Дело № 2-2-79/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 августа 2017года р.п. Турки 

Аркадакский районный суд Саратовской области в составе 

председательствующего судьи Киреевой В.В.,

при секретаре Демёнове В.Ю.,

с участием помощника прокурора Турковского района Ситникова Н.Н.,

истца ФИО1,

представителя истца - адвоката Лапина А.А., представившего удостоверение № 2719 и ордер № 01 от 08.08.2017 года,

представителя ответчика - Сельскохозяйственной артели «Карай» Турковского района - адвоката Володиной С.Ю., представившего удостоверение № 1230 и ордер № 94 от 28.07.2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Сельскохозяйственной артели «Карай» о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания,

установил:

ФИО1 обратился в Аркадакский районный суд Саратовской области с иском к СХА «Карай» Турковского района Саратовской области о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания. В обоснование своих требований указал, что в период времени с 1984 года по 31.12.2002 года он работал водителем в СХА «Карай», имел общий стаж работы 19 лет, из них 17 лет в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, откуда был уволен в связи с установлением инвалидности. В его круг обязанностей входило: перевозка грузов, физическое и нервное напряжение - тяжелое, льготами не пользовался, норму ежедневно перевыполнял, какая - либо помощь, в том числе: санаторно-курортное лечение, не оказывалось, профессиональные осмотры заключались в ежегодном медицинском осмотре водителей. При расследовании профессионального заболевания установлено, что он является 

<

данные изъяты>, его профессиональное заболевание возникло в период работы у ответчика, причиной возникновения профессионального заболевания явилось длительное превышение предельно допустимого уровня звука во время работы на 8ДБА, превышение предельно допустимого уровня виброскорости на 4,6 ДБ - локальной вибрации, превышение предельно допустимого уровня виброскорости на 5,6 ДБ - общей вибрации. Непосредственными причинами заболевания явились: общая и локальная вибрация, тяжелая физическая нагрузка. Лицами, допустившими нарушения государственных СЭП и нормативных актов, являются - председатель СХА «Карай» ФИО6, который нарушил СН-1004-73, 4088-86. В ходе расследования случая профессионального заболевания его вины в возникновении заболевания не установлено. В соответствии со справкой МСЭ-2006 № 0009736919 он является 

<

данные изъяты> в результате профзаболевания, 

<

данные изъяты> установлена бессрочно, степень утраты трудоспособности определена в размере 100 процентов в результате профзаболевания, то есть он является пожизненно полностью не трудоспособным в связи с медицинскими показаниями, и любой труд, выполняемый им, будет выполняться вопреки медицинским показаниям.

Вместе с этим, со стороны ответчика какой-либо помощи в его адрес не предоставлялось. Кроме того, за все время трудовой деятельности у ответчика он никогда не предупреждался о возможности подобных последствий для своего здоровья в результате добросовестного исполнения своих трудовых обязанностей.

СХА «Карай» Турковского района Саратовской области являясь работодателем и, являясь ответственным за соблюдение требований трудового законодательства, не обеспечила контроля за соблюдением работниками организации правил и норм охраны труда, техники безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда. Он до момента получения производственной травмы находился на хорошем счету у руководства, являлся уважаемым и авторитетным работником. До настоящего времени он продолжает страдать не только физически, но и морально, и моральная боль гораздо тяжелее переносится, чем физическая. В данный момент он, после получения профзаболевания, был уволен с работы по состоянию здоровья, а именно: он больше не сможет заниматься трудовой деятельностью (быть водителем), так как после получения заболевания его здоровье не позволяет заниматься данным видом трудовой деятельности. Тем самым, он больше никогда не сможет заниматься любимым делом, а работа приносила ему не только финансовый доход, но и моральное удовольствие, что подтверждается его трудовым стажем и неоднократными поощрениями со стороны руководства на протяжении всей трудовой деятельности. После увольнения он испытывает моральные страдания. В результате получения заболевания, он и его семья лишились единственного вида заработка, а сам он лишился любимой работы, которой посвятил всю свою жизнь. В результате получения заболевания, ему требуется постоянное дорогостоящее лечение, которое занимает, большую часть времени, и финансовых расходов. Ранее он являлся кормильцем своей семьи, его зарплаты было достаточно, чтобы обеспечивать все потребности семьи. Помимо заработной платы источником доходов и средств к существованию его семьи было личное подсобное хозяйство, которое фактически вел он. После получения травмы подсобное хозяйство пришло в упадок, в связи с чем, семья потеряла источник дохода. Данная ситуация ставит его в безвыходное положение, так как ему приходится занимать денежные средства, от этого его самооценка как кормильца своей семьи упала до нуля. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

Представитель ответчика – СХА «Карай» Турковского района Саратовской области в лице председателя ФИО7 в письменных возражениях указал, что истец скрыл от суда тот факт, что он является зятем бывшего председателя СХА «Карай» ФИО6, переизбранного собранием коллектива в мае 2017 года и фактически отошедшего от трудовой деятельности в хозяйстве по состоянию здоровья. Со времени увольнения с прежней должности водителя 31.12.2002 год, истец, находясь в свойственных отношениях с председателем артели, пользовался особым привилегированным положением: имеющий инвалидность 2 группы, он продолжал свою трудовую деятельность в должности кладовщика, регулярно ходил на работу и продолжает это делать по настоящее время. За работу истцу ежемесячно в артели начислялась заработная плата. Истец вводит суд в заблуждение относительно того, что после получения профессионального заболевания его личное подсобное хозяйство пришло в упадок. Это не соответствует действительности, так как с 2002 года и по настоящее время в его домашнем хозяйстве содержится скот, который он выгоняет пасти в общее стадо, и ежегодно от СХА «Карай» получает по 5 тонн зерна на содержание домашних животных. Не соответствует действительности и то, что после установления у ФИО1 профессионального заболевания, он не получил от хозяйства никаких выплат, так как на самом деле истцу единовременно была выплачена сумма в размере около 10000 рублей (при его среднемесячной заработной плате за последний предшествующий год работы водителем около 1593 руб.) в качестве возмещения морального вреда в связи с профессиональным заболеванием. Просит в иске отказать.

В судебном заседании истец ФИО1 требования поддержал, в обоснование привел доводы, аналогичные указанным в иске.

Представитель ответчика – адвокат Володина С.Ю. в судебном заседании привела доводы, которые указаны в письменном возражении. Кроме этого, заявила ходатайство о применении срока исковой давности. Просит в иске отказать.

Суд, выслушав объяснения истца, адвоката, представителя ответчика, заключение помощника прокурора Турковского района Саратовской области, полагавшего необходимым удовлетворить требования истца частично, изучив материалы дела, считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения представляют собой отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Как следует из ст. 21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Статьей 212 Трудового кодекса РФ установлена обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда работника.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 10 марта 1984 года ФИО1 был принят в колхоз имени 20 Партсъезда Турковского района Саратовской области на должность шофера. На основании Указа Президента РФ «О реорганизации колхозов и совхозов» от 17 декабря 1990 года, колхоз имени 20 Партсъезда Турковского района Саратовской области был реорганизован сначала в ТОО «Карай», а затем в сельскохозяйственную артель «Карай» Турковского района Саратовской области с 26 февраля 1998 года. Трудовые отношения истца были продолжены в той же должности (л.д.35-36, 78, 79).

Приказом № 10 от 30 декабря 2002 года ФИО1 был уволен с 31 декабря 2002 года из СХА «Карай» на основании справки ВТЭК (

<

данные изъяты>) (л.д.35).

05 января 2004 года комиссией клиники профессиональных заболеваний САР НИИ СГ Министерства здравоохранения РФ у истца установлено наличие заболевания 

<

данные изъяты>, являющегося профессиональным заболеванием, обусловленным работой в условиях воздействия вибрации, тяжелых физических перегрузок, неблагоприятных метеофакторов, что подтверждено извещением об установлении заключительного диагноза (л.д.97).

Из производственной характеристики, выданной комиссией администрации Марьинского округа Турковского района Саратовской области для профпатологического бюро МСЭ г. Саратов следует, что ФИО1, работая водителем в СХА «Карай» испытывал тяжелое физическое напряжение, его работа связана с наличием шума, вибрации, этил содержащих паров бензина, вынужденная поза со статистическим напряжением отдельных групп мышц, льготами не пользовался в связи с тем, что предоставлении льгот не было возможности, норму ежедневно перевыполнял, никакая помощь не оказывалась. Возможность перевода на другую работу не имеется, так как является 

<

данные изъяты> (л.д.15) 

Согласно Акту о случае профессионального заболевания от 10 января 2004 года было проведено расследование случая имеющегося у истца профессионального заболевания – 

<

данные изъяты> и установлено, что причиной профессионального заболевания послужило длительное превышение предельно допустимого уровня звука во время работы на 8ДБА, превышение предельно допустимого уровня виброскорости на 4,6 ДБ - локальной вибрации, превышение предельно допустимого уровня виброскорости на 5,6 ДБ - общей вибрации. Вины истца в приобретение профессионального заболевания не установлено (л.д.52-55).

Согласно справок МСЭ-2006 № 0009736919 № 0687802, выданных 17 января 2008 года, истец является 

<

данные изъяты> в результате профзаболевания, справка выдана повторно, инвалидность установлена бессрочно, степень утраты трудоспособности определена в размере 100 процентов в результате профзаболевания (л.д.13, 14).

Суд приходит к убеждению о наличии вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, вызванного профессиональным заболеванием, который не обеспечил истцу безопасных условий труда. Уровни звука и виброскорости на его рабочем месте превышали предельно-допустимую норму.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из разъяснения, содержащегося в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 (ред. от 06.02.2007 года) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что в результате профессионального заболевания, ФИО1 причинен моральный вред, поскольку имеются физические и нравственные страдания, он испытывает боли в ногах, нуждается в лечении, так как был причинен вред его здоровью, находящийся в причинной связи с трудовой деятельностью на протяжении длительного времени во вредных для организма условиях, выразившейся в приобретении заболеваний, приведших к утрате профессиональной трудоспособности и невозможности работать по профессии.

В связи с полученным профессиональным заболеванием истец лишен возможности реализовать свое право на труд в том объеме, в котором имел возможность реализации своего права до получения заболевания, в связи с чем, он испытывал и продолжает испытывать нравственные страдания: чувство обиды и унижения от того, что как мужчина, глава своей семьи, в связи с полученным заболеванием, не смог в полной мере осуществлять свою трудовую деятельность и обеспечивать свою семью материально. Он переживает, что больше никогда не сможет заниматься любимым делом, а работа приносила ему не только финансовый доход, но и моральное удовольствие, что подтверждается его трудовым стажем и неоднократными поощрениями со стороны руководства на протяжении всей трудовой деятельности.

В связи с тем, что он испытывает боли в позвоночнике и ногах, передвигаясь более 14 лет только с помощью костылей, он испытывает дискомфорт в общении с людьми, неудобство в обществе из-за имеющихся проблем со здоровьем, его заболевание носит прогрессирующий характер, он не может жить полноценной жизнью. 

Истец постоянно проходит лечение в связи с профессиональным заболеванием, однако ему установлена инвалидность по причине полученного профессионального заболевания с 100% степенью утраты профессиональной трудоспособности (л.д.13,14).

Таким образом, требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает тяжесть причиненного вреда, длительность испытываемых нравственных страданий, необходимость прохождения реабилитирующего лечения, прогрессирующий характер заболевания, полагает, что компенсировать причиненные истцу нравственные и физические страдания возможно суммой в 500000 рублей, считая ее разумной и справедливой.

Доводы представителя ответчика об отсутствии вины в возникновении у истца профессионального заболевания, несостоятельны, поскольку профессиональное заболевание установлено истцу в период работы у ответчика, следовательно, ответчик является в данном случае причинителем вреда.

Доводы представителя ответчика о том, что истцу был возмещен моральный вред в размере 10000 рублей, суд считает несостоятельным.

Как следует из материалов дела, ФИО1 был уволен с работы с 31 декабря 2002 года в связи с установлением ему 

<

данные изъяты>, 24 ноября 2003 года по решению правления, ему была оказана материальная помощь на лечение в размере 10000 рублей (л.д.106, 107). Тогда как только в январе 2004 года у истца было установлено наличие заболевания, являющегося профессиональным заболеванием и после этого, никакая помощь истцу не оказывалась (л.д.15 оборот).

У суда отсутствуют основания для применения последствий срока исковой давности, заявленной представителем ответчика.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса РФ исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Суд считает, что к данным правоотношениям срок исковой давности не может быть применен, поскольку требование вытекает из нарушения личных неимущественных прав.

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

С ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, исчисленная по правилам подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ с учетом особенностей, предусмотренных подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.20, п.6 ст. 52 названного Кодекса, которая составляет 300 рублей за требования имущественного характера, не подлежащего оценке.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Сельскохозяйственной артели «Карай» о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, удовлетворить частично.

Взыскать с Сельскохозяйственной артели «Карай» Турковского района Саратовской области в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания в размере 500000 рублей. В остальной части иска отказать.

Взыскать Сельскохозяйственной артели «Карай» Турковского района Саратовской области в доход бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Аркадакский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий