Судья: Щербинин А.А. дело № 22-1426/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 30 июля 2025 года

Суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе:

председательствующего-судьи Хлыновой Л.Р.,

при секретаре Павлович Е.В.,

с участием прокурора Полищука А.Н.,

потерпевшей ФИО1

подсудимого ФИО2

защитника – адвоката Прохоренко А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке апелляционную жалобу потерпевшей ФИО1 на постановление Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09 июня 2025 года, которым уголовное дело в отношении 

(ФИО)1, (дата) года рождения, уроженца села (адрес), не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренных ч. 2 ст. 263 УК РФ, 

возвращено Сургутскому транспортному прокурору Уральской транспортной прокуратуры для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении (ФИО)1 оставлена без изменения.

Заслушав доклад судьи (ФИО)7, изложившей краткое содержание обжалуемого постановления, доводы апелляционной жалобы, выступления потерпевшей Потерпевший №1 и прокурора (ФИО)4, поддержавших апелляционную жалобу, мнение подсудимого и его защитника адвоката (ФИО)8 возражавших против доводов апелляционной жалобы, суд 

установил:

(ФИО)1 органом предварительного следствия обвиняется в совершении преступления предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении.

Постановлением Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата) уголовное дело в отношении (ФИО)1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, возвращено прокурору Уральской транспортной прокуратуры для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 просит постановление суда от (дата) отменить, уголовное дело вернуть в Ханты-Мансийский районный суд для рассмотрения по существу. В постановлении суд указал, что предварительным следствием не установлено место совершения преступления, в том числе не установлено на судовом ходу либо за его пределами имело место столкновение водных судов. Данное обстоятельство считает необоснованным, поскольку противоречит фактическим обстоятельствам уголовного дела - место происшествия установлено путем проведения как следственных, так и процессуальных действий. Отмечает, что при производстве осмотра места происшествия от (дата), было установлено точное место столкновения от (дата) маломерных судов «Амур» и «Крым», оно зафиксировано при помощи географических координат. Также считает необоснованным указание на наличие в постановлении о привлечении (ФИО)1 в качестве обвиняемого двух форм неосторожной вины (легкомыслия и небрежности), поскольку в соответствии с п. 2 ч. 8 ст. 246 УПК РФ, государственный обвинитель вправе изменить обвинение в сторону смягчения. Считает, что постановление о привлечении (ФИО)1 в качестве обвиняемого содержит полный перечень нормативно-правовых актов, регламентирующих порядок судоходства, соблюдение которых является обязательным в судоходстве, в том числе нормативно правовые акты, нарушение которых является прямой причиной столкновения судов. Полагает, что анализ доводов суда положенных в основу постановления от (дата), и материалов уголовного дела, позволяет сделать вывод о том, что указанные судом недостатки не являются препятствием, делающим невозможным рассмотрение уголовного дела судом и устранимы в судебном разбирательстве.

Возражений на апелляционную жалобу не поступало.

Изучив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основанием отмены судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияло или могло повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с требованиями п. п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Обстоятельства, указанные в ст. 73 и ст. 299 УПК РФ, подлежат установлению судом в рамках и на основании утвержденного надлежащим прокурором обвинительного заключения.

Согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по формулировке и конкретизации обвинения, собиранию доказательств, увеличению объема обвинения.

Согласно п. 3, 4, 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировка обвинения с указанием пункта, части статьи УК РФ, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Исходя из требований ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Вышеуказанные требования закона при принятии обжалуемого решения судом первой инстанции учтены в полном объеме.

Так, согласно обвинительного заключения, (ФИО)1 предъявлено обвинение в том, что он в ночное время (дата), находясь за управлением маломерным судном «АМУР-М», бортовой номер Р22-27ХЖ, с лодочным мотором, осуществлял движение по реке Иртыш со стороны поселка Нялино (адрес) – Югры в направлении (адрес) против течения, по участку реки, расположенному между судовым ходом и левым берегом реки Иртыш. В нарушение требований подп. «Б» п. 49 Технического регламента таможенного союза «О безопасности маломерных судов», принятого решением Совета Евразийской экономической комиссией от (дата) (номер) и подп. «В» п. 13 Правил пользования маломерными судами на водных объектах Российской Федерации, утвержденных приказом МЧС России от (дата) (номер) (далее – ППМС на ВО РФ), (ФИО)1 не обеспечено нахождение на борту судна надлежащего количества пассажиров допустимого к перевозке на данном виде водного транспорта – не более 5 человек (на борту судна фактически находилось 6 человек, включая судоводителя). 

Находясь на 16-м километре реки Иртыш, в период с 00 часов 01 минуты (дата) до 00 часов 18 минут (дата), в точке с географическими координатами 61"00.279"" северной широты 068"58,499"" восточной долготы, ближайшим населенным пунктом к которому является (адрес) – Югры, (ФИО)1, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на их предотвращение, проявил преступное легкомыслие, допустил нарушение п. 8 ППМС на ВО РФ, п.п. 120 и 121 Правил плавания судов по внутренним водным путям, утвержденным приказом Минтранса Российской Федерации от (дата) (номер) (далее – ППС по ВВП), то есть, не выбрав безопасную скорость движения судна, не обеспечив постоянный визуальный и слуховой контроль, допустил столкновение с маломерным судном «Крым» бортовой №АА0057RUS86, находящимся под управлением (ФИО)5, которому в нарушение подп. «Б» п. 7 ППМС на ВО РФ им не представлена возможность прохода участка реки, на котором пересекались курсы их маломерных судов.

В результате допущенного столкновения маломерных судов «АМУР-М» бортовой №Р22-27ХЖ, под управлением (ФИО)1 и «Крым» бортовой №АА0057RUS86, под управлением Свидетель №1, пассажир последнего маломерного судна (ФИО)6 получил телесные повреждения, в совокупности причинившие тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни, и находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

По мнению органа следствия, нарушения правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта, допущенные (ФИО)1, состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением тяжких последствий в виде смерти (ФИО)6 В случае полного и своевременного выполнения (ФИО)1 правил безопасности движения и эксплуатации водного транспорта, он имел реальную возможность и был обязан предотвратить наступление тяжких последствий, повлекших по неосторожности смерть человека.

Действия (ФИО)1 органом предварительного следствия квалифицированы по ч. 2 ст. 263 УК РФ, как нарушение правил безопасности движения и эксплуатации внутреннего водного транспорта лицом, управляющим маломерным судном, за исключением случаев, предусмотренных ч. 1 указанной статьи и ст. 271.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, повлекшее по неосторожности смерть человека. 

Уголовная ответственность за преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 263 УК РФ, может иметь место лишь при условии наступления последствий, указанных в этой статье, и если эти последствия находятся в причинной связи с допущенными лицом нарушениями Правил безопасности движения и эксплуатации, в частности внутреннего водного транспорта лицом, управляющим маломерным судном, повлекшие по неосторожности смерть человека.

Норма ст. 263 Уголовного кодекса Российской Федерации имеет бланкетную диспозицию, в связи с чем, подлежит доказыванию и указанию, нарушение каких конкретно пунктов Правил безопасности движения и эксплуатации, в частности внутреннего водного транспорта, повлекло наступление последствий, указанных в ст. 263 УК РФ, и в чем конкретно выразилось это нарушение.

Согласно абз. 5 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (номер) «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» исключается возможность вынесения приговора или иного итогового судебного решения в частности в случае, если в обвинительном документе по делу о преступлении, предусмотренном статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, диспозиция которой является бланкетной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в описании преступного деяния органом предварительного следствия сделана ссылка на нормы права, в том числе ст. 2 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ, ч. 3 ст. 6 Водного кодекса РФ (в ред. Федерального закона от (дата) №160-ФЗ), подп. «а, в» п. 16 ППМС на ВО РФ, однако не указано о нарушении (ФИО)1 требований указанных нормативно-правовых актов. 

Суд апелляционной инстанции также соглашается с доводами суда о том, что в постановлении о привлечении (ФИО)1 в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении при описании события преступления – столкновения маломерных судов, не изложены фактические обстоятельства его совершения, подлежащие доказыванию по уголовному делу, а именно достоверно не установлено место совершения столкновения судов, в том числе не установлено столкновение имело место на судовом ходу или за его пределами. 

Кроме того, как правильно отмечено судом, что в обвинительном заключении и предъявленном обвинении (ФИО)1 имеется противоречие относительно указания в нём двух форм неосторожной вины, а именно легкомыслия (после описания времени и места, инкриминируемого деяния) и небрежности (в последнем абзаце, перед квалификацией деяния).

Исходя из положений, закрепленных в ст. 26 УК РФ, преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности.

Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия.

По смыслу приведенной нормы уголовного закона, преступление с неосторожной формой вины не может быть совершено одновременно и по легкомыслию, и по небрежности.

Противоречивые и взаимоисключающие выводы относительно субъективной стороны состава преступления могут отразиться на правильном применении уголовного закона к обстоятельствам дела и на решении суда о виновности или невиновности (ФИО)1 и квалификации его действий.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приведенные выше нарушения создали неопределенность в обвинении, нарушили гарантированное Конституцией РФ право обвиняемого на судебную защиту применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ, имеющиеся в обвинительном заключении нарушения препятствуют постановлению судом приговора или вынесению иного решения, отвечающего принципу законности и справедливости, то есть составлено с нарушениями требований УПК РФ, которые могут быть устранены лишь органом предварительного расследования.

При таких обстоятельствах вышеуказанные доводы апелляционной жалобы потерпевшей о необоснованном возвращении судом уголовного дела Сургутскому транспортному прокурору Уральской транспортной прокуратуры для устранения препятствий его рассмотрения не опровергают вышеуказанных выводов суда первой инстанции и соответственно жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

Таким образом, обжалуемое постановление Ханты-Мансийского районного суда ХМАО-Югры от (дата) соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным, оснований для его отмены, внесения изменений, в том числе по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции,

постановил:

постановление Ханты-Мансийского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09 июня 2025 года, которым уголовное дело в отношении (ФИО)1, обвиняемого в совершении преступления предусмотренного ч.2 ст.263 УК РФ, возвращено Сургутскому транспортному прокурору Уральской транспортной прокуратуры для устранения препятствий его рассмотрения судом – оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск).

В суде кассационной инстанции вправе принимать участие лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ, при условии заявления ими соответствующего ходатайства, в том числе лица, содержащиеся под стражей или отбывающие наказание в виде лишения свободы, с учетом положений, предусмотренных ч.2 ст.401.13 УПК РФ.

Председательствующий: Л.Р. Хлынова