Дело № 12- 731/2018

№ 5- 405/2018 Судья Бродский А.А.

Р Е Ш Е Н И Е

Судья Санкт-Петербургского городского суда Русанова Ю.Н., рассмотрев 30 мая 2018 года в открытом судебном заседании в помещении суда, при секретаре Ржанникове С.Ю., административное дело по жалобе на постановление судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 08 мая 2018 года в отношении 

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга от 08 мая 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 900 рублей. 

Защитник ФИО1 – С. обратилась в Санкт- Петербургский городской суд с жалобой в Санкт-Петербургский городской суд, в которой просит постановление судьи Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга от 08 мая 2018 года, отменить, производство по делу прекратить.

В обосновании жалобы указала, что обжалуемое постановление принято с нарушением правил подсудности. Протокол об административном правонарушении составлен неправомочным должностным лицом. Судьей районного суда при вынесении обжалуемого постановления нарушено право на законное и справедливое судебное разбирательство, отсутствие стороны обвинения при рассмотрении дела об административном правонарушении. ФИО1 не предоставили достаточное количество времени для подготовки позиции по делу. Привлечение ФИО1 к административной ответственности представляет собой необоснованное вмешательство в реализацию прав, гарантированных требованиями Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Материалами дела не подтверждается, что действия ФИО1 не носили мирный характер, нарушали права третьих лиц. Также ни чем не подтверждается, что ФИО1 было заявлено законное требование сотрудника полиции, связанное с обеспечением общественного порядка. Сотрудники полиции лишили ФИО1 свободы, отказавшись от составления протокола об административном правонарушении на месте. 

В Санкт-Петербургском городском суде ФИО1, его защитники С. и И. доводы жалобы поддержали в полном объеме. 

Изучив материалы дела, доводы жалобы, выслушав участников процесса, прихожу к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей – влечет наложение административного штрафа в размере от 500 до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обеспечения общественной безопасности.

Указанный Федеральный закон возлагает на полицию и ее сотрудников соответствующие предназначению полиции обязанности и предоставляет обусловленные данными обязанностями права (статьи 12, 13, 27 и 28). Так, в частности часть 1 ст. 13 Закона предоставляет полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей право требовать от граждан и должностных лиц прекращения противоправных действий.

Часть 4 ст. 30 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ устанавливает, что воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, оскорбление сотрудника полиции, оказание ему сопротивления, насилие или угроза применения насилия по отношению к сотруднику полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей либо невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.

Из материалов дела следует и судьей районного суда установлено, что 01 мая 2018 года около 11 часов 20 минут, группа лиц в составе не менее 200 человек (колонна № 3) проводила согласованное в установленном законом порядке публичное мероприятие на тему: «Выражение общественных настроений в сфере градозащиты, экологии, социальной защиты граждан, науки, культуры и образования», двигаясь от дома 1 по Лиговскому пр. г. СПб до дома 5 по Лиговскому пр. г. СПб в сторону Марсово поля СПб.

В то же время, органом исполнительной власти не согласовано проведение 1 мая 2018 года публичного мероприятия на тему: «В поддержку мирной России, добросовестных отношений, взаимовыгодного сотрудничества и культурного обмена со странами Запада, свободы СМИ, информации и переписки», уведомление о проведении которого подавалось организатором Н.

Несмотря на отсутствие согласования, 1 мая 2018 года, около 11 часов 20 минут к колонне № 3 у дома 1 по Лиговскому пр. г. СПб., примкнула группа лиц из 10 человек, которая, в нарушение заявленного регламента, шествуя в период времени с 11 часов 20 минут до 11 часов 50 минут, в составе колонны № 3 по указанному выше маршруту, развернув флаги иностранных государств, проводила публичное мероприятие в виде шествия на тему: «В поддержку мирной России, добросовестных отношений, взаимовыгодного сотрудничества и культурного обмена со странами Запада, свободы СМИ, информации и переписки», проведение которого органом исполнительной власти не согласовано. При этом, указанные лица, в том числе и гр-н ФИО1, демонстрируя флаг Израиля, двигался в составе колонны № 3 от дома 1 до дома 5 по Лиговскому пр. г. Санкт-Петербурга. О том, что демонстрация флагов нарушает цель проведения согласованного публичного мероприятия, были предупреждены уполномоченным представителем согласованного мероприятия неоднократно, но действий своих не прекратили и колонну не покинули.

