КОПИЯ

Подлинник данного решения приобщен к гражданскому делу № 2-1844/2024 Альметьевского городского суда Республики Татарстан

16RS0046-01-2024-002939-18

Дело № 2-1844/2024 

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

22 мая 2024 года город Альметьевск 

Альметьевский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Ибрагимова И.И.,

при секретаре судебного заседания Черновой И.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к федеральному казенному учреждению ИК-8 УФСИН России по Республики Татарстан, Федеральной службе исполнения наказаний России о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

В обоснование иска указано, что в период отбывания наказания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец был привлечен к труду по благоустройству промышленной зоны ИУ (дворником) более двух часов в день без оплаты труда. В связи с тем, что оплата не производилась, истец обратился в прокуратуру. В последующем, была проведена проверка, выявлены нарушения требований трудового законодательства. Период нарушения трудовых прав и упущения лишения заработка истца составляет 06 лет 01 месяц, сумма ущерба составляет 1 400 000 рублей. также истцу причинен моральный вред. 

На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчика в счет возмещения имущественного вреда в размере 1 400 000 рублей и в счет компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. 

Истец в судебное заседание не явился, направил суду ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствии, исковые требования поддержал.

Представитель ответчиков федерального казенного учреждения ИК-8 УФСИН России по Республики Татарстан и Федеральной службы исполнения наказаний России, третьего лица Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Татарстан по доверенностям ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, представил письменный отзыв. 

Представитель третьего лица Министерство Финансов РФ в лице Управления Казначейства по Республике Татарстан в судебное заседание не явился, извещен. 

Выслушав пояснения представителя ответчиков, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с положениями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как закреплено в ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии с пп. 6 п. 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функции.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениям п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Из разъяснений п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 осужден приговором Кировского районного суда города Казани Республики Татарстан по ст. 131 ч. 4 п. «б», ст. 132 ч. 4 п. «б», ст. 30 ч. 3, ст. 105 ч. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации с применением ст. 69 ч. 3 Уголовного кодекса Российской Федерации к лишению свободы сроком на 17 лет с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отбывал наказание в ФКУ ИК-8 УФСИН России по РТ, после чего этапирован в ФКУ ИК-2 УФСИН России по РТ. 

Согласно заключению Нижнекамского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного в рамках обращения ФИО1 установлено, что за весь период нахождения ФИО1 в ФКУ ИК-8 УФСИН России по РТ к оплачиваемому труду не привлекался. 

В силу ч. 2 ст. 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации элементами наказания в виде лишения свободы и средствами исправления осужденных являются, в частности, установленный порядок исполнения и отбывания наказания, воспитательная работа и общественно полезный труд.

Следовательно, правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбытия наказания в виде лишения свободы - это специфические отношения, которые регулируются нормами уголовно-исполнительного законодательства, а нормы трудового законодательства применяются лишь в части, предусмотренной Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений.

Из анализа указанных выше норм закона следует, что трудоустройство осужденных в местах отбытия ими наказания по приговору суда не является результатом свободного волеизъявления осужденного и обусловлено его обязанностью трудиться в период отбытия наказания.

Таким образом, при привлечении осужденных к труду, они не могут рассматриваться в качестве работников, поскольку отношения по обязательному привлечению к труду трудовыми отношениями, применительно к Трудовому кодексу Российской Федерации, не являются.

Труд осужденных сам по себе является обособленной принудительной мерой исправления. При этом заключение трудового договора при выполнении осужденным определенной работы не требуется, как и соблюдение предусмотренной трудовым законодательством процедуры в случае прекращения их трудового использования либо выплаты выходного пособия, как ошибочно полагает истец.

В своем исковом заявлении ФИО1 настаивал, что отношения, возникшие между сторонами, являются трудовыми.

С такими доводами согласиться нельзя, поскольку из представленных в материалы дела документов не усматривается наличие следующих условий, характеризующих трудовые отношения: подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; наличие стабильного характера отношений, подчиненность и зависимость труда, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения; выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов. 

Из материалов дела следует, что за время отбывания наказания истец с заявление о приеме на работу не обращался, кадровых решений в отношении истца не принималось, трудовой договор с ним не заключался, приказов о приеме истца на работу и об увольнении не издавалось, в трудовую книжку записи о трудовой деятельности не вносились.

Учитывая, что между истцом и ответчиком отсутствуют трудовые отношения, осужденный ФИО1 был привлечен к труду ФКУ ИК-8 УФСИН России по РТ в соответствии с положениями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в целях его исправления, права его ответчиком не нарушены.

Поскольку судом не установлено наличие трудовых отношений между истцом и ответчиком в спорный период с учетом характера правоотношений, то суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований о взыскании оплаты труда в размере 1 400 000 рублей.

Кроме того, суд приходит к выводу о пропуске истцом срока исковой давности и отсутствии доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска указанного срока, а также на отсутствие заявления истца о восстановлении пропущенного процессуального срока. 

Ответчиком заявлено о применении судом срока исковой давности. 

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. 

В силу ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей. 

Исходя из положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, применительно к настоящему спору, начальным моментом течения срока обращения в суд является момент, когда истец узнал или должен была узнать о нарушении трудовых прав.

Выражение «должен был узнать» означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника. Таких доказательств истцом не представлено. 

Как следует из содержания искового заявления, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по РТ, где был привлечен к труду по благоустройству промышленной зоны более двух часов в день без оплаты труда, ДД.ММ.ГГГГ он узнал о нарушении своих трудовых прав и в связи с чем обратился прокурору. 

Исходя из чего, установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок для обращения с иском в суд истек ДД.ММ.ГГГГ, тогда как обращение с иском последовало только ДД.ММ.ГГГГ. 

Изложенные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что предусмотренный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд с исковым заявлением истцом был пропущен. Обстоятельств, объективно препятствующих обращению истца в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не указано, кроме того истец не заявил ходатайство о восстановлении пропущенного срока. 

Таким образом, суд соглашается с заявленным стороной ответчика ходатайством о применении положений ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, и отказывает в удовлетворении иска, в том числе по причине пропуска истцом срока на обращение с иском в суд. 

Пропуск срока, о применении которого было заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Уважительных причин пропуска срока судом не установлено, а истцом ходатайства о восстановлении пропущенного срока не заявлено. 

Вместе с тем, рассматривая требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

В силу положений ч. 1 ст. 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы могут привлекаться без оплаты труда к выполнению работ по благоустройству исправительных учреждений и прилегающих к ним территорий. К указанным работам осужденные привлекаются в порядке очередности в свободное от работы время, их продолжительность не должна превышать двух часов в неделю.

В рамках надзорного производства, Нижнекамским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях установлено, что осужденный ФИО1 в период отбывания наказания в ФКУ ИК-8 УФСИН России по РТ, вопреки требованиям ст. 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации привлекался без оплаты труда к выполнению работ по благоустройству территории промышленной зоны исправительного учреждения свыше двух часов в неделю. 

По результатам проведенной проверки ДД.ММ.ГГГГ прокурором в адрес начальника ФКУ ИК-8 УФСИН России по РТ внесено представление об устранении нарушений закона.

Как указано в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст. 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений высшей судебной инстанции моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий – если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, исследованные судом документы свидетельствуют о том, что привлечение осужденного ФИО1 без оплаты труда к выполнению работ по благоустройству территории промышленной зоны исправительного учреждения были осуществлены вопреки требованиям норм ст. 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, что безусловно причинило ФИО1 нравственные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1, суд полагает возможным определить в его возмещение денежную сумму в размере 10 000 рублей, поскольку в рассматриваемом случае она не является чрезмерной, с учетом установленных обстоятельств отвечает требованиям разумности и справедливости такого взыскания, а также способствует восстановлению нарушенного права истца.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 (СНИЛС №) к федеральному казенному учреждению ИК-8 УФСИН России по Республики Татарстан (ИНН 

<

***>), Федеральной службе исполнения наказаний России (ИНН 

<

***>) о возмещении имущественного вреда и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части – отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Верховный Суд Республики Татарстан через Альметьевский городской суд Республики Татарстан в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья (подпись)

Копия верна 

Судья Альметьевского городского суда 

Республики Татарстан И.И. Ибрагимов

Решение в окончательной форме составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Решение вступило в законную силу «____»________2024 года.

Судья: