КОПИЯ

1-267/2020

28RS0004-01-2017-000301-46

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Благовещенск 7 сентября 2020 года

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Варкалевич Д.А., 

при секретарях Ермиловой Е.А., Бурдаевой А.М.

с участием:

государственных обвинителей - помощников прокурора г.Благовещенска Амурской области Пичуевой И.Н., ФИО1, ФИО2, ФИО3,

защитника – адвоката Костылевой Л.А., представившей удостоверение *** и ордер *** от 30 января 2020 года,

подсудимого ФИО4, 

потерпевшего Потерпевший №1,

представителя потерпевшего – адвоката Белоусовой А.А., представившей удостоверение *** и ордер *** от 7 февраля 2020 года,

переводчика НМ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО4, родившегося *** в ***, гражданина РФ, со средним образованием, со слов - состоящего в браке, имеющего двоих малолетних детей, официально не трудоустроенного, зарегистрированного по адресу: ***, Л-40, проживавшего в ***, не судимого,

содержащегося под стражей с 23 декабря 2019 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 умышленно причинил тяжкий вред здоровью ЕА, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности его смерть, при следующих обстоятельствах:

3 декабря 2016 года около 21 часа 23 минут у ФИО4, находящегося в помещении амбулаторно-поликлинического отделения травматологии и ортопедии ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница», расположенного по адресу: 

<

...>, в результате высказанных в его адрес оскорблений грубой нецензурной брани со стороны ЕА, Свидетель №12 и Свидетель №11, возник умысел, направленный на причинение ЕА тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни. 

Около 21 часа 24 минут того же дня, ФИО4, реализуя умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ЕА, опасного для жизни, действуя из личных неприязненных отношений к последнему, вызванных высказанными оскорблениями в его адрес, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий от его действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ЕА, опасного для жизни, понимая, что в результате нанесения удара рукой в левую височно-теменную область головы ЕА неизбежно причинит тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, и желая этого, не предвидя возможности наступления смерти ЕА от последствий нанесённого им удара, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, подошёл к стоящему в помещении амбулаторно-поликлинического отделения травматологии и ортопедии ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница», расположенного по указанному адресу, ЕА, и нанёс последнему со значительной силой рукой не менее одного удара в левую височно-теменную область головы, причинив ЕА закрытую черепно-мозговую травму: травматический отек мягких тканей левой височно-теменной области, ушиб лобной, височной и теменной долей левого полушария головного мозга, которая является опасной для жизни и по этому признаку квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ЕА

В результате преступных действий ФИО4 смерть ЕА наступила 5 января 2017 года в ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница» от расстройства мозгового кровообращения, с отёком головного мозга и вклинением миндалин мозжечка в большое затылочное отверстие.

В судебном заседании подсудимый ФИО4 свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не признал в полном объёме, пояснил, что у него не было умысла причинить тяжкий вред, он потерпевшего не бил, считает, что его действия должны быть квалифицированы по ст. 109 УК РФ.

По обстоятельствам дела суду пояснил следующее:

3 декабря 2016 года он поздно вернулся с работы домой и в подъезде дома упал, повредив запястье правой руки. Дома рука начала опухать и болеть. Когда приехали врачи скорой помощи, они его осмотрели, сказали, что у него ушиб правой руки, забинтовали и отвезли в травмпункт. 

В помещении травмпункта трое мужчин ходили, кричали, были в состоянии опьянения, употребляли алкоголь. Среди них был потерпевший Потерпевший №1, в красной куртке. Он (ФИО5) не обращал на них внимания. Когда он подавал в регистратуре паспорт, один из них стал что-то ему кричать. Он проигнорировал. Затем мужчина в красной куртке крикнул ему: «Эй слышь ты, чурка». Он (ФИО5) подошёл, сказал вести себя прилично и вернулся к регистратуре. Эти трое мужчин опять начали его оскорблять, в том числе нецензурной бранью. Он (ФИО5) опять подошёл к ним и снова объяснил, что так нельзя. В это время они как раз были около входной двери. Когда он (ФИО5) подошёл к ним в третий раз, он встал перед потерпевшим в красной куртке, а двое – сзади потерпевшего. Он попросил не оскорблять его. Потерпевший ударил его в грудь. Они стояли по отношению друг друга лицом к лицу. Он (ФИО5) прихватил на две секунды потерпевшего за шею внутренней частью своего локтя, после чего потерпевший упал спиной навзничь, очень сильно ударившись головой об пол (бетонный или мраморный). От удара был сильный звук. Он (ФИО5) присел на колено, приподнял потерпевшего своей левой рукой, начал трогать по лицу, проверять, все ли с ним в порядке. Когда потерпевший открыл глаза, он его отодвинул. Потерпевшего не тянул и на пол не бросал. Зачем оттащил потерпевшего на один метр, не знает.

Затем его (ФИО5) увела врач. Он очень сильно переживал, просил вызвать полицию. 

Считает, что эти трое мужчин, включая потерпевшего, провоцировали его, очень сильно оскорбляли и требовали подойти к ним. Потерпевший своих товарищей не успокаивал. Он никого не убивал, наоборот хотел успокоить.

Из показаний подсудимого ФИО4, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого 6 декабря 2016 года следует, что 3 декабря 2016 года около 20 часов 20 минут он на автомобиле бригады скорой медицинской помощи приехал в травматологический пункт городской клинической больницы по адресу: 

<

...>, так как ранее повредил правую руку, упав на лестнице.

Когда зашел в здание, по пути следования к регистратуре, возле входа, встретил трех ранее ему незнакомых молодых людей, которые, как он понял, находились в состоянии опьянения, так как у них была шаткая походка, невнятная речь, и от них исходил резкий запах алкоголя. Они ругались с охранником, а тот, в свою очередь, пытался их вывести из здания травмпункта. Затем один из парней спросил его в грубой нецензурной форме, почему он на него смотрит. Он ничего не ответил, проигнорировал этого парня. Подойдя к регистратуре, он подал документы регистратору, после чего повернулся в сторону, где находились трое молодых людей. Один их парней снова стал кричать и выражаться в его адрес нецензурной бранью. Он вежливо попросил парня прекратить говорить в его адрес подобные слова, при этом попросил вести себя тише, так как они находились в общественном месте, но парни все равно не успокаивались. Тогда он подошёл к парням поближе, для того, чтобы еще раз попросить их вести себя в медицинском учреждении спокойно. Один из парней, возрастом около 30 лет, ростом примерно 175-180 см, худощавого телосложения, который был одет в красную куртку, начал толкать его ладонью в грудь, при этом выражался в его адрес нецензурной бранью, а также акцентировал внимание на его национальности, называя его «чуркой». Другой парень стоял рядом и также оскорблял его. Третий парень находился у него за спиной. Так как парней было трое, он понимал, что они могут причинить ему физический вред, кроме этого он разозлился из-за того, что парни неоднократно назвали его «чуркой», его обидели эти слова, и он внутренней стороной запястья левой руки нанес один удар в область шеи справа парню, на котором была надета красная куртка, после чего данный парень упал спиной и ударился о бетонный пол. Удар он наносил левой рукой, так как правая рука у него была травмирована. Он правша, правой рукой он владеет лучше, чем левой. Как он полагает, при падении тот ударился головой о бетонный пол, потому что он услышал звук, похожий на удар головы об пол. 

Затем он испугался и хотел помочь встать лежавшему на полу парню, также хотел оказать ему помощь, однако он был без сознания. Двое других парней находились у него за спиной, чем они были заняты в тот момент, ему не известно. В последующем скорую медицинскую помощь лежавшему парню стали оказывать медицинские работники. (том 1 л.д. 50-53)

Оглашённые показания подсудимый ФИО4 подтвердил частично, пояснив, что удара не наносил. При этом допросе ни адвоката, ни переводчика не было.

Допрошенный в ходе предварительного следствия 13 января 2017 года в качестве обвиняемого ФИО4 показывал, что кулаком в область головы ЕА он не бил, а бил в область шеи внутренней стороной предплечья левой руки в скуловую область. От данного удара парень упал и ударился головой об пол. Удар он наносил левой рукой, потому что правая рука у него была травмирована. Убивать он никого не хотел и не думал, что от его удара может умереть человек. Также он не хотел причинять тяжкий вред здоровью ЕА и не думал, что от его удара для ЕА наступят какие-либо тяжкие последствия. (том 1 л.д. 65-68)

Оглашённые показания подсудимый ФИО4 подтвердил частично, пояснил, что ударов потерпевшему он не наносил, а зажал шею потерпевшего внутренней частью предплечья, с правой стороны шеи потерпевшего. На потерпевшего не замахивался. Данные показания он давал без переводчика.

Допрошенный в качестве обвиняемого в ходе предварительного следствия 1 марта 2017 года ФИО4 показывал, что 3 декабря 2016 года около 21 часа 25 минут, когда он находился в помещении травмпункта, ЕА толкнул его рукой в грудь и он в этот момент почувствовал угрозу своей жизни и здоровью, так как второй парень рукой, сжатой в кулак, как он думал, собирался его ударить, а третий парень оскорблял его грубой нецензурной бранью. В момент толчка его рукой он отошёл немного назад и без какой-либо силы зажал внутренней частью запястья левой руки правую часть шеи погибшего ЕА на долю секунды и сразу отпустил. Он был уверен, что потерпевший не упадёт, так как он не наносил ему прямого удара, а производил действия левой рукой, которая у него слабее, чем правая. Он не предвидел возможности причинения тяжкого вреда здоровью, тем более смерти, а также не желал этого. 

ЕА и двое его друзей находились в состоянии алкогольного опьянения, так как от них исходил запах алкоголя, была невнятная речь и шаткая походка. Координация движений у ЕА была нарушена, так как тот находился в состоянии опьянения.

