Дело № 2-670/2025 Председательствующий Ужахов Т.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 33-2066/2025

4 декабря 2025 г.

г. Магас

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.А.,

судей Плиевой И.М. и Цурова Х.М.,

при секретаре судебного заседания Дзаитове Н.Х.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, Яндиева Муссы Лобзановича, ФИО20 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о восстановлении нарушенных пенсионных прав

по апелляционной жалобе представителя ОСФР по Волгоградской области ФИО21 на решение Карабулакского районного суда Республики Ингушетия от 15 августа 2025 г., которым исковые требования удовлетворены.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Истцы ФИО1 и другие обратились в суд с иском к ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области о признании незаконными решений ответчиков о снижении (прекращении) выплаты страховой (льготной) пенсии, обязании ответчиков возобновить выплату пенсии в прежнем размере с даты уменьшения (прекращения) и провести перерасчет пенсии с учетом всех проведенных индексаций, засчитать им периоды работы и заработную плату, которые были учтены на момент назначения пенсии.

Истцы также просили обратить решение суда к немедленному исполнению в связи с отсутствием иных средств к существованию.

В обоснование исковых требований указано, что решениями ГУ-ОПФР по Республике Ингушетия истцам была назначена пенсия по старости, которую они получали до 2022 г. Между тем выплата страховой пенсии по старости была уменьшена (прекращена) в связи с тем, что не подтверждена обоснованность выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверность содержащихся в них сведений о характере льготной работы.

Считают действия ответчиков, выразившиеся в уменьшении (прекращении) выплаты страховой пенсии, незаконными, нарушающими их права и законные интересы как пенсионеров.

Решением Карабулакского районного суда Республики Ингушетия от 15 августа 2025 г. исковые требования удовлетворены. Суд признал незаконным решения ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области о прекращении (уменьшении) выплаты страховой и досрочной пенсии, обязал ответчиков возобновить выплату страховой пенсии по старости с даты прекращении (уменьшения) в прежнем размере и произвести перерасчет пенсии, с учетом произведенных индексаций, обязал засчитать периоды работы и заработную плату, решение суда обратил к немедленному исполнению.

В апелляционной жалобе представитель ОСФР по Волгоградской области ФИО22 ставит вопрос об отмене судебного решения в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Истцы, представитель ОСФР по Волгоградской области, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение представителя ОСФР по Республике Ингушетия ФИО23, поддержавшего доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, решениями Центра по назначению, перерасчету и выплате пенсий Пенсионного фонда Российской Федерации в Республике Ингушетия истцам была назначена пенсия:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 12 мая 2006 г. досрочная пенсия по старости, как женщине, родившей пять и более детей и воспитавшей их до достижения ими возраста 8 лет;

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 16 апреля 2017 г. досрочная пенсия по старости, как матери инвалида с детства, воспитавшей его до возраста 8 лет;

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 1 апреля 2005 г. страховая пенсия по старости;

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 7 августа 2014 г. страховая пенсия по инвалидности;

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 1 января 2010 г. страховая пенсия по старости, как женщине, родившей пять и более детей и воспитавшей их до достижения ими возраста 8 лет;

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 9 октября 2009 г. страховая пенсия по инвалидности;

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 26 декабря 2003 г. страховая пенсия по инвалидности, с 19 марта 2014 г. осуществлен беззаявительный перевод на страховую пенсию по старости;

ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 17 февраля 2003 г. досрочная страховая пенсия по старости, как женщине, родившей пять и более детей и воспитавшей их до достижения ими возраста 8 лет;

ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 1 ноября 2017 г. страховая пенсия по старости;

ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 15 мая 2006 г. страховая пенсия по старости;

ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р., страховая пенсия по инвалидности, с 1 апреля 2014 г. осуществлен переход на страховая пенсия по старости;

ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 29 мая 2012 г. страховая пенсия по старости;

ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 1 ноября 2014 г. страховая пенсия по старости;

ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 15 июля 1996 г. страховая пенсия по старости;

ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 8 июня 2005 г. страховая пенсия по инвалидности, в последующем осуществлен переход на страховую пенсию по старости;

ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 7 февраля 2011 г. досрочная страховая пенсия по старости, как лицу, не менее 25 лет осуществлявшему педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста;

ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 23 апреля 2004 г. пенсия по инвалидности;

ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 3 августа 1998 г. пенсия по инвалидности, с 10 декабря 2011 г. осуществлен беззаявительный переход на страховую пенсию по старости;

ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 5 апреля 2012 г. страховая пенсия по старости;

ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 4 декабря 2014 г. досрочная страховая пенсия по старости;

ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с 22 октября 2010 г. досрочная страховая пенсия по старости, как женщине, родившей пять и более детей и воспитавшей их до достижения ими возраста 8 лет.

Решениями ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области уменьшен размер страховой пенсии по старости истцам ФИО4 с 1 сентября 2024 г., ФИО3 с 1 января 2023 г., ФИО7, ФИО11 с 1 декабря 2022 г., ФИО6, ФИО20 с 1 июня 2025 г., ФИО9, ФИО12 с 1 мая 2025 г., ФИО14 с 1 января 2023 г., ФИО17 с 1 апреля 2025 г., ФИО10 с 1 января 2025 г., ФИО13 с 1 января 2023 г., ФИО18 с 1 января 2023 г.

Из ответов ОСФР по Республике Ингушетия на обращения истцов усматривается, что пенсионная выплата была пересчитана в сторону уменьшения до выяснения обстоятельств в связи с завышенной заработной платой, из которой был исчислен размер пенсии.

Решениями ОСФР по Волгоградской области и ОСФР по Республике Ингушетия прекращена выплата пенсии ФИО2 с 1 сентября 2024 г., ФИО25 с 1 марта 2025 г., ФИО8, ФИО19, ФИО24 с 1 июня 2025 г., ФИО15, ФИО1 с 1 апреля 2025 г., ФИО16 с 1 мая 2025 г.

С целью проверки оснований уменьшения и прекращения выплаты пенсии судебной коллегией были исследованы пенсионные дела истцов.

Суд первой инстанции, разрешая спор удовлетворяя исковые требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда РФ, содержащимися в постановлениях от 14 января 2016 г. №1-П, от 29 января 2004 г. №2-П, исходил из возраста истцов, длительного периода получения пенсии, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии и прекращению выплаты пенсии истцам.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии определены ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ.

Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Размер страховой пенсии по старости и инвалидности определяется по формулам, приведенным в ч.1 и ч.2 ст.15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ.

Согласно ч. 1 ст. 30 указанного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим лицам:

мужчинам по достижении возраста 50 лет и женщинам по достижении возраста 45 лет, если они проработали соответственно не менее 10 лет и 7 лет 6 месяцев на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и имеют страховой стаж соответственно не менее 20 лет и 15 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного выше срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждый полный год такой работы - мужчинам и женщинам (п.1);

мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам (п.2);

лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в организациях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи (п.19).

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (ч.2 ст.30).

В соответствии п.1 ч.1 ст.32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам, родившим пять и более детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Частью 3 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ предусмотрено, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 25 данного Федерального закона предусмотрено, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с п. 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий (утв. постановлением Правительства РФ от 02.10.2014 № 1015) документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Согласно ст. 13 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст. ст. 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами либо могут устанавливаться на основании показаний двух или более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и т.д.) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух или более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного хранения, умышленного уничтожения и т.д.) не по вине работника.

Из трудовой книжки серии АТ-II № 8559243 ФИО24 (дата заполнения 5 января 1978 г.) следует, что он с 5 января 1978 г. по 20 апреля 1978 г. работал в качестве ученика нагревальщика металла, с 29 апреля 1980 г. по 17 сентября 1996 г. – в качестве нагревальщика металлов на машиностроительном заводе «Красный молот», с 19 сентября 1996 г. по 30 ноября 2000 г.– зам.директора по хозчасти.

