УИД 18RS0001-01-2025-002572-75

№1-303/2025

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Ижевск 22 августа 2025 года

Ленинский районный суд г.Ижевска Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Вавилова Д.П.,

при секретаре судебного заседания Иваковой С.Р., 

с участием государственных обвинителей: помощника прокурора Ленинского района г.Ижевска Бабакаева В.Ю., старшего помощника прокурора Ленинского района г.Ижевска Горбуновой М.М.,

потерпевшего К.Р.М.,

подсудимого ФИО1,

его защитника - адвоката Николаевой С.А., предъявившей удостоверение №1628 и ордер №25 от 9 июля 2025 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, не женатого, иждивенцев не имеющего, имеющего среднее образование, регистрации на территории Российской Федерации не имеющего, проживающего по адресу: 

<

адрес>, являющегося пенсионером, не военнообязанного, судимого:

-21 июля 1988 года Верховным судом Удмуртской Республики по п.п. «в,з» ст.102, ч.2 ст.144, ч.2 ст.112 УК РСФСР к 15 годам лишения свободы, из которых первые 5 лет лишения свободы определено отбывать в тюрьме, последующий срок лишения свободы определено отбывать в исправительной колонии строгого режима. Постановлением Верхнекамского районного суда Кировской области от 19 июля 2010 года в связи с декриминализацией деяния, действия по ч.2 ст.112 УК РСФСР переквалифицированы на ч.1 ст.115 УК РФ назначено наказание в виде 1 года исправительных работ с удержанием в доход государства 20% заработка, по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим окончательно назначено 15 лет лишения свободы, в остальной части приговор оставлен без изменения;

-4 августа 1992 года Фрунзенским районным судом г.Владимира по ч.1 ст.188 УК РСФСР к 2 годам лишения свободы, с применением ст.41 УК РСФСР, путем присоединения неотбытой части наказания по приговору Верховного суда Удмуртской Республики от 21 июля 1988 года к 12 годам лишения свободы, из которых первые 4 года лишения свободы определено отбывать в тюрьме, последующие срок лишения свободы определено отбывать в исправительной колонии строгого режима. Постановлением Верхнекамского районного суда Кировской области от 19 июля 2010 года переквалифицированы действия с ч.1 ст.188 УК РСФСР на ч.1 ст.313 УК РФ, в остальной части приговор оставлен без изменения; 

-9 апреля 1993 года Ульяновским областным судом по ст.15, ч.2 ст.188, ч.2 ст.77-1 УК РСФСР, с применением ст.40 УК РСФСР, к 9 годам лишения свободы, с применением ст.41 УК РСФСР, путем присоединения неотбытой части наказания по приговору Фрунзенского районного суда г.Владимира от 4 августа 1992 года к 14 годам лишения свободы, из которых первые 3 года лишения свободы определено отбывать в тюрьме, последующие срок лишения свободы определено отбывать в исправительной колонии особого режима. Постановлением Кольского районного суда Мурманской области от 10 июля 2001 года освобожден 12 июля 2001 года условно-досрочно на неотбытый срок 4 года 3 месяца 16 дней. Постановлением Верхнекамского районного суда Кировской области от 19 июля 2010 года переквалифицированы действия с ч.2 ст.77-1 УК РСФСР на ч.2 ст.321 УК РФ по которой назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы, по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим назначено 5 лет лишения свободы, на основании ст.41 УК РСФСР окончательно назначено 10 лет лишения свободы, в остальной части приговор оставлен без изменения;

-31 января 2002 года Верховным судом Удмуртской Республики по п. «з,н» ч.2 ст.105 УК РФ, п. «в» ч.3 ст.162 УК РФ, с применением ч.3 ст.69 УК РФ к 23 годам лишения свободы с конфискацией имущества. На основании ст.70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытого наказания по приговору Ульяновского областного суда от 9 апреля 1993 года к 27 годам лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. Постановлением Верхнекамского районного суда Кировской области от 19 июля 2010 года считать осужденным по п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ, п. «в» ч.3 ст. 162 УК РФ к 23 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, конфискация имущества исключена. Постановлением Верхнекамского районного суда Кировской области от 1 ноября 2017 года определен режим содержания в виде исправительной колонии строгого режима. Освобожден по отбытию наказания - 24 декабря 2024 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

подсудимый ФИО1 совершил умышленное преступление при следующих обстоятельствах.

13 марта 2025 года в дневное время ФИО1, совместно со своим знакомым К.Р.М., находились в помещении 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в жилой комнате, под условным №1, где между ними произошел конфликт.

В этот момент у ФИО1, в вышеуказанное время и вышеуказанном месте, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к К.Р.М., а также ввиду противоправного поведения К.Р.М. высказавшего оскорбления в отношении ФИО1, возник и сформировался преступный умысел, направленный на причинение легкого вреда здоровью К.Р.М. с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение легкого вреда здоровью К.Р.М., осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения легкого вреда здоровью К.Р.М. и желая их наступления, находясь в период с 12 часов 00 минут до 17 часов 47 минут 13 марта 2025 года в помещении 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, жилая комната под условным №1, ФИО1 взял в правую руку со стола нож, подошел к сидящему на кровати К.Р.М. и со значительным приложением силы нанес клинком данного ножа не менее трех ударов в область головы и лица К.Р.М., причинив последнему физическую боль, нравственные страдания и телесные повреждения характера:

- колото-резаной раны в левой подбородочной области; 

- колото-резаной раны на левой щеке, проникающей в полость рта, раны на слизистой оболочке левой щеки; 

- колото-резаной раны в левой околоушно-жевательной области с ранением по ходу раневого канала зачелюстной вены.

Указанные повреждения как в отдельности, так и в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства. 

ФИО1 вину в совершении инкриминируемого преступления признал частично, от дачи показаний отказался на основании ст.51 Конституции РФ, п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены его показания со стадии предварительного расследования, из которых установлено следующее. 

