Дело № 2-4548/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 14 ноября 2018 года

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Плотниковой Л.В.

с участием прокурора Кирюшина К.А.

при секретаре Мухиной М.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковыми требованиями к АО «Челябинский эоектрометаллургический комбинат» (далее - АО «ЧЭМК») о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 300 000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что с 22 июля 1960 года по 01 апреля 1996 года состоял в трудовых отношениях с АО «ЧЭМК». 20 июля 1990 года ему был установлен диагноз профессионального заболевания – ***. Актом о случае профессионального заболевания от 14 августа 1990 года установлено, что причинами данного заболевания послужило длительное воздействие вредных производственных факторов. Согласно справке МСЭ ему установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности. В результате полученного профессионального заболевания испытывает нравственные и физические страдания. Физические страдания выражаются в постоянных загрудных болях, кашле, повышенной потливости, быстрой утомляемости. Нравственные страдания выражаются в страхе за свою жизнь, переживает из-за невозможности вести прежний образ жизни (приходится ограничивать физические нагрузки, сводить их минимуму, не может выполнять привычную работу, недоступны активные виды досуга), страдает от недосыпания, потому что несколько раз за ночь просыпается от удушья и кашля, переживает за необходимость постоянно пользоваться ингаляторами для восстановления дыхания, а так же боится не перенести сердечный приступ.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по устному ходатайству ФИО2 поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в иске. 

Представитель ответчика АО «ЧЭМК» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на халатное отношение истца к своему здоровью, поскольку сознательно продолжал работать во вредных условиях труда после назначения досрочной пенсии и установления профессионального заболевания; с учетом требований разумности и справедливости полагала необходимым снизить размер компенсации. 

Заслушав объяснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Согласно ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено и подтверждается копиями справки № 11752/2 Областного центра профессиональной патологии ГБУЗ «Областная клиническая больница № 3» от 11 июля 2018 года, справки серии МСЭ-2011 № 0031243 Филиала №1 3 ФГУ «ГБ МСЭ по Челябинской области», трудовой книжки от 21 июля 1960 года,

что ФИО1 работал на АО «ЧЭМК» в ферросплавном цехе № 6 плавильщиком с 22 июля 1960 года по 1 ноября 1962 года; с 10 декабря 1965 года по 20 января 1981 года; в плавильном цехе № 6 ферросплавного производства огнеупорщиком – с 21 января 1982 года по 03 мая 1987 года; в том же цехе газовщик закрытых ферросплавных печей 4 разряда – с 04 мая 1987 года по 01 апреля 1996 года.

27 июля 1990 года ФИО1 установлен диагноз профессионального заболевания – ***.

На основании акта расследования профессионального заболевания (отравления) от 14 августа 1990 г. судом установлено, что стаж работы ФИО1 в данной профессии – 15 лет 3 месяца.

По заключению комиссии заболевание является профессиональным и возникло в результате неэффективной работы существующей вентиляционной системы. Непосредственной причиной заболевания послужила запыленность воздушной среды на рабочем месте. Вины работника не установлено.

Поскольку производство в ферросплавном, плавильном цехе № 6 АО «ЧЭМК» связано с повышенной опасностью для окружающих и является источником повышенной опасности; исходя из выводов, изложенных в акте расследования профессионального заболевания (отравления) от 14 августа 1990 г., возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, соответственно, обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины последнего. 

Из справки Бюро МСЭ № 13 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» № 0031243, программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, ответа ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» на запрос суда следует,

что впервые ФИО1 было установлено 05 сентября 1990 года 25% утраты профессиональной трудоспособности до 1998 год; с 1998 года до 2002 года - 20% утраты профессиональной трудоспособности; с 2002 года по 2011 год – 10 % утраты профессиональной трудоспособности. 

По результатам освидетельствования 31 августа 2011 года в Бюро МСЭ № 13 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» ФИО1 установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности по последствиям профессионального заболевания (***) бессрочно. 

Доводы представителя ответчика АО «ЧЭМК» о том, что истец был осведомлен о вредных условиях труда, но продолжал работать, пренебрегая последствиями, которые могут отразиться на состоянии его здоровья, суд находит несостоятельными, поскольку, истец реализовывал конституционное право на труд, при этом законодательством – ранее действующим КЗоТ РСФСР (ст. 139) и ныне действующим ТК РФ (ст. 212) - обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя, вины работника в возникновении профессионального заболевания не имеется. 

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Объяснениями истца, медицинской документацией подтверждается, что в результате полученного профессионального заболевания он вынужден постоянно принимать лекарственные препараты, 2-3 раза в день пользоваться ингалятором, не может выполнять физическую работу в саду и дома, так как при нагрузке сразу начинается отдышка, кашель, испытывает трудности при подъеме на 3 этаж без лифта, неудобство – при использовании ингалятора страх за свою жизнь - боится умереть от удушья или остановки сердца.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов нравственных и физических страданий, связанных с развитием у него профессионального заболевания, которое нарушает личные неимущественные права истца. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличие профессионального заболевания, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий; продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в АО «ЧЭМК», период, истекший с момента установления профессионального заболевания, продолжение истцом трудовой деятельности до 01 апреля 1996 года, возраст истца и степень утраты им профессиональной трудоспособности - 20%, невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, а также требования разумности и справедливости, и считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 130 000 руб. и взыскать ее с ответчика, в остальной части отказать. 

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взыскать с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 130 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в остальной части отказать.

Взыскать с АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий Л.В. Плотникова