ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.

№ 2- 234/2018

30 мая 2018 г.

г. Бодайбо

 

Бодайбинский городской суд Иркутской области, в составе:

судьи Ермакова Э.С., единолично,

при секретаре Сычёвой И.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на квартиру в силу приобретательной давности,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратилась в Бодайбинский городской суд с иском к ФИО2 о признании права собственности на квартиру, расположенную по адресу: **, в силу приобретательной давности.

В обоснование заявленных требований истица указала, что с 1987 года проживала в незарегистрированном браке с ФИО3. 15 апреля 1996 года они приобрели квартиру, расположенную по адресу: **, в которой они совместно проживали до декабря 1999 года. Право собственности на жилое помещение было зарегистрировано на ФИО3, а истица была в нем прописана с 30 марта 1999 года. ФИО3 был зарегистрирован в принадлежащей ему квартире по адресу: г. **. 

Как далее указывает истица, в 1999 года ФИО3 стал болеть, и было принято решение о его переезде в г. Одинцово для обследования и лечения. Перед его отъездом истица и ФИО3 заключили договор купли-продажи квартиры по адресу: **, в простой письменной форме. Сделка не была удостоверена нотариусом и зарегистрирована в бюро технической инвентаризации г. Бодайбо. Истица выплатила ФИО3 покупную стоимость в размере 40 000 рублей и он уехал, где умер ввиду продолжительной болезни 05 марта 2001 года. 

С указанного времени истица в соответствии с договором купли-продажи от 07 декабря 1999 года является законным владельцем спорной квартиры. 

Истице известно, что после смерти ФИО3 его наследник – дочь ФИО2 унаследовала наследственное имущество отца, в том числе и квартиру, в которой проживает истица. Однако до настоящего времени ФИО2 не зарегистрировала свое право собственности на жилое помещение, ни разу не приезжала в г. Бодайбо, не пользовалась и не проживала в квартире и никаких претензий относительно владения истицей квартирой не предъявляла. 

По мнению истицы, с 15 апреля 1996 года, т.е. более 20 лет истица открыто, добросовестно и непрерывно владеет спорной квартирой как своей собственностью, а именно постоянно проживает в ней, сохраняет до настоящего времени в ней регистрацию, несет расходы по ее содержанию, производит ремонт, в связи с чем просит признать за ней право собственности на квартиру в силу приобретательной давности. 

В судебное заседание истица – ФИО1 не явилась, о времени и месте слушания извещена, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие. 

Представитель истца – Бекетова У.Н. (по ордеру № 54 от 19 марта 2018 года) исковые требования поддержала. 

Ответчица – ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате и месте слушания дела извещена по месту регистрации. 

Конверт с почтовой корреспонденцией, направленный по месту регистрации ответчика, был возвращен в суд организацией почтовой связи ввиду истечения срока хранения и ввиду отсутствия адресата. При этом на конверте имеется отметка организации почтовой связи об оставлении в почтовых ящиках первичное и повторное извещения о необходимости получения почтовой корреспонденции в соответствии с пунктом 3.4. «Особых условий приема, вручения, хранения и возврата почтовых отправлений разряда «Судебное», утвержденными приказом ФГУП «Почта России» от 05 декабря 2014 года № 423-п.

Отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту жительства корреспонденцией является риском самого гражданина, все неблагоприятные последствия такого бездействия несет сам совершеннолетний дееспособный гражданин.

Принимая во внимание положения пункта 1 ст. 165.1 ГК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25, извещения, направленные по этому адресу, считаются доставленными, а ответчик – надлежаще извещенным о времени и месте слушания дела. 

При этом неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу, что подтверждается также положениями ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 7, 8, 10 Всеобщей декларации прав человека и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. 

Третье лицо – Администрация Бодайбинского городского поселения в судебное заседание своего представителя не направила, в письменном отзыве не возражала против удовлетворения исковых требований, просила о рассмотрении дела без участия своих представителей. 

С согласия представителя истицы, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика в порядке заочного судопроизводства по правилам главы 22 ГПК РФ. 

Заслушав пояснения представителя истца, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

В соответствии с пунктом 3 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (ниже по тексту «ГК РФ») в случаях и в порядке, которые предусмотрены данным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно пунктам 1 и 3 ст. 225 ГК РФ бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался. Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности.

Абзацем 1 ст. 236 ГК РФ предусмотрено, что гражданин может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество. 

В силу 1 ст. 234 этого же Кодекса лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). 

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее «Постановление Пленума № 10/22») разъяснено, что по смыслу ст. ст. 225, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Кроме того, в пункте 15 указанного постановления разъяснено, что:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; 

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности, в том числе в случае временной утраты владения спорным имуществом, передачи во временное владение другого лица, а также если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 ст. 234 ГК РФ); 

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. 

