№ 44г-43/2017

Суд первой инстанции: судья Белик С.О.,

Суд апелляционной инстанции: председательствующий судья Давыдова О.Ф., судьи Усова Н.М. и Сазонов П.А. (докладчик)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

г. Иркутск 10 июля 2017 года

Президиум Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Ляхницкого В.В.,

членов президиума: Кислиденко Е.А., Новокрещенова Н.С., Трапезникова П.В.,

при секретаре Ободоевой О.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Сибавтоцентр» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, министерству имущественных отношений Иркутской области о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка, применении последствий недействительности ничтожных сделок, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о понуждении передать имущество, по кассационным жалобам ФИО4 и ФИО1, ФИО2, представителя ФИО3 ФИО5, по дополнению ФИО3 к кассационной жалобе и дополнению к кассационной жалобе ФИО1, ФИО3, ФИО2 на решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 22 ноября 2016 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 1 марта 2017 года.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Егоровой О.В., объяснения представителя истца ООО «Сибавтоцентр» ФИО6, возражавшей против доводов кассационных жалоб и дополнений к жалобе, суд кассационной инстанции

установил:

в обоснование заявленных исковых требований, с учетом уточнений, ООО «Сибавтоцентр» указано, что истец является собственником объектов недвижимости, а именно: склада общей площадью 339,80 кв.м., проходной, гаража, диспетчерской, находящихся по адресу: "Адрес изъят" Решением Арбитражного суда Иркутской области от 24.06.2015 по делу по иску ФИО7 признаны недействительными (ничтожными) с момента их совершения: договор купли-продажи указанных объектов, заключенный 21.02.2014 между ООО «Сибавтоцентр» и ФИО8, и последующий договор, заключенный 12.03.2014 между ФИО8 и ФИО4 Но ФИО4 07.05.2015 продала склад ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в равных долях, а остальные объекты недвижимости: гараж, проходную и диспетчерскую снесла и сняла с кадастрового учета. ФИО1, ФИО2 и ФИО3, зарегистрировавшие свое долевое право собственности на спорный объект 20.05.2015, являются недобросовестными приобретателями, поскольку приобрели это имущество при наличии судебного спора, о чем они знали. При этом ФИО3 является супругом ФИО4, они имеют совместных детей.

Кроме того, ФИО4 в феврале 2015 года, будучи собственником спорных объектов недвижимости, воспользовалась на основании ст. 36 ЗК РФ правом на выкуп земельного участка под спорными объектами недвижимости. 26.02.2015 между министерством имущественных отношений Иркутской области и ФИО4 был заключен договор купли-продажи земельного участка площадью 2978 кв.м., кадастровый номер "Номер изъят". На основании данного договора ФИО4 зарегистрировала свое право собственности 13.03.2015, а впоследствии по договору от 07.05.2015 продала указанный земельный участок ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в равных долях. У истца спорный земельный участок находился в аренде и как собственник объектов недвижимости по договору купли-продажи от 30.10.2008 на этом участке он обладал правом на выкуп земельного участка и намерен таким правом воспользоваться, но в результате совершения оспариваемых сделок утратил данное благо.

На основании изложенного ООО «Сибавтоцентр» просило суд признать недействительными договоры купли-продажи спорного земельного участка, заключенные: 26.02.2015 между ФИО4 и министерством имущественных отношений Иркутской области, и 07.05.2015 между ФИО4 и ФИО1, ФИО2, ФИО3, и применить последствия недействительности сделок; истребовать склад из чужого незаконного владения ФИО1, ФИО2 и ФИО3, обязав последних передать его истцу.

Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от 22.11.2016 исковые требования ООО «Сибавтоцентр» удовлетворены. Суд признал недействительными: заключенный 26.02.2015 между ФИО4 и министерством имущественных отношений Иркутской области договор купли-продажи спорного земельного участка по адресу: "Адрес изъят" и применил последствия недействительности сделки путем возврата земельного участка в состав земель, находящихся в государственной собственности; заключенный 07.05.2015 между ФИО4 и ФИО1, ФИО2, ФИО3 договор купли-продажи этого же земельного участка и применил последствия недействительности сделки путем прекращения в ЕГРП записи о правах ФИО1, ФИО2, ФИО3 на данный участок.

