ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 января 2020 года 

г. Прокопьевск

Рудничный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области, в составе: председательствующего судьи Фурса Э.В.,

при секретарях судебного заседания – Верещагиной О.А., Мичкаевой Ю.Л.,

с участием подсудимой – ФИО1,

ее защитников – адвокатов Нероновой Н.Е., Воротилова Д.В., 

государственных обвинителей – помощников прокурора г. Прокопьевска Кемеровской области Карпова В.Н. и ФИО2, старшего помощника прокурора г. Прокопьевска Кемеровской области Макаровой А.В., 

потерпевшей – К.Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в общем порядке уголовного судопроизводства, уголовное дело в отношении: 

ФИО1, 

<

...>, являющейся не судимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила одно преступление – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. 

Указанное преступление совершено ей при следующих обстоятельствах.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, в период с 16 часов 00 минут до 18 часов 05 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений к К.К.Н., внезапно возникших в ходе ссоры, с целью убийства последнего, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, вооружилась найденным на месте преступления ножом, которым нанесла потерпевшему один удар в область расположения жизненно-важных органов человека – 

<

...>, квалифицирующееся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, осложнившееся развитием обильной кровопотери, явившейся непосредственной причиной смерти К.К.Н. в ГБУЗ КО «

<

...>» ДД.ММ.ГГГГ, в 19 часов 50 минут, то есть ФИО1 убила К.К.Н.

В судебном заседании подсудимая ФИО1, понимая существо предъявленного ей обвинения, заявила о не признании своей вины в инкриминируемом ей преступном деянии в связи с непричастностью к совершению этого преступления, и отказалась от дачи показаний, воспользовавшись правом, предусмотренном ст. 51 Конституции РФ, в связи с чем, судом в порядке, предусмотренном п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, оглашены ее показания, данные в ходе производства предварительного расследования, как в качестве подозреваемой, так и в качестве обвиняемой.

Из показаний допрошенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемой при производстве предварительного расследования подсудимой ФИО1 (том № 1, л.д. 177-181), следует, что об обстоятельствах наступления смерти К.К.Н. ничего пояснить не может, так как не помнит из-за проблем с памятью, охарактеризовала последнего как спокойного, вспыльчивого в состоянии алкогольного опьянения человека, но ей последний не причинял телесных повреждений. О наличии у К.К.Н. врагов она ничего не знает. Образования у нее кровоподтеков на ногах и царапины на руке, не помнит, но допускает, что эти телесные повреждения ей мог причинить К.К.Н. Посторонние лица в квартиру к ней и К.К.Н. не приходили, а входная дверь этой квартиры закрывается на один замок при помощи ключа изнутри и снаружи, а также на входной двери имеется задвижка. Когда она с К.К.Н. находилась дома, то входную дверь в квартиру всегда закрывали только на задвижку, никто посторонний открыть эту дверь не мог. Так как в квартире она находилась вдвоем с К.К.Н., то врачей скорой медицинской помощи вызвала она, при этом последние могли зайти в квартиру, позвонив в домофон соседям, либо на ее телефон, а она могла спуститься и открыть дверь подъезда. 

Из показаний допрошенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве подозреваемой при производстве предварительного расследования подсудимой ФИО1 (том № 1, л.д. 186-190), следует, что об обстоятельствах смерти К.К.Н. ничего пояснить не может, так как не помнит из-за проблем с памятью.

Из показаний допрошенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемой при производстве предварительного расследования подсудимой ФИО1 (том № 1, л.д. 199-201), следует, что она понимает сущность предъявленного ей обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, об обстоятельствах смерти К.К.Н. ничего пояснить не может, так как не помнит, но настаивает, что не могла убить последнего, не могла нанести тому ножевое ранение, поскольку они любили друг друга. 

Виновность подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступного деяния установлена в судебном заседании совокупностью следующих доказательств, а именно, показаниями потерпевшей и свидетелей, а также письменными материалами уголовного дела, оглашенными и непосредственно исследованными в судебном заседании.

Так, допрошенная в судебном заседании потерпевшая К.Н.Н. показала, что у нее был сын – К.К.Н., который совместно с ФИО1 проживал в квартире по 

<

...>. ДД.ММ.ГГГГ, в начале 16 часа, она приходила в гости к своему сыну. В тот день в квартире также находилась ФИО1, при этом, все было нормально, конфликтов не было, ФИО1, как никогда, была спокойная. Примерно через 1 час она пошла к себе домой, а К.К.Н. пошел вместе с ней, так как хотел зайти в магазин. ДД.ММ.ГГГГ ее сын ждал звонка, чтобы узнать в какую смену выходить на работу на следующий день. Затем ее сын в магазине купил бутылку водки и тесто. В квартире ее сына имелись ножи хозяйственного назначения с деревянной ручкой, с красной ручкой, и в зале на столе всегда лежал нож. Имелись ли ДД.ММ.ГГГГ у ее сына телесные повреждения, она не знает, не приглядывалась. После того как она пришла домой ей позвонила Ф.В.Н. и сказала, что ее сын находится в ЦГБ г. Прокопьевска, что ФИО1 порезала последнего. Позвонив в полицию, она узнала, что ее сын умер. На второй день после случившегося она пришла в квартиру к своему сыну и увидела в зале ведро с водой и кровью, на полу в зале имелись разводы крови и тряпка, пропитанная кровью, а также она видела следы крови в ванне, на полу в коридоре. На столе она видела лежащие доску и очищенную луковицу, а одежду со следами крови, не видела. ФИО1 всегда подбегала к ее сыну и била того, который иногда отталкивал последнюю. С ФИО1 она не разговаривала. Ее сын и ФИО1 употребляли спиртное как вдвоем, так и в компаниях, но в тот день ни о каких компаниях речи не было. К.К.Н. никогда не дрался, а у ФИО1 никогда не было плохо с памятью. 

В судебном заседании потерпевшая К.Н.Н. поддержала свои исковые требования в полном объеме, настаивала на их удовлетворении. 

У суда нет оснований подвергать сомнению показания потерпевшей К.Н.Н., так как она убедительна в своих утверждениях, ее показания по существу конкретные и логичные, обстоятельств, порочащих показания последней в судебном заседании не установлено. Кроме того показания потерпевшей подтверждаются показаниями свидетелей и письменными материалами уголовного дела, оглашенными и непосредственно исследованными в судебном заседании. 

У потерпевшей К.Н.Н. отсутствуют какие-либо объективные причины оговаривать подсудимую ФИО1 в совершении инкриминируемого последней преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н., также как у суда не имеется оснований не доверять изложенной в ее показаниях информации.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Н.Н.В. показала, что в марте 2018 года, точную дату не помнит, в дневное время она была задержана и помещена в ИВС г. Прокопьевска, где находилась одна в камере. В тот день, уже в позднее время, к ней в камеру завели задержанную ФИО1, которую она видела впервые, при этом, последняя кричала, вела себя неадекватно. Позже, после того как ФИО1 успокоилась, то рассказала ей, что когда последняя распивала спирт со своим мужем или сожителем, и чистила картошку, у них возник конфликт из-за детей. Как она поняла, этот конфликт задел ФИО1 и последняя сказала, что зарезала своего мужа или сожителя ножом, а куда ударила, не уточняла. Про потерю памяти ФИО1 ей ничего не говорила, сказала, что будет «шарить под дурочку». Телесных повреждений у ФИО1 она не видела, последняя была в верхней одежде.

Из показаний допрошенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования Н.Н.В. (том № 1, л.д. 165-167), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 3 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что ДД.ММ.ГГГГ она была задержана по подозрению в совершении разбойного нападения в 

<

...> и помещена в ИВС г. Прокопьевска, где к ней в камеру, ночью, поместили женщину, которая представилась Г., сначала сильно шумела и кричала, а потом сказала, что задержана за убийство своего мужа. После того как Г. успокоилась, то рассказала, что когда чистила картошку, муж стал предъявлять претензии из-за того, что долго живут, а детей нет, при этом был один ребенок, которого Г. куда-то дела. Со слов Г., это сильно задело последнюю и Г. из-за злости ударила своего мужа ножом, а куда именно, она не спрашивала. При этом Г. говорила, что будет «косить под дурочку», что невменяемым дают меньше сроки. 

