Дело № 2-126/2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Далматово Курганской области 26 июня 2019 года

Далматовский районный суд Курганской области в составе: председательствующего судьи Карелина А.В.,

при секретаре Алиевой Г.Ф., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительностисделки, 

Установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, с учетом измененных исковых требований, принятых судом к рассмотрению в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительнымдоговорадаренияквартиры, расположенной по адресу:Адрес Обезличен. В обоснование измененных исковых требований указал, что в январе 2017 г. между ним и ответчиком ФИО2 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Адрес Обезличен. ФИО1 был введен в заблуждение ответчиком. В момент подписания вышеуказанного договора находился в состоянии не способном понимать значение своих действий, не понимал последующие правовые последствия. У истца не было намерения производить отчуждение имущества. Указывает, что фактически передача имущества не производилась, ответчик квартиру по назначению не использует, не несет бремя ее содержания. Просил признать недействительным договор дарения квартиры от 09.01.2017, применить последствия недействительности сделки, передать ему в собственность вышеуказанную квартиру.

Истец ФИО1, представитель истца – ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержали, по основаниям, изложенным в измененном исковом заявлении. ФИО1 дополнительно пояснил, что ответчик ФИО2 является его дочерью. Он проживает по настоящее время в спорной квартире, сам оплачивает коммунальные услуги, требований о выселении к нему никто не предъявляет. ФИО2 много лет проживает на Севере. Не оспаривает, что подпись в договоре дарения его, но текст договора не читал, так как в момент его подписания не понимал что подписывает. Совместно с ответчиком ФИО2 сдавали в МФЦ документы на регистрацию перехода права. О совершенной сделке узнал только в феврале 2019 г. когда получил выписку из ЕГРП.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, обеспечила участие в деле представителя.

Представитель ответчика – ФИО4, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать, применить последствия пропуска срока исковой давности. Дополнительно пояснил, что ФИО2 несет частично бремя содержания квартиры.

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по Курганской области в судебное заседание не явился, согласно представленного отзыва ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Суд в соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены,даренияили инойсделкиоб отчуждении этого имущества.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договорударенияодна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признаетсядарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Из материалов дела следует, что 9 января 2017 г. между ФИО1 (дарителем) и ФИО2. (одаряемой) был заключен договор дарения квартиры, площадью 56,9 кв.м., расположенной по адресу: Адрес Обезличен.

Пунктами 4 и 8 данного договора предусмотрено, что одаряемая указанную квартиру в дар от дарителя принимает, право собственности на квартиру возникает у одаряемой с момента государственной регистрации права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Курганской области.

Из копии дела правоустанавливающих документов следует, что ФИО1 09.01.2017 лично подал заявление о регистрации перехода права собственности на квартиру от него к ФИО2 

Из материалов наследственного дела №*, заведенного после смерти ФИО5, установлено, что на основании договора на передачу в собственность граждан от 04.01.1993 квартира, расположенная адресу: Адрес Обезличен, ранее принадлежала на праве собственности ФИО1 и ФИО5 После смерти 05.05.2016 ФИО5, ее дочь ФИО2 и внучка ФИО6 отказались от наследования причитающихся им долей на наследство, оставшееся после смерти ФИО5 17.11.2016 нотариусом ФИО1 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на 1/2 доли в праве собственности на вышеуказанную квартиру. 

Заявляя измененные исковые требования о признании недействительным договорадаренияквартиры от 09.01.2017, применении последствия недействительностисделки, ФИО1 указывает, что в момент подписания оспариваемого договора находился в состоянии, не способным понимать значение своих действий, не понимал последующие правовые последствия, был введен в заблуждение истцом.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Договор дарения от 09.01.2017 и заявление о регистрации перехода права собственности на квартиру от 09.01.2017 подписаны истцом собственноручно, подпись им в установленном законом порядке не оспаривается. Договор содержит все существенные условия дарения, его содержание является четким и понятным. 

Оспариваемаясделкасовершена, право собственности ФИО2 на спорное жилое помещение зарегистрировано в установленном законом порядке, с которыми закон связывает наступление правовых последствий для сторон.

Из представленных квитанций, пояснений представителя ответчика установлено, что ответчик ФИО2 частично несет бремя оплаты коммунальных услуг. 

В подтверждение заявленных требований истцом суду представлены медицинские документы, подтверждающие факты обращения в медицинские учреждения.

С целью определения состояния ФИО1 на момент заключения оспариваемого договора судом была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГКУ «Шадринский областной психоневрологический диспансер».