Из военного билета серии НД № 4733745 следует, что истец с 23 апреля 1978 г. по 23 апреля 1980 г. проходил службу в армии.

Согласно справке от 21 апреля 1998 г. № 37, уточняющей особый характер работы, истец работал на заводе «Красный молот» полный рабочий день в должности нагревальщика металла с 29 апреля 1980 г. по 17 сентября 1996 г.

Основанием выдачи справки являются книга приказов, лицевые счета.

Данная профессия указана в Списке № 1, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XI. Металлообработка, 2. Кузнечно-прессовое производство, п. «а» Рабочие, позиция 1110200а-14854 - нагревальщики (сварщики) металла.

Согласно заключению пенсионного органа от 5 декабря 2014 г. № 254 льготный стаж ФИО24 составляет 16 лет 4 месяца 19 дней.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 21 апреля 1998 г. № 56 за период работы с 1984 г. по 1984 г.

Из трудовой книжки серии АТ-IV№ 6059268 ФИО26 с датой заполнения от 11 июля 1985 г. следует, что с 6 августа 1979 г. по 11 июля 1985 г. она работала в качестве штукатура-маляра, с 15 июля 1985 г. по 23 сентября 1991 г. в Городской больнице № 6 г. Грозного в качестве бухгалтера, с 25 сентября 1991 г. по 20 июля 1998 г. – в качестве бухгалтера, с 23 июля 1998 г. в Ингушской республиканской больнице в качестве бухгалтера.

Истец является матерью инвалида ФИО27,ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно справке о составе семьи с места жительства, истец воспитала ребенка-инвалида до 8 лет.

В материалах пенсионного дела имеются медицинские заключения на ребенка-инвалида ФИО27

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 28 августа 1985 г. № 33 за период с 1980 г. по 1984 г.

Из трудовой книжки серии АТ-III № 3011646 ФИО19 (дата заполнения 30 апреля 1980 г.) следует, что с 20 августа 1978 г. по 30 апреля 1980 г., с 14 июня 1982 г. по 13 марта 1992 г. работал в качестве ученика литейщика металлов и литейщика металлов на Грозненском заводе «Красный молот», с 16 марта 1992 г. по 30 ноября 2000 г. работал в качестве оператора по укладе трубопровода, бригадира бригады трубоукладчиков трассы с доплатой за полевые условия.

С 30 апреля 1980 г. по 16 мая 1982 г. ФИО19 проходил службу в армии, что подтверждается военным билетом серии НД № 5956087.

Согласно справке от 13 октября 1994 г. № 125, уточняющей особый характер работы, истец работал на заводе «Красный молот» полный рабочий день в должности литейщика металлов и сплавов в литейном производстве с 20 августа 1978 г. по 30 апреля 1980 г., с 14 июня 1982 г. по 13 марта 1992 г.

Основанием выдачи справки являются книга приказов, лицевые счета, личная карточка формы Т-2.

Данная профессия указана в Списке № 1, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10, в разделе XI. Металлообработка, 1. Литейное производство, п. «а» Рабочие, позиция 1110100а- 13392 – литейщики металлов и сплавов.

Согласно заключению пенсионного органа от 9 апреля 2012 г. № 56 льготный стаж ФИО19 составляет 11 лет 2 месяца.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 1 декабря 2020 г. № 83-«Б» за период с 1993 г. по 1998 г.

В связи с изъятием правоохранительными органами пенсионного дела ФИО5 в восстановленном деле отсутствуют трудовая книжка, соответствующие справки, заключения и справка о заработной плате.

Однако в восстановленном пенсионном деле имеются данные о результатах расчета заработка за периоды 1985-1990 гг., а также данные о стаже за периоды работы с апреля 1975 г. по 8 декабря 1992 г., со 2 февраля 1995 г. по 1 ноября 1996 г., с 1 сентября 2000 г. по 31 декабря 2006 г.