Оглашенные показания свидетель Н.Н.В. подтвердила в полном объеме, объяснив противоречия запамятованием обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела в связи с давностью произошедшего.

Допрошенная в судебном заседании свидетель В.Л.Г. показала, что ее дочь ФИО1 с 2006 года проживала в квартире по 

<

...> с К.К.Н. ДД.ММ.ГГГГ от оперуполномоченного полиции ей стало известно, что ее дочь подозревается в убийстве К.К.Н. На место преступления она не ездила, а в ходе разговора в тот день со своей дочерью поняла, что последняя ничего не помнит, так как спрашивала, где К.К.Н. Позже от следователя Г.Н.В. ей стало известно, что у К.К.Н. имелось ножевое ранение. У ее дочери и К.К.Н. были хорошие отношения, последние любили друг друга, но между ними были конфликты из-за того, что К.К.Н. часто уезжал. В последнее время она не слышала о конфликтах между ее дочерью и К.К.Н., последний всегда улыбался, казался добрым, но избивал ее дочь, за которой она не наблюдала агрессии. В 2014 году ее дочь находилась на лечении в больнице с отравлением токсическим спиртом и поражением головного мозга, после чего у последней начались проблемы с памятью. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель Ф.В.Н. показала, что К.Н.Н. является ее соседкой, а сын последней – К.К.Н., работал с ее мужем на одном участке шахты. В марте 2018 года, точную дату не помнит, когда она находилась дома, ее муж звонил К.К.Н., чтобы сообщить о необходимости выхода на работу на следующий день, но ее мужу ответил сотрудник полиции и сообщил о смерти К.К.Н., о чем она по телефону сообщила К.Н.Н. К.К.Н. всегда был улыбчивый, хороший, помогал своей матери, а ФИО1 она никогда не видела.

Из показаний допрошенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования Ф.В.Н. (том № 1, л.д. 127-129), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 3 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что К.К.Н. практически каждый день приезжал к своей матери – К.Н.Н., которая проживает с ней по соседству. ДД.ММ.ГГГГ, около 19 часов 00 минут, ее муж позвонил К.К.Н., чтобы сообщить о необходимости выхода на работу во вторую смену, но тому ответил не К.К.Н., а сотрудник полиции, в связи с чем, ее муж подумал, что не туда попал. После этого сотрудник полиции перезвонил ее мужу с номера телефона К.К.Н. и сообщил, что последнего порезала сожительница. ДД.ММ.ГГГГ, около 20 часов 00 минут, ей позвонила К.Н.Н., хотела узнать, когда К.К.Н. на работу, сказала, что недавно приехала от последнего, а она сообщила той, что К.К.Н. в больнице с ножевым ранением. Около 21 часа 00 минут К.Н.Н. позвонила и сказала, что сын последней умер в больнице.

Оглашенные показания свидетель Ф.В.Н. подтвердила в полном объеме, объяснив противоречия запамятованием обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела в связи с давностью произошедшего.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ф.С.А. показал, что точную дату, когда от матери К.К.Н. ему стало известно об убийстве последнего, он не помнит. С К.К.Н. он обычно созванивался перед работой. Ему звонил сотрудник полиции с номера телефона К.К.Н. и спрашивал, кто он последнему, при этом, сказал, что К.К.Н. убит, о чем он рассказал своей жене. Позже в следственном комитете ему стало известно, что К.К.Н. ножом убила сожительница, а от К.Н.Н. он узнал, что сыну последней сзади воткнули нож. К.К.Н. и У.Н.Н. употребляли спиртное по выходным. От К.К.Н. ему известно, что последний часто ругался с ФИО1 из-за того, что последняя выпивает, по дому не убирается, не варит. Также К.К.Н. рассказывал ему, что ФИО1 один раз резала того, говорил, что когда вышел из кухни, последняя ткнула ножом в спину, при этом показывал шрам на плече. Конфликты у К.К.Н. с ФИО1 возникали на пьяной почве, К.К.Н. хотел расстаться с ФИО1, но тому было жалко последнюю. ФИО1 в состоянии опьянения кидалась драться, оскорбляла, а К.К.Н. спокойный, всегда выпьет и домой, никогда не дрался. 

Из показаний допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования Ф.С.А. (том № 1, л.д. 124-126), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 3 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что К.К.Н., с которым он знаком давно, был спокойным и не конфликтным, проживал на Тыргане в г. Прокопьевске, но иногда приезжал к своей матери. К.К.Н. проживал с сожительницей, которую он видел один раз, но от матери последнего знал, что между К.К.Н. и сожительницей того сложились конфликтные отношения. Со слов К.Н.Н. ему известно, что сожительница К.К.Н. по имени Г. злоупотребляет спиртными напитками, а когда К.Н.Н. приезжала к своему сыну в гости, то постоянно скандалила, угрожала К.Н.Н., ругалась и вела себя неадекватно. Сам К.К.Н. на свою сожительницу не жаловался, только говорил, что пытался выгнать последнюю, но Г. не уходила. Однажды К.К.Н. рассказывал ему, что Г. резала последнего ножом, а когда именно не уточнял. Так как он работал с К.К.Н. на одной шахте, то периодически звонил тому и сообщал, в какую смену последний работает. ДД.ММ.ГГГГ он работал в ночную смену, из г. Прокопьевска уезжал в 19 часов 30 минут, а перед этим, в начале восемнадцатого или девятнадцатого часа позвонил К.К.Н., чтобы сказать, что ДД.ММ.ГГГГ последнему выходить во вторую смену. На его звонок ответил мужчина, который представился полицейским, после чего он сбросил вызов, так как посчитал, что ни туда попал. Тут же ему перезвонил тот же сотрудник полиции с телефона К.К.Н., которому он сказал, что звонил последнему сообщить, когда выходить на работу. От сотрудника полиции ему стало известно, что К.К.Н. порезала «любимая», как он понял сожительница, о чем сказал своей жене. Сожительница К.К.Н. в состоянии алкогольного опьянения была не сдержанная, грубая, часто кричала на К.К.Н., когда он звонил последнему.

Оглашенные показания свидетель Ф.С.А. подтвердил в полном объеме, объяснив противоречия запамятованием обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела в связи с давностью произошедшего.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.А.С. показал, что в конце марта 2018 года, точное число не помнит, ему позвонила Ф.В.Н. и сказала, что К.К.Н. зарезала жена последнего – ФИО1 Ранее он бывал в гостях у К.К.Н. и ФИО1, последние злоупотребляли спиртным, выпивали вдвоем и посторонних лиц к себе домой не водили. При этом, К.К.Н. в алкогольном опьянении был спокойный и конфликты не провоцировал, а ФИО1 в алкогольном опьянении становилась злая, кричала, провоцировала конфликты, иногда царапала ногтями К.К.Н., обзывала того и иногда говорила «я тебя порешу», «чтобы ты сдох». Однажды ФИО1 вилкой ткнула К.К.Н. в руку, после чего он видел на руке последнего следы от вилки. О каких-либо конфликтах К.К.Н. ему не рассказывал, между ним и последним конфликтов не было, а также конфликтов не было между Ф.С.А. и К.К.Н. 

Из показаний допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования Б.А.С. (том № 1, л.д. 116-119), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 3 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что с К.К.Н. он знаком со школы, последние 2 года общался с последним, они созванивались и приезжали друг к другу в гости. К.К.Н. постоянно злоупотреблял спиртным с ФИО1, последние жили нормально, в трезвом состоянии были спокойные, не ругались, а в состоянии опьянения часто ссорились, но были ли между теми драки, не знает. Незадолго до смерти К.К.Н. рассказал ему, что ФИО1 кинулась на того с вилкой и проткнула руку, при этом, он видел у К.К.Н. на левом предплечье следы от зубцов вилки, покрытые корочкой. К.К.Н. иногда толкал ФИО1, либо рукой давал «подзатыльник», а больше никакого физического насилия не оказывал. В квартиру к К.К.Н. и ФИО1 посторонние не приходили, последние, когда находились дома, всегда закрывали дверь на задвижку. О смерти К.К.Н. ему стало известно от соседки матери последнего – Ф.В.Н., ДД.ММ.ГГГГ, которая сказала, что ФИО1 нанесла ножевое ранение К.К.Н., что позже подтвердила мать последнего. В ходе распития спиртного ФИО1 становилась агрессивной, царапала К.К.Н. шею и руки, один раз кинулась на того с вилкой, а когда тот отправлял ФИО1 спать и не давал спиртного, последняя говорила «я тебя порешу» и «чтобы ты сдох».

