Дело № 2-54/ 2019 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 июля 2019 года р.п. Исса Пензенской области

Иссинский районный суд Пензенской области

председательствующей судья Мурашова Т.А.,

при секретаре Поляковой Е.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» в к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации, 

установил:

Публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах (ПАО СК «Росгосстрах») обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации, указывая следующее. 21 августа 2018 года произошел страховой случай - повреждение имущества, застрахованного у истца по договору страхования имущества № (страхователь ФИО3) в результате пожара по адресу: 

<

адрес>. В результате страхового события застрахованному имуществу были причинены повреждения. Указанный страховой случай произошел по вине собственника 

<

адрес>, что было установлено в результате осмотра места происшествия. Причиной возникновения пожара послужило воспламенение горючих материалов в результате теплового проявления аварийного режима работы электросети в строении сарая, принадлежащего ответчику. ПАО СК «Росгосстрах» в соответствии с условиями договора страхования было выплачено страховое возмещение в размере 194 529 рублей 72 копейки. Со ссылками на статьи 965, 1064, 210 ГК РФ, ст. 30 ЖК РФ, положения ФЗ «О пожарной безопасности», истец просит взыскать с ответчика ФИО1 194 529 рублей 72 копейки в счет возмещения вреда, причиненного в результате повреждения застрахованного имущества и расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 090 рублей 59 копеек. 

В судебное заседание представитель истца ПАО СК «Росгосстрах» не явился, о времени, месте рассмотрения иска был извещен надлежащим образом, в письменном заявлении просит рассмотреть дело без участия представителя истца.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указывая, что 21 августа 2018 года примерно в десять часов произошел пожар, загорелся его сарай с южной стороны. В сарае содержались овцы и куры. В то время, когда начался пожар, сарай был пустой, было светлое время суток, необходимости освещения в сарае не было. Из дома к сараю шла электропроводка, на которой была лампочка, она располагалось при входе в сарай над дверью с восточной стороны, включалась в розетку из дома. Лампочкой пользовался только в ночное время. В сарае не было ни розеток, ни электропроводки, ни отопительных приборов, плиты. На ночь сарай закрывался на замок, днем сарай был открыт, забором не огорожен. После пожара у него дознаватель брал объяснения, в которых не полностью было все отражено. После пожара он находился в шоковом, стрессовом состоянии, боялся за жизнь и здоровье родных, соседей, за то, что он и соседи могли лишиться имущества. В иске просил отказать, так как его вины в произошедшем пожаре нет.

Определением суда от 24 апреля 2019 года в качестве соответчика по делу привлечена ФИО2 

Определением суда от 01 апреля 2019 года в качестве третьего лица привлечена ФИО3

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом, обратилась с заявлением, в котором исковые требования не признала, просит рассмотреть дело без ее участия.

Представитель ответчика ФИО1 - ФИО4, действующий по доверенности, с заявленными исковыми требованиями не согласился, просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. Не оспаривая факт произошедшего 21 августа 2018 года пожара по адресу: 

<

адрес>, считает, что вина ответчика в данном случае не установлена. Вывод дознавателя о том, что причиной возникновения пожара послужило воспламенение горючих материалов в результате теплового проявления аварийного режима работы электросети в строении сарая носит вероятностный характер, в материалах проверки каких-либо доказательств, подтверждающих указанный вывод не имеется.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5, действующий по доверенности, исковые требования не признал, пояснив следующее. Как произошло возгорание ФИО2 не видела, так как находилось в противоположной стороне квартиры от сарая. В сарай она не выходит. 01 октября 2018 года ФИО2 получила от ПАО СК «Росгосстрах» 233 605 рублей 65 копеек в качестве страхового возмещения, в счет повреждения имущества, в результате произошедшего пожара 21.08.2018 года, поскольку являлась страхователем квартиры №2 и имущества в ней. Над входом в сарай имелась лампочка, которая включалась в розетку, расположенную в квартире. Во время пожара лампочка в розетку не была включена, то есть от электропроводки возгорание не могло произойти. В сарае розеток, электропроводки, легко воспламеняющих предметов, отопительных приборов не было. Вины ФИО2 в произошедшем пожаре нет.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание 01 июля 2019 года не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащем образом, обратилась с письменным заявлением о рассмотрении дела в ее отсутствие. В судебном заседании 24 апреля 2019 год ФИО3 в удовлетворении иска просила отказать, указывая следующее. Она проживает в двухквартирном жилом доме по адресу: 

<

адрес> В соседях проживает ФИО1 с супругой ФИО2 21 августа 2018 года днем она увидела в окне, что горит сарай, на середине крыши было пламя, клубы черного дыма, во все стороны летел шифер. Погода была ветреная, сарай деревянный, огонь распространялся быстро. В сарае ФИО1 держал овец и кур, сено хранил за сараем. Плиты, отопительных приборов в сарае не было. В зимний период, когда на улице было темно, он включал свет при входе в сарай, а в летний период не было в этом необходимости, так как на улице светло. 21 августа 2018 года она не видела, чтобы в сарае у ФИО1 горел свет. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, изучив материалы дела, исследовав и оценив в совокупности все собранные по делу доказательства, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно (пункт 1). 

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (пункт 2). 

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что бремя содержания принадлежащего ему имущества несет собственник, если иное не предусмотрено законом или договором. 

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Согласно ст. 34 Федерального закона от 21.12.1994 года №69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности. 

В соответствии абз. 2 ч. 1 ст. 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества. 

В судебном заседании установлено, что ФИО3 является собственником 

<

адрес> (л.д.14).

ФИО1 является собственником 1/3 доли в праве собственности на квартиру 

<

адрес>. ФИО2 является собственником 2/3 доли в праве собственности на квартиру 

<

адрес> 60 (л.д. 60-61).

19 ноября 2017 года между ФИО3 и ПАО СК «Росгосстрах» был заключен договор добровольного страхования № квартиры 

<

адрес> и домашнего имущества, срок действия договора с 19.11.2017 года по 18.11.2018 год, страховая сумма составляет 514 010 рублей (л.д. 11). 

21 августа 2018 года произошел пожар двухквартирного жилого дома 

<

адрес> и сарая квартиры №1 по данному адресу. В результате пожара застрахованное ФИО3 имущество было повреждено. 

По факту пожара дознавателем ОНД и ПР Лунинского, Иссинского и Мокшанского районов Пензенской области проводилась проверка, по результатам которой, 31 августа 2018 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления. Проведенной проверкой установлено, что очаг пожара был расположен в строении сарая, принадлежащего ФИО1, наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило воспламенение горючих материалов в результате теплового проявления аварийного режима работы электросети в строении сарая (л.д.9-10).

Из протокола осмотра места происшествия - жилого дома, надворных построек по адресу: 

<

адрес>, следует, что надворные постройки 

<

адрес> располагались с западной стороны жилого дома, представляли собой дощатое одноэтажное строение, крыша чердачного типа. На момент осмотра надворные постройки огнем уничтожены полностью с образованием зольного остатка и пожарного мусора. Какие-либо тепло-генерирующие установки на месте надворных построек не обнаружены, предметов эл.технического назначения с аварийными режимами работы не обнаружено. 

В результате данного события имуществу выгодоприобретателя ФИО3 причинен ущерб. 

14 сентября 2018 года ФИО3 обратилась с заявлением в ПАО СК «Росгосстрах» о возмещении ущерба, причиненного ее имуществу в результате пожара, произошедшего 21 августа 2018 года (т.1 л.д. 7). 

Согласно расчету реального ущерба № от 19.09.2018 года, размер ущерба составил 194 529 рублей 72 копейки (л.д. 19, 20). 

По результатам рассмотрения заявления ПАО СК «Росгосстрах» признал пожар от 21 августа 2018 года страховым случаем и осуществил ФИО3 выплату страхового возмещения в размере 194 529 рублей 72 копейки, что подтверждается платежным поручением № от 27.09.2018 года (л.д. 22). 

Страховщик ПАО СК "Росгосстрах" полагает, что имеет право на взыскание выплаченной суммы в размере 194 529 рублей 72 копейки в порядке суброгации с ответчика, поскольку считает, что пожар произошел по вине ФИО1

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 года № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ. 

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Следовательно, для возложения ответственности за причинение вреда на определенное лицо необходимо доказать, что вред причинен именно этим лицом. 

Согласно пункту 2 статьи 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Вина причинителя вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из данной правовой нормы следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С.Т.Х. пояснил, что он работал пожарным в ПЧ-27. 21 августа 2018 года днем во время его дежурства поступил звонок о пожаре в селе Дмитриевка Иссинского района Пензенской области. На месте пожара в 

<

адрес> горел сарай, после чего огонь перекинулся на дом. Полностью сгорел сарай и крыша дома. После пожара на месте сарая никаких остатков приборов, техники, металлических баллонов, газовой плиты не было. Что послужило причиной для возгорания он не знает, предполагает, что рядом с сараем проходила дорога, и кто то мог пройти и бросить, например, окурок.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Н.Г.М.. пояснил, что 21 августа 2018 года около обеда он услышал какие-то звуки, в это время к нему в дом пришла П.Н.З.. и сказала, что горит ФИО1. Он за 10-15 минут до этого зашел домой, ничего не горело. От ФИО1 он живет через дом и его сарай видно. Он посмотрел на сарай и увидел, что с южной стороны сарая горела стена, горел вначале угол у сарая, а потом уже стена, крыша и дальше. Причина пожара ему не известна. С южной стороны забора у ФИО1 нет, там проходит дорога, люди ходят на речку. Электропроводки в сарае у ФИО1 нет. При входе в сарай над дверью висит лампочка. Электропровод идет из дома, где включается в розетку. Вход в сарай был с восточной стороны. Никаких электроприборов, легко воспламеняющих приборов в сарае не было. Летом ФИО1 освещением в сарае не пользовался, так как рано светает. В сарае он держит овец и кур. Ночью они находятся в сарае, а утром он их выпускает на улицу в калду. 

Свидетель П.Н.З. пояснила в судебном заседании, что с ФИО1 она проживает в соседях через проулок. В ее окно видно двор и дом ФИО1 21.08.2018 года примерно до обеда она услышала хлопки, увидела, что горит стена сарая ФИО1 с южной стороны, трещал шифер. Погода была сухая и ветреная. Огонь распространялся быстро. Как начинало гореть, она не видела. В сарае ФИО1 держал овец, кур, хранил зерно. В сарае была лампочка, которая включалась в доме в розетку. Никаких электрических приборов в сарае у ФИО1 не было. Летом ФИО1 электричеством в сарае не пользовался. Территория за сараем у ФИО1 не ограждена, там проходят на речку. 

В судебном заседании по ходатайству ответчика была назначена судебная пожарно - техническая экспертиза, проведение которой поручено ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Мордовия.

Из заключения эксперта №55-Г от 05.06.2019 года следует, что очаг пожара, произошедшего 21 августа 2018 года по адресу: 

<

адрес>, находится в зоне расположения сарая, находящегося в районе южной части западной стены дома. Более точно установить место первоначального возникновения горения не представляется возможным. Возможность возникновения горения в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрооборудования исключается. Наиболее вероятной причиной пожара является возникновение горения в результате воздействия источника открытого огня (л.д. 138-150). 

Полученное заключение суд признает достоверным и убедительным доказательством, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим соответствующее образование, оно обоснованно и мотивировано, в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате них выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, в заключении указаны сведения о предупреждении эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность выводов эксперта. 

Ответчик ФИО1 и представитель ответчика ФИО2 -ФИО5 возражая против иска, указывают, что вины ответчиков в возникновении пожара нет, о чем свидетельствует и заключение судебной экспертизы.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 31 августа 2018 года, где в качестве наиболее вероятной причиной возникновения пожара указано - воспламенение горючих материалов в результате теплового проявления аварийного режима работы электросети в строении сарая. Вместе с тем, данное постановление не содержит однозначных выводов о том, что пожар возник по причине несоблюдения ответчиками правил пожарной безопасности при эксплуатации сарая. 

В тексте постановления указано, что к данному выводу должностное лицо пришло, основываясь на объяснениях очевидцев пожара и результатах осмотра. 

Однако в судебном заседании ответчик ФИО1 объяснения, полученные от него дознавателем в день пожара, в части причин возгорания и места возникновения пожара не подтвердил, пояснив, что после пожара он находился в стрессовом состоянии, боялся за жизнь и здоровье родных и соседей, причина пожара ему не известна, вину в причинении ущерба имуществу ФИО3 не признает. 

Из показаний допрошенные в судебном заседании свидетелей Н.Г.М.., П.Н.З. а также показаний третьего лица ФИО3 следует, что о причинах пожара им ничего не известно, при даче объяснений они находились в шоковом состоянии, были напуганы случившимся. Объяснения П.Н.З.. о месте возгорания, а также объяснения ФИО1 о причине возгорания носят предположительный характер. 

В донесении о пожаре, имеющимся в материале проверки, время ликвидации последствий пожара указано 16 часов 00 минут (л.д.167). 

Из материала проверки следует, что объяснения от указанных лиц, были получены дознавателем в период с 14 часов 05 минут до 15 часов 25 минут, то есть в период ликвидации последствий пожара. 

Принимая во внимание обстоятельства развития пожара, его последствия, отраженные в протоколе осмотра места происшествия, учитывая психологическое и эмоциональное состояние ФИО1, ФИО3, П.Н.З., Н.Г.М. при даче ими объяснений, суд считает указанное объяснение причин неточности в их показаниях является логичным и убедительным. 

В рамках первоначальной проверки дознавателем не приведено никаких иных доказательств, безусловно подтверждающих вину ФИО1 и ФИО2 и наличие причинно-следственной связи между их действиями и наступившими последствиями. 

Кроме того, в ходе проверки возможность возникновения пожара по иным причинам не исследовалась.

Суд, исходя из того, что по смыслу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации постановление об отказе в возбуждении уголовного дела не освобождает стороны от обязанности доказывания и не является обязательным для суда, оценивая данное постановление по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает, что истцом не представлено безусловных доказательств вины ответчиков в возникновении пожара и, как следствие, в причинении материального ущерба. 

Согласно выводам судебной пожарно-технической экспертизы возникновение данного пожара в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрооборудования исключено. Причиной пожара в данном случае могло послужить воспламенение горючих материалов от огнеисточников большой мощности (горящий факел, сверток бумаги и т.п.), либо от источников зажигания в виде спички или зажигалки с применением интенсивного горения - легковоспламеняющихся или горючих жидкостей или промежуточных горючих материалов (бумаги, ткани и т.п.), привнесенных в очаговую зону извне. 

Таким образом, экспертное заключение не содержит данных, позволяющих прийти к выводу о том, что ответчиками были нарушены правила по содержанию сарая либо требования пожарной безопасности, что могло привести к возникновению пожара. 

Наличие очага пожара в зоне расположения сарая, находящегося в районе южной части западной стены дома, при отсутствии бесспорных доказательств, подтверждающих, что пожар произошел ввиду ненадлежащего содержания сарая или невыполнения ответчиками ФИО1 и ФИО2 требований пожарной безопасности, не может является основанием для возложения на них обязанности по возмещению ущерба в порядке суброгации.

При таких обстоятельствах суд полагает, что каких-либо достоверных и убедительных доказательств, подтверждающих нарушение ответчиками ФИО1 и ФИО2 правил пожарной безопасности при эксплуатации сарая, как причины возникновения пожара, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и возникшим ущербом у истца, как ненадлежащим содержанием собственниками своего имущества и возникновением пожара, истцом не представлено, соответственно, отсутствуют условия для применения ответственности в виде взыскания ущерба в порядке статей 15, 965, 1064 ГК РФ.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковые требования публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» к ФИО1, ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Иссинский районный суд в течение месяца со дня приятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 05 июля 2019 года.

Судья Мурашова Т.А.