Дело № 2-1791/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июня 2021 года г. Челябинск

Металлургический районный суд г. Челябинска в составе: 

председательствующего судьи Соха Т.М.,

при помощнике судьи Воеводиной В.А.,

с участием помощника прокурора Буряковской Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат», обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат» (далее – ПАО «ЧМК»), к обществу с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» (далее – ООО «Мечел-Материалы») о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного ответчиками в результате полученного им в период трудовой деятельности профессионального заболевания. Просит взыскать с ответчиков в счет компенсации морального вреда 200 000 руб.

В обоснование исковых требований указал, что работает в ООО «Мечел-Материалы», ранее работал на Челябинском металлургическом заводе (в настоящее время ПАО «ЧМК»). 28 июня 2019 года ему поставлен диагноз профессионального заболевания – .... В настоящее время степень утраты профессиональной трудоспособности от заболевания составляет 10 %. Актом о случае профессионального заболевания было установлено, что указанное заболевание возникло в результате воздействия на организм человека вредных производственных факторов в результате работы у ответчиков. Его вины в наступлении профессионального заболевания не установлено.

На протяжении всего лечения и до настоящего времени истец испытывает физические и нравственные страдания. У него постоянно .... Периодически возникают ..., приходится ..., от чего горло постоянно раздражено. Испытывает страх за свою жизнь, переживает за своё здоровье, не может вести прежний образ жизни, выполнять домашнюю работу, ограничивает физические нагрузки. Страдает от недосыпания из-за приступов по ночам. Ему приходиться пользоваться ингаляторами для восстановления дыхания «Беродуал», а в домашних условиях - стационарным ингалятором «Нейбулайзер». 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, допущенный к участию в деле по письменному ходатайству (л.д. 9, 30), исковые требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении. Истец дополнительно пояснил, что его мучает постоянная отдышка, почти каждый вечер перед сном пользуется ингалятором. Из-за ..., не может полноценно работать в саду, приходиться периодически отдыхать. В 2016 году из-за нехватки кислорода ему поставили диагноз «...». Ощущает .... Три раза в год обращается к врачу с диагнозом «...». Проживает с женой, не может выполнять домашнюю работу, что вызывает у него эмоциональные неудобства.

Представитель истца ФИО2 дополнительно пояснил, что работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда работника. Гарантии закреплены законом. Истец не мог предвидеть последствия работы во вредных условиях. Работодатели обязаны постоянно модернизировать средства индивидуальной защиты.

Представитель ответчика ПАО «ЧМК» - ФИО3, действующая на основании доверенности (л.д. 33), в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований к ПАО «ЧМК». Представила письменный отзыв (л.д. 34-35), в котором указала, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда не соответствует требованиям разумности и справедливости, вред должен быть возмещен пропорционально доли ответственности. Дополнительно пояснила, что профессиональное заболевание у истца установлено в период работы в ООО «Мечел-Материалы». Размер компенсации морального вреда ограничен Коллективным договором. Истцу было известно, что работа связана с вредными условиями труда, он согласился на такую работу. Получает гарантии и компенсации, ему предоставлялся дополнительный отпуск, имелось право на досрочный выход на пенсию. В соответствии с Постановлением Минтруда России от 18.07.2001 № 56 утрата трудоспособности 10 % - 20 % ведет к незначительному снижению здоровья пострадавшего, в связи с чем, выплаты не производятся. В период работы работник был обеспечен средствами индивидуальной защиты. Истец мог выйти на пенсию, однако продолжает работать во вредных условиях, тем самым берет на себя ответственность за воздействие вредных производственных факторов. 

Представитель ответчика ООО «Мечел-Материалы» - ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д. 32), в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований к ООО «Мечел-Материалы». Представила письменный отзыв (л.д. 61-63), в котором указала, что, на момент оформления акта стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составлял 37 лет 4 месяца, из которых на ООО «Мечел-Материалы» приходилось 2 года 8 месяцев 24 дня, что составляет 7,3 доли от общего стажа истца во вредных условиях труда. Заболевание истца не может возникнуть в короткий промежуток времени, а развивается на протяжении долгих лет работы. С учетом отработанного времени в ООО «Мечел-Материалы» вина последнего является незначительной. Дополнительно пояснила, что истец получает доплату за вредные условия труда. После установления степени утраты трудоспособности в результате профессионального заболевания, истец продолжает работать в той же должности.

Суд, выслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в части, с учетом разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 2 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В соответствие со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на: рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу положений статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда.

Согласно ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 210 Трудового кодекса РФ определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 2 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 3 данного Федерального закона профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьями 151, 1099 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Также при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении морального вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен жизни или здоровью работника источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 

Исходя из содержания указанных выше положений, следует, что истец не обязан доказывать причинение ему морального вреда. Основанием возникновения последнего является наличие факта неправомерных действий или бездействие со стороны работодателя. Обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя.

В судебном заседании из материалов дела установлено, что ФИО1 работал на Челябинском металлургическом заводе, после преобразования ОАО «Мечел», ОАО «ЧМК», ПАО «ЧМК» с хх.хх.хх по хх.хх.хх, затем с хх.хх.хх по хх.хх.хх. С хх.хх.хх по настоящее время работает в ООО «Мечел-Материалы», что подтверждается копией трудовой книжки, трудовым договором и соглашением к нему, заключенному с ООО «Мечел-Материалы» (л.д. 53-58, 64-69).

Согласно акту № от хх.хх.хх о случае профессионального заболевания у ФИО1 установлено профессиональное заболевание – ... с 28 июня 2019 года. Из акта также следует, что профзаболевание возникло в результате конструктивных недостатков оборудования, несовершенства аспираторных систем. Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие пыли с содержанием свободной двуокиси кремния (кремния диоксида кристаллического при содержании в пыли 2-10 %, ди Железа триоксида, фиброгенного механизма действия). Вины работника в профессиональном заболевании не установлено (л.д. 10-12). 

Из акта также следует, что стаж истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 37 лет 4 месяца по профессии .... Выполняемая работа ... ООО «Мечел-Материалы» и ПАО «ЧМК» аналогичная.

На ... воздействуют до 80 % смены кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли 2-10 % диЖелезо триоксид; на слесаря-ремонтника до 80 % смены воздействовал кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли 2-10 %; на машиниста крана (крановщика) до 100 % смены воздействовал кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли 2-10 % (п. 17 Акта).

Приведенные в акте концентрации кремния диоксида кристаллического при содержании в пыли 2-10 % по предприятию ПАО «ЧМК» за 2016 год считаются аналогичными для предприятия ООО «Мечел-Материалы», так как лабораторные исследования на рабочем месте ... ООО «Мечел-Материалы» не проводились, а условия труда на предприятиях ООО «Мечел-Материалы» и ПАО «ЧМК» аналогичные.

Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены. Предложено постоянное использование современных СИЗ органов дыхания в условиях повышенной запыленности, постоянное обеспечение герметичности кабины экскаватора с целью исключения поступления в кабину загрязненного воздуха (п.п. 21, 22 Акта).

Как следует из карты № 859 специальной оценки условий труда, протоколам исследований (испытаний) и измерений химического фактора, аэрозолей преимущественного фиброгенного действия, вибрации, тяжести трудового процесса, представленными ООО «Мечел-Материалы», не соответствуют гигиеническим нормативам: класс условий труда - 3.2 (химический фактор), 3.1 (аэрозоли), 3.1 (вибрация), 3.1 (тяжесть трудового процесса) (л.д. 79-86, 89-90, 93-94).

В настоящее время истец страдает профессиональным заболеванием – .... Ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10 % в связи с профессиональным заболеванием до хх.хх.хх (л.д. 31). 

По сообщению Бюро № 13 – филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Минтруда России (л.д. 26-28) ФИО1 впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% сроком на 1 год с хх.хх.хх до хх.хх.хх. Разработана программа реабилитации пострадавшего. Повторно установлено 10 % сроком на 6 месяцев с хх.хх.хх до хх.хх.хх. Разработана программа реабилитации. Данный процент утраты профессиональной трудоспособности сохраняется до настоящего времени.

Совокупность указанных выше доказательств, позволяет суду прийти к выводу о том, что производство в цехах ПАО «ЧМК», ООО «Мечел-Материалы», где истец осуществлял свои трудовые функции, связано с повышенной опасностью для окружающих, является источником повышенной опасности. Исходя из выводов, изложенных в акте о случае профессионального заболевания, возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего, а потому обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у его работодателей, не обеспечивших безопасные условия и охрану труда, независимо от наличия либо отсутствия вины работника.

Учитывая, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в связи с длительным воздействием на его организм вредных производственных веществ, истец длительное время проработал во вредных условиях труда у ответчиков, суд приходит к выводу о доказанности причинно-следственной связи между трудовой деятельностью истца у ответчиков, и наступившими неблагоприятными последствиями - профессиональным заболеванием.

Доводы представителей ответчиков о том, что истец был уведомлен при поступлении на работу о воздействии вредных производственных факторов и продолжает работать в таких условиях, повлекших усугубление вреда его здоровью, суд находит несостоятельными, поскольку, работая до установления профессионального заболевания и продолжая работать после его установления, он реализовывал своё конституционное право на труд, при этом обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя. Кроме того, актом установлена необходимость использования современных СИЗ органов дыхания и обеспечение герметичности кабины экскаватора.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданину", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Кроме того, как разъяснено в абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10, степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

С учетом установленной истцу в результате трудовой деятельности степени утраты профессиональной трудоспособности 10 % от полученного заболевания – ..., истец, безусловно, претерпевает нравственные и физические страдания. В связи с установленной виной работодателей, не обеспечивших безопасные условия и охрану труда в период работы ФИО1, отсутствием вины последнего в утрате профессиональной трудоспособности, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 130 000 руб. и считает возможным взыскать с ответчика ПАО «ЧМК» в пользу истца в счет компенсации морального вреда сумму в размере 121 004 руб., исходя из стажа работы 93,08 % от общего стажа работы во вредных условиях труда. С ответчика ООО «Мечел-Материалы» в пользу истца в счет компенсации морального вреда сумму в размере 8 996 руб., исходя из стажа работы на момент выявления профессионального заболевания 6,92 % от общего стажа работы во вредных условиях труда.

В остальной части компенсации морального вреда с учетом степени и характера физических и нравственных страданий, требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, суд полагает необходимым отказать.

В соответствии с ч. 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации

Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины, исковые требования к ответчикам удовлетворены частично, то с ответчиков ПАО «ЧМК», ООО «Мечел-Материалы» в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере по 150 руб. с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» (ИНН 

<

***>, дата регистрации 16.07.2002 г.) в пользу ФИО1, хх.хх.хх года рождения, уроженца ..., в счет компенсации морального вреда 121 004 (сто двадцать одна тысяча четыре) руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» (ИНН 

<

***>, дата регистрации 26 января 2007 года) в пользу ФИО1, хх.хх.хх года рождения, уроженца ... в счет компенсации морального вреда 8 996 (восемь тысяч девятьсот девяносто шесть) руб. 

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» (ИНН 

<

***>, дата регистрации 16.07.2002 г.) госпошлину в местный бюджет в размере 150 (сто пятьдесят) руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Материалы» (ИНН 

<

***>, дата регистрации 26 января 2007 года) госпошлину в местный бюджет в размере 150 (сто пятьдесят) руб.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Металлургический районный суд г. Челябинска.

Председательствующий Т.М. Соха

Мотивированное решение изготовлено 23 июня 2021 года.

Председательствующий Т.М. Соха