала микрофинансовая организация, предоставившая займ. Решением Центрального районного суда г.Калининграда от 

<

 Дата >, вступившим в законную силу, удовлетворен иск Д.И.Б. и С.В. (третье лицо Щ.В.М.): 

<

 адрес > г.Калининграда сохранена в перепланированном и переустроенном виде по состоянию на 

<

 Дата > общей площадью с холодными помещениями 63,0 кв.м., общей площадью 62,2 кв.м., жилой – 36,6 кв.м. В ходе рассмотрения дела судом установлено, что несущественное увеличение площади квартиры (с 62,0 до 63,0 кв.м.) состоялось в связи с выполнением строительных работ дочерью Щ.В.М. и Д.И.Б. 

Как утверждала сама Д.Е.А., в спорной квартире она никогда не была зарегистрирована, ее проживание носило временный характер, материальных затрат на выполнение работ по улучшению жилищных условий она не понесла.

При таких обстоятельствах оснований для вывода о нарушении прав Д.Е.А. при совершении оспариваемой сделки не имеется, а заявить о ее незаконности вследствие непредставления в Управление Росреестра по Калининградской области ее согласия на ее совершение могла только она, но не Щ.В.М. и Д.И.Б., в связи с чем этот довод истцов в обоснование требования о недействительности сделки не принимается.

Доказательств того, что продавцы были введены в заблуждение покупателями относительно стоимости квартиры и навязали им свою цену, суду не представлено.

Не представлено также доказательств и безденежности расписок, содержащихся в тексте договора купли-продажи и соглашении к нему: согласно распискам, Д.И.Б. и Д.С.В. получили денежные средства в полном объеме, соразмерно доли в праве – 1 млн. 80 тыс. руб. – 

<

 Дата > при подписании договора и 1 млн. 620 тыс. руб. – по соглашению от 

<

 Дата > к договору от 

<

 Дата > (т.1, л.д. 9-10, 11).

В судебном заседании Щ.В.М. указывал, что он не располагает доказательствами безденежности расписок. Все его заявления, в том числе, об оказанном давлении и обмане, основаны на рассказах бывшей супруги, не доверять которой он не может, поскольку она его никогда не обманывала. 

Д.И.Б., напротив, поясняла суду, что она и сын лично писали расписки; что была вынуждена снизить стоимость квартиры и принять цену, предложенную С.В.А., поскольку за 3200000 рублей квартиру долго не покупали, а кредитная организация начисляла проценты и штрафы на невыплаченный долг по займу, который можно было погасить только из средств за квартиру.

О получении полного расчета и отсутствии претензий к покупателям Д.И.Б. и Д.С.В. заявляли также в отделе полиции, куда 

<

 Дата > с заявлением о мошенничестве обратился Щ.В.М. (в связи с чем в возбуждении уголовного дела отказано).

Отказывая в иске Д.И.Б., суд учел ее заявление о невозможности применения судом всех последствий недействительности сделки: желая возвратить квартиру в свою собственность и собственность Щ.В.М. как наследника к имуществу умершего сына, полагала невозможным взыскание с нее полученных от С. денежных средств, поскольку они уже потрачены, а других денег у нее нет.

Поскольку оснований для признания недействительной сделки по продаже квартиры судом не установлено, то С., как новые собственники, вправе требовать снятия Щ.В.М. с регистрационного учета по месту жительства как лица, утратившего право пользования жилым помещением. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск С.Е.Ю. и С.В.А. удовлетворить.

Признать Щ.В.М. утратившим право пользования квартирой № 

<

 адрес > г.Калининграда, снять его с регистрационного учета по указанному адресу.

В удовлетворении исковых требований Щ.В.М. и Д.И.Б. - отказать.

Взыскать с Щ.В.М. в пользу С.В.А. расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Центральный районный суд г.Калининграда в течение месяца со дня приятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 27 декабря 2017 года.

Судья: подпись