Умысла причинять ЕА тяжкий вред здоровью у него не было. Личных неприязненных отношений у него ни к ЕА, ни к его друзьям также не было. ЕА и его двоих друзей он видел впервые. 

Показания, которые он давал в качестве подозреваемого без переводчика, он не совсем правильно понял в допросе, когда с ними знакомился: он не наносил удар ЕА рукой, сжатой в кулак, а зажал только запястьем левой руки в области его шеи. Он просто не понимал разницы между нанесением удара рукой и зажатием. 

Он каким-либо видом единоборств не занимается и не владеет на каком-либо уровне. (том 1 л.д. 77-79, 88-91)

Оглашённые показания подсудимый ФИО4 подтвердил. Полагает, что потерпевший упал вследствие состояния опьянения.

Несмотря на непризнание подсудимым ФИО4 своей вины, его виновность подтверждается следующими исследованными судом доказательствами:

Потерпевший Потерпевший №1 суду пояснил, что погибший ЕА – его сын, который проживал вместе с ними по адресу: ***. Сын собирался жениться.

В декабре 2016 года сыну было 34 года. 3 декабря около 10 часов вечера сын пришёл домой и лёг спать. На следующий день он стал странно себя вести. Он лежал на диване, возле него суетилась мать, делала примочки. Сначала не придал этому значение, но после обеда обратил внимание, что сын молчит. На вопрос, что случилось, сын показывал на голову, на левый висок, не мог говорить. Телесных повреждений у него не видел. Попросил его написать, у него ничего не получилось. Сыну вызвали скорую помощь. ЕА сам сел в машину. На приёме ему сделали томографию, пытались делать анализы, пункцию. У сына была обширная травма левой височной части. Врач говорил, что есть ещё поражённые участки, которые могли возникнуть от удара, сотрясение было. Исходя из этого, стали оперировать.

Сын умер 5 января 2017 года. Первая клиническая смерть у него была 21 декабря, его реанимировали. После того, как дочь узнала, что у него была клиническая смерть, у неё случились преждевременные роды, ей делали кесарево сечение.

Со слов Свидетель №3 ему стало известно, что на пикнике сын поскользнулся, упал в сугроб и ударил палец. Они поехали в травмпункт, где у них произошел конфликт, инциатором которого был не сын, а братья Свидетель №2 и Свидетель №11. У сына не было медицинского полиса, их не хотели принимать врачи. Они были выпившими, начали права «качать». ЕА начал выводить из травмпункта братьев КУ. Кто-то из братьев зацепил ФИО5, который сделал замечание. Они видимо его оскорбили. ЕА их разнял и они разошлись. Второй раз он тоже уладил. На третий раз, сын их вытащил к входной двери в травмункт. ЕА стоял, застёгивался. Кто-то высказал оскорбление в сторону ФИО5. Он «закипел», «подлетел» и ударил сзади сына кулаком в левый висок. 

От удара сын потерял сознание, упал. Со слов КУ, когда ФИО5 нанёс удар, был сильный щелчок. ФИО5 подошёл к сыну, взял его за капюшон, оттащил от двери, бросил и ушёл. Потом сыну стали оказывать помощь медбрат, фельдшер, положили на каталку и повезли на томографию. Со слов КУ, они там были полчаса. Когда сын пришёл в себя, он каким-то образом отказался от медицинской помощи. Они сели в такси и уехали. Он приехал на такси домой и лёг спать.

Сына может охарактеризовать только с положительной стороны. Он был дружелюбным, контактным, никогда не проявлял агрессии, напротив всегда пытался сглаживать конфликты. Он работал ***, люди пытались к нему попасть, тянулись к нему. Он был сдержанным человеком, алкоголем не злоупотреблял.

Допрошенный в ходе предварительного следствия потерпевший Потерпевший №1 в целом давал аналогичные показания, подробней пояснив, что в городской клинической больнице сыну поставили диагноз: ***. (том 1 л.д. 145-149)

Оглашённые показания потерпевший Потерпевший №1 подтвердил.

Свидетель Свидетель №11 суду пояснил, что 3 или 4 декабря 2016 года около 9 часов вечера он, Свидетель №2 и ЕА приехали в травмпункт, так как последний во время совместного отдыха поскользнулся, упал на руку и вывихнул палец. При падении головой не ударялся. Они были выпившие, но в адекватном состоянии. Из-за отсутствия документов их не хотели принимать в травпункте. Они стали спорить с врачами, чтобы приняли ЕА, но те отказались и они собирались уходить, потом случился инцидент. 

Они втроём стояли около входа, собирались уходить, ЕА перед ним (Свидетель №11) лицом к лицу. Свидетель №12 стоял рядом, с левой стороны. ФИО5 подошёл со спины Потерпевший №1, немного слева, и нанёс удар кулаком левой руки в район левого виска ЕА. К нападавшему ЕА стоял спиной, ФИО5 стоял за спиной Потерпевший №1, лицом был в спину ЕА. Удар ФИО5 был сильный, от тела, так как нога немного приподнята была. Он слышал звук хорошего сильного удара, типа щелчка. В момент удара, голова ЕА была наклонена вниз, так как он застёгивал куртку. Он видел, как ФИО5 нанёс удар, так как стоял лицом к ЕА.

Сразу после удара ЕА начал плавно оседать и завалился на бок, потом на спину, при этом головой об пол он не ударялся. ЕА на полу лежал полубоком, ноги согнуты в коленях.

После удара, подсудимый схватил Женю за капюшон и оттащил в сторону, как бы отшвырнул, потом отошёл.

После падения Потерпевший №1 подошёл медбрат со скорой помощи и ЕА погрузили на каталку, повезли по кабинетам, в том числе на томографию, где он пришёл в сознание, через 1,5 часа после удара. ЕА предлагали остаться в больнице, сделать томографию, но он не захотел и они поехали домой на такси. ЕА говорил, но немного, несложными предложениями. Свидетель №12 проводил ЕА до квартиры. По пути домой ЕА сознание не терял, был в нормальном состоянии.

На следующий день он видел ЕА, тот был неадекватным, не мог разговаривать. 

Почему ФИО5 нанёс удар ЕА, и зачем к ним подходил до нанесения удара – не знает. Ранее с ФИО5 знакомы не были. Он не помнит, угрожал ли им ФИО5 до нанесения ЕА удара. 

Из показаний Свидетель №11, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что 3 декабря 2016 года около 13 часов он совместно с ЕА приехал в *** к своему двоюродному брату Свидетель №12, где они втроём жарили шашлыки, употребляли спиртные напитки. В ходе отдыха во дворе дома ЕА повредил палец на руке, вывихнул его.

В этот же день около 21 часа он, ЕА и его брат Свидетель №12 приехали в амбулаторно-поликлиническое отделение травматологии и ортопедии ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница», расположенное по адресу: ***, для того, чтобы врачи осмотрели ЕА и оказали ему медицинскую помощь. В тот день он был одет в пуховик синего цвета, его брат был одет в рабочую куртку с надписью на спине «Амурские коммунальные системы», а ЕА был одет в пуховик красного цвета.

В отделении больницы они ни с кем из медицинских работников не конфликтовали, а только у них с ними был небольшой спор. 

Около 21 часа 30 минут в травматологию прибыл ранее незнакомый ему парень, у которого была перебинтована кисть правой руки (ФИО4) В это время он, его брат Свидетель №12 и ЕА стояли в холле, у входной двери, так как собирались уходить. В это время к ЕА с левой стороны подошёл ФИО4 и нанёс ЕА один довольно сильный удар рукой, сжатой в кулак, в область головы. От данного удара ФИО4 в голову ЕА он услышал характерный звук и после данного удара ЕА, потеряв сознание, упал на пол, на спину. При падении на пол, насколько он помнит, ЕА головой не ударялся. 

По какой причине ФИО4 нанёс удар в голову ЕА, он не знает. 

После этого ЕА фельдшер скорой медицинской помощи стал оказывать медицинскую помощь, затем ЕА положили на каталку и перевезли в приёмное отделение ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница», куда также проследовал он вместе со своим братом Свидетель №12

Около 22 часов 30 минут, ЕА пришёл в себя, и ему стало лучше. Он не стал оставаться в больнице, а предложил им поехать домой. Когда они ехали в такси, ЕА им не жаловался на головные боли, разговаривал с ними. Они с братом привезли ЕА домой, довели его до квартиры, он зашёл к себе домой и после этого они с Свидетель №12 ушли. По пути следования от больницы и до квартиры, где проживал ЕА, они никуда не заезжали и нигде не останавливались, ЕА головой нигде не ударялся, и его никто больше не бил. 

5 января 2017 года от родственников ЕА ему стало известно, что ЕА скончался. (том 2 л.д. 20-26)

Свидетель Свидетель №11 оглашённые показания подтвердил. ФИО5 подошел к ЕА со стороны регистратуры, по отношению к которой ЕА стоял спиной. При падении у ЕА начали подгибаться колени, он потерял сознание и начал оседать. То есть он не упал на пол, а оседал. В этой части на следствии его следователь об этом не спрашивал. По комплекции ЕА в два раза меньше ФИО5. Он слышал, как ФИО5 угрожал брату. Фельдшер им говорил, что ФИО5 занимается боями и лучше вести себя тихо.

Свидетель Свидетель №12 суду пояснил, что зимой после обеда к нему домой приехали ЕА и Свидетель №3. Они жарили шашлыки, выпили на троих 1,5 литра пива. К вечеру они уже не были пьяными.

Во дворе его дома есть участок, где постоянно образовывается наледь. ЕА, когда шёл там, поскользнулся и упал на руку, вывихнул палец. Головой не ударялся. 

