Дело № 2-1108/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

14 сентября 2017 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Улыбиной Н.А., 

при секретаре Васильевой Н.Э., 

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО7 В.Г., ответчика ФИО7 Н.Н., представителя ответчика ФИО1 - ФИО7 Н.Н., действующей по доверенности 47 БА 2408535 от 07.09.2017 г., сроком действия три года,

гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1, ФИО3, ФИО4 о солидарном взыскании причиненного ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО7 В.Г. обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО3, ФИО7 Н.Н., просит взыскать с ответчиков солидарно в счет возмещения причиненного ущерба 72 000 руб., а также денежные средства в размере 40 000 рублей, которые он мог бы получить за проживание до весны 2015 года в будущей бытовке бригады монтажников в связи с ремонта дачного домика, компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей и судебных расходов. 

В обоснование требований истец указывает, что 1 мая 2014 в присутствии сотрудника полиции обнаружил в принадлежащем ему дачном доме по адресу: 

<

адрес> свои личные вещи, нахождение которых там ранее отрицала ответчик ФИО7 Н.Н. Он предложил бывшей супруге ФИО7 Н.Н. пользоваться частью комнаты в указанном дачном доме, где также вынужден проживать. При этом, сообщил ей о своем намерении построить рядом на земельном участке новый домик, для ремонта этого отсыревшего дома. Однако, ФИО7 Н.Н. отказалась находиться в указанном доме, откуда 1 и 2 мая 2014 она вывезла свои личные вещи к ФИО3 и садовый инвентарь к ФИО1 

По договоренности с ним бригада монтажников с 20 июня 2014 года должна была начать завозить материалы для строительства на участке у дачного дома утепленной бытовки, начальную оплату за работу которых обеспечивал ФИО5, а строители готовы были жить в этой бытовке с конца июля 2014 года за плату. Однако, убыв в г.Санкт-Петербург 15 июня 2014 года, он смог возвратиться только 5 июля 2014 года и совместно с сотрудником полиции в присутствии ФИО6 обнаружил замененные замки калитки и входа во двор дома № и альтернативный вход в дом через крытый двор, где находился сломанный замок калитки входа на участок, замененные замки альтернативного входа в дом через сарай, из которого исчезли сумочки с деньгами в размере 70 000 рублей, принадлежащими ФИО6 В связи с чем, с августа 2014 ФИО5 вынужден находиться в вагончике для инструментальной мастерской, ожидая возврата денег, нужных и необходимых ему для ремонта квартиры истца в г.Санкт-Петербурге, а ему приходилось обеспечить его проживание, на что было потрачено 72 000 рублей. Полагает, что денежные средства ФИО5, в размере 70000 рублей, предназначенные на монтаж бытовки, были незаконно изъяты ответчиками.

Кроме того, как указывает истец, из садового дома пропали газовая плита и его личная переписка. При этом, в подвале дома были обнаружены спрятанные две коробки принадлежащего ему нового оборудования для обустройства бытовки, в целях последующего его выноса, так как внутрикомнатный крепеж окон дома оставлен изнутри незакрепленным, работы по возведению которой с 21 июня 2014 года он не смог начать из-за созданных ответчиками препятствий по доступу к деньгам по оплате работ монтажников и оборудованию для выполнения работ.

Ссылается, что по вине ответчиков он не смог получить доходы от сдачи помещения в бытовке для проживания, необходимых для ремонта отсыревшего дома, где сам также вынужден проживать, застудил ноги в первую же зиму и более трех лет занимался их лечением. 

При этом, неправомерными действиями ответчиков ему нанесены нравственные переживания, выразившиеся в срыве работ по монтажу с 21 июня 2014 года утепленной бытовки, так как своего сына истец намеревался принимать во время его приездов из г.Санкт-Петербурга в утепленной бытовке, а не в холодном продуваемом доме; причинен реальный ущерб в сумме 72 000 рублей, а также упущенная выгода, планируемая за счет доходов от проживания в одном из помещений бытовки бригады монтажников на возмездной основе, в размере 40 000 рублей, моральный вред в виде физических страданий и нравственных переживаний оценивает в 60 000 рублей, поскольку ему незаконно и самоуправно ответчиками были созданы препятствия доступа к личным вещам и оборудованию, необходимому для работ монтажников, он вынужден проживать в г.Санкт-Петербурге со своим госпитализированным малолетним сыном. Считает, действия ответчиков неправомерными, нарушающими неприкосновенность временного жилища истца. 