С 24 апреля 2025 года он проживает в реабилитационном центре 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>. С момента его заселения в данный реабилитационный центр он познакомился со всеми проживающими людьми, среди которых был К.Р.М., который по характеру довольно сложный человек, он всегда старался быть один и держался отдельно от коллектива. К.Р.М. замкнут в общении и практически не общался без надобности с проживающими. 13 марта 2025 года, это был четверг, в этот день у них в центре проводится «банный день», то есть все собираются и вместе посещают общественную баню. За день до посещения бани он начал плохо себя чувствовать, и он остался в центре, как и К.Р.М. Они вдвоем находились в жилой комнате и их кровати находились рядом друг с другом. В какой-то момент К.Р.М. обратился к нему и спросил, почему он не пошел в баню, на что он ему ответил, что приболел и плохо себя чувствует. В ответ на это К.Р.М. сказал ему, как это он так болеет, ведь он даже не кашляет. Его смутило поведение К.Р.М., на что он ему сказал, что это не его дело. В этот же момент он заметил, что К.Р.М., отворачиваясь от него сказал: «козел», из-за чего он сказал ему повторить, на что он повторил это слово, уже смотря в его сторону. Он понял, что таким образом К.Р.М. оскорбляет его и он решил проучить его. Для этого он пошел на кухню, где из подставки для ножей взял в правую руку нож общей длиной около 20 см с рукоятью серого цвета. Далее удерживая нож в правой руке таким образом, что мизинец его правой руки был по направлению лезвия, он вошел в комнату, где оставался К.Р.М., при этом К.Р.М. заметив его с ножом в руке присел на кровать и его правый бок был направлен в сторону стены, а с левой стороны расположился он. Затем он начал наносить К.Р.М. удары ножом, по направлению сверху-вниз, сгибая при этом свою правую руку в локтевом суставе. Удары наносил в область головы К.Р.М., но после первого удара он начал закрывать голову и лицо своей левой рукой. Точное количество ударов, которые он нанес К.Р.М. не помнит, но их было не менее трех. Убивать его он не хотел и не собирался. В дальнейшем К.Р.М. направился в сторону выхода из комнаты, а он пошел на кухню, чтобы убрать нож. За К.Р.М. он не побежал. Далее он помыл нож в раковине и вернул его обратно в подставку для ножей. После того, как все произошло он на троллейбусе доехал до 

<

данные изъяты>, и вернулся в реабилитационный центр на следующий день. Вину в совершенном преступлении признал частично, он действительно нанес К.Р.М. ножевые ранения, но убивать его не хотел и не собирался. Нанося ножевые ранения он хотел «проучить» его, чтобы он больше не оскорблял его. В содеянном раскаивается. 

<

данные изъяты>

После оглашения показаний подсудимый их подтвердил и пояснил следующее. Во время нанесения ударов К.Р.М., последний извинился перед ним, после чего он перестал наносить удары и ушел на кухню, где вымыл нож. Когда он вернулся в комнату, то К.Р.М. уже не было. Он за ним не гнался. Убивать он К.Р.М. не хотел, при этом нанес ему только 3 удара, куда-либо специально не целился. К.Р.М. его оскорбил. Если бы он хотел его убить, то убил бы его, для этого ударил бы его в живот. Он хотел причинить К.Р.М. легкий вред здоровью, о чем свидетельствуют мелкие парезы у К.Р.М. Он понимал, что нож является оружием. В дальнейшем он вернулся в реабилитационный центр, где они вновь жили совместно с потерпевшим. Считает, что его действия подлежат квалификации по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ. Указал что у него и его сестры имеются заболевания, при этом у сестры имеется 2 группа инвалидности. В содеянном раскаялся. В судебном заседании принес извинения потерпевшему К.Р.М., который их принял.

Виновность подсудимого в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей.

Из показания потерпевшего К.Р.М., данных в судебном заседании следует, что 13 марта 2025 года он совместно с ФИО1, находились в помещении 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, поскольку остальные постояльцы уехали в баню. Он поинтересовался у ФИО1, почему он не поехал в баню, на что тот ответил, что это не его дело. Сам он в тот день не поехал в баню, потому что болел. Далее ФИО1 пошел на кухню, взял нож в правую руку, подошел к нему, сидящему на кровати, и стоя замахнулся рукой с ножом. Он в свою очередь закрылся от удара левой рукой. Сколько именно было нанесено ударов не знает, по ему попало по уху и в щеку. Ударял он со средней силой. Все происходило молча. Нож был с пластиковой ручкой, длиной лезвия около 15 см, и длиной рукояти около 10 см. Далее ФИО1 ушел от него с ножом на кухню, а он в это время вышел на улицу, где у гаражей попросил мужчину вызвать скорую. О произошедшем он рассказал данному мужчине и врачам. Вслед ФИО1 ему ничего не кричал, за ним не пошел. Исковых требований не имеет. ФИО1 принес ему извинения, которые он принял.

Из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Б.В.А. следует, что он является инспектором 5 роты ПППСП УМВД России по г.Ижевску. 13.03.2025 он находился на дежурстве в составе автопатруля по маршруту патрулирования Ленинского района г. Ижевска, совместно с прапорщиком полиции Г.А.А. В 18 часов 06 минут от оперативного дежурного ДЧ ОП №1 УМВД России по г.Ижевску поступило сообщение о том, что у шиномонтажной мастерской, расположенной рядом с 

<

адрес> к прохожему-заявителю подбежал мужчина с ножевыми ранениями. По приезду к шиномонтажной мастерской их встретил мужчина, который представился как К.К.В. и пояснил, что это он вызвал сотрудников полиции. В ходе беседы от К.К.В. стало известно, что пока он ожидал ремонта своего автомобиля к нему подбежал пожилой мужчина, возрастом примерно 60-65 лет, небольшого роста и в домашней одежде, при этом он заметил кровь у данного мужчины в области головы. Далее данный мужчина попросил его вызвать скорую медицинскую помощь, так как его кто-то «порезал» в 

<

адрес>. Данного мужчину уже увезла скорая медицинская помощь. Ими было установлено, что мужчина проживал в реабилитационном центре 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес>. Со слов проживающих там лиц им стало известно, что мужчину, который обращался за медицинской помощью зовут К.Р.М. и что ножевые ранения ему нанес ФИО1 Далее они сообщили о полученной информации в ДЧ ОП №1 УМВД России по г. Ижевску, также отметив, что в жилой комнате вышеуказанного центра находятся следы крови на полу. Ими были проверены прилегающие территории вышеуказанного центра, но установить местонахождение ФИО1 не удалось. 

<

данные изъяты>

Из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля А.Т.С. следует, что у нее есть брат - ФИО1, который длительное время проводил в местах лишения свободы. ФИО1 рассказал ей, что у него произошел конфликт с одном из жильцов центра пробации 

<

данные изъяты>, который назвал его «козлом», что считается неприемлемым для людей, которые длительное время отбывали наказание в местах лишения свободы. По причине этого ФИО1 нанес данному мужчине несколько ударов ножом в область головы, но при этом как ей сам говорил ФИО1 убивать он его не хотел, а хотел лишь таким образом проучить его. Все это происходило в 

<

данные изъяты>, где на тот момент проживал сам ФИО1 и тот мужчина, с которым у него произошел конфликт, по адресу: 

<

адрес>. После этого случая ФИО1 съехал из данного центра и стал проживать в съемной комнате в одном из домов по 

<

адрес>. 5 мая 2025 года от ФИО1 ей стало известно, что его задерживают за тот инцидент, когда он порезал мужчину ножом. 

<

данные изъяты>

Из показаний свидетеля С.А.А. данных в судебном заседании следует, что он курирует работу в 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, где в их «центре» они предлагают помощь лицам, освободившимся из мест лишения свободы. В середине декабря 2024 года в указанный центр приехал ФИО1, которого он характеризует с положительной стороны, жалоб на него не поступало. К.Р.М. проживал в «центре» с августа 2024 года. У него была мания преследования, он всех в чем-то подозревал, был замкнутым, эгоистичным, жил обособлено. У ФИО1 и К.Р.М. кровати находились рядом, при этом они особо не общались. 13 марта 2025 года, он, совместно с постояльцами поехал в баню, при этом ФИО1 и К.Р.М. остались в «центре», не поехали, так как болели. Кроме того, в «центре» оставалась еще П.Т.Н.. Около 7 часов вечера ему позвонила П.Т.Н. и пояснила, что в их «центре» что-то произошло, приехала полиция. Далее он приехал в «центр» где на полу комнаты, где жили ФИО1 и К.Р.М. он увидел кровь, но не более чем от порезанного пальца, при этом ФИО1 и К.Р.М. там не было. В дальнейшем, со слов К.Р.М. он узнал, что у них с Ч-вым произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 взял с кухни нож, и начал его тыкать ножом в голову. В больнице он видел что у ФИО1 перебинтованная голова, при этом на руках каких-либо повреждений не видел. Удары пришлись в голову, щеку, подбородок. В дальнейшем он узнал, что К.Р.М. назвал ФИО1 нецензурным словом, которое считается серьезным в местах лишения свободы. Считает, что К.Р.М. спровоцировал ФИО1. Если бы ФИО1 хотел убить К.Р.М., ему бы ничего не помешало. Позже ФИО1 сказал ему, что убивать К.Р.М. он не хотел, и что если бы он захотел убить его, то убил бы. Через некоторое время ФИО1 и К.Р.М. вернулись в «центр» где вновь проживали вместе в одной комнате. С ними провели беседу, при этом они также поговорили друг с другом.

Из показаний свидетеля П.Т.Н. данных в судебном заседании следует, что она является волонтером в 

<

данные изъяты>, и проживает там около 3 лет. Кроме того, там же в одной комнате проживают ФИО1 и К.Р.М. 13 марта 2025 года все, кроме ФИО1 и К.Р.М., уехали в баню. Далее к ней зашел М.А. и пояснил что в одной из комнат кого-то порезали. Она зашла туда и увидела кровь, при этом ФИО1 и К.Р.М. не было. Она позвонила руководителю и рассказала о случившемся. В дальнейшем приехали сотрудники полиции. К.Р.М. характеризует как конфликтного, но 13 марта 2025 года она не слышала, чтобы у него был с кем-то конфликт. Позже она узнала, что ФИО1 ударил К.Р.М. в лицо, но видимых шрамов на его лице она не видела. Считает, что К.Р.М. спровоцировал ФИО1. В дальнейшем К.Р.М. и ФИО1 проживали совместно, как-будто ничего и не было.

Из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля И.А.Р. следует, что у нее есть отец - К.Р.М., который проживает в 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Он отправился в указанный центр поскольку ранее был осужден по ч.1 ст.105 УК РФ и в связи с тем, что у него нет в собственности жилого помещения. 13.03.2025 примерно в 21 час 30 минут ей позвонил К.Р.М. и сказал, что находится в 

<

данные изъяты> и что ему сделали операцию. В ходе телефонного разговора от него ей стало известно, что ему в центре поддержки 

<

данные изъяты> нанес ножевое ранение бывший осужденный ФИО1 Он пояснил, что 13.03.2025 в дневное время, он находился в реабилитационном центре 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес>. В этот день у них планировалось посещение общественной бани, но в тот день К.Р.М. плохо себя чувствовал и не пошел в баню, при этом он пояснил, что в баню не пошел ФИО1 Про ФИО1 она ничего пояснить не могу, поскольку личного общения с ним не поддерживала, и лишь со слов отца ей было известно, что ФИО1 раздражителен, если его вывести из себя, то становится агрессивным. Между К.Р.М. и ФИО1 завязался разговор, который заключался в том, что К.Р.М. спросил по какой причине он не пошел в баню, на что он ему ответил, что заболел и плохо себя чувствует. К.Р.М. высказал ФИО1 претензию по поводу того, что он на самом деле не болеет и зачем он не пошел в баню. Затем ФИО1 ушел на кухню и вернувшись с ножом нанес ему несколько ножевых ранений в область головы, но попало только 3 удара, так как К.Р.М. защищался своей левой рукой. После нанесения К.Р.М. ножевых ранений он выбежал на улицу, где стал просить помощи у прохожих. Кто-то из прохожих вызвал скорую медицинскую помощь и К.Р.М. доставили в 

<

данные изъяты>, где ему оказали необходимую помощь. 

<

данные изъяты>

Из показаний свидетеля О.С.Ю. данных в судебном заседании следует, что он является директором в 

<

данные изъяты>, расположенном в 

<

адрес>, которая является социальной гостиницей, куда поступают лица, освободившиеся из мест лишения свободы. ФИО1 характеризует положительно, как открытого, доброжелательного, доброго человека. ФИО1 на К.Р.М. не жаловался. К.Р.М. характеризует как замкнутого человека, ведущего обособленную жизнь. 13 марта 2025 года он позвонил С.А.А., который рассказал ему, что ФИО1 порезал К.Р.М., в связи с чем в 

<

данные изъяты> приехали сотрудники полиции. Он также приехал туда, где увидел кровь. Через некоторое время ФИО1 и К.Р.М. вернулись, и проживали совместно в одной комнате. В дальнейшем он разговаривал с Ч-вым, который пояснил ему, что К.Р.М. обозвал его нецензурным словом, после чего он пошел на кухню, взял нож и ударил его ножом. Смерть К.Р.М. он причинять не хотел, он защищал свою честь. Если бы он хотел его убить, то убил бы. Далее К.Р.М. попросил прощения, он остановился, перестал наносить удары и ушел. В ходе беседы с К.Р.М., последний не отрицал, что назвал ФИО1 данным нецензурным словом. У него были повреждения на лице, за ухом и на подбородке. В настоящий момент у К.Р.М. все зажило, если не присматриваться то никаких шрамов не видно. 

Из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля К.К.В. следует, что 13 марта 2025 года в вечернее время он заехал на своем автомобиле в автомастерскую, расположенную в 

<

данные изъяты>, где обратился к сотрудникам автомастерской с просьбой отремонтировать колесо. В это же время, со стороны 

<

адрес> по направлению к нему шел ранее незнакомый мужчина- К.Р.М. Он увидел в области головы К.Р.М. несколько ранений, из которых шла кровь, а также на его одежде имелись пятна от крови. К.Р.М. попросил вызвать скорую медицинскую помощь и пояснил, что его порезали. К.Р.М. пояснил, что 13 марта 2025 года в комнате 

<

адрес> мужчина нанес ему несколько ножевых ранений, при этом имя мужчины он не называл и причин, по которым ему нанесли ножевые ранения он также не говорил. Далее он позвонил в полицию и сообщил о случившемся. Далее приехали сотрудники скорой медицинской помощи и поместили К.Р.М. в автомобиль. 

<

данные изъяты>

Из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля З.М.Р. следует, что он характеризует ФИО1 как спокойного человека. 

<

данные изъяты>

Из оглашенных на основании ч.1 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля Д.А.Н. следует, что он характеризует ФИО1 как спокойного и отзывчивого человека. 

<

данные изъяты>

Кроме того, вина подсудимого в совершении инкриминируемого преступления, описание которого приведено в приговоре, подтверждается исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела:

-протоколом осмотра места происшествия от 13.03.2025 года, согласно которому осмотрена комната №1, расположенная по адресу: 

<

адрес>, центр поддержки 

<

данные изъяты>, при этом зафиксирована обстановка, в том числе пятна вещества бурого цвета, изъято: отрезки дактилопленки со следами рук, обуви, ткани, тампон-зонд со смывом, сумка с документами на имя ФИО1 

<

данные изъяты>; 

-протоколом осмотра места происшествия от 05.05.2025 года, согласно которому осмотрена 

<

данные изъяты>, расположенная по адресу: 

<

адрес>, при этом зафиксирована обстановка, изъято: 4 ножа. 

<

данные изъяты>;

-протоколом проверки показаний на месте потерпевшего К.Р.М. от 05.05.2025 года, в ходе которой К.Р.М. находясь в комнате гостиницы по адресу: 

<

адрес>, указал на место, где 13.03.2025 года ФИО1 нанес ему несколько ударов ножом в область головы. В ходе проверки показаний на месте К.Р.М. продемонстрировал с помощью статиста нанесенные ему удары. 

<

данные изъяты>;

-протоколом следственного эксперимента потерпевшего К.Р.М. от 10.06.2025 года, в ходе которой К.Р.М. продемонстрировал механизм нанесения ему ФИО1 правой рукой ударов ножом в область головы, имевшие место 13.03.2025 года в комнате гостиницы по адресу: 

<

адрес>. 

<

данные изъяты>;

-протоколом предъявления лица для опознания с участием потерпевшего К.Р.М., согласно которому К.Р.М. опознал кухонный нож, которым ФИО1 13.03.2025 года нанес ему несколько ударов в область головы. 

<

данные изъяты>;

-картой вызова скорой медицинской помощи, согласно которого бригадой скорой медицинской помощи 13.03.2025 года осуществлен выезд по адресу: 

<

адрес>, по факту ножевого ранения, где обнаружен К.Р.М. с телесными повреждениями в области головы. 

<

данные изъяты>;

-заключением судебно-медицинской экспертизы №1167/2025 от 20.03.2025 года, согласно выводов которого, согласно медицинской карты у К.Р.М., на момент поступления в стационар 13.03.2025 г. имелись повреждения:

а) колото-резаная рана в левой подбородочной области;

б) колото-резаная рана на левой щеке, проникающая в полости рта, рана на слизистой оболочке левой щеки;

в) колото-резаная рана в левой околоушно-жевательной области с ранением по ходу раневого канала зачелюстной вены.

Установленные повреждения образовались от действия предметов с колюще-режущими свойствами и могли быть получены при обстоятельствах, изложенных в постановлении.

Давность образования установленных повреждений с учетом данных представленной медицинской карты, можно отнести к сроку 13.03.2025 года.

Повреждения у К.Р.М. как в отдельности, так и в совокупности причинили легкий вред здоровью по признакам кратковременного его расстройства. 

<

данные изъяты>;

-заключением судебно-медицинской экспертизы №1399/2025 от 03.04.2025 года, согласно выводов которого у К.Р.М., установлены рубцы на лице, которые явились результатом заживления колото-резанных ран и являются неизгладимыми. 

<

данные изъяты>;

-заключением дактилоскопической судебной экспертизы №161 от 06.05.2025 года, согласно выводов которой следы №1,4 обнаруженные на отрезках темной дактилопленки № 2,5 оставлены ФИО1 

<

данные изъяты>;

-заключением судебно-медицинской экспертизы №2069/2025 от 20.05.2025 года, согласно выводов которого у ФИО1, объективных признаков телесных повреждений на момент осмотра не имеется. 

<

данные изъяты>;

-заключением судебно-медицинской экспертизы №2136/2025 от 02.06.2025 года, согласно выводов которого: согласно медицинской карты у К.Р.М., на момент поступления в стационар 13.03.2025 г. имелись повреждения:

а) Колото-резаная рана в левой подбородочной области;

б) Колото-резаная рана на левой щеке, проникающая в полости рта, рана на слизистой оболочке левой щеки;

в) колото-резаная рана в левой околоушно-жевательной области с ранением по ходу раневого канала зачелюстной вены. 

Установленные повреждения образовались от действия предметов с колюще-режущими свойствами и могли быть получены при обстоятельствах, изложенных как обвиняемым ФИО1 так и потерпевшим К.Р.М. в представленных материалах дела. 

<

данные изъяты>;

-протоколом осмотра предметов от 11.06.2025 года, которым осмотрены: нож, общей длиной - 24 см, длиной лезвия - 12,5 см., длиной рукояти - 11,5 см, шириной лезвия - 4 см, рукоятью выполнена из полимерного материала; нож с рукоятью черного цвета и общей длиной - 23,5 см; нож с рукоятью черного цвета, лезвием красного цвета, общей длиной - 32 см; нож с рукоятью черного цвета и лезвием металлического цвета, общей длиной - 32 см. 

<

данные изъяты>;

-протоколом осмотра предметов от 13.06.2025 года, которым осмотрены: Устав автономной некоммерческой организации 

<

данные изъяты>; положение о центре пробации 

<

данные изъяты>; правила внутреннего распорядка центра пробации 

<

данные изъяты>; соглашение о взаимодействии между УФСИН по УР и 

<

данные изъяты>; согласия на обработку и хранение персональных данных между 

<

данные изъяты> К.Р.М., ФИО1, заявления К.Р.М., ФИО1 о социальной помощи в 

<

данные изъяты>, договоры об оказании социальных услуг между 

<

данные изъяты> и К.Р.М., и ФИО1 акты об оказании социальных услуг между 

<

данные изъяты> и К.Р.М., и ФИО1; тампон-зонд. 

<

данные изъяты>;

-протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от 05.05.2025 года, в ходе которой ФИО1 находясь в комнате №8 помещения 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, продемонстрировал каким-образом он нанес правой рукой удары ножом К.Р.М. в область головы, после чего последний убежал на улицу. 

<

данные изъяты>;

-протоколом очной ставки от 05.05.2025 года, проведенной между подозреваемым ФИО1 и потерпевшим К.Р.М., в ходе которой К.Р.М. пояснил, что 13.03.2025 года ФИО1 нанес ему удары ножом в голову. ФИО1 показания К.Р.М. подтвердил, указав что ударил ножом К.Р.М. в связи с тем, что он оскорбил его назвав нецензурным словом, при этом убивать его не хотел. 

<

данные изъяты>;

-протоколом следственного эксперимента подозреваемого ФИО1 от 05.05.2025 года, в ходе которого ФИО1 продемонстрировал механизм нанесения ударов ножом в область головы К.Р.М., указав при этом их взаимное расположение. 

<

данные изъяты>.

Выступая в судебных прениях, государственный обвинитель, с учетом установленных в суде обстоятельств, изменила предъявленное подсудимому обвинение по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ, предложив квалифицировать действия подсудимого ФИО1 по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ.

Мотивы, по которым прокурор частично отказался от обвинения, приведены им в ходе судебного разбирательства и в силу ч. 7 ст. 246 УПК РФ предопределяют решение суда относительно квалификации действий подсудимого по менее тяжкому обвинению.

Оценивая в совокупности исследованные в суде доказательства обвинения, суд в значительной степени признает их допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения дела и приходит к убеждению о виновности подсудимого в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах.

Вместе с тем, суд признает недопустимым доказательством заявление о явке с повинной ФИО1 от 5 мая 2025 года 

<

данные изъяты>, поскольку согласно ч.1.2 ст.144 УПК РФ сведения, содержащиеся в явке с повинной (добровольном сообщении о совершенном преступлении), могут быть использованы в качестве доказательства при условии соблюдения положений ст. 75 УПК РФ, что в данном случае не выполнено. Как видно из указанного заявления, несмотря на разъяснение ФИО1 положений ст.51 Конституции РФ и правом пользоваться услугами адвоката, ему не были разъяснены положения ст.ст. 46 и 47 УПК РФ, а участие защитника фактически не обеспечено.

При таких обстоятельствах сведения, сообщенные подсудимым в указанном заявлении о явке с повинной, не могут использоваться для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, а потому это заявление является недопустимым доказательством. Однако, учитывая, что сам факт добровольного обращения ФИО1 с заявлением о совершенном им преступлении имел место, судом оно признается и учитывается в качестве явки с повинной, то есть как смягчающее наказание обстоятельство.

В тоже время, признание заявления о явке с повинной подсудимого недопустимым доказательством не влияет на выводы суда о его виновности, поскольку они основаны на совокупности иных достоверных и допустимых доказательств обвинения.

Причастность и виновность подсудимого в совершении преступления, описание которого приведено в приговоре, не оспаривается им самим, подтверждается показаниями потерпевшего К.Р.М., указавшего о том, что ФИО1 нанес ему 13 марта 2025 года удары ножом в область головы; показаниями свидетеля Б.В.А., являющегося сотрудником полиции, указавшего о том, что 13.03.2025 года он прибыл в 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, где ему стало известно, что ФИО1 нанес К.Р.М. ножевое ранение; показаниями свидетеля А.Т.С., являющейся сестрой ФИО1, указавшей о том, что со слов ФИО1 ей стало известно, что между ФИО1 и неизвестным ей мужчиной произошел конфликт, в ходе которого последний назвал ФИО1 нецензурным словом. По причине этого ФИО1 нанес данному мужчине несколько ударов ножом в область головы, но убивать он его не хотел, а хотел лишь таким образом проучить его; показаниями свидетелей: О.С.Ю., С.А.А., указавшего о том, что 13.03.2025 года между ФИО1 и К.Р.М. произошел конфликт, из-за того что К.Р.М. назвал ФИО1 нецензурным словом, за что ФИО1 ударил его ножом в голову, щеку и подбородок, но убивать его не хотел; показаниями свидетелей: П.Т.Н., И.А.Р., указавших о причастности ФИО1 к нанесению удара ножом К.Р.М., имевшего место 13.03.2025 года; показаниями свидетеля К.К.В., указавшего о том, что 13.03.2025 года к нему подошел мужчина, у которого в области головы были ранения, который попросил его вызвать полицию и скорую помощь; заключениями судебно-медицинских экспертиз: №1167/2025 от 20.03.2025 года, №1399/2025 от 03.04.2025 года, №2136/2025 от 02.06.2025 года, которыми в том числе установлены телесные повреждения у К.Р.М., причинившие как в отдельности, так и в совокупности легкий вред здоровью по признакам кратковременного его расстройства; другими доказательствами, изложенными в приговоре.

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей, которые, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дали показания, уличающие ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления. Существенных противоречий между показаниями потерпевшего и свидетелей суд не усматривает, подсудимый в общей части их не оспаривает. Общая фабула их показаний однотипна и соответствует всей совокупности доказательств.

Причин для оговора названными лицами подсудимого с целью привлечения его к уголовной ответственности либо наличия у них иной заинтересованности в исходе уголовного дела судом не установлено. 

С учетом изложенного, вышеуказанные доказательства наряду с другими, приведенными ранее, судом кладутся в основу приговора.

В основу приговора судом также кладутся показания подсудимого, данные им в судебном заседании и оглашенных со стадии следствия, относительно фактических обстоятельств и механизма причинения телесных повреждений потерпевшему. Они последовательные, в общей части согласуются с другими доказательствами, мотивов для самооговора суд не усматривает. 

Давая оценку оглашенным в судебном заседании протоколам следственных действий с участием ФИО1, суд, исходит из того, что допрос, проверка показаний на месте, следственный эксперимент, проведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона: разъяснением ему процессуальных прав, предусмотренных ст. 46, 47 УПК РФ, разъяснено, что при согласии дать показания, его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и в случае отказа от этих показаний в последующем, протокола следственных действий с участием ФИО1 прочитаны и подписаны в присутствии защитника, о чем имеются соответствующие отметки в протоколе, при этом каких-либо замечаний по порядку проведения следственного действия, тексту протоколов от ФИО1 и его защитника, не поступало. С учетом изложенного, оглашенные со стадии следствия показания ФИО1, а также протокол проверки показаний на месте, протокол следственного эксперимента, судом также кладутся в основу приговора в качестве доказательств, подтверждающих его виновность в совершении преступления.

Согласно п.3 Постановления Пленума Верховного суд Российской Федерации №1 от 27.01.1999 года «О судебной практике по делам об убийстве» при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

В момент совершения преступления по месту его совершения находились лишь ФИО1 и К.Р.М. что не оспаривается подсудимым.

Таким образом, в отсутствие иных лиц по месту совершения преступления возможность его совершения другим лицом либо лицами, помимо подсудимого, исключается, а потому исследованные и проверенные судом доказательства стороны обвинения с очевидностью свидетельствуют о том, что преступление совершено именно ФИО1 

Оценивая заключения экспертов и экспертиз в совокупности с исследованными доказательствами, суд находит их научно-обоснованными, полными, достоверными. Экспертизы проведены в соответствии с требованиями статей 196, 197 и 204 УПК РФ, на основании постановлений следователя, в рамках возбужденного уголовного дела, компетентными экспертами, обладающими специальными познаниями при наличии достаточных материалов. Выводы экспертиз содержат исчерпывающие ответы, включая сведения о наличии телесных повреждений у потерпевшего, сроках и механизме их получения, подтверждаются иными доказательствами, исследованными в судебном заседании. Нарушений требований УПК РФ при составлении заключений экспертов не установлено. Оснований не доверять заключениям экспертиз у суда не имеется. Исследованные в судебном заседании заключения экспертов содержат подробное описание проведенных исследований, соответствуют требованиям действующего законодательства, не содержат выводов, исключающих друг друга, выполнены с применением действующих методик. Из вводной части заключений экспертов следует, что эксперты имеют соответствующее образование и значительный стаж экспертной работы, заключение экспертами дано после предупреждения их об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.

Анализируя установленные и исследованные в судебном заседании фактические данные в их совокупности, суд приходит к выводу о имевшем место умысле ФИО1 на причинение легкого вреда здоровью К.Р.М., по следующим основаниям.

Суду представлены достаточные доказательства, подтверждающие факт причинения именно ФИО1 умышленного легкого вреда здоровья К.Р.М., при обстоятельствах, указанных в приговоре. Исходя из характера действий ФИО1, который нанес три удара ножом в область головы и лица, после чего прекратил нанесение ударов, и ушел на кухню, оставив К.Р.М. в комнате, суд считает, что умысел виновного был направлен на умышленное причинение легкого вреда здоровью К.Р.М. Кроме того, в дальнейшем ФИО1 и К.Р.М. длительное время проживали совместно, каких-либо конфликтов между ними не было.

Действия ФИО1 по причинению легкого вреда здоровью потерпевшему были умышленными, носили последовательный и целенаправленный характер, мотивом явилась личная неприязнь подсудимого к потерпевшему, а также противоправное поведение К.Р.М. высказавшего оскорбления в отношении ФИО1 О прямом умысле подсудимого на причинение легкого вреда здоровью свидетельствуют: выбранный предмет, используемый подсудимой в качестве оружия - нож, то есть предмет, обладающий высокими поражающими и травмирующими свойствами, а также нанесение удара в область головы и лица потерпевшего. При таких обстоятельствах, последствия в виде легкого вреда здоровью потерпевшего подсудимый ФИО1 предвидел и желал. Кроме того, квалифицирующий признак, «совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия» нашел свое подтверждение.

Кроме того, из показаний самого подсудимого следует, что во время нанесения ударов К.Р.М., последний извинился перед ним, после чего он перестал наносить удары и ушел на кухню, где вымыл нож. Когда он вернулся в комнату, то К.Р.М. уже не было. Он за ним не гнался. Убивать он К.Р.М. не хотел, при этом нанес ему только 3 удара, куда-либо специально не целился. К.Р.М. его оскорбил. Если бы он хотел его убить, то убил бы его, для этого ударил бы его в живот. Он хотел причинить К.Р.М. легкий вред здоровью, о чем свидетельствуют мелкие парезы у К.Р.М. Он понимал, что нож является оружием. В дальнейшем он вернулся в реабилитационный центр, где они вновь жили совместно с потерпевшим. 

Потерпевший К.Р.М. показаний подсудимого в общей части не оспаривает, и указал, что ФИО1 пошел на кухню, взял нож в правую руку, подошел к нему, сидящему на кровати, и стоя замахнулся рукой с ножом. Он в свою очередь закрылся от удара левой рукой. Сколько именно было нанесено ударов не знает, по ему попало по уху и в щеку. Ударял со средней силой. Все происходило молча. Нож был с пластиковой ручкой, длиной лезвия около 15 см, и длиной рукояти около 10 см. Далее ФИО1 ушел от него с ножом на кухню, а он в это время вышел на улицу, где у гаражей попросил мужчину вызвать скорую. О произошедшем он рассказал данному мужчине и врачам. Вслед ФИО1 ему ничего не кричал, за ним не пошел. 