Из содержания указанных норм следует, что действующее законодательство, предусматривая возможность прекращения права собственности на то или иное имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности, допускает возможность приобретения права собственности на это же имущество иным лицом в силу приобретательной давности.

При этом к действиям, свидетельствующим об отказе собственника от права собственности, может быть отнесено в том числе устранение собственника от владения и пользования принадлежащим ему имуществом, непринятие мер по содержанию данного имущества (Данная правовая позиция выражена в Определении Верховного Суда РФ от 20 декабря 2016 года № 127-КГ-16-12).

Согласно абзацу первому пункта 19 Постановления Пленума № 10/22, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Таким образом, фактами, имеющими юридическое значение для разрешения настоящего спора по существу и, соответственно, подлежащими доказыванию, являются добросовестность, открытость и непрерывность владения истцом имуществом как своим собственным.

Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 254 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.

Как следует из материалов дела, на основании договора купли-продажи от 15 апреля 1996 года Л., именуемая как продавец, продала, а ФИО3 – покупатель приобрел в личную собственность квартиру, расположенную по адресу: ** Договор был нотариально удостоверен и зарегистрирован в БТИ 26 апреля 1996 года, что свидетельствует о регистрации перехода права собственности на квартиру от продавца к покупателю. 

На основании совершенного в письменной форме договора купли-продажи от 07 декабря 1999 года ФИО3 продал ФИО1 за покупную стоимость в размере 40 000 рублей квартиру, расположенную по адресу: **, состоящую их двух комнат, общей площадью 53,3 кв.м., в том числе жилой – 29,2 кв.м., принадлежащую ему на основании вышеприведенного договора купли-продажи от 15 апреля 1996 года. 

По условиям договора купли-продажи покупная стоимость квартиры – 40 000 рублей уплачена ФИО1 продавцу полностью при подписании договора. 

Договор купли-продажи от 07 декабря 1999 года не был ни нотариально удостоверен, ни зарегистрирован в органах, осуществляющих регистрацию сделок с недвижимостью.

05 марта 2001 года ФИО3 умер, о чем имеется свидетельство о смерти *, выданное ** управлением ЗАГС Главного управления ЗАГС Московской области 26 января 2010 года. 

Как следует из материалов наследственного дела * к имуществу умершего ФИО3, представленного нотариусом Одинцовского нотариального округа Московской областной нотариальной палаты ФИО4, наследником умершего является его дочь – ФИО2, которая 30 августа 2001 года обратилась к нотариусу с заявлением о принятии следующего наследственного имущества: 1) ? доли квартиры, находящей по адресу: **; 2) квартиры, находящейся по адресу: **; 3) денежных вкладов, хранящихся в филиале * Одинцовского отделения АКСБ РФ, с причитающимися процентами и компенсацией; 4) акций АООТ «Лензолото», акций АОЗТ «**»; 5) денежные средства, взысканные по решению Бодайбинского городского суда Иркутской области, перечисленные на счет в банк Иркутской области; 6) денежные средства, подлежащие взысканию согласно исполнительного листа Бодайбинского городского суда Иркутской области. 

В судебном заседании представитель истицы – адвокат Бекетова У.Н. дополнительно к доводам искового заявления пояснила, что спорное жилое помещение было приобретено ФИО3 для совместного проживания с ФИО1. В 1999 года между ними составлен в простой письменной форме договор купли-продажи этой квартиры в пользу истицы. Причиной послужила болезнь ФИО3 и необходимость его выезда в г. Одинцово для лечения. Сделку нотариально не заверили ввиду отсутствия нотариуса, в БТИ не зарегистрировали. С момента выезда ФИО3 из г. Бодайбо и после его смерти истица продолжает проживать в квартире, несет все расходы по ее содержанию, сохраняет регистрацию в квартире с 1999 года. Наследница ФИО3 – ФИО2 на квартиру не претендовала. Со слов истицы, она ранее общалась с ФИО2, они созванивались, и последняя знала о совместном проживании истицы с ФИО3. В настоящее время связь между ними прервалась. 

Как далее пояснил адвокат, никаких претензий по поводу право пользования жилым помещением ни с ее стороны, ни со стороны наследников, ни органов местного самоуправления, ни со стороны иных лиц, предполагающих свое имущественное право, к ней не предъявлялось. Никто в квартиру вселиться не пытался. Поскольку договор купли-продажи не был зарегистрирован ни нотариально, ни в органах технической инвентаризации, переход права собственности к истице произведен не был, и она лишена в настоящее время возможности оформить правоустанавливающие документы на квартиру. 

Приведенные выше доводы истицы о волеизъявлении ФИО3, направленном на передачу прав собственности на принадлежащую квартиру ФИО1, фактическом отказе от этого имущества его наследником ФИО2, открытом, непрерывном и добросовестном владении истицей жилым помещением – квартирой, находящейся по адресу: **, на правах собственности, нашли подтверждение показаниями свидетелей и исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.

Так, допрошенная в качестве свидетеля С. пояснила, что хорошо знает истицу, поскольку проживают в одном подъезде **. С истицей они общаются, ходят друг к другу в гости. Свидетелю известно, что ** купили истица и ФИО3 в 1996 году. В 1999 году ФИО3 уехал, а ФИО1 осталась проживать в этой квратире. При отъезде ФИО3 заключил с истицей сделку о продаже ей квартиры. Истица постоянно проживает в квартире, несет расходы по ее содержанию, делает ремонт. Свидетель по просьбе истицы неоднократно оплачивала коммунальные услуги в отношении спорной квартиры. С момента выезда ФИО3 никто на квартиру не претендовал, в том числе наследники данного имущества. ФИО1 продолжает проживать в спорной квартире до настоящего времени, несет все расходы по её содержанию. 

Свидетель Т. суду показала, что ФИО1 приходится ей теткой. В 1987 году она приезжала из г. Бодайбо в п. Перевоз, где проживали вместе ФИО3 и истица. ФИО3 и ФИО1 проживали единой семьей, но не стали регистрировать брак. В 1996 году у ФИО1 был юбилей и они вместе с ФИО3 приобрели квартиру в г. Бодайбо, сделали в ней ремонт и переехали туда жить. Впоследствии ФИО3 стал болеть и уехал в Москву проходить лечение, где и умер. Свидетель подтвердила, что на момент выезда ФИО3 из района, он планировал передать право собственности на квартиру истице. В Московской области у ФИО3 проживает дочь, которая общалась с истицей, пока был жив ФИО3. После его смерти ФИО2 не отвечала ни на телефонные звонки, ни на письма истицы. ФИО1 до настоящего времени проживает в спорной квартире, ФИО2 никогда на нее не претендовала, вселится не пыталась, никаких споров относительно владения квартирой не возникало. 

Свидетель П. в судебном заседании дала показания аналогичные показаниям свидетелей С., Т. по обстоятельствам приобретения ФИО3 и ФИО1 квартиры по адресу: ** об их совместном проживании в ней и причинах выезда ФИО3 в г. Москва, заключения между ними договора купли-продажи квартиры, отсутствии споров относительно квартиры. 

Доводы истицы и показания свидетелей согласуются с исследованными письменными доказательствами по делу о проживании истицы в спорной квартире и владении ею на праве собственности, осуществлении в отношении нее расходов: 

домовой книгой для регистрации граждан, проживающих в **, согласно которой ФИО1 зарегистрирована по данному адресу с 30 марта 1999 года;

кадастровым паспортом на жилое помещение - **, общей площадью 53,3 кв.м., составленным Бодайбинским отделением Иркутского филиала ФГУП «Ростехивентаризация – Федеральное БТИ» по состоянию на 22 июня 2008 года;

справкой Бодайбинским отделением Иркутского филиала ФГУП «Ростехивентаризация – Федеральное БТИ» от 11 мая 2011 года, выданной ФИО1 для оформления наследства о том, что квартира по вышеуказанному адресу зарегистрирована на праве личной собственности за ФИО3 на основании договора купли-продажи от 15 апреля 1996 года; 

техническим паспортом жилого помещения – **, составленным по состоянию на 22 июня 2008 года, в котором отражены технические характеристики жилого помещения: общая площадь – 53,3 кв.м., жилая площадь – 29,2 кв.м., год постройки – 1988 год, владелец - ФИО3 на основании договора купли-продажи от 15 апреля 1996 года; 

поквартирной карточкой спорного жилого помещения, из которой следует, что владельцем квартиры являлся ФИО3, а ФИО1 зарегистрирована в ней с 30 марта 1999 года по настоящее время, что дополнительно подтверждается и справкой МУП «Служба заказчика» от 31 марта 2018 года; 

уведомлениями Управления Росреестра по Иркутской области от 14 августа 2014 года, 14 мая 2015 года, 23 марта 2016 года, 15 февраля 2018 года об отсутствии в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведений о зарегистрированных правах на объект недвижимого имущества – квартиры по адресу: **;

актами *, * обследования приборов учета электрической энергии, составленных между АО «Витимэнерго» и ФИО1 12 сентября 2017 года, согласно которым прибор учета по адресу: **, допущен к эксплуатации;

актом приема в эксплуатацию счетчиков холодной и горячей воды, установленных по адресу: **, составленным 19 ноября 2014 года комиссией МУП «Тепловодоканал»;