Поскольку совершаемое группой лиц с использованием флагов, указанное публичное мероприятие проводилось с нарушением требований п. 1 ч. 3 статьи 6 ФЗ-54 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», сотрудник полиции ст. инспектор ОООП УМВД России по Центральному району г. СПб старший лейтенант полиции Р., осуществляющий в соответствии со ст.ст. 2, 12 федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции», обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений посредством громко-усилительной аппаратуры публично уведомил об этом всех лиц, участвующих в данном публичном мероприятии, в том числе и гр. ФИО1 и потребовал прекратить данное публичное мероприятие, проводимое нарушением закона.

Данное требование гр-н ФИО1 проигнорировал, целенаправленно продолжил нарушать требования п. 1 ч. 3 статьи 6 ФЗ-54 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», добровольно участвуя в несогласованном в установленном законом порядке публичном мероприятии в форме шествия, выражая свое мнение и формируя мнение окружающих к данной проблеме.

Своими действиями ФИО1 оказал неповиновение законному требованию сотрудника полиции в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, нарушив требование п. 1 ч. 3 ст. 6 ФЗ-54 «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, и виновность ФИО1 в его совершении подтверждены помимо протокола об административном правонарушении АП № 2635/846 от 01 мая 2018 года, совокупностью доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом ДЛ САП о доставлении лица, совершившего административное правонарушение от 01 мая 2018 года; рапортами и письменными объяснениями сотрудников полиции Р., П., Б.; материалами видеофиксации; графиком работы личного состава взвода № 5; постовой ведомостью; справкой инспектора ОООП УМВД России по Центральному району СПб о проведении видеозаписи и копировании на диск; сообщением Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности Правительства Санкт-Петербурга.

В ходе рассмотрения настоящего дела судьей Петроградского районного суда все имеющиеся в деле доказательства были исследованы в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Исследованные доказательства получили надлежащую правовую оценку судом.

К выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, судья районного суда пришел на основании всесторонне, полно и объективно исследованных доказательств по делу, которые приведены судьей в обжалуемом постановлении, с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для его правильного разрешения. Достоверность и допустимость исследованных доказательств, судьей проверены, им дана надлежащая и мотивированная оценка, которую подвергать сомнению оснований не имеется.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, так как он совершил неповиновение законным требованиям сотрудников полиции в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и общественной безопасности.

При рассмотрении настоящего дела судьей районного суда не были нарушены требования ст. 1.5 КоАП РФ, каких-либо данных, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости судьи, в материалах дела не имеется, принцип презумпции невиновности судьей не нарушен, неустранимых сомнений по делу не усматривается. 

Доводы жалобы об отсутствии доказательств вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, являлись предметом проверки суда первой инстанции. Данный довод правомерно отклонен судом, поскольку он основан на неправильном толковании законодательства РФ.

Протокол об административном правонарушении составлен в отношении ФИО1 уполномоченным должностным лицом, протокол соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в нем отражены, событие административного правонарушения должным образом описано. 

Вопреки доводам заявителя права ФИО1 не нарушены, так ФИО1 при составлении протокола об административном правонарушении права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ разъяснены, о чем свидетельствует собственноручная подпись ФИО1 При этом ФИО1 фактически своими правами воспользовался, собственноручно указал о не согласии с вмененным правонарушением, о чем указал в протоколе. 

При производстве по делу ФИО1 так же в полном объеме воспользовался своими процессуальными правами. При рассмотрении дела судьей районного суда и его пересмотре ФИО1 участвовал, обосновывал свою позицию по делу, заявлял ходатайства, знакомился с материалами дела, воспользовалась помощью защитника. Таким образом, ФИО1 не был лишен возможности реально защищать свои права и законные интересы. Нарушений гарантированных Конституцией РФ и ст. 25.1 КоАП РФ прав, в том числе права на защиту, не усматривается.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, виновность лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Вывод судьи районного суда о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, является правильным, основан на материалах дела и положениях КоАП РФ.

Законность требований сотрудников полиции, предъявленных ФИО1 при осуществлении ими полномочий по охране общественного порядка, в судебном порядке проверена и сомнений не вызывает.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о неправомерности действий сотрудников полиции, в деле не имеется и с жалобой не представлено. 

Административные санкции сопровождались полноценным, независимым и беспристрастным судебным разбирательством, а судебное постановление является мотивированным.

Вопреки доводам жалобы, рапорта и объяснения сотрудников полиции являются последовательными, обстоятельства, в них указанные, согласуются с изложенными в протоколе об административном правонарушении обстоятельствами правонарушения. При этом рапорта сотрудников полиции о выявленном правонарушении содержат необходимые сведения, указывающие на событие данного нарушения, так и на лицо, к нему причастное. Каких-либо сведений, объективно свидетельствующих о заинтересованности сотрудников полиции, составивших рапорта, материалы дела не содержат, а исполнение полицейскими своих служебных обязанностей, включая выявление правонарушений само по себе, не может свидетельствовать об их субъективности в изложении совершенного ФИО1 административного правонарушения. Таким образом, рапорта полицейских отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам ст. 26.2 КоАП РФ.

Кроме того, в материалах дела имеются письменные объяснения вышеназванных сотрудников полиции, которые при их даче были предупреждены об административной ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложных показаний.

В силу ст. 27.1 КоАП РФ в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять предусмотренные КоАП РФ меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

В качестве таких мер, связанных с временным принудительным ограничением свободы, п. 2 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ предусмотрено административное задержание.

Из смысла ч. 1 ст. 27.3 КоАП РФ следует, что возможность применения меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде административного задержания связана, в частности, с необходимостью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, поэтому применение к ФИО1 этой меры не противоречило положениям КоАП РФ.

Ссылка на то, что в судебном заседании не принимал участие прокурор как лицо, обязанное поддерживать государственное обвинение, вследствие чего, по мнению защитника, судом был нарушен принцип состязательности сторон, не может являться основанием для отмены либо изменения постановления суда, поскольку полномочия прокурора в рамках производства по делу об административном правонарушении установлены ч. 1 ст. 25.11 КоАП РФ, поддержание государственного обвинения в указанный перечень не входит.

Вопреки доводу жалобы, при рассмотрении настоящего дела судьей районного суда не нарушены требования подведомственности, поскольку в соответствии с положениями ст. 29.5 ч. 1.2 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 19.3 КоАП РФ рассматриваются по месту выявления административного правонарушения.

Как следует из представленных материалов, выявлено правонарушение было непосредственно в 43 отделе полиции УМВД России по Петроградскому району Санкт-Петербурга.

Утверждение стороны защиты о том, что привлечение ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ является нарушением его права на участие в мирных собраниях, предусмотренного Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, нельзя принять во внимание.

Уведомительный порядок проведения публичного мероприятия, предусмотренный Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ, в целях регулирующего воздействие на отношения, связанные с организацией и проведением мирных собраний, соблюдения баланса частных и публичных интересов и обеспечения гражданам гарантий реализации права заявлять и отстаивать свою позицию по общественно значимым вопросам, ФИО1 не был соблюден.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 13 мая 2014 года № 14-П, согласно которой установление на законодательном уровне обязанности организатора публичного мероприятия заблаговременно подать уведомление о его проведении в уполномоченный орган публичной власти не может рассматриваться как отступление от конституционных основ права на свободу мирных собраний, - напротив, оно направлено на обеспечение в процессе реализации данного права баланса частных и публичных интересов. Это согласуется и со сложившимся в прецедентной практике Европейского Суда по правам человека подходом, согласно которому уведомительный (и даже разрешительный) порядок организации публичного мероприятия обычно не посягает на существо права на свободу собраний (Постановления от 5 декабря 2006 г. по делу "Оя Атаман (Oya Ataman) против Турции", от 18 декабря 2007 г. по делу "Н. Альдемир (Nurettin Aldemir) и другие против Турции", от 7 октября 2008 г. по делу "Мольнар (Molnar) против Венгрии" и от 10 июля 2012 г. по делу "Берладир и другие против России").

Иные доводы жалобы, основанные на субъективной оценке защитника ФИО1, действий последнего и действий сотрудников полиции в ходе административного задержания и доставления в отдел полиции, не могут являться основанием для отмены или изменения постановления суда и расцениваются судом второй инстанции как позиция защиты с целью ухода от ответственности за содеянное. Указанные доводы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судьей районного суда по правилам, установленным в ст. 26.11 КоАП РФ.

Суд первой инстанции, решая вопрос о назначении административного наказания, учел все юридически значимые обстоятельства, конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, на этом основании придя к обоснованному выводу о том, что назначение административного наказания в виде административного штрафа будет отвечать целям и задачам законодательства об административных правонарушениях.

Таким образом, административное наказание ФИО1 назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.5, 4.1 КоАП РФ, с учетом конкретных обстоятельств дела, характера совершенного правонарушения, объектом которого является порядок управления, иных, имеющих значение, обстоятельств, является справедливым.

Нарушений Конституции РФ, Конституции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм КоАП РФ, которые могли бы послужить основанием отмены постановления судьи, по делу не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

Р Е Ш И Л :

Постановление судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 08 мая 2018 года, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ оставить без изменения, жалобу защитника ФИО1 – С. – без удовлетворения.

Судья Русанова Ю.Н.