Оглашенные показания свидетель Б.А.С. подтвердил в полном объеме, объяснив противоречия запамятованием обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела в связи с давностью произошедшего.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Г.Н.И. показала, что в марте 2018 года она проживала по 

<

...> на 2 этаже, а на 3 этаже жили ФИО1 и К.К.Н. От участкового уполномоченного полиции ей стало известно, что К.К.Н. умер в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ. В то время она находилась дома и никаких криков, шума не слышала. К.К.Н. вежливый, всегда здоровался, не задирался, а ФИО1 она однажды видела в подъезде с ножом в руках.

Допрошенная в судебном заседании свидетель У.Т.А. показала, что с ФИО1 она знакома с 2007 года, последняя является сестрой ее мужа. К.К.Н. последний раз она встречала ДД.ММ.ГГГГ на 

<

...>, при этом, последний рассказал, что устраивался на работу, что у того произошел конфликт с Ф.С.А. из-за пропажи дорогого телефона, на которого К.К.Н. написал заявление. К.К.Н. говорил, что от Ф.С.А. постоянно поступали угрозы. ФИО1 нормальная, не конфликтная, хорошая хозяйка, и между последний и К.К.Н. конфликтов не было. В 2014 году ФИО1 находилась в больнице, у последней была потеря памяти, ФИО1 забывала многие разговоры постоянно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Н. В.Г. показал, что работает в должности старшего участкового уполномоченного отдела полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску и обслуживает дом по 

<

...>, где проживали К.К.Н. и ФИО1 Мать К.К.Н. была против совместного проживания последнего с ФИО1, которую просила выселить. К.К.Н. и ФИО1 злоупотребляли спиртным, но соседи на последних не жаловались. В ходе разговоров с ФИО1 он не замечал «провалов» памяти у последней. В 2018 году, точную дату и месяц не помнит, ему стало известно об обнаружении трупа К.К.Н. в квартире. 

Из показаний допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования Н.В.Г. (том № 1, л.д. 120-123), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 3 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что он состоит в должности старшего участкового уполномоченного отдела полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску и обслуживает административный участок 

<

...>, в который входит дом по 

<

...>, где в 

<

...> проживали К.К.Н. и ФИО1 С 2011 года в отдел полиции поступали неоднократные заявления матери К.К.Н. о выселении ФИО1, в связи с чем, он рекомендовал обращаться в суд. ФИО1 и К.К.Н. привлекались к уголовной ответственности за угрозу убийством в отношении друг друга, но уголовные дела были прекращены в связи с примирением. ФИО1 после этого не привлекалась к ответственности, а К.К.Н. периодически привлекался к административной ответственности за совершение хулиганских действий и за появление в общественном месте в состоянии алкогольного опьянения, состоял на административном учете в отделе полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску, в связи с чем, он проверял последнего примерно раз в месяц. От соседей К.К.Н. и ФИО1 жалоб на последних не поступало. К.К.Н. и ФИО1 выпивали вдвоем, при посещении квартиры последних он ни разу не видел там посторонних лиц. К.К.Н. и ФИО1 в трезвом состоянии были спокойными, не ругались и не дрались, а когда выпивали, ФИО1 становилась агрессивной, кричала, ругалась. О том, что К.К.Н. скончался от ножевого ранения, ему стало известно ДД.ММ.ГГГГ от следователя. В ходе бесед с К.К.Н. и ФИО1 он никогда не замечал «провалы» в памяти у последней, при этом, ФИО1 никогда не жаловалась на «провалы» в памяти, как в трезвом, так и в пьяном состоянии. 

Оглашенные показания свидетель Н. В.Г. подтвердил в полном объеме, объяснив противоречия запамятованием обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела в связи с давностью произошедшего.

Из показаний допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования Э.И.В. (том № 1, л.д. 130-133), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что он состоит в должности начальника отделения ОУР ОМВД России по г. Прокопьевску. ДД.ММ.ГГГГ, около 18 часов 00 минут, в отдел полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску поступило сообщение от врачей скорой медицинской помощи о причинении ножевого ранения 

<

...> К.К.Н. в квартире по 

<

...>. Прибывшие сразу же на место происшествия сотрудники отдела полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску, увидели там сожительницу К.К.Н. – ФИО1, которая находилась в состоянии алкогольного опьянения. ДД.ММ.ГГГГ, около 20 часов 00 минут, К.К.Н. от причиненного ножевого ранения умер. После допроса ФИО1 была задержана в соответствии со ст.ст. 91-92 УПК РФ и помещена в ИВС Отдела МВД России по г. Прокопьевску. 

Из показаний допрошенной ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования К.Н.Л. (том № 1, л.д. 137-142), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что она проживает по 

<

...>, где по соседству с ней проживали ФИО1 и К.К.Н., которые часто выпивали спиртное, при этом, ФИО1 постоянно кричала, а К.К.Н. не было слышно. К.К.Н. по характеру спокойный, приветливый, ни с кем не скандалил, а ФИО1 практически из дома не выходила, ни с кем не общалась и ничем не занималась. К ФИО1 и К.К.Н. редко кто приходил, она видела только друга и мать последнего. Однажды она видела, как ФИО1 выходила из квартиры с ножом в руках. ДД.ММ.ГГГГ, около 14 или 15 часов, К.К.Н. звонил ей в домофон, после чего она встретила последнего на лестничной площадке в подъезде, сказала, что больше открывать дверь тому не будет и видела у К.К.Н. пакет с продуктами, а было ли в пакете спиртное, не помнит. К.К.Н. был в хорошем настроении, находился ли в состоянии алкогольного опьянения, она не заметила. В тот день она никакого шума из квартиры К.К.Н. и ФИО1 не слышала, а около 19 часов 00 минут, к ней в квартиру стучал мужчина, представившийся сотрудником полиции, который спрашивал, знакома ли она с ФИО1 и К.К.Н., в связи с чем, она поняла, что что-то произошло. На следующий день от матери К.К.Н. ей стало известно, что последнего зарезала ФИО1 

Из показаний допрошенного ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования К.А.Н. (том № 1, л.д. 97-100), оглашенных в судебном заседании в соответствии с положением ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, следует, что он состоит в должности врача ГБУЗ КО «Прокопьевская городская станция скорой медицинской помощи», и ДД.ММ.ГГГГ, в 18 часов 30 минут, находясь на смене, получил вызов на 

<

...> с формулировкой «плохо пьяному». Когда он прибыл на указанный адрес, дверь в подъезд открыла женщина, которая находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, была одета в золотистую сорочку. В зале квартиры, на полу около дивана, он увидел лежащего лицом вниз, без сознания, мужчину с раной на спине слева, под лопаткой, при этом на полу были разводы крови. Мужчина был не контактен, ничего не говорил, а женщина пояснила, что последний пьяный лежит уже 2 часа. Никого больше в квартире не было, а женщина ничего пояснить больше не смогла, поскольку находилась в состоянии алкогольного опьянения. После этого он передал сигнал сотрудникам полиции и транспортировал этого мужчину в ЦГБ 

<

...> г. Прокопьевска, при этом последний в сознание не приходил, ничего не пояснял, а практически сразу после доставления в больницу, скончался. 

Объективно показания потерпевшей К.Н.Н. подтверждаются сведениями, содержащимися в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 47-48) с приложенной к нему таблицей фотоиллюстраций (том № 1, л.д. 49-51), согласно которому, осмотрена квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, где на полу перед ванной комнатой, на дверном косяке ванной комнаты и в ванне обнаружены следы крови в виде потеков, при этом пол с «замывами», на столешнице в кухне обнаружен нож с деревянной рукояткой, длиной 29 см, в выдвижном шкафу стола обнаружены нож с коричневой рукояткой, обмотанной лейкопластырем, длиной 20,5 см, нож с коричневой рукояткой, длиной 18 см, нож с рукояткой из черного пластика, длиной 21 см, нож с красной, пластиковой рукояткой, длиной 23 см, и лезвие ножа, длиной 15,5 см. 

