Дело № 2-761\2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красноармейский районный суд г. Волгограда в составе

председательствующего судьи Снегиревой Н.М.

при секретаре Жмыровой М.Ю.

с участием истца ФИО1, ответчика- представителя Управления Пенсионного фонда РФ по Красноармейскому району г. Волгограда ФИО2, 

26 марта 2019 года в городе Волгограде, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО8 к Управлению Пенсионного фонда РФ по Красноармейскому району г. Волгограда о признании первоначального назначения пенсии неправомерным, перерасчете пенсии, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику о признании первоначального назначения ей пенсии по потере кормильца неправомерным, перерасчете пенсии.

В обоснование своих требований указала, что является получателем страховой пенсии по старости с 2003 г..

После смерти супруга ФИО4, умершего в 2015 г., она обратилась к ответчику о переводе на пенсию по потере кормильца. Ей было отказано в связи с исправлениями в трудовой книжке супруга.

После обращений в УПФ РФ с заявлениями и жалобами, ей пенсию пересчитали, но не сохранили некоторые права кормильца, уменьшив трудовой стаж с 37\10\8 лет на 31\11\27 лет и не сохранили его страховую часть пенсии.

Согласно протоколу комиссии по рассмотрению вопросов по реализации пенсионных прав граждан от 23.03.2016 г., ответчик решил подтвердить факт нахождения её на иждивении мужа на момент его смерти и засчитать в общий страховой стаж периоды работы кормильца необходимой для назначения страховой пенсии по потере кормильца. С назначением пенсии она не согласна, так как не был учтен протокол заседания от 23.03.2016 г. и сохранены не все права умершего пенсионера кормильца.

В этой связи, просит признать первоначальное назначение ей пенсии по случаю потери кормильца неправомерным, обязать ответчика произвести перерасчет получаемой ею пенсии с 27.07.2015 г. по закону.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении, утверждала, что при назначении ей пенсии, ответчиком не учтен протокол от 23.03.2016 г., неправильно подсчитан трудовой стаж супруга. Супруг получал большую пенсию, а ей назначена пенсия меньшего размера, что, по её мнению, незаконно.

Ответчик- представитель Управления пенсионного фонда РФ по Красноармейскому району по доверенности ФИО2 исковые требования не признала, пояснив суду, что оспариваемым истцом протоколом установлен и подтвержден факт нахождения истца на иждивении супруга, который получал повышенную пенсию в связи с наличием инвалидности и нетрудоспособного иждивенца-супруги. 

После смерти супруга, истцу назначена пенсия по случаю потери кормильца, исходя из получаемой умершим страховой пенсии. При этом, при расчете пенсии по потере кормильца не засчитывается фиксированная выплата к страховой пенсии, назначенная кормильцу, а также ежемесячная денежная выплата, которая выплачивалась ФИО4, как инвалиду. При таких обстоятельствах, считает, что требования истца не основаны на законе, никаких нарушений требований закона при исчислении размера пенсии, допущено не было..

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании ст. 10 Закона РФ от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении. Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

При этом, члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию; иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 с 2003 г. по достижении пенсионного возраста является пенсионером по старости, которая ей назначена УПФ РФ в Красноармейском районе г. Волгограда согласно её заявлению и представленным документам. 

Супруг истца- ФИО4 с 2008 г. по достижении пенсионного возраста также являлся пенсионером по старости, которая ему назначена УПФ РФ в Красноармейском районе г. Волгограда согласно заявлению и представленным документам. 

27 июля 2015 г. ФИО4 умер, на момент его смерти сумма материального обеспечения его составляла 16 450,55 руб. и из фиксированной выплаты и страховой пенсии, а также ежемесячных выплат.

После его смерти ФИО1 обратилась в УПФ РФ в Красноармейском районе г. Волгограда о подтверждении факта нахождении на иждивении своего супруга и назначении пенсии по потере кормильца.

Как следует из содержания протокола заседания комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан от 23.03.2016 г. на момент смерти ФИО4 получал повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии с учетом нетрудоспособного иждивенца- супруги ФИО1, то есть факт нахождения на иждивении супруга установлен.

Оспаривая правомерность данного протокола, истцом, в нарушении требований закона ( ст. 56 ГПК РФ), не приведено никаких допустимых и достоверных доказательств неправомерности, незаконность протокола. 

Напротив, протоколом подтвержден факт нахождения истца на иждивении супруга, что впоследствии, послужило основанием для назначения ФИО1 пенсии по потере кормильца.

Обращаясь с иском и настаивая на его удовлетворении, ФИО1 утверждала, что размер назначенной ей пенсии должен соответствовать получаемой пенсии ФИО4.

Проверяя обоснованность заявленных требований, суд не усматривает оснований для удовлетворения иск исходя из следующего.

Так, в соответствии со ст. 15 ч.3 ФЗ от 28.12.2013 г. размер страховой пенсии по случаю потери кормильца каждому нетрудоспособному члену семьи умершего кормильца определяется по формуле: СПспк = ИПК x СПК, где СПспк - размер страховой пенсии по случаю потери кормильца; ИПК - индивидуальный пенсионный коэффициент умершего кормильца; СПК - стоимость одного пенсионного коэффициента по состоянию на день, с которого назначается страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Как следует из материалов дела, расчета представленного ответчиком, при назначении истцу данного вида пенсии был учтен трудовой стаж (страховой) стаж умершего кормильца, получаемая им страховая пенсия. 

Доводы истца о том, что ответчиком при назначении ей пенсии по потере кормильца, не был учтен оспариваемый ею протокол, назначенная пенсия меньшего размера, чем ей полагается, по мнению суда, является несостоятельным, опровергнутым материалами пенсионного дела.

Так, в соответствии с положениями п. 2, 3 ст. 17 Федерального закона от 28.12.2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях в РФ" лицам, являющимся инвалидами I группы, устанавливается повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной 100 процентам суммы, предусмотренной ч.1 ст. 16 настоящего Федерального закона.

В силу п. 3 данной нормы закона лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в п.п.1,3,4 ч.2 ст. 10 настоящего Федерального закона, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной ч.1 ст. 16 настоящего Федерального закона, на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трех нетрудоспособных членов семьи.

Таким образом, учитывая, что ФИО4 являлся инвалидом, имел на иждивении супругу, его пенсия составляла 16 450,55 коп. и состояла из фиксированной выплаты, которая устанавливается к страховой пенсии по инвалидности инвалидам 1 группы, составляющей– 10 228,38 руб. и страховой пенсии 6222,17 руб..

На дату назначения ФИО1 пенсии по потере кормильца, размер страховой пенсии ( без фиксированной выплаты ) составлял 5904,61 руб.. Следовательно, фиксированная выплата к страховой пенсии по потере кормильца установленная в размере 50% размера, предусмотренного ч.1 ст.16 Закона № 400 ФЗ, составляет 2191,80 руб.. 

В связи с чем, размер пенсии составил 8096,41 руб., который в последующем подлежал ежегодной индексации. В настоящее время размер пенсии составляет 9 880,63 и состоит из фиксированной выплаты - 2667,10 руб., страховой пенсии- 7 213,53 руб.

Оснований ставить под сомнение обоснованность произведенного ответчиком расчета у суда не имеется, суд находит его обоснованным, произведенным в соответствии с требованиями закона. 

Кроме того, как уже неоднократно разъяснялось истцу, при расчете пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с требованиями ст. 15 Закона, не учитывается фиксированная выплата к страховой пенсии, назначенная кормильцу в соответствии со ст. 16 закона, а также ежемесячная денежная выплата, которая выплачивалась ФИО4 как инвалиду на основании ФЗ «О социальной защите инвалидов в РФ».

Таким образом, размер назначенной ФИО1 пенсии по потере кормильца не может соответствовать размеру получаемой пенсии при жизни ФИО4. 

Также несостоятельны, по мнению суда, доводы истца о том, что ответчиком неправильно подсчитан стаж работы супруга, в соответствии с которым назначена ему пенсия, поскольку данный вопрос был предметом рассмотрения суда, решением Красноармейского суда г. Волгограда 06.09.2018 г. установлено, что при назначении ФИО4 пенсии учтен весь период его работы.

В силу ч.2 ст. 61 ГПК РФ указанные обстоятельства обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

При таких обстоятельствах, суд считает, что оценка пенсионных прав истца произведена ответчиком верно, в соответствии с нормами действующего пенсионного законодательства.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, истцом не представлено надлежащих и достоверных доказательств, из которых усматривалось бы, что действия ответчика носят противоправный характер и ведут к нарушению прав истца. А поскольку, в силу положений действующего законодательства, защите в судебном порядке подлежит лишь реально нарушенное по вине ответчика право истца, суд не находит оснований для удовлетворения требований. Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО3 ФИО8 к Государственному учреждению Управление Пенсионного фонда РФ по Красноармейскому району г. Волгограда о признании первоначального назначения пенсии неправомерным, перерасчете пенсии, – отказать.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Красноармейский районный суд г. Волгограда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 29 марта 2019 г. 

Председательствующий Снегирева Н.М.