Дело № 2-1402/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

13 сентября 2017 года город Бугульма

Бугульминский городской суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Летенкова В.Г.,

при секретаре Лариной В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о понуждении к действиям и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с иском к ФИО5 о обязании демонтировать принадлежащие ответчику три камеры видеонаблюдения, направленные на съемку земельного участка и жилого дома истца, одну, установленную на заднем фасаде мансардного этажа жилого дома ответчика и две, установленные под крышей жилого дома ответчика со стороны смежной границы; заменить прозрачное окно коридора жилого дома ответчика, в котором была установлена камера видеонаблюдения, направленная на жилой дом и земельный участок истца, на прозрачное матовое, а также взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>. 

В обосновании иска указав, что ДД.ММ.ГГГГ истец обнаружил, что на заднем фасаде мансардного этажа жилого дома ответчика установлена камера видеонаблюдения. Направленная на земельный участок и жилой дом истца. Позже была обнаружена вторая камера видеонаблюдения, установленная в окне коридора жилого дома ответчика, которая направлена на жилой дом истца, в том числе на окна кухни, земельный участок и подъездной путь в огород Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ истец обнаружил, что ответчик установил под крышей своего жилого дома со стороны смежной границы еще две камеры видеонаблюдения, направленные на частную собственность истца, в частности жилой дом, входную дверь, ворота, калитку, гараж, придомовую территорию, подъездной путь в огород, земельный участок. Считает, что ответчики целенаправленно без разрешения истцов ведут видеонаблюдение за их частной жизнью. Осуществление ответчиком видеоконтроля за истцом. Его семьей. А также его частной собственностью в отсутствии правовой основы и законной цели представляет собой серьезное вмешательство в осуществление прав истца и его семьи на неприкосновенность частной жизни. В результате противоправных действий ответчика истцу причинены нравственные страдания, так как истец вынужден жить, зная, что за ним ведется круглосуточный надзор, что ограничивает его свободу в действиях, находясь на своем участке.

Истец в суд не явился. его представитель ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик ФИО4 и его представитель ФИО7 в судебном заседании иск не признали, пояснили, что еще в мае месяце камеры ппереустановлены, таким образом, что направлены только на земельный участок ФИО4 Данные обстоятельства легко проверить, при осмотре. В компенсации морального вреда также просят отказать. Полученную информацию во время съемок участка ФИО3, ФИО4 никак не использовал. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статье 17 Конституции российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 23 Конституции российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, защиту своей части и доброго имени.

Согласно статьи 24 Конституции российской Федерации сбор, хранение. Использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Гарантируя право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, Конституция Российской Федерации (часть 1 статьи 23) запрещает сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия (статья 24, часть 1) и устанавливает, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2), реализация которой может выражаться в обеспечении их превентивной защиты посредством определения законных оснований собирания, хранения, использования и распространения сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную 

<

данные изъяты>, а также в установлении мер юридической ответственности (статья 71, пункты "в", "о"; статья 72, пункт "б" части 1), в том числе уголовно-правовых санкций за противоправные действия, причиняющие ущерб находящимся под особой защитой Конституции Российской Федерации правам личности.

Исходя из статей 23 (часть 1) и 24 (часть 1) Конституции Российской Федерации, конфиденциальным характером обладает любая информация о частной жизни лица, а потому она, во всяком случае, относится к сведениям ограниченного доступа. Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты> означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера; в понятие "частная жизнь" включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июня 2005 года N 248-О, от 26 января 2010 года N 158-О-О и от 27 мая 2010 года N 644-О-О). Соответственно, лишь само лицо вправе определить, какие именно сведения, имеющие отношение к его частной жизни, должны оставаться в 

<

данные изъяты>, а потому и сбор, хранение, использование и распространение такой информации, не доверенной никому, не допускается без согласия данного лица, как того требует Конституция Российской Федерации.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, предполагается, что реализация другого конституционного права - права каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (статья 29, часть 4, Конституции Российской Федерации) возможна только в порядке, установленном законом, и что федеральный законодатель правомочен определить законные способы получения информации (Постановление от 31 марта 2011 года N 3-П). Следовательно, собирание или распространение информации о частной жизни лица допускается лишь в предусмотренном законом порядке и лишь в отношении тех сведений, которые уже официально кому-либо доверены самим лицом и в законном порядке собраны, хранятся, используются и могут распространяться. Иное приводило бы к произвольному, не основанному на законе вторжению в сферу частной жизни лица, право на неприкосновенность которой гарантируется Конституцией Российской Федерации, сужало бы понятие частной жизни и объем гарантий ее защиты.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> являются нематериальным благом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Судом установлено, что истец проживает в доме. Расположенном по адресу: 

<

адрес> вместе с женой.

На соседнем доме, расположенном по адресу: 

<

адрес> расположены камеры видеонаблюдения, которые направлены непосредственно во внутреннюю часть домовладения дома 

<

адрес>

Истец мотивирует свой иск тем, что установленные ФИО4 видеокамеры позволяют последним вести видеонаблюдение за истцом и членами его семьи и записывать их видеоизображение, собирать и хранить информацию о частной жизни их семьи, о перемещениях членов семьи, посетителях и другую личную информацию о частной жизни их семьи. Указанные камеры работают в круглосуточном режиме, осуществляется видеозапись.

В судебном заседании ответчик и его представитель не отрицали, что в ДД.ММ.ГГГГ на доме ответчика были установлены камеры видеонаблюдения, которые обеспечивают ответчику наблюдение за частью земельного участка и жилого дома ФИО3 Эти материалы, по мнению ФИО4 обеспечивали исполнение решения суда о засыпке бобровым А.Г. выгребной ямы расположенной на земельном участке ФИО3

В ДД.ММ.ГГГГ видеокамеры были переустановлены и с них земельный участок и дом ФИО3 не просматривался.

Допрошенная в качестве свидетеля уполномоченная по правам человека ФИО1 в суде показала, что в ДД.ММ.ГГГГ совместно с участковым уполномоченным ФИО2 с выездом на место было установлено, что с камер расположенных на доме ФИО4 просматривается жилой дом. Садовый участок, часть надворных построек.

ДД.ММ.ГГГГ была произведена повторная проверка, в ходе которой было установлено, что камеры на доме ФИО4 переустановлены и с них не просматриваются ни дом, ни земельный участок ФИО3

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Таким образом, суд считает, что защита гражданских прав ФИО3 произошла допустимым способом, в иске об обязании демонтировать камеры видеонаблюдения следует отказать.

Исковые требования в части замены прозрачного окна удовлетворению не подлежат, так как видеокамера в этом окне демонтирована в ДД.ММ.ГГГГ.

Ссылку истца на нарушение ответчиком свода правил по проектированию и строительству суд считает необоснованной, так как ответчик строительство дома не осуществлял, а приобрел дом по договору купли-продажи.

Вместе с тем, суд считает, что ответчик, по крайней мере, в ДД.ММ.ГГГГ вел наблюдение за двором истца, то есть собирал, хранил и использовал информацию о наблюдении за частной жизнью других лиц.

Указанные действия ответчика дают основания для взыскания с него компенсации морального вреда, при определении его размера суд учитывает, что размещение сведений о частной жизни в широком доступе не размещались. Фотографии и записи использовались в ходе исполнительного производства, возбужденного по решению суда, согласно которому ФИО3 обязан был перенести выгребную яму, от границ земельного участка ФИО4 Информация использовалась среди ограниченного круга лиц судебных исполнителей и понятых.

С учетом изложенного суд определяет сумму компенсации морального вреда в 2000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198, Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части иска отказать

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течении одного месяца в апелляционном порядке через Бугульминский городской суд. 

Судья В.Г. Летенков