Суд истребовал из чужого незаконного владения ФИО1, ФИО2 и ФИО3 спорный склад, кадастровый номер "Номер изъят", и возложил на них обязанность передать данный склад ООО «Сибавтоцентр». 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 01.03.2017 данное решение суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО1, ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения. 

В кассационных жалобах заявители просят отменить данные судебные постановления и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей.

По результатам изучения доводов кассационных жалоб гражданское дело истребовано в Иркутский областной суд и определением судьи Иркутского областного суда Татарниковой В.И. от 23.06.2017 кассационные жалобы вместе с настоящим делом переданы для рассмотрения в судебном заседании президиума Иркутского областного суда.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения настоящего дела в кассационном порядке. Президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Проверив материалы гражданского дела, обсудив обоснованность доводов кассационных жалоб и дополнений к жалобе, президиум Иркутского областного суда находит кассационные жалобы ФИО4 и ФИО1, ФИО2, представителя ФИО3 ФИО5, а также дополнение ФИО3 к кассационной жалобе и дополнение к кассационной жалобе ФИО1, ФИО3, ФИО2 обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судами обеих инстанций допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Сибавтоцентр» на основании договора купли-продажи от 30.10.2008 являлось собственником спорных объектов недвижимости: склада общей площадью 339,80 кв.м., проходной, гаража, диспетчерской (л.д. 16-18, 25, т. 1).

21.02.2014 ООО «Сибавтоцентр» продало указанное имущество ФИО8 (л.д. 9-11, т. 1), который 12.03.2014 продал данные объекты недвижимости ФИО4 (л.д. 12-14, т. 1). 

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 24.06.2015 удовлетворены частично исковые требования ФИО7 к ООО «Сибавтоцентр», ФИО8, ФИО4 в части признания недействительными договоров купли-продажи спорной недвижимости от 21.02.2014 и 12.03.2014 (л.д. 51-62, т. 1).

Ранее, 07.05.2015 ФИО4 продала нежилое одноэтажное здание, общей площадью 339,80 кв.м., ФИО1, ФИО2, ФИО3, по 1/3 доли в праве общей собственности каждому, что зарегистрировано в ЕГРП 20.05.2015 (л.д. 27, 118-119, 125, 127-128, т. 1).

Остальные спорные объекты недвижимости сняты с кадастрового учета в связи с ликвидацией объектов в период с 10.04.2015 по 14.05.2015 (л.д. 29, 31-33, т. 1).

До этого ФИО4, будучи собственником указанных объектов недвижимости, 26.02.2015 по договору купли-продажи с министерством имущественных отношений Иркутской области выкупила земельный участок под спорными объектами недвижимости, площадью 2978 кв.м., за (данные изъяты) (л.д. 24-30, т. 2).

В дальнейшем по договору купли-продажи от 07.05.2015 ФИО4 продала ФИО1, ФИО2, ФИО3 в равных долях указанный земельный участок, что зарегистрировано в ЕГРП 20.05.2015 (л.д. 121-122, 126, т. 1).

Суд первой инстанции, принимая решение об удовлетворении заявленных ООО «Сибавтоцентр» исковых требований, руководствуясь положениями п. 2 ст. 61 ГПК РФ, полностью исходил из решения Арбитражного суда Иркутской области от 24.06.2015 и установленных им обстоятельств, в том числе притворности сделок, их ничтожности (л.д. 51-62, т. 1). 

Однако в силу ч. 3 ст. 61 ГПК РФ при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Аналогичные положения содержатся и в ч. 2 данной нормы, на которую сослался суд первой инстанции.

При этом суд оставил без внимания то обстоятельство, что ответчики ФИО1, ФИО2 и ФИО3 не являлись участниками арбитражного процесса, хотя они на момент принятия арбитражным судом 24.06.2015 решения в отношении сделок со спорным недвижимым имуществом уже были его собственниками. Поэтому данное решение не имеет для них преюдициального значения.

Удовлетворяя на основании ст. ст. 301-302 ГК РФ, ст. 61 ГПК РФ исковые требования ООО «Сибавтоцентр» об истребовании из чужого незаконного владения данных ответчиков спорного объекта недвижимости – склада, суд первой инстанции отверг доводы ответчиков о том, что они являются добросовестными приобретателями данного имущества, приобретенного ими возмездно, ссылаясь при этом на то, что ответчики на момент заключения оспариваемой сделки знали или должны были знать о наличии судебного спора в отношении спорных объектов недвижимости. 

