Дело № 2-647/2019

УИД - 24RS0032-01-2018-004836-11

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Красноярск 13 ноября 2019 года

Ленинский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи С.С. Сакович,

при секретаре Страхове С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ответчику ФИО2, мотивируя свои требования тем, что 01.03.2018 г. между ней и ответчиком заключен договор аренды транспортного средства без экипажа, по которому ответчику в пользование передано принадлежащее истцу на праве собственности транспортное средство KIA BONGO 3, государственный регистрационный знак № в срок до 01.03.2019 г. Согласно условиям заключенного договора транспортное средство оценено в 500000 рублей. 27.07.2018 г. ответчик, управляя указанным транспортным средством, допустил столкновение с бетонным ограждением, в результате чего автомобиль получил повреждения. Стоимость восстановительного ремонта транспортного средства, согласно заключению специалиста ООО «Бюро оценки», составляет 226650 рублей, которую истец ФИО1, приводя правовые основания исковых требований, просит взыскать с ответчика ФИО2 в свою пользу, а также возместить судебные расходы на проведение экспертизы в размере 5 000 рублей.

ФИО2 обратился в суд со встречными требованиями к ФИО1, мотивируя свои требования тем, что 03.05.2017 г. между ним и ФИО3 заключен трудовой договор, по которому он принят водителем экспедитором в торговый отдел, и для исполнения трудовых обязанностей ему предоставлен автомобиль KIA BONGO 3, государственный регистрационный знак №. 27.07.2018 г., находясь при исполнении трудовых обязанностей по перевозке товара, ФИО2 совершил столкновение с бетонным ограждением, в результате которого поврежден автомобиль и им получены телесные повреждения. 01.08.2018г. ФИО3 сообщил о необходимости подписать договор аренды транспортного средства с ФИО1, с проставлением на нем даты 01.03.2018 г., сославшись на то, что это для сотрудников ГИБДД, чтобы у него не возникло проблем. Учитывая, что воля сторон при подписании 01.08.2018 г. договора аренды, датированного 01.03.2018 г., не была направлена на создание тех гражданско-правовых последствий, которые наступают в ходе ее исполнения, истец ФИО2 просит признать данный договор аренды недействительным.

Истец-ответчик по встречному иску ФИО1 в судебном заседании исковые требования о возмещении ущерба, причиненного в результате использования ответчиком транспортного средства, поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске, встречный иск не признала. Суду показала, что состоит в трудовых отношениях с ИП ФИО3 работает в должности бухгалтера, где также водителем – экспедитором работал ответчик ФИО2 На праве собственности ей принадлежит автомобиль KIA BONGO 3, государственный регистрационный знак №, а также иные транспортные средства, используемые работниками ИП ФИО3 для исполнения трудовых обязанностей – перевозки товаров. 01.03.2018 г. на ее предложение ФИО2 об аренде транспортного средства, последний ответил согласием, подписав Договор аренды транспортного средства без экипажа. По данному договору ФИО2 во временное пользование передан автомобиль KIA BONGO 3, государственный регистрационный знак № на срок до 01.03.2019 г. для осуществления трудовой функции у ИП ФИО3 Отметила, что в период действия договора аренды указанным транспортным средством пользовались и иные водители, трудоустроенные у ИП ФИО3, кроме того с ФИО2 были заключены аналогичные договора аренды и на другие автомобили, непосредственно им используемые для перевозки по заданию работодателя. В результате ДТП, произошедшего 27.07.2018 г. по вине ответчика ФИО2, автомобилю причинены механические повреждения, а ей как собственнику ущерб, который подлежит взысканию с ответчика в полном объеме. Полагала, что оснований для признания договора аренды недействительным не имеется, поскольку он заключен добровольно и исполнен реально.

Представитель истца-ответчика по встречному иску ФИО4 в судебном заседании первоначальные исковые требования поддержал, просил удовлетворить, указывая на правовую природу заключенного между сторонами договора аренды транспортного средства, отсутствие взаимосвязи между заключенным ФИО2 договором аренды транспортного средства и его трудоустройством у ИП ФИО3 и необходимостью возмещения ущерба, причиненного арендатором. Полагал, что встречные требования удовлетворению не подлежат, поскольку сторонами договора аренды достигнуто соглашение по его существенным условиям, договор исполнен, оснований для признания его недействительным не имеется. 