Из трудовой книжки серии АТ-IV № 7340167 ФИО1 (дата заполнения 9 января 1982 г.) следует, что с 9 января 1982 г. по 25 декабря 1996 г. она работала в качестве штукатура в МСО «Малгобекское», с 20 февраля 1997 г. по 18 июля 2001 г. – в качестве маляра в ЗАО «Домостроительный комбинат».

ФИО1 родила и воспитала шестерых детей.

Из трудовой книжки серии АТ-IV№ 3704666 ФИО16 с датой заполнения 25 декабря 1985 г. следует, что он с 25 декабря 1985 г. по 15 августа 1991 г. работал в качестве учителя физкультуры в средней школе № 48 Ленинского района г. Грозный, с 15 августа 1991 г. по 30 января 1991 г. – в качестве учителя физкультуры, с 1 февраля 1996 г. – в качестве военрука в Насыр-Кортской СШ № 2.

Согласно военному билету серии НД № 7125281 ФИО16 с 10 ноября 1983 г. по 24 декабря 1985 г. проходил службу в армии.

Согласно справке от 30 января 2021 г. № 67, уточняющей особый характер работы, истец работал в МОУ «СОШ № 11 г. Назрань Республики Ингушетия» в должности военрука с 1 февраля 1996 г. по настоящее время, с 1 сентября 2000 г. на 1 ставку – 18 часов по тарификации.

Из заключения пенсионного органа от 9 марта 2011 г. № 32 следует, что льготный стаж истца составляет 25 лет.

В связи с изъятием правоохранительными органами пенсионного дела ФИО15 в восстановленном деле отсутствуют трудовая книжка, соответствующие справки, заключения и справка о заработной плате.

Однако в восстановленном пенсионном деле имеются данные о результатах расчета заработка за период с 1993 г. по 1998 г., данные о стаже с 1974 г. по июль 1998 г., с 1999 г. по 27 декабря 2001 г.

Из дубликата трудовой книжки серии АТ-IX № 4994664 ФИО8 (дата заполнения 27 января 1978 г.) следует, что с 20 января 1969 г. по 31 мая 1975 г. она работала в качестве технички служебных помещений, с 1 июня 1975 г. по 15 декабря 1977 г. – в качестве мойщицы, с 1 февраля 1978 г. по 1 июня 1986 г. – в качестве разнорабочей на Грозненском ацетоновом заводе, с 1 сентября 1986 г. по 1 августа 1995 г. – в качестве сторожа в ОВД при Назрановском РОВД.

ФИО8 родила и воспитала пятерых детей.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 7 марта 2003 г. за периоды с 1990 г по 1995 г

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку стороной ответчиков не представлены доказательства недостоверности представленных данными истцами документов, что могло бы повлечь в силу ст.25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ прекращение выплаты досрочной страховой пенсии по старости.

Между тем при приеме документов ответчик проверял правильность оформления заявления о назначении пенсии и соответствие изложенных в нем сведений и документов.

При этом добросовестность действий истца и работодателя, выдавшего документы, подтверждающие сведения о трудовой деятельности и заработной плате, презюмируется в силу закона, в связи с чем на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие представление истцами при назначении пенсии недостоверных сведений.

Отсутствие в восстановленных выплатных делах представленных истцами при назначении страховых пенсий документов не должно повлечь для истцов наступление неблагоприятных последствий в виде прекращения выплаты пенсии, которую они получали в течении длительного времени.

При этом указанные в решениях о прекращении пенсий недостатки, в силу которых имеющиеся в пенсионных делах документы не принимаются для оценки пенсионных прав, имели место при принятии решений о назначении пенсий, документы, подтверждающие страховой стаж, льготный трудовой стаж, сведения о заработной плате были проверены и приняты во внимание при назначении пенсий.