Согласно сведениям, содержащимся в этом же протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 47-48) с приложенной к нему таблицей фотоиллюстраций (том № 1, л.д. 49-51), на момент производства осмотра квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, в зале имелся стол, на котором располагались разделочная доска с нарезанным мясом и очищенной луковицей, лекарства, тетрадь, три коробки со спичками, остатки хлеба, упаковка вафель, граненная рюмка и два бокала, на полу рядом со столом обнаружены следы бурого вещества, похожего на кровь, в виде разводов и замытых водой, две бутылки водки «П.», пластиковая бутылка «

<

...>», пластиковая бутылка «

<

...>», а на полу около кресла обнаружена скомканная серая футболка со следами бурого вещества.

В ходе производства указанного осмотра квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, изъяты ножи с деревянной рукояткой, с коричневой рукояткой, обмотанной лейкопластырем, с коричневой рукояткой, с рукояткой из черного пластика, с красной, пластиковой рукояткой, лезвие ножа и футболка, которые осмотрены ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 1-3), а также следы папиллярных линий с бутылки водки «П.», пластиковой бутылки «

<

...>», пластиковой бутылки «

<

...>» и с граненной рюмки.

Кроме того, в соответствии со сведениями, содержащимися в протоколе дополнительного осмотра места происшествия – квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 54-59) с приложенной к нему схемой (том № 1, л.д. 60), на полу в ванной комнате обнаружены следы бурого вещества, похожего на кровь, в форме капель и брызг, на краю ванны и в ванне обнаружены следы бурого вещества, в форме потеков и капель, а на полу в ванной комнате обнаружена серая тряпка со следами бурого вещества, похожего на кровь.

Согласно сведениям, содержащимся в этом же протоколе дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 54-59) с приложенной к нему схемой (том № 1, л.д. 60), на момент производства осмотра квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, в зале возле дивана обнаружено ведро, на 1/3 наполненное темно-бурой жидкостью, а на полу около стола обнаружены разводы бурого вещества, похожего на кровь.

В ходе производства указанного дополнительного осмотра квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, изъяты тряпка и смывы бурого вещества, похожего на кровь, с пола в зале и с ванны, которые осмотрены ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 1-3).

Также, в соответствии со сведениями, содержащимися в протоколе дополнительного осмотра места происшествия – квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 69-71) с приложенной к нему таблицей фотоиллюстраций (том № 1, л.д. 72-73), на полу в спальной комнате обнаружены зеленый, женский халат и серая простынь с пятнами бурого вещества, похожего на кровь, в шкафу в спальной комнате обнаружена золотистая сорочка, а в зале на кресле обнаружена накидка с пятнами бурого вещества, похожего на кровь, которые изъяты, осмотрены ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 1-3).

Указанные выше протоколы осмотров места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, в совокупности с показаниями допрошенных по уголовному делу лиц, позволяют суду установить место совершения подсудимой ФИО1 инкриминируемого ей преступления в отношении потерпевшего К.К.Н. – квартира, расположенная по адресу: 

<

...>.

Объективно показания потерпевшей К.Н.Н., а также свидетелей Н.Н.В., Ф.В.Н., Ф.С.А., Б.А.С., К.Н.Л. и К.А.Н., подтверждаются сведениями, содержащимися в протоколе осмотра трупа от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 61-64), согласно которого в помещении 

<

...> отделения ГБУЗ КО ОТ «

<

...>» осмотрен труп К.К.Н. с раной, 

<

...>.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 67) осмотрен серверный кабинет ГБУЗ КО «

<

...>» и изъята аудиозапись с речевого самописца «

<

...>» от ДД.ММ.ГГГГ на CD-R диск, который осмотрен ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 237-239).

Из анализа аудиозаписи разговора, содержащегося в файле «Голос 03» на CD-R диске, изъятом в ходе осмотра серверного кабинета ГБУЗ КО «

<

...>» следует, что ДД.ММ.ГГГГ в указанное учреждение поступил вызов бригады скорой медицинской помощи К.К.Н. на адрес: 

<

...>, при этом в разговоре принимают участие две женщины, одна из которых называет две фамилии – К. и ФИО1, а также сообщает, что К. является ей супругом, последний «охает» и «ухает», держится за живот, а вторая женщина в конце разговора просит стоять у подъезда.

О правдивости показаний свидетеля Н.Н.В. свидетельствуют сведения, содержащиеся в ответе начальника ИВС Отдела МВД России по г. Прокопьевску от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 164), согласно которым ФИО1 задержана и помещена в ИВС Отдела МВД России по г. Прокопьевску ДД.ММ.ГГГГ, в 00 часов 05 минут, в камеру 

<

...> ИВС Отдела МВД России по г. Прокопьевску, где содержалась Н.Н.В., задержанная по ч. 2 ст. 162 УК РФ ДД.ММ.ГГГГ, в 22 часа 00 минут.

Из сведений, содержащихся в детализации телефонных переговоров телефона с абонентским номером «

<

...>», зарегистрированного на имя В.Л.Г. и находившегося в пользовании ФИО1 (том № 1, л.д. 242-244), следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 14 часов 00 минут (время московское), с указанного номера телефона осуществлен экстренный вызов на телефон с номером «

<

...>», используемый единой службой спасения, а ДД.ММ.ГГГГ, в 14 часов 07 минут (время московское), на телефон с абонентским номером «

<

...>» поступил звонок с телефона с номером «

<

...>», используемый скорой медицинской помощью, что свидетельствует о правдивости показаний свидетеля К.А.Н.

Также, из сведений, содержащихся в этой же детализации телефонных переговоров телефона с абонентским номером «

<

...>», зарегистрированного на имя В.Л.Г. и находившегося в пользовании ФИО1 (том № 1, л.д. 242-244), следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 15 часов 11 минут (время московское), на указанный номер телефона поступил звонок с телефона с номером «

<

...>», используемый дежурной частью отдела полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску. 

Кроме того, из сведений, содержащихся в детализации телефонных переговоров телефона с абонентским номером «

<

...>», зарегистрированного на имя К.Н.Н. и находившегося в пользовании К.К.Н. (том № 1, л.д. 242-244), следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 15 часов 44 минуты и в 15 часов 45 минут (время московское), осуществлены звонки на телефон с абонентским номером «

<

...>», находившегося в пользовании свидетеля Ф.С.А., что свидетельствует о правдивости показаний последнего. 

На факт правдивости показаний свидетеля К.А.Н. указывают сведения, содержащиеся в копии карты вызова бригады ГБУЗ КО «

<

...>» от ДД.ММ.ГГГГ (том № 1, л.д. 254), согласно которым вызов бригады скорой медицинской помощи для оказания медицинской помощи К.К.Н. по адресу: 

<

...>, в ГБУЗ КО «

<

...>» поступил ДД.ММ.ГГГГ, в 18 часов 03 минут, а после прибытия бригады скорой медицинской помощи на место ДД.ММ.ГГГГ, в 18 часов 19 минут, К.К.Н. обнаружен лежащим на полу в зале, спиной вверх, с К.В.А.-резаной раной 

<

...>.

В соответствии со сведениями, содержащимися в этой же карте вызова бригады ГБУЗ КО «

<

...>», К.К.Н. ДД.ММ.ГГГГ, в 18 часов 19 минут, в контакт не вступал, последнему установлен диагноз «

<

...>».

Согласно копии посмертного эпикриза, выданного врачом и заведующим хирургического отделения 

<

...> ГБУЗ КО «

<

...>» ДД.ММ.ГГГГ потерпевший К.К.Н. ДД.ММ.ГГГГ поступил в указанное медицинское учреждение, последнему установлен диагноз «

<

...>».

Характер, количество, локализация, механизм и давность образования имевшихся у потерпевшего К.К.Н. телесных повреждений, их квалификация по тяжести вреда здоровью, а также нож, как орудие преступления, объективно установлены из заключения эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 10-14), согласно которому при судебно-медицинском исследовании трупа К.К.Н. обнаружены следующие телесные повреждения:

<

...>, расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, осложнилось развитием обильной кровопотери, что и явилось непосредственной причиной смерти. 

