22RS0058-01-2025-000356-13

Дело №2-14/2026 (№2-213/2025)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 января 2026 года с.Усть-Калманка

Усть-Калманский районный суд Алтайского края в составе

председательствующего судьи О.В.Григорьевой,

при секретаре судебного заседания И.И.Щербаковой,

с участием процессуального истца прокурора района Д.А.Глазычева,

представителя ответчика КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» ФИО1 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Усть-Калманского района в интересах ФИО2, ФИО3 к КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» о взыскании морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор района обратился в суд в интересах ФИО2, ФИО3 с иском к КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя тем, что прокуратурой района по заявлению ФИО2 о причинении морального вреда в результате смерти сына ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в машине скорой помощи КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» проведена проверка в ходе которой установлено следующее.

25.10.2024 следователем Алейского межрайонного следственного отдела СУ СК по Алтайскому краю возбуждено уголовное дело №12402010008000104 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ по факту того, что в период с 17.07.2024 по 18.07.2024 сотрудниками скорой медицинской помощи КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» была оказана ненадлежащая медицинская помощь ФИО4, в результате чего 18.07.2025 ФИО4 скончался в автомобиле скорой медицинской помощи.

В ходе расследования установлено, что 17.07.2024 около 23 час. 00 мин. ФИО4 стало плохо, о чем свидетельствовали обильное потоотделение, слабость, рвота, была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Около 00 часов 37 минут 18.07.2024 фельдшером ФИО5 осуществлен выезд в составе бригады скорой медицинской помощи по адресу: 

<

адрес>. В ходе проведения медицинского осмотра состояние пациента ФИО4 оценено как крайне тяжёлое, принято решение о его госпитализации. По дороге до с.Усть-Калманка Усть-Калманского района Алтайского края ФИО4 стал терять сознание и 18.07.2024 в 02 час. 57 мин. ФИО5 констатирована биологическая смерть ФИО4, которая наступила в автомобиле скорой медицинской помощи.

Согласно заключению экспертной комиссии №135/2025 от 04.06.2025(экспертиза проведена в рамках расследования уголовного дела) установлено, что смерть ФИО4 наступила в 02:57 18.07.2024 г. в машине скорой медицинской помощи, в данном случае, имела место «Внезапная коронарная смерть». Непосредственными причинами внезапной сердечной смерти являются либо нарушения ритма сердечной деятельности (фибрилляция желудочков, асистолия, резкая брадикардия и т.д.), либо атеросклеротические изменения сердечных сосудов и самой мышцы сердца, либо совокупность этих патологических состояний. В большинстве таких случаев, из-за стремительности развития угрожающих для жизни симптомов острой сердечной недостаточности, своевременно диагностировать и предотвратить наступление смерти крайне сложно.

Медицинская помощь ФИО4 была своевременной (относительно времени вызова), установленный фельдшером диагноз соответствовал состоянию больного и результатам его осмотра, тактика действий была правильной и проводилась, согласно положениям приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 нюня 2013г № 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи». При скоротечности развития у ФИО4 критической ситуации, обусловленной внезапно развившимся нарушением функции сердечно-сосудистой системы с явлениями острой коронарной недостаточности, предотвратить наступление смерти, в условиях автомобиля скорой медицинской помощи, было практически невозможно. Поэтому, основными в неблагоприятном исходе стремительно развывшейся у ФИО4 острой коронарной недостаточности, являются характер и тяжесть самого заболевания и, следовательно, между оказанием медицинской помощи фельдшером КГБУЗ «Станция скорой, медицинской помощи «Усть-Калманская ЦРБ» и наступлением смерти больного, прямой причинной связи по мнению экспертной комиссии, не имеется.

По изложенным основаниям уголовное дело по ч.2 ст.109 УК РФ по факту смерти ФИО4 17.10.2025 прекращено постановлением следователя Алейского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю, на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Вместе с тем, помимо вышеуказанного заключения эксперта, в материалах уголовного дела имеется Акт №10-01/149 проверки ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности от 18.10.2024. Ведомственная комиссионная проверка проведена на основании приказа Министерства здравоохранения Алтайского края № 10-01/149 от 09.09.2024 в отношении КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» при оказании медицинской помощи ФИО4

Согласно выводам комиссии, выявлены следующие нарушения при оказании медицинской помощи ФИО4:

1) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации № 203н от 10.05.2024 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в медицинской документации:

недооценка тяжести состояния пациента;

предварительный диагноз сформирован не в полном объеме: не выставлен диагноз геморрагического шока, его степень при наличии клинических признаков.

2) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 № 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи»:

превышено время доезда СМП по независящим от медицинской организации причинам.

3) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24.12.2012 №1388н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при желудочно-кишечном отравлении»:

при оказании медицинской помощи не соблюдены стандарты оказания медицинской помощи при желудочно-кишечных кровотечениях в части применения препаратов, не входящих в систему лечения;

запись ЭКГ проводилась ч/з 01 ч 30 мин после приезда СМП.

4) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31.07.2020 № 785н «Об утверждении Требований к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности»:

не проведена проверка в рамках ВВК с учетом расхождений диагнозов.

5) В нарушение приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 05.05.2012 № 502н «Об утверждении Порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации»:

врачебной комиссией не полностью проведена оценка соблюдения в медицинской организации установленного порядка ведения медицинской документации, оценка качества оказания медицинской помощи в части формирования диагноза, проведения лечебно-диагностических мероприятий, соблюдения стандарта оказания медицинской помощи при желудочно-кишечных кровотечениях.

Полагает, что ФИО4 медицинская помощь была оказана ненадлежащим образом, не качественно и не в полном объеме.

Ссылаясь на абзац второй пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указывает, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10).

В результате смерти ФИО4 его матери ФИО2, и родной сестре ФИО3 причинен моральный вред, который последние оценивают в 350 тыс. рублей (каждая).

Хотя смерть ФИО4 не состоит в прямой причинно-следственной связи с недостатками оказания медицинской помощи на этапе оказания скорой медицинской помощи в КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ», экспертами не исключен благоприятный исходе при своевременном, правильном и в полном объеме проведенном обследовании и Лечении ФИО4, что является безусловным основанием для взыскания с ответчика в пользу ФИО2, ФИО3 компенсации морального вреда в сумме 700 тыс. рублей, по 350 тыс. рублей каждому.

Просит суд взыскать с КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» (ИНН: №) в пользу ФИО2, ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 700 000 (семьсот тысяч) рублей в равных долях, т.е. по 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей каждому.

В судебном заседании процессуальный истец прокурор района Глазычев Д.А. настаивает на удовлетворении иска по доводам, в нем изложенным.

Материальные истцы ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени судебного заседания извещены надлежаще.

Истица ФИО2 при рассмотрении дела судом поясняла, что её сын ФИО4 постоянно проживал с ней, у него был больной желудок, походил лечение в Алейской ЦРБ в мае 2024 года, дома принимал лекарства, соблюдал диету, спиртными напитками не злоупотреблял. Считает, что медицинская помощь её сыну была оказана ненадлежащего качества, т.к. систему ему дома не поставили, поставили какие-то уколы, ЭКГ не снимали. При сопровождении в ЦРБ фельдшер не находилась рядом с сыном, а сидела в кабине скорой помощи. Потеря сына вызвала у нее сильные моральные переживания, в течение года постоянно принимает лекарственные средства, т.к. возникли проблемы с сердцем, артериальным давлением, нарушился сон. За врачебной помощью после смерти сына не обращалась, лекарственные средства принимает самостоятельно.

Истица ФИО3 при рассмотрении дела судом поясняла, что поддерживала с братом близкие родственные отношения, постоянно общались, делились проблемами, помогали друг другу. Когда брат жил и работал в г.Барнуле, они часто встречались, ходили друг к другу в гости. Последнее время брат проживал с матерью, 18.07.2024 ей позвонила мать и сообщила, что у брата приступ рвоты. Плохо себя чувствует. Она вызвала скорую медицинскую помощь. Со слов матери, ей известно, что по приезду скорой помощи фельдшер не ставила ФИО4 систему, поставила какие-то уколы, ЭКГ не делала, только померила давление. Считает, что медицинская помощь оказана была не надлежаще. Она тяжело пережила смерть брата,в связи с чем ухудшилось её состояние здоровья, неоднократно обращалась за врачебной помощью, принимала успокоительные средства.

Представитель ответчика КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» ФИО1 (по доверенности) в судебном заседании возражает против удовлетворения иска в полном объеме. Суду пояснила, что страдания и переживания родственников в связи со смертью близкого родственника сами по себе не являются основанием для взыскания компенсации морального вреда. Медицинская деятельность не может гарантировать полного выздоровления больного, это также зависит от особенностей организма человека. Факт причинения вреда действиями работников КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» истцами не доказан, акт ведомственной проверки, где установлены нарушения стандартов лечения, не является доказательством виновных действий работников больницы. ФИО4 не соблюдал режим лечения, что было установлено в судебном заседании. Действия работников больницы были направлены на спасение его жизни, а не причинение вреда. Просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Алтайского края в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения спора извещен надлежаще, ходатайств не заявлял, возражений на иск не предоставил.

В силу норм ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть спор при данной явке.

Свидетель ФИО8 суду показала, что работает фельдшером скорой помощи КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ». Ночью 18.07.2024 в 00 часов 36 минут поступил вызов из с.Приозерное. К больному она прибыла в 1 час 06 мин., со слов матери ей стало известно, что больного рвет «кофейной гущей» в течении 2-х дней. Знает, что в мае 2024 года был аналогичный вызов скорой помощи, ФИО4 увозили в Алейскую ЦРБ, где тот проходил лечение. На момент вызова давление у ФИО4 было немного низковатое, она поставила ему укол. ФИО4 молчал, был близок к стадии агонии. Не отрицает, что в карте вызова есть недочеты, она не выставила степень геморрагического шока, не указала второй диагноз. Но всю необходимую помощь она оказала и реанимационные мероприятия провела. По состоянию больного и с учетом пояснений родственников у ФИО4 могло быть желудочно-кишечное кровотечение.

Выслушав стороны, опросив свидетеля, изучив материалы дела, и дополнительно предоставленные доказательства, оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Пунктом 2 ст.150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких, использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо досягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и другое.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональные родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10).

В силу пункта 1 ст.1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО2, ФИО3 в связи со смертью их близкого родственника - ФИО4, смерть которого наступила при оказании медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Из части 2 статьи 98 названного выше Закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Согласно пункту 6 статьи 4 Закона об основах охраны здоровья к основным принципам охраны здоровья относится доступность и качество медицинской помощи (своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата).

Из пункта 2 статьи 64 Закона об основах охраны здоровья следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 данного Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Как установлено в судебном заседании из доводов иска и материалов дела, 17.07.2024 около 23 час. 00 мин. ФИО4 стало плохо, о чем свидетельствовали обильное потоотделение, слабость, рвота, далее была вызвана бригада скорой медицинской помощи. Около 00 часов 37 минут 18.07.2024 фельдшером ФИО5 осуществлен выезд в составе бригады скорой медицинской помощи по адресу: 

<

...>. В ходе проведения медицинского осмотра состояние пациента ФИО4 оценено как крайне тяжёлое, принято решение о его госпитализации. По дороге до с.Усть-Калманка Усть-Калманского района Алтайского края ФИО4 стал терять сознание и 18.07.2024 в 02 час. 57 мин. Фельдшером ФИО5 была констатирована биологическая смерть ФИО4, которая наступила в автомобиле скорой медицинской помощи.

25.10.2024 следователем Алейского МСО СУ СК по Алтайскому краю было возбуждено уголовное дело по признакам преступления. Предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ по факту оказания ненадлежащей медицинской помощи ФИО4 (л.д.10).

В ходе расследования уголовного дела проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению экспертной комиссии №135/2025 от 04.06.2025, смерть ФИО4 наступила в 02:57 18.07.2024 в машине скорой медицинской помощи.

При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО4 были обнаружены выраженные признаки атеросклеротического поражения стенок коронарных артерий с сужением (до 1/3 диаметра) их просвета, а также неравномерное кровенаполнение мышцы сердца. При судебно-гистологическом исследовании сердца из трупа ФИО4, наряду с большим количеством атеросклеротических бляшек в стенках коронарных артерий, выявлены признаки остро развившихся изменений в миокарде в виде спазма интрамуральных артерий, острых ишемических и дистрофических изменений кардиомиоцитов, фрагментации кардиномиоцитов с мелкоочаговыми кровоизлияниями в миокард: неравномерного отека стромы миокарда, диффузной миофрагментации с «волнообразной» структурой клеток и периориентированными ядрами эндотелия, неравномерного кровенаполнения мышцы сердца с преобладанием полнокровия вен.

Вышеперечисленные патологические изменения сердца и его сосудов развиваются медленно (возможно бессимптомно) и ведущим фактором атеросклеротического процесса являются метаболические нарушения в организме, в основном касающиеся холестеринового обмена, характеризующие заболевание сердечно-сосудистой системы.

Принимая во внимание обнаруженные патологические изменения сердца и его сосудов, по мнению экспертной комиссии, у ФИО4, в данном случае, имела место «Внезапная коронарная смерть».

Под «Внезапной коронарной смертью (острая коронарная недостаточность)» понимают неожиданную смерть, возникшую «мгновенно» или в пределах очень короткого промежутка времени. Непосредственными причинами внезапной сердечной смерти являются либо нарушения ритма сердечной деятельности (фибрилляция желудочков, асистолия, резкая брадикардия и т.д.), либо атеросклеротические изменения сердечных сосудов и самой мышцы сердца, либо совокупность этих патологических состояний. В большинстве таких случаев, из-за стремительности развития угрожающих для жизни симптомов острой сердечной недостаточности, своевременно диагностировать и предотвратить наступление смерти крайне сложно.

При осмотре фельдшером общее состояние больного было оценено средней степени тяжести, при проведении электрокардиографии с дистанционной консультацией врачом-кардиологом, признаков острой коронарной недостаточности (на момент передачи ЭКГ) не обнаружено, на основании чего у ФИО4 заподозрено «Желудочно-кишечное кровотечение» и принято верное решение о госпитализации больного в стационар.

В период транспортировки у ФИО4 - внезапно наступило резкое ухудшение состояния со снижением (до критических цифр) артериального давления, потерей сознания, в связи с чем фельдшером, в машине скорой медицинской помощи в экстренном порядке проведены реанимационные мероприятия (искусственная вентиляция легких через маску Амбу; непрямой массаж сердца, внутривенное введение /трижды/ адреналина), оказавшиеся.

Судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что, в данном случае, медицинская помощь ФИО4 была своевременной (относительно времени вызова), установленный фельдшером диагноз соответствовал состоянию больного и результатам его осмотра, тактика действий была правильной и проводилась, согласно положениям приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20 нюня 2013г № 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи».

Экспертная комиссия указывает, что при скоротечности развития у ФИО4 критической ситуации, обусловленной внезапно развившимся нарушением функции сердечно-сосудистой системы с явлениями острой коронарной недостаточности, предотвратить наступление смерти, в условиях автомобиля скорой медицинской помощи, было практически невозможно.

Основными в неблагоприятном исходе стремительно развывшейся у ФИО4 острой коронарной недостаточности, являются характер и тяжесть самого заболевания, между оказанием медицинской помощи фельдшером КГБУЗ «Станция скорой, медицинской помощи «Усть-Калманская ЦРБ» и наступлением смерти больного, прямой причинной связи по мнению экспертной комиссии, не имеется.

Согласно постановления следователя Алейского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю от 17.10.2024 (л.д.23-25) уголовное дело по ч.2 ст.109 УК РФ по факту смерти ФИО4 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Доводы представителя ответчика о том, что ФИО4 не соблюдал рекомендации врача, употреблял спиртные напитки после выписки из КГБУЗ «Алейская ЦРБ», что могло привести к ухудшению состояния его здоровья, надлежащими доказательствами по делу не подтверждены.

Согласно заключению экспертной комиссии №135/2025 от 04.06.2025 актом судебно-химического исследования №5765 от 05.08.2024 в крови из трупа ФИО4 метилового, этилового, пропиловых спиртов не обнаружено.

Вместе с тем, помимо вышеуказанного заключения эксперта, в материалы дела представлен Акт №10-01/149 проверки ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности от 18.10.2024. Согласно документа (л.д.14-15), ведомственная комиссионная проверка проведена на основании приказа Министерства здравоохранения Алтайского края №10-01/149 от 09.09.2024 в отношении КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» при оказании медицинской помощи ФИО4

Согласно выводам комиссии, выявлены следующие нарушения при оказании медицинской помощи ФИО4:

1) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации №203н от 10.05.2024 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в медицинской документации:

недооценка тяжести состояния пациента;

предварительный диагноз сформирован не в полном объеме: не выставлен диагноз геморрагического шока, его степень при наличии клинических признаков.

2) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 №388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи»:

превышено время доезда скорой медицинской помощи по независящим от медицинской организации причинам.

3) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24.12.2012 № 1388н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при желудочно-кишечном отравлении»:

при оказании медицинской помощи не соблюдены стандарты оказания медицинской помощи при желудочно-кишечных кровотечениях в части применения препаратов, не входящих в систему лечения;

запись ЭКГ проводилась через 01 час 30 мин. после приезда скорой медицинской помощи.

4) В нарушение приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 31.07.2020 № 785н «Об утверждении Требований к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности»:

не проведена проверка в рамках ВВК с учетом расхождений диагнозов.

5) В нарушение приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 05.05.2012 № 502н «Об утверждении Порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации»:

врачебной комиссией не полностью проведена оценка соблюдения в медицинской организации установленного порядка ведения медицинской документации, оценка качества оказания медицинской помощи в части формирования диагноза, проведения лечебно-диагностических мероприятий, соблюдения стандарта оказания медицинской помощи при желудочно-кишечных кровотечениях.

Установленные по делу обстоятельства - допущенную работником КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» недооценку тяжести состояния пациента; формирование предварительного диагноза не в полном объеме, а именно, не выставление диагноза геморрагического шока, его степени при наличии клинических признаков при оказании скорой медицинской помощи; не соблюдение стандартов оказания медицинской помощи при желудочно-кишечных кровотечениях в части применения препаратов, не входящих в систему лечения, суд расценивает как недостатки при оказании медицинской помощи ФИО4 на этапе скорой медицинской помощи.

С учетом установленных дефектов (недостатков) диагностики, лечения и недостатков ведения медицинской документации, суд приходит к выводу, что ответчиком КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» оказана некачественная медицинская услуга.

При определении круга лиц, относящихся к близким родственникам ФИО4, следует руководствоваться положениями абз.3 ст.14 СК РФ, согласно которым близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

Родственные отношения истиц ФИО2, ФИО3 с умершим ФИО4 подтверждены копиями актовых записей о рождении, о заключении брака (л.д.66-71) и не оспариваются ответчиком.

Из доводов иска и пояснений истиц установлено, что в результате смерти ФИО4 - истцам ФИО2, ФИО3 причинен моральный вред, который последние оценивают в сумме 700 тысяч рублей (350 тысяч рублей каждой).

Факт несения нравственных страданий не оспаривается ответчиком, нравственные страдания истиц обусловлены смертью сына и брата, утрата которого при наличии семейных связей причиняет нравственные страдания.

Разрешая спор, оценив представленные по делу доказательства, в том числе экспертное заключение, акт проверки ведомственного контроля, исходя из доказанности факта ненадлежащего оказания ответчиком медицинской помощи ФИО4, отсутствия причинной связи между недостатками оказания ФИО4 медицинской помощи сотрудниками КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» и наступлением смерти ФИО4, поскольку дефекты оказания медицинской помощи ответчиком не могли существенно повлиять на состояние здоровья пациента (что следует из заключения эксперта), суд приходит к выводу об оказании ответчиком медицинской помощи ненадлежащего качества, что является основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер нравственных страданий, переживаемых истцами, принимая во внимание, что смерть близкого человека нарушила сложившиеся семейные связи, в связи со смертью ФИО4 истцы утратили право на общение с ним, при этом отсутствует возможность когда-либо восполнить эту утрату и восстановить в полной мере нарушенное право.

Принимая во внимание индивидуальные особенности истиц, их возраст, семейное положение, состояние здоровья, ухудшение которого вызвано, в том числе, смертью близкого человека, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО2, ФИО3 компенсации морального вреда в размере 200000 рублей, по 100000 рублей каждой.

Исходя из изложенного, исковые требования прокурора района подлежат удовлетворению.

В силу требований с ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ, при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера, государственная пошлина физическими лицами уплачивается в размере 3000 рублей, что подлежит взысканию с ответчика по требованиям неимущественного характера.

Согласно ст.61.1 БК РФ государственная пошлина по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, подлежит зачислению в бюджеты муниципальных районов.

Таким образом, с ответчика КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» в доход муниципального образования Усть-Калманский район следует взыскать государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Усть-Калманского района в интересах в интересах ФИО2, ФИО3 к КГБУЗ "Усть-Калманская ЦРБ" о взыскании морального вреда, удовлетворить.

Взыскать с КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» (ИНН №, расположенного по адресу: 

<

адрес>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, (СНИЛС №), ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки 

<

адрес>, (СНИЛС № в счет возмещения компенсации морального вреда 200000 (двести тысяч) рублей, по 100000 (сто тысяч) рублей каждому.

Взыскать с КГБУЗ «Усть-Калманская ЦРБ» (ИНН 

<

***>, КПП 228401001, ОГРН 

<

***>, расположенного по адресу: 

<

адрес>), в доход бюджета муниципального образования Усть-Калманский район Алтайского края государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Усть-Калманский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья О.В. Григорьева

Мотивированное решение

изготовлено 20 января 2026 года.

Судья О.В.Григорьева