Дело №2-1-90/2026(№ 2-1-1653/2025)

УИД 57RS0012-01-2025-002883-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 марта 2026 г. г. Ливны Орловской области

Ливенский районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Юдиной О.А.,

при секретаре Б,

с участием истца ФИО1, представителей ответчика – Б, С, помощника прокурора Ливенской межрайонной прокуратуры – Прохоровой В.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ливенского районного суда Орловской области гражданское дело по иску ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах ФИО2 к бюджетному учреждению здравоохранения Орловской области "Научно-клинический многопрофильный центр медицинской помощи матери и детям имени З.И. Круглой» о взыскании компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО1, действующий в своих интересах и интересах ФИО3 обратился в Ливенский районный суд с иском к БУЗ ОО «НКМЦ им. З.И. Круглой» о возмещении морального вреда и вреда здоровью, в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его дочь Б, которой при жизни была ненадлежащим образом оказана медицинская помощь ответчиком.

Согласно заключению эксперта Следственного комитета Российской Федерации Федерального государственного казенного учреждения «Судебно-экспертного центра Следственного комитета Российской Федерации» № от ДД.ММ.ГГГГ смерть его дочери наступила в результате имевшихся у нее тяжелых заболеваний, от которых она страдала при жизни и до самой её смерти, а именно, от 

<

данные изъяты>

При проведении данного экспертного исследования экспертами были выявлены недостатки оказания медицинской помощи медицинскими работниками БУЗ ОО «Научно-клинический многопрофильный центр медицинской помощи матерям и детям им. З.И. Круглой», которые заключались в следующем:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В результате этих недостатков в лечении и реабилитации его ребенка-инвалида она испытывала ежедневные страдания от её хронических заболеваний, а также оказалась лишенной по вине ответчика возможности на улучшение состояния её здоровья, на снижение отрицательных последствий от имеющихся заболеваний и улучшение её бытовой и социальной реабилитации.

Они, как её близкие родственники, сопереживали страданиям, на протяжении всех этих продолжительных лет её болезни.

Причиненный моральный вред оценивают в 1 000 000 рублей по 500000 рублей каждому.

Кроме того, в результате пережитых лично истцом страданий, моральных и нравственных переживаний от тяжелого состояния его дочери, которое не было облегчено и ухудшилось в связи с неполучением положенной ей медицинской помощи, с учетом вышеизложенного, пострадало и состояние здоровья истца ФИО1.

В период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год у него осложнилось приобретенное при жизни его дочери основное заболевание стенокардия напряжения 

<

данные изъяты> чем, вместе с причиненными ему страданиями и переживаниями от состояния его дочери по вине ответчика, был причинен еще и вред его здоровью, а также моральные и нравственные страдания от ухудшения состояния и его здоровья, вызванные симптомами и осложнениями, обретенными в связи с этим и диагностированных у него стенокардии и гипертонической болезни.

Причиненный вред его здоровью в результате диагностированных у него заболеваний и осложнений, опасных для его жизни, которые лишили его возможности полноценно трудиться, зарабатывать себе на жизнь, а также постоянно требующих приема дорогостоящих медицинских лекарственных препаратов и лечения, он оценивает в 1 000 000 рублей.

Моральный вред за причиненный вред его здоровью он оценивает в 500 000 рублей.

Просит взыскать с БУЗ ОО «НКМЦ им З.И. Круглой» возмещение причиненного ему и его сыну ФИО3 морального вреда в результате неоказания медицинской помощи ребенку- инвалиду Б 1 000 000 рублей, то есть по 500 000 рублей каждому, в счет возмещения причиненного вреда его здоровью в размере 1 000 000 рублей, возмещение причинённого ему морального вреда от ухудшения состояния его здоровья в размере 500 000 рублей. Настаивал на взыскании вышеуказанного морального вреда именно с БУЗ ОО «НКМЦ им З.И. Круглой», претензий к БУЗ ОО «Ливенская ЦРБ» не имеет.

ДД.ММ.ГГГГ определением Ливенского районного суда Орловской области в качестве третьего лица привлечена ФИО4

ДД.ММ.ГГГГ протокольным определением Ливенского районного суда Орловской области в качестве третьего лица привлечено БУЗ ОО «Ливенская ЦРБ».

