АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с. Ермаковское 17 мая 2017 года.

Ермаковский районный суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Шабловского А.О.,

с участием:

лица, в отношении которого уголовное дело прекращено - ФИО1,

защитника ФИО1 - адвоката Шурыгина Д.Л., представившего ордер и удостоверение адвоката, 

при секретаре Степановой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 25 в Ермаковском районе Красноярского края от 06 марта 2017 года, которым уголовного дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, работающего в ООО ЧОП «Вепрь» охранником, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, микрорайон Интернациональный, 

<

адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, прекращено на основании ст.10 УК РФ и ч.2 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления,

УСТАНОВИЛ:

Частным обвинителем ФИО2 было предъявлено обвинение ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ.

Обжалуемым постановлением мирового судьи от 06 марта 2017 года уголовное дело по частному обвинению ФИО2 в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, прекращено на основании ст.10 УК РФ и ч.2 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии ФИО1 состава указанного преступления.

В своей апелляционной жалобе ФИО1 указывает на то, что из содержания обжалуемого постановления следует, что мировой судья усматривает в действиях ФИО1 признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, а затем на основании Федерального закона №8-ФЗ от 07.02.2017г. делает вывод о его декриминализации, с чем он согласиться не может. Полагает, что ст. 116 УК РФ в редакции от 03.07.2016г. не имеет обратной силы, поскольку ухудшает положение лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

Кроме того, суд в обжалуемом постановлении делает вывод о виновности ФИО1 в нанесении нескольких ударов ФИО2 кулаком по кистям рук, вызвавших физическую боль, что не основано на доказательствах, исследованных в судебном заседании, и в обжалуемом постановлении не приводятся основания для подобного вывода. ФИО1 указывает, что в отношении частного обвинителя ФИО2 была назначена психиатрическая экспертиза, результаты которой судом не получены, что не позволило оценить правдивость и объективность предъявленного частным обвинителем своего обвинения. Обжалуемым постановлением ФИО1 был лишен возможности доказать отсутствие события преступления. В связи с чем ФИО1 просит суд отменить постановление мирового судьи от 06 марта 2017 года по уголовному делу в отношении ФИО1 

Из возражений ФИО2 на апелляционную жалобу следует, что он полагает, что в ходе судебного заседания было доказано нанесение ФИО1 ему побоев, что подтверждено результатами 2 судебно-медицинских экспертиз, которыми установлено, что причиненные ему травмы в виде кровоподтеков были нанесены кулаком. Свидетель ФИО13 видел, что автомобиль ФИО1 находился возле дома ФИО2 в момент нанесения побоев. Показания ФИО1 неоднократно менялись. Сначала он говорил, что не был в этот день в с. Ермаковское. После того как ему был предъявлен журнал посетителей районного суда, где было отмечено, что он заходил в суд в день нанесения побоев, ФИО1 изменил показания, сказа, что был в с. Ермаковское, но к ФИО2 не заезжал. Также путался в показаниях и свидетель, приведенный ФИО1 Из-за длительности рассмотрения дела и изменившегося законодательства ФИО1 избежал наказания.

Защитник Шурыгин Д.Л. и его подзащитный ФИО1 в судебном заседании поданную жалобу поддержали по указанным в ней основаниям.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Проверив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

25 декабря 2015 года ФИО2 обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения в отношении ФИО1 по ч.1 ст.116 УК РФ.

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, принято к производству мировым судьей судебного участка № 25 в Ермаковском районе Красноярского края.

По результатам рассмотрения указанного уголовного дела 06 марта 2017 года мировым судьей судебного участка № 25 в Ермаковском районе Красноярского края вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному ч.2 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ.

Принятое решение мировым судьей мотивировано тем, что Федеральным законом от 07 февраля 2017 года № 8-ФЗ «О внесении изменения в статью 116 Уголовного кодекса Российской Федерации», уголовная ответственность за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 настоящего Кодекса, в отношении близких лиц, устранена.

Как следует из взаимосвязанных положений статей 49 (часть 1) и 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, устранение новым уголовным законом преступности и наказуемости деяния означает как недопустимость постановления обвинительного приговора суда, устанавливающего вину лица, которому оно инкриминировалось, так и отсутствие необходимости подтверждения его невиновности в совершении деяния и, соответственно, недопустимость дальнейшего уголовного преследования такого лица, доказывания в предусмотренном федеральным законом порядке его вины, а тем более - подтверждения судом его виновности в совершении деяния, утратившего преступность и наказуемость.

Указанная правовая позиция нашла свое отражение в Постановлении Конституционного Суда РФ от 19.11.2013г. № 24-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части четвертой статьи 133 и статьи 212 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО3 и ФИО4».