Истец ФИО7 В.Г. в судебном заседании поддержал доводы иска, просил требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО7 Н.Н. в судебном заседании исковые требования не признала, полагая их необоснованными, просила в иске отказать, указав, что является собственником 

<

данные изъяты> доли в праве собственности на земельный участок и расположенный на нем садовый дом, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. Бывший супруг ФИО7 В.Г. также является долевым собственником указанного домовладения. Пояснила, что истец длительное время не проявлял интерес к дачному строению, не занимался его содержанием. Однако, 01 мая 2014 года ФИО7 В.Г. самоуправно вселился в указанный садовый дом, сбил замки на входных дверях, поменял на новые и стал там проживать. 01 мая 2014 года она в присутствии ФИО1 и его супруги, приезжала в дом, однако, ФИО7 В.Г. её не пускал, заперев двери. В присутствии сотрудника полиции она забрала продукты, находящиеся в доме, консервы и отвезла их ФИО3 на хранение. ФИО7 В.Г. продолжал проживать в доме один. Только в июне 2014 года она вновь приезжала в дом за документами. Являясь собственником строения, от которого у неё не было ключей, в присутствии ФИО1 она вскрыла замки, вошла в дом и, не увидев в комнате на месте своих вещей, покинула его, повесив новые замки на двери и калитку. Никаких вещей, денежных средств и оборудования, принадлежащего ФИО7 В.Г., она не брала. Полагала, что являясь долевым собственником земельного участка и садового дома, обладает правом беспрепятственного доступа на территорию домовладения. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте заседания суда надлежащим образом. В судебном заседании 30 августа 2017 года иск не признал, указав, что в июне 2014 года ФИО7 Н.Н. обратилась в нему с просьбой его присутствия при посещении ею садового дома 

<

адрес>. Они вместе вошли в дом, на дальше порога он не заходил, никаких вещей, денежных средств и оборудования из дома не выносил. Ему ничего не известно о пропавших деньгах и оборудования, принадлежащего ФИО7 В.Г. 

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО4, выступая по доверенности, исковые требования не признала и просила в их удовлетворении отказать, ссылаясь на отсутствие доказательств причастности ФИО1 к хищению денежных средств и иного имущества ФИО7 В.Г. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте заседания суда надлежащим образом. В судебном заседании 30 августа 2017 года иск не признал, указав, что не посещал садовый дом, принадлежащий ФИО7 В.Г., не брал денежных средств и иного имущества. Просил в иске отказать, указав, что ему неизвестно кто, когда и каким образом взломал замки на дверях указанного дома. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, обозрев отказные материалы ОМВД по Кингнисеппскому району Ленинградской области КУСП № 3945 от 18.06.2014 года, входящий № 854 от 08.04.2016 года, КУСП № 4468 от 05.07.2014 года, допросив свидетеля, суд находит иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В тоже время лицо, бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно статье 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

На основании статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В этой связи суд отмечает, что согласуясь с закрепленными в статьях 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в пункте 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, части 1 статьи 19, части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в статье 9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципе диспозитивности, приведенные выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (часть 2 статьи 57, статьи 62, 64, часть 2 статьи 68, часть 3 статьи 79, часть 2 статьи 195, часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2010 года N 478-О-О указано, что норма части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Обязанность по доказыванию приведенных обстоятельств возложена процессуальным законом (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) на заинтересованное лицо, обратившееся в суд за защитой права.

По смыслу приведенных норм, в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования. Решение об удовлетворении заявленных требований может быть принято судом в случае наличия достаточных, относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих обоснованность заявленных требований.

В частности, применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков, возможно, если доказаны в совокупности следующие условия: противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между такими действиями и возникшими убытками, наличие понесенных убытков и их размер. Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

Одним из обязательных условий возмещения морального вреда также является противоправность действий лица, причинившего вреда (наряду с виной, наступлением ущерба и причинно-следственной связью). Следовательно, юридически значимым обстоятельством при решении вопроса о взыскании компенсации морального вреда является противоправность действий лица, причинившего вред. Возмещение вреда без доказательств о противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда, виновности причинителя вреда, действующим законодательством не предусмотрено.

Таким образом, из системного анализа приведенных правовых норм следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет только обязанность по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении, если законом не предусмотрена ответственность без вины.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что ФИО7 В.Г. ранее состоял в браке с ФИО7 Н.Н.. В августе 1994 года, находясь в браке и ведя совместное хозяйство, они приобрели в 

<

адрес> садовый дом № с земельным участком. 

На основании решения Кингисеппского городского суда от 10 декабря 2014 года по делу № 2-1040/2014 года с учетом определения судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского областного суда от 12 февраля 2015 года, ФИО7 В.Г. и ФИО7 Н.Н. как бывшие супруги являются собственниками по 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, местоположение: 

<

адрес>, из земель сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 2 000 кв.м. и расположенного на нем жилого дома №, общей площадью 37,8 кв.м. состоящего из комнаты площадью 9,4 кв.м., комнаты площадью 11,9 кв.м., кухни площадью 16,5 кв.м. (лит.А), сеней площадью 6,1 кв.м. и 5,1 кв.м. (лит. а), веранды 9,3 кв.м. (лит. а1), веранды площадью 8,5 кв.м. (лит. а2) и надворных построек: сарая, площадь по наружному обмеру 16,4 кв.м (лит Г), двора, площадь по наружному обмеру 37,5 кв.м. (лит. Г2), бани, площадь по наружному обмеру 16,5 кв.м. (лит. Г5), навеса, площадь по наружному обмеру 9,7 кв.м (лит. Г1), навеса, площадь по наружному обмеру 11,3 кв.м. (лит. Г3) (л.д. 30, 16-19, 20-24 материал проверки КУСП).

