Дело № 2-1017/2017 мотивированное 

решение

 изготовлено 26.05.2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 мая 2017 года 

Заволжский районный суд г.Ярославля в составе 

председательствующего судьи Пивоваровой Т.В.

при секретаре Шептовицкой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Ярославле гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с настоящим иском к ответчикам. В обоснование требований указал, что в период брака с ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ими была приобретена двухкомнатная квартира 

<

адрес>. Право собственности на квартиру было оформлено на ФИО2 В сентябре 2016 года ФИО2 предъявлено во Фрунзенский районный суд г. Ярославля исковое заявление о разделе совместно нажитого с истцом имущества. В ходе рассмотрения дела истцу стало известно, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, ФИО2 была продана ДД.ММ.ГГГГ своим родителям ФИО4 и ФИО3 Согласие истца на отчуждение квартиры в нарушение части 3 ст. 35 СК РФ ответчиком не получено. Истец просит признать сделку по продаже квартиры незаконной, поскольку она совершена без согласия третьего лица, необходимость которого предусмотрена законом, а также применить последствия недействительности сделки. 

В судебном заседании представитель истца по доверенности адвокат Чистов В.В. исковые требования поддержал в полном объеме, дополнительно указал, что покупатели квартиры являются родителями истца, и им было известно о том, что квартира была приобретена в браке с истцом, а письменного нотариально заверенного согласия на продажу спорной недвижимости истец ответчику не давал. Считает, что реализация данного жилого помещения была произведена истцом с целью исключения указанной квартиры из объектов общего имущества супругов, подлежащих разделу в судебном порядке.

Ответчики: представитель ФИО2 по доверенности ФИО5, ФИО3 исковые требования не признали, представили письменные возражения на иск, пояснили, что родители ФИО6 предоставляли деньги на приобретение спорной квартиры ФИО2, поэтому право собственности на квартиру было зарегистрировано на нее, ФИО1 также всегда указывал на то, что квартира принадлежит жене и детям. В ДД.ММ.ГГГГ году истец добровольно снялся с регистрационного учета в спорном жилом помещении и вывез свои вещи, с указанного времени никаких расходов по содержанию квартиры, оплате коммунальных услуг не несет. Считают, что с ДД.ММ.ГГГГ года, когда истец прекратил пользоваться жилым помещением, прошло около № лет, претензий в отношении квартиры ответчиком не заявлялось, меры по вселению не предпринимались, срок исковой давности пропущен. 

ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещалась судом надлежаще, ранее представляла письменные возражения на иск, в которых выразила несогласие с предъявленными исковыми требованиями, указала, что не знала, что жилое помещение может принадлежать истцу на праве общей собственности.

Третье лицо: Управление Росреестра по Ярославской области в судебное заседание не явилось, о времени и месте судебного заседания извещалось судом надлежащим образом.

Заслушав представителя истца, представителя ФИО2, ответчика ФИО3, изучив письменные материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, на основании решения мирового судьи судебного участка № 4 Заволжского района г. Ярославля от 26 декабря 2008 года брак между ФИО2 и ФИО1, заключенный ДД.ММ.ГГГГ, расторгнут. В период брака ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на основании договора купли-продажи была приобретена двухкомнатная квартира 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о праве собственности от ДД.ММ.ГГГГ № /л.д.34/. На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ указанная квартира ФИО2 продана родителям ФИО3 и ФИО4 в долевую собственность по № доле в праве общей долевой собственности каждому /л.д.12-13/.

Оспариваемый истцом договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть тогда, когда ФИО1 и ФИО2 перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой, осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимости другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

В рассматриваемом случае получение согласия бывшего супруга ФИО1 на совершение сделки по купле-продаже квартиры не требовалось. В этой части доводы искового заявления судом признаются несостоятельными. 

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 названной статьи каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, необходимо установить наличие или отсутствие полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки, а также наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

С учетом того, что истец оспаривает совершение бывшей супругой ФИО2 сделки по распоряжению спорной квартирой, то именно он должен доказать недобросовестность поведения ответчиков ФИО4 и ФИО3 на предмет их осведомленности об отсутствии у ФИО2 полномочий распоряжаться квартирой.

Между тем, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО4 и ФИО3 знали или заведомо должны были знать об отсутствии согласия ФИО1 на совершение сделок по продаже ФИО2 спорной квартиры, истцом не представлено. Материалы дела также не содержат сведений, подтверждающих недобросовестность ответчиков при заключении договоров купли-продажи квартиры.

Напротив, ответчик ФИО3 – отец ФИО2 показал, что ФИО1 выехал из спорной квартиры в ДД.ММ.ГГГГ году, вывез свои вещи, в квартире не проживал, расходов по содержанию и ремонту квартиры не нес. При приобретении спорного жилого помещения ФИО1 в присутствии ФИО3 неоднократно указывал на то, что спорная квартира принадлежит жене и детям, каких-либо запретов со стороны истца на продажу квартиры не было. Истцом данные показания не опровергнуты, доказательства, подтверждающие наличие препятствий в пользовании истцом спорной квартирой в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ год, не представлены.

Как следует из содержания договора купли-продажи квартиры ДД.ММ.ГГГГ (п. 2.6), на момент его подписания спорная квартира, со слов продавца, никому не продана, не заложена, в споре, под арестом и запретом не состоит и свободна от любых прав третьих лиц. Сам факт родственных отношений между ФИО2 и ФИО3, ФИО4 не свидетельствует о наличии осведомленности родителей об отсутствии полномочий у их дочери по распоряжению квартирой. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ответчики ФИО3 и ФИО4 не были ли осведомлены об отсутствии у ФИО2 полномочий распоряжаться квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, поскольку квартира была оформлена на ФИО2, а истец в присутствии ответчиков неоднократно указывал на то, что на спорное жилое помещение не претендует.

Довод представителя истца о том, что сделка купли-продажи жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ состоялась накануне обращения ФИО2 к ФИО1 с иском о разделе совместно нажитого имущества во Фрунзенский районный суд г. Ярославля, судом отклоняется, поскольку пунктом 7 ст. 38 СК РФ предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

Как разъяснено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Таким образом, течение трехлетнего срока исковой давности, по мнению суда, должно исчисляться с момента прекращения права пользования жилым помещением ФИО1, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ года, и на момент рассмотрения дела о разделе совместно нажитого имущества в ДД.ММ.ГГГГ году трехгодичный срок исковой давности уже истек.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Заволжский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Т.В.Пивоварова