Кроме того, истцы не несут ответственность за правильность оформления работодателем правоустанавливающих документов.

В соответствии со ст.8 и ст. 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. №27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» сведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении работника обязан предоставлять работодатель – плательщик страховых взносов.

Уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя как субъекта отношений по обязательному социальному страхованию (ст.ст. 1 и 22 ТК РФ, п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии»). Невыполнение этой обязанности не может служить основанием для того, чтобы не включить периоды работы, за которые не были уплачены полностью или в части страховые взносы, в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию.

Согласно ч.1 ст.14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами.

Между тем ответчиками не представлены доказательства выполнения ими положений п.8 Порядка осуществления корректировки сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, утвержденного постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 15 октября 2019 г. №519 п., путем направления запросов в государственные органы, органы местного самоуправления и подведомственные им организации, располагающие документами (сведениями), указанными в п.4 данного Порядка.

В соответствии с ч. 4 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 5 постановления от 14 января 2016 г. N 1-П указал, что совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства.

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П).

Из приведённых норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Согласно п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2023 г.) выявление пенсионным органом допущенной ошибки в расчете выслуги лет (стажа службы) при назначении гражданину пенсионного обеспечения - в отсутствие с его стороны каких-либо виновных действий - не может являться самостоятельным основанием для перерасчета пенсионным органом гражданину размера пенсии в сторону уменьшения без учета иных значимых обстоятельств (срок, прошедший с момента признания со стороны пенсионного органа права на пенсию в соответствующем размере, возможность возвращения гражданина на службу для приобретения права на пенсионное обеспечение в установленном до выявления ошибки размере и другие).

Из трудовой книжки серии АТ-IX № 5593197 ФИО17 следует, что в период с 23 мая 1989 г. по 30 декабря 1994 г. она работала в качестве доярки, с 10 января 1995 г. по 30 декабря 2002 г. – в качестве штукатура-маляра.

Согласно справке от 3 июня 1999 г. № 18 она работала на Черменском консервном заводе в качестве разнорабочей с 9 января 1984 г. по 20 апреля 1989 г.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 3 июня 1999 г. № 19 за период работы с 1984 г. по 1988 г.

Из трудовой книжки серии АТ-II№ 8663172 ФИО18 (дата заполнения 13 марта 1990 г.) следует, что с 10 марта 1980 г. по 3 ноября 1980 г. она работала в качестве подсобного рабочего ПМК-155 «ЧИУС», с 14 мая 1981 г. по 10 августа 1981 г. – в качестве рабочего, с 1 декабря 1981 г. по 1 января 1982 г. – в качестве рабочего на сенную работу, с 11 ноября 1982 г. по 25 апреля 1983 г., с 10 июня 1983 г. по 10 июля 1984 г., с 13 августа 1984 г. по 31 декабря 1984 г., с 2 ноября 1985 г. по16 октября 1985 г. - в качестве каменщика, с 15 ноября 1988 г. по 8 февраля 1993 г. – в качестве сестры-хозяйки в родильном отделении.

В материалах дела имеется справка о заработной плате за период с января 1991 г. по январь 1993 г.

Из трудовой книжки серии АТ-V № 9312300 ФИО4 (дата заполнения 13 сентября 1984 г.) следует, что она с 9 июля 1984 г. по 4 ноября 1986 г. работала в качестве секретаря-машинистки с возложением обязанностей делопроизводства, с 5 ноября 1986 г. по 11 апреля 1991 г. - в качестве старшего специалиста в отделе делопроизводства, с 12 апреля 19991 г. по 30 августа 2001 г. – в качестве зав.отделом делопроизводства с доплатой за совмещение.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 30 августа 2001 г. №69-«б» за период с 1985 г. по 1989 г.

В связи с изъятием правоохранительными органами пенсионного дела ФИО3 в восстановленном деле отсутствуют трудовая книжка, соответствующие справки, заключения и справка о заработной плате.