В своем заключении врач судебно-медицинский эксперт указала, что раневой канал 

<

...> ранения, обнаруженного при судебно-медицинском исследовании трупа К.К.Н., направлен сзади наперед и несколько снизу вверх, его длина около 9 см. 

Определяя давность наступления смерти К.К.Н. врач судебно-медицинский эксперт в своем заключении указала, что смерть потерпевшего наступила в стационаре ДД.ММ.ГГГГ, в 19 часов 50 минут. 

В соответствии с этим же заключением эксперта потерпевший К.К.Н. после причинения ему 

<

...> ранения задней поверхности грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с повреждением нижней доли левого легкого, мог жить и совершать активные действия в течение десятков минут – первых часов, при этом, указанное К.В.А.-резаное ранение сопровождалось наружным и внутренним обильным кровотечением, без фонтанирования. 

Кроме того, врач судебно-медицинский эксперт в своем заключении указала, что при судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа К.К.Н. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,4 промилле и 5,5 промилле соответственно, что применительно к живым лицам соответствует тяжелому алкогольному опьянению. 

Согласно заключению эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 25-26) у подсудимой ФИО1 обнаружены кровоподтеки 

<

...>, при этом, указанные повреждения возникли в срок не более одних суток до проведения объективного обследования, не влекут кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

Из выводов, изложенных в заключении эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 36-38), следует, что в пятнах на представленных на экспертизу простыне и в части пятен на накидке на кресло найдена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшего К.К.Н. и не могла произойти от ФИО1 

В соответствии с этим же заключением эксперта на представленной на экспертизу сорочке ФИО1 найдены следы крови человека, в которой антигены А, В и Н не обнаружены, что не позволило высказаться о групповой принадлежности данной крови и возможности ее происхождения от какого-либо конкретного лица.

Согласно выводам, содержащимся в заключении эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 48-50), на смывах бурого вещества с ванны и с пола в зале, а также на тряпке, обнаружена кровь человека, при этом, кровь человека в смыве бурого вещества с ванны и в пятнах на тряпке могла произойти от потерпевшего К.К.Н. и не могла произойти от ФИО1, а сделать вывод о происхождении крови в смыве с пола в зале, от какого-либо конкретного лица не представилось возможным. 

В соответствии с заключением эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 61-64) при исследовании поверхностей простыни, сорочки, халата и накидки на кресло обнаружены следы, похожие на кровь.

В своем заключении врач судебно-медицинский эксперт указал, что на поверхности изношенной простыни располагаются помарки, потеки, капли и брызги, при этом, помарки, расположенные больше справа, возникли от контакта с «окровавленными» поверхностями, три пятна у нижнего края являются потеками, возникшими от падения и смещения «крови» горизонтально к длиннику простыни, а между пятнами обнаружены единичные (шесть) капель, которые возникли от прямого падения капель «крови» к поверхности простыни. 

Кроме того, врач судебно-медицинский эксперт в своем заключении указал, что на всей поверхности изношенной простыни обнаружены точечные брызги, большая часть которых возникла при ускорении перпендикулярно к поверхности простыни, а единичные брызги относительно между собой падали с ускорением под углами вправо и влево. 

Согласно выводов, изложенных в этом же заключении эксперта, следует, что на передней поверхности сорочки располагаются единичные точечные буро-красные пятна, которые могут быть брызгами, возникшими при падении с ускорением перпендикулярно к поверхности материала, а на задней поверхности у левого бокового шва три слабовыраженных пятна, которые могли образоваться от контакта с «окровавленными» предметами, а обнаруженные два пятна на ворсинчатой поверхности у вертикального края накидки на кресло могут быть каплями при их падении горизонтально, к длиннику накидки на кресло, ближе к вертикальному краю «В».

В соответствии с заключением эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 98-100) в пятнах на представленных на экспертизу футболке К.К.Н. и ноже с деревянной рукояткой найдена кровь человека, которая могла произойти от К.К.Н. и не могла произойти от ФИО1

О ноже, как орудии преступления, свидетельствует заключение эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 110-114) согласно которому рана кожи задней поверхности грудной клетки К.К.Н., а также повреждение спинки его футболки, являются К.В.А.-резаными и нанесены одномоментно плоским колюще-режущим предметом, возможно клинком ножа, имеющим «тонкий» обух с выраженными ребрами, затупленное острие, либо затупленную предострийную часть лезвия.

В своем заключении врач судебно-медицинский эксперт указал, что 

<

...> ранение кожи задней поверхности грудной клетки и повреждение спинки футболки К.К.Н. могли быть причинены клинком ножа 

<

...>, состоящего из клинка и коричневой, врезной, деревянной рукоятки, скрепленной с хвостовиком двумя белыми, металлическими заклепками.

В соответствии с заключением эксперта № Э3-57 от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 178-192) на представленной на экспертизу простыне обнаружена кровь, которая произошла от К.К.Н., и кровь, которая произошла от ФИО1, а на рукоятке представленного на экспертизу ножа с деревянной рукояткой, обнаружена кровь, которая могла произойти от нескольких лиц и достоверно установить генетические признаки отдельных лиц, от которых произошел данный биологический материал, не представилось возможным, а также обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от ФИО1 и К.К.Н.

Кроме того, в своем заключении эксперт указала, что на клинке представленного на экспертизу ножа с деревянной рукояткой обнаружена кровь, которая произошла от К.К.Н., а происхождение этой крови от ФИО1 исключается. 

Определяя количество нанесенных потерпевшему К.К.Н. ударов ножом, суд считает необходимым руководствоваться заключением эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 10-14), так как суду не представлено фактов, которые позволили бы усомниться в обоснованности указанного заключения эксперта.

Оценивая все указанные выше заключения экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ и № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что оснований сомневаться в их достоверности не имеется, поскольку они проведены квалифицированными экспертами, обладающими специальными познаниями в своих областях, содержат мотивированные и исчерпывающие ответы на поставленные вопросы в ясных и понятных выражениях. 

Оглашенное государственным обвинителем и непосредственно исследованное в судебном заседании заключение эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ (том № 2, л.д. 73-77) не подтверждает и не опровергает виновность подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления в отношении потерпевшего К.К.Н.

<

...> 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

<

...> 

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

Оценивая указанные выше заключения судебно-психиатрических комиссий экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ и 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что оснований сомневаться в их достоверности не имеется, поскольку они проведены квалифицированными экспертами, обладающими специальными познаниями в области судебной психиатрии и психологии, не содержат каких-либо противоречий, а содержат мотивированные и исчерпывающие ответы на поставленные вопросы в ясных и понятных выражениях.

<

...>

При этом, оценивая заключение комиссии экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что оснований сомневаться в его достоверности не имеется, поскольку оно проведено квалифицированными экспертами, обладающими специальными познаниями в области судебной психиатрии и психологии, не содержит каких-либо противоречий, а содержит мотивированные и исчерпывающие ответы на поставленные вопросы в ясных и понятных выражениях.

Оценивая показания свидетеля Н.Н.В., суд находит их логичными, правдивыми и достоверными, показания указанного свидетеля по существу конкретные, последовательные и стабильные, не содержат каких-либо противоречий, согласуются с письменными материалами уголовного дела, оглашенными и непосредственно исследованными в судебном заседании. Кроме того, показания свидетеля Н.Н.В., данные ей в ходе производства предварительного расследования, получены с соблюдением конституционных и процессуальных прав указанного лица, в условиях, исключающих какое-либо воздействие на нее, в связи с чем, у суда нет оснований не доверять изложенной в них информации.

При этом, у свидетеля Н.Н.В. отсутствуют какие-либо объективные причины оговаривать подсудимую ФИО1 в совершении инкриминируемого последней преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н., также как у суда не имеется оснований не доверять изложенной в ее показаниях информации.