Однако суд оставил без внимания и оценки уведомления Управления Росреестра по Иркутской области от 28.07.2015 в адрес ответчиков о том, что им была допущена техническая ошибка в ЕГРП при регистрации перехода права собственности на спорный объект недвижимости 20.05.2015, в графу «Особые отметки регистратора» не внесены записи о заявленном в судебном порядке права требования (л.д. 191-193, т. 1). 

При этом суд оставил без внимания и оценки и то обстоятельство, что ФИО7 неоднократно обращался в Управление Росреестра по Иркутской области с заявлениями о наличии судебного спора в отношении спорных объектов, в том числе 27.02.2015, 06.03.2015, 24.07.2015 (л.д. 37-41, т. 1). В последнем заявлении им указано, что по состоянию на 24.07.2015 отметка об оспаривании прав в выписках из ЕГРП на эти объекты отсутствует (л.д. 40-41, т. 1). 

В связи с чем информация Управления Росреестра по Иркутской области от 31.07.2015 о внесении такой отметки 02.03.2015 (л.д. 42-43, т. 1) должна была вызывать сомнение у суда, повлечь за собой всестороннее исследование им этого вопроса и соответствующую оценку.

В силу же п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 22.06.2017 № 16-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца» указал, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте п. 1 ст. 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. 

Материалы дела не содержат доказательств, с очевидностью свидетельствующих о недобросовестности ответчиков ФИО1, ФИО2 и ФИО3 при приобретении ими спорного объекта недвижимости у ФИО4, владевшей при этом данным объектом на момент его продажи ответчикам уже более года, что должно было учитываться судом при разрешении вопроса об их добросовестности. 

Ссылка суда на наличие у ФИО3 и ФИО4 совместных детей не может являться очевидным доказательством ни его недобросовестности, ни, тем более, недобросовестности ФИО1 и ФИО2 При этом суд оставил без внимания и оценки то, что арбитражным судом при вынесении решения 24.06.2015 было учтено то обстоятельство, что на момент заключения сделки 12.03.2014 покупатель ФИО4 была зарегистрирована по одному адресу с продавцом ФИО8, в связи с чем арбитражный суд пришел к выводу о том, что они являются взаимосвязанными лицами (л. 23, т. 1). 

Также материалы дела не содержат доказательств таких юридически значимых обстоятельств, при которых добросовестность приобретателя не имеет значения, как то, что имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (п. 1 ст. 302 ГК РФ).

К тому же судом в данном случае не учтено, что ответчики ФИО1, ФИО2 и ФИО3 не перепродали в дальнейшем спорный склад, а до настоящего времени являются владеющими собственниками. При этом суд, истребуя из их владения этот склад с передачей его истцу ООО «Сибавтоцентр», не установил – имеется ли в наличии тот объект, который продавался истцом в 2014 году. В то время как данные ответчики в дополнении к своей кассационной жалобе ссылаются, с приложением соответствующего экспертного заключения, на то, что в настоящее время после проведенной ими реконструкции площадь спорного объекта стала 692,90 кв.м., тогда как в мае 2015 года ими был куплен склад площадью 339,80 кв.м.

Вместе с тем согласно ст. 303 ГК РФ владелец, как добросовестный, так и недобросовестный, в свою очередь вправе требовать от собственника возмещения произведенных им необходимых затрат на имущество с того времени, с которого собственнику причитаются доходы от имущества. Добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Если такое отделение улучшений невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости имущества.

Кроме того, суд, руководствуясь п. 1 ст. 36 Земельного кодекса Российской Федерации, действовавшей до 01.03.2015, в силу которой исключительное право на приватизацию земельных участков или приобретение права аренды земельных участков имеют граждане и юридические лица - собственники зданий, строений, сооружений, признал недействительными сделки с земельным участком под спорными объектами недвижимости между ФИО4 и министерством имущественных отношений Иркутской области от 26.02.2015 и между ФИО4 и ФИО1, ФИО2, ФИО3 от 07.05.2015, исходя из того, что у ФИО4 не возникло право собственности на спорные объекты недвижимости в силу признания арбитражным судом недействительным договора купли-продажи недвижимости от 12.03.2014, поэтому у нее отсутствовало право приобретать в собственность земельный участок под ними. 