Однако в восстановленном пенсионном деле имеются данные о результатах расчета заработка с 1986 г. по 1990 г.

Из трудовой книжки ФИО14 (дата заполнения 31 октября 1972 г.) следует, что она с 1 июня 1970 г. по 25 апреля 1972 г. работала в качестве библиотекаря в СШ № 3, с 1 декабря 1972 г. 16 января 1974 г. – в качестве младшего продавца в магазине, с 17 января 1974 г. по 31 декабря 1987 г. – в качестве кассира, кассира-эксперта в Малгобекского отделении Госбанка, с 1 января 1988 г по 15 октября 1990 г. – в качестве кассира-эксперта Чечено-Ингушского республиканского управления агрокомбината, с 16 октября 1990 г. по 5 сентября 1995 г. – в качестве кассира-эксперта.

ФИО14 родила и воспитала четверых детей.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 3 июня 1996 г. за период с 1993 г. по 1995 г.

Из трудовой книжки серии АТ-VI № 8203249 ФИО6 (дата заполнения 10 февраля 2009 г.) следует, что она с 10 февраля 2009 г. по 1 декабря 2010 г. работала в качестве экономиста, с 8 августа 2011 г. по настоящее время работает в качестве младшего бухгалтера.

Из трудовой книжки серии ЕТ-I № 0477027 ФИО20 (дата заполнения 21 мая 1974 г.) следует, что с 21 мая 1974 г. по 25 декабря 1977 г. она работала в качестве повара, с 20 марта 1978 г. по 14 декабря 1979 г. – в качестве рабочей, с 15 февраля 1980 г. по 25 октября 1988 г. – в качестве рабочей стройучастка, с 7 ноября 1988 г. по 21 июля 1999 г. – в качестве штукатура-маляра.

ФИО20 родила и воспитала шестерых детей.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 8 сентября 1999 г. за период с 1994 г. по 1998 г.

Из трудовой книжки серии АТ-III№ 9481088 Мадаевой (Албастовой ) М.А. (дата заполнения 20 апреля 1983 г.) следует, что с 12 апреля 1986 г. по 25 мая 1989 г. она работала в качестве кассира, с 18 марта 1991 г. по 15 ноября 1991 г. – в качестве рабочей, с 26 марта 1983 г. по 1 августа 1983 г. –в качестве рабочей, с 8 апреля 1985 г. по 1 апреля 1986 г. – в качестве кассира централизованной бухгалтерии РОНО на период отсутствия кассира.

В материалах дела имеется расчет заработка за период с 1980 г. по 1984 г.

Из трудовой книжки серии АТ-V № 7636122 ФИО12 (дата заполнения 18 октября 1990 г.) следует, что с 18 октября 1990 г. по 21 сентября 1999 г. – в качестве кастелянши в Грозненском трамвайно-троллейбусном управлении.

Согласно справке от 21 января 1991 г. № 11 ФИО29 работала в качестве швеи-мотористки с 25 августа 1972 г. по 11 октября 1990 г.

В материалах дела имеется справка о заработной плате от 17 марта 1992 г. № 24 за период с 1985 г. по 1989 г.

ФИО11 при назначении пенсии были представлены справка №137 от 20 октября 2000 г., согласно которой истец работала в совхозе «Маяк», в АОЗТ «Сурхахинское» в качестве кухонной рабочей с 10 августа 1976 г. по 20 октября 2000 г.

Из трудовой книжки ФИО30, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, следует, что с 22 марта 1976 г. по 1 февраля 1978 г. работала в качестве штукатура-маляра, с 1 февраля 1978 г. по 24 мая 1984 г. работала в качестве штукатура-маляра, с 26 июля 1981 г. по 29 января 2001 г. – в качестве штукатура.

ФИО9 родила и воспитала шестерых детей.

Отсутствие представленной истцом справки о заработной плате за период с января 1985 г. по декабрь 1985 г. не может служить основанием для снижения размера пенсии, поскольку ответственность за сохранность документов несет пенсионный орган.