ДД.ММ.ГГГГ протокольным определением Ливенского районного суда Орловской области в качестве третьего лица привлечен Департамент здравоохранения по Орловской области.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, указав, что действиями врачей из-за ненадлежащего оказания медицинской помощи его дочери ФИО1, ему и его сыну ФИО3 причинены моральные и нравственные страдания, что влечет взыскание компенсации морального вреда в его пользу и в пользу ФИО3 по 500000 рублей каждому. Кроме того, у него ухудшилось состояние здоровья, причинен вред здоровью, в связи с вышеизложенными обстоятельствами, указанными в исковом заявлении, за что он просит взыскать с ответчика 1000000 рублей, а также взыскать моральный вред за ухудшение состояния его здоровью 500000 рублей.

Представители ответчика по доверенности ФИО5, ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признали, указав, что в период прохождения лечения дочери истца ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения медицинская помощь была оказана качественно и в полном объеме, представили письменные пояснения.

Представители третьих лиц БУЗ ООО «Ливенская ЦРБ», Департамента здравоохранения, третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом.

Выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав предоставленные доказательства, обозрев материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 7, 20, 41 Конституции Российской Федерации право каждого человека на жизнь является главенствующим среди основных прав и свобод человека и гражданина, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения. Это подтверждается и положением пункта 1 статьи 150 ГК РФ, в котором жизнь и здоровье включены в перечень благ, принадлежащих гражданину от рождения.

В статье 8 ГК РФ причинение вреда другому лицу названо как одно из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей. Обязательства вследствие причинения вреда являются одним из видов внедоговорных (деликтных) обязательств, которые возникают между лицами, не состоявшими в договорных отношениях.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Условиями ответственности за причинение вреда являются: противоправность поведения, наступления вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившим вредом, доказанность размера причиненного убытка.

Право на охрану здоровья относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ), согласно которому, здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2).

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ).

Согласно ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ основными принципами охраны здоровья являются, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. п. 1, 2, 5 - 7 ст. 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение; медицинское вмешательство - выполняемые медицинским работником и иным работником, имеющим право на осуществление медицинской деятельности, по отношению к пациенту, затрагивающие физическое или психическое состояние человека и имеющие профилактическую, исследовательскую, диагностическую, лечебную, реабилитационную направленность, виды медицинских обследований и (или) медицинских манипуляций, а также прерывание беременности; диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий; лечение- комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациентов, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п. п. 3, 4, 5, 7, 8, 9 ст. 2 Федерального закона).

В соответствии с пунктами 2, 4, 5 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям: облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами; получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья.

В соответствии со ст. ст. 37, 64, 79, 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утвержденными уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Под качеством медицинской помощи в соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В силу п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ст. 73 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работника и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Аналогичные положения содержатся в ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ, в соответствии с которыми медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ст. 1068 ГК РФ).

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными Главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Таким образом, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, к которым относится также право на охрану здоровья. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, а равно и по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Согласно абзацам второму и третьему п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1) при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Аналогичные разъяснения даны Верховным Судом Российской Федерации в п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33), согласно которому, требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести их состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Согласно п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч.ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из смысла вышеприведенных положений норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что, разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 3 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, родителями Б являются ФИО1 и ФИО7.

Родителями ФИО3 являются ФИО1 и ФИО7 (свидетельство о рождении №).

Б умерла ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о смерти №).

Из заключения эксперта № по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ на которое ссылается истец, заявляя исковые требования, следует, что экспертной комиссией при анализе медицинской документации на имя ребенка-инвалида Б выявлены недостатки оказания медицинской помощи медицинскими работниками БУЗОО «Научно-клинический многопрофильный центр медицинской помощи матерям и детям им. З.И. Круглой» и БУЗ Орловской области «Ливенская центральная районная больница», которые заключались в следующем:

- 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Прямая причинно-следственная связь - это такая связь явлений, при которой одно явление закономерно порождает другое, при этом причина должна быть достаточной, а сама связь однозначной. Следствие всегда следует за причиной.

В данном экспертном случае, смерть Б находится в прямой причинно- следственной связи только с имеющимися у нее тяжелыми заболеваниями, 

<

данные изъяты>

Выявленные недостатки оказания медицинской помощи не оказали влияние на прогрессирование этих процессов и не привели к летальному исходу.