Суд находит надуманными, голословными и не обоснованными доводы защитника – адвоката Воротилова Д.В., о недостоверности показаний свидетеля Н.Н.В., в связи с тем, что подсудимая ФИО1 в условиях изолятора временного содержания Отдела МВД России по г. Прокопьевску сообщала последней вымышленную информацию о совершении преступления в отношении потерпевшего К.К.Н. с целью самосохранения и устрашения указанного свидетеля, поскольку оказалась в условиях психотравмирующей ситуации и непривычной для себя замкнутой обстановке, так как свидетель Н.Н.В., как в ходе судебного разбирательства, так и в ходе производства предварительного расследования, показала, что подсудимая ФИО1 рассказала ей об убийстве своего мужа – потерпевшего К.К.Н., после того как успокоилась, при этом высказывала явные намерения на совершение действий, свидетельствующих о невменяемости последней и направленных на избежание уголовной ответственности за содеянное.

Оценивая показания свидетелей В.Л.Г., Ф.В.Н., Ф.С.А., Б.А.С., Г.Н.И., У.Т.А., Н.В.Г., Э.И.В., К.Н.Л. и К.А.Н., суд исходит из того, указанные свидетели не являются очевидцами инкриминируемого подсудимой ФИО1 преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н. и их показания не содержат каких-либо объективных сведений, как опровергающих, так и подтверждающих, причастность подсудимой ФИО1 к совершению инкриминируемого ей преступления.

Между тем, показания свидетелей Ф.В.Н., Ф.С.А., Б.А.С., Г.Н.И., Н.В.Г., Э.И.В., К.Н.Л. и К.А.Н., в части даты и времени, а также месте совершения преступления в отношении потерпевшего К.К.Н. суд находит правдивыми и достоверными, поскольку в этой части показания указанных свидетелей по существу конкретные и стабильные, согласуются как между собой, так и с письменными материалами уголовного дела, оглашенными и непосредственно исследованными в судебном заседании. 

Кроме того, показания свидетелей Ф.В.Н., Ф.С.А., Б.А.С., Н.В.Г., Э.И.В., К.Н.Л. и К.А.Н., данные ими в ходе производства предварительного расследования, получены с соблюдением конституционных и процессуальных прав указанных лиц, в условиях, исключающих какое-либо воздействие на последних, в связи с чем, у суда нет оснований не доверять изложенной в них информации.

Суд не принимает во внимание в качестве доказательств виновности подсудимой ФИО1 в инкриминируемом ей преступном деянии в отношении потерпевшего К.К.Н. показания свидетеля Э.И.В., в части изложения им обстоятельств данного преступного деяния, которые стали известны последнему со слов самой подсудимой ФИО1, исходя из того, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 № 44-О, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержание показаний подозреваемого (обвиняемого), данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника путем допроса дознавателя, следователя, сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, в качестве свидетеля. 

Также, суд не принимает по внимание в качестве доказательств виновности подсудимой ФИО1 в инкриминируемом ей преступном деянии в отношении потерпевшего К.К.Н. показания свидетелей Ф.С.А., Б.А.С. и Н.В.Г., в части наличия между подсудимой ФИО1 и потерпевшим К.К.Н. в прошлом конфликтов и причинения телесных повреждений друг другу, поскольку в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Оценивая показания свидетелей В.Л.Г. и У.Т.А., суд отвергает их в той части, что у подсудимой ФИО1 имелись проблемы с памятью, поскольку эти показания опровергаются сведениями, содержащимися в заключении судебно-психиатрической комиссии экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которого высказывания ФИО1 о якобы имевшихся ранее и имеющихся в настоящее время расстройствах памяти носят установочный характер, являются отрывочными, не сочетаются с какой-либо психотической симптоматикой, не укладываются в картину какого-либо психического заболевания и не отражаются на ее поведении, склонности к патологической лжи у ФИО1 не выявляется, а обнаруживается установочное (симулятивное) поведение (постсимуляция, которая осуществляется после совершения правонарушения, как форма защитного поведения в связи со сложившейся судебной ситуацией и с целью уклонения от ответственности), а также сведениями, содержащимися в заключении комиссии экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которого у подсудимой ФИО1 не имеется интеллектуальной недостаточности, при этом ссылки последней на запамятование своего поведения в юридически значимый период сами по себе, вне связи с психопатологической симптоматикой, не свидетельствуют о наличии у нее временного психического расстройства и не противоречат клинической картине непатологической форме алкогольного опьянения, и не входят в симптомокомплекс состояния физиологического аффекта, а определяются личностными защитными установками. 

Также, показания свидетеля У.Т.А. о якобы имевшем место конфликте между потерпевшим К.К.Н. и свидетелем Ф.С.А. из-за пропажи телефона, а также об угрозах, якобы поступавших в адрес потерпевшего К.К.Н. от свидетеля Ф.С.А., суд находит надуманными, голословными и не соответствующими действительности, не нашедшими своего достоверного и объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства по настоящему уголовному делу, кроме того, эти показания опровергаются как показаниями подсудимой ФИО1, которая показала, что ничего не знает о конфликтах потерпевшего К.К.Н. с кем-либо, так и показаниями свидетеля Б.А.С., который показал, что К.К.Н. о каких-либо конфликтах с кем-либо, в том числе и со свидетелем Ф.С.А., ему не рассказывал. 

Кроме того, при оценке показаний свидетелей В.Л.Г. и У.Т.А., суд принимает во внимание, что последние являются родственниками подсудимой, в связи с чем, находит их заинтересованными лицами, а показания свидетелей В.Л.Г. и У.Т.А. суд расценивает, как данные с целью оказать содействие подсудимой для избежания уголовной ответственности за содеянное.

Оценивая показания подсудимой ФИО1, данные ей в ходе производства предварительного расследования, оглашенные в судебном заседании в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ, в части запамятования обстоятельств, при которых потерпевшему К.К.Н. причинено 

<

...> ранение 

<

...>, проникающее в 

<

...>, суд находит голословными, не логичными и не правдивыми, поскольку эти показания опровергаются сведениями, содержащимися в заключении судебно-психиатрической комиссии экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которого высказывания ФИО1 о якобы имевшихся ранее и имеющихся в настоящее время расстройствах памяти носят установочный характер, являются отрывочными, не сочетаются с какой-либо психотической симптоматикой, не укладываются в картину какого-либо психического заболевания и не отражаются на ее поведении, склонности к патологической лжи у ФИО1 не выявляется, а обнаруживается установочное (симулятивное) поведение (постсимуляция, которая осуществляется после совершения правонарушения, как форма защитного поведения в связи со сложившейся судебной ситуацией и с целью уклонения от ответственности), а также сведениями, содержащимися в заключении комиссии экспертов 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводов которого у подсудимой ФИО1 не имеется интеллектуальной недостаточности, при этом ссылки последней на запамятование своего поведения в юридически значимый период сами по себе, вне связи с психопатологической симптоматикой, не свидетельствуют о наличии у нее временного психического расстройства и не противоречат клинической картине непатологической форме алкогольного опьянения, и не входят в симптомокомплекс состояния физиологического аффекта, а определяются личностными защитными установками.

Также, суд находит голословными, не логичными и не правдивыми показания подсудимой ФИО1, данные ей в ходе производства предварительного расследования, оглашенные в судебном заседании в соответствии с положениями ст. 276 УПК РФ, в той части, что она не могла причинить потерпевшему К.К.Н. 

<

...> ранение 

<

...>, осложнившееся развитием обильной кровопотери, явившейся непосредственной причиной смерти потерпевшего, поскольку в ходе судебного разбирательства по данному уголовному делу не установлено каких-либо достоверных и объективных сведений, позволяющих предположить наличие возможности причинения ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 15 часов 00 минут до 18 часов 19 минут, в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, потерпевшему К.К.Н. указанного при описании преступного деяния 

<

...> ранения 

<

...> каким-либо иным лицом или лицами. При этом, из показаний самой подсудимой ФИО1 следует, что кроме нее и потерпевшего К.К.Н. в инкриминируемый ей период времени, в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, иное лицо или лица не находились.

Суд расценивает указанные выше показания подсудимой ФИО1, как способ защиты и данные с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

О причастности подсудимой ФИО1 к совершению инкриминируемого ей преступления в отношении потерпевшего К.Г.Н. свидетельствуют, как показания свидетеля Н.Н.В. о имевшем место конфликте у подсудимой ФИО1 с потерпевшим К.К.Н., в ходе которого подсудимая ударила потерпевшего ножом, при этом какого-либо постороннего лица или лиц не находилось, так и показания потерпевшей К.Н.Н. в той части, что ДД.ММ.ГГГГ, около 15 часов 00 минут, когда она уходила из квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, кроме подсудимой ФИО1 в указанной квартире посторонние лица отсутствовали, а также показания свидетеля К.А.Н. в той части, что на момент прибытия ДД.ММ.ГГГГ, в 18 часов 19 минут, в составе бригады ГБУЗ КО «

<

...>» в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, кроме женщины – подсудимой ФИО1, и потерпевшего К.К.Н., иного постороннего лица или лиц не находилось.

Также, на причастность подсудимой ФИО1 к совершению инкриминируемого ей преступления в отношении потерпевшего К.Г.Н. указывают выводы, изложенные в заключении эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым на рукоятке представленного на экспертизу ножа с деревянной рукояткой обнаружены эпителиальные клетки, которые произошли от ФИО1 и К.К.Н.

Сам по себе факт обнаружения при производстве судебно-биологической экспертизы тканей и выделений человека, животных (заключение эксперта № Э3-57 от ДД.ММ.ГГГГ) эпителиальных клеток, которые произошли от подсудимой ФИО1 и К.К.Н., и отсутствие следов какого-либо биологического материала иного лица или лиц, на деревянной рукоятке ножа, являющегося орудием совершения преступления в отношении потерпевшего К.К.Н. согласно выводов, изложенных в заключении эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, указывает на причастность подсудимой ФИО1 к совершению инкриминируемого ей преступного деяния и исключает возможность причастности к указанному преступлению иного лица или лиц.

Кроме того, факт отсутствия ДД.ММ.ГГГГ, в период с 15 часов 00 минут до 18 часов 19 минут, в квартире, расположенной по адресу: 

<

...>, иного, кроме подсудимой ФИО1 и потерпевшего К.К.Н., постороннего лица или лиц, подтверждается сведениями, содержащимися в протоколах осмотров места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в ходе неоднократных осмотров указанной выше квартиры каких-либо предметов, вещей или следов биологического происхождения, принадлежащих иным, кроме подсудимой ФИО1 и потерпевшего К.К.Н., постороннему лицу или лицам, не обнаружено.

Суд не принимает во внимание и отвергает как доказательство невиновности подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н., сведения, содержащиеся в копии посмертного эпикриза, выданного ГБУЗ КО «

<

...>» на имя К.К.Н., а именно «…около 120 минут на улице неизвестный нанес удар ножом…», поскольку в указанной копии посмертного эпикриза не содержится ссылки на источник получения этих сведений, при этом соответствии с копией карты вызова бригады ГБУЗ КО «

<

...>» на момент 18 часов 19 минут ДД.ММ.ГГГГ потерпевший К.К.Н. в контакт не вступал, а согласно сведениям, содержащимся в этой же копии посмертного эпикриза, потерпевший К.К.Н. поступил в ГБУЗ КО «

<

...>» в крайне тяжелом состоянии, на вопросы практически не отвечал, находился в сопоре, в пространстве и времени не ориентировался, в связи с чем, доводы защитника – адвоката Воротилова Д.В., в этой части суд находит необоснованными и не состоятельными, не свидетельствующими о непричастности подсудимой ФИО1 к инкриминируемому ей преступному деянию в отношении потерпевшего К.К.Н. 

Кроме того, суд принимает во внимание область локализации причиненного ДД.ММ.ГГГГ, в период с 16 часов 00 минут до 18 часов 05 минут, потерпевшему К.К.Н. 

<

...> ранения, а именно, 

<

...>, а также направление раневого канала – сзади наперед, несколько снизу вверх, и его длину – около 9 см, что исключают возможность причинения указанного 

<

...> ранения самим потерпевшим К.К.Н.

Тот факт, что в ходе производства неоднократных осмотров места происшествия – квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, каких-либо иных предметов одежды, в том числе и верхней, принадлежащих потерпевшему К.К.Н., кроме как футболки, с наличием повреждений, которые могли образоваться в результате воздействия (воздействий) предметом (предметами), обладающим колюще-режущими свойствами, и со следами вещества, похожего на кровь, не обнаружено, достоверно свидетельствует о причинении потерпевшему К.К.Н. 

<

...> ранения 

<

...>, 

<

...>, явившейся непосредственной причиной смерти последнего, именно в указанной выше квартире, и опровергает доводы защитника – адвоката Воротилова Д.В., о причинении потерпевшему К.К.Н. этого 

<

...> ранения вне жилого помещения, а именно, квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>.

Кроме того, доводы защитника – адвоката Воротилова Д.В., о возможности получения потерпевшим К.К.Н. ДД.ММ.ГГГГ, в период с 15 часов 00 минут до 18 часов 19 минут, имевшегося у последнего 

<

...> ранения 

<

...>, 

<

...>, вне своего жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, суд находит надуманными, голословными и не обоснованными, поскольку опровергаются сведениями, изложенными свидетелем К.Н.Л., которая показала, что ДД.ММ.ГГГГ, около 14 часов 00 минут или 15 часов 00 минут, она встретила К.К.Н. в подъезде дома, на лестничной площадке, при этом у последнего находился пакет с продуктами, К.К.Н. был в хорошем настроении. 

Факт того, что при проведении экспертизы вещественных доказательств (заключение эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ) на срезах ногтевых пластин с правой и левой рук подсудимой ФИО1 кровь не обнаружена, а при проведении дактилоскопической экспертизы (заключение эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ) на ноже с деревянной рукояткой отсутствуют следы папиллярных линий, не свидетельствует о непричастности подсудимой ФИО1 к совершению инкриминируемого ей преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н.

Кроме того, то обстоятельство, что при проведении экспертизы вещественных доказательств (заключение эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ) на передней поверхности сорочки, принадлежащей подсудимой ФИО1, обнаружены единичные точечные буро-красные пятна, которые могут быть брызгами, возникшими при падении с ускорением перпендикулярно к поверхности материала, а при проведении судебно-биологической экспертизы тканей и выделений человека, животных (заключение эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ) на этой же сорочке обнаружена кровь и эпителиальные клетки, которые произошли от подсудимой ФИО1, и происхождение данного биологического материала от К.К.Н. исключается, не может достоверно свидетельствовать о непричастности подсудимой ФИО1 к совершению инкриминируемого ей преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н., поскольку в соответствии с выводами, изложенными в заключении эксперта 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, обнаруженное у последнего 

<

...> ранение 

<

...>, 

<

...>, сопровождалось наружным и внутренним обильным кровотечением, без фонтанирования, при этом согласно сведений, изложенных в этом же заключении эксперта при проведении оперативного вмешательства в ГБУЗ КО «

<

...>» ДД.ММ.ГГГГ, в период с 19 часов 15 минут до 19 часов 50 минут, в плевральной полости у потерпевшего К.К.Н. обнаружено до 3 500 мл жидкой крови и сгустков, что указывает на преобладание внутреннего кровотечения, развившегося после причинения последнему К.В.А.-резаного ранения задней поверхности грудной клетки слева над наружным, и свидетельствует о маловероятности попадания крови потерпевшего К.К.Н. на одежду и тело подсудимой ФИО1

При указанных выше обстоятельствах, а также при отсутствии достоверных и объективных сведений о фактах, которые позволили бы считать возможным причинение потерпевшему К.К.Н. К.В.А.-резаного ранения задней поверхности грудной клетки слева, проникающего в левую плевральную полость с повреждением нижней доли левого легкого, иными лицами, суд считает доказанным факт причинения указанных телесных повреждений именно подсудимой ФИО1 

Таким образом, исследовав непосредственно представленные доказательства, проверив и оценив их в совокупности, суд находит доказательства обвинения убедительными и достаточными для того, чтобы сделать вывод о виновности подсудимой ФИО1, и пришел к выводу о наличии совокупности доказательств, изобличающих последнюю в совершении инкриминируемого ей преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н., которую суд признает достаточной для разрешения уголовного дела по существу. 