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, приданием - в развитие предписаний статьи 54 Конституции Российской Федерации - обратной силы положениям уголовного закона, устраняющим преступность деяния или смягчающим наказание, в уголовно-правовых отношениях обеспечиваются принципы справедливости (преамбула Конституции Российской Федерации, статья 6 УК Российской Федерации) и равенства всех перед законом и судом (статья 19 Конституции Российской Федерации, статья 4 УК Российской Федерации); соответственно, исходя из тех же конституционных принципов, вследствие устранения преступности и наказуемости деяния утрачивается и сама предпосылка уголовного судопроизводства, назначению которого в равной мере отвечают как уголовное преследование и справедливое наказание виновных, так и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть вторая статьи 6 УПК Российской Федерации), которые не могут осуществляться в противоречии с положениями уголовного закона (постановления от 20 апреля 2006 года N 4-П и от 2 июля 2013 года N 16-П, определения от 20 октября 2011 года N 1393-О-О, от 22 марта 2012 года N 594-О-О, от 17 июля 2012 года N 1461-О и др.).

Вместе с тем, как следует из п. 3.1 Постановлении Конституционного Суда РФ от 19.11.2013г. № 24-П решением о прекращении уголовного преследования в связи с отсутствием в имевшем место деянии состава преступления в случае, когда преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом до вступления приговора в законную силу (пункт 2 части первой и часть вторая статьи 24 УПК Российской Федерации), обеспечивается реализация вытекающего из статей 19 (часть 1) и 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации требования равных оснований для распространения нового уголовного закона на лиц, которые согласно статье 49 Конституции Российской Федерации и статье 14 УПК Российской Федерации применительно к вопросу об уголовной ответственности считаются невиновными, независимо от того, до или после его принятия было совершено деяние. Такое решение констатирует отсутствие преступности и наказуемости деяния по смыслу нового уголовного закона и, соответственно, не влечет для лица каких-либо уголовно-правовых последствий; напротив, оно направлено на защиту прав этого лица и само по себе не может рассматриваться как причинение ему вреда, а потому - учитывая, что вопрос об уголовной ответственности за деяние, утратившее качество преступности, исключается в принципе, - и уголовное преследование в отношении подозреваемого, обвиняемого подлежит прекращению.

При этом условием прекращения в отношении лица уголовного дела и уголовного преследования со ссылкой на отсутствие в инкриминируемом ему деянии состава преступления является наличие установленного и подтвержденного в уголовно-процессуальных процедурах, осуществленных в надлежащем процессуальном порядке, самого запрещенного уголовным законом деяния, в связи с совершением которого было возбуждено уголовное дело, что предполагает, по меньшей мере, установление обстоятельств, позволяющих дать этому деянию правильную правовую оценку с учетом доказательств, собранных в зависимости от стадии уголовного судопроизводства и достаточных для выдвижения подозрения или первоначального обвинения. Отсутствие же самого деяния, содержащего признаки преступления, влечет прекращение уголовного дела за отсутствием события преступления (пункт 1 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации).

Из описательно части обжалуемого постановления следует, что суд первой инстанции установил, что 02 октября 2015 года, примерно в 17 часов 00 минут ФИО2 разговаривал со своим сыном ФИО1 на крыльце своего дома по адресу: 

<

адрес>2. В ходе беседы возникла ссора, в ходе которой ФИО1 на почве личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью причинения телесных повреждений, стал избивать ФИО2, нанеся несколько ударов кулаком по кистям рук, вызвавших физическую боль.

Таким образом, в описательной части постановления мировой судья указал на установленный факт наличия запрещенного уголовным законом деяния, в связи с совершением которого было возбуждено уголовное дело, а также на причастность к его совершению ФИО1, что оспаривается последним, однако, мировой судья в обжалуемом постановлении не привел обстоятельств, позволяющих дать этому деянию правильную правовую оценку с учетом собранных доказательств, и не оценил их достаточность для выдвижения первоначального обвинения.

В соответствии со ст.7 УПК РФ постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными, однако, при вынесении обжалуемого постановления мировым судьей указанные требования закона были нарушены, что, по мнению суда апелляционной инстанции, привело к существенному нарушению уголовно-процессуального закона, поскольку данное нарушение ограничило гарантированные УПК РФ права ФИО1, и повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения, и не может быть устранено в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В соответствии ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе, существенное нарушение судом уголовно-процессуального закона.

Согласно с п.4 ч.1 ст. 389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд может принять решение об отмене постановления суда первой инстанции и о передаче уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию или судебного разбирательства.

Поскольку судом апелляционной инстанции выявлено нарушение мировым судьей уголовно-процессуального закона при принятии обжалуемого постановления, в том числе прав лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, принятое мировым судьей постановление от 06 марта 2017 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1 по частному обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, прекращено на основании ст.10 УК РФ и ч.2 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии ФИО1 состава преступления, прекращено, подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.20, 389.28 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № в Ермаковском районе Красноярского края от 06 марта 2017 года в отношении ФИО1, по частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 116 УК РФ, отменить с направлением дела на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Красноярского краевого суда в порядке, установленной главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий А.О. Шабловский