Дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 июня 2019 года г. Глазов УР

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Виноградовой И.В., 

при секретаре Варанкиной О.А., 

с участием истца ФИО8,

представителя истца ФИО9, действующей на основании ордера № 0597 от 13.05.2019 г.

представителя ответчика ФИО10, действующей на основании доверенности от 09.01.2019 года, 

помощника Глазовского межрайонного прокурора Максимова Н.С. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к Администрации МО «Глазовский район» о признании незаконным приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО8 обратилась в суд с иском к Администрации МО «Глазовский район» о признании незаконным приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

В обоснование иска указала, что с 21.08.2015 года являлась работником Администрации МО «Глазовский район». Приказом № 103-лс от 26.03.2019 года была уволена с должности начальника производственного отдела Управления сельского хозяйства с 29.03.2109 года на основании «сокращения штата п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ», изданного на основании распоряжения Администрации МО «Глазовский район» от 09.01.2019 года № 3 «О внесении изменений в штатное расписание Администрации МО «Глазовский район». 23.01.2019 года истцу было вручено предупреждение о предстоящем сокращении ее должности и расторжении трудового договора № 28/15 от 21.08.2015 года. В уведомлении указано, что отсутствует другая работа, которая могла бы быть предложена истцу. 26.02.2019 года истцом написано заявление с просьбой принять на должность начальника отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район». Считает, что ей незаконно не предложена данная должность. 29.03.2019 года в 15 часов 00 минут истцу было вручено предложение занять вакантную должность с 01.04.2019 года «ведущий специалист-эксперт отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район» со сроком для дачи ответа до 29.03.2019 года. После увольнения истцу стало известно от том, что 13.03.2019 года ФИО1 было вручено предложение занять с 01.04.2019 года вакантную должность «Главный специалист – эксперт отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район». Данная должность истцу не предлагалась, в связи с чем считает, что ответчиком нарушена процедура увольнения в части предложения работнику всех имеющихся вакантных должностей. Считает, что действиями ответчика истцу нанесен моральный вред. 

Истец просит признать приказ №103-лс от 26.03.2019 года, изданный Администрацией МО «Глазовский район» о прекращении (расторжении) служебного контракта с муниципальный служащим (увольнении) с ФИО8 на основании «сокращения штата п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ» незаконным, восстановить истца в должности начальника производственного отдела управления сельского хозяйства Администрации МО «Глазовский район» с 29.03.2019 года, взыскать Администрации МО «Глазовский район» средний заработок за все время вынужденного прогула с 30.03.2019 года по день восстановления на работе в сумме 1027 рублей в день., взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей, взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000рублей.

В судебном заседании истец поддержала исковые требования в полном объеме. Дополнительно суду пояснила, что является членом профсоюза, в связи с чем должен быть соблюден установленный законом порядок получения мнения профсоюзной организации. После увольнения истцом было получено выходное пособие в сумме 30 205,56 рублей. Считает, что работодателем не предложены все имеющиеся вакантные должности. 

Представитель истца ФИО9 в судебном заседании исковые требования поддержала. Дополнительно суду пояснила, что фактически сокращение численности (штата) не произведено. Сокращением численности (штата) подменено изменение условий трудового договора. В частности, по ФИО2 заключено соглашение об изменении условий трудового договора, по условиям которого она с 01.04.2019 назначается на вновь введенную должность начальника отдела экономики управления развития территории и муниципального заказа Администрации МО «Глазовский район». Также отметила, что Распоряжением Администрации МО «Глазовский район» ФИО2 освобождена от замещаемой должности главного специалиста-эксперта отдела экономики, то есть с 19.03.2019 должность главного специалиста-эксперта отдела экономики была вакантной. Полагает, что работодателем не соблюдено преимущественное право истца на оставление на работе. Истец имеет высшее образование, опыт работы, одна воспитывает несовершеннолетнего ребенка. В период со дня уведомления о сокращении должности до дня увольнения в Администрации МО «Глазовский район» высвобождались должности, но они не были предложены истцу. В материалах дела имеются противоречивые документы, в частности, должностные инструкции разного содержания. Кроме того, ответчиком нарушен порядок уведомления профсоюзной организации, истец в нарушение ст. 373 Трудового кодекса РФ уволен позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения профсоюзной организации. Учитывая изложенное, просила исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО10 в судебном заседании исковые требования не признала. Представила возражения на исковое заявление, в которых указала, что ответчиком соблюдены все требования трудового законодательства. Работодатель не обязан предлагать работу, которую работник не может выполнять с учетом его образования, квалификации, практического опыта. В частности, на должность начальника отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район», согласно действующей должностной инструкции работник должен иметь высшее профессиональное образование по специальности, направлению подготовки «Ветеринария». Характер обязанностей по вновь введенной в штатное расписание должности начальника отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа отличается от тех, что были закреплены в должностной инструкции начальника производственного отдела управления сельского хозяйства Администрации МО «Глазовский район». Должность главного специалиста-эксперта отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район» для замещения указанной должности требуется квалификация «инженер». Истец не обладает образованием и специальными квалификациями, необходимыми для указанных должностей. Право выбора, кому предложить вакантную должность принадлежит работодателю. Работодатель не обязан предлагать подходящие вакансии одновременно всем сокращаемым работникам. Он по своему усмотрению выбирает, кому из сокращаемых работников предложить вакансию в первую очередь. Характер обязанностей по вновь введенной в штатной расписание должности начальника отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа предусматривает выполнение трудовых обязанностей, которыми Истец не обладает, поскольку отсутствует высшее профессиональное образование по специальности, направлению подготовки «Ветеринария». Истцу выплачено выходное пособие. Считает, что требования истца не подлежат удовлетворению.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего необходимым восстановить ФИО8 на работе, исследовав письменные доказательства, установил следующее.

В судебном заседании нашло подтверждение заключение 21.08.2015 года трудового договора № 28/15 между истцом и ответчиком (л.д. 6-8). По условиям договора, ФИО8 поступает на муниципальную службу в Администрацию и назначается на ведущую должность муниципальной службы – начальник производственного отдела управления сельского хозяйства с 25.08.2015 года. О приеме на работу ответчиком издан приказ № 170-лс от 21.08.2015 года. (л.д. 30). Указанное свидетельствует, что правоотношения сторон регулируются нормами трудового законодательства.

Распоряжением Администрации МО «Глазовский район» № 3 от 09.01.2019 года в штатное расписание Администрации МО «Глазовский район» внесены следующие изменения: сократить с 01.04.2019 года следующие штатные единицы: одну штатную единицу заместителя главы Администрации МО «Глазовский район» - начальника управления сельского хозяйства, одну штатную единицу начальника финансово-экономического отдела, одну штатную единицу главного специалиста-эксперта, одну штатную единицу главного специалиста-эксперта по закупкам финансово-экономического отдела, одну штатную единицу специалиста-эксперта-бухгалтера финансово-экономического отдела, одну штатную единицу начальника производственного отдела, одну штатную единицу заместителя начальника производственного отдела, одну штатную единицу главного специалиста-эксперта –агронома производственного отдела, 0,5 штатной единицы механика производственного отдела, семь штатных единиц водителей автомобилей производственного отдела управления сельского хозяйства, одну штатную единицу начальника отдела экономики, одну штатную единицу главного специалиста –эксперта отдела экономики, одну штатную единицу ведущего специалиста-эксперта отдела экономики, одну штатную единицу начальника сектора муниципального заказа отдела экономики, одну штатную единицу ведущего специалиста – эксперта сектора муниципального заказа отдела экономики. 

Ввести с 01.04.2019 года в штатное расписание Администрации МО «Глазовский район» следующие штатные единицы: одну штатную единицу начальника управления, одну штатную единицу начальника управления сельского хозяйства, одну штатную единицу главного специалиста-эксперта, одну штатную единицу ведущего специалиста эксперта, одну штатную единицу начальника отдела экономики, одну штатную единицу главного специалиста-эксперта отдела экономики, одну штатную единицу ведущего специалиста-эксперта отдела экономики, одну штатную единицу начальника сектора муниципального заказа, одну штатную единицу ведущего эксперта сектора муниципального заказа управления развития территории и муниципального заказа (л.д. 38). 