Кроме того, оценивая представленные стороной обвинения доказательства в совокупности, с учетом данной им выше оценки, суд принимает их как достоверные, и считает вину подсудимой ФИО1 в совершении преступления, изложенного в описательной части настоящего приговора, установленной и доказанной изложенными выше доказательствами. 

Судом, из исследованных доказательств установлено, что свои действия по преступлению в отношении потерпевшего К.К.Н. подсудимая ФИО1 совершала с прямым умыслом, поскольку осознавала общественную опасность своих действий и желала наступления смерти потерпевшего, о чем свидетельствуют, как орудие преступления – нож, установленный в судебном заседании, так и способ совершения преступления – 

<

...>, а также локализация ранения – 

<

...>, что свидетельствует о намеренных действиях подсудимой ФИО1 

Характер и способ насилия со стороны подсудимой ФИО1 свидетельствуют о том, что она предвидела наступление тяжких последствий, и желала их наступления.

Между действиями подсудимой ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего К.К.Н. установлена прямая причинно-следственная связь. 

Таким образом, по уголовному делу достоверно установлено, что подсудимая ФИО1 на почве личных неприязненных отношений к потерпевшему К.К.Н., внезапно возникших в ходе ссоры, убила последнего. 

Все представленные сторонами доказательства были непосредственно исследованы в судебном заседании. 

Суд, с учетом требований ст.ст. 87, 88 УПК РФ, считает, что собранные по уголовному делу доказательства являются достаточными для разрешения уголовного дела, вопрос об их допустимости и достоверности решен в настоящем приговоре по каждому представленному сторонами доказательству. 

С учетом поведения подсудимой ФИО1 в судебном заседании, свидетельствующего о ее активной позиции по защите своих интересов, а также, с учетом заключений судебно-психиатрических комиссий экспертов, изложенных выше, материалов уголовного дела, содержащих сведения о личности подсудимой ФИО1, обстоятельств совершенного ей преступного деяния, суд признает ее вменяемой в отношении инкриминируемого преступного деяния и подлежащей уголовной ответственности.

С учетом изложенного, действия ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ совершенное подсудимой ФИО1 преступление относится к категории особо тяжких.

Учитывая фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности суд не находит оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения категории совершенного подсудимой ФИО1 преступления на менее тяжкую. 

При назначении наказания суд, в соответствии со ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимой, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние наказания на исправление осужденной, условия жизни ее семьи.

Подсудимая ФИО1 за психиатрической помощью в ГКУЗ КО «

<

...>» не обращался (том № 3, л.д. 7), под диспансерным наблюдением в ГБУЗ КО «

<

...>» не находится (том № 3, л.д. 8).

В качестве смягчающих наказание подсудимой ФИО1 суд признает следующие обстоятельства: молодой возраст; отсутствие судимостей; состояние ее здоровья, в том числе и психическое; удовлетворительную характеристику старшего участкового уполномоченного отдела полиции «

<

...>» Отдела МВД России по г. Прокопьевску и положительные характеристики с места жительства; оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, путем вызова бригады ГБУЗ КО «

<

...>» (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ). 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой ФИО1, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Как следует из обстоятельств, установленных в судебном заседании инкриминируемое подсудимой ФИО1 преступление в отношении потерпевшего К.К.Н. совершено в состоянии алкогольного опьянения, однако, в материалах уголовного дела не имеется достоверных и объективных сведений, свидетельствующих о том, что состояние алкогольного опьянения у подсудимой ФИО1 способствовало совершению инкриминируемого ей преступного деяния.

Кроме того, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимой ФИО1, суд приходит к выводу о том, что нахождение последней в момент совершения инкриминируемого ей преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н. в состоянии алкогольного опьянения не способствовало совершению этого преступления, в связи с чем, данное обстоятельство в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ не учитывает в качестве отягчающего наказание. 

При назначении наказания подсудимой ФИО1 суд учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, в соответствии с которым при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктом «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Суд не усматривает оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, так как отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления. 

Суд применяет наказание к подсудимой в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях ее исправления и предупреждения совершения новых преступлений.

Учитывая все обстоятельства уголовного дела в совокупности, характер и степень общественной опасности инкриминируемого подсудимой ФИО1 преступного деяния в отношении потерпевшего К.К.Н., относящегося к категории особо тяжких, данные о ее личности, суд полагает, что исправление и перевоспитание подсудимой ФИО1 невозможно без изоляции от общества, поскольку она представляет собой повышенную социальную опасность. Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении суд не усматривает. 

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания подсудимой ФИО1 необходимо назначить в исправительной колонии общего режима.

Назначение подсудимой ФИО1 дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ, суд считает нецелесообразным, не считая необходимым указывать на это в резолютивной части приговора.

Ранее избранная в отношении подсудимой ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в целях исполнения приговора, а также в связи с тем, что наказание последней должно быть назначено в виде реального лишения свободы, подлежит изменению на меру пресечения в виде заключения под стражей. 

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) время содержания подсудимой ФИО1 под стражей по данному уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Потерпевшей К.Н.Н. подано исковое заявление о взыскании с подсудимой ФИО1 в счет возмещения преступлением морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

В силу ст.ст. 1099-1101 ГК РФ, учитывая требования разумности и справедливости, характер причиненных потерпевшей К.Н.Н. физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, выяснявшееся судом материальное положение подсудимой ФИО1, заявленные потерпевшей К.Н.Н. исковые требования о компенсации причиненного морального вреда подлежат частичному удовлетворению, на сумму 600 000 (шестьсот тысяч) рублей. Во взыскании в счет компенсации морального вреда суммы в большем размере суд отказывает за необоснованностью. 

В соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по уголовному делу:

- диск с аудиозаписью, детализация телефонных переговоров ФИО1 и К.К.Н., как предметы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, подлежат хранению при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

В соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по уголовному делу:

- футболка К.К.Н., сорочка ФИО1, простыня, накидка на кресло, смывы крови, тряпка, как предметы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, а также нож, как орудие преступления и как предмет, который может служить средством для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, подлежат уничтожению после вступления приговора в законную силу.

Вопрос о возмещении процессуальных издержек за оказание юридической помощи за участие адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению разрешен отдельным постановлением.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание осужденной ФИО1 отбывать в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении осужденной ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу отменить, избрать в отношении осужденной ФИО1 меру пресечения в виде заключения под стражу. 

Взять осужденную ФИО1 под стражу в зале суда и срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) время содержания подсудимой ФИО1 под стражей по данному уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск потерпевшей К.Н.Н. о возмещении морального вреда, причиненного в результате преступления, удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в пользу К.Н.Н. в счет возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, денежные средства в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей. Во взыскании с ФИО1 в пользу К.Н.Н. в счет возмещение морального вреда, причиненного в результате преступления, суммы в большем размере отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- диск с аудиозаписью, детализация телефонных переговоров ФИО1 и К.К.Н., после вступления приговора в законную силу хранить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего;

- футболку К.К.Н., сорочку ФИО1, простыню, накидку на кресло, смывы крови, тряпку и нож, после вступления приговора в законную силу уничтожить.

Вопрос о возмещении процессуальных издержек за оказание юридической помощи за участие адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению разрешен отдельным постановлением, указанные издержки подлежат взысканию с осужденной.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем желании присутствовать при рассмотрении апелляционный жалобы (представления), подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность довести до суда апелляционной инстанции свою позицию непосредственно либо с использованием систем видеоконференцсвязи, а также о назначении защитником адвоката, при этом выплаченная, назначенному судом адвокату из средств федерального бюджета сумма, за его участие в рассмотрении дела апелляционной инстанцией, может быть взыскана с осужденной. О данных обстоятельствах осужденной необходимо указать в апелляционной жалобе либо в отдельном ходатайстве, а в случае принесения апелляционного представления или подачи другими лицами апелляционных жалоб, затрагивающих их интересы – в своем возражении либо в отдельном ходатайстве в тот же срок, со дня вручения им копии апелляционного представления или апелляционных жалоб, затрагивающих их интересы.

Председательствующий. подпись Э.В. Фурс

Подлинный документ находится в материалах уголовного дела № 1-11/2020 в Рудничном районном суде г. Прокопьевска Кемеровской области.