Как указывает истец, в период с 15 июня по 05 июля 2014 года проникновение ответчиков в принадлежащее ему домовладение 

<

адрес>, привело к пропаже денежных средств в размере 70 000 рублей, принадлежащих ФИО6 В связи с чем, с августа 2014 года ФИО5 вынужден проживать у ФИО7 В.Г. по указанному адресу домовладения в вагончике для инструментальной мастерской, ожидая возврата ему денег, в связи с чем, ФИО7 В.Г. приходится нести расходы по обеспечению проживания ФИО6, убытки согласно представленного им расчета составили 72 000 рублей (л.д. 7). 

Кроме того, в результате неправомерных действий ответчиков, связанных с проникновением в садовый дом 

<

адрес>, ФИО7 В.Г. был причинен ущерб в виде упущенной выгоды в размере 40 000 рублей, поскольку он планировал получить доход от проживания в одном из помещений бытовки, строительство которой им было запланировано на принадлежащем земельном участке с 20 июня 2014 года, бригады монтажников на возмездной основе. Однако, в результате пропажи денежных средств и обнаружения в подвале дома принадлежащего ему нового оборудования для обустройства бытовки, сложенного в две коробки и приготовленного для последующего выноса, он не смог к 21 июня 2014 года обеспечить начало строительных работ из-за созданных ответчиками препятствий к доступу к деньгам по оплате работ монтажников и оборудованию для выполнения работ.

Между тем, в ходе рассмотрения настоящего дела ФИО7 В.Г. в нарушение ст. 56 ГПК РФ, в условиях состязательности и равноправия сторон не было представлено суду относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих об обоснованности заявленных требований.

Как следует из постановления от отказе в возбуждении уголовного дела от 12 апреля 2016 года по материалу КУСП №854 от 08.04.2016 года (КУСП № 3945 от 18 июня 2014 года) ОМВД Кингисеппского района Ленинградской области начиная с 01 мая по 18 июня 2014 года каждый из бывших супругов ФИО7, в отсутствие другого супруга, приезжали в 

<

адрес>, и действуя в соответствии со ст. 34 Семейного кодекса РФ, проходили на садовый участок и проникали в садовый дом. 18 июня 2014 года ФИО7 В.Г., приехав к вышеуказанному садовому дому, обнаружил, что навесной замок на входной калитки огораживающего участок забора, отсутствует, в связи с чем, он обратился в полицию. В ходе проверки материала КУСП, было установлено, что ФИО7 Н.Н. в один из дней в период с 16 по 18 июня 2014 года приезжала на дачный участок, при этом, сорвала замок, находящийся на входной калитке. В действия ФИО7 Н.Н. состава преступления, предусмотренного ст. 158, 167 и 330 УК РФ сотрудниками ОМВД Кингисеппского района Ленинградской области установлено не было (л.д. 1 материал проверки КУСП).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля 

<

данные изъяты> пояснил, что по просьбе ФИО2 с 2014 года проживает в вагончике, расположенном на территории земельного участка по адресу 

<

адрес> В июне 2014 года уехал вместе с ФИО7 В.Г. в г.Санкт-Петербург. Затем вернулся посмотреть посадки, но не смог открыть калитку, огораживающую земельный участок, поскольку замок был поменян. На другой день, когда они вместе с ФИО7 В.Г. приехали в деревню, они не обнаружили инструментов и принадлежащих ему денежных средств в сарае. Оборудование было впоследствии найдено ими в подвале дома. Принадлежащих ему денежных средств не нашли, деньги ему возвращены не были. 

В ходе судебного заседания ответчик ФИО7 Н.Н. подтвердила факт своего посещения в июне 2014 года дачного дома 

<

адрес> и замену замков на калитке и входной двери жилого дома в виду невозможности попадания в указанный дом. Однако, категорично возражала против присвоения каких-либо денежных средств, а также иного имущества, принадлежащего ФИО7 В.Г., находившегося в доме или надворных постройках. Полагала свои действия в отношении домовладения находящимися в правовом поле как долевого собственника указанного недвижимого имущества. 

Ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Проанализировав приведенные правовые нормы, регулирующие спорные отношения сторон, оценив представленные доказательства в их совокупности применительно к установленным обстоятельствам дела и бремени их доказывания, суд приходит к выводу, что истцом не было представлено доказательств, подтверждающих факт причинения ему убытков в виде расходов на проживание 

<

данные изъяты> в сумме 72 000 рублей, упущенной выгоды в размере 40 000 рублей и морального вреда в результате противоправных виновных действий ответчиков, нарушающих его права и законные интересы, а также причинно-следственную связь между поведением ответчиков и наступившими для истца неблагоприятными последствиями. 

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.56, 67, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО1, ФИО3, ФИО4 о солидарном взыскании причиненного ущерба, упущенной выгоды, компенсации морального вреда - отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд.

Судья Улыбина Н.А.