Судья Котков А.А. 

Дело № 22-145/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Петропавловск-Камчатский 11 марта 2025 года

Камчатский краевой суд в составе:

судьи Алексеевой О.В.,

при секретаре Тесленко М.В.,

с участием:

прокурора Венина П.А.,

защитника осуждённого – адвоката Поступинского И.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы защитников осуждённого ФИО3 – адвокатов Поступинского И.В. и Колесникова Б.В. на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 декабря 2024 года,

у с т а н о в и л :

Приговором Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 декабря 2024 года,

ФИО3, 

<

данные изъяты>, несудимый,

осуждён по ч.1 ст.199.2 УК РФ к штрафу в размере 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

На основании п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ ФИО3 освобождён от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности.

Приговором также решены вопросы о мере процессуального принуждения и судьбе вещественных доказательств.

ФИО3 признан виновным и осуждён за сокрытие денежных средств организации, за счёт которых, в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и сборам, страховым взносам в крупном размере.

Преступление совершено в период с 5 ноября 2019 года по 23 ноября 2021 года в г.Петропавловске-Камчатском при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО3 виновным себя не признал, пояснив, что являясь руководителем КГУП «Камчатский водоканал» знал о наличии недоимки по налогам и сборам, но его действия по подписанию писем – распоряжений дебиторам о перечислении денежных средств контрагентам за поставленные ими ресурсы и оказанные услуги, минуя расчётные счета предприятия были направлены на поддержание его работоспособности, обеспечения бесперебойного водоснабжения социальных объектов, населённых пунктов Камчатского края и недопущения чрезвычайной ситуации. 

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Поступинский И.В., не соглашается с приговором суда, считая его незаконным и несправедливым. Полагает не основанным на материалах уголовного дела вывод суда о наличии доказательств тому, что ФИО3 знал о задолженности перед налоговым органом и наложении ареста на счета предприятия. Отмечает, что защита предоставила суду доказательства об отсутствии постоянно существующей задолженности КГУП «Камчатский водоканал» перед ИФНС России. Периодически возникающая задолженность по каждому из направленных требований, погашалась предприятием в течение нескольких дней – недель. 

Обращает внимание на то, что счета предприятия были арестованы в течение не всего инкриминируемого ФИО3 преступления с 5 ноября 2019 года по 2 декабря 2021 года, а составлял всего 308 календарных дней. В период отсутствия ареста счетов предприятия, контрагентам были направлены 31 из 39 инкриминируемых ФИО3 писем. 

Указывает на то, что установленная приговором и в обвинительном заключении сумма задолженности по налогам в размере 113 364 017, 63 рублей по состоянию на 2 декабря 2021 года материалами дела не подтверждена и опровергается предоставленным суду определением Арбитражного суда Камчатского края, имеющим преюдициальное значение для данного уголовного дела, согласно которому предприятие не имело задолженности по состоянию на декабрь 2021 года. На 3 декабря 2021 года ограничений операций по счетам предприятия не имелось.

Ссылаясь на установленный постановлениями правительства РФ от 02.04.2020 года № 409 и от 20.05.2020 года № 792 полный запрет (мораторий) на блокировку (аресты, ограничения) счетов юридических лиц со стороны ФНС в связи с пандемией коронавируса в период с апреля по июнь 2020 года, письма ФНС от 03.04.2020 года и 27.04.2020 года о приостановлении мер взыскания задолженности и соответствующих обеспечительных мер, установленных НК РФ до 30 апреля 2020 года в отношении всех налогоплательщиков – юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, отмечает, что в этот период ограничительные меры не применялись, однако направленные в этот период письма инкриминированы ФИО3

Полагает выводы суда, содержащиеся в приговоре основанными на противоречиях. Так указывая в приговоре о том, что ФИО3 достоверно знал о постоянном аресте счетов и постоянно имеющейся задолженности по налогам, признаёт доказанным, что ФИО3 было известно о ежегодном выделении субсидии Правительством Камчатского края на погашение налоговой задолженности. Таким образом, выделение субсидии опровергает вывод суда о наличии постоянной задолженности в течение 2019-2021 годов.