Таким образом, с 01.04.2019 вместо 19,5 сокращенных штатных единиц введено 9 новых штатных единиц.

При сравнении штатного расписания Администрации МО «Глазовский район» по состоянию на 01.01.2019 и на 01.04.2019 установлено, что с 01.04.2019 года сокращены штатные единицы Управления сельского хозяйства и введены штатные единицы Управления развития территории и муниципального заказа (л.д. 32-37).

22.03.2019 года распоряжением Главы МО «Глазовский район» утверждены должностные инструкции на вновь введенные должности Управления развития территории и муниципального заказа (л.д. 45).

В соответствии с должностными инструкциями (л.д. 91-137) для замещения вновь введенных должностей установлены определенные квалификационные требования, наименования должностей и фунциональные обязанности отличаются от сокращенных.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, право принимать необходимые кадровые решения в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом принадлежит работодателю, который обязан при этом обеспечить закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников, в частности связанные с проведением мероприятий по изменению структуры, штатного расписания, численного состава работников организации (Постановление от 24 января 2002 года N 3-П; Определения от 24 сентября 2012 года N 1690-О и от 23 декабря 2014 года N 2873-О)

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

При рассмотрении гражданских дел по искам о восстановлении на работе лиц, уволенных с работы в связи с сокращением штата работников, суд не вправе входить в обсуждение вопроса о целесообразности сокращения кадров или их перестановки. Иное свидетельствовало бы о неправомерном ограничении права работодателя самостоятельно и под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения по вопросу подбора и расстановки кадров. Также следует учитывать, что к лицу, претендующему на вакантную должность, работодатель вправе предъявлять определенные требования, касающиеся деловых и личностных качеств.

К компетенции суда при разрешении споров о законности увольнения по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ, законом отнесена лишь проверка соблюдения процедуры увольнения, предусмотренной ТК РФ, и реальность сокращения. Правом вмешиваться во внутренние дела организации и оценивать обоснованность принятия работодателем решения о необходимости изменения штатного расписания, проведения мероприятий по сокращению численности или штата работников, а также введения новых должностей, создания новых отделов, введение, замещение новых должностей, суд не наделен.

Учитывая исследованные в судебном заседании Распоряжение Администрации МО «Глазовский район» № 3 от 09.01.2019, штатное расписание, должностные инструкции, суд приходит к выводу о реальном сокращении штата работников Администрации МО «Глазовский район».

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст.81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя. 

В силу части 3 статьи 81 ТК РФ работодатель вправе расторгнуть трудовой договор с работником по пункту 2 части первой статьи 81 названного Кодекса в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии исполнения обязанности (одновременно с предупреждением о предстоящем увольнении) по предложению всех имеющихся у работодателя в данной местности вакантных должностей, соответствующих квалификации работника, а также вакантных нижестоящих должностей или нижеоплачиваемой работы. Неисполнение указанной обязанности влечет признание увольнения незаконным.

Увольнение по данному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

В силу ст. 180 ТК РФ о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Соблюдение работодателем процедуры увольнения может быть проверено в судебном порядке, при этом обязанность доказывания соответствующего обстоятельства возлагается на работодателя (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

В соответствии со ст. 84.1 ч. 2 ТК РФ с приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись.

23.01.2019 года истцу вручено предупреждение № 027/В1 от 22.01.2019 год о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата работников с 01.04.2019 года, работа, которая может быть предложена ФИО8 на 29.01.2019 года отсутствует (л.д. 17).

26.02.2019 года истцом представлено ответчику заявление о принятии с 01.04.1019 года на должность начальника отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район» (л.д. 15). 

29.03.2019 года истцу в письменном виде предложена вакантная должность «ведущий специалист-эксперт отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа администрации МО «Глазовский район» (л.д. 18).

О своем согласии занять вакантную должность «ведущий специалист-эксперт отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа администрации МО «Глазовский район» истец ни в устном, ни в письменном виде работодателю не сообщила.

Приказом главы МО «Глазовский район»№ 103-лс от 26.03.2019 года прекращено действие служебного контракта с ФИО8 с 29.03.2019 года (л.д. 31).

Таким образом, истец, в соответствии с требованиями ст. 180 ТК РФ, была предупреждена о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников организации за два месяца до увольнения. С приказом о прекращении трудового договора ознакомлена под роспись.

Между тем, суд находит обоснованными доводы истца о нарушении работодателем требований ст. 81 ТК РФ в части исполнения обязанности по предложению всех имеющихся у работодателя в данной местности вакантных должностей.

В соответствии с п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Ответчиком представлен список муниципальных служащих а также список работников (служащих) Администрации МО «Глазовский район» по состоянию на 01.01.2019 и на 01.04.2019 (л.д. 66-69). Из представленных списков видно, что ФИО3 как на 01.01.2019, так и на 01.04.2019 занимает должность документоведа 2 категории и выполняет работу инженера-программиста 2 категории (0,25 ставки) по совмещению. ФИО4 как на 01.01.2019, так и на 01.04.2019 занимает должность ведущего специалиста-эксперта отдела информатизации и выполняет работу инженера-программиста 2 категории (0,25 ставки) по совмещению.

Согласно положениям ст. 60.2 Трудового кодекса РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату.

При выполнении дополнительной работы на условиях совмещения должностей в отличие от совместительства заключения другого трудового договора не требуется. При совмещении должностей работник занимает только одну должность, при этом совмещаемая должность, по которой работник определенное время исполняет трудовые обязанности, остается вакантной.

Совмещение профессий (должностей) не препятствует заключению трудового договора с работником, отношения с которым подлежат прекращению, в случае, если невозможно перевести его на другую работу по такой должности. Поэтому работодатель обязан предлагать увольняемому работнику должность, по которой оформлено совмещение, в целях соблюдения соответствующей процедуры.

Кроме того, совмещение профессий (должностей) не требует оформления отдельным трудовым договором и поручение о выполнении дополнительной работы может быть в любое время отменено (ст. 60.2 ТК РФ). Следовательно, отсутствуют препятствия для заключения с увольняемым работником трудового договора на неопределенный срок по этой должности. Обстоятельством, характеризующим должность в качестве вакантной, выступает возможность заключения с лицом бессрочного трудового договора.

В связи с изложенным должность, обязанности по которой на условиях совмещения выполняет работник, занимающий другую штатную единицу по основному месту работы, следует считать вакантной и такая должность должна предлагаться высвобождаемым по сокращению штата работникам.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что должность инженера-программиста 2 категории в период со дня уведомления истца о предстоящем увольнении и до дня увольнения являлась вакантной и ответчик был обязан предложить ее истице.

Доказательств несоответствия квалификации истца указанной должности ответчиком не представлено.

В журнале регистрации распоряжений Администрации МО «Глазовский район» (л.д.72-81) имеется запись об отмене совмещения должностей с 01.03.2019 (распоряжение № 40-лс от 14.02.2019), что также свидетельствует о наличии вакантной должности 01.03.2019. 

В этом же журнале имеется запись об увольнении 31.01.2019 ФИО5 (распоряжение № 32-лс от 30.01.2019). В соответствии с приказом № 32-лс от 30.01.2019 ФИО5 уволен с должности специалиста-эксперта-юриста правового отдела с 31.01.2019 на основании соглашения о расторжении трудового договора от 29.01.2019 (л.д. 198). 

В соответствии с приказом № 33-лс от 01.02.2019 на должность специалиста-эксперта-юриста правового отдела с 01.02.2019 принята ФИО6 (л.д. 197).