Согласно заключению амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 29.05.2019 № 179 у ФИО1 выявляются Данные Изъяты с Данные Изъяты. До, на период и после заключения договора дарения от 09 января 2017 г. ФИО1 обнаруживал признаки Данные Изъяты Данные Изъяты и Данные Изъяты. Однако указанные изменения психики были выражены не резко, не носили психотического характера и не лишали его способности понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора дарения от 09 января 2017 г. 

Поскольку заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 29.05.2019 № 179 соответствует предъявляемым законом требованиям, содержит детальное описание проведенных исследований, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд полагает, что указанное заключение экспертов отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности у суда отсутствуют.

Указанное заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 29.05.2019 № 179 согласуется с иными доказательствами по делу, в частности с медицинскими документами, показаниями свидетеля ФИО7 и не опровергается иными доказательствами по делу.

При этом, судом не могут быть приняты в качестве доказательств психического состояния ФИО1 в момент подписания спорного договора показания допрошенного свидетеляФИО6, поскольку она не наделена специальными познаниями в области психиатрии.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в том числе заключение амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 29.05.2019 № 179, медицинскую карту амбулаторного больного № 42199, представленные истцом медицинские документы, а также объяснения сторон и показания свидетелей, данные в ходе рассмотрения дела, суд считает, что ФИО1 в момент подписания договора дарения от 09.01.2017 понимал значения своих действий и руководил ими, в связи с чем приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным договора дарения от 09 января 2017 г.

Истцом не представлено доказательств того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, нежели предусматривает договор дарения, решение об оспаривании сделки было принято им спустя более двух лет после заключения договора.

Доводы истца о том, что после заключения договора дарения ФИО2 спорной квартирой не пользовалась, а истец продолжает проживать и нести расходы по её содержанию и оплате коммунальных услуг, о заблуждении сторон относительно природы оспариваемой сделки не свидетельствует. Факт не проживания и не пользования ответчиком квартирой также не может свидетельствовать о ненадлежащем исполнении условий договора дарения, так как подобного условия он не содержит.

Доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения относительно природы сделки истцом также не представлено. Доводы о том, что при заключении договора истец рассчитывал на то, что ответчик будет оказывать ему бытовую помощь, относятся к мотивам совершения сделки, тогда как согласно части 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Возраст истца и его физическое состояние сами по себе не свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка дарения совершена ФИО1 под влиянием заблуждения и не понимании последствий совершаемой сделки.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 3 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

В связи с тем, что договор дарения от 09 января 2017, заключенный между ФИО1 и ФИО2, не является недействительной сделкой, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение и передачи квартиры истцу в собственность.

Также самостоятельным основанием для отказа в иске является истечение срока исковой давности, о пропуске которого заявлено представителем ответчика в письменных возражениях.

В силу ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с указанной нормой закона срок исковой давности по оспоримой сделке следует исчислять не с того момента, когда началось исполнение данной сделки, а с того момента, когда истец узнал, что его право нарушено.

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку совершенный сторонами договор является оспоримой сделкой, срок исковой давности в соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию о признании такой сделки недействительной, составляет один год.

Как указывалось выше, оспариваемый истцом договор подписан лично ФИО1 09 января 2017 года. В этот же день указанный договор получен ФИО1 на руки, о чем свидетельствует его подпись на нем, и сдан им лично для государственной регистрации перехода права.

Действуя разумно и добросовестно, о предполагаемом нарушении своего права ФИО1 должен был узнать не позднее даты заключения договора. В связи с чем ссылка истца на то, что о нарушении своих прав он узнал лишь 15 февраля 2019 г. после получения выписки из ЕГРН противоречит обстоятельствам дела, свидетельствует о злоупотреблении истцом своим правом.

Ходатайство о восстановлении срока исковой давности истцом в ходе рассмотрения дела не заявлено. 

Таким образом, учитывая, что исковое заявление ФИО1 направлено в суд почтовой связью лишь 28 февраля 2019 года, то есть по истечении года с момента заключения оспариваемой сделки, суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям. 

С учетом установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, а также в связи с тем, что суд пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

В связи с отказом в иске понесенные ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины за подачу иска взысканию с ответчика в пользу истца не подлежат (ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договор дарения квартиры от 09 января 2017 г., применении последствий недействительности сделки, передачи в собственность квартиры отказать.

По вступлении решения суда в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые по определению Далматовского районного суда Курганской области от 06 марта 2019 года, в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий в отношении квартиры, расположенной по адресу: Адрес Обезличен.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение 1 месяца путем принесения апелляционной жалобы через Далматовский районный суд.

Судья А.В. Карелин