В соответствии с действующими Методическими рекомендациями ФГБУ «Российского центра судебно-медицинской экспертизы (Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи), при отсутствии причинной (прямой) связи недостатка оказания медицинской помощи с наступившим неблагоприятным исходом степень тяжести вреда причиненного здоровью человека действием (бездействием) медицинского работника не устанавливается.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с основным диагнозом: 

<

данные изъяты>

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ БУЗ ОО «Орловская областная клиническая больница», ФИО1 проходил лечение в стационаре в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по основному заболеванию 

<

данные изъяты>, ремиссия. Выписан с улучшением.

Как видно из выписки из протокола вскрытия № Да от ДД.ММ.ГГГГ Б, ДД.ММ.ГГГГ года рождения страдала 

<

данные изъяты>. Смерть наступила дома от 

<

данные изъяты>

Так, согласно выписке из истории болезни №, Б поступила в институт Мозга Человека РАН с диагнозом: 

<

данные изъяты>.

<

данные изъяты>

Из выписной справки № ГБОУ высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный педиатрический медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации Клиника, 

<

данные изъяты>, усматривается, что Б находилась в клинике в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Консилиум совместно с зам.главного врача Г: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Как видно из выписки из истории болезни № БУЗ ОО «ДОКБ им З.И. Круглой», Б находилась на стационарном лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Из выписного эпикриза из истории болезни № БУЗ ОО «ДОКБ им З.И. Круглой» следует, что Б находилась в психоневрологическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по основному заболеванию: 

<

данные изъяты>

Сопутствующие заболевания: 

<

данные изъяты>

Состояние при выписке стабильное.

<

данные изъяты>

Согласно выписному эпикризу № № БУЗ ОО «ДОКБ им З.И. Круглой» Б находилась в 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с клиническим диагнозом: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Выписывается в стабильном состоянии.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем первого отдела по расследованию особо важных дел (преступлениях против личности и общественной безопасности ) СУ СК России по Орловской области майором юстиции Б вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием событий преступлений, предусмотренных ч.

<

данные изъяты>

В судебном заседании истец ФИО1 ссылаясь на заключение экпертов, пояснил, что на фоне отмены 

<

данные изъяты>), состояние его дочери Б ухудшилось, не проводилось хирургическое лечение сколиоза у дочери.

При этом, в том же заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ подготовленного Федеральным государственным казенным учреждением «Судебно- экспертный центр следственного комитета Российской Федерации» установлено, что для кратковременного лечения 

<

данные изъяты>

В ДД.ММ.ГГГГ проходила лечение в ПНО ДОБК г.Орла, в отделении 

<

данные изъяты>) заменен на 

<

данные изъяты>, на этом фоне приступы уменьшились, рекомендовано дальнейшее повышение 

<

данные изъяты>

Осмотры от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>- жалобы те же….; ДД.ММ.ГГГГ- 

<

данные изъяты>

Согласно ответам врача педиатра БУЗ ОО «Детская поликлиника « ФИО8 на вопросы № экспертизы, на которую ссылается истец в своем иске : в ходе анализа медицинских документов на имя Б дефектов выявлено не было. Наблюдение участкового врача- педиатра и участковой медицинской сестрой осуществлялось не регулярно. Данный факт не повлиял на негативную динамику состояния здоровья и не привел к летальному исходу. В медицинских учреждениях дефектов оказания медицинской помощи не выявлено.

В амбулаторной карте Б после установления статуса 

<

данные изъяты> имеются протоколы осмотров следующих специалистов: 

<

данные изъяты>. По представленной медицинской документации сделать вывод о контроле за проведением реабилитационных мероприятий в амбулаторных условиях не представляется возможным.

У ребенка имелся статус 

<

данные изъяты>, уровень курации и низкий реабилитационный потенциал не предусматривали оказание ей мероприятий по медицинской реабилитации.

Б страдала хроническими заболеваниями и наблюдалась с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Наступление смерти связано с указанными заболеваниями либо с их осложнениями.

Нахождение в медицинских организациях Б требовалось бы при наличии признаков ухудшения течения основного заболевания или наличия жизнеугрожаемых состояний, чего по данным предоставленной медицинской документации не было. Когда требовались необходимые лечебно- диагностические мероприятия, ребенок госпитализировался в профильные отделения стационара.

Специалист по лечебной физкультуре и массажу не должен был принимать участие в программе реабилитации паллиативного пациента Б

В ходе экспертного анализа, представленной медицинской документации каких-либо данных о возможных дефектах оказания медицинской помощи не выявлено.

Допрошенный в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи эксперт Б 

<

адрес> пояснила, что экспертной комиссией не назначение 

<

данные изъяты> не расценивается как дефект/недостаток оказания медицинской помощи, это связано с тем, что относительными показаниями к применению 

<

данные изъяты> являются 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>)и 

<

данные изъяты> у пациентки Б- это 

<

данные изъяты>). Препарат в этих случаях используется для улучшения возможностей ухода при 

<

данные изъяты>, или 

<

данные изъяты>). При этом - абсолютными противопоказаниями к применению 

<

данные изъяты> являются фиксированные контрактуры (в представленных медицинских документах не указано какие контрактуры были у пациентки Б - динамические или фиксированные, но учитывая 

<

данные изъяты>, можно предположить, что фиксированные).

Согласно данным предоставленной медицинской документации 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> были рекомендованы к применению в 

<

данные изъяты> в ДД.ММ.ГГГГ году. Сведений о применении нет. Далее не назначались.

Для кратковременного лечения 

<

данные изъяты> рекомендовано использовать 

<

данные изъяты>. Уровень убедительности рекомендаций В (уровень достоверности доказательств -

<

данные изъяты>). Применялся постоянно в ДД.ММ.ГГГГ гг.

Хирургическое лечение рекомендуется в случаях развития вторичных ортопедических осложнений после консультации ортопеда. В данном конкретном случае не проводилось.

В связи с этими обстоятельствами эксперт также пояснила, что ненадлежащего оказания медицинской помощи при лечении врачами БУЗ ОО НКМЦ им.Круглой Б, ДД.ММ.ГГГГ года рождения не установлено, у нее отсутствовал реабилитационный потенциал, \в связи с имеющимися у нее заболеваниями, по поводу не проводения коррекция 

<

данные изъяты>, врачами экпертами был упущен факт замены одного препарата на другой, а по поводу хирургического вмешательства было указано на общее лечение детей с диагнозами 

<

данные изъяты>, но в данном случае Б было противопоказано хирургическое лечение ортопедических осложнений, в связи с имеющимися у пациента сопутствующими заболеваниями, данное лечение представляло угрозу ее жизни.

Кроме того, из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленного БУЗ ОО «Орловское бюро судебно-медициснкой экспертизы» следует, что врач- педиатр БУЗ ОО «Детская поликлиника №1» ФИО8 указал, что у Б реабилитационный потенциал отсутствует.

Врач по физической и реабилитационной медицине, кандидат медицинских наук С в своих выводах указала, что с учетом уровня курации и низкого реабилитационного потенциала дефектов оказания медицинской помощи на стационарном этапе не было. Госпитализации обоснованно осуществлялись для проведения диагностических мероприятий, коррекций, ИПРА и домашних реабилитационных программ в частности.

В программу реабилитации паллиативного пациента должно входить следующее- установка и проведение питания через гастростому; правильное позиционирование с учетом имеющейся ортопедической патологии и для профилактики гипостатических осложнений; обеспечение лекарственными препаратами для противосудорожной терапии, симптоматической терапии; подбор, обеспечение и адаптация технических средств реабилитации.

В ходе экспертного анализа, представленной медицинской документации каких-либо данных о возможных дефектах оказания медицинской помощи не выявлено.

Б проводилась реабилитация или абилитация по индивидуальной программе ребенка-инвалида, что подтверждается ИПРА ребенка –инвалида № к протоколу проведения медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.

Довод истца ФИО1, что состояние его здоровья ухудшилось в связи с заболеванием его дочери Б суд не принимает во внимание, поскольку решением Ливенского районного суда Орловской области от ДД.ММ.ГГГГ установлено и подтверждено медицинской документацией в отношении ФИО9, показаниями свидетелей - врачей ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, а также допрошенным в судебном заседании, при рассмотрении данного дела свидетелем – лечащим врачом ФИО1 - ФИО14: 

<

данные изъяты> связаны с наличием таких факторов как возрастные изменения, наследственность, врожденная патология, образ жизни, патология сосудов, питание, наличие вредных привычек (курение, алкоголь), в том числе стресса и переживаний.

Также в решении Ливенского районного суда Орловской области от ДД.ММ.ГГГГ указано, что из истории болезни, изложенной в консультации врача – невролога от ДД.ММ.ГГГГ, и имевшей место со слов истца, до ДД.ММ.ГГГГ года злоупотреблял алкоголем, имели место операции, отметил 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ года, усиление которых связывает с физической нагрузкой (занимался отделочными работами).

В связи с чем, однозначно установить возникновение указанных заболеваний у истца только лишь от переживаний за состояние здоровья дочери невозможно.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 69 ГПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Судебная экспертиза может быть назначена по ходатайству сторон, с учетом распределенного судом бремени доказывания, или по инициативе суда.

Согласно ст. 82 ГПК РФ комплексная экспертиза назначается судом, если установление обстоятельств по делу требует одновременного проведения исследований с использованием различных областей знания или с использованием различных научных направлений в пределах одной области знания. Комплексная экспертиза поручается нескольким экспертам. По результатам проведенных исследований эксперты формулируют общий вывод об обстоятельствах и излагают его в заключении, которое подписывается всеми экспертами.

В соответствии со ст. ст. 58, 64 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

В силу ч. 1 ст. 79 ГПК РФ проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ч. 2 ст. 79 ТК РФ каждая из сторон и другие лица, участвующие в деле, вправе представить суду вопросы, подлежащие разрешению при проведении экспертизы. Окончательный круг вопросов, по которым требуется заключение эксперта, определяется судом. Отклонение предложенных вопросов суд обязан мотивировать.

Стороны, другие лица, участвующие в деле, имеют право просить суд назначить проведение экспертизы в конкретном судебно-экспертном учреждении или поручить ее конкретному эксперту; заявлять отвод эксперту; формулировать вопросы для эксперта; знакомиться с определением суда о назначении экспертизы и со сформулированными в нем вопросами; знакомиться с заключением эксперта; ходатайствовать перед судом о назначении повторной, дополнительной, комплексной или комиссионной экспертизы.

В процессе рассмотрения дела истец отказался от назначения комплексной судебно-медицинской экспертизы.

Согласно ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Анализ представленных доказательств (медицинской документации, заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной по назначению следственного комитета, решения Ливенского районного суда Орловской области от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО1 к ФИО15, Бюджетному учреждению здравоохранения Орловской области «Ливенская центральная районная больница», Департаменту здравоохранения и социального развития Орловской области о взыскании компенсации морального вреда ) позволяет суду прийти к выводу, что специалистами ответчика БУЗ ОО НКМЦ им.Круглой при оказании медицинской помощи были приняты все необходимые и возможные меры для своевременного и квалифицированного установления правильного диагноза, обследования и лечения Б, медицинская помощь оказана ей в полном объеме в соответствии с общепринятыми правилами, принципами медицинской и сложившейся клинической практики. Дефектов диагностики, тактики ведения и лечения при оказании медицинской помощи не установлено, что исключает гражданско-правовую ответственность БУЗ ОО НКМЦ им.Круглой и влечет за собой отказ ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Из аналитической части экспертного заключения также следует, что экспертами действия врачей БУЗ ОО НКМЦ им.Круглой оценивались, в том числе, на основании критериев оценки качества медицинской помощи.

Доказательств тому, что сотрудниками медицинского учреждения (ответчика по делу) были предприняты не все возможные и необходимые лечебные мероприятия с целью предотвращения дальнейшего неблагоприятного исхода, что имеется вина медицинского учреждения в наступлении неблагоприятных последствий, истец в суд не представил, не добыто таких доказательств и в суде первой инстанции.

Несогласие истца ФИО1, не обладающего специальными медицинскими познаниями, с мнение эксперта, допрошенного в судебном заседании и представителями ответчика, само по себе, не свидетельствует о нарушении его прав.

В нарушении требований ст. 56 ГПК РФ доказательств, подтверждающих обоснованность требований истца, суду стороной истца представлено не было.

руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, действующего в своих интересах и в интересах ФИО3 к бюджетному учреждению здравоохранения Орловской области "Научно-клинический многопрофильный центр медицинской помощи матери и детям имени З.И. Круглой" о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Ливенский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Полный текст мотивированного решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: