судья ФИО №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курск 16 января 2020 года

Курский областной суд в составе:

председательствующей - судьи Рассадневой Ю.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем 

ФИО1,

с участием:

прокуроров Михайловой Е.Н., ФИО2,

обвиняемого ФИО3,

защитника – адвоката Латышева В.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании 16 января 2020 года уголовное дело, поступившее по апелляционному представлению государственного обвинителя – ст.помощника Железногорского межрайонного прокурора Раковой С.Н. на постановление Железногорского районного суда Курской области от 25 ноября 2019 года, которым уголовное дело в отношении: 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, 

возвращено Железногорскому межрайонному прокурору Курской области для устранения препятствий рассмотрения его судом, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обвиняется органом предварительного следствия в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах, указанных в обвинительном заключении: 

28 июля 2019 года в г. Железногорске Курской обл. ФИО3 из личной неприязни к ФИО в связи с произошедшим между ними словесным конфликтом, с целью причинения тяжкого вреда здоровью нанес руками и ногами стоявшему перед ним ФИО не менее одиннадцати ударов в голову, от которых тот упал на землю, после чего ФИО3 нанес в область грудной клетки ФИО не менее трех ударов рукой и не менее трех ударов ногой. 

Указанными действиями ФИО3 ФИО были причинены повреждения головы, являющиеся компонентами тупой закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившийся в постравматическом периоде механической асфиксией от закрытия просвета дыхательных путей кровью вследствие носового кровотечения, причинившей тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и находящейся в прямой причинной связи с наступлением в тот же день смерти ФИО

А также действиями ФИО3 ФИО были причинены не состоящие в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего: тупая травма грудной клетки, причинившая средней тяжести вред здоровью, и не причинивший вреда здоровью кровоподтек на правой верхней конечности.

Судом в ходе предварительного слушания, назначенного в связи с ходатайством обвиняемого о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, вынесено постановление о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Основаниями принятого решения послужило то, что обвинительное заключение вопреки требованиям п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ не содержит указаний на имеющие значение обстоятельства, в частности, не дана оценка доводам обвиняемого о получении им самим телесных повреждений в ходе конфликта с ФИО и, соответственно, о мотиве его действий, о чем ФИО3 сообщил в ходе предварительного следствия.

Кроме того, судом признано, что органом предварительного следствия нарушено право обвиняемого на защиту, поскольку не соблюдены требования ч.3 ст.219 УПК РФ, а именно: не рассмотрено и не разрешено заявленное при выполнении положений ст.217 УПК РФ ходатайство обвиняемого и защитника- адвоката Лавтышева В.И. о дополнительном допросе обвиняемого, а также защитнику не направлена копия принятого следователем постановления, которым разрешены иные ходатайства. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель - ст.помощник Железногорского межрайонного прокурора Ракова С.Н. ставит вопрос об отмене постановления суда и направлении уголовного дела на новое рассмотрение по существу в суд первой инстанции.

Выражает мнение о том, что предъявленное ФИО3 обвинение не исключает возможности вынесения решения по существу. Ссылается на то, что следователь, исходя из полученных в ходе предварительного следствия доказательств, предъявил обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, сославшись в обвинительном заключении на допустимые доказательства, которые оценил по внутреннему убеждению, при этом, указал мотив преступления - личная неприязнь в результате произошедшего словесного конфликта. Утверждает, что показания ФИО3 об умышленном причинении ему потерпевшим телесных повреждений, не причинивших вреда здоровью, объективно не подтверждены и опровергаются материалами дела, а потому в обвинении не отражены. 

Полагает, что в случае подтверждения этих обстоятельств в ходе рассмотрения дела по существу они могут быть признаны в соответствии с п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим обстоятельством, как противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. 

Сообщает о том, что уголовно-процессуальное законодательство не содержит требований о том, что в предъявленном обвинении должны быть указаны поведение и действия потерпевшего в момент причинения ему тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека. 

Отмечает, что выводы суда сделаны по результатам проведения предварительного слушания, без оглашения предъявленного обвинения и оценки имеющихся в деле доказательств.

Указывает на то, что, исходя из резолютивной части постановления следователя, принятого в соответствии с требованиями ч.3 ст.217 УПК РФ, им было отказано в удовлетворении всех заявленных ходатайств ФИО3, копия этого постановления направлена обвиняемому с разъяснением порядка его обжалования. При этом, ФИО3 неоднократно в ходе предварительного следствия допрашивался, в том числе, после предъявления ему обвинения в окончательной форме, не был лишен права обжаловать принятое постановление, а также может быть допрошен в ходе судебного следствия. 

Полагает, что копия этого постановления следователя не подлежала направлению защитнику, поскольку ходатайство от 21 октября 2019 года было заявлено именно обвиняемым и лишь поддержано защитником Латышевым В.И.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя обвиняемый ФИО3 просит оставить его без удовлетворения. 

Сообщает о том, что именно потерпевший ФИО был инициатором словесного конфликта и он первым стал наносить ему удары, что подтверждается заключением эксперта, в котором указано на наличие у него пяти зон травматизации, показаниями свидетелей ФИО, ФИО, ФИО Утверждает, что мотивом его действий было вопрепятстсовать нанесению ему ударов ФИО, а не личная неприязнь, которую он к нему не испытывал. При этом, оспаривает предъявленное ему обвинение по ч.4 ст.111 УК РФ. 

Отмечает, что ни он, ни его защитник копию постановления следователя не получали, чем было нарушено его право на защиту. 

Полагает, что следователем не рассмотрено его ходатайство о дополнительном допросе относительно действий в состоянии необходимой обороны. В суде апелляционной инстанции:

прокуроры Михайлова Е.Н., ФИО2 поддержали апелляционное представление по тем же основаниям; 

обвиняемый ФИО3, его защитник – адвокат Латышев В.И. полагали необходимым отказать в удовлетворении апелляционного представления, выразил согласие с теми основаниями, по которым судом принято решение о возвращении уголовного дела прокурору.

Заслушав выступления участников судебного заседания, проверив доводы, изложенные в апелляционном представлении, возражений на него, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Пункт 3 части 1 статьи 220 УПК РФ содержит требование следователю указывать в обвинительном заключении существо обвинения, в том числе, способы, мотивы преступления, его цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. 

При этом, в силу пункта 5 части 1 статьи 220 УПК РФ следователь также должен указать перечень и краткое изложение содержания доказательств, подтверждающих обвинение. 

Мотивируя свое решение, суд первой инстанции обоснованно сослался на то, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона при описании существа обвинения. Этот вывод основан на тщательном анализе его текста.

Так, согласно существа предъявленного ФИО3 и приведенного в обвинительном заключении обвинения, по версии органа предварительного следствия, мотивом его умышленных действий в отношении ФИО, причинивших последнему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть, указана лишь личная неприязнь, возникшая в результате произошедшего непосредственно до этого словесного конфликта с последним. Однако, при изложении содержания доказательств, приведенных в качестве подтверждающих обвинение: показаний свидетелей ФИО, ФИО, ФИО, обвиняемого ФИО3, в обвинительном заключении отражены сведения о предшествующих действиям ФИО3 насильственных действиях в отношении него ФИО 

Помимо этих противоречий, текст обвинительного заключения также содержит противоречия между описанием существа обвинения и кратким изложением содержания доказательств, подтверждающих это обвинение (показаний свидетелей ФИО, ФИО, ФИО, обвиняемого ФИО3), о последовательности нанесения ФИО3 ударов в область головы ФИО и их взаимном расположении при этом друг относительно друга. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, основанному на правильном толковании и применении уголовно-процессуального закона, о том, что составленное таким образом обвинительное заключение препятствует реализации обвиняемым права на защиту от предъявленного обвинения. Данные нарушения уголовно-процессуального закона, исходя из положений ст.252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, обоснованно признаны исключающими возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Ссылки в апелляционном представлении на то, что в ходе судебного заседания не оглашалось предъявленное ФИО3 обвинение и не проверялись имеющиеся в деле доказательства, не основаны на уголовно-процессуальном законе – положениях п.2 ч.1 ст.236 УПК РФ, предоставляющей судье право по результатам предварительного слушания принять решение о возвращении уголовного дела прокурору и не предусматривающей в качестве обязательного условия выполнение указанных действий.

Верно указано судом и на то, что следователем, вопреки требованиям ч.3 ст.219 УПК РФ, заявленное обвиняемым и его защитником - адвокатом Латышевым В.И. ходатайство о дополнительном допросе обвиняемого рассмотрено и разрешено не было, что видно из текста соответствующего постановления следователя, которое не содержит какого-либо упоминания и оценки этого ходатайства. Ввиду того, что уголовное дело возвращено прокурору, данное нарушение также подлежит устранению. 

Руководствуясь ст. 389.13. 389.20. 389.28, 389.33 УПК РФ, 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Железногорского районного суда Курской области от 25 ноября 2019 года, которым уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, возвращено Железногорскому межрайонному прокурору 

<

адрес> для устранения препятствий рассмотрения его судом, - оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя - ст.помощника Железногорского межрайонного прокурора Раковой С.Н. - без удовлетворения.

Председательствующая Ю.Ф. Рассаднева