мотивированное 

решение

 составлено 10.04.2017

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

03.04.2017 г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Патрушевой М. Е., при секретаре Поляковой Ю.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общероссийского профсоюза работников торговли, общественного питания, потребкооперации и предпринимательства Российской Федерации «Торговое единство» (далее профсоюз), действующего в интересах ФИО1 

<

ФИО>8, к Обществу с ограниченной ответственностью «МЕТРО Кэш Энд Керри» о взыскании компенсации за вредные условия труда, за задержку выплат, компенсации морального вреда, индексации, обязать представить дополнительный отпуск

установил:

28.09.2016 профсоюз, действующий в защиту прав и законных интересов члена профсоюза ФИО1, обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «МЕТРО Кэш Энд Керри» (далее Общество), в котором просил взыскать с ответчика в пользу ФИО1 за период с декабря 2008 года по февраль 2015 года надбавку за вредные условия труда в размере 

<

иные данные> руб., оплату сверхурочных работ в размере 

<

иные данные> руб., компенсацию морального вреда в размере 

<

иные данные> руб.

Определением суда от 11.11.2016 исковое заявление оставлено без рассмотрения в связи с повторной неявкой истца и процессуального истца в судебные заседания; 13.02.2017 определение суда от 11.11.2016 отменено, производство по делу возобновлено.

21.03.2017 к производству суда приняты дополнительные требования, а также уточнение ранее заявленных требований в части периода и сумм, подлежащих взысканию, профсоюз просит: 

взыскать с ответчика в пользу ФИО1 за период с декабря 2008 года по декабрь 2014 года (в расчетах период определен с декабря 2008 года по май 2013 года включительно): надбавку за вредные условия труда в размере 

<

иные данные> руб., оплату сверхурочных работ в размере 

<

иные данные> руб.; за период с декабря 2008 года по 05.10.2016: компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 

<

иные данные> руб., индексацию задолженности в порядке ст. 134 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 159 796 руб.; компенсацию морального вреда в размере 

<

иные данные> руб.;

обязать ответчика предоставить ФИО1 ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за период с декабря 2008 года по декабрь 2014 года продолжительностью 30 календарных дней.

В обоснование иска указано, что на основании трудового договора от 12.11.2007 ФИО1 состоит с Обществом в трудовых отношениях. До 07.04.2015 в Обществе действовала карта аттестации 2007 года, согласно которой рабочее место истца по должности оператор торгового зала было аттестовано по классу 3.2 (вредный). Однако гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда истцу представлены не были. Кроме того, подлежит начислению и выплате компенсация в порядке ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации и убытки по ст. 134 Трудового кодекса Российской Федерации.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, о чем в деле имеется телефонограмма.

Представитель профсоюза ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала по доводам, изложенным в возражениях на иск. Заявила о пропуске истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, который надлежит исчислять с даты подписания дополнительного соглашения к трудовому договору, в котором указано, что по результатам специальной оценки условий труда на рабочем месте истца установлен класс условий труда 2.0 (допустимый), гарантии и компенсации не предусмотрены, то есть с 07.04.2015.

С учетом мнения представителей сторон, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Суд, заслушав стороны, исследовав доказательства по делу, приходит к следующему.

Сторонами не оспаривается, что на основании трудового договора от 12.11.2007 ФИО1 принята на работу в Общество на должность 

<

иные данные> в Отдел «Торговый зал» торгового центра МЕТРО; с 31.05.2013 по настоящее время истец работает в должности 

<

иные данные>.

В 2007 году ответчиком рабочее место продавца продовольственных товаров (оператора торгового зала) было аттестовано по классу вредности 3.2 (карта аттестации рабочего места по условиям труда №

<

иные данные> (л.д.59-64). С картой аттестации истец ознакомлена 25.01.2008 под роспись. Рабочее место старшего оператора за период с 2007 по 2014 год ответчиком не аттестовано.

В 2015 году Обществом проведена специальная оценка условий труда работников (л.д.81-86), по результатам которой, 07.04.2015 между Обществом и истцом заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 12.11.2007, согласно которому п.1.9 трудового договора изложен в новой редакции: по результатам проведенной специальной оценки условий труда установлен класс условий труда – 2.0 (допустимый); предоставление компенсаций законодательством РФ не предусмотрено (л.д.104).

Истец считает, что за период работы в должности оператора торгового зала в период с 12.11.2007 по 31.05.2013 ей должны были быть представлены гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда, что ответчиком сделано не было.

В соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении, либо со дня выдачи трудовой книжки.

Из этой нормы следует, что срок обращения в суд по требованию о признании карт аттестации незаконными составляет три месяца со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Выражение «должен был узнать» означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника. 

Из объяснений сторон следует, что начисление истцу спорных сумм надбавки за вредные условия труда и сверхурочных работ за период с 12.11.2007 по 31.05.2013 ответчиком не производилось. 

