«КОПИЯ»

Судья Снайдерман Г.В. Дело №22-598/202

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Салехард 16 июля 2020 года

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего судьи Трумма А.Р.,

при секретаре Чухломиной А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Колпащикова С.С. на приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 29 мая 2020 года, которым

ФИО9, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, несудимый, 

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 285, ч. 1 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в деяниях составов преступлений. 

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ за ФИО9 признано право на реабилитацию. 

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах. 

Заслушав доклад судьи Трумма А.Р., изложившего содержание приговора и доводы апелляционного представления, выступление прокурора Колпащикова С.С., поддержавшего доводы апелляционного представления, мнение оправданного ФИО9 и его защитника Перемитина К.Н., просивших приговор оставить без изменения, суд

установил:

Органом предварительного следствия ФИО9 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, - в злоупотреблении должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенном из иной личной заинтересованности, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства. 

Суть предъявленного обвинения сводилась к тому, что ФИО9, будучи начальником Салехардского линейного отдела Обь-Иртышского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (далее - Салехардский линейный отдел Ространснадзора), являясь должностным лицом, из иной личной заинтересованности, используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, в городе Салехарде Ямало-Ненецкого автономного округа в период времени с 28 мая 2018 года по 13 июня 2018 года обратил в пользу третьих лиц судно водного транспорта «Патрульный-10» проекта РМ-376, 1988 года выпуска, идентификационный номер ОИ-03-1031, регистровый №, находящееся на балансе Обь-Иртышского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (далее - Управление), переданное в оперативное управление в Салехардский линейный отдел Ространснадзора, списанное и подлежащее утилизации на основании приказа начальника Управления от 5 сентября 2017 года и акта № 00000041 от 5 сентября 2017 года.

Поскольку вместо вышеуказанного судна было утилизировано находящиеся в пользовании ФИО10 судно водного транспорта «СН-77», а стоимость утилизации составила 34 969 рублей 20 копеек, Управлению был причинен материальный ущерб на указанную сумму. 

Из предъявленного обвинения также следует, что своими действиями ФИО9 подорвал статус государственного органа - Ространснадзора Минтранса РФ, дискредитировал авторитет занимаемой им должности, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в дискредитации органов государственной власти в глазах общественности, способствовании утраты доверия общества к государственным институтам, создания обстановки, благоприятной для возможного совершения иных преступлений, а также получения иными лицами выгоды в виде пользования, владения и распоряжения судном водного транспорта, имеющего рыночную стоимость 2 410 000 рублей. 

Он же органом предварительного следствия обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, - в превышении должностных полномочий, то есть в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых интересов общества и государства. 

Суть предъявленного обвинения сводилась к тому, что ФИО9, будучи начальником Салехардского линейного отдела Ространснадзора, являясь должностным лицом, из иной личной заинтересованности, в период времени с 12 до 13 часов 17 сентября 2018 года в городе Салехарде, получив от собственника судна водного транспорта «Виктор Сергеев» ФИО1 сообщение о том, что он (ФИО1) совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 11.13 КоАП РФ (санкция которой предусматривает наказание в виде штрафа в размере от 1 000 до 2 000 рублей), в связи с тем, что ФИО1 вышел в рейс в нарушение Предписания № 56-Ш от 20 июля 2018 года, выданного ФБУ «Администрация Обь-Иртышского бассейна внутренних водных путей», согласно которого на судно наложен отказ в выдаче разрешения на выход из порта до устранения выявленных недостатков, введя в заблуждение инспекторов портового контроля ФБУ «Администрация Обь-Иртышского бассейна внутренних водных путей», ФИО2 и ФИО3 о действительности своих намерений, дал ФИО3 указание направить вышеуказанное судно к нему для привлечения к административной ответственности, при этом не принял мер к организации и осуществлению проверки по факту выявления вышеуказанного административного правонарушения, и не привлек к административной ответственности сособственника судна «Виктор Сергеев» ФИО1, тем самым явно вышел за пределы своих полномочий.

Из предъявленного обвинения также следует, что действия ФИО9 повлекли нарушение охраняемых законом интересов общества и государства в виде не привлечения ФИО1 к административной ответственности, не взыскания с него штрафа за совершенное им административное правонарушение, не поступления в бюджетную систему РФ административного штрафа в пределах санкции части 1 статьи 11.13 КоАП РФ, нарушения закрепленных в Конституции РФ принципов равенства всех перед законом и законности, нарушения порядка привлечения к административной ответственности должностными лицами органов государственной власти при выявлении и пресечении административных правонарушений, подрыва авторитета и дискредитации органов государственной власти, осуществляющих проведение проверок при осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением законодательства РФ в области транспортной безопасности, а также создание негативного общественного мнения о сотрудниках Ространснадзора Минтранса РФ. 

Приговором Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 29 мая 2020 года ФИО9 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 285, ч. 1 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в деяниях составов преступлений. 

В апелляционном представлении и дополнениях к нему государственный обвинитель Колпащиков С.С. просит приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 29 мая 2020 года в отношении ФИО9 отменить и передать уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

В обоснование доводов представления указывает, вина Новицкого в совершении преступлений установлена исследованными в судебном заседании доказательствами. При оправдании ФИО9 по ч. 1 ст. 285 УК РФ суд не учёл ряд доказательств, подтверждающих передачу судна «Патрульный-10» третьим лицам, в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств об обстоятельствах передачи ФИО9 судна «Патрульный-10» третьим лицам, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие. Является неверным вывод суда об отсутствии у Новицкого личной заинтересованности при использовании своих служебных полномочий вопреки интересам службы. Суд необоснованно признал недопустимыми ряд доказательств - справку руководителя Обь-Иртышского УГМРН Ространснадзора ФИО6 и его показания о причиненном имущественном ущербе; заключение эксперта № 275э/2019 о стоимости судна «Патрульный-10» в размере 2 410 000 рублей; данные в ходе предварительного следствия показания свидетелей ФИО8 и ФИО7 о том, что по предъявленному им протоколу обыска они узнали судно «Патрульный-10». Суд необоснованно отказал государственному обвинителю в удовлетворении ходатайства о предъявлении свидетелю ФИО7 протокола обыска от 21 марта 2019 года, суд необоснованно отклонил вопросы государственного обвинителя свидетелям ФИО5 и ФИО7. Показания свидетелей ФИО8 и ФИО7 в судебном заседании являются недостоверными и обусловлены служебной зависимостью от Новицкого, противоречивы и непоследовательны. Суд в приговоре дал неверную оценку заключениям экспертов от 15 мая 2019 года № 1507 и от 12 июля 2019 года, придя к выводу, что обнаруженное в ходе обыска судно не идентифицировано и не установлена его принадлежность. Так, суд противопоставил вышеуказанные заключения экспертов показаниям свидетеля ФИО7, в то время как они дополняют друг друга и свидетельствуют о переделке судна «Патрульный-10» в «СН-77». Судно, обнаруженное при обыске у причальной стенке ООО «Южная судоходная компания» в г. Омске, является подлежащим утилизации судном «Патрульный-10». В нарушение положений п. 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ суд не дал оценку актам обследования от 10 июня 2018 года и от 3 сентября 2018 года, показаниям свидетелей ФИО7 и ФИО8, изобличающим Новицкого в совершении преступления. Из вышеуказанных актов обследования и показаний свидетелей ФИО4 и ФИО5 следует, что судно «Патрульный-10», перекрашенное в «СН-77», не было передано Новицким для утилизации, а по указанию ФИО10 выходило в навигацию 2018 года под управлением ФИО5. Свидетели ФИО7 и ФИО8 пояснили, что по указанию Новицкого они подготовили судно «Патрульный-10», переделанное в судно «СН-77», к навигации 2018 года, что опровергает версию Новицкого о его намерении сдать судно в металлолом. Таким образом, ФИО9 не собирался утилизировать судно «Патрульный-10», а обеспечил его подготовку к эксплуатации в навигацию 2018 года. Из заключения эксперта № 275э/2019 виден мотив совершения Новицким преступления - получение выгоды в виде пользования, владения и распоряжения судном водного транспорта, имеющего рыночную стоимость 2 410 000 рублей, ФИО10, находящимся в дружеских отношениях с Новицким. Указывает, что иная личная заинтересованность Новицкого выразилась в обращение в пользование третьих лиц судна «Патрульный-10». Также суд проигнорировал материалы оперативно-розыскных мероприятий «прослушка телефонных переговоров», подтверждающие виновность Новицкого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ. Кроме того, в нарушение требований п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, в приговоре суд не указал обстоятельства уголовного дела, им установленные. Дача Новицким своим подчиненным работникам указаний о совершении противоправных действий, в целях обеспечения выгод и преимуществ лицам, осуществляющими предпринимательскую деятельность в поднадзорной ему сфере, не пресечение использование судна с перебитыми регистрационными номерами, повлекло подрыв статуса Салехардского линейного отдела Ространснадзора, дискредитировало авторитет занимаемой ФИО9 должности, дискредитировало систему органов государственной власти в глазах общественности и способствовало утрату доверия общества к государственным институтам. 

При оправдании ФИО9 по ч. 1 ст. 286 УК РФ суд пришел к неправильному выводу, что он не совершал активных действий за пределами его полномочий, а предъявленное ему обвинение не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Так, инспектор государственного портового контроля ФИО3 не имел права составлять протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1. ФИО3 в судебном заседании пояснил, что он никогда не составлял протоколы об административных правонарушениях. ФИО3 должен был лишь провести проверку судна «Виктор Сергеев» и направить информацию о выявленных нарушениях Новицкому, который должен был составить в отношении ФИО1 протокол о совершении им административного правонарушения. Кроме того, ФИО9 в силу занимаемой им должности, обладал контрольными (надзорными) полномочиями в отношении деятельности ФИО3 по вопросам государственного портового контроля. Данные ФИО3 указания Новицкого имели признаки властно-административного характера и являлись частью сложившейся между должностными лицами указанных государственных органов практики. Зная о выявленном инспектором ФИО3 административном правонарушении, ФИО9 дал ему указание не проводить проверку судна водного транспорта «Виктор Сергеев», а направить его к нему. Поэтому ФИО3 не задокументировал выявленное им правонарушение, что повлекло освобождение от административной ответственности ФИО1. Дача Новицким ФИО3, который являлся сотрудником подконтрольного ему органа, указаний о не проведении проверки в отношении ФИО1 при наличии оснований для её проведения, повлекло нарушение охраняемым законом интересов общества и государства в виде не привлечения ФИО1 к административной ответственности, не взыскания с него штрафа за совершенное им административное правонарушение, не поступления в бюджетную систему РФ административного штрафа в пределах санкции ч. 1 ст. 11.13 КоАП РФ, нарушения принципа равенства всех перед законом, подрыва авторитета и дискредитации органов государственной власти, создания негативного общественного мнения о сотрудниках Ространснадзора. 

Выслушав стороны, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Вывод суда об отсутствии в действиях ФИО9 субъективной и объективной стороны инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, является правильным. 

Так, обязательным признаком субъективной стороны указанного состава преступления является его мотив - совершение деяния из корыстной или иной личной заинтересованности, который в силу п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ является обстоятельством, подлежащим доказыванию. 

Иная личная заинтересованность должна содержать описание конкретного критерия (критериев) такой заинтересованности.

Критерии личной заинтересованности не являются закрытыми и имеют расширительное толкование, что прямо следует из пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий».

Поскольку иная личная заинтересованность имеет расширительное толкование, то предъявленное Новицкому обвинение в обязательном порядке должно содержать описание конкретного критерия (критериев) инкриминируемой ФИО9 иной личной заинтересованности, что согласуется с положениями п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ. 

Установление мотива преступления является обязательным при решении вопроса о наличии или отсутствии в действиях ФИО9 признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ. 

Учитывая это, предъявленное ФИО9 по ч. 1 ст. 285 УК РФ обвинение должно обязательно содержать не только указание о том, что ФИО9 действовал из иной личной заинтересованности, но и сведения о том, в чем конкретно она выразилась. 

Вместе с тем обвинение ФИО9 таких сведений не содержит. 

Отсутствие в обвинение сведений о том, в чем именно выразилась иная личная заинтересованность ФИО9, свидетельствует о том, что следственный орган её не установил. 

При таком объеме обвинения сам ФИО9 остается неосведомленным о том, какие именно признаки субъективной стороны ему инкриминируются, что противоречии положениям п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. 

Как верно указал суд первой инстанции, толкование иной личной заинтересованности за пределами обвинения приведет к существенному его отличию от первоначального обвинения по фактическим обстоятельствам и нарушению права ФИО9 на защиту, что является недопустимым (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре»). 

В связи с этим суд пришел к правильному выводу, что предъявленное Новицкому обвинение не содержит описание субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, поэтому в его действиях отсутствует состав указанного преступления. 

Кроме того, обязательным признаком объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, является существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства. 

В случае не наступления указанных последствий, состав преступления исключается. 

Согласно абз. 1 п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19, по делам о злоупотреблении должностными полномочиями судам надлежит, наряду с другими обстоятельствами дела, выяснять и указывать в приговоре, какие именно права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества или государства были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий. 

В предъявленном ФИО9 обвинении указано, что в результате содеянного им был причинен материальный ущерб Обь-Иртышскому управлению государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта в размере 34 969 рублей 20 копеек, что повлекло дискредитацию органов государственной власти. 

Вместе с тем, доводы стороны обвинения о наличии указанного ущерба не подтверждаются материалами уголовного дела. 

Так, в соответствии с актом экспертизы технического состояния теплохода «Патрульный-10» от 3 ноября 2016 года, техническое состояние судна является негодным (т. 2 л.д. 4-6).

17 августа 2017 года комиссией Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по передаче (принятию) и списанию имущества, закрепленного за территориальными управлениями Федеральной службы по надзору в сфере транспорта на праве оперативного управления согласовано списание судна водного транспорта «Патрульный-10», 1988 года постройки, идентификационный номер ОИ-03-1031, регистровый №, остаточная стоимость судна - 0 рублей (т. 2 л.д. 62-63). 

Из приказа начальника Обь-Иртышского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта ФИО11 от 5 сентября 2017 года № 09-80 следует, что подлежит списанию судно водного транспорта «Патрульный-10», идентификационный номер ОИ-03-1031 (т. 2 л.д. 64). 

Согласно акту о списании объектов нефинансовых активов № 00000041 от 5 сентября 2017 года, указанное судно списано (т. 2 л.д. 59-60). 

Как следует из предъявленного ФИО9 по ч. 1 ст. 285 УК РФ обвинения, ФИО9 вместо подлежащего утилизации судна «Патрульный-10», утилизировал судно «СН-72», тем самым причинив Управлению материальный ущерб в размере 34 969 рублей 20 копеек, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов Управления.

Вместе с тем расходы Управления по разделке на металлолом корпуса неустановленного судна, утилизированного вместо «Патрульный-10», составили - 34 969 рублей 20 копеек, а полученный доход от сдачи металлолома неустановленного утилизированного судна, составил 48 450 рублей.

Указанные обстоятельства не оспариваются стороной обвинения и подтверждаются государственным контрактом УТ № 2/17 от 7 ноября 2017 года, договором № 205/17-МЛ от 18 декабря 2017 года, приемо-сдаточным актом № 2128 от 21 декабря 2017 года, товарной накладной от 27 декабря 2017 года, платежными поручениями № 57386 от 22 декабря 2017 года и № 1954 от 7 мая 2018 года (т. 2 л.д. 54-58, 65-67, 72, т. 3 л.д. 151-152).

Таким образом, полученный Управлением доход от реализации неустановленного суда водного транспорта составил 13 480 рублей 80 копеек. 

При этом суд обоснованно отверг в качестве доказательства заключение эксперта № 275-Э/2019 от 17 июня 2019 года, поскольку вывод о рыночной стоимости судна «Патрульный-10» в размере 2 410 000 рублей, основан на предположениях, о чем прямо в нем указано (т. 3 л.д. 19-46). 

Учитывая изложенное, принимая во внимание нулевую остаточную стоимость подлежащего утилизации судна водного транспорта «Патрульный-10», является верным вывод суда первой инстанции, что действия ФИО9 не повлекли существенного нарушения прав и законных интересов Управления, охраняемых законом интересов общества и государства, в связи с чем в его действиях отсутствует объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ. 

Предлагая по иному оценить доказательства об обстоятельствах передачи ФИО9 судна «Патрульный-10» третьим лицам, государственный обвинитель не мотивирует, как иная оценка доказательств может обусловить оценку показаний оправданного и свидетелей как неправдивую, в связи с чем с соответствующими доводами представления суд апелляционной инстанции согласиться не может. 

Суд апелляционной инстанции также находит верным вывод суда об отсутствии в действиях ФИО9 объективной стороны состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Так, ответственность за превышение должностных полномочий наступает в случае совершения должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий, которые повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, если при этом должностное лицо осознавало, что действует за пределами возложенных на него полномочий, что прямо предусмотрено пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19. 

Вместе с тем органом предварительного следствия ФИО9 обвиняется не в совершении каких-либо активных действий, а в бездействии, которое выразилось в не привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 11.13 КоАП РФ.

Обвинение, по сути, содержит описание лишь одного действия, которое, по версии следственного органа, выразилось в том, что ФИО9 ввел старшего инспектора государственного портового контроля ФИО3 в заблуждение о действительности своих намерений и дал ему указание направить судно водного транспорта «Виктор Сергеев» к нему (ФИО9) для привлечения ФИО1 к административной ответственности. 

Однако, как следует из материалов уголовного дела, ФИО3 и ФИО9 работают в разных государственных органах (ФИО3 - старшим государственным инспектором портового контроля в ФБУ «Администрация Обь-Иртышского бассейна внутренних водных путей», ФИО9 возглавляет Салехардский линейный отдел Обь-Иртышского управления государственного морского и речного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта), не находятся в подчинении друг друга и являются самостоятельными должностными лицами, каждый из которых в силу п. 3 ч. 2 ст. 2336 КоАП РФ вправе рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 11.13 КоАП РФ. 

Таким образом, описанные в обвинении действия - ввел в заблуждение и дал указание, в данном случае не вытекают из должностных полномочий ФИО9, которые, по версии следственного органа, он превысил. 

Кроме того, как верно установил суд первой инстанции, ФИО9 ФИО3 в заблуждение не вводил и не давал ему каких-либо указаний, что подтверждается содержанием телефонных разговоров ФИО9 с ФИО1 и ФИО3 Р.В. (т. 2 л.д. 206-207). 

Так, суть разговора сводится к тому, что ФИО9 просит ФИО3 отпустить судно «Виктор Сергеев». 

При этом разговор имеет логическое завершение, из которого следует, что ФИО9 обращается к ФИО3 со словами «Отпусти его, пусть едет», на что последний соглашается, отвечая «Хорошо, хорошо». 

Вопреки доводам обвинения, старший государственный инспектор портового контроля ФИО3 в силу своих служебных полномочий непосредственно выявил административное правонарушение, а ФИО9 каких-либо служебных полномочий не осуществлял, и обратился как частное лицо к ФИО3 с личной просьбой, поскольку последний не находился в его подчинении или под контролем по службе. 

Также, поскольку следственным органом ФИО9 обвиняется в бездействии (не привлечении ФИО1 к административной ответственности), то описанные в обвинении события не образуют состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Согласно этому же обвинению ФИО9 превысил свои служебные полномочия из иной личной заинтересованности. 

Однако предъявленное обвинение не содержит сведений о том, в чем именно она выразилась.

Новицкий при таком объеме обвинения остается неосведомленным о том, какие именно признаки субъективной стороны ему инкриминируются, что противоречии положениям п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ.

Суд не вправе самостоятельно давать толкование иной личной заинтересованности по предъявленному ФИО9 обвинению, поскольку ограничен пределами обвинения. 

Как верно указал суд первой инстанции, толкование иной личной заинтересованности за пределами обвинения приведет к существенному его отличию от первоначального обвинения по фактическим обстоятельствам и нарушению права ФИО9 на защиту, что является недопустимым (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре»). 

Суд вправе изменить обвинение и квалифицировать деяние подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, а изменение обвинения не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту. 

Учитывая это, суд не вправе переквалифицировать действия ФИО9 с ч. 1 ст. 286 УК РФ на ч. 1 ст. 285 УК РФ. 

В связи с отсутствием в действиях ФИО9 признаков составов преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ч. 1 ст. 286 УК РФ, суд обосновано постановил в отношении него оправдательный приговор. 

Все представленные суду доказательства судом были исследованы и им дана надлежащая оценка в приговоре в их совокупности. 

Выводы суда, касающиеся оценки каждого из доказательств надлежащим образом мотивированы, приведенные аргументы убедительны, сомнений в своей объективности и правильности у суда апелляционной инстанции не вызывают. 

Существо доказательств в приговоре приведено в необходимом объеме применительно к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в силу статьи 17 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Указанное положение закона судом при рассмотрении уголовного дела в полной мере соблюдено.

Материалы дела не содержат фактов, свидетельствующих о том, что государственный обвинитель был ограничен в праве представлять доказательства вины подсудимого. 

Доводы апелляционного представления сводятся к иной оценке исследованных судом первой инстанции доказательств, которые, по мнению его автора, в достаточной степени подтверждают причастность ФИО9 к инкриминируемым ему преступлениям. При этом веских оснований для такой оценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Проверка и оценка доказательств по уголовному делу осуществлена судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 85-88 УПК РФ, а оправдательный приговор постановлен с учетом тех установленных фактических обстоятельств, которые нашли свое полное подтверждение и не носят предположительного характера.

Как правильно установлено судом первой инстанции, доказательств, с достоверностью изобличающих ФИО9 в совершении уголовно-наказуемых деяний, в ходе предварительного следствия добыто не было и стороной обвинения суду не представлено. При этом суд первой инстанции обоснованно исходил из принципа презумпции невиновности. 

Требования, предъявляемые ст. 305 УПК РФ к описательно-мотивировочной части оправдательного приговора, судом соблюдены. 

При этом, вопреки доводам апелляционного представления, в соответствии с положениями п. 2 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора суд изложил обстоятельства уголовного дела, установленные судом (листы приговора 22-23, 33). 

Ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, по ним судом приняты решения с учетом положений ст. ст. 73, 252 УПК РФ, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне, протокол судебного заседания не содержит.

Отклонение судом ходатайства государственного обвинителя о предъявлении свидетелю ФИО7 для опознания фотографий, приложенных к протоколу обыска (т. 5 л.д. 188), не является нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора. 

При этом из показаний свидетеля ФИО7, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, и подтвержденных им, следует, что после предъявления ему фототаблицы к протоколу обыска, он опознал в теплоходе судно «Патрульный-10» (т. 5 л.д. 187, т. 3 л.д. 191-194). 

Вопреки доводам апелляционного представления, суд не отклонял (снимал) вопросы государственного обвинителя к свидетелю ФИО7 (т. 5 л.д. 183-188). 

Снятие судом вопроса государственного обвинителя к свидетелю ФИО5 о том, какое ранее название носил теплоход «СН-77», не является нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора. 

При этом на данный вопрос свидетелем ФИО5 дан ответ, что он не знает (т. 5 л.д. 195-196). 

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность оправдательного приговора, влекущих необходимость его отмены или внесения в него изменений, не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38920, ст. 38928, ст. 38933 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 29 мая 2020 года в отношении ФИО9 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Колпащикова С.С. - без удовлетворения. 

Председательствующий: подпись

Подлинник апелляционного постановления хранится в деле № 1-25/2020 том 6 в Салехардском горсуде.