Около девяти часов вечера они поехали в травмпункт, где ЕА отказались принимать, так как не было документов с собой. Они стали добиваться того, что бы хотя бы посмотрели. В холле были лавочки, он (Свидетель №12) сказал всем, что сейчас ляжет на них, пока не примут. Доктора начали возмущаться, завязался спор. 

В спор подключился ФИО5, с которым у него возник конфликт. К нему (Свидетель №12) были претензии от врачей, так как он улёгся на сидение, а ФИО5 подключился к этим претензиям врачей. Что хотел от него ФИО5, ему не было понятно. ЕА пытался его (Свидетель №12) увести, когда он лежал на сидениях, предлагал уйти.

Между ЕА и ФИО5 конфликта не было, последнего ЕА не трогал. 

Потом они собрались на выход, а ФИО5 продолжал спор, один раз подошёл, второй раз. В третий раз подошёл и ударил со спины ЕА кулаком левой руки. ЕА в это время на куртке замок застёгивал, наклонив голову. Удар пришёлся в голову в район левого виска. Удар был на столько сильный, что ЕА на месте стал оседать и завалился, головой об пол не ударялся. ЕА после удара лежал на полу полубоком, колени были согнуты. В этот момент ФИО5 взял ЕА за капюшон и отшвырнул в сторону. ФИО5 никакую помощь ЕА не оказывал.

Он видел, как подошёл ФИО5, так как стоял лицом к регистратуре. ФИО5 подошёл сначала туда, где он стоял, потом переместился на право, и нанёс удар с левой руки. Удар был всем телом, боковой.

Он (Свидетель №12) начал на него кричать, а он говорит: «Если не хочешь здесь лечь, сам замолчи. Я занимаюсь боями». Потом ФИО5 отошёл. К нему подошёл фельдшер, который привёз ФИО5, и сказал, что этого человека он забрал с каких-то боев, что может всех тут положить. 

Затем подошли врачи, положили ЕА на каталку и повезли по кабинетам. Все это время ЕА находился без сознания. Они были рядом с ним. В третьем кабинете ЕА пришёл в себя, разговаривал заторможено, отвечал либо «да» либо «нет» или головой кивал. Видно, что ему плохо было. Без сознания он был 1,5 – 2 часа. 

С больницы отправились по домам на такси. В машине они общались с ЕА, но было видно, что ему плохо. Сначала приехали к ЕА адресу. ЕА он довёл до дому. Поднялись на третий этаж, дверь открыл его отец. Он его завёл в квартиру, а отец ушёл в зал. ЕА помог снять куртку, усадил его в прихожей на сидение. Спросил, как он себя чувствует. После всего этого, ушёл домой.

ФИО5 был спортивного телосложения, примерно под 90 кг, а ЕА был худощавого телосложения. Травм головы у ЕА не было, ему это известно, так как они работают вместе, где проходят медкомиссию.

ЕА был добрым, отзывчивым человеком, неконфликтным. Употреблять спиртные напитки не получалось ни у кого, так как они работали инструкторами по вождению.

Из показаний свидетеля Свидетель №12, данных в ходе предварительного следствия, следует, что 3 декабря 2016 года, около 13 часов, к нему домой приехал брат Свидетель №11 и ЕА, где во дворе дома они отдыхали, жарили шашлыки и употребляли алкогольные напитки. Находясь во дворе, ЕА упал на землю и выбил себе палец на правой руке.

Около 21 часа, он, ЕА и Свидетель №11 приехали в травматологию, чтобы врачи осмотрели повреждённый палец ЕА В тот день он (Свидетель №12) был отдёт в куртку с надписью на спине «Амурские коммунальные системы».

В отделении больницы они ни с кем из медицинских работников не конфликтовали, а только с ними был небольшой спор, спиртные напитки не употребляли.

Около 21 часа 25 минут, в травматологию прибыл ранее незнакомый парень кавказкой внешности (ФИО4), с которым у них произошёл спор в тот момент, когда они уходили из больницы. Инициатором спора был ФИО4 По какой причине возник спор с ФИО4, не понимает. Может предположить, ФИО4 не понравилось их поведение в больнице, так как они спорили с врачами. У ФИО4 была перебинтована правая кисть руки.

Когда он, Свидетель №11 и ЕА приблизились к входной двери травматологии, собираясь уходить, с левой стороны к ЕА подошёл ФИО4 и своей левой рукой нанёс один удар в область головы ЕА, от которого возник характерный звук удара рукой в голову. После нанесённого ЕА удара рукой в голову, тот сразу же без сознания упал на пол. Ударился ли головой ЕА после падения, не знает.

Фельдшер скорой медицинской помощи стал оказывать ЕА медицинскую помощь, а затем его положили на каталку и перевезли в приёмное отделение ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница».

Около 23 часов ЕА пришёл в себя и ему стало лучше. На такси они поехали домой.

5 января 2017 года ЕА скончался. (том 2 л.д. 14-19)

Свидетель Свидетель №12 оглашённые показания подтвердил. Удар Потерпевший №1 был нанесён в голову в левый висок. От удара Потерпевший №1 не упал, а постепенно осел на пол. Удара головой об пол не было.

Из показаний свидетеля Свидетель №8, данных в ходе предварительного следствия, следует, что он является фельдшером в Станции скорой медицинской помощи г.Благовещенска. 3 декабря 2016 года он находился на смене. Около 20 часов 00 минут он в составе бригады скорой медицинской помощи приехал на очередной вызов по адресу: ***. ФИО4, *** года рождения, пояснил ему, что у того болит правая рука, которую, со слов ФИО4, тот повредил в спортзале. Им была наложена повязка на область правой кисти, после чего ФИО4 был ими доставлен в травмпункт, для оказания тому помощи и консультации травматолога.

По прибытию в стационар около 20 часов 20 минут между молодыми людьми в количестве 3 человек, ранее ему незнакомых, образовался конфликт. Насколько он понял, данные молодые люди находились в состоянии опьянения, это было понятно по их шаткой походке. Парни ругались с охранником, тот пытался их вывести из отделения травмпункта. Когда ФИО4 проходил мимо этих молодых людей, один из парней спросил его что-то в грубой нецензурной форме. ФИО4 ему ничего не ответил и прошёл мимо, затем подошёл к регистратуре и подал документы, а затем повернулся к парням. Один из парней снова стал громко выражаться нецензурной бранью и оскорблять ФИО4 Тот в свою очередь попросил парней вести себя потише, так как они находились в медицинском учреждении, но парни его не слушали, тогда ФИО4 подошёл к ним поближе, чтобы объяснить, что нельзя себя так вести в общественном месте. Однако парни продолжали оскорблять ФИО4 Толкали ли парни ФИО4, он не видел. 

Затем он увидел, как ФИО4 ударил одного из парней, который был одет в красную куртку, левой рукой в область головы. При этом он услышал сильный щелчок, после чего данный парень упал на бетонный пол спиной и ударился об пол затылком. Данный парень, находясь в падении, потерял сознание, то есть когда тот упал на пол, то уже был без сознания. Когда парень в красной куртке упал на пол, ФИО4 отошёл в сторону, затем тот снова подошёл к парню, лежащему на полу, взял того за куртку и оттащил от выхода из травмпункта. 

Он в свою очередь сразу же стал оказывать первую помощь лежавшему парню. Затем он поднял его совместно с сотрудниками травмпункта, положил на каталку и того доставили в приёмный покой Городской клинической больницы. Что в последующем стало с данным молодым человеком, ему неизвестно. Однако в его присутствии, до отъезда, парень был без сознания. В тот момент, когда он доставлял пострадавшего парня в приёмный покой, ФИО4 уже находился в смотровом кабинете травмпункта. (том 2 л.д. 1-4)

Допрошенный в ходе судебного заседания 31 августа 2017 года свидетель Свидетель №1 показывал, что примерно в ноябре или декабре 2016 года около 21 часа он находился на посту в травмпункте в первой городской клинической больнице, куда пришли трое парней, находившиеся в состоянии алкогольного опьянения, у одного из парней был сломан палец на руке. Парни, стоя возле регистратуры, конфликтовали с врачами, была вызвана охрана, при этом тот парень, у которого был сломан палец, вел себя спокойнее, чем те двое, которые были с ним.

Подсудимого привезли на машине скорой помощи, у него был перелом или повреждение правой руки, он был трезв. Парни выражались в его адрес нецензурной бранью, «зацепили» его, стали на него возмущаться, подсудимый их успокаивал, а он (Свидетель №1) пытался выпроводить парней. 

Парни вели себя неадекватно, один из них выражался нецензурно в адрес подсудимого, и тот не выдержал, резко двинулся от регистратуры в их сторону и ударил потерпевшего левой рукой, и тот упал назад на спину, ударился головой об пол. Потерпевший был без шапки. Он (Свидетель №1) и фельдшер поместили упавшего парня на каталку и отвезли в приемное отделение терапии. Тот парень, который нанес удар, переживал по поводу случившегося, подходил к потерпевшему. Потом парни забрали того, которого ударили. Он спросил, зачем они уходят, парни ответили, что поведут этого парня домой, и они ушли из отделения. (том 3 л.д. 178-180)

Из показаний свидетеля Свидетель №1, данных в ходе предварительного следствия, следует, что около 21 часа 23 минут один из мужчин, одетый в куртку с надписью «Амурские коммунальные системы», увидев в холле амбулаторно-поликлинического отделения травматологии и ортопедии ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница» ФИО4, стал без всякой причины оскорблять того грубой нецензурной бранью, а также провоцировать на конфликт и на драку. Какое-то время ФИО4 не поддавался на оскорбления и провокацию со стороны двух мужчин, которые были с ЕА, но затем терпение его кончилось. 

ФИО4 3 декабря 2016 года около 21 часа 25 минут подошел к стоящему к нему левым боком ЕА и с силой левой рукой нанёс один резкий удар в левую височную область головы, от которого был характерный звук. После данного удара ЕА без сознания упал спиной на пол и ударился головой об него, если он не ошибается, то затылком. Он не видел, какой частью руки ФИО4 ударил ЕА Был ли это удар кулаком, он утверждать не может, так как находился у того за спиной в момент удара и не видел этого. Более точно сказать, в какую именно область головы ЕА пришёлся удар рукой, он сказать не может, но где-то в левую височную её часть. (том 2 л.д. 7-13)

После оглашения данных показаний 31 августа 2017 года свидетель Свидетель №1 их подтвердил, пояснил, что, по его мнению, понятия «голова» и «горло» означают одно и то же.

Свидетель Свидетель №5 суду пояснила, что она работает в ГАУЗ АО Благовещенской городской клинической больнице заведующей амбулаторно-поликлинического отделения травматологии и ортопедии.

3 декабря 2016 года в 21 час 23 минуты она находилась на рабочем месте, так как была дежурным доктором.

ФИО5 был доставлен бригадой скорой помощи в амбулаторно-поликлиническое отделение травматологии, со слов пациента, во время тренировки он ударил руку. Она осмотрела его правую кисть и направила на рентгенограмму. После осмотра рентгенограммы, костной патологии выявлено не было, но из-за того, что был выраженный отёк, произвели гипсовую мобилизацию.

После этого ФИО5 присел в холле травмпункта и ожидал, потому что до осмотра случился инцидент. Упал молодой человек, которого транспортировали в приёмный покой, ФИО5 ожидал результата. Когда сказали, что товарищи этого молодого человека ушли, ФИО5 так же ушёл. 

До того, как она оказала медицинскую помощь ФИО5, она, услышав шум, вышла из кабинета, и увидела, что молодой человек лежит на правом боку на полу без сознания, у него был выраженный отёк лица и головы. Они его положили на каталку и отвезли в приёмный покой. Пациент через какое-то время был доставлен в больницу и потом он скончался.

Свидетель Свидетель №6 суду пояснил, что ЕА – брат его супруги.

4 или 5 декабря ему позвонил тесть, сказал, что ЕА ведёт себя странно, ничего не говорит, не отвечает на вопросы, походка шатающаяся, показывает на голову. Просит его написать, тот ничего не может написать, рисует какие-то закорючки. Через 10 минут он (Свидетель №6) приехал к ним домой по адресу: ***. Он попытался с ЕА поговорить, но он не отвечал на вопросы, написать ничего не мог, постоянно показывал в область головы, мычал. Никаких повреждений он у ЕА не заметил. Он (Свидетель №6) вызвал скорую помощь. Врачи сказали, что это скорее всего травма головы и увезли его в первую городскую больницу. Там ему поставили диагноз ***, определили ***, и врач сказал, что операция неизбежна. Его прооперировали. Врач сказал, что ***. 

Они каждый день приезжали к ЕА в больницу. 21 декабря 2016 года была клиническая смерть, а 5 января 2017 года Женя скончался. По поводу состояния Жени они консультировались с врачом-нейрохирургом – ФИО6. Тот сказал, что травма очень тяжёлая и надо готовиться к самому худшему.

Братья КУ рассказали ему, что они отдыхали во дворе дома в п. Садовое. ЕА поскользнулся, повредил себе палец. Они обратились в травмпункт и им там отказали, так как не было с собой документов. КУ начали возмущаться. Возник спор с медицинским персоналом, в качестве протеста начали ложиться на скамейки для посетителей. В тот же самый момент туда доставили неизвестного парня (ФИО5), который начал вмешиваться в спор между медицинским персоналом и ребятами. Они собирались уже уходить ЕА застегивал куртку, наклонил голову и пытался попасть в замок и в этот момент ФИО5 подбежал сзади и нанес удар кулаком в висок.

КУ говорили, что удар был такой силы, что был слышен щелчок, как клюшкой по шайбе.

От удара ЕА потерял сознание и, подогнув коленки, сполз на пол.

Потом ФИО5 взял ЕА за капюшон и оттащил в сторону.

КУ начали возмущаться и медбрат со скорой, который привёз ФИО5, их предупредил, что им лучше не связываться с парнем, а то будет хуже.

ЕА отвезли в приёмный покой на каталке. Когда ЕА пришёл в сознание, он отказался от медицинской помощи. КУ увезли его домой. ЕА практически не разговаривал, держался за голову, уже тогда был дезориентирован.

ЕА светлый, добродушный человек, они никогда не видел его агрессивным, в любой ситуации всегда помогал. Крайне редко выпивал. Не видел, что бы ЕА конфликтовал или кого-то провоцировал на конфликт. Уже после смерти ЕА, у него родился сын, которого мать воспитывает одна.

Допрошенный в судебном заседании 26 мая 2017 года, а также в ходе предварительного следствия свидетель Свидетель №4, показывал, что он был знаком с потерпевшим ЕА, который приходился братом его супруги.

4 декабря 2016 года около 17-18 часов ему позвонил его тесть Потерпевший №1 и сообщил, что с ЕА что-то не так, через 10-15 минут они приехали к Потерпевший №1 домой, там находились Потерпевший №1, его супруга ЛА и ЕА. ЕА не разговаривал, на вопросы не отвечал, при ходьбе шатался из стороны в сторону, не мог ничего написать. Потом Потерпевший №1 позвал Свидетель №3, который сказал, что ЕА ударили по голове в травмпункте, куда они приехали в связи с тем, что ЕА повредил палец. Они вызвали для ЕА скорую помощь. Сотрудники скорой помощи доставили ЕА в больницу, в момент доставления в больницу ЕА был в том же состоянии – не мог говорить, был дезориентирован. В больнице хирург им сказал, что ЕА необходима операция, показал на снимках три компрессионных очага, размозжение клеток головного мозга, после чего ЕА отвезли на операцию. После проведённой операции в ночь с 4 на 5 декабря 2016 года ЕА находился в реанимации без сознания, и в течение месяца в сознание не приходил, после чего умер 5 января 2017 года.

Также Свидетель №11 ему пояснял, что с ними ещё находился Свидетель №2, а также рассказал, что подсудимый подошёл к ЕА сзади и нанёс ему удар левой рукой в левую часть головы. В этот момент ЕА застёгивал куртку и не видел, что ему наносят удар. Был щелчок по голове, от чего ЕА упал и потерял сознание, после чего его положили на каталку и увезли в больницу. Со слов братьев КУ ему также известно, что без сознания ЕА находился около 60 минут. Также они пояснили, что в больнице им сначала отказали в оказании ЕА помощи. Подсудимый подходил к ним 2-3 раза, после чего нанес ЕА удар. В сознание ЕА пришёл вечером, и они на такси отвезли ЕА домой. 

ЕА он может охарактеризовать с положительной стороны – в драку не лезет, добрый, душевный, отзывчивый человек. (том 2 л.д. 27-30, том 3 л.д. 171-172)

Из показаний свидетеля Свидетель №9, данных в ходе предварительного следствия, следует, что ЕА был её гражданским супругом.

ЕА она может охарактеризовать с положительной стороны, как очень доброго, отзывчивого человека. ЕА по характеру не конфликтный, не вспыльчивый, не агрессивный человек, общительный. У ЕА очень много друзей, с которыми тот был в хороших отношениях и всегда им помогал. Спиртными напитками ЕА не злоупотреблял, а если и находился в состоянии алкогольного опьянения, то вёл себя спокойно и ни с кем не конфликтовал. ЕА всегда и во всем также помогал ей, в быту спокойный и добрый человек.

3 декабря 2016 года около 12 или 13 часов ЕА звал её на шашлыки к Свидетель №12 в с. Садовое г. Благовещенска. Она тогда с ним не поехала, так как у неё были какие-то дела. 

4 декабря 2016 года в период времени с 12 до 14 часов она неоднократно звонила на мобильный телефон ЕА, но на её звонки тот не отвечал.

5 декабря 2016 года около 10 часов ей позвонил Свидетель №4, который сказал, что ЕА находится в отделении реанимации ГБУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница», так как тому 4 декабря 2016 года сделали операцию. Также Свидетель №4 кратко рассказал ей, что 3 декабря 2016 года в вечернее время ЕА вместе с Свидетель №12 и Свидетель №11 приехали в травмпункт, так как ЕА повредил палец на руке, где в данное время между ЕА, Свидетель №11 и Свидетель №12 с одной стороны, и каким-то мужчиной произошёл конфликт, в результате чего тот рукой ударил ЕА по голове, от чего ЕА упал на пол. Также в тот же день она разговаривала с Свидетель №12, который повторил слова Свидетель №4, а именно обстоятельства получения ЕА телесных повреждений. (том 2 л.д. 35-40)

Из показаний свидетеля Свидетель №7, данных в ходе предварительного следствия, следует, что у него есть родной старший брат – ФИО4, которого может охарактеризовать с положительной стороны, как доброго, порядочного, отзывчивого, справедливого, не конфликтного и не агрессивного человека. Брат никогда не вступает в конфликты и старается их избегать или же как-то успокоить конфликтующие стороны.

Брат никогда в жизни какими-либо единоборствами, боевыми искусствами не занимался и не занимается, и каких-либо боевых навыков не имеет.

ФИО4 задержан за то, что 3 декабря 2016 года, в вечернее время, он поехал в травмпункт, так как повредил руку и в данном месте его без какой-либо причины трое ранее неизвестных ему мужчин стали оскорблять грубой и нецензурной бранью, и при этом они находились в состоянии алкогольного опьянения. ФИО4 даже повода не давал, а те его провоцировали на конфликт.