платежными документами МУП «Служба заказчика» о регулярном внесении платы за жилье и коммунальные услуги в следующие периоды: 2006-2012, 2014, 2015 2016, 2017, 2018; платежными документами управляющей компании ООО «Нечера-К» о внесении квартплаты за 2012, 2013, 2014гг., платежными документами МУП «Тепловодоканал» об оплате коммунальных услуг за 2017-2018гг.; 

договором подряда от 16 мая 2012 года, заключенного между подрядчиком - ООО «Новые технологии» и заказчиком - ФИО1, по условиям которого подрядчик обязался оказать услуги по замене старых оконных рам на изделия из ПВХ-профилей системы VEKA SOFTLINE в помещении по адресу: **, и квитанциями от 17 мая 2012 года и 20 июля 2012 года об оплате ФИО1 в полном объеме стоимости оказанных услуг. 

Наследница ФИО3 – ФИО2, иные лица, предполагающие свое имущественное право, в том числе наследственное, о своих правах на спорный объект недвижимости не заявили. 

ФИО2 подав заявление о принятии наследства в отношении имущества умершего ФИО3 свидетельство о праве на наследство не получала, не произвела регистрацию права собственности на квартиру, расположенную по адресу: **, в Едином государственном реестре недвижимости. 

В судебное заседание ответчица не явилась в порядке ст. 56 ГПК об обстоятельствах, опровергающих доводы ФИО1, не сообщила, доказательств в их подтверждение не представила, не заявила она о подложности указанного договора купли-продажи по правилам ст. 186 ГПК РФ и не заявила она и встречного иска о признании договора купли-продажи недействительным.

Данные обстоятельства объективно указывают на то, что, не смотря на принятие ФИО2 наследства от умершего ФИО3 в 2001 году, она в течение более, чем 15-ти лет во владение этим объектом недвижимого имущества не вступала, не пыталась реализовать или защитить свои права на данное наследственное имущество, не несла расходы по его содержанию, не пыталась вселиться или распорядиться объектом недвижимости каким-либо иным образом.

Совокупность этих обстоятельств объективно свидетельствует об отказе ФИО2 в соответствии с положениями ст. 226 ГК РФ от спорного имущества в виде квартиры, расположенной по адресу: **, принадлежавшего ФИО3

Волеизъявление ФИО3 в виде исследованного в судебном заседании договора купли-продаже указанной квартиры от 07 декабря 1999 года, который по мотиву его подложности не оспорен и не опровергнут, определенно свидетельствует об отказе от права собственности в пользу ФИО1 

Со своей стороны, ФИО1 в спорном жилом помещении добросовестно, открыто и непрерывно проживает и владеет им, в том числе с 07 декабря 1999 года - с момента приобретения её у ФИО3, как своим собственным, сохраняет по данному адресу регистрацию, несет расходы по содержанию квартиры, за счет собственных средств производит ремонт, производит оплату необходимых платежей.

Органы местного самоуправления, государственные органы, осуществляющие учет выморочного имущества, права на квартиру не оспаривали и не оспаривают в настоящее время, что подтверждается отсутствием возражений по иску со стороны Администрации Бодайбинского городского поселения. 

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства по правилам ст. 67, 68 ГПК РФ, суд находит их относимыми, допустимыми, и достаточными для вывода о том, что: а) действия ФИО3 были направлены на передачу ФИО1 право собственности на ** в г. Бодайбо Иркутской области; б) истица с 1999 года, то есть свыше 15-ти лет с момента истечения срока исковой давности по требованию о возврате имущества первоначальным собственником либо его наследниками открыто и непрерывно владеет как своим собственным указанным жилым помещением, осуществляя расходы по его содержанию от своего имени; в) в течение всего времени владения как сам ФИО3, так и после его смерти - наследник ФИО2 не оспаривали прав владения и пользования истицы в отношении данного объекта недвижимости, не заявили о вступлении во владение этим имуществом, не предпринимали никаких прав о регистрации права собственности на недвижимость, не несли в отношении этого имущества никаких расходов, совершив тем самым действия, свидетельствующие об отказе от права собственности на этот объект недвижимости. 

В этих условиях, суд находит возможным признать за ФИО1 право собственности на спорный объект недвижимости на основании ст. 234 ГК РФ в силу приобретательной давности.

В силу положений части 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 ст. 96 настоящего Кодекса. 

Однако применительно к спорным правовым отношениям сторон, суд принимает во внимание, что возникновение спора не связано с фактом нарушения или оспаривания прав истицы со стороны ответчика. 

Поэтому уплаченная истицей государственная пошлина не подлежит возмещению за счет ответчика и отсутствуют правовые основания для ее возвращения и за счет средств бюджета (пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198, 235 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на квартиру в силу приобретательной давности, удовлетворить.

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: **. 

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в кассационном порядке в течение десяти дней по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение десяти дней со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Э.С. Ермаков