Ответчик-истец по встречному иску ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения первоначальных исковых требований, настаивая на удовлетворении встречных исковых требований, указывая, что договор аренды транспортного средства был подписан 01.08.2018 после того, как произошло дорожно – транспортное происшествие с его участием. Суду показал, что работал у ИП ФИО3 водителем экспедитором, осуществлял поставку/перевозку товара в торговые точки сбыта. Для осуществления трудовых функций, наряду с остальными водителями-экспедиторами, был снабжен работодателем транспортными средствами, в том числе и автомобилем KIA BONGO 3, государственный регистрационный знак №. 27.07.2018 г., управляя указанным транспортным средством, следовал по заданию работодателя в Р.Хакасия, где в результате неисправности колес транспортного средства, произошло столкновение с бетонным ограждением, автомобиль получил механические повреждения. После чего ИП ФИО3 совместно с гражданской супругой ФИО1 предложили ему подписать договор аренды транспортного средства, датировав его 01.03.2018 г., мотивируя тем, что это необходимо для ГИБДД, на что он согласился, подписав договор аренды на указанный автомобиль, а также на два других автомобиля, которые он использовал для исполнения трудовых обязанностей. Поскольку подписанный договор аренды совершен для вида, с целью освобождения работодателя от возмещения ущерба, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей, он подлежит признанию недействительным.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и места рассмотрения дела был извещен своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса на основании ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав, проверив и оценив письменные доказательства, суд считает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 надлежит отказать, а встречные исковые требования ФИО2 являются обоснованными и подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как следует из материалов гражданского дела и установлено судом, ФИО1 в период с 24.11.2011 г. до 02.04.2019 г. являлась собственником транспортного средства KIA BONGO 3, гос. номер №, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства серии № от 31.08.2017, паспортом транспортного средства серии №, ответом на запрос из МРЭО ГИБДД.

Из представленных документов следует, что 27.07.2018 ФИО2, управляя автомобилем KIA BONGO 3, гос. номер №, двигаясь в сторону 

<

адрес>., не справился с управлением, допустил столкновение с бетонным ограждением.

С целью установления стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства истец обратилась в ООО «Бюро оценки», согласно заключению эксперта № от 25.09.2018 рыночная стоимость автомобиля KIA BONGO 3, гос.номер № без учета износа заменяемых деталей на дату оценки составляет 440713 рублей, с учетом износа 226650 рублей.

В силу статьи 1068 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным данной главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником или иным владельцем этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Как следует из фактических обстоятельств, установленных судом при рассмотрении гражданского дела 03.05.2017 г. ФИО2 принят на должность водителя – экспедитора к ИП ФИО3, между сторонами заключен трудовой договор, что подтверждается представленной суду копией трудовой книжки, копией трудового договора. 

Из представленной суду должностной инструкцией водителя-экспедитора № от 03.05.2017 г., разработанной и утвержденной на основании трудового договора с водителем-экспедитором ФИО2, под термином «водитель-экспедитор» имеется ввиду непосредственный штатный водитель фирмы или другой сотрудник, эксплуатирующий в служебных целях на постоянной или временной основе автомобиль фирмы, или автомобиль, находящийся в распоряжении фирмы /п.1.2/; водитель-экспедитор оказывает транспортные услуги необходимые для производственных и коммерческих целей фирмы в течение всего рабочего дня /п. 1.6/. 

27.07.2018 г., находясь при исполнении трудовых обязанностей, следуя по заданию работодателя в Р.Хакасия и на юг Красноярского края, на основании маршрутных листов, на предоставленном ему работодателем автомобиле, ФИО2, не справившись с управлением, допустил столкновение с бетонным ограждением, в результате чего транспортному средству KIA BONGO 3, гос.номер № причинены механические повреждения, а собственнику транспортного средства ФИО1 материальный ущерб. 

Из последовательных пояснений ответчика-истца по встречному иску в судебном заседании, анализа представленных суду письменных доказательств, подтверждающих наличие между ФИО2 и ИП ФИО3 трудовых отношений, следует признать установленным, с учетом положений ст. 67 ГПК РФ, что ФИО2 в момент дорожно – транспортного происшествия состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО3, исполнял по поручению последнего обязанности водителя - экспедитора, действовал по его заданию и под его контролем.

Транспортное средство KIA BONGO 3, гос.номер №, принадлежащее на праве собственности ФИО1, передано последней ИП ФИО3 в фактическое пользование и распоряжение, а впоследствии предоставлено ФИО2 именно работодателем ИП ФИО3 для исполнения трудовых обязанностей. 

В связи с вышеизложенным, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 денежных средств в счет возмещения причиненного материального ущерба в размере 226650 рублей и сопутствующих убытков не имеется, поскольку за ущерб, причиненный работником, ответственность возлагается на работодателя. 

Разрешая встречные требования ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства недействительным, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Исходя из положений пунктов 1, 3 статьи 154 ГК РФ, сделки могут быть двух - или многосторонними ( договоры ) и односторонними. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Из положений ст. 642 ГК РФ следует, что по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

01.03.2018 между ФИО1 (Арендодатель) и ФИО2 (Арендатор) подписан договор аренды транспортного средства без экипажа, по условиям которого арендодатель передает по временное владение и пользование арендатору легковой автомобиль марки KIA BONGO 3, гос. номер №, идентификационный номер (VIN) №, год выпуска 2007, шасси (рама) №№, кузов (отсутствует), паспорт транспортного средства серия №, без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Согласно п.п. 1.3, 1.4 договора автомобиль передается укомплектованным в соответствии с требованиями технической эксплуатации и Правил дорожного движения, автомобиль передается в месте подписания договора по адресу: 

<

адрес>.

Разделом 4 договора установлено, что арендная плата по настоящему договору составляет 10 000 рублей (без НДС) и выплачивается арендатором единовременно не позднее 10 дней до окончания срока действия настоящего договора путем перечисления денежных средств на счет арендодателя. Датой уплаты арендной платы по настоящему договору считается дата зачисления денежных средств на счет арендодателя.

Договор подписан на срок с 01.03.2018 по 01.03.2019 (п. 5.1).

Согласно ст. 645 ГК РФ арендатор своими силами осуществляет управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую.

Как следует из статьи 646 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией.

Из содержания данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор аренды транспортного средства без экипажа заключается для передачи транспортного средства арендатору за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации. Следовательно, целью договора аренды транспортного средства без экипажа является не выполнение работы на транспортном средстве, а его передача во временное владение и пользование арендатору за плату.

Между тем, как следует из объяснений ответчика-истца по встречному исковому заявлению ФИО2, договор аренды фактически подписан сторонами 01.08.2018 г., поводом к его заключению явилось ДТП, произошедшее 27.07.2018 г. при использовании им данного транспортного средства, при исполнении трудовых обязанностей, оплата по договору аренды транспортного средства без экипажа от 01.03.2018 им не осуществлялась, ремонт транспортного средства, равно как и несение расходов на его содержание, страхование и эксплуатацию им не производились. 

Данная позиция истца по встречному иску ФИО2 нашла подтверждение в ходе рассмотрения дела.

Так в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ИП ФИО3, с должности бухгалтера, что последней в ходе рассмотрения дела не отрицалось.

ФИО1 не смогла суду пояснить, где и при каких обстоятельствах был заключен оспариваемый договор, при этом последняя подтвердила, что транспортным средством в период, указанный в договоре, пользовались помимо ФИО2 и другие водители, в том числе и сам работодатель ФИО3 Автомобиль всеми водителями использовался для исполнения трудовых обязанностей. 

Обязательное страхование ответственности владельца транспортного средства осуществляла ФИО1, в то время, как условиями договора аренды эта обязанность возложена на арендатора. Согласно страховому полису № от 02.07.2018 г., выданному САО «Надежда», страхователем по которому является ФИО1, в число лиц, допущенных к управлению транспортным средством помимо ФИО2, включены ФИО3, ФИО5, ФИО6

Согласно ответу на судебный запрос из полка ДПС ГИБДД МУ МВД России «Красноярское» за период с 2017 по 2019 к административной ответственности по главе 12 КоАП РФ, при управлении автомобилем KIA BONGO 3, гос. номер № помимо ФИО2 также привлекались ФИО7, ФИО1, ФИО8, что подтверждается распечаткой списка правонарушений, направленных в адрес суда.

Кроме того, как описано выше, ФИО2 в период действия оспариваемого договора аренды перевозку грузов выполнял по заданию ИП ФИО3, с которым состоял в трудовых отношениях с 03.05.2017 г., и для исполнения трудовых обязанностей ему работодателем, наряду с другими трудоустроенными водителями, предоставлялись автомобили KIA BONGO 3, гос. номер №; MAZDA BONGO, гос.номер №; KIA BONGO 3, гос. номер №. За выполнение работы получал от работодателя заработную плату.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; выполнение работы лично работником и исключительно или главным образом в интересах работодателя; выполняется с графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается с работодателем; выполнение работы имеет определенную продолжительность; требует присутствия работника; предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов).

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что вышеперечисленные транспортные средства, принадлежащие ФИО1 на праве собственности, были ею переданы в безвозмездное пользование и распоряжение ИП ФИО3, с которым как указал истец-ответчик по встречному иску их связывают помимо трудовых, фактические брачные отношения. ИП ФИО3, используя находящиеся в его распоряжении транспортные средства, предоставил их, в том числе и автомобиль KIA BONGO 3, гос. номер №, работнику ФИО2 для исполнения трудовых обязанностей. 

В ходе рассмотрения дела судом удовлетворено ходатайство о проведении судебной экспертизы на предмет установления срока давности подписи в договоре аренды транспортного средства от 01.03.2018.

Согласно экспертному заключению №), выполненному ФКУ Красноярская лаборатория судебной экспертизы министерства юстиции Российской Федерации, в договоре аренды транспортного средства без экипажа от 01.03.2018. заключенного между ФИО1 и ФИО2, установить время выполнения печатного текста, подписей от имени ФИО1, ФИО2, а, следовательно, соответствие времени их выполнения дате, указанной в документе – 01.03.2018, не представляется возможным. В договоре аренды транспортного средства без экипажа от 01.03.2018, заключенному между ФИО1 и ФИО2 признаки неодновременного выполнения разных фрагментов текста, а именно: допечатки, отсутствуют. Однако, отсутствие допечатки не исключает вероятность изготовления и замены какого – либо листа договора на том же печатающем устройстве в близкий период времени в течении которого сохранилось техническое состояние картриджа печатающего устройства.

Таким образом, выводы эксперта не опровергают доводов ответчика – истца по встречному иску об изготовлении оспариваемого им договора аренды, датированного 01.03.2018 г. фактически 01.08.2018 г.

Доказательств тому, что в течение всего срока действия договора аренды, ФИО2 имел возможность использовать по своему усмотрению транспортное KIA BONGO 3, гос. номер №, суду не представлено, а незначительный размер арендной платы за использование переданного в аренду автомобиля и порядок ее уплаты, указывает на отсутствие интереса у арендодателя на получение платы от сдачи автомобиля в аренду, что в совокупности свидетельствует об отсутствии при подписании договора аренды транспортного средства без экипажа от 01.03.2018 намерений сторон создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, изложенным в п.п. 8, 9 Постановления от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

В случае, если стороны при заключении договора аренды транспортного средства, не намеревались создать правовые последствия, характерные для данного вида сделок, то имеет место порок воли.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Гражданское законодательство не допускает осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав - злоупотребление правом (абз. 2 п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Несоблюдение данного запрета на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления влечет отказ судом лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применение иных мер, предусмотренных законом.

Суд приходит к выводу, что при подписании договора аренды транспортного средства без экипажа от 01.03.2018 ФИО1 и ФИО2 действительная воля сторон не была направлена на возникновение гражданско-правовых обязательств, предусматривающих предоставление арендатору транспортного средства за плату во временное владение и пользование. Следовательно, указанная сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая ее, стороны не имели намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, она является мнимой.

Доказательств обратному ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ суду представлено не было.

На основании ч. 2 ст. 166 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Оснований для применения двусторонней реституции не имеется, поскольку транспортное средство не находится во владении ФИО2, какая - либо плата им по договору не вносилась.

Разрешая заявление представителя ФКУ Красноярская лаборатория судебной экспертизы министерства юстиции Российской Федерации ФИО9 о взыскании расходов, связанных с производством судебной экспертизы, суд исходит из того, что по настоящему делу на основании определения Ленинского районного суда г. Красноярска от 21.03.2019 назначена судебно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФКУ Красноярская лаборатория судебной экспертизы министерства юстиции Российской Федерации, оплата экспертизы возложена судом на ФИО2 По результатам проведения судебной экспертизы предоставлено заключение эксперта. Расходы по оплате судебной экспертизы составили 19 200 рублей, однако, оплата указанных расходов не произведена.

Частью 1 ст. 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Таким образом, при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек, в случае, когда денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, не была предварительно внесена стороной на счет суда в порядке, предусмотренном частью первой статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, денежную сумму, причитающуюся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу, надлежит взыскать с проигравшей гражданско-правовой спор стороны.

Поскольку исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба оставлены без удовлетворения, а встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства недействительным удовлетворены, а расходы по оплате проведенной судебной экспертизы произведены не были, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ФИО1 в пользу ФКУ Красноярская лаборатория судебной экспертизы министерства юстиции Российской Федерации расходов по оплате судебной экспертизы в размере 19200 рублей, как с проигравшей гражданско-правовой спор стороны.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства недействительным, удовлетворить.

Признать договор аренды транспортного средства от 01.03.2018 г. между ФИО2 и ФИО1 недействительным. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ФБУ Красноярская ЛСЭ Минюста России расходы за проведение судебной экспертизы в размере 19200 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Красноярска.

Судья С.С. Сакович