На нарушение ответчиком установленных в трудовом договоре сроков выплаты заработной платы истец не указывала, из материалов дела этого не следует. Соответственно, учитывая, что ответчиком своевременно выплачивалась заработная плата и выполнялась установленная ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по предоставлению истцу информации о составных частях заработной платы, что не опровергнуто в ходе судебного разбирательства, о предполагаемом нарушении своих прав на получение заработной платы в полном объеме истец могла и должна была знать при получении заработной платы за каждый месяц спорного периода. При получении заработной платы в оспариваемый период истец имела реальную возможность проверки правильности начисления заработной платы, в том числе путем обращения к работодателю.

Поскольку спорные суммы не начислялись, а разъяснения п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" относятся к случаям взыскания начисленных сумм, соответственно, к спорным правоотношениям эти разъяснения применяться не могут. Разрешая требование истца о предоставлении ей дополнительного оплачиваемого отпуска за период работы по должности оператора торгового зала, суд считает, что данные требования также не подлежат удовлетворению.

Истец, будучи ознакомленная с картой аттестации рабочего места, была осведомлена об условиях ее труда, наличии вредных факторов. При этом за весь период работы в Обществе истец не обращалась к работодателю с требованиями о предоставлении дополнительных отпусков, по поводу которых в настоящее время возник данный спор.

Согласно ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Работодатели с учетом своих производственных и финансовых возможностей могут самостоятельно устанавливать дополнительные отпуска для работников, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Порядок и условия предоставления этих отпусков определяются коллективными договорами или локальными нормативными актами, которые принимаются с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

Статьей 120 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при исчислении общей продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска дополнительные оплачиваемые отпуска суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском.

Согласно статье 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

Отпуск за второй и последующие годы работы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, установленной у данного работодателя.

Из положений указанных норм следует, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется вместе с основным отпуском, и этот отпуск может быть предоставлен, начиная со второго года работы, в течение соответствующего рабочего года. Следовательно, о том, что дополнительный отпуск работодателем не предоставлен или предоставлен не полностью (исходя из количества дней отпуска), т.е. о нарушении своего права, работник должен узнать в момент фактического предоставления работодателем ему очередного отпуска, что и является моментом, с которого подлежит исчислению трехмесячный срок для обращения в суд для защиты нарушенного права по трудовому спору.

Исходя из того, что ФИО1 была трудоустроена 12.11.2007, ее рабочим годом является период с 12 ноября по 11 ноября каждого календарного года. Ежегодный, в том числе дополнительный, отпуск за каждый год работы мог быть ей предоставлен в срок до окончания этого года работы, т.е. до 12.11.2008 и так далее. Представитель профсоюза в иске не ссылался на не предоставление основного отпуска истцу за отработанный в Обществе период, в том числе спорный, следовательно, основной отпуск истцу предоставлялся ежегодно в соответствии с графиком.

Тем более истец достоверно знала о нарушении ее прав на оплату надбавки за вредные условия труда и за сверхурочную работу, дополнительном отпуске начиная с 07.04.2015 (дня подписания и получения второго экземпляра дополнительного соглашения к трудовому договору).

С настоящим иском истец обратилась в суд 28.09.2016, то есть по истечении значительного периода времени. 

О наличии вредных производственных факторов при исполнении трудовых функций истцу безусловно было известно, право работника на получение гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях установлено действующим законодательством, положения Трудового кодекса Российской Федерации открыты для всеобщего сведения, опубликованы, о чем истец имела возможность и должна была знать, поэтому считать, что истцу не было известно о нарушении своего права ввиду того, что работодатель не поставил ее в известность о наличии у нее такого права, о нарушенном праве истец узнала только после обращения в профсоюз, не могут быть приняты во внимание, так как основаны на неправильном применении норм материального права. Кроме того, ФИО1 подала заявление о принятии в члены профсоюза 27.09.2016, л.д.5), в суд с требованием о предоставлении дополнительного отпуска представитель профсоюза обратился 21.03.2017 (изменение предмета иска принято к производству суда протокольным определением), то есть по истечении трех месяцев.

Установленные ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд, по существу, являются сроками исковой давности.

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Пропуск указанного срока является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, поскольку суд не усматривает наличие уважительных причин пропуска срока обращения в суд, ходатайства о восстановлении пропущенного срока представителем профсоюза не заявлено, с учетом всех обстоятельств по настоящему делу, суд отказывает истцу в данном иске. Требования о взыскании компенсации за задержку выплат, индексации, компенсации морального вреда, удовлетворению не подлежит, так как являются производными требованиями от основных, в удовлетворении которых истцу отказано.

Суд полагает необходимым указать, что отказ в удовлетворении требования о предоставлении дополнительных дней отпуска за работу во вредных условиях труда за период с с 12.11.2007 по 31.05.2013, не лишает истца реализации права на отпуск при увольнении, предусмотренный ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление Общероссийского профсоюза работников торговли, общественного питания, потребкооперации и предпринимательства Российской Федерации «Торговое единство» (далее профсоюз), действующего в интересах ФИО1 

<

ФИО>7, к Обществу с ограниченной ответственностью «МЕТРО Кэш Энд Керри» о взыскании компенсации за вредные условия труда, за задержку выплат, компенсации морального вреда, индексации, обязать представить дополнительный отпуск – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья подпись