В ходе произошедшего конфликта, один из троих парней упал на пол из-за каких-то действий брата. Затем данного парня, упавшего на пол без сознания, увезли на каталке в больницу, а ФИО4 направился к дежурному врачу для оказания ему медицинской помощи. (том 2 л.д. 31-34)

Из показаний свидетеля Свидетель №10, данных в ходе предварительного следствия, следует, что ФИО4 – его друг, которого может охарактеризовать с положительной стороны, как доброго, порядочного, не конфликтного и не агрессивного человека. Он обычный парень, работяга. Конфликтов ФИО4 старается избегать. Ему неизвестно, чтобы ФИО4 занимался какими-либо единоборствами и имел какие-либо навыки единоборств.

3 декабря 2016 года, около 18 часов, ФИО4 пожаловался на сильную боль правой руки. Рука была опухшая. ФИО4 сказал, что травму он получил, когда упал на лестнице. В тот же день, около 20 часов 35 минут, он (Свидетель №10) со своего мобильного телефона вызвал ФИО4 скорую медицинскую помощь. 

ФИО4 задержан за то, что 3 декабря 2016 года, в вечернее время, в травмпункте, он то ли толкнул, то ли ударил какого-то парня, из-за того, что его оскорбляли и унижали грубой и нецензурной бранью. Он уверен, что ФИО4 повода данным мужчинам не давал, чтобы они его оскорбляли и не провоцировал их на конфликт. (том 2 л.д. 41-44)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 5 декабря 2016 года, осмотрен кабинет № 123 ГАУЗ АО «БГКБ», по адресу: 

<

...>; в ходе осмотра обнаружен и изъят диск формата DVD-R, содержащий видеозапись за 3 декабря 2016 года. (том 1 л.д. 10-13)

Согласно протоколу осмотра предметов от 25 декабря 2016 года, осмотрен диск формата DVD-R. В ходе осмотра, в том числе установлено, что в «21:24:24» видеозаписи мужчина, одетый в свитер бежевого цвета с рисунком чёрного цвета (ФИО4) подбежал к 3 трём мужчинам (ЕА, Свидетель №11 и Свидетель №12). ФИО4 находится спиной к камере. Установить механизм нанесения удара ФИО4 ЕА не представляется возможным без специальной аппаратуры; в «21:24:26» ЕА лежит на полу, на спине; в «21:24:35» ФИО4 подошёл и перевернул на правый бок ЕА; в «21:26:30» сотрудники ГАУЗ АО «БГКБ» положили ЕА на каталку и увезли.

Осмотренный диск с видеозаписью признан и приобщён к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства. (том 2 л.д. 54-55, 56)

Согласно видеозаписи, содержащейся на диске формата DVD-R, осмотренной в судебном заседании, установлено, что на ней запечатлены потерпевший ЕА, а также подсудимый ФИО4 в период нахождения их в помещении амбулаторно-поликлинического отделения травматологии и ортопедии ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница» в вечернее время 3 декабря 2016 года.

Согласно заключению судебной фототехнической экспертизы № 1 от 18 января 2017 года, установить точное местоположение человека, одетого в красную куртку (Потерпевший №1), относительно человека, одетого в одежду бежевого цвета с черным рисунком (ФИО5), в момент нанесения удара не представляется возможным по причине нахождения между человеком, одетым в красную куртку, и видеокамерой, иных лиц, заслоняющих собой ЕА

Траектория движения руки ФИО4, в момент нанесения удара указана на изображении №3 (том 2 л.д. 79) и заключается в движении левой руки ФИО4 сначала влево, затем вверх и вправо, по направлению к голове потерпевшего ЕА 

Ответить на вопрос о том, какова локализация удара ФИО4, ЕА – со стороны лица или затылка – не представляется возможным, поскольку в момент удара человек, одетый в красную куртку, скрыт из поля зрения камеры группой людей. (том 2 л.д. 75-79)

Согласно заключению эксперта № 75/02 от 1 февраля 2017 года, при проведении судебно-медицинской экспертизы трупа ЕА обнаружены следующие телесные повреждения: 

1. а) ***.

б) ***.

в) ***.

г) ***.

Учитывая локализацию телесного повреждения, указанного в пункте 1 «а» выводов, в момент причинения последнего ЕА находился левой височно-теменной областью головы по отношению к травмирующему предмету. Вероятное месторасположение ЕА и нападавшего в момент причинения ему телесных повреждений могло быть любым, но не исключающим нанесение удара в указанную выше анатомическую область.

Образование телесных повреждений, указанных в пункте 1 «а» выводов, от падения потерпевшего с высоты собственного роста с приданым ускорением, экспертом исключается.

Смерть ЕА констатирована врачом-реаниматологом ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница» 5 января 2017 года в 6 часов 25 минут, что не противоречит установленным трупным явлениям.

Непосредственной причиной смерти ЕА является расстройство мозгового кровообращения, с отеком головного мозга и вклинением миндалин мозжечка в большое затылочное пространство. Непосредственная причина смерти ЕА находится в прямой причинно-следственной связи с телесными повреждением, указанным в пункте 1 «а» выводов. (том 2 л.д. 89-97)

Допрошенный в ходе судебного заседания 18 октября 2017 года судебно-медицинский эксперт ФИО7, показывал, что потерпевший мог получить описанную в заключении судебно-медицинской экспертизы травму от удара твёрдым тупым предметом с приложением физической силы. ***. (том 3 л.д. 208-212)

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №62 от 22 июля 2020 года, у ЕА имелись следующие телесные повреждения:

Закрытая тупая черепно-мозговая травма с «травматическим отеком в левой височно-теменной области», тремя очагами ушиба в левом полушарии головного мозга - в височной, теменной и лобной долях с очаговыми субарахноидальными кровоизлияниями, данная травма осложнилась острым нарушением мозгового кровообращения, дислокационным синдромом, вторичной гипостатической пневмонией, отёком головного мозга, что и явилось непосредственной причиной смерти ЕА

Таким образом, между вышеуказанной закрытой тупой черепно-мозговой травмой и наступлением смерти ЕА имеется прямая причинно-следственная связь.

Закрытая тупая черепно-мозговая травма возникла 3 декабря 2016 года и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности дли жизни.

Судя по локализации и характеру повреждений *** ***.

Экспертами не исключается ***.

Таким образом, судя по имеющимся данным, наиболее вероятным представляется следующий механизм возникновения *** у ЕА - ***.

При компьютерной томограмме головного мозга выявлены ***.

Смерть ЕА наступила 5 января 2017 года в 6 часов 25 минут, более месяца после травмы, то есть при судебно-гистологическом исследовании ***. Подобные изменения не противоречат дате возникновения черепно*** - 3 декабря 2016 года.

В представленных медицинских документах, сведений о наличии у ЕА телесных повреждений «на правой половине головы или шеи» не имеется.

Взаиморасположение нападавшего и потерпевшего могло быть любым, за исключением ситуаций, когда область повреждения была недоступна для травмирующего воздействия.

Характер имевшихся повреждений (***.

После возникновения у ЕА черепно-мозговой травмы, способность к речи и восприятию обращённой речи была либо значительно снижена, либо отсутствовала.

Судя по клинической картине, 3 декабря 2016 года у ЕА имела место ***.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что вина подсудимого ФИО4 в инкриминируемом ему деянии нашла своё подтверждение. 

В судебном заседании подсудимый ФИО4 вину по предъявленному обвинению не признал, пояснив, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ЕА у него не было, он потерпевшего в голову не ударял, а лишь на долю секунды зажал его шею запястьем левой руки. Считает, что потерпевший после этого упал, так как был в состоянии опьянения.

Вместе с тем, указанная позиция ФИО4, а также доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО4 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью человека, опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

К указанным выводам суд приходит на основании анализа и оценки показаний:

- потерпевшего Потерпевший №1 о том, что 4 декабря 2016 года после обеда обратил внимание на то, что его сын ЕА не может говорить и писать, показывает на левый висок. В больнице диагностировали обширную травму левой височной части, сделали томографию, оказывали помощь, провели операцию. Через месяц сын скончался в больнице.

От КУ ему стало известно, что 3 декабря 2016 года в травпункте ФИО4 ударил его сына ЕА в висок и тот упал, потеряв сознание. Потом он пришёл в сознание и, отказавшись от медицинской помощи, поехал на такси домой; 

- свидетеля Свидетель №11 о том, что 3 декабря 2016 года ЕА повредил палец, но его отказались обслуживать из-за отсутствия документов. Они стояли около входа, собирались уходить, ЕА застёгивал куртку, наклонив голову. ФИО4 подошёл со спины ЕА, немного слева, и нанёс удар кулаком левой руки в район левого виска Потерпевший №1. Удар ФИО5 был сильный, от тела, так как нога немного приподнята была. Он слышал звук хорошего сильного удара, типа щелчка. Сразу после удара ЕА начал плавно оседать и завалился на бок, потом на спину, при этом головой об пол он не ударялся. После удара, подсудимый схватил ЕА за капюшон и оттащил в сторону, как бы отшвырнул, потом отошёл;

- свидетеля Свидетель №12 о том, что ФИО5 подошёл со спины ЕА и ударил кулаком левой руки в голову, в район левого виска. ЕА в это время на куртке замок застёгивал, наклонив голову. Удар был всем телом, боковой, на столько сильный, что ЕА, потеряв сознание, на месте стал оседать и завалился, головой об пол не ударялся. В этот момент ФИО5 взял ЕА за капюшон и отшвырнул в сторону;

- свидетеля Свидетель №8, видевшего, как ФИО4 ударил одного из парней, который был одет в красную куртку (ЕА), левой рукой в область головы. При этом он услышал сильный щелчок, после чего данный парень упал на бетонный пол спиной, потеряв сознание. ФИО4 подошёл к парню, лежащему на полу, взял того за куртку и оттащил от выхода из травмпункта;

- свидетеля Свидетель №1 о том, что ФИО4 3 декабря 2016 года около 21 часа 25 минут подошёл к стоящему к нему левым боком ЕА и с силой левой рукой нанёс один резкий удар в левую височную область головы, от которого был характерный звук. После данного удара ЕА без сознания упал спиной на пол;

- свидетеля Свидетель №5 о том, что услышав шум, вышла из кабинета, и увидела лежащего на полу на правом боку молодого человека без сознания. Его положили на каталку и отвезли в приёмный покой. Пациент через какое-то время был доставлен в больницу и потом скончался;

- свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №4, которым со слов братьев КУ стало известно о том, что в травпункте, куда они приехали из-за полученного Потерпевший №1 повреждения пальца, ФИО5 подбежал сзади и ударил кулаком в висок Потерпевший №1, когда тот застёгивал куртку, наклонив голову. КУ говорили, что удар был такой силы, что был слышен щелчок. От удара ЕА потерял сознание и, подогнув коленки, сполз на пол. Потом ФИО5 взял ЕА за капюшон и оттащил в сторону. Через месяц Потерпевший №1 скончался, не приходя в сознание;

- свидетеля Свидетель №9, которая со слов Свидетель №4 и Свидетель №12 узнала о нанесённом Потерпевший №1 в травмпункте удара по голове, от чего Потерпевший №1 упал.

Вышеприведённые показания потерпевшего, свидетелей суд признает достоверными, поскольку их показания получены с соблюдением требований Уголовно – процессуального кодекса РФ, являются допустимыми доказательствами, они достаточно подробны, последовательны, стабильны, согласуются между собой и другими доказательствами по делу, лишены существенных противоречий, относительно значимых обстоятельств дела, в связи с чем, суд полагает их в основу приговора.

Вместе с тем, показания свидетелей Свидетель №12, Свидетель №11, Свидетель №8 и Свидетель №1 суд принимает в части, не противоречащей совокупности иных собранных по делу доказательств, и установленным фактическим обстоятельствам совершенного ФИО4 преступления. 

В частности, суд отвергает показания свидетелей КУ о том, что ни они, ни ЕА не оскорбляли ФИО4, не провоцировали его, и никто с них в отделении больницы не конфликтовал, поскольку эти показания опровергаются показаниями свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №8, а также показаниями ФИО4, признанными судом достоверными в этой части, из которых следует, что потерпевший и находившиеся с ним братья КУ оскорбляли подсудимого, а тот пытался их успокоить.

По этим же причинам, суд не принимает показания свидетеля Свидетель №1 о том, что потерпевший помогал ему успокоить своих друзей, просил их уйти.

Суд так же не принимает показания свидетеля Свидетель №6 о том, Женя там всех успокаивал, с ФИО5 у него никаких конфликтов не было; свидетеля Свидетель №4 о том, что ЕА пытался пресечь конфликт, просил всех уйти домой. Указанные свидетели очевидцами конфликта не были и все обстоятельства им известны со слов братьев КУ.

Показания свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании 31 августа 2017 года в той части, что ФИО4 ударил потерпевшего левой рукой в область горла, суд так же отвергает, так как эти показания противоречат его собственным показаниям на следствии, а также противоречат совокупности иных собранных по уголовному делу доказательств. При этом Свидетель №1 пояснил, что для него удар в горло и удар в голову являются одинаковыми понятиями.

Показания Свидетель №1 о том, что слышал при падении ЕА хлопок об пол, противоречат как показаниям свидетелей КУ, которые отрицали удар потерпевшего головой об пол, и слышали сильный звук от самого удара, а не от падения потерпевшего, так и выводам заключений судебно-медицинских экспертиз, исключивших получение потерпевшим черепно-мозговой травмы от падения с высоты собственного роста с приданым ускорением.

Показания Свидетель №1 в судебном заседании 31 августа 2017 года о том, что сестра хозяйка видела, как упал потерпевший и сказала «Вы что, он головой об пол ударился», так же не могут быть приняты судом, так как личность указанного очевидца ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании установлена не была. При этом, из анализа совокупности исследованных доказательств, достоверно установлено о получении потерпевшим черепно-мозговой травмы в результате нанесённого ему удара, а не вследствие падения.

Доводы стороны защиты о том, что Свидетель №8 не мог видеть, как был нанесен удар потерпевшему, так как не мог постоянно наблюдать за конфликтующими и ФИО4 не говорил ему о намерении ударить ЕА – расцениваются судом как надуманные, поскольку являются лишь её предположением, противоречащим показаниям самого свидетеля, который видел, как ФИО4 ударил одного из парней, одетого в красную куртку (Потерпевший №1), левой рукой в область головы. Оснований не доверять указанным показаниям у суда не имеется, так как показания получены в соответствии с законом и эти показания согласуются с другими исследованными судом доказательствами.

Помимо показаний потерпевшего и свидетелей, вина ФИО4 в совершении преступления подтверждается совокупностью других исследованных судом доказательств, в том числе, протоколом осмотра места происшествия - ГАУЗ АО «БГКБ», по адресу: 

<

...>, в ходе которого обнаружен и изъят диск формата DVD-R, содержащий видеозапись за 3 декабря 2016 года, осмотром указанной видеозаписи, где запечатлены потерпевший ЕА, а также подсудимый ФИО4; заключением судебной фототехнической экспертизы № 1 от 18 января 2017 года, где на фототаблице заявиксирована траектория движения левой руки ФИО4 в момент нанесения удара - сначала влево, затем вверх и вправо, по направлению к голове потерпевшего ЕА; заключением судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего Потерпевший №1, показаниями эксперта ЮЕ, давшего разъяснения, в том числе относительно не возможности получения потерпевшим черепно-мозговой травмы от падения с высоты собственного роста; а также заключением назначенной и проведённой по ходатайству стороны защиты комиссионной судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего ЕА, в целом подтвердившей выводы предыдущей экспертизы, а также иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

У суда нет оснований не доверять иным, письменным доказательствам по делу, поскольку все они соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, составлены уполномоченными на то лицами, взаимно дополняют и подтверждают друг друга, согласуются с признанными судом достоверными показаниями подсудимого, потерпевшего и свидетелей.

Вопреки доводам стороны защиты, заключение судебной фототехнической экспертизы № 1 от 18 января 2017 года (том 2 л.д. 75-79) никаких противоречивых выводов в себе не содержит. При этом, ссылка защитники на то, что данным заключением не представляется возможным установить траекторию движения руки ФИО4, противоречит выводам указанной экспертизы, а также изображению №3 (том 2 л.д. 79), приложенного к заключению.

Доводы защитника о том, что при производстве судебной фототехнической экспертизы не представилось возможным установить точное местоположение ЕА и ФИО4 по отношению друг к другу, и область локализации удара на видеозаписи не видно, - на доказанность виновности подсудимого и юридическую квалификацию его действий, с учетом совокупности собранных по делу доказательств, не влияют. 

Отсутствие сведений о повреждениях на левой руке ФИО4, о неполноте предварительного следствия не свидетельствует.

Заключения проведенных по уголовному делу экспертиз, в том числе комиссионной судебно-медицинской экспертизы, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Исследования проведены квалифицированными экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов мотивированы и научно обоснованы. Оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ, для признания заключений экспертиз недопустимыми доказательствами, не установлено. При этом экспертное заключение №62 от 22 июля 2020 года по отношению к экспертизе № 75/02 от 1 февраля 2017 года является более подробным и полным, поскольку основано на результатах исследования всех предоставленных медицинских документов и материалов уголовного дела. 

При этом, вопреки доводам стороны защиты, суд оценивает выводы заключений экспертиз наряду с иными доказательствами, в совокупности исследованными судом в ходе рассмотрения дела.

Ссылка защитника подсудимого на то, что следователь, не ознакомившись с выводами судебно-медицинской экспертизы, до 1 февраля 2017 года (то есть до окончания производства судебно-медицинской экспертизы) обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении ФИО4 меры пресечения в виде заключения под стражу и предъявил ему обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, о незаконности действий следователя не свидетельствует, так как в материалах уголовного дела содержатся сведения о том, что на момент обращения в суд с указанным выше ходатайством и предъявления ФИО4 обвинения по указанной статье уголовного закона, следователь СО по г. Благовещенск АО располагал данными о причине смерти ЕА

При этом, сведений о том, что предварительное следствие по делу проведено необъективно, а также о фальсификации по делу, судом не установлено.

Имеющееся в материалах уголовного дела заключение специалиста ЭМ, данное им на основании письменного ходатайства адвоката Костылевой Л.А. от 16 марта 2017 года, суд не принимает во внимание, поскольку указанное заключение составлено без учета требований уголовно - процессуального законодательства РФ, то есть специалисту не разъяснялись права и обязанности, специалист не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а его выводы применительно настоящему уголовному делу, относительно обнаруженных повреждений у потерпевшего, являются сомнительными. Указанное заключение специалиста суд признаёт недопустимым доказательством.

Показания специалиста ЭМ в судебном заседании, в части оценки им заключения эксперта № 75/02 от 1 февраля 2017 года, а также оценки материалов уголовного дела, суд не принимает во внимание, так как эти выводы являются его субъективным мнением. Кроме того, суд учитывает, что ЭМ, будучи специалистом-нейрохирургом, врачом судебно-медицинским экспертом не является, следовательно, в его полномочия не входит определение степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

Оценивая показания подсудимого ФИО4, суд пришёл к следующим выводам:

Давая показания в ходе предварительного следствия и в судебном заседании подсудимый ФИО4 сначала, будучи подозреваемым, сообщал, что нанёс удар рукой в область шеи ЕА, затем, что опасался за свою жизнь и здоровье, поскольку ЕА толкнул его, а позже на следствии и в судебном заседании – дал показания о том, что потерпевший его ударил, после чего, он зажал внутренней стороной запястья в области шеи потерпевшего.

Показания подсудимого ФИО4, относительно обстоятельств причинения телесных повреждений потерпевшему ЕА, суд отвергает и не принимает их во внимание, поскольку эти показания нестабильны, непоследовательны, и противоречат как друг другу, так и совокупности иных собранных по уголовному делу доказательств, из которых следует, что ФИО4 нанёс ЕА со значительной силой рукой не менее одного удара в ***, в то время как потерпевший никаких действий в отношении ФИО4 не предпринимал.

В связи с тем, что суд не принимает показания ФИО4 (в том числе, на предварительном следствии) относительно механизма причинения телесных повреждений ЕА, и отвергает их по указанным выше основаниям, данные доказательства с точки зрения их допустимости в связи с заявленными защитником подсудимого доводами о проведении допросов ФИО4 6 декабря 2016 года и 13 января 2017 года без переводчика, и связанные с этим доводы о том, что в этих протоколах допросов были неверно зафиксированы его показания относительно его действий, применённых к потерпевшему, судом не рассматриваются.

При этом показания, данные подсудимым ФИО4 на предварительном следствии и в судебном заседании, достоверность и допустимость которых стороной защиты не оспаривается, суд принимает только в части, которая не противоречит установленным на основе анализа исследованных судом доказательств обстоятельствам совершённого преступления, в частности, относительно времени, места и причин возникновения конфликта - и полагает их в основу приговора. В остальной части – не принимаются судом и расцениваются, как избранный им способ защиты с целью избежать ответственности за содеянное.

При этом довод подсудимого о том, что при допросах в ходе следствия отсутствовал защитник – является несостоятельным, поскольку действительным обстоятельствам не соответствует.

Доводы подсудимого и его защитника о том, что он хотел успокоить ЕА, зажав его шею левой рукой, и не мог предвидеть, что от его действий наступит тяжкий вред здоровью потерпевшего, суд отвергает, и расценивает их как несостоятельные, заявленные подсудимым с целью избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, так как эти доводы опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств. 

По этим же причинам, утверждение защитника о том, что ФИО8 произвёл не сильное однократное зажатие шеи потерпевшего, которое опасности для вреда здоровью не представляет – суд не принимает, как не соответствующее действительным обстоятельствам.

Нанося со значительной силой не менее одного удара рукой в левую височно-теменную область головы потерпевшего, то есть в жизненно важную часть тела, ФИО4 должен был понимать, что его действия повлекут наступление для последнего тяжких последствий.

Ссылки стороны защиты на то, что потерпевший ЕА был в состоянии опьянения и не мог скоординировать свои действия, упав на пол – нельзя признать убедительными, поскольку из показаний очевидцев конфликта - свидетелей КУ, Свидетель №8 и Свидетель №1 следует, что потерпевший потерял сознание сразу после нанесённого удара, в связи с чем упал на пол.

Довод защитника о том, что тяжкий вред здоровью потерпевшего наступил не от действий ФИО4, а в результате удара при падении, не может быть принят судом во внимание, поскольку противоречит заключениям судебно-медицинских экспертиз, а также пояснениям эксперта ЮЕ

Доводы представителя потерпевшего об отсутствии доказательств нахождения ЕА в состоянии опьянения на вывод суда о виновности подсудимого не влияют. При этом, вопреки доводам представителя, для оценки состояния опьянения заключения экспертиз, результатов анализов не требуется. О совместном употреблении спиртных напитков показывали свидетели КУ, а о состоянии опьянения всех троих (Свидетель №12, Свидетель №11, ЕА) показывали свидетели Свидетель №1 и Свидетель №8

При изложенных обстоятельствах, доводы ФИО4 о том, что смерть потерпевшего наступила не от его действий, нельзя признать состоятельными, поэтому оснований для переквалификации действий ФИО4, вынесения оправдательного приговора – у суда не имеется. 

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №12 и Свидетель №11 следует, что из травматологии ЕА сразу отвезли домой, он нигде по дороге головой не ударялся и никто его больше не бил, а 4 декабря 2016 года ЕА никуда из дома не выходил. В связи с этим, суд полагает установленным, что тяжкий вред здоровью потерпевшему причинён именно в результате действий ФИО4

Суд приходит к выводу, что подсудимый ФИО4, который нанёс ЕА со значительной силой левой рукой не менее одного удара в левую височно-теменную область головы, вследствие чего у потерпевшего образовалась черепно-мозговая травма, в данном конкретном случае осознавал, что в результате такого удара он неизбежно причинит потерпевшему тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни, предвидел наступление таких последствий, и желал этого. 

При этом указание стороны защиты на то, что ФИО4 и ЕА ранее знакомы не были; что ЕА был выше ростом; ФИО4 не применял и не использовал каких-либо средств и орудий в качестве предмета преступления – не может свидетельствовать об отсутствии у подсудимого ФИО4 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего ЕА 

Довод защитника подсудимого о том, что по данному уголовному делу, возможно, имела место врачебная ошибка, является лишь предположением, в связи с чем не может быть принят во внимание.

Суд также не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что органом предварительного следствия необоснованно не рассматривался вопрос о ненадлежащем оказании потерпевшему медицинской помощи, так как заключениями судебно-медицинских экспертиз трупа потерпевшего установлено, что потерпевший ЕА скончался от расстройства мозгового кровообращения, с отеком головного мозга и вклинением миндалин мозжечка в большое затылочное пространство, образовавшегося в связи с полученной им в результате преступных действий подсудимого черепно-мозговой травмой, и наступление смерти находится в прямой причинно-следственной связи с указанной травмой, то есть какими-либо иными причинами не обусловлено.

Обсуждая вопрос о юридической квалификации действий ФИО4 суд приходит к следующим выводам:

Судом на основе исследованных доказательств установлено, что данное преступление совершено именно подсудимым ФИО4 при установленных судом обстоятельствах, и что именно от его действий потерпевшему ЕА был причинён тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности его смерть.

Мотивом совершения преступления явились неприязненные отношения у подсудимого ФИО4 к потерпевшему ЕА, возникшие в результате оскорблений со стороны последнего. В этой связи, доводы стороны защиты об отсутствии у ФИО4 оснований наносить удар потерпевшему, нельзя признать состоятельными.

В судебном заседании на основе исследованных доказательств установлено, что тяжкий вред здоровью потерпевшего ЕА причинен в результате умышленных преступных действий подсудимого ФИО4, от которых впоследствии по неосторожности наступила смерть потерпевшего.

Между действиями ФИО4 и наступившими последствиями в виде смерти ЕА имеется прямая причинно-следственная связь.

Совокупность обстоятельств содеянного ФИО4: способ совершения преступления, характер, количество и локализация телесных повреждений, время и место наступления смерти потерпевшего - свидетельствуют о том, что, нанося со значительной силой рукой не менее одного удара в левую височно-теменную область головы потерпевшего, ФИО4 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ЕА и желал причинения такого вреда, т.е. действовал с прямым умыслом.

О прямом умысле ФИО4 свидетельствуют и данные, содержащиеся в заключениях судебно-медицинских экспертиз, а также в показаниях эксперта ФИО7 о количестве, характере, локализации, механизме образования и степени тяжести телесных повреждений, обнаруженных на трупе ЕА

Исходя из фактических конкретных обстоятельств произошедшего, ФИО4 не предвидел возможности наступления смерти ЕА, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление смерти ЕА Обстоятельства, препятствовавшие такому предвидению, отсутствовали. 

Таким образом, ФИО4 небрежно относился к смерти ЕА

У суда нет оснований рассматривать действия ФИО4, связанные с причинением тяжкого вреда здоровью ЕА, повлекшего его смерть, как совершенные в состоянии необходимой обороны, либо превышения её пределов. 

Из исследованных судом доказательств установлено, что ЕА никакой опасности для подсудимого ФИО4 в период, предшествующий нанесению ФИО4 удара потерпевшему в область головы, и в момент этого удара не представлял, никаких предметов, используемых в качестве оружия, у него не имелось, угроз в адрес подсудимого ФИО4, которые бы создавали реальную опасность для его жизни и здоровья, ЕА не высказывалось, в связи с чем он не представлял для ФИО4 опасности. При этом доводы подсудимого о том, что потерпевший толкал или бил его в грудь, своего подтверждения в исследованных доказательствах не нашли и опровергаются показаниями свидетелей Свидетель №12, Свидетель №11, Свидетель №1, из которых следует, что ЕА никаких активных действий в отношении ФИО4 не совершал. В связи с этим суд приходит к выводу о том, что оснований полагать, что ФИО4 защищался от действий потерпевшего и его друзей, опасаясь за свою жизнь и здоровье, действовал в состоянии необходимой обороны либо при превышении её пределов, у суда не имеется. Оснований полагать, что ФИО4 находился в состоянии физиологического аффекта, на что ссылается сторона защиты, у суда также не имеется.

Судом также не установлено фактов, ставящих под сомнение вывод о том, что в момент совершения преступления ФИО4 в полной мере осознавал характер своих действий и руководил ими. 

Принимая во внимание изложенное, суд находит необоснованными доводы стороны защиты о причинении ЕА смерти по неосторожности, поскольку об умысле подсудимого ФИО4 на причинение тяжкого вреда здоровью ЕА свидетельствует способ совершения преступления, характер и локализация телесных повреждений, которые не позволяют суду сделать вывод о наличии в действиях ФИО4 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что оснований для квалификации действий подсудимого ФИО4 по ч. 1 ст. 109 УК РФ не имеется.

Ссылки защитника на то, что ФИО4 не занимается какими-либо видами единоборств, что действовал левой рукой, которая у него является слабее, так как он правша - о невиновности подсудимого не свидетельствует и на юридическую квалификацию его действий не влияет. 

Таким образом, суд признает собранные по делу доказательства достоверными, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ, то есть допустимыми, а в их совокупности – достаточными для вывода суда о виновности подсудимого ФИО4 в совершении преступления. 

На основании изложенного, суд квалифицирует действия ФИО4 по ч. 4 ст. 111 УК РФ - как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении наказания ФИО4, суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, состояние его здоровья, наличие смягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи. 

ФИО4 ранее не судим, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту работы в ***, председателем ***, начальником ***, ***, свидетелями Свидетель №7 и Свидетель №10, по месту отбывания наказания в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Амурской области – положительно. 

Обстоятельствами, смягчающим наказание подсудимого ФИО4, суд признает: наличие малолетних детей у виновного, его положительные характеристики, аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, выразившееся в том, что потерпевший оскорбительно выражался в адрес ФИО4, раскаяние подсудимого в содеянном. 

Убедительных оснований не признавать указанные обстоятельства в качестве смягчающих, на что ссылалась представитель потерпевшего, у суда не имеется, поскольку эти обстоятельства были установлены судом в ходе исследования доказательств и материалов уголовного дела.

Несмотря на то, что в судебном заседании ФИО4 принёс извинения потерпевшему, суд, исходя из категории преступления, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела, а так же того, что потерпевший в результате преступных действий ФИО4 испытывает нравственные страдания, вследствие смерти близкого и родного человека - сына, что является невосполнимой утратой, - не признает данное обстоятельство в качестве смягчающего, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как «иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему».

Вместе с тем, факт принесения потерпевшему Потерпевший №1 извинений со стороны ФИО4 учитывается судом при назначении наказания.

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – «оказание медицинской или иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления» у суда не имеется, поскольку в судебном заседании установлено, что никаких активных действий, связанных с оказанием потерпевшему ЕА медицинской или иной помощи, со стороны ФИО4 не предпринималось, он после причинения телесных повреждений не пытался привести его в чувство, или каким-либо иным образом оказать ему помощь. Удар потерпевшему был нанесён ФИО4 в лечебном учреждении, где круглосуточно находятся медицинские работники, которые фактически сразу стали оказывать помощь пострадавшему без дополнительных просьб и обращений со стороны ФИО4 или иных лиц.

Действия ФИО4, связанные с тем, что он за капюшон одежды оттащил лежащего на полу потерпевшего от входа, а также то, что он переживал за состояние потерпевшего после нанесённого удара, при отсутствии активных действий - оказанием медицинской или иной помощи не является.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО4, судом не установлено.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений.

С учётом изложенного, конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности совершенного ФИО4 преступления, данных о личности подсудимого, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений, суд приходит к выводу о назначении ФИО4 наказания в виде реального лишения свободы, так как его исправление возможно только в условиях реальной изоляции от общества в исправительной колонии.

Суд полагает, что данный вид наказания будет соразмерным наказанием за содеянное им и цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений – будут достигнуты.

При этом, суд считает возможным не применять к ФИО4 дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы. 

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, с учетом данных о личности виновного и конкретных обстоятельств дела, у суда не имеется, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, из материалов дела не усматривается.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ суд не усматривает. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, а также данные о личности виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судом не усматривается оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания ФИО4 назначается в исправительной колонии строгого режима.

В целях исполнения приговора до его вступления в законную силу меру пресечения в отношении ФИО4 в виде заключения под стражу необходимо оставить прежней.

В ходе предварительного следствия потерпевшим Потерпевший №1 заявлен гражданский иск: о компенсации морального вреда в сумме 4000000 рублей, материального вреда, связанного с расходами на лечение (5768 рублей 60 копеек), погребение ЕА, поминальные обеды (107516 рублей 90 копеек), а также расходы на оплату услуг представителя – адвоката Комлевой Н.М. (30000 рублей), адвоката Белоусовой А.А. (40000 рублей) в общей сумме 183285 рублей 50 копеек. Данные исковые требования потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании поддержал.

Подсудимый ФИО4 возражал против взыскания с него компенсации морального вреда, пояснив, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего у него не было; так же возражал против взыскания расходов на услуги представителей, так как указанных адвокатов он не нанимал, а со стороны обвинения в процессе также принимал участие государственный обвинитель и не было необходимости нанимать представителя. Не отрицал, что должен понести расходы за погребение.

Разрешая судьбу заявленного гражданского иска, суд приходит к следующим выводам: 

В силу ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает требования статей 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ, а именно: фактические обстоятельства дела, характер причиненных потерпевшему Потерпевший №1 нравственных страданий, вызванных невосполнимой утратой – смертью близкого человека (сына), степень вины причинителя вреда – ФИО4, его семейное и материальное положение (как сообщил подсудимый, у него двое детей), реальную возможность возмещения причиненного вреда, а также учитывает требования разумности, соразмерности и справедливости. 

Суд находит гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о взыскании с подсудимого морального вреда обоснованным на основании ст. 151 ГК РФ. Виновность подсудимого ФИО4 в совершении преступления в отношении ЕА установлена судом.

С учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с подсудимого ФИО4 в пользу потерпевшего Потерпевший №1 – 1500000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В судебном заседании нашел свое подтверждение факт несения Потерпевший №1 расходов на погребение ЕА и поминальные обеды в общей сумме 107516 рублей 90 копеек, так как указанная сумма подтверждается представленными потерпевшим документами – накладными и квитанциями к приходным кассовым ордерам, кассовыми чеками, счетами-заказами МКП «Городской сервисно-торговый центр».

При таких обстоятельствах, суд считает, что сумма в размере 107516 рублей 90 копеек подлежит взысканию с подсудимого ФИО4 в пользу потерпевшего Потерпевший №1

Гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о возмещении затрат, связанных с оплатой услуг представителей на общую сумму 70000 рублей (30000 рублей адвокат Комлева Н.М., 40000 рублей адвокат Белоусова А.А.), подлежит удовлетворению, а указанная сумма – взысканию с подсудимого ФИО4, так как в указанной части расходы потерпевшего на оплату услуг адвокатов подтверждаются представленными материалами: квитанцией к приходному кассовому ордеру № 4 от 25 января 2017 года, из которой следует, что адвокатом Комлевой Н.М. получено 30000 рублей от Потерпевший №1 за представление интересов потерпевшего по уголовному делу на предварительном следствии и в суде; соглашением об оказании юридической помощи потерпевшему по уголовному делу от 25 января 2017 года; квитанцией №058076 от 7 февраля 2020 года о получении адвокатом Белоусовой А.А. 40000 рублей за представление интересов потерпевшего по уголовному делу в суде первой инстанции.

Сам по себе факт несогласия подсудимого ФИО4 с суммами заявленного гражданского иска в части понесенных потерпевшим материальных затрат, в связи с несогласием с квалификацией его действий, что в деле участвовал государственный обвинитель и не было необходимости нанимать представителя - не является основанием для освобождения его от выплаты указанных сумм в пользу Потерпевший №1

Вместе с тем, суд полагает, что заявленные потерпевшим исковые требования о возмещении материального ущерба в остальной части – в сумме 5768 рублей 60 копеек – рассмотрению в настоящем уголовном судопроизводстве не подлежат по следующим основаниям: в соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая, что требования потерпевшего о взыскании с подсудимого ФИО4 материального ущерба, связанного с приобретением лекарственных препаратов и иных расходов на лечение, требуют дополнительных расчетов, и соответственно, отложения судебного разбирательства, суд полагает, что гражданский иск в указанной части рассмотрению в настоящем уголовном судопроизводстве не подлежит.

Вместе с тем, суд признает за гражданским истцом Потерпевший №1 право на удовлетворение гражданского иска в указанной части, и передает вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО4 – заключение под стражу – оставить без изменения. 

Срок отбывания наказания исчислять с 7 сентября 2020 года. 

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО4 под стражей в период с 13 января 2017 года по 20 февраля 2018 года, а также с 23 декабря 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. Кроме того, зачесть наказание отбытое ФИО4 по настоящему уголовному делу – с 21 февраля 2018 года по 22 декабря 2019 года.

Взыскать с ФИО4 в пользу потерпевшего Потерпевший №1:

в счет компенсации морального вреда 1500000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей;

расходы, связанные с погребением ЕА, в сумме 107516 (сто семь тысяч пятьсот шестнадцать) рублей 90 копеек; 

расходы, связанные с оплатой услуг представителя потерпевшего – адвоката Комлевой Н.М. в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей;

расходы, связанные с оплатой услуг представителя потерпевшего – адвоката Белоусовой А.А. в сумме 40000 (сорок тысяч) рублей.

В остальной части гражданский иск потерпевшего Потерпевший №1 о взыскании причиненного материального ущерба (в сумме 5768 рублей 60 копеек) оставить без рассмотрения, и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Вещественное доказательство – диск с видеофайлами – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда через Благовещенский городской суд Амурской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО4, содержащимся под стражей – в тот же срок с момента вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии и участии своего адвоката в рассмотрении жалобы судом апелляционной инстанции, о чём он должен указать в своей расписке и в апелляционной жалобе.

Вступивший в законную силу приговор может быть обжалован в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в суд кассационной инстанции – в Судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда города Владивостока Приморского края (

<

...>), через Благовещенский городской суд Амурской области.

Председательствующий Д.А. Варкалевич

КОПИЯ ВЕРНА:

Судья Д.А. Варкалевич