Считает, что судом необоснованно отвергнут довод ФИО3 о том, что его действия были направлены на предотвращение чрезвычайной ситуации и обеспечение бесперебойной работы аварийных бригад. При этом судом как не имеющий отношение к делу фактически проигнорирован довод ФИО3 о сделанном ему прокурором предостережении в 2015 году о недопустимости отключения холодного водоснабжения на срок более 4 часов.

Отмечает, что отсутствие в приговоре, в нарушение требований п.2 ч.1 ст.73 УПК РФ мотива действий ФИО3, свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступления.

Полагает необоснованным вывод суда о том, что дебиторская задолженность является предметом преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ, поскольку она не является имуществом в смысле, придаваемом НК РФ и ст.199.2 УК РФ. В обоснование своей позиции ссылается на нормы п.2 ст.38, ст.47, 48 НК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления».

Обращает внимание на необоснованное осуждение ФИО3 за направление распорядительного письма от 29 января 2020 года в адрес ООО «Камчаттралфлот» на сумму 1 342 659,53 рублей, учитывая отсутствие такового. При этом указывает, что в материалах уголовного дела имеется два уведомления о новом кредиторе на суммы 68 500 рублей и 1 274 159,53 рублей, которые не содержат просьбы о перечислении дебиторской задолженности в адрес иных контрагентов КГУП «Камчатский водоканал», а являются сообщениями уведомительного характера о смене кредитора в связи с заключением договора цессии на основании ст.288 ГК РФ. Такой способ в сокрытии денежных средств от списания отсутствует в предъявленном ФИО3 обвинении. 

Не учтено судом и то, что в период направления 21 июля 2020 года распорядительного письма в адрес АО «Камчатское пиво», ФИО3 находился в отпуске.

Кроме того, указывает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты об истребовании в налоговом органе сведений об общем количестве дней в период с 2019 по 2021 годы в которые имелась задолженность и арест счетов предприятия и в назначении судебной бухгалтерской экспертизы.

Ссылаясь на положения ст.14 УК РФ указывает об отсутствии каких-либо общественно-опасных последствий от действий ФИО3, учитывая отсутствие ущерба бюджету РФ, что в приговоре не нашло оценки.

Выводы суда об отсутствии налоговой задолженности по состоянию на 2023 год основан на предположениях. При этом судом не учтены показания ФИО3 о резком увеличении тарифов для КГУП «Камчатский водоканал» Региональной службой по тарифам и ценам Камчатского края.

Судом не опровергнуты доводы ФИО3 о том, что он предпринимал все зависящие от него меры для погашения налоговой задолженности, что подтвердили свидетели ФИО. Ходатайство стороны защиты об истребовании из Министрерства ЖКХ Камчатского края соответствующих документов судом оставлено без удовлетворения.

Выводы суда о том, что у КГУП «Камчатский водоканал» имелась возможность погашения налоговой задолженности в размере 113 364 017, 63 рублей, противоречит материалам уголовного дела. 

Считает недопустимым доказательством справку специалиста УЭБ и ПК ФИО1 от 20.02.2024 года, содержащую юридическую оценку действий ФИО3 Кроме того исследование специалистом проведено на основании требования начальника УЭБ и ПК УМВД России по Камчатскому краю, поводом к которому послужил рапорт должностных лиц, в числе которых специалист ФИО1, подлежащая в силу этого отводу на основании ст.71, ч.2 ст.70, ч.2 ст.61 УПК РФ.

Просит приговор отменить и оправдать ФИО3 по предъявленному ему обвинению. 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник – адвокат Колесников Б.В. считает приговор суда постановленным с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона.

Отмечает, что обвинительное заключение в отношении ФИО3 утверждено прокурором по утратившему силу уголовному закону.

Судом при рассмотрении уголовного дела нарушены принципы состязательности сторон, непосредственного исследования доказательств, учитывая, что в ходе судебного заседания 13.11.2024 года судья, вопреки требованиям п.3 ч.4 ст.47, ст.14, 15, 244 УПК РФ запретил стороне защиты делать замечания на предоставленные стороной обвинения доказательства.

Отмечает, что описание преступного деяния, показания допрошенных лиц и иные доказательства перекопированы в приговор суда из обвинительного заключения, что искажает саму суть правосудия, что влечёт отмену приговора.

