Судья 1 инстанции – Домбровская О.В. № 22-440/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

5 марта 2024 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Поправко И.В., при ведении протокола помощником судьи Квятковским К.С., с участием прокурора Калининой Л.В., осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Юдиной С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденного ФИО1, на приговор Кировского районного суда г. Иркутска от 11 декабря 2023 года, которым

ФИО1, родившийся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданин Российской Федерации, с высшим образованием, состоящий в браке, несовершеннолетних детей не имеющий, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес изъят>, невоеннообязанный, работающий менеджером по продажам в ООО «(данные изъяты)», судимый:

- 23.07.2020 Кировским районным судом г. Иркутска по п.«б» ч.2 ст.165 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 5 лет; 

- 18.06.2021 тем же судом по ч.4 ст.160, п.«б» ч.4 ст.174.1, ч.1 ст.187 УК РФ, к 5 годам 6 месяцам лишения свободы условно, с испытательным сроком 5 лет, со штрафом в размере 150 000 рублей, с лишением права занимать должности в кредитных и финансовых организациях, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций на 2 года (штраф выплачен 10.07.2023; лишение права занимать указанные должности отбыто 28.06.2023); постановлением Свердловского районного суда г. Иркутска от 12.07.2023 испытательный срок продлен на 3 месяца;

осужден за совершение преступления, предусмотренного ст.172.1 УК РФ (в ред. ФЗ от 21.07.2014 № 218-Ф3) к наказанию в виде штрафа в размере 800 000 рублей. 

В соответствии с ч.3 ст.46 УК РФ штраф назначен с рассрочкой на 32 месяца, с выплатой по 25 000 рублей ежемесячно. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения. 

Приговоры Кировского районного суда г. Иркутска от 23.07.2020 и от 18.06.2021 постановлено исполнять самостоятельно. 

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

УСТАНОВИЛ:

Приговором ФИО1 признан виновным и осужден за внесение в отчетность (отчетную документацию) кредитной организации заведомо недостоверных сведений о финансовом положении организации, а равно подтверждение достоверности таких сведений, представление таких сведений в Центральный банк Российской Федерации, если эти действия совершены в целях сокрытия предусмотренных законодательством Российской Федерации оснований для обязательного отзыва (аннулирования) у организации лицензии и назначения в организации временной администрации.

Преступление совершено в период с Дата изъята в 

<

адрес изъят>, при обстоятельствах установленных судом и изложенных в приговоре.

В заседании суда первой инстанции осужденный ФИО1 не признал вину по предъявленному обвинению. 

В апелляционной жалобе (с дополнениями) осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, по нижеследующим мотивам. 

Состав преступления, предусмотренного ст.172.1 УК РФ (в ред. ФЗ от 21.07.2014 № 218-Ф3), не предусматривает выполнение объективной стороны преступления путем бездействия. Однако по делу не установлено, что он сам вносил или давал подчиненным сотрудникам указания о внесении в отчетность недостоверных сведений. Установлено лишь предоставление неполных сведений. Инкриминированное ему сокрытие информации о реальном экономическом содержании финансовых операций от 26.09.2018 и от 08.10.2018 указывает о бездействии. В обоснование своей позиции подробно приводит указанные в приговоре обстоятельства инкриминированного преступления.

В результате финансовой операции от 26.09.2018 о выдаче ему в подотчет денежных средств в размере 88 600 000 рублей, фактически из кассы эта сумма ему не выдавалась. Оснований для отражения данной операции в бухгалтерских документах и других формах отчетности не имелось. Потому отсутствовала необходимость создания резервов по указанной финансовой операции. В подтверждение приводит показания свидетелей Свидетель №9, Свидетель №7, Свидетель №12, Свидетель №5 и Свидетель №14, которым не было известно о выдаче ФИО1 указанных денежных средств. Показания свидетеля Свидетель №1, что проверяющая рабочая группа не подтвердила факт выдачи из кассы банка денежных средств в указанной сумме, и это было расценено как недостача в банке, а Центральным Банком России (далее ЦБ РФ) направлено предписание на формирование резервов на указанную сумму. А также показания специалиста ФИО6, что председатель правления указанные средства не получал, а расходно-кассовый ордер выписан формально для закрытия недостачи. 

Отражение в данных бухгалтерского учета сведений о получении им в кассе банка в подотчет денежных средств в указанной сумме, не преследовало цели, указанные в диспозиции ст.172.1 УК РФ, то есть сокрытие оснований для обязательного отзыва лицензии и назначения в организации временной администрации, потому эти действия не могли повлечь для него уголовной ответственности. 

В приговоре указано, что он предоставил в ЦБ РФ недостоверную отчетность без доначисления резерва на указанную сумму. В то же время указано, что совершение данной финансовой операции опровергнуто рядом доказательств. Это по его мнению является существенным противоречием выводов суда. Учитывая очевидную недостоверность сведений о выдаче ему в подотчет указанной денежной суммы, они подлежали исключению из отчетности, что должно было повысить нормативы достаточности Н1.0, Н1.1., Н1.2. 

Оспаривает выводы суда, что он зная о фактическом финансово-хозяйственном характере операций от 26.09.2018 и 03.10.2018, не дал подчиненным сотрудникам указание на формирования резервов по указанным операциям и внесение сведений в АБС «Ва-Банк». В подтверждение своей позиции приводит пп.1.5, 1.9 Положения Банка России от 23.10.2017 № 611-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери», которые не содержат указания о необходимости формирования резерва на недостачу в кредитной организации. Кроме того, согласно п.3.15 Положения АО «Восточно-Сибирского транспортного коммерческого банка (далее АО «(данные изъяты)»), решение о создании резервов принимается только финансовым советом. Судом не исследован порядок формирования резервов, следовательно не в полной мере установлены предусмотренные ст.73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию. 

В приговоре не отражен факт отсутствия в обвинительном заключении значения норматива финансового рычага Н1.4. Однако в соответствии с п.1 ч.2 ст.20 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», ЦБ РФ обязан, за исключением случаев установленных федеральными законами, отозвать лицензию на осуществление банковских операций в случае, если значение всех нормативов достаточности собственных средств (капитала) кредитной организации становится ниже двух процентов. Приводит положения Инструкции Банка России от 28.06.2017 № 180-И «Об обязательных нормативах банков», ссылка на которую отсутствует в приговоре. Судом не проверены действия АО «(данные изъяты)», связанные с соблюдением порядка расчета указанных нормативов, что необоснованно повлияло на выводы о его виновности. Кроме того, судом проигнорировано отсутствие в уголовном деле доказательств, что значения всех нормативов достаточности капитала (Н1.0, H1.1, H1.2, H1.4) по отчетности за 04.10.2018 были менее 2%, не приведено значение норматива Н1.4, что противоречит федеральному закону. 

Вопреки выводу суда, действия по операциям от 26.09.2018 и от 03.10.2018 не могут расцениваться как единое продолжаемое преступление, направленное на избежание ответственности по представлению отчетности за 04.10.2018 в ЦБ РФ, в отсутствие созданных резервов по указанным финансовым операциям, завышение в финансовой отчетности величины собственных средств АО «(данные изъяты)», нормативов достаточности капитала свыше 2%. Данный вывод суда не основан на положениях закона о продолжаемом преступлении. Судом не раскрыто, по какой причине он считает, что два отдаленных по времени и обстоятельствам действия, являются единым продолжаемым преступлением. Продолжаемый характер может возникнуть лишь с момента, когда в отчетную дату у кредитной организации состояние значений нормативов Н1.0, Н1.1, Н1.2, Н1.4 в числовом выражении составило менее 2%, однако после достижения этих показателей представляется отчетность, в которой от ЦБ РФ скрываются данные показатели. 

Однако установленные обстоятельства дела указывают, что при создании им резерва по финансовой операции за 26.09.2018 в размере 100%, не повлекло бы изменение значений нормативов Н1.0, Н1.1, Н1.2 ниже 2%, следовательно у ЦБ РФ не возникло бы оснований для отзыва у АО «(данные изъяты)» лицензии на осуществление банковской деятельности. Таким образом, лишь отчетность за 04.10.2018 впервые содержала недостоверные сведения по значению нормативов достаточности капитала. Создание всех необходимых резервов не повлекло бы снижение значений нормативов ниже 2%. Это свидетельствует об отсутствии у него умысла на предоставление в ЦБ РФ недостоверных сведений, направленных на сокрытие оснований для обязательного отзыва лицензии, поскольку таких в действительности не существовало. В подтверждение своей позиции подробно приводит свои показания и другие доказательства, исследованные в судебном заседании, дает им свою оценку. Указывает, что самостоятельно отразил и предоставил 08.10.2018 в ЦБ РФ сведения о создании необходимых резервов. Однако суд не дал оценку этому обстоятельству.

В предписании от 05.10.2018 ЦБ РФ возложил обязанность создать резерв только по операции за 26.09.2018. Это указывает на отсутствие у него умысла скрывать сведения о не создании резерва в размере 45 000 000 рублей по операции от 03.10.2018. 

Предоставление неверной отчетности за 04.10.2018 (не содержащей сведений о необходимости создания резервов по финансовым операциям от 26.09.2018 на сумму 86 600 000 рублей и от 03.10.2018 на сумму 45 000 000 рублей) произошло 08.10.2018 в 18:49. Предоставление же верной отчетности за 05.10.2018, в которой уже содержалась информация о создании резервов на указанные суммы, произошло 08.10.2018 в 23:06. При этом временная разница предоставления этих отчетов составляла менее 5 часов, что свидетельствует об отсутствии прямого умысла на совершение преступления, предусмотренного ст.172.1 УК РФ, поскольку представлением отчетности за 05.10.2018 фактически устранены недостатки предыдущей отчетности.

Подробно приводит выводы суда, что умысел на совершение преступления у него возник в период с 03.10.2018 по 08.10.2018. Из этого следует, что у него не было умысла о предоставлении недостоверных сведений по финансовым операциям, имевшим место до указанной даты. 

Кроме того, судом в достаточной мере не учтено наличие смягчающих наказание обстоятельств, не мотивированно назначение штрафа в таком большом размере. Суд не дал оценку имеющимся у него доходам, формально указав на оказание им финансовой помощи отцу и сыну. Обращает внимание, что судом в описательно-мотивировочной части приговора указано о наличии у него на иждивении совершеннолетнего ребенка. Однако во вводной части приговора указано об отсутствии иждивенцев.

На основании вышеизложенного, просит приговор суда отменить, оправдать его по предъявленному обвинению, либо направить уголовное дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного, государственный обвинитель Давыдова Е.Н. приводит аргументы о несостоятельности изложенных в ней доводов, просит приговор оставить без изменения. 

В заседании суда апелляционной инстанции, осужденный и его защитник поддержали доводы жалобы; прокурор высказалась об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, посчитав приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выслушав участников судебного разбирательства, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Суд первой инстанции установил и привел в приговоре следующие обстоятельства дела.

Председатель правления АО «(данные изъяты)» ФИО1, 26.09.2018 организовал изготовление подчиненными сотрудниками расходного кассового ордера, содержащего недостоверные сведения о выдачи ему в подотчет наличных денежных средств в сумме 88 600 000 рублей. 03.10.2018 ФИО1 создал счет в АО «(данные изъяты)», с которого был осуществлен перевод денежных средств в сумме 45 000 000 рублей на его расчетный счет. 

В связи с этим, ФИО1 необходимо было сформировать по указанным операциям резервы в размере 100%, то есть на общую сумму 133 600 000 рублей, и отразить их в финансовой отчетности за 04.10.2018, предоставляемой в ЦБ РФ. 

Однако достоверно зная об отсутствии необходимых денежных средств в кассе банка и понимая, что создание резервов по указанным операциям приведет к снижению всех нормативов достаточности собственных средств банка ниже 2%, что являлось основанием для обязательного отзыва (аннулирования) у банка лицензии и осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации, в том числе назначения временной администрации, с целью скрыть от ЦБ РФ реальное финансовое положение банка, ФИО1 скрыл от сотрудников банка информацию о реальном экономическом содержании указанных финансовых операций, не дал указание на формирование резервов и отражения этих сведений в финансовой отчетности.

В результате ФИО1 организовал изготовление и предоставление 08.10.2018 в ЦБ РФ форм финансовой отчетности АО «(данные изъяты)» 0409101, 0409123 и 0409135 за 04.10.2018, содержащих заведомо недостоверные сведения о финансовом положении банка. 

Вопреки позиции осужденного ФИО1 об отсутствии в его действиях состава инкриминированного преступления, которая подробно изложена в его апелляционной жалобе, виновность последнего установлена совокупностью доказательств, полученных в соответствии с законом, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ. 

30.07.2002 УМНС России по Иркутской области принято решение о государственной регистрации АО «(данные изъяты)». (т.2 л.д.7-35, т.4 л.д.211-235)

13.08.2002 АО «(данные изъяты)» выдана лицензия на осуществление банковских операций. (т.2 л.д.7-35, т.4 л.д.211, 235)

В соответствии с протоколом общего собрания акционеров и Приказа АО, фактически с 02.07.2007 ФИО1 избран и переведен на должность Председателя правления АО «(данные изъяты)». (т.3 л.д.89-94, т.5 л.д.195, 196, 206-208) 

ЦБ РФ в лице своего территориального подразделения, ФИО1 указано о необходимости представления финансовой отчетности на ежедневной основе, не позднее третьего рабочего дня, следующего за отчетным. (т.5 л.д.86, 87)

Финансовая отчетность АО «(данные изъяты)» по формам 0409101, 0409123 и 0409135 за 04.10.2018, подписана: председателем правления ФИО1, главным бухгалтером Свидетель №7, исполнителем Свидетель №4 (т.5 л.д.64-87, 127-134)

ФИО1 не отрицал предоставления в ЦБ РФ неверной финансовой отчетности за 04.10.2018. Он не дал подчиненным сотрудникам указание на формирование резервов по операциям 88 600 000 и 45 000 000 рублей, и отражение их в АБС «ВА-Банк»; 08.10.2018 дал поручение подчиненным сотрудникам сформировать отчетность по формам 040101, 0409123, 0409135 за 04.10.2018, на основании ранее внесенных сведений, которую удостоверил своей электронной подписью. При этом заявил об отсутствии у него цели сокрытия оснований для отзыва у банка лицензии, однако не объяснил, зачем предоставлял недостоверные сведения. 

Свидетели поясняли следующее. 

ФИО8 – администратор информационной безопасности АО «(данные изъяты)» пояснял, что формы отчетности 0409101, 0409123 и 0409135 направляются в ЦБ РФ в виде электронного сообщения, подписываются ЭЦП председателя Правления банка ФИО1 Последний давал распоряжение об отправки отчетности. (т.6 л.д.226-230)

Свидетель №1 и ФИО23 – служащие Иркутского отделения ЦБ РФ указали, что операция от 26.09.2018 по выдаче ФИО1 из кассы банка денежных средств в сумме 88 600 000 рублей, не нашла своего подтверждения, и была расценена как недостача в кассе. 03.10.2018 с внутреннего счета банка были перечислены 45 000 000 рублей на иной счет. В связи с этим, ЦБ РФ 05.10.2018 было дано предписание сформировать резервы на указанные суммы. Своевременно указанные резервы не были созданы. В отчетности за 04.10.2018 представлены недостоверные сведения о капитале кредитной организации. Не были отражены сведения о создании резервов на указанные суммы, так как их создание привело бы к снижению всех нормативов достаточности собственных средств банка ниже 2%, что явилось основанием для отзыва лицензии. 

Свидетель №9 – бухгалтер АО «(данные изъяты)» поясняла, что в 2018 году по указанию ФИО1 подготовила расходный кассовый ордер о выдачи ему в подотчет 88 600 000 рублей. Отразила эту операцию в программе. Выдавались ли в действительности деньги не знает.

Свидетель №7 – главный бухгалтер АО «(данные изъяты)» поясняла, что финансовая отчетность составлялась на основании первичных бухгалтерских документов. Перед отправкой в ЦБ РФ отчетность согласовывалась с председателем Правления банка ФИО1 Выдавались ли ФИО1 денежные средства в сумме 88 600 000 рублей по операции от 26.09.2018, ей не известно. О перечислении 03.10.2018 со счета банка 45 000 000 рублей на личный счет ФИО1, последний отказался давать пояснения. Отзыву лицензии банка в 2018 году предшествовала ревизионная проверка ЦБ РФ.

Свидетель №2 – замначальника финансово-аналитического отдела АО «(данные изъяты)» поясняла, что расчет капитала банка при ведении бухгалтерского учета осуществлялся автоматически на основании оборотной ведомости. Отчеты подписывались исполнителем, главным бухгалтером и председателем Правления банка ФИО1 После назначения в банке временной администрации, стало известно о недостаче денежных средств в сумме 45 000 000 и около 80 000 000 рублей.

Свидетель №13 – начальник управления рисков в АО «(данные изъяты)» поясняла, что при отсутствии документов о целях выдачи ФИО1 денежных средств банка на суммы 88 600 000 и 45 000 000 рублей, должна была производиться оценка рисков и созданы резервы на указанные суммы. Однако документов по этим операциям и уведомления о создании резервов в их отдел не поступало. Это явилось причиной расхождения сведений финансовой отчетности с реальным финансовым состоянием банка. 

Свидетель №8 – заместитель председателя Правления банка также поясняла, что документов по операциям на указанные суммы в отдел управления рисками не поступало. 

Свидетель №5 – начальник отдела кассовых операций АО «(данные изъяты)» поясняла, что в 2018 году ФИО1 стал лично предоставлять бухгалтерам расходные кассовые ордера, по якобы оформленным в банке кредитам. Однако фактически кредиты не оформлялись. Потом ФИО1 выписывал приходные кассовые ордера, фиктивно возвращая эти суммы в банк, тем самым имитируя деятельность кредитной организации. Общая сумма денежных средств, якобы внесенных во исполнение кредитных обязательств, составляла 88 600 000 рублей. ФИО1 выписал расходный кассовый ордер о предоставлении указанной суммы ему в подотчет, чтобы прикрыть недостачу в кассе. Однако проверкой ЦБ РФ было установлено, что деньги ФИО1 не выдавались. В результате была назначена временная администрация, а ФИО1 и главный бухгалтер отстранены от исполнения обязанностей, деятельность банка была приостановлена, а затем отозвана лицензия.

Свидетель №6 – начальник управления кассовых операций АО «(данные изъяты)» также указала о выписки фиктивных расходных и приходных кассовых ордеров, для создания видимости кредитной деятельности банка. Так ордер о передачи в подотчет ФИО1 88 600 000 рублей был оформлен для ревизии ЦБ РФ, чтобы подтвердить наличие указанной суммы в хранилище банка, при её фактическом отсутствии. (т.5 л.д.171-176)

Свидетель №10 – бухгалтер отдела кассовых операций АО «(данные изъяты)» подтвердила, что в хранилище банка сформировалась недостача денежных средств в размере 88 600 000 рублей. Свидетель №6 передала ей расходный кассовый ордер, подписанный бухгалтером Свидетель №9 и ФИО1, что указанная сумма была якобы передана последнему в подотчет. Она провела указанный ордер, хотя фактически денежные средства по нему ФИО1 не выдавались. (т.6 л.д.220-223) 

Свидетель №12 и Свидетель №14 (т.7 л.д.18-22) – помощники конкурсного управляющего поясняли, что 88 600 000 рублей фактически не выдавались в подотчет ФИО1 Расходный кассовый ордер был сделан лишь для закрытия недостачи в кассе. Кроме того ФИО1 осуществил перевод на свой счет 45 000 000 рублей, тем самым присвоил их. Сотрудники банка, в том числе и ФИО1, знали, что формирование резерва по указанным операциям на общую сумму 133 600 000 рублей, привело бы к снижению капитала банка. Резервы не создавались умышленно, чтобы не отражать их в отчетности, так как это могло привести к закрытию банка. 

ФИО9 – начальник отдела бухучета операций по вкладам также пояснял, что ФИО1 сам сделал в программе проводку по перечислению 45 000 000 рублей на свой счет. По этим денежным средствам требовалось формирование резерва. (т.7 л.д.28-31) 

Приговором Кировского районного суда г. Иркутска от 23.07.2020 установлено, что ЦБ РФ выявлены сделки совершаемые АО «(данные изъяты)», которые создавали угрозу интересам его кредиторам и вкладчикам. В связи с этим, в период с 2015 по 2018 года, неоднократно направлялись требования о доначислении резервов, и отражения этого в отчетности. (т.1 л.д.213-221)

Приговором того же суда от 18.06.2021 установлено, что ФИО1 перевел на свой счет, вверенные ему денежные средства в сумме 45 000 000 рублей, принадлежащие АО «(данные изъяты)», тем самым похитил их. (т.1 л.д.191-212) 

Решением свердловского районного суда г. Иркутск от 03.04.2019, с ФИО1 в пользу АО «(данные изъяты)» взысканы в счет погашения исковых требований 88 600 000 рублей, полученные им в подотчет 28.09.2018 по расходному кассовому ордеру. (т.1 л.д.139-141)

Отделением по Иркутской области Сибирского главного управления ЦБ РФ, по результатам ревизии в АО «(данные изъяты)», по состоянию на 05.10.2018 выявлены нарушения:

- манипулирование бухгалтерским учетом и отчетностью банка; 

- не подтверждено фактическое осуществление операции выдачи в подотчет ФИО1 наличных денежных средств в сумме 88 600 000 рублей, что расценено как фиктивная операция, проведенная с целью сокрытия недостачи в кассе и вывода активов банка; 

- размер недосозданного резерва на 21.09.2018 составлял 93 817 300 рублей, что могло привести к снижению величины собственных средств (капитала), и возникновению оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства;

- предоставляемая финансовая отчетность АО «(данные изъяты)» по формам 0409101, 0409123 и 0409135 по состоянию на 01.09.2018 и на 04.10.2018, является недостоверной, свидетельствует о сокрытии реального финансового состояния банка, о чем сообщалось ФИО1

- расхождения в финансовой отчетности на 04.10.2018 обусловлены тем, что АО «(данные изъяты)» самостоятельно не сформированы резервы по операции от 26.09.2018 (по выдаче в подотчет ФИО1 88 600 000 рублей) и от 03.10.2018 (по перечислению ФИО1 на свой счет 45 000 000 рублей). Доформирование резервов в размере 100% по указанным операциям на общую сумму 133 600 000 рублей привело бы к снижению нормативов достаточности собственных средств банка ниже 2%, что повлекло бы обязательный отзыв лицензии на осуществление банковских операций. (т.1 л.д.9-20, 75-83, 84-99)

Приказами ЦБ РФ от 19.10.2018 № ОД-2715 и № ОД-2716, в связи с неисполнением законодательства о предоставлении финансовой отчетности, и значением всех нормативов достаточности собственных средств (капитала) банка ниже 2%, у АО «(данные изъяты)» была отозвана лицензия на осуществление банковских операций, назначена временная администрация до назначения конкурсного управляющего. (т.1 л.д.70-73)

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 27.05.2019, АО «(данные изъяты)» признан несостоятельным, открыто конкурсное производство сроком на 1 год. (т.2 л.д.48-54) 

Все представленные доказательства обоснованно признаны судом допустимыми и достоверными, поскольку отвечали требованиям уголовно-процессуального закона, взаимно дополняли друг друга, составляя единую и логичную картину преступления, и свидетельствовали о том, что оно имело место и совершено осужденным ФИО1

Какие-либо не устранённые противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденного и требующие толкования в его пользу, по делу отсутствуют. Все обстоятельства совершения преступления установлены в ходе судебного разбирательства, исследованы и оценены в соответствии с общими процедурами доказывания. Принципы непосредственности, беспристрастности, открытости и объективности судебного разбирательства не были нарушены.

Версия осужденного об отсутствии в его действиях состава преступления, тщательно проверена судом первой инстанции и признана несостоятельной. Мотивы, по которым данная позиция отвергнута, приведены в приговоре, и отвечают положениям уголовного и уголовно-процессуального закона. 

Доводы жалобы о неправильной оценке исследованных судом доказательств, сводятся по существу к переоценке отдельных обстоятельств дела, которые в соответствии со ст.17 УПК РФ, судья оценивает по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Оснований не согласиться с оценкой судом доказательств, положенных в основу приговора, у судебной коллегии не имеется.

Статья 172.1 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за внесение в отчетность кредитной организации заведомо недостоверных сведений о имуществе организации, в целях сокрытия предусмотренных законодательством Российской Федерации признаков банкротства либо оснований для отзыва (аннулирования) у организации лицензии и (или) назначения в организации временной администрации. По своей сути являясь бланкетной нормой. 

Вопросы правового регулирования банковской деятельности, оснований и порядка признания кредитных организаций несостоятельными (банкротами) определяются федеральными законами и основанными на них подзаконными нормативными актами, определяющими в том числе порядок ведения и представления кредитной организацией соответствующих документов учета и отчетности, а также формирования резервов на возможные потери. Нарушение положений данных нормативных правовых актов, рассматриваемых во взаимосвязи с вышеуказанным положением уголовного закона, определяет уголовную противоправность действий лиц, виновных в соответствующих нарушениях.

Согласно ч.1 ст.13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату. 

Исходя из положений п.1 ч.2 ст.20 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», ст.189.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», снижение всех нормативов достаточности собственных средств кредитной организации ниже 2%, является основанием для обязательного отзыва (аннулирования) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций, а также влечет возникновение оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства организации, в том числе назначение временной администрации по управлению кредитной организацией. 

В соответствии с п.1.2 Положения ЦБ РФ от 23.10.2017 611-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери», кредитная организация должна формировать резервы на возможные потери, то есть риски несения различных убытков (п.1.3). Кредитная организация отражает во внутренних документах политику оценки риска потерь, позволяющую классифицировать элементы расчетной базы резерва по предусмотренным ЦБ РФ категориям качества (п.1.8); создает резерв в размере 100%, в том числе в случаях отсутствия в наличии денежных средств в суммах отраженных на счетах бухгалтерского учета, если денежные средства не приняты (не зачислены в кассу), или отсутствуют подтверждающие это документы (п.1.5, 2.9).

Из Приложения 1 к Указанию ЦБ РФ от 24.11.2016 № 4212-У «О перечне, формах и порядке составления и предоставления форм отчетности…», кредитные организации обязаны составлять и предоставлять в ЦБ РФ отчетность по формам 0409101 (оборотная ведомость по счетам бухгалтерского учета кредитной организации), 0409123 (расчет собственных средств (капитала), 0409135 (информация об обязательствах нормативах и других показателях деятельности кредитной организации).

Согласно Письмам от 13.12.2016 и от 27.12.2016 Отделения по Иркутской области Сибирского главного управления ЦБ РФ, к АО «(данные изъяты)» предъявлено требование о предоставлении отчетности по формам 0409101, 0409135, 0409123 на ежедневной основе, не позднее третьего рабочего дня после отчетного. 

Согласно п.8.1.3 Устава АО «(данные изъяты)», единоличным исполнительным органом Банка является председатель Правления. К компетенции последнего относится, в том числе организация ведения бухгалтерского учета и предоставления в ЦБ РФ финансовой отчетности организации (п.11.3.13), подписание финансовых документов (п.11.3.2), несет ответственность за организацию, состояние и достоверность бухгалтерской отчетности (п.15.2).

Предъявленное ФИО1 обвинение полностью соответствовало требованиям ч.2 ст.171, ч.1 ст.220 УПК РФ, в частности содержало подробное описание преступного деяния с указанием времени, места, способа, мотива и цели его совершения, со ссылками на положения нормативно-правовых актов, определяющих в том числе порядок ведения и представления кредитной организацией соответствующих документов учета и отчетности, а также формулировку предъявленного обвинения с указанием редакции статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за инкриминированное преступление. 

С учетом этого, отсутствие в обвинительном заключении указания на значение финансового норматива Н1.4. и ссылки на Инструкцию Банка России от 28.06.2017 № 180-И «Об обязательных нормативах банков», не создавали неопределенность в сформулированном органами следствия обвинении, в результате которой ФИО1 был бы лишен возможности осознавать противоправность своего деяния и предвидеть наступление ответственности за его совершение, то есть не лишали осужденного возможности определить его объем, и в полной мере реализовать своё право на защиту от этого обвинения.

Оценив в совокупности все доказательства, содержание которых подробно изложено в приговоре, суд пришёл к обоснованному выводу, что ФИО1 организовал изготовление и предоставление в ЦБ РФ финансовой отчетности, содержащей заведомо недостоверные сведения о финансовом положении банка, в целях избежания указанных неблагоприятных последствий для кредитной организации. 

Осужденный в силу занимаемой им должности председателя Правления АО «(данные изъяты)», безусловно знал о необходимости формирования резервов в размере 100% по финансовым операциям от 26.09.2018 и от 03.10.2018 на общую сумму 133 600 000 рублей, поскольку они не были подтверждены первичными учетными документами, а также денежные средства фактически отсутствовали в кассе организации, что привело бы к снижению нормативов достаточности собственных средств банка ниже 2%, и наступлению нежелательных последствий для организации. 

Из этого следует, что осужденный ФИО1 действовал с целью сокрытия предусмотренных законом оснований для обязательного отзыва у банка лицензии и назначения в этой организации временной администрации, организовал изготовление и предоставление в ЦБ РФ установленных форм финансовой отчетности, содержащих заведомо недостоверные сведения о финансовом положении АО «(данные изъяты)». Это опровергает доводы жалобы осужденного, об отсутствии у него умысла на предоставление заведомо недостоверных сведений в ЦБ РФ. 

Доводы жалобы, что ЦБ РФ было заведомо известно о несформированном резерве по операции от 26.09.2018 и о последующем формировании резервов на необходимую сумму, не опровергают правильности выводов суда о виновности осужденного, поскольку по делу установлен факт предоставления последним недостоверной отчетности с указанной целью. 

Исполнение предписания ЦБ РФ от 05.10.2018 и формирование резервов по финансовым операциям на указанную сумму, привело к снижению нормативов достаточности собственных средств банка ниже 2%, и вследствие этого отзыва лицензии на осуществление банковской деятельности и назначения временной администрации. На фоне установленных обстоятельств дела, это также свидетельствует о направленности умысла осужденного на сокрытие от контролирующего органа реального финансового положения кредитной организации. 

Доводы жалобы, согласно которым создание резервов в размере 100% по указанным финансовым операциям не требовалось, также являются несостоятельными, поскольку опровергнуты совокупностью приведенных доказательств и правовых норм. Доформирование резервов было обязательным для исполнения даже в том случае, если кредитная организация не согласна с принятым решением, и в случае несогласия вправе его обжаловать в арбитражном порядке, однако это не приостанавливает его действие.

Таким образом, суд первой инстанции установил все значимые фактические обстоятельства дела, в соответствии с которыми правильно квалифицировал действия ФИО1 по ст.172.1 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21.07.2014 № 218-ФЗ), как внесение в отчетность (отчетную документацию) кредитной организации заведомо недостоверных сведений о финансовом положении организации, а равно подтверждение достоверности таких сведений, предоставление таких сведений в Центральный Банк РФ, если эти действия совершены в целях сокрытия предусмотренных законодательством РФ оснований для обязательного отзыва (аннулирования) у организации лицензии и назначения в организации временной администрации.

Наказание назначено ФИО1 с учетом характера и степени общественной опасности преступления, за которое он осужден, полных данных о его личности, обстоятельств смягчающих наказание, а также влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Выводы суда о виде и размере назначенного наказания надлежащим образом мотивированы.

Судом было установлено, что ФИО1 не судим на момент события преступления по данному делу, состоит в браке, осуществляет заботу о совершеннолетнем сыне и престарелом отце, трудоустроен, в быту и по месту работы характеризуется положительно.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд в достаточной мере учёл: признание фактических обстоятельств преступления, наличие на момент совершения преступления несовершеннолетнего сына, осуществление помощи престарелому отцу. 

Новых данных о наличии смягчающих обстоятельств, сведений о личности осужденного и его родственников, а также условий жизни его семьи, которые не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу требований закона, могут являться безусловным основанием для смягчения, назначенного наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости применения льгот при назначении наказания, предусмотренных ст.64 УК РФ, либо ч.6 ст.15 УК РФ о смягчении категории преступления, по делу не установлено. 

Назначение наказания в виде штрафа, судом надлежаще мотивировано, с этими выводами соглашается и суд апелляционной инстанции. Исходя из санкции статьи, характера и степени общественной опасности преступления, сведений о личности виновного, который не был судим, ограничений к труду не имеет, суд пришел к правильному убеждению, что цели наказания в полной мере будут достигнуты при назначении штрафа.

При определении размера штрафа, суд в соответствии с ч.3 ст.46 УК РФ, правильно учитывал тяжесть преступления, имущественное положение осужденного, который имеет источник дохода и имущество, является акционером в кредитной организации, ограничений к труду не имеет, при этом имеет лиц на иждивении, потому назначил его не в максимальном размере и с рассрочкой выплаты. 

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что ФИО1 назначено наименее строгое наказание и не в максимальном размере, с учетом смягчающих наказание обстоятельств и сведений о личности виновного, потому находит его справедливым и не подлежащим смягчению.

Нарушений норм уголовного либо уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба осужденного удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Иркутска от 11 декабря 2023 года в отношении ФИО1, оставить без изменения, апелляционную жалобу (с дополнениями) осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (город Кемерово) через Кировский районный суд г. Иркутска, в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного постановления. 

В случае обжалования осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: И.В. Поправко

Копия верна: судья И.В. Поправко