В восстановленном выплатном деле истца ФИО31 имеется копия трудовой книжки серии АТ-I № 6934758 истца (дата заполнения 13 октября 1975 г.), из которой усматривается, что с 6 октября 1975 г. по 27 января 1996 г. она работала в швейном цехе в качестве ученицы швеи, с 28 января 1976 г. по 15 декабря 1976 г. – в качестве лекальщицы, с 16 декабря 1976 г. по 13 сентября 1978 г. – в качестве мерельщицы полотна, с 20 ноября 1978 г. по 1 октября 1998 г. – в качестве кладчицы, с 10 декабря 2000 г. по 8 октября 2002 г. – в качестве технички.

Из данных о результатах расчета заработка следует, что при определении размера пенсии была принята во внимание заработная плата за период с 1975 г. по 1980 г.

Из трудовой книжки серии АТ-I № 9048085 ФИО7, 10 ноября 1981 года заполнения, следует, что истец с 7 декабря 1986 г. по 29 июня 1987 г. – в качестве ученицы швеи-мотористки в Кантышевском швейном цехе, с 5 июля 1987 г. по 29 декабря 1998 г. – в качестве разнорабочей.

В материалах дела имеется справка о заработной плате за период с 1988 г. по 1992 г.

ФИО7 родила и воспитала пятерых детей.

Таким образом, при установленных судом юридически значимых обстоятельствах дела и с учетом приведенных норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований в части восстановления пенсионных прав в результате необоснованного снижения пенсии.

Довод апелляционной жалобы о том, что среднемесячный заработок истцов значительно превышает среднемесячный заработок в целом по стране в спорный период времени, не подтверждается соответствующими доказательствами и не предусмотрен действующим пенсионным законодательством в качестве основания, позволяющего снизить размер пенсионной выплаты.

Другой довод жалобы о том, что представленные истцами документы, подтверждающие трудовой стаж и сведения о заработной плате, имеют недостатки, в связи с чем не могут быть приняты в качестве правоустанавливающих документов, а у части истцов отсутствуют документы, подтверждающий страховой стаж и заработную плату, судебная коллегия отклоняет, поскольку указанные недостатки имели место при назначении и перерасчете пенсий, ответственность за сохранность представленных истцами документов при назначении пенсии и внесение всех документов в электронную базу данных несет пенсионный орган, в связи с чем указанные обстоятельства не могут повлечь уменьшение размера пенсий.

Между тем добросовестность действий истцов презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцами недостоверных сведений о заработной плате при назначении пенсии.

Однако такие доказательства ответчиками суду не представлены, как не представлены результаты проверки сведений о заработной плате по справкам.

Поскольку решения пенсионного органа о назначении истцам пенсий по предусмотренным пенсионным законодательством основаниям не отменены, суд обоснованно возложил на ответчиков обязанность засчитать периоды работы и заработную плату, учтенные при назначении пенсии.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд, применяя ст. 212 ГПК РФ о немедленном исполнении решения суда, нарушил нормы гражданско-процессуального законодательства, поскольку истцами не были представлены документы, подтверждающие их тяжелое материальное положение, является несостоятельным. Необоснованное уменьшение получаемой истцами пенсии, ее прекращение (снижение) с учетом их возраста и невозможности возвращения к трудовой деятельности для приобретения права на пенсионное обеспечение фактически лишило их надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для истцов единственным источником существования, доказательств обратного материалы дела не содержат.

В связи с изложенным судебная коллегия находит решение суда законным и обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Карабулакского районного суда Республики Ингушетия от 15 августа 2025 г., которым удовлетворено исковое заявление ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, Яндиева Муссы Лобзановича, ФИО20 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о восстановлении нарушенных пенсионных прав, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ОСФР по Волгоградской области – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 18 декабря 2025 г.

Председательствующий

Судьи