В нарушение норм материального права, суд в приговоре указал, что отсутствие ущерба бюджету от направления ФИО3 писем контрагентам, не может служить основанием для освобождения последнего от ответственности, поскольку диспозиция ст199.2 УК РФ не устанавливает одним из оснований наступления уголовной ответственности причинение ущерба. Данный вывод суда противоречит в том числе разъяснениям, содержащимся в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 48 от 26.11.2019 года «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления».

Обращает внимание на то, что в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не была подтверждена доказательствами сумма налоговой задолженности КГУП «Камчатский водоканал» в размере 113 364 017, 63 рублей, а указание суда в приговоре на то, что наличие указанной задолженности не оспаривалось подсудимым, является искажение показаний ФИО3, который пояснил, что после его увольнения у предприятия не было неоплаченных налогов. Данные показания подсудимого ничем не опровергнуты. Вывод суда об отсутствии задолженности по налогам по состоянию на 27 декабря 2023 года, ничем не подтверждён.

Считает приговор суда противоречащим требованиям ст.297 УПК РФ учитывая отсутствие в нём указания о том, за какой период и в каком размере имелась налоговая задолженность. В обоснование ссылается на определения Арбитражного суда Камчатского края от 24 сентября 2019 года, 15 декабря 2020 года и 18 ноября 2021 года, согласно которым установлено полное погашение налоговой задолженности, в том числе последним по состоянию на 16 ноября 2021 года в размере 119 742 069, 70 рублей в связи с её погашением.

При указанных обстоятельствах, считает, что на момент увольнения ФИО3 1 декабря 2021 года, у предприятия отсутствовала задолженность по налогам и сборам. 

Приводя положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29.11.2016 года «О судебном приговоре» отмечает, что суд не указал в приговоре в чём выразилась объективная сторона преступления, за которое осуждён ФИО3, чем нарушено его право на защиту.

Просит обвинительный приговор отменить и вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор. 

Заслушав пояснения защитника – адвоката Поступинского И.В., поддержавшего доводы апелляционных жалоб, а также мнение прокурора Венина П.А., полагавшего приговор суда не подлежащим отмене, суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, находит приговор суда в отношении ФИО3 подлежащим отмене по следующим основаниям. 

В соответствии с п.1 ст.38915 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Согласно пп.1, 2 ст.38916 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учёл обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. 

Такие нарушения уголовно-процессуального закона по делу установлены.

Из разъяснений, содержащихся в пп. 21, 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» следует, что преступление, предусмотренное статьей 199.2 УК РФ, заключается в сокрытии денежных средств либо имущества, за счёт которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах и (или) законодательством Российской Федерации об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, должно быть произведено взыскание недоимки (пункт 2 статьи 11 НК РФ) по налогам, сборам, страховым взносам, в крупном размере. Крупный и особо крупный размеры сокрытых денежных средств или имущества для целей статьи 199.2 УК РФ определены в примечании к статье 170.2 УК РФ. Состав преступления, предусмотренного статьей 199.2 УК РФ, наличествует, когда размер недоимки по налогам, сборам, страховым взносам равен стоимости сокрытого имущества в крупном размере или превышает её. Следует иметь в виду, что уголовная ответственность по статье 199.2 УК РФ может наступить после истечения срока, установленного в полученном требовании об уплате налога, сбора, страхового взноса (статья 69 НК РФ). 

С учётом указанных разъяснений для привлечения к уголовной ответственности по ч.1 ст.199.2 УК РФ значимым и необходимым в силу ст.73 УПК РФ является определение размера недоимки, который должен быть равным крупному размеру или превышать его.

Наличие неисполненного требования налогового органа в установленный срок без совершения после этого срока действий, направленных на сокрытие денежных средств не образует состав преступления, предусмотренный ст.199.2 УК РФ. 

Предметом сокрытия денежных средств выступают денежные средства, в отношении которых применены способы обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов, сборов, страховых взносов в виде приостановления операций по счетам. 

