дело № 2-382/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 сентября 2019 года г. Тверь

Калининский районный суд Тверской области

в составе председательствующего судьи Долгинцевой Т.Е.,

при секретаре Шредер Ю.В., 

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) по доверенности ФИО1, 

ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, его представителя ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в виде денежных средств, полученных по предварительному договору купли-продажи недвижимости,

встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о признании недействительным предварительного договора купли-продажи,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с указанным иском к ФИО2 Мотивировал исковые требования тем, что 3 апреля 2018 года между сторонами был заключен предварительный договор купли-продажи жилого помещения, по которому ФИО2 в лице доверенного лица ФИО5 обязался в будущем заключить основной договор по продаже ФИО4 жилого помещения (квартиры) общей площадью 112 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>. При подписании предварительного договора истцом была передана частичная оплата по договору в размере 1800000 руб., что подтверждается соответствующей распиской. В установленный договором срок по 03.06.2018 основной договор заключен не был, ни одна из сторон не обратилась к другой с требованием о заключении основного договора, однако до настоящего времени переданный по предварительному договору аванс в счет частичной оплаты приобретаемой недвижимости истцу не возвращен. 

Ссылаясь на положения ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), истец просил взыскать с ответчика в свою пользу неосновательное обогащение в размере 1 800 000 руб.

Определением суда от 15.03.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5, действовавший по доверенности от имени ФИО2 при заключении предварительного договора. 

ФИО2 подано встречное исковое заявление к ФИО4 и ФИО5, которое принято к производству суда протокольным определением от 25.04.2019. 

Во встречном иске ФИО2 ссылается фактически на безденежность предварительного договора по отношению к нему, как к продавцу, и сговор ответчиков, составивших предположительно данный документ не ранее декабря 2018 г. По данному договору ФИО2 ничего не получал ни от ФИО4, ни от ФИО5. Расписка от 03 апреля 2018 г., якобы подтверждающая передачу денежных средств, не отвечает требованиям относимости и допустимости. Она распечатана на принтере сразу с указанием даты её составления, хотя дата на самом предварительном договоре написана от руки, что свидетельствует о том, что расписка подписывалась не одновременно с договором. Из текста расписки невозможно установить, в качестве частичной оплаты какого именно объекта недвижимости и по какой именно сделке передаются указанные денежные средства. Данную расписку можно приложить к договору купли-продажи любой недвижимости, как по предварительному договору, так и по основному. Срок действия предварительного договора от 03.04.2018 составлял два месяца. Однако ФИО5 никаких денежных средств, полученных от ФИО4, истцу не передавал, в известность его о заключении данного предварительного договора не ставил. О данном договоре ФИО2 стало известно только из искового заявления, полученного 09.02.2019. Спорный договор появился после того, как истец отозвал доверенность у ФИО5, а также после того, как к нему обращался ФИО4 с угрозами отобрать у него все. Считает, что указанный предварительный договор является мнимой сделкой, искусственно заключенной с единственной целью - причинить ему вред и взыскать с него денежные средства, которых он фактически не получал. Иначе непонятно, почему не был заключен основной договор. Более того, ФИО4, в течение еще более чем 7 месяцев не обращался к истцу с требованием вернуть уплаченные по предварительному договору денежные средства. А ФИО5, в свою очередь, 16 июля 2018 года заключил предварительный договор купли-продажи той же самой недвижимости с ФИО6, по которому также получил денежные средства в размере 200 000 руб. При этом расписка к предварительному договору от 16 июля 2018 г. написана ФИО5 четко и ясно, таким образом, что не остается никаких сомнений, за какой именно объект недвижимости получены денежные средства. О заключении этого предварительного договора ФИО5 поставил его (истца) в известность. Данные действия ответчиков явно указывают на то, что они не стремились создать правовые последствия при заключении предварительного договора. По мнению истца, предварительный договор изготовлен не в дату, указанную на самом документе - 03 апреля 2018 г., а не ранее декабря 2018 года, перед обращением в суд с иском о возврате неосновательного обогащения. 

Бездействие сторон договора после заключения предварительного договора купли-продажи указывает на отсутствие у покупателя реальных намерений приобрести имущественные права на спорный объект недвижимости, оплачивать свою недвижимость, оформить основной договор. Поэтому предварительный договор купли-продажи, заключенный 03 апреля 2018 года между ФИО5, действующим от имени ФИО2, и ФИО4, является мнимой сделкой, совершенной без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Указанные действия были совершены ответчиками с целью получения денежных средств с кредитора, обладающего имуществом, хотя неосновательное обогащение получено иным лицом. Ссылаясь на недействительность указанной сделки по основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168 и 170 ГК РФ, истец полагал, что денежные средства, переданные ФИО4 ФИО5 должны быть взысканы с последнего, как с лица, действительно получившего неосновательное обогащение.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец по встречному иску ФИО2 просил суд признать недействительным предварительный договор купли-продажи жилого помещения (квартиры), общей площадью 112 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 03 апреля 2018 года между ФИО5, действующим от имени ФИО2 на основании нотариально удостоверенной доверенности ог 03 марта 2018 года, и ФИО4 

Истец ФИО4 при надлежащем извещении в судебном заседании участия не принял, передав полномочия по представлению своих интересов в суде доверенным лицам. 

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО4 – ФИО1 поддержала иск ФИО4 по изложенным в нем доводам. 

Возражая против доводов встречного иска, представитель ФИО1 указала, что доказательств отсутствия воли на совершение оспариваемой сделки ФИО4 суду не представлено. Предварительный договор был заключен сторонами, денежные средства переданы продавцу в лице представителя по доверенности ФИО5, которому ФИО2 были переданы соответствующие полномочия, в том числе и на получение денежных средств. Расписка подтверждает реальность исполнения такого договора. В ходе рассмотрения дела также представитель ФИО1 ссылалась на то, что намерение приобрести указанное в договоре имущество подтверждается тем, что незадолго до совершения оспариваемой сделки, ФИО4 продал квартиру (договор от 28.03.2017), чтобы внести аванс. Планировал на оставшуюся сумму взять кредит в банке. Когда узнал об аресте указанного в договоре имущества, потерял интерес к сделке, усомнившись в её чистоте. Требовал возврата денег и у доверенного лица, и у продавца, на что ему поступило предложение о возвращении денег после подыскания нового покупателя, предъявляли в подтверждение предварительный договор с иным лицом – Р.. Он ждал, что ему вернут денежные средства, но собственник в итоге отказался продавать имущество. Арест с имущества был снят только в декабре 2018 г. Настаивали на взыскании неосновательного обогащения именно с ФИО2, а не с ФИО5, поскольку за действия своего поверенного должен отвечать ответчик. Получая деньги по предварительному договору, ФИО5 не действовал в своем интересе. А вопрос о денежных средствах должен разрешаться в рамках взаимоотношений между ФИО2 и ФИО5. 

Полагала необоснованными доводы истца по встречному иску, что отказ от заключения основного договора является подтверждением мнимости сделки, поскольку законом предусмотрена возможность отказа от заключения основного договора. Срок предварительного договора истек, никто из сторон не обратился за заключением основной сделки, ФИО4 утратил к такой сделке интерес. Ошибки в договоре относительно его предмета и невнимательность со стороны ФИО4 при его чтении, не подтверждают злоупотребление и умысел с его стороны. Данная сделка по указанным истцом основаниям не является ничтожной, поскольку не посягает на права третьих лиц и не нарушает публичные интересы. Данная сделка должна расцениваться как оспоримая, соответственно, к ней должен быть применим срок исковой давности в один год. Срок исковой давности должен исчисляться с 04.04.2018, встречные требования истцом ФИО2 заявлены 25.04.2019, то есть с пропуском исковой давности. В части предмета сделки пояснила, что по договору передавалась квартира, поскольку дом по сути многоквартирный. То, что земельный участок имеет вид разрешенного использования под ИЖС, не говорит о том, что дом не является многоквартирным. По закону вместе с квартирой покупателю переходит соответствующая доля в земельном участке пропорционально площади жилого помещения. В кадастровом номере участка допущена техническая ошибка и правового значения для дела это обстоятельства не имеет с учетом прекращения обязательств по этому предварительному договору. Представленная стороной истца по встречному иску практика (апелляционное определение) некорректна, поскольку в другом деле речь шла о недееспособном доверителе. Кроме того, по действующему законодательству не существует прецедентного права. 

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, его представитель ФИО3 возражали против исковых требований ФИО4, поддержав встречный иск по изложенным в нем доводам. Фактически ссылались на безденежность указанной сделки и сговор между собой ФИО4, а также ФИО5, который, не имея собственных активов, преследовал цель получения денежных средств с ФИО2 Недобросовестность действий со стороны ФИО5 подтверждается фактом возбуждения в отношении него уголовных дел. О мнимости сделки свидетельствуют неясность и противоречия в обозначении предмета сделки, а также содержание расписки, которая не подтверждает передачу денежных средств по спорному предварительному договору; бездействие сторон относительно заключения основной сделки без уведомления ФИО2 о намерениях ФИО4 приобрести имущество. Ссылались на наличие оснований для применения положений ст.10 ГК РФ, поскольку ФИО4 действовал недобросовестно и недальновидно: не убедился в чем конкретно заключается предмет сделки; пм деле заявил, что причиной отказа от исполнения основного договора явилось то, что он обнаружил обременение. В доверенности на ФИО5 перечислен ряд объектов недвижимости и по содержанию расписки не ясно к каким правоотношениям и к какому предмету она относится. Действия ФИО4 и ФИО5 в целом свидетельствуют о том, что они не стремились в будущем создать соответствующие юридические последствия. 

Третье лицо по первоначальному иску, соответчик по встречному иску ФИО5, в судебное заседание не явился. Сообщение о месте и времени рассмотрения дела было своевременно направлено ФИО5 по месту его жительства, однако вернулось в адрес суда в связи с истечением срока его хранения на почте. Принимая во внимание, что ответчик не обеспечил получение судебной корреспонденции по месту своего жительства, он несет риск последствий ее неполучения, в связи с чем, считается извещенным о судебном заседании 20.09.2019 надлежащим образом (ст. 165.1 ГК РФ). При таком положении у суда имеются предусмотренные ст. 167 ГПК РФ основания для рассмотрения дела в его отсутствие. 

Ранее в судебном заседании 24 мая 2019 г. третье лицо ФИО5 поддержал позицию ФИО4 Указал, что передавал 1 800 000 руб., полученные им по сделке от ФИО4 ФИО2 Пояснил, что подписывали они документы у него в офисе, в здании клуба в 

<

адрес> в присутствии ФИО2 Указанное в предварительном договоре помещение № ранее принадлежало ему (ФИО5). В 2016-2017 г. он продал ФИО2 это помещение в 

<

адрес>, за которое последний ему остался должен деньги (за помещение № расплатился, а за помещения № и № – нет). Из переданной ФИО2 по предварительному договору от 03.04.2018 денежной суммы - 1800000 руб. часть денег – 800 000 руб. ФИО2 отдал ему (ФИО5) в счет долга, 300-400 тыс.руб. были ему (ФИО5) переданы на «доделки» по дому №, оставшаяся сумма осталась у ФИО2 ФИО5 также заверил, что с ФИО4 никаких иных правоотношений, кроме как по поводу этого предварительного договора, не было. Подтвердил, что ФИО4 отказался от заключения основного договора по причине обнаружившегося ареста на помещение. Он сам не знал об этом аресте, который был наложен по его (ФИО5) долгам ошибочно по причине того, что имущество уже на тот момент выбыло из его собственности. 

Заслушав доводы и возражения явившихся участников процесса, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В ходе рассмотрения дела достоверно установлено, что доверенностью от 3 марта 2018 г., удостоверенной врио нотариуса Калининского нотариального округа Тверской области ФИО7 – ФИО8, регистрационная запись № 69/68-н/69-2018-2-101, ФИО2 уполномочил ФИО5 продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащее ФИО2 недвижимое имущество: 

- земельный участок с КН № по адресу: 

<

адрес>;

- жилые помещения №, № и № в доме по адресу: 

<

адрес>;

- 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с КН № по адресу: 

<

адрес>;

- жилое помещение № по адресу: 

<

адрес>.

Полномочия по указанной доверенности переданы с правом подписания договора купли-продажи, передаточного акта, с правом заключения и подписания на условиях и по своему усмотрению соглашения (договора) о задатке, предварительного договора с передачей аванса, с правом получения причитающегося аванса или задатка, получения следуемых доверителю денег и регистрации перехода прав в Едином государственном реестре недвижимости. 

Как установлено из пояснений ответчика ФИО2, 6 августа 2018 г. он, усомнившись в порядочности ФИО5, забрал у него подлинник доверенности от 03.03.2018, что соответствует дате выдачи ФИО2 похожей доверенности на имя ФИО9 (со слов участников процесса жены ФИО5). 

Распоряжениями от 14 декабря 2018 г. ФИО2 отозвал обе доверенности через нотариуса (л.д. 30,33). 

Согласно представленным документам, в период действия доверенности, а именно 3 апреля 2018 г., между ФИО5, действующим от имени ФИО2 на основании нотариально удостоверенной доверенности от 03 марта 2018 г., и ФИО4 был заключен предварительный договор купли-продажи жилого помещения (квартиры) общей площадью 112 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д.7-8).

В соответствии с пунктами 1.1,1.3,1.5,2.5 данного договора стороны договорились не позднее 3 июня 2018 г. заключить основной договор купли-продажи указанного жилого помещения вместе с 1/3 долей земельного участка с КН № за 3 550 000 руб.

Согласно п.2.6 предварительного договора стороны договорились о выплате в день заключения предварительного договора аванса в сумме 1 800 000 руб. 

В подтверждение передачи денежных средств в указанной сумме представлена распиской от 3 апреля 2018 г. за подписью представителя продавца по доверенности ФИО5 (л.д.9).

В ходе рассмотрения дела ФИО2 указанные ФИО5 обстоятельства оформления предварительного договора в судебном заседании оспаривал. Подтвердил, что приобрел у ФИО5 спорное помещение № за 4 800 000 руб., полностью расплатившись за него. Пояснил, что видел ФИО4 единственный раз в декабре 2018 г., когда тот, ничего не сказав о спорном договоре, высказывал в его адрес недовольство по поводу отозванной у ФИО5 доверенности, указав на то, что ФИО5 должен ему 1 000 000 руб. После этого ФИО4 звонил ему по телефону с угрозами, требовал оформления доверенности на С. – супругу ФИО5 

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, основной договор купли-продажи указанного в предварительном договоре имущества не был заключен. До настоящего времени право собственности на указанный в предварительном договоре объект недвижимости (квартиру) зарегистрировано за ФИО2 (запись о регистрации 69-69-010-69/110/025/2016-182/1 от 30.11.2016). Ссылки ФИО4 на наличие обеспечительных мер в отношении указанного в предварительном договоре жилого помещения подтверждены данными ЕГРН, в котором содержится запись о запрете государственной регистрации перехода прав на основании определения Калининского районного суда Тверской области от 23.01.2017 (л.д. 72-77). 

Вышеуказанная доверенность от 3 апреля 2018 г. на имя ФИО5 отменена ФИО2 лишь 30 декабря 2018 г. (л.д.30). 

Заявляя встречные исковые требования в рамках настоящего спора, истец ФИО2 преследовал цель доказать отсутствие в действительности сделки, по которой ФИО5 были получены денежные средства, как основание для освобождения его (истца) от ответственности по возврату переданных поверенному потенциальным покупателем в счет аванса денежных средств. 

В соответствии со ст. 429 ГК РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг /основной договор/ на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора.

В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор.

Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Истец по встречному иску ФИО2 оспаривает предварительный договор купли-продажи по основанию допущенного сторонами сделки злоупотребления правом, заключающемся в фальсификации такого договора и расписки, а именно составлению этим документов в более поздний период, после отмены ФИО2 доверенности 

Вторым основанием ФИО2 заявил о мнимости указанной сделки (п.1 ст.170 ГК РФ). 

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

В силу статьи 167 Гражданского Кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Разрешая требования истца ФИО2, суд учитывает, что согласно п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно действующему законодательству, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Между тем, достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о порочности воли сторон, в подтверждение доводов о мнимости сделки, истцом по встречному иску в ходе рассмотрения дела представлено не было.

Из содержания выданной собственником ФИО2 на имя ФИО5 доверенности с передачей поверенному широкого спектра полномочий с правом продажи за цену и на условиях по своему усмотрению и получения денежных средств видно, что ФИО2 выражена воля на продажу принадлежащих ему объектов недвижимости, в том числе жилого помещения 

<

адрес>. 

Указанный объект отражен в качестве предмета оспариваемого предварительного договора, определена его цена и порядок оплаты. Поскольку сделка заключалась в отношении квартиры в трехквартирном доме, указание на 1/3 долю земельного участка, передаваемого по основному договору в собственность покупателя соразмерно площади передаваемого в собственность покупателя жилого помещения, соответствовала положениям ч.4 ст.36 Жилищного кодекса РФ. 

Отражение в оспариваемом договоре с ошибкой кадастрового номера земельного участка «№» вместо правильного «№» не свидетельствует о мнимости сделки и является технической ошибкой. При этом указанная ошибка не подтверждает отсутствие воли на совершение сделки со стороны ФИО4 

Стороны согласовали все существенные условия договора, и их волеизъявление было направлено именно на осуществление передачи при дальнейшем заключении основной сделки указанного в договоре недвижимого имущества от продавца к покупателю и перехода права собственности данного имущества. 

Содержание предварительного договора купли-продажи от 03.04.2018 в совокупности с содержанием доверенности на имя ФИО5 не вызывают сомнений относительно действительности волеизъявления сторон за заключение сделки купли-продажи недвижимого имущества. Исполнение предварительного договора подтверждено фактом передачи оговоренной в таком договоре денежной суммы в качестве аванса, что подтверждено соответствующей распиской.

Указанная в расписке дата и размер денежной суммы, принимаемой по доверенности от имени ФИО2 ФИО5, совпадают с датой и суммой, указанными в предварительном договоре. 

Доказательств того, что указанная расписка относится к иным правоотношениям и к иному договору, суду не представлено. Стороны не ссылались на наличие каких-либо иных правоотношений между ФИО4 и поверенным ФИО2 – ФИО5 

Предварительный договор и расписка к нему составлены и подписаны от имени продавца поверенным ФИО5 в период действия доверенности, на которую имеются ссылки в указанных документах. 

Мотивы дальнейшего отказа от заключения основного договора ФИО4 и ФИО5 в ходе рассмотрения дела были приведены. Указанные ими обстоятельства, а именно наличие обеспечительных мер в отношении спорного имущества, препятствующих переходу прав по сделке, подтверждены документально. 

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Доводы ответчика (истца по встречному иску) о наличии злоупотребления правом при совершении оспариваемого предварительного договора, как основание для признания сделки недействительной, не принимаются судом во внимание, поскольку достоверных доказательств недобросовестности истца ФИО4 при заключении предварительного договора представлено не было. 

Факт возбуждения в отношении ФИО5 уголовных дел по факту причинения ФИО2 и ФИО10 материального ущерба указанные доводы также не подтверждает.

В связи с заявлением ФИО11 требований о ничтожности предварительного договора купли-продажи по основанию составления его более поздней датой, нежели указано в договоре и расписке, судом по ходатайству стороны истца по встречному иску была назначена судебная технико-криминалистическая экспертиза давности изготовления реквизитов (подписей) предварительного договора купли-продажи жилого помещения от 3 апреля 2018 г., а также расписки о передаче в счет указанного договора денежных средств от 3 апреля 2018 г.

Согласно заключению эксперта ООО ЭЮА «Норма плюс» ФИО12 № 74358 все подписи и рукописные записи в предварительном договоре и расписке соответствуют датам, указанным в документах. Признаков ускоренного (искусственного) старения реквизитов документов не установлено. 

Заключение судебной технико-криминалистической экспертизы ФИО12 соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, является допустимым доказательством, содержит ответы на вопросы, поставленные судом перед экспертом, выводы эксперта обоснованны; заключение экспертизы изложено полно и ясно; оснований не доверять ему не имеется.

Допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, истцом по встречному иску суду не представлено. 

Учитывая изложенное, правовых оснований для признания недействительным предварительного договора купли-продажи жилого помещения от 03.04.2018 по указанным ФИО2 основаниям не имеется. 

При этом, не соглашаясь с позицией истца по первоначальному иску, суд считает применимым к заявленным встречным требованиям общий срок исковой давности в три года, с учетом того, что оспариваемый договор самим собственником ФИО2, заявляющим о нарушении своих прав, не подписывался. 

Согласно пункту 2.6 оспариваемого договора в счет цены объекта по основному договору в день заключения предварительного договора предусмотрена передача покупателем денежной суммы 1 800 000 руб. в качестве аванса. 

Факт передачи денежных средств в сумме 1 800 000 руб. ФИО4 представителю продавца по доверенности ФИО5 подтвержден распиской от 03.04.2018. 

Сам ФИО5 подтвердил в суде, что деньги от истца ФИО4 он получил как представитель ФИО2 с дальнейшей передачей денежных средств доверителю. 

Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество /приобретатель/ за счет другого лица /потерпевшего/, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество /неосновательное обогащение/, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Такое положение предусмотрено и в п. 1 ст. 971 ГК РФ, согласно которому при заключении сторонами договора поручения, т.е. договора, когда одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия, права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

Таким образом, применительно к настоящему делу, исходя из положений указанных норм, обязанность по возвращению денежных средств, если они получены представителем неосновательно, возлагается не на представителя, а на лицо, в чьих интересах этот представитель действовал.

Поскольку основной договор между сторонами заключен не был, денежные средства от покупателя в качестве поверенного были получены ФИО5, который действовал не в своих интересах, а в интересах продавца недвижимого имущества - собственника ФИО2, соответственно, вопреки доводам стороны ответчика, переданная истцом ответчику через поверенного сумма в размере 1 800 000 руб. является неосновательным обогащением ответчика за счет истца и подлежит взысканию с ФИО2 в пользу ФИО4 

Спор по взаиморасчету между продавцом и доверенным лицом относительно переданной по договору денежной суммы в данном случае не влияет на право ФИО4 требовать в качестве неосновательного обогащения возврата переданной в качестве аванса денежной суммы с лица, в интересах и в пользу которого был передан такой аванс. 

Доказательств безденежности данной сделки стороной истца по встречному иску суду не представлено. 

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 в счет неосновательного обогащения 1 800 000 руб. (один миллион восемьсот тысяч рублей). 

Исковые требования ФИО2 к ФИО4, ФИО5 о признании недействительным предварительного договора купли-продажи оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его вынесения в Тверской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд Тверской области.

Судья Т.Е. Долгинцева 

Мотивированное решение составлено 25 сентября 2019 г.