Дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 февраля 2018 года 

<

адрес>

Устиновский районный суд 

<

адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Балашовой С.В.

с участием представителя ответчика ФИО1, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на ДД.ММ.ГГГГ (л.д.32-36), 

при секретаре Байковой Л.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ» о признании кредитного договора недействительным в части безакцептного списания денежных средств, уступки прав, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, расторжении договора,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 (далее-истец) обратился с иском в суд к Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ» (далее – ответчик, Банк, ПАО «УРАЛСИБ»), которым просит суд признать кредитный договор №-№ от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части безакцептного списания денежных средств (п.3.5 общих условий потребительского кредита), уступки прав (п.13 индивидуальных условий договора потребительского займа), взыскать денежных средств в виде уплаты страховой премии в размере 4 584,37 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, расторгнуть договор. 

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен кредитный договор №/№ на сумму 105 000 руб. Истец обязался возвратить ответчику полученный кредит и выплатить за его пользование проценты в размере, сроки и на условиях, указанных в договоре. ДД.ММ.ГГГГ на почтовый адрес ответчика была направлена претензия с требованием расторжения кредитного договора, в связи с противоречием его условий действующему законодательству. На основании п.3.5 Условий кредитного договора, клиент предоставляет кредитору право списания сумм денежных средств с отрытых кредитора счетов клиента. Ссылаясь на положения ст.854 ГК РФ, указывает, что полученное Банком в тексте договора согласие заемщика на безакцептное списание с принадлежащих ему счетов денежных средств для исполнения обязательств по кредитному договору, учитывая, что условия договора разработаны самим Банком, подписание его заемщиком не могут служить безусловным выражением личного согласия заемщика, поскольку данное право является правом заемщика и должно осуществляться им по своей воле и в своих интересах. Согласно п.13 Условий кредитного договора Банк вправе полностью или частично уступить свои права (требования) по договору любому третьему лицу. При этом возможность запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору истцу, как заемщику и потребителю не представлена, что является нарушением пп.13 п.9 ст.5 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ №353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», ст.10, п.1 ст.16 Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей». Учитывая, что истец в претензионном порядке пытался внести изменения в кредитный договор, но не получил согласие Банка, рассматриваемый договор подлежит расторжению по решению суда. За подключение к программе добровольного коллективного страхования жизни и здоровья, истцом в пользу Банка была уплачена страховая премия в размере 4584,27 рублей. При этом услуга страхования была навязана истцу. Согласно абз.4 ст.5 ФЗ «О банках и банковской деятельности» кредитной организации запрещается заниматься производной, торговой и страховой деятельностью. Указанное является недопустимым в силу п. 2 ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей». В рассматриваемом случае выдача потребительского кредита поставлена в зависимость от заключения заемщиком договора страхования. При страховании сумма кредита увеличивается на страховую премию, что влияет на срок, размер платежей и т.

<

адрес> отношений предусматривает удержание страховой премии из суммы кредита. Соответственно, полная стоимость кредита должны была быть рассчитана с учетом платы за страхование. До заключения договора банк должен был представить сведения о кредитовании в двух вариантах: 1) кредит со страхованием; 2) кредит без страхования. Также ответчиком не предоставлены сведения о возможности оплаты услуг; страхования без получения кредита на сумму страховки. Следовательно, ответчик не представил сведения, необходимые для правильного выбора или отказа от услуг. Поскольку Ответчик выступает с инициативой страхования при кредитовании, то должен был выдать два варианта проекта документов (договора, графика платежей, расчета полной стоимости кредита) на выбор: а) с условием о дополнительной услуге; б) без условия о дополнительной услуге. Ознакомившись с условиями, графиками платежей, потребитель смог бы осознанно и свободно выбрать услугу или отказаться. Также ответчик должен был сообщить потребителю о возможности предоставления полиса иной страховой компании и рекомендуемые параметры страхования (вид, строк, страховая сумма и т.п.). Полагает, что условия кредитного договора являются ничтожными в части содержания страхования заемщика. Таким образом, следствием непредставления потребителю достоверной информации об услуге является отказ от исполнения договора в разумный срок, возврат уплаченной суммы в размере 4 584,27 рублей и возмещению убытков. К ситуации истца подлежат применению положения статьи 428 ГК РФ, так как истец, как сторона, которая в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.

Согласно части 2 ст. 428 ГК РФ, истец вправе потребовать расторжения или изменения кредитного договора, как присоединившаяся сторона, так как договор присоединения содержит явно обременительные для присоединившейся стороны условия. Заключая кредитный договор с ответчиком, истец исходила из соблюдения кредитором его прав, установленных законом. Действия ответчика, направленные на нарушение своих прав истец считает действиями по существенному нарушению условий договора. Истец не может далее исполнять договор, условия которого противоречат законодательству. Истец вынужден обратиться в суд и требовать расторжения сделки. В соответствии со ст.15 Закона «О защите прав потребителей» просит взыскать моральный вред в размере 5000 рулей.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о проведении судебного разбирательства был извещен, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. 

В соответствии со ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) дело рассмотрено в отсутствие истца.

Представитель ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам и основаниям изложенным в письменных возражениях, в которых указал, что до ФИО2 при подписании договора была доведена вся информация по кредитному договору. Все существенные условия договора были согласованы сторонами, клиенту была предоставлена полная и достоверная информация об условиях договора. Требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора. В законодательстве отсутствие норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия заемщика-гражданина на уступку кредитной организацией требований, вытекающих из кредитного договора. ФИО2 было собственноручно подписано и предано сотруднику Банка заявление-анкета на получение кредита на потребительские нужды, оформить страхование жизни и здоровья, включить оплаты страхования жизни и здоровья в стоимость кредита, о чем стоит отметка в графе «да». Заемщику были доступны иные варианты кредитования, как предполагающие страхование жизни и здоровья, так и без такового, с которыми он был ознакомлен, изучил и осознанно выбрал условия на которых и был заключен кредитный договор. Страхование является допустимым способом обеспечения возврата кредита. Таким образом, Банк при заключении договора действовал добросовестно, предоставил заемщику всю необходимую информацию по оказываемой банковской услуге. Действиями ответчик не были нарушены какие-либо неимущественные права истца либо его нематериальные блага. Кроме того, само по себе требование о досрочном возврате кредита не может быть квалифицированно ни как требование о расторжении договора, ни как односторонний отказ от исполнения обязательства, так как оно направлено на досрочное получение кредитором по обязательству исполнения от должника, а не прекращение правоотношений, возникших между сторонами договора (л.д.25-31). 

Оценив доводы истца, изложенные в исковом заявлении, возражения представителя ответчика, оценив представленные письменные доказательства, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Между кредитором ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и заемщиком ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в офертно-акцептной форме на основании предложения был заключен кредитный договор 0101-№ о получении истцом кредита в размере 105000 руб. на срок по ДД.ММ.ГГГГ под 20% годовых (л.д.15-18).

Указанные условия договора сторонами согласованы, что подтверждается подписями обеих сторон.

При разрешении настоящего дела суд руководствуется положениями ст.ст.12,56,57 ГПК РФ, согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В силу ч.1 ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии с ч.1, ч.2 ст.819 ГК РФ по кредитному договору банк (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Согласно ст.820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В соответствии с ч.1, 2 ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

Проанализировав условия состоявшегося между Банком и ФИО2 договора на предмет установленных в нем взаимных прав и обязанностей сторон, суд пришел к выводу о вступлении сторон в кредитные правоотношения. 

Достижение сторонами договоренности по всем существенным условиям кредитного договора (сумма кредита, срок возврата, размер процентов и порядок их уплаты, порядок начисления штрафных санкций), свидетельствуют о заключении указанного кредитного договора в установленном законом порядке. 

Оценивая доводы истца о признании п.3.5 общих условий потребительского кредита договора недействительным, а именно в части безакцепного списания денежных средств со счета, суд приходит к следующему.

Согласно статье 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

На основании пункта 2 статьи 854 ГК РФ без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

Подписав ДД.ММ.ГГГГ предложение на заключение кредитного договора, содержащее индивидуальные условия потребительского кредита, ФИО2 предоставил Банку право на безакцептное списание денежных средств в счет исполнения обязательств по кредитному договору, о чем указано в тексте договора. 

Из изложенного следует, что сторонами было согласовано условие договора о безакцептном списании денежных средств, что не противоречит действующему законодательству и, как следствие, не влечет незаконность действий со стороны Банка, в случае списания со счета истца денежных средств.

Кроме того, заявляя о незаконности действий Банка в части безакцептного списания денежных средств, истец не конкретизирует, когда, в какой сумме и по какому основанию банком со счета заемщика были списаны денежные средства.

Доводы истца в части признания п.13 индивидуальных условий кредитного договора о переуступке прав требования недействительными также являются несостоятельными.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Право осуществления кредитором уступки прав (требований) по договору потребительского кредита третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении, предусмотрено ч. 1 ст. 12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 353-ФЗ "О потребительском кредите".

Согласно ч.1 ст.12 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 353-ФЗ "О потребительском кредите" кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Таким образом, действующее законодательство не содержит норм, запрещающих Банку уступить права по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью.

Уступка требования кредитором другому лицу, согласно ст. 388 ГК РФ, допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (п. 1).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17), разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Так, пунктом 13 индивидуальных условий кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено, что в случае нарушения заемщиком условий договора кредитор имеет право уступить права (требования) третьим лицам по договору.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что запрета на уступку прав Банком своих прав кредитный договор не содержит. Заемщик выразил свое согласие о переуступке Банком прав требований по кредитному договору третьим лицам.

При этом право Банка на уступку права требования третьим лицам, в том числе, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, обосновано, поскольку уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № "О банках и банковской деятельности".

Ни Федеральный закон "О банках и банковской деятельности", ни ст. 819 ГК РФ не содержат указания на возможность реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией.

Таким образом, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности.

Кроме того, заявляя о недействительности указанного пункта договора, истцом не указано, когда и кому Банк уступил свои права (требования). 

Разрешая заявленное истцом требование о признании условий кредитного договора в части уплаты страховой премии недействительными, взыскании денежных средств, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно условиям предложения на заключение кредитного договора, кредитный договор является смешанным, содержащим элементы договора об открытии банковского счета, договора потребительского кредита, в рамках которого будет предоставлен кредит, на условиях указанных в предложении, а также договора об организации страхования клиента.

Согласно пункта 15 индивидуальных условий договора потребительского кредита от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 поручено Банку предпринять действия для распространения на него условий договора добровольного коллективного страхования и уплатить за данную услуг плату в размере не более 4584,27 рублей.

Кроме того, в день заключения кредитного договора ФИО2 оформлено заявление на присоединение к Договору добровольного коллективного страхования жизни и здоровья заемщиков потребительского кредита, в соответствии с которым ФИО2 дал согласие быть застрахованным по договору коллективного страхования от ДД.ММ.ГГГГ №/№-4, заключенному между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ЗАО «Страховая компания «УРАЛСИБ Жизнь»», подтвердил, что ему известно, что страхование производится на добровольной основе и не является условием для получения кредита (л.д.20).

Согласно уведомления о полной стоимости кредита от ДД.ММ.ГГГГ, оплаченная Банком услуга по присоединению к договору коллективного страхования включена в стоимость кредита (л.д. 19). 

Участие в программе добровольного коллективного страхования заемщиков Банка и заключение с Банком договора организации страхования по кредитному договору закону не противоречит. 

В Обзоре судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ, разъяснены вопросы, связанные с заключением договора страхования в связи с заключением кредитного договора.

Согласно п.4 названного Обзора, в качестве дополнительного способа обеспечения исполнения кредитного обязательства допускается только добровольное страхование заемщиком риска своей ответственности.

Так, часть 2 статьи 935 ГК РФ предусматривает, что обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону.

Вместе с тем такая обязанность может возникнуть у гражданина в силу договора. В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно статье 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо указанных в ней способов, и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу ст.1 Федерального закона "О банках и банковской деятельности", статей 329, 934 ГК РФ страхование жизни и здоровья заемщика является допустимым способом обеспечения возврата кредита.

Из содержания всех представленных в материалах дела документов по заключению кредитного договора, оформленных хотя и на бланках, подготовленных Банком, но, тем не менее, заполняемых по данным, предоставляемым потенциальным заемщиком, прямо следует, что страхование не является обязательным условием предоставления кредита.

Ни в кредитном договоре, ни в иных документах, оформление которых обуславливало выдачу кредита, нет указания на наличие у заемщика обязанности застраховать, в том числе и в конкретной страховой компании, в пользу кредитора себя на случай потери работы.

Истцом не представлены доказательства того, что выдача кредита была обусловлена обязательным страхованием, права на отказ от страхования заемщиков у него не имелось и его отказ от страхования мог повлечь отказ и в заключении кредитного договора.

В случае неприемлемости условий кредитного договора, в том числе в части намерения страхования, заемщик был вправе не принимать на себя вышеуказанные обязательства. Однако собственноручные подписи во всех заполненных истцом документах подтверждают, что он осознанно и добровольно сделал выбор условий кредитования со страхованием жизни и здоровья за счет кредитных средств.

При таких обстоятельствах, доводы ФИО2 о навязывании услуги по страхованию являются несостоятельными, поскольку у него имелась свобода выбора между заключением кредитного договора с предоставлением обеспечения в форме страхования или без такового обеспечения, так как страхование не является условием кредитного договора.

Доводы истца об отсутствии предоставления возможности осуществить страхование в иной организации, нежели предложенной банком, не могут быть признаны состоятельными, поскольку ФИО2 не представлено доказательств тому, что им выказывалось желание заключить договор страхования с какой-либо иной страховой компанией.

Уплата страховых премий страховым компаниям за счет кредитных денежных средств также не противоречит требованиям законодательства, поскольку заемщик вправе распоряжаться кредитными денежными средствами по своему усмотрению.

Учитывая изложенное, принимая во внимание исполнение Банком обязанности по присоединению истца к договору коллективного страхования, истечение срока действия страхования, оснований для признания п.15 индивидуальных условий кредитного договора, взыскании денежных средств, удержанных в качестве платы за указанные услуги, не имеется. 

В соответствии с п.1 ст.16 Закона РФ "О защите прав потребителей", условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законом и иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. 

Истец, оспаривая условия кредитного договора, заявляет о нарушении установленного законом запрета (п.1 ст.16 Закона РФ «О защите прав потребителей»).

В соответствии со ст.168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Проанализировав приведённые истцом доводы и фактические обстоятельства возникших между сторонами правоотношений, суд признает их необоснованными.

При заключении кредитного договора истец был ознакомлен с кредитным договором, с условиями которого был согласен, о чем свидетельствует его собственноручная подпись. Факт заключения кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №-№ истцом не оспорен.

Как указывалось выше, кредитный договор был заключен сторонами ДД.ММ.ГГГГ. Обращение истца к ответчику с претензией последовало только ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, истец на протяжении более двух лет каких-либо возражений относительно условий договора не заявлял, с требованиями ою изменении условий договора к банку не обращался. Доказательств обратному суду не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что при заключении кредитного договора истец располагал полной информацией об условиях договора, и полагает, что права заемщика, предусмотренные ст.16 Закона РФ "О защите прав потребителей", Банком не нарушены. 

Доводы ФИО2 о заключении типового договора, против условий которого он не мог возражать, не могут быть приняты во внимание, так как кредитный договор заключался сторонами в результате согласования условий кредитования заемщика, соответственно, указанные условия не могли являться типовыми. Кроме того, в силу принципа свободы договора ФИО2 был вправе отказаться от заключения договора, ознакомившись с условиями кредитного договора.

В соответствии со ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Каких-либо доказательств, подтверждающих, что заключение договора состоялось в результате понуждения, либо заблуждения относительно природы сделки, истцом не представлено.

Разрешая заявленное истцом требование о расторжении Кредитного договора, по указанным основаниям, суд принимает во внимание положения п.2 ст.450 ГК РФ, согласно которым договор может быть расторгнут по требованию одной из сторон по решению суда: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В поданном ФИО2 исковом заявлении сведений о существенном нарушении Банком условий кредитного договора не представлено. Отсутствуют такие указания и в претензии с требованием о расторжении кредитного договора, направленной ответчику ДД.ММ.ГГГГ.

При заключении кредитного договора ФИО2 был ознакомлен со всеми его существенными условиями, ему была предоставлена возможность изучить банковские условия, в случае несогласия с предложенными условиями он не был лишен возможности отказаться от заключения договора на указанных в нем условиях, обратиться к ответчику с заявлением о предоставлении иного кредитного продукта либо обратиться в другую кредитную организацию с целью получения кредита на иных приемлемых для заемщика условиях.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии со стороны Банка нарушений прав потребителя финансовых услуг.

Таким образом, требования ФИО2 о признании недействительными п.3.5 общих условий потребительского кредита, п.13 индивидуальных условий потребительского кредита, взыскании с ответчика денежных средств, удержанных в качестве платы за программу страхования в размере 4584,27 рублей, расторжении кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №-№ удовлетворению не подлежат.

Требование истца о компенсации морального вреда является производным от разрешения вопросов о признании недействительными п.3.5 общих условий потребительского кредита, п.13 индивидуальных условий потребительского кредита, взыскании с ответчика денежных средств, удержанных в качестве платы за программу страхования в размере 4584,27 рублей, расторжении кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №-№, соответственно, удовлетворению также не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Публичному акционерному обществу «БАНК УРАЛСИБ» о признании недействительными п.3.5 общих условий потребительского кредита, п.13 индивидуальных условий потребительского кредита, взыскании с ответчика денежных средств, удержанных в качестве платы за программу страхования в размере 4584,27 рублей, расторжении кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №-№– оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики путем подачи апелляционной жалобы через Устиновский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Справка: мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья С.В.Балашова