Как следует из приговора суда ФИО3, достоверно зная о наличии у КГУП «Камчатский Водоканал» задолженности по налогам, сборам, страховым взносам, в том числе возникшей до 30 октября 2019 года, в период с 5 ноября 2019 года по 23 ноября 2021 года, умышленно сокрыл денежные средства организации, проводя расчёты с кредиторами через своих дебиторов, путём подготовки, подписания им лично и направления распорядительных писем о производстве платежей за поставленные ресурсы и оказанные услуги, минуя расчётные счета КГУП «Камчатский Водоканал», непосредственно на расчётные счета кредиторов, исключив таким образом из имущественных источников КГУП «Камчатский Водоканал» денежные средства в размере 10 670 269, 92 рублей, за счёт которых должно быть произведено взыскание части недоимки по налогам, сборам и страховым взносам в размере 113 364 017,63 рублей по состоянию на 2 декабря 2021 года.

Установив данные обстоятельства, суд, не указал в приговоре по каким налогам и сборам имелась недоимка, её размер на момент начала совершения ФИО3 инкриминируемых ему умышленных действий по сокрытию денежных средств предприятия, не привёл сведений по каким требованиям она не исполнена, указав только о наличии такой недоимки, по состоянию на 30 октября 2019 года. При этом, вопреки установленным обстоятельствам, период совершения преступления определён с 5 ноября 2019 года (с учётом периода направления ФИО3 распорядительных писем). 

Так, согласно приговору, первое распорядительное письмо направлено 5 ноября 2019 года в адрес ПК Гаражно-лодочный кооператив «Авача» на сумму 23 750,00 рублей. 

Из исследованных судом письменных доказательств следует, что выставленные налоговым органом требования об уплате налога до 5 ноября 2019 года уплачены в полном объёме до указанной даты, за исключением требования № 81012 от 3 октября 2019 года на сумму 19 044 424,00 рубля со сроком погашения до 22 октября 2019 года. При этом, меры взыскания, предусмотренные ст.47 НК РФ по данному неисполненному требованию, приняты налоговым органом в день направления распорядительного письма – 5 ноября 2019 года (решение о взыскании № 11311 и инкассовое поручение № 23076), а меры, предусмотренные ст.76 НК РФ о приостановлении операций по счетам – 6 ноября 2019 года. 

Исходя из этого из этого судом не приведено мотивов, по которым суд посчитал распорядительное письмо от 5 ноября 2019 года, направленным именно на сокрытие денежных средств. Довод защитников о том, что в этот период счета предприятия не были арестованы судом оставлен без оценки. Сведения об осведомлённости ФИО3 5 ноября 2019 года о принятых налоговым органом мерах взыскания по вышеуказанному требованию в приговоре не приведены. 

Также судом не дан анализ и оценка каждому из инкриминируемых ФИО3 действий. 

Как следует из приговора ФИО3 с целью сокрытия денежных средств помимо указанного выше, подготовлены, подписаны лично и направлены следующие распорядительные письма о производстве платежей минуя расчётные счета КГУП «Камчатский Водоканал» непосредственно на расчётные счета кредиторов: 5 декабря 2019 года на сумму 200 000,00 рублей; 29 января 2020 года сумму 1 342 659,53 рублей; 2 марта 2020 года – 2 письма на суммы 121 689,27 рублей и 44 448,00 рублей; 6 мая 2020 года – 4 письма на суммы 8 000,00 рублей; 63 600,00 рублей; 33 120,00 рублей; 45 040,14 рублей; 13 мая 2020 года – 5 писем на суммы 211 700,68 рублей; 92 498,32 рублей; 28 696,00 рублей; 57 326,04 рублей; 410 954,73 рубля; 5 июня 2020 года – 3 письма на суммы 226 853,62 рубля; 179 644,75 рубля; 114 990,11 рублей; 8 июня 2020 года на сумму 200 000,00 рублей; 18 июня 2020 года на сумму 231 149,35 рублей; 21 июля 2020 года на сумму 150 000,00 рублей; 17 августа 2020 года на сумму 519 000,50 рублей; 19 августа 2020 года на сумму 109 500,24 рублей; 4 декабря 2020 года – 3 письма на суммы 237 498,14 рублей; 234 366,73 рублей; 239 876,21 рублей; 8 декабря 2020 на сумму 200 000,00 рублей; 10 декабря 2020 года – 2 письма на суммы 1 642 922,22 рубля и 308 277,46 рублей; 25 декабря 2020 года – 2 письма на суммы 50 000,00 рублей и 156 000,00 рублей; 30 декабря 2020 года – 2 письма на суммы 202 847,19 рублей и 196 383,47 рубля; 11 февраля 2021 года – 2 письма на суммы 221 668,81 рублей и 200 000,00 рублей; 1 марта 2021 года на сумму 1 245 912,00 рублей; 7 октября 2021 года на сумму 545 000,00 рублей; 14 октября 2021 года на сумму 226 000,00 рублей; 10 ноября 2021 года на сумму 228 896,41 рублей; 23 ноября 2021 года на сумму 60 000,00 рублей.

Ограничившись указанием в приговоре тем, что налоговыми органами в отношении КГУП «Камчатский Водоканал» принимались меры принудительного взыскания задолженности в том числе: в порядке, установленном ст.47 НК РФ приняты решения о взыскании налога, сбора, страховых взносов, пени, штрафа, процентов за счёт имущества налогоплательщика; в порядке, установленном ст.76 НК РФ вынесены решения о приостановлении операций по счетам налогоплательщика (плательщика сбора, налогового агента) в АО «Азиатско-Тихоокеаннский Банк»; АО «Газпромбанк»; ПАО «Камчаткомагропромбанк», суд не привёл в приговоре сведений, о том, что направление ФИО3 всех вышеуказанных распорядительных писем имело место в период принятых мер взыскания и ареста счетов предприятия и не дал надлежащей оценки доводам защиты, о том, что 31 из 39 писем были направлены дебиторам в период отсутствия ареста счетов предприятия. Вывод суда о том, что об умысле ФИО3 на сокрытие денежных средств свидетельствует направление распорядительных писем в период действия запрета (моратория) на блокировку (аресты, ограничения) счетов юридических лиц со стороны ФНС в связи с ковидной ситуацией в стране, противоречит закону, поскольку уголовная ответственность по ст.199.2 УК РФ наступает в случае сокрытия денежных средств от взыскания, то есть тогда, когда эти меры применены.

Не проанализированы судом и даты принятия решений о взыскании, выставлении инкассовых поручений и осведомлённости о них ФИО3 на момент совершения инкриминируемых ему действий, учитывая, что совершение преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ возможно только с прямым умыслом, направленным на избежание взыскания недоимки по налогам, сборам, страховым взносам. Это предполагает необходимость доказать не только наличие у предприятия денежных средств, за счёт которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, сборам, страховым взносам, но и то, что эти средства были намеренно сокрыты с целью уклонения от взыскания недоимки.

Установление вышеуказанных сведений имеет существенное значение для квалификации действий по ст.199.2 УК РФ и определения размера ущерба, с учётом примечания к ст.170.2 УК РФ.

Помимо этого, судом не дана оценка тому, что перечисление денежных средств по договорам цессии не было инкриминировано ФИО3, на что обращено внимание в апелляционной жалобе защитника.

Так согласно предъявленному обвинению ФИО3 в адрес ООО «Камчаттрансфлот» направлено распорядительное письмо от 29 января 2020 года на сумму 1 342 659,53 рубля. При этом из показаний свидетеля ФИО2. следует, что между КГУП «Камчатский Водоканал» и ООО «Камчаттрансфлот» 29 января 2020 года были заключены договоры цессии № № на основании которых последним были перечислены денежные средства на суммы 68 500 и 1 274 159,53 рубля в адрес ООО «Торговый дом Масла и Смазки» и ООО «ПрофМастер». В исследованном в судебном заседании протоколе осмотра предметов, содержатся два письма за подписью ФИО3 в которых он уведомляет генерального директора ООО «Камчаттралфлот» о новом кредиторе. (т.3 л.д.191, 192)

Учитывая, что ФИО3 осуждён за подготовку, подписание лично и направление распорядительных писем, в приговоре не приведено бесспорных доказательств тому, что 21 июля 2020 года им подготовлено, подписано лично и направлено распорядительное письмо на сумму 150 000,00 рублей в адрес АО «Камчатское пиво», учитывая его нахождение в отпуске, о чём указано защитником в жалобе.

Кроме того, в приговоре не приведено доказательств, изучив которые, суд пришёл к выводу о том, что сумма недоимки по состоянию на 2 декабря 2021 года составила 113 364 017,63 рублей, какие-либо расчёты, на основании которых суд указал о наличии данной задолженности по налогам, сборам и страховым взносам судом в приговоре также не приведены. 

При указанных обстоятельствах, выводы суда о том, что ФИО3 достоверно знал о размере недоимки по налогам, сборам, страховым взносам в период инкриминируемого ему преступления и производил расчёты, связанные с финансово-хозяйственным операциями организации, минуя расчётный счёт предприятия, путём направления писем с целью использования расчётных счетов третьих лиц, будучи осведомлённым о том, что в случае перечисления денежных средств на банковские счета КГУП «Камчатский Водоканал» они в бесспорном порядке будут перечислены на уплату налогов, страховых взносов, с целью воспрепятствования принудительному взысканию и сокрытию денежных средств, за счёт которых, в соответствии с законодательством РФ о налогах и сборах должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, не подтверждены приведёнными в приговоре доказательствами.

Являются противоречащими закону и выводы суда, приведённые в опровержение доводов стороны защиты о том, что диспозиция ст.199.2 УК РФ не устанавливает одним из оснований наступления уголовной ответственности причинение ущерба, а также о том, что наличие недоимки в меньшем размере не влияет на квалификацию содеянного. 

В данном случае выводы суда противоречат и содержащимся в п.14, 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 года № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» разъяснениям, согласно которым для определения размера ущерба бюджетной системе, причинённого налоговым преступлением, суд должен устанавливать действительный размер обязательств по уплате налогов, сборов, страховых взносов в соответствии с положениями законодательства о налогах и сборах, учитывать в совокупности все факторы, как увеличивающие, так и уменьшающие размер неуплаченных налогов, сборов и страховых взносов; учитывать вступившие в законную силу решения арбитражных судов, судов общей юрисдикции, постановленные в иных видах судопроизводства, имеющие значение по делу. В целях наиболее полного и всестороннего выяснения всех обстоятельств, связанных с совершением налоговых преступлений, суды могут привлекать к участию в судебном разбирательстве специалистов, а в необходимых случаях назначать соответствующие экспертизы.

Исходя из изложенного, судом фактически оставлено без внимания, что наступление уголовной ответственности возможно в случае, если размер недоимки равен стоимости сокрытого имущества в крупном размере или превышает её. 

При этом судом без должной оценки оставлены предоставленные стороной защиты определения Арбитражного суда Камчатского края, в которых установлены размеры исполненных требований перед налоговым органом в инкриминируемый ФИО3 период совершения противоправных действий. Данные решения не проанализированы судом, равно как и другие предоставленные стороной защиты доказательства, подтверждающие погашение налоговых требований, в том числе, с учётом выделяемых субсидий, размер недоимки не установлен. 

Допущенные нарушения не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, в связи с чем обвинительный приговор на основании ст.38922 УПК РФ подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необоснованным довод стороны защиты о том, что дебиторская задолженность не может являться предметом преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ, учитывая, что по смыслу закона сокрытием является воспрепятствование принудительному взысканию недоимки, то есть умышленное неполучении налогоплательщиком в свою собственность имущества, полагающегося ему в силу различных оснований. Дебиторская задолженность налогоплательщика не должна расходоваться на ведение хозяйственной деятельности, а должна использоваться на погашение недоимки либо на исполнение иных равнозначных обязательств. Нарушение данного требования образует состав преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ.

При новом судебном разбирательстве, суду первой инстанции необходимо исследовать доказательства как стороны обвинения, так и стороны защиты, дать им оценку и принять по делу законное и обоснованное решение. При новом судебном разбирательстве подлежат оценке также доводы защитников, изложенные им в апелляционных жалобах.

На основании изложенного, руководствуясь ст.38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

Приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 12 декабря 2024 года в отношении ФИО3, отменить, уголовное дело в отношении ФИО3, направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционные жалобы защитников – адвокатов Поступинского И.В. и Колесникова Б.В. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции. В случае подачи кассационной жалобы подсудимый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья