Дело № 2-789/2018 г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 октября 2018 года Озерский городской суд Челябинской области в составе 

председательствующего судьи Шишкиной Е.Е., 

при секретаре Гариной Е.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба причиненного дорожно-транспортным происшествием и компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о возмещении ущерба от ДТП. В обоснование требований истец сослался на то, что 27 ноября 2017 года в 12 час. 00 мин. по адресу 

<

...> произошло ДТП, участниками которого явились ФИО2, управлявший Форд Фокусом г/н № и ФИО1, управлявший автомобилем Киа г/н №. На основании дела об административном правонарушении ФИО2 нарушен п.8.1. ПДД РФ. 

19 января 2018 года СПАО Ингосстрах признала случай страховым и выплатила истцу 400 000 руб. Однако, на основании экспертного заключения, стоимость восстановительного ремонта составила 520 777 руб. 73 коп. 

ФИО1 просит суд взыскать с ФИО2 материальный ущерб – 138 808 руб. 57 коп., расходы по оплате эксперта – 15 000 руб., юридические услуги – 10 000 руб., госпошлину – 3 976 руб. 17 коп. 

Впоследствии представили уточненное исковое заявление, в котором просили наряду с изложенными выше требованиями, взыскать моральный вред в размере 10 000 руб. (л.д. 229). Полагают, что противоправными действиями ответчика ФИО2 истцу причинены физические и нравственные страдания. В момент ДТП истец испытал страх за свою жизнь, а также физическую боль от удара, что в совокупности явилось для ФИО1 сильнейшим стрессом. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен. 

Представитель истца ФИО3, наставила на требованиях, изложенных в уточненном заявлении, ссылалась на мнение по судебной экспертизе (л.д. 235). 

Также по существу пояснила, что до произошедшего ДТП ФИО1 ехал за ФИО2 по крайней правой полосе. Включив левый сигнал поворота, перестроился во вторую полосу. Таким образом, автомобиль Форд под управлением ответчика двигался справа от автомобиля Киа под управлением истца. 

ФИО1 поравнялся с ФИО4, потом стал его опережать, поскольку скорость была выше. 

В районе поворота на аэропорт водитель Форда - ФИО2 стал вести себя непредсказуемо, а именно, не включив сигнала поворота стал смещаться в сторону аэропорта, то есть прямо на автомобиль ФИО1 Когда стал наступать момент столкновения, истец стал смещаться в сторону обочины, применил торможение, однако столкновения избежать не удалось. Таким образом, ФИО2, управлявший автомобилем Форд «вытеснил» истца с дороги. ФИО5 при повороте налево не убедился в безопасности своего маневра и не пропустил автомобиль истца, движущийся в попутном направлении. 

Ответчик ФИО2 извещен, не явился. 

Представитель истца ФИО6 просила в удовлетворении исковых требований отказать. 

Полагает, что виновником в ДТП является именно истец. Сослалась на результаты экспертизы, в которой отражено, что не все повреждения относятся к контактному взаимодействию автомобилей. 

По существу пояснила, что оба автомобиля двигались по средней полосе: впереди Форд под управлением ФИО2, сзади ФИО1 на автомобиле Киа. Затем ФИО2 стал смещаться на крайнюю левую полосу для поворота в сторону аэропорта и увидел в зеркало, что с левой стороны его обгоняет автомобиль Киа с большой скоростью. 

ФИО2 двигался с небольшой скоростью и стал «уходить» от столкновения в результате чего, произошло лишь контактное взаимодействие автомобилей - скользящее столкновение. 

Если бы он продолжал движение в сторону аэропорта, то столкновение было бы более значительным, что привело бы к более тяжким повреждениям транспортных средств. Тот факт, что ФИО2 двигался с небольшой скоростью свидетельствует остановка его автомобиля перед препятствием. 

Тот факт, что ФИО1 двигался с большой скоростью свидетельствует его съезд в кювет, что привело к более значительным повреждениям. 

Третье лицо ФИО7- собственник автомобиля Форд Фокус №, сменившая фамилию на ФИО8 (л.д. 143), в судебное заседание не явилась, извещена (л.д. 234).

Ранее представила мнение, в котором отразила, что вопрос о виновности водителя Киа не рассмотрен, что указывает на неполноту установления всех обстоятельств ДТП. Учитывая, что достоверного подтверждения вины ответчика в ДТП нет, полагает, что оснований для удовлетворения иска не имеется (л.д. 141-142).

Третьи лица: СПАО Ингосстрах, АО ГСК Югория извещены, представителя не направили.(л.д. 231-232).

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд отказывает в удовлетворении исковых требований. 

В соответствии со ст. 1072 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (абз. 2 п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ).

Судом установлено, что 27 ноября 2017 года в 12 час. 00 мин. в г. Челябинске на Бродоколмаском тракте напротив д. 3/1, произошло ДТП. Водитель ФИО2, управляя автомобилем Форд Фокус г/н № и ФИО1, управляя автомобилем Киа г/н № совершили между собой столкновение. На основании постановления от 25 декабря 2017 года производство по делу в отношении ФИО2 прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, согласно п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ (л.д. 124- 125).

На основании справки о ДТП ФИО2 вменено нарушение п.8.1 ПДД РФ. ФИО1 нарушений ПДД РФ не допустил (л.д. 126).

Как следует из доводов третьего лица ФИО8 (ФИО7) и доводов ответчика ФИО2 изложенных в представленных им документа (л.д. 149, 152-153) ДТП произошло в связи с тем, что ФИО1 не выбрал безопасную скорость движения и допустил столкновение, что свидетельствует о наличии спора о виновности лиц участвующих в ДТП. 

Судом обращается внимание на то, что вопрос о виновности или невиновности кого-либо из участников ДТП в его совершении, несоответствия их действий требованиям Правил дорожного движения, подлежит установлению и рассмотрению в рамках настоящего гражданского дела о возмещении ущерба.

Исследуя представленные суду материалы дела и отказывая ФИО1 в удовлетворении иска, суд исходил из того, что вины водителя автомобиля Форд г/н № ФИО2 в совершении дорожно-транспортного происшествия не имеется. При этом, суд пришел к выводу о наличии в действиях истца - водителя ФИО1 нарушений Правил дорожного движения РФ, следствием которых явилось ДТП, суд исходит из следующего.

В связи с оспариванием ответчиком и третьим лицом виновности в указанном дорожно-транспортном происшествии и получением технических повреждений автомашины истца в данном ДТП, в рамках рассмотрения данного гражданского дела судом была назначена комплексная судебная экспертиза. (л.д. 196-216).

При заявленных обстоятельствах ДТП экспертами разложено на следующие этапы:

- Этап схождения автомобилей : Автомобиль Форд движется с постоянной скоростью в пределах своей полосы, начинает смещаться влево. Киа движется за автомобилем Форд с большей скоростью. При смещении автомобиля Форд влево, автомобиль Киа также начинает смещаться в лево, при этом Киа опережает Форд.

-Этап контактного взаимодействия. Между деталями автомобилей происходит контактное взаимодействие в виде проскальзывания. 

- Этап расхождения. Транспортные средства вышли из контактного взаимодействия, автомобиль Форд остановился, Киа съезжает в кювет. (л.д. 202).

Из заключения экспертов ООО НСЭ Принцип следует, что не все повреждения автомобиля от заявленного ДТП образуются в процессе контактного взаимодействия. В рамках заявленного механизма столкновения автомобиль Форд остановился в процессе контактного взаимодействия, а Киа остановился в результате съезда в кювет 

В процессе контактирования автомобилей, автомобиль Киа получил повреждения: правой задней двери; правого заднего крыла; колпака заднего правого колеса. 

Все остальные повреждения, зафиксированные в акте № не связаны контактированием с автомобилем Форд и могли быть получены автомобилем истца в результате съезда в кювет. Отмечают, что сработка подушек безопасности в автомобиле Киа произошло не от столкновения автомобиля Киа с автомобилем Форд, а вследствие съезда автомобиля в кювет.(л.д. 197).

Взаимодействие автомобиля Киа и автомобиля Форд носило скользящий характер и не могло стать причиной заноса (съезда) автомобиля Киа в кювет. (л.д. 203). 

Как следует из экспертизы, определить техническую возможность предотвращения ДТП не представляется возможным (л.д. 204).

Вместе с тем, эксперт отмечает, что водитель Киа в сложившемся ДТП вместо применения мер к снижению скорости вплоть до полной остановки (экстренного торможения), применил маневрирование (вывернул руль в лево) о чем свидетельствует изменение траектории первоначального движения автомобиля Киа.

На основании ответов на вышеперечисленные вопросы, экспертом произведен расчет стоимости восстановительного ремонта повреждений Киа г/н №, полученных в результате взаимодействия с Форд г/н №, он составил с учетом износа – 46 463 руб. 11 коп. (л.д. 204).

Суд, определяя стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца принял в качестве достоверного заключение судебного эксперта ООО НСЭ «Принцип». 

Правовой статус заключения экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность выводов судебных экспертов. Заключение содержит необходимые расчеты, ссылки на использованную нормативно-техническую документацию, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст.307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Оспаривание представителем истца заключения судебной экспертизы, в частности методов ее проведения и сделанных экспертами выводов, не свидетельствует о её незаконности. 

Относимых и допустимых доказательств неправильности и недостоверности проведенной судебной экспертизы не представлено. В деле отсутствуют какие-либо документы, которые могли бы опровергнуть или поставить под сомнение выводы судебных экспертов. 

По мнению суда, сумма восстановительного ремонта автомобиля истца зависит от объема повреждений, которые были причинены в процессе контактирования автомобиля Форд и автомобиля Киа. А именно: повреждения правой задней двери; правого заднего крыла, заднего бампера и колпака заднего правого колеса. 

Остальные повреждения у автомобиля Киа не связаны контактированием с автомобилем Форд и получены в результате съезда автомобиля Киа. 

Несмотря на наличие у автомобиля Киа под управлением ФИО1 повреждений, полученных в результате контактирования с автомобилем Форд, суд полагает, что их появление, как и съезд в кювет, в результате чего автомобиль получил и иные, более значительные технические повреждения, связано именно с виновными действиями самого истца. 

Согласно статье 1 Федерального закона "О безопасности дорожного движения" правовое регулирование дорожного движения осуществляется в целях охраны жизни, здоровья и имущества граждан, защиты их прав и законных интересов, а также защиты интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий.

Единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации (пункт 4 статьи 22 данного Федерального закона).

Правительство Российской Федерации, осуществляя полномочия, предоставленные ему федеральным законодателем, постановлением от 23 октября 1993 г. N 1090 утвердило Правила дорожного движения Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 N 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил дорожного движения, знаков и разметки, а также действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Из пункта 1.2 Правил дорожного движения следует, что "перестроение" - выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда с сохранением первоначального направления движения.

П. 8.1. ПДД РФ- Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Так, согласно п. 8.5 ПДД РФ перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Судом бесспорно установлено и подтверждено материалами дела, что водитель ФИО2, управлявший автомобилем Форд, двигался по Бродоколмакскому тракту по средней полосе, за ним двигался автомобиль Киа под управлением ФИО1 

По пути следования ФИО2 имел намерение продолжить движения в сторону «Аэропорт», в связи с чем, начал перестроение со средней полосы в крайнюю левую, для осуществления движения в сторону «Аэропорт», заняв при этом во исполнение п.8.5 ПДД РФ соответствующее крайнее положение на проезжей части, о чем свидетельствует схема места ДТП (л.д. 127).

В судебном заседании представитель истца ФИО3 также подтвердила, что ФИО1 двигался на своем автомобиле прямо в сторону с. Лазурное, 

<

>

Таким образом суд делает вывод, что ФИО1 должен был по пути следования двигаться только прямо, что не предполагает осуществление движения в сторону, в данной ситуации - влево. 

Это позволяет суду сделать вывод и согласиться с мнением эксперта, что вместо применения мер к снижению скорости вплоть до полной остановки, истец применил маневрирование, изменив траекторию своего первоначального движения.

Из объяснений истца ФИО1 от 28 ноября 2017 года - в день ДТП, следует, что он двигался со скоростью 60 км/ч в сторону Бродоколмака. Форд Фокус начал медленно перемещаться влево, не включая поворотника (л.д. 128). Истец, чтобы избежать столкновения, включив поворотник влево занял крайнюю полосу, при этом применил экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось.

В свою очередь 

<

> - ФИО9, спустя некоторое время после ДТП - в своих объяснениях от 07 декабря 2017 год пояснила, что они двигались по второй полосе в сторону Кургана. 

Суд обращает внимание на её объяснения.: «Впереди них попутно справа двигался автомобиль Форд, который вел себя неадекватно. На кольце аэропорт Форд резко повернул налево, отец притормозил, принял левее». 

Суд находит доводы ФИО11 и его 

<

> противоречивыми и не согласующимися между собой.

Суд полагает, что дача объяснений в той позиции, которую заняла 

<

> - ФИО9 спустя промежуток времени после ДТП (непосредственно в день ДТП с неё объяснений не брали) это способ защиты в сложившейся ситуации. 

Суд принимает во внимание объяснения ФИО1, которые он дал непосредственно после ДТП, который пояснил, что он осуществлял движение по средней полосе, впереди него находился автомобиль Форд (л.д. 128), схему места ДТП, в которой отражено направление движения автомобилей по средней полосе друг за другом (л.д. 127).

На основании указанных выше доказательств, суд не принимает во внимание довод представителя истца ФИО3, которая ссылалась в судебном заседании на объяснения 

<

> из материалов административного дела и пояснила, что автомобиль Форд под управлением ответчика двигался справа от автомобиля Киа под управлением истца и в результате неправомерных действий ФИО2 вытеснил автомобиль истца с дороги. 

Установлено, что автомобили двигались друг за другом по средней полосе и ФИО2 не осуществлял движение справа от истца.

Факт того, что ФИО4 не включил левый сигнал поворота ничем не подтвержден. 

Опровергается данный факт свидетельскими показаниями ФИО10 в судебном заседании от 25 июня 2018 года, показавшим, что ФИО2 включил левый поворот. Автомобиль оборудован звуковым сигналом. (л.д. 177-179).

Не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется. 

Более того, подача или неподача сигнала поворота в сложившейся обстановке не может являться причинно - следственной связью с произошедшим ДТП. 

Также, суд обращает внимание на объяснения ФИО1, который вопреки доводам дочери указал, что ФИО2 медленного начал смещаться влево. 

В соответствии с пунктом 10.1 Правил дорожного движения, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

На основании п. 9.10. водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Данные требования Правил дорожного движения истцом выполнены не были.

При соблюдении скоростного режима, соблюдении дистанции до впереди идущего транспортного средства, и при обнаружении «медленного смещения» ФИО2 на автомобиле Форд, по мнению суда, истец имел техническую возможность предотвратить ДТП. 

Судом сделан вывод о том, что именно действия истца ФИО1 состоят в причинно-следственной связи с причинением ему ущерба, поскольку в исходной дорожной обстановке и всех действиях сторон, указанных выше, свидетельствуют о допущенных данным водителем п. 10.1 Правил дорожного движения в РФ нарушениях, выразившихся в избрании скоростного режима, не позволившего обеспечить постоянный контроль за транспортным средством и возможность его остановки при торможении и именно эти действия состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, доказательств обратного, не представлено.

Также нарушение скоростного режима именно ФИО1 подтверждается и заключением эксперта.

В результате столкновения автомобиль Форд не изменил направления своего движения после столкновения, а остановился. Автомобиль Киа разворачивает влево, вследствие маневрирования, после чего автомобиль съехал в кювет, где остановился. (л.д. 202).

Также, эксперт отметил, что водитель Киа в сложившейся дорожно-транспортной ситуации вместо применения мер к снижению скорости вплоть до полной остановки, применил маневрирование (вывернул руль в лево), о чем свидетельствует изменение траектории первоначального движения Киа, а также отсутствие следов торможении (л.д. 204).

Факт того, что истец вывернул руль влево, подтверждается и объяснениями ФИО1 в материалах административного дела. 

Суд соглашается с мнением эксперта, данный вывод основан на исследованных доказательствах, ко всему прочему, на объяснениях истца в деле об административном правонарушении, о чем суд указывал выше. В частности, ФИО1 пояснил, что : «чтобы избежать столкновения, включив поворотник влево занял крайнюю полосу, при этом применил экстренное торможение». 

В данной ситуации по мнению суда, истец нарушив скорость движения, не справился с управлением, не смог оценить сложившуюся ситуацию, в связи с чем, выполнив маневр влево, съехал в кювет.

Довод представителя истца ФИО3, что предположение эксперта о скорости автомобиля являются лишь догадками эксперта, не состоятелен. 

Данный вывод судом сделан на основании всех исследованных доказательств по делу. 

Действия Опруненко который не предпринял должных мер для предотвращения ДТП, нарушив п. 10.1 ПДД, повлияли на объем причиненного вреда

На основании положения п.8.1. ПДД РФ при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Осуществляя маневр перестроение в сторону аэропорта, со средней полосы на крайнюю левую, ФИО2 не создавал ни опасности, ни помехи ФИО1 

Довод представителя истца о том, что ФИО2 перед перестроением на крайнюю левую полосу обязан был посмотреть в зеркало заднего вида, не может являться основанием для признания его виновным в ДТП исходя из сложившейся ситуации в момент ДТП и тех обстоятельств, которые предшествовали ДТП. 

Таким образом, имеющиеся в материалах дела доказательства в своей совокупности позволяют суду прийти к выводу о том, что ДТП произошло по вине водителя ФИО1, который в нарушение требований п. 10. 1 Правил, не оценил должным образом дорожную ситуацию, в нарушение п. п. 9.10 Правил, при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии был обнаружить, сократил дистанцию до двигавшегося впереди автомобиля под управлением ФИО2, своевременно не принял возможные меры к снижению скорости, вплоть до остановки автомобиля, не соблюдал безопасную дистанцию и боковой интервал, обеспечивающие безопасность движения, имел техническую возможность избежать столкновение путем экстренного торможения, но совершил столкновение с движущимся впереди автомобилем Форд и съехал в кювет.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания суммы ущерба, расходов по оплате услуг эксперта, услуг юриста и госпошлины, не имеется. 

Также суд не находит оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные) страдания действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Доказательств причинения истцу физических и нравственных страданий ответчиком ФИО2 не представлено. 

На основании изложенного ст. ст. 151, 1072 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба причиненного дорожно-транспортным происшествием и компенсации морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Озерский городской суд Челябинской области.

Судья - Шишкина Е.Е.

<

>

<

>

<

>

<

>

<

>