Вышеуказанное подтверждает факт высвобождения должности специалиста-эксперта-юриста правового отдела, но данная должность истцу не была предложена, на указанную должность принят сотрудник, не работавший ранее у ответчика.

В соответствии со списком муниципальных служащих Администрации МО «Глазовский район» по состоянию на 01.01.2019 должность ведущего специалиста-эксперта архивного отдела была вакантна. Должность специалиста-эксперта архивного отдела занимала ФИО7 

Распоряжением Главы МО «Глазовский район» от 14.02.2019 ФИО7 освобождена от замещаемой должности специалиста-эксперта архивного и назначена на должность ведущего специалиста-эксперта архивного отдела с 01.03.2019.

Таким образом, в период с 01.01.2019 по 28.02.2019 была свободна должность ведущего специалиста-эксперта архивного отдела. Ответчиком представлена должностная инструкция ведущего специалиста-эксперта архивного отдела, в соответствии с которой ведущий специалист-эксперт должен иметь высшее профессиональное образование по специальности, направлению подготовки «Государственное и муниципальное управление», «Менеджмент», «История», «Документоведение и архивоведение», «Истрико-архивоведение». Поскольку истец не имеет высшего профессионального образования по перечисленным специальностям, у ответчика не было обязанности предлагать вакантную должность ведущего специалиста-эксперта архивного отдела истцу.

Между тем с 01.03.2019 освободилась должность специалиста-эксперта архивного отдела. В соответствии со списком муниципальных служащих по состоянию на 01.04.2019 указанная должность оставалась вакантной. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ и пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» именно работодатель обязан доказать соблюдение процедуры увольнения, в частности несоответствие истца квалификационным требованиям, установленным для вакантной должности.

Ответчиком по настоящему делу не представлены такие доказательства по должности специалиста-эксперта-юриста правового отдела и специалиста-эксперта архивного отдела, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии у ответчика вакантных должностей, которые следовало предложить истцу.

Судом не принимаются доводы истца о необходимости предложения ей должности «начальника отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район» и «главного специалиста-эксперта отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район» так как квалификация истца не соответствует указанным должностям.

Исследовав доказательства предложения истцу вакантной должности «ведущего специалиста-эксперта отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район» суд приходит к выводу о нарушении прав истца. Указанная вакантная должность предложена истцу 29.03.2019 в 15.00 часов, то есть в конце последнего рабочего дня истца, при этом срок для ответа предоставлен до 29.03.2019. С функциональными обязанностями ведущего специалиста-эксперта истец не ознакомлена. Истцу представлена для ознакомления должностная инструкция, не утвержденная работодателем, подписи должностных лиц ответчика отсутствуют (л.д. 289-296). В материалы дела ответчиком представлена должностная инструкция ведущего специалиста-эксперта отдела сельского хозяйства управления развития территории и муниципального заказа МО «Глазовский район», утвержденная работодателем, но отличающаяся по содержанию от предоставленной истцу инструкции. 

В соответствии с ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса РФ работнику должны быть предложены все имеющиеся у работодателя в данной местности вакантные должности, соответствующие квалификации работника, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемая работа, но не одна должность по выбору работодателя. Ответчиком по настоящему делу требования указанной нормы прав не соблюдены.

Доводы истца о нарушении имевшегося у нее преимущественного права оставления на работе не принимаются судом по следующим основаниям.

Преимущественное право на оставление на работе регламентировано статьей 179 Трудового кодекса РФ.

Исходя из ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Следовательно, реализация преимущественного права на оставление на работе зависит от конкретного состава лиц, подлежащих сокращению, занимающих аналогичные по квалификационным требованиям должности.

Из материалов дела следует, что сокращалась одна должность «начальника производственного отдела управления сельского хозяйства», занимаемая истцом, соответственно, необходимость исследовать вопрос о преимущественном праве при сокращении должностей у работодателя отсутствовала. Факт перевода сотрудников на вводимые новые должности, не свидетельствует о нарушении прав истца, так как предложение перевода на вакантную должность не тождественно порядку реализации права на преимущественное оставление на работе, установленному ст. 179 ТК РФ.

Относительно доводов о соблюдении ответчиком порядка уведомления профсоюзной организации суд приходит к следующему. 

В силу части 1 статьи 82 ТК Российской Федерации при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий, а в случае, если решение о сокращении численности или штата работников может привести к массовому увольнению работников - не позднее чем за три месяца до начала проведения соответствующих мероприятий. Критерии массового увольнения определяются в отраслевых и (или) территориальных соглашениях.

22.01.2019 ответчиком в адрес первичной профсоюзной организации «Глазовский район» направлено уведомление о предстоящем сокращении штатных единиц и возможном расторжении трудовых договоров в связи с утверждением структуры Администрации МО «Глазовский район» на основании решения Совета депутатов от 21.12.2018 № 236 и внесением изменений в штатное расписание Администрации МО «Глазовский район» на основании распоряжения № 3 от 09.01.2019. В этом же уведомлении ответчик просит рассмотреть представленные документы и направить свое мотивированное мнение в отношении работников, являющихся членами первичной профсоюзной организации.

Согласно отметке на заключении профсоюзной организации, ответчиком 23.01.2019 получено мотивированное мнение первичной профсоюзной организации «Глазовский район» (л.д. 53). Из письма профсоюзной организации следует, что представленный проект Распоряжения от 09.01.2019 № 3 и приложенные к нему документы, подтверждающие необходимость и законность его издания соответствует требованиям, установленным Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами, законами субъекта РФ, содержащими нормы трудового права, регулирующим принятие данного локального нормативного акта, а также не нарушает условия индивидуального трудового договора работника. Первичная профсоюзная организация соглашается с принятием решения об издании распоряжения о внесении изменений в штатное расписание и о прекращении трудового договора с работниками, в том числе с истцом, в соответствии с п. 2 статьи 81 ТК РФ.

В соответствии с частью 2 статьи 82 ТК Российской Федерации увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 373 ТК Российской Федерации при принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 ТК Российской Федерации с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения. Работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор не позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. В указанный период не засчитываются периоды временной нетрудоспособности работника, пребывания его в отпуске и другие периоды отсутствия работника, когда за ним сохраняется место работы (должность).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в случаях, когда участие выборного профсоюзного органа при рассмотрении вопросов, связанных с расторжением трудового договора по инициативе работодателя, является обязательным, работодателю надлежит, в частности, представить доказательства того, что:

при увольнении работника по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса были соблюдены сроки уведомления, установленные частью первой статьи 82 Кодекса, выборного органа первичной профсоюзной организации о предстоящем сокращении численности или штата работников организации, а также обязательная письменная форма такого уведомления (подпункт "а" пункта 24 данного Постановления);

в случае увольнения работника, являющегося членом профсоюза, по пункту 2, 3 или 5 части первой статьи 81 Кодекса проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения, направлялись в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации; работодатель провел дополнительные консультации с выборным органом первичной профсоюзной организации в тех случаях, когда выборный орган первичной профсоюзной организации выразил несогласие с предполагаемым увольнением работника; был соблюден месячный срок для расторжения трудового договора, исчисляемый со дня получения работодателем мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (статья 373 ТК Российской Федерации) (подпункт "в" пункта 24 данного Постановления).

В случае несоблюдения работодателем требований закона о предварительном (до издания приказа) получении согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа на расторжение трудового договора либо об обращении в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации за получением мотивированного мнения профсоюзного органа о возможном расторжении трудового договора с работником, когда это является обязательным, увольнение работника является незаконным и он подлежит восстановлению на работе (пункт 25 данного Постановления).

Из материалов дела следует, что истец является членом первичной профсоюзной организации МО «Глазовский район», что подтверждается профсоюзным билетом № и расчетным листком за март 2019 (удержаны профвзносы) (л.д. 201, 299) и не оспаривается ответчиком. 

Ответчик уведомил профсоюзную организацию о предстоящем увольнении истца 22.01.2019, при этом в нарушение требований ст. 373 ТК РФ проект приказа в адрес профсоюзной организации направлен не был, обратное ответчиком не доказано. Кроме того, в мотивированном мнении первичной профсоюзной организации согласовано увольнение работников по п. 2 ст. 81 Трудового кодекса, без указания части статьи 81 ТК РФ, что по мнению суда также свидетельствует о несоблюдении ответчиком порядка увольнения, так как первичной профсоюзной организацией не согласовано увольнение истца на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ. 

Часть 5 статьи 373 Трудового кодекса РФ предписывает прямой запрет работодателю на расторжение трудового договора позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации

Мнение профсоюзной организации, полученное с нарушением ст. 373 ТК РФ (в отсутствие проекта приказа об увольнении) получено ответчиком 23.01.2019, истец уволена с 29.03.2019, то есть в срок более месяца со дня получения мнения первичной профсоюзной организации. 

При таких обстоятельствах суд считает незаконным увольнение истца на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Согласно ч.1 ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Как разъяснил пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении N 2 от 17.03.2004 г "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (с последующими изменениями и дополнениями), подлежит восстановлению на прежней работе работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения.

Материалами дела подтверждается, что принимая решение об увольнении ФИО8 на основании п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ, работодатель нарушил порядок увольнения и уволил работника с нарушением процедуры увольнения, предусмотренной ч. 3 ст. 81, частью 1 ст. 180, ст. 373 ТК РФ. Такое нарушение порядка увольнения является основанием для восстановления истца в организации ответчика в прежней должности и удовлетворении исковых требований ФИО8 в указанной части. 

Решая вопрос о дате, с которой истец подлежит восстановлению на работе, суд руководствуется следующим. 

Частью 3 статьи 84.1 ТК РФ предусмотрено, что днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

По смыслу этих положений закона в их взаимосвязи в случае признания увольнения незаконным работник восстанавливается на работе с даты прекращения трудового договора, которое тем самым аннулируется, а трудовые отношения считаются продолженными.

Поскольку ФИО8 была незаконно уволена работодателем 29.09.2019 года (последний день ее работы), то она должна быть восстановлена в своих трудовых правах 30.03.2019 года, т.е. на дату, следующую за днем ее незаконного увольнения, поскольку именно с этой даты у нее образовался вынужденный прогул по вине работодателя, в течение которого она лишена была возможности исполнять свои трудовые обязанности.

Согласно ч. 2 ст. 394 ТК РФ, орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Как следует из положений п.62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, следует определять в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ.

Исходя из нормы ст. 139 ТК РФ и Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 г. N 922, а именно пункта 3, согласно которому для расчета среднего заработка не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты, не относящиеся к оплате труда и пункта 5, которым, наряду с иными, предусмотрено, что при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, при исчислении среднего заработка за время вынужденного прогула подлежат исключению из расчетного периода время нахождения истца на больничном, а также начисленные за это время суммы. Согласно пунктов 4 и 9 Положения, средний дневной заработок подлежит исчислению путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде на количество фактически отработанных в этот период дней. Средний заработок работника после этого определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (в данном случае рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Согласно справке от 07.05.2019 года № 144 (л.д. 51) среднедневная заработная плата истца за период с 01.03.2018 по 28.02.2019 составила 971,22 рубля. Истец в судебном заседании согласилась с указанным размером среднедневной заработной платы, просила взыскать заработную плату за время вынужденного прогула исходя из размера среднедневной заработной платы в размере 971,22 рубля.

Период вынужденного прогула истца составит с 30.03.2019 года по день вынесения решения суда 28.06.2019 года всего 59 рабочих дней. Указанное количество фактически отработанных дней и количество дней вынужденного прогула не оспаривалось ни истцом, ни представителем ответчика. Возражений в указанной части от участников процесса не поступило.

Таким образом, средняя заработная плата за время вынужденного прогула истца составит 57301,98 руб. (971,22 х 59 дней вынужденного прогула).

Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п. 62 постановления от 28.12.2006 N 63 "О внесении изменений и дополнений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Как следует из представленного ответчиком расчетного листа за март 2019 (л.д. 299), истцу было выплачено ответчиком выходное пособие в размере 30205,56 рублей. В судебном заседании истец подтвердила факт получения выходного пособия в указанном размере. Возражений в данной части от участников процесса не поступило.

Поскольку выплата выходного пособия направлена именно на компенсацию за счет работодателя заработка, утраченного работником в связи с увольнением, правило о зачете выходного пособия при взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула подлежит применению. Истец в судебном заседании подтвердила и не оспаривала размер суммы, полученной от работодателя в качестве выходного пособия. 

Таким образом, учитывая вышеизложенное, заработок истцу за время вынужденного прогула должен быть определен с зачетом выплаченных сумм. Расчет должен быть следующим: 57301,98. – 30205,56 руб. = 27 096,42 руб. 

Требования истца о взыскании в ее пользу с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит удовлетворению в размере 27 096,42 рублей.

В части требований о компенсации морального вреда суд приходит к следующему.

Согласно ч. 9 ст. 394 ТК РФ, в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Соглашением сторон трудового договора размер компенсации морального вреда не определен.

Суд считает, что истцу причинен моральный ущерб в связи с незаконным увольнением, поэтому с учетом доводов истца и возражений представителя ответчика, полагает, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 5 000 руб. Снижая сумму в возмещение морального вреда с требуемой 25000 руб., суд исходит из конкретных обстоятельств дела, учитывая объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу. Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу указанной нормы права суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумности понесенных расходов. При этом неразумными могут быть сочтены значительные расходы, неоправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая, что расходы ФИО8 связаны с оплатой юридических услуг, что подтверждается представленным соглашением об оказании юридических услуг от 24.04.2017 года, участие в качестве представителя истца ФИО9 в судебных заседаниях, учитывая категорию возникшего спора, его сложность, объем правовой помощи, оказанной представителем, руководствуясь принципами разумности и справедливости, приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований и взыскании с Администрации МО «

<

адрес>» в пользу ФИО8 понесенных по делу судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб. В судебном заседании представитель ответчика с размером судебных расходов согласилась, считает их размер разумным, возражала в части представленных документов. Полагала, что представленными документами не подтверждается оплата услуг представителя, так к в документах имеются неточности. В частности в квитанции ссылка на соглашение от 26.04.2019, тогда как соглашение об оказании юридических услуг датировано 24.04.2019.

Проанализировав квитанции к приходному кассовому ордеру на общую сумму 25 000 рублей от 26.04.2019, 27.05.2019 и 28.06.2019, соглашение об оказании юридических услуг от 24.04.2019, акт выполненных работ от 28.06.2019 в совокупности, суд приходит к выводу о доказанности расходов на оплату услуг представителя. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 1 163,00 рубля, поскольку истец в силу ст. 333.36 НК РФ при обращении в суд с иском освобожден от уплаты государственной пошлины.

Согласно ст. 396 ТК РФ, ст. 211 ГПК РФ решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ

решил:

Исковые требования ФИО8 к Администрации МО «Глазовский район» о признании незаконным приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать приказ № 103-лс от 26.03.2019 года о прекращении (расторжении) служебного контракта с муниципальным служащим ФИО8 незаконным.

Восстановить ФИО8 в должности начальника производственного отдела управления сельского хозяйства Администрации Муниципального образования «Глазовский район» с 30 марта 2019 года.

Взыскать с Администрации Муниципального образования «Глазовский район» в пользу ФИО8 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 27 096,42 руб. в счет компенсации морального вреда в размере 5000 руб. 00 коп., судебные расходы в размере 25 000 руб. 00 коп.

Взыскать с Администрации Муниципального образования «Глазовский район» в пользу МО «Город Глазов» государственную пошлину в размере 1 163,00 рубля. 

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия судом мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Глазовский районный суд. 

Мотивированное решение изготовлено 03.07.2019 года.

Судья И.В. Виноградова