Однако суд не учел того, что истец ООО «Сибавтоцентр» по соглашению от 12.03.2014 добровольно передал ФИО4 свое право аренды спорного земельного участка, площадью 2841 кв.м. сроком до 21.12.2026, которое 10.06.2014 прошло государственную регистрацию (л.д. 59-60, т. 2). Сведений об его оспаривании и недействительности материалы дела не содержат. Таким образом, истец по своему усмотрению распорядился своим правом, предоставленным ему п. 1 ст. 36 ЗК РФ. 

К тому же исключительного права на приватизацию спорного земельного участка площадью 2841 кв.м., которая указана в договоре аренды от 11.02.2002 и соглашении от 21.01.2009 (л.д. 10-21, 22-23, т. 2), а не земельного участка площадью 2978 кв.м., выкупленного ФИО4, у истца нет, поскольку общая площадь спорных объектов недвижимости составляет 442 кв.м. (л.д. 10, т. 2), поэтому именно на такую площадь земельного участка и имел бы истец бесспорное право, предусмотренное как ранее действовавшей ст. 36 ЗК РФ, так и действующей ныне ст. 39.20 ЗК РФ.

Признавая недействительными сделки со спорным земельным участком, суд применил последствия недействительности этих сделок путем возврата земельного участка в состав земель, находящихся в государственной собственности, и путем прекращения в ЕГРП записи о правах ФИО1, ФИО2, ФИО3 на данный участок.

При этом суд не учел, что в силу п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

А в п. 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу п. 2 ст. 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

Суд, не учтя ни требования п. 2 ст. 167 ГК РФ, ни разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, не разрешил вопрос о двухсторонней реституции, а именно об уплаченной ФИО4 министерству имущественных отношений Иркутской области при выкупе 26.02.2015 спорного земельного участка цене в сумме (данные изъяты) (л.д. 24-30, т. 2), а также об уплаченной ответчиками ФИО1, ФИО2 и ФИО3 сумме (данные изъяты) ФИО4 по договору от 07.05.2015 (л.д. 121-123, т. 1). При этом суд указал на то, что ответчики не лишены возможности обратиться друг к другу с требованиями о возврате указанных сумм.

Отказывая в применении срока исковой давности по сделкам с землей, суд исходил из того, что об этом заявлено только одним ответчиком ФИО3 Но суд не учел разъяснения, данные в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», исходя из которых в силу ч. 3 ст. 40 ГПК РФ, п. 1 ст. 308 ГК РФ заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности). Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи). В данном случае спорный земельный участок, с кадастровым номером "Номер изъят", является единым, неделимым объектом недвижимости.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, не заметил допущенных судом нарушений указанных норм материального права и норм процессуального права, ст. ст. 12, 56, 61, 67, 195, 198 ГПК РФ, не устранил эти нарушения. Более того, соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований применения срока исковой давности, суд второй инстанции указал на то, что оспариваемые истцом сделки с землей являются ничтожными в силу ст. ст. 166, 168 ГК РФ, как нарушающие принципиальные положения земельного законодательства, поэтому срок исковой давности не истек (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Однако в соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом (п. 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

А из п. 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», на который также сослался апелляционный суд, следует, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Материалы дела не содержат доказательств приведенных юридически значимых обстоятельств, в том числе и посягательств совершением указанных сделок с землей на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, в том числе и истца по делу (как указано в апелляционном определении), учитывая указанные выше обстоятельства дела.

При таких обстоятельствах с постановленными по данному делу судебными постановлениями нельзя согласиться как с незаконными и необоснованными, принятыми с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела и без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов, они в силу ст. 387 ГПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, которому при рассмотрении дела следует учесть изложенное, устранить допущенные им нарушения и, правильно установив все обстоятельства по делу, оценив все представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, в их совокупности, разрешить возникший спор с соблюдением требований закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 387, 388, п. 2 ч. 1 ст. 390 ГПК ст. 390 ГПК РФ, президиум Иркутского областного суда

постановил:

кассационную жалобу ФИО4 и кассационную жалобу ФИО1, ФИО2, представителя ФИО3 ФИО5, с дополнением ФИО3 к кассационной жалобе и дополнением к кассационной жалобе ФИО1, ФИО3, ФИО2 удовлетворить.

Решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 22 ноября 2016 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 1 марта 2017 года по данному делу отменить.

Настоящее гражданское дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей.

Приостановление исполнения решения суда по данному делу, принятое определением судьи кассационной инстанции от 28.04.2017, отменить.

Председательствующий: В.В. Ляхницкий