Действия ФИО1 по причинению легкого вреда здоровью потерпевшему были окончены, поскольку после нанесения ударов ножом он прекратил совершать противоправные действия. Кем-либо его действия, по независящим от него обстоятельствам не пресекались, потерпевший не пресекал его действия, при этом он свободно покинул помещение 

<

данные изъяты>, расположенное по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 не преследовал его. Таким образом, доказательств того, что ФИО1 не смог довести свои преступные намерения до конца, по независящим от него обстоятельствам, суду не представлено. 

Каких-либо доказательств, которые бы безусловно свидетельствовали об умысле ФИО1 на убийство К.Р.М., причинения ему смерти, суду не представлены. Одна лишь локализация нанесенных ударов ножом не может свидетельствовать о наличии указанного умысла. Сведений о том, что ФИО1 при нанесении ударов ножом, преследовал цель повреждения жизненно-важных органов К.Р.М., суду не представлено. Доказательств, свидетельствующих об обратном, суду не представлено. 

Учитывая характер обнаруженных у К.Р.М. телесных повреждений, их локализацию и механизм образования, выводы заключений судебно-медицинских экспертиз: №1167/2025 от 20.03.2025 года, №1399/2025 от 03.04.2025 года, №2136/2025 от 02.06.2025 года, суд признает доказанным, что они получены в результате совершения подсудимым преступления и приходит к выводу, что причинение легкого вреда здоровью потерпевшему находится в прямой причинной связи с действиями ФИО1

Объективных данных, которые бы безусловно свидетельствовали о том, что действия потерпевшего на месте происшествия, во время нанесения подсудимым ударов ножом потерпевшему, носили характер общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни и здоровья ФИО1 или иных лиц, или создавали непосредственную угрозу применения такого насилия, в судебном заседании не установлено и стороной защиты не представлено. Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии оснований для применения подсудимым в процессе конфликта в том числе ножа, не имелось. 

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы №2069/2025 от 20.05.2025 года, у ФИО1, объективных признаков телесных повреждений на момент осмотра не имеется. 

С учетом фактических обстоятельств преступления, оснований для вывода о том, что ФИО1 совершил преступление в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов. 

Доводы о том, что потерпевшему было нанесено около двадцати ударов ножом, являются несостоятельными, опровергаются показаниями подсудимого, свидетелей, письменными материалами дела, в том числе выводами заключений судебно-медицинских экспертиз: №1167/2025 от 20.03.2025 года, №1399/2025 от 03.04.2025 года, №2136/2025 от 02.06.2025 года.

Давая оценку наличию или отсутствию в действиях подсудимого, квалифицирующего признака неизгладимости обезображивания лица потерпевшего, суд принимает во внимание, общепринятые эстетические представления о красоте, привлекательности человеческого лица с учетом всех обстоятельств дела, в том числе мнения потерпевшего и других участников уголовного судопроизводства, за исключением судебно-медицинского эксперта, заключение которого ограничивается лишь установлением неизгладимости причиненного повреждения. 

Одновременно суд учитывает, что неизгладимое обезображивание лица, включает в себя два обязательных критерия: медицинский, который выражается в неизгладимости оставшихся на лице следов насилия, и эстетический, основанный на оценке произошедших изменений во внешнем облике потерпевшего в сопоставлении с его прежним внешним видом и общепринятыми представлениями о том, как обычно выглядит человеческое лицо.

Под неизгладимыми изменениями следует понимать такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, либо под влиянием нехирургических методов) и для устранения которых требуется оперативное вмешательство. Данная разновидность тяжкого вреда здоровью имеет место, когда в результате повреждения лицевых тканей или органов лицу потерпевшего придается отталкивающий, эстетически неприятный вид, неустранимый терапевтическими методами лечения.

Каких-либо сведений о том, что нарушены мимические мышцы, асимметрия лица, нарушение мимики потерпевшего К.Р.М. не представлено. Фотоизображений того, как выглядел потерпевший до совершения в отношении него преступления и после совершения в отношении него преступления, не представлено. Таким образом, отсутствует возможность сопоставления изображений внешности, относительно предшествующего и последующего периода, относительно причиненного повреждения. Из непосредственного участия потерпевшего в судебном заседании, черты лица его не искажены, эстетическое восприятие лица соответствует обычному представлению о том, как должно выглядеть человеческое лицо. При этом внешность К.Р.М. не обладает отталкивающим, эстетически неприятным видом, каких-либо изменений мимики, черт лица, асимметрии, не просматривается. 

Таким образом, по мнению суда, визуально наблюдающего потерпевшего в ходе судебного заседания, эстетическое восприятие лица потерпевшего не изменилось, его вид не является уродливым, отталкивающим либо неприглядным, рубцы слабозаметны, находятся в волосистой части и в области щетины, черты лица ими не деформированы. Кроме того, из показаний свидетеля О.С.Ю. следует, что у К.Р.М. были повреждения на лице, за ухом и на подбородке. В настоящий момент у К.Р.М. все зажило, если не присматриваться то никаких шрамов не видно. Изложенные показания не свидетельствуют о том, что внешность потерпевшего стала уродливой, отталкивающей, вследствие рубца. 

По смыслу закона тяжкий вред здоровью причиняет не любое наличие рубцов, а только такое, которое привело к обезображиванию, то есть к такому изменению внешнего вида потерпевшего, вследствие чего его внешность стала уродливой, отталкивающей, существенно отличающейся от того, как обычно выглядит человеческое лицо.

Таким образом, в результате приведенного выше анализа представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что доказательства об обезображивании потерпевшего не представлены.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что наличие тяжкого вреда здоровью потерпевшему, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, не установлено.

В этой связи подсудимый подлежит уголовной ответственности на общих основаниях, а потому причин для иной квалификации действий ФИО1, кроме как указанной выше в приговоре, в том числе по ч.3 ст.30, ч.1 ст.105 УК РФ, не имеется. Доказательств иного суду не представлено. 

Временные периоды и дата совершения преступления установлены показаниями потерпевшего и свидетелей, не оспариваются подсудимым, подтверждаются письменными материалами дела.

В силу ст. 5 УК РФ лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

При таких обстоятельствах действия подсудимого обоснованно переквалифицированы прокурором на п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ.

Согласно ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Внесенные судом изменения в предъявленное подсудимому обвинение, в силу разъяснений п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 года № 55 «О судебном приговоре», положение ФИО1 не ухудшают, основаниями для признания нарушенным его права на защиту не являются, как и не являются основаниями для освобождения его от уголовной ответственности, а также для возвращения уголовного дела прокурору.

Следственные действия, их содержание, ход и результаты, зафиксированные в соответствующих протоколах, также проведены согласно требованиям уголовно-процессуального закона. 

Уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено надлежащим должностным лицом, в пределах его компетенции, с соблюдением требований подследственности и на основании имевшихся в его распоряжении процессуальных материалов, указывающих на соответствующие повод и основания указанного решения. Порядок возбуждения уголовного дела, предусмотренный ст.146 УПК РФ, соблюден, процессуальные документы, протоколы следственных действий составлены в порядке и в соответствии с требованиями, установленными УПК РФ, содержат все необходимые сведения, доказательства получены надлежащим должностным лицом компетентного органа либо при расследовании уголовного дела, либо при проведении доследственной проверки, что допускается уголовно-процессуальным кодексом. 

Доказательства, представленные стороной обвинения, получены из указанных в законе источников и с соблюдением процессуального порядка их получения. Достоверность представленных доказательств не вызывает у суда каких-либо сомнений. Следственные и процессуальные действия произведены в соответствии с требованиями УПК РФ, а их содержание и выводы не противоречат фактическим обстоятельствам. Показания потерпевшего, свидетелей стороны обвинения по обстоятельствам совершения преступления последовательны, логичны, не противоречат и дополняют друг друга. Существенных противоречий в показаниях допрошенных лиц, свидетельствующих об их необъективности, а равно данных об их заинтересованности в исходе дела, либо оговоре подсудимого, судом не установлено. Не доверять показаниям потерпевшего, свидетелей, и иным материалам дела, исследованных в судебном заседании, у суда нет оснований, поскольку они соответствуют месту, времени и способу совершения преступления. 

Каких-либо процессуальных нарушений, препятствующих принятию судом решения о виновности подсудимого по настоящему уголовному делу, в том числе нарушений права на защиту в ходе рассмотрения уголовного дела, суд не находит. Объективных и достоверных данных, свидетельствующих о причастности к совершенному преступлению иных лиц или об иных обстоятельствах его совершения, органами следствия и судом не установлено. 

Расследование уголовного дела было проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства, в том числе, на стадии ознакомления с собранными материалами досудебного производства. 

При этом, по уголовному делу каких-либо грубых нарушений уголовно-процессуального законодательства, не допущено, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ.

Анализируя установленные и исследованные в судебном заседании фактические данные в их совокупности, суд приходит к выводу и убеждению о доказанности вины подсудимого в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах.

Согласно заключения судебно-психиатрических экспертов №25/1652 от 25.06.2025 года, ФИО1 в момент инкриминируемого правонарушения и в настоящее время какого-либо психического расстройства, оказывающего влияние на его способность осознавать фактический характер и общественную опасность собственных действий и руководить ими, не обнаруживал и не обнаруживает, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. 

<

данные изъяты>

Материалы дела, в том числе заключение судебно-психиатрических экспертов №25/1652 от 25.06.2025 года, поведение ФИО1 в период предварительного следствия и в судебном заседании не дают оснований сомневаться в его вменяемости, поэтому он должен нести уголовную ответственность за содеянное.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ - умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В материалах уголовного дела 

<

данные изъяты> имеется явка с повинной ФИО1 об обстоятельствах совершенного им преступления, которая дана им добровольно до возбуждения уголовного дела. На момент получения сотрудниками правоохранительных органов явки с повинной ФИО1, уголовное дело возбуждено не было, ФИО1 по подозрению в совершении им данного преступления не задерживался, сведения о том, что он принудительно был доставлен в отделение полиции для проверки причастности к совершению преступления, в материалах дела отсутствуют. Оснований полагать, что явка с повинной ФИО1 дана не добровольно, не имеется. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд признает: признание вины и раскаяние в содеянном; активное способствование раскрытию и расследованию преступления (поскольку ФИО1 представил органам предварительного расследования информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования указанного преступления; в ходе предварительного расследования давал признательные и последовательные показания; в ходе проверки показаний на месте, следственном эксперименте, указал на имеющие значение обстоятельства совершенного преступления); явку с повинной; возраст и состояние здоровья подсудимого; состояние здоровья близких родственников подсудимого (в том числе сестры, являющейся инвалидом); оказание посильной помощи сестре; принесение извинений потерпевшему. 

Кроме того, преступление ФИО1 совершено в результате возникшей личной неприязни, обусловленной поведением потерпевшего высказавшего оскорбления в отношении ФИО1, что следует из последовательных показаний ФИО1 в ходе всего производства по уголовному делу. Эти показания ФИО1 в ходе судебного следствия стороной обвинения не опровергнуты. Кроме того, показания свидетелей: С.А.А., О.С.Ю., А.Т.С., подтверждают показания подсудимого о высказывании в отношении него оскорбления потерпевшим. В связи с изложенным в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства подлежит признанию противоправность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для преступления. 

Обстоятельством, отягчающим наказание, с учетом судимостей указанных в вводной части приговора, является рецидив преступлений, который согласно ч.1 ст.18 УК РФ, является простым.

ФИО1 по месту жительства характеризуется посредственно, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, в его действиях, имеется совокупность смягчающих наказание обстоятельств.

Вместе с тем, ранее он судим, в том числе за совершение преступлений против жизни и здоровья, отбывал наказание в местах лишения свободы, однако должных выводов из предыдущих осуждений для себя не сделал, на путь исправления не встал и вновь, спустя непродолжительное время после освобождения из мест лишения свободы, совершил умышленное преступление, которое относится к категории небольшой тяжести.

При таких обстоятельствах, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, то есть для достижения целей применения уголовного наказания, суд, с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ, назначает ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, личности подсудимого, наличия по делу отягчающего наказание обстоятельства, суд не усматривает оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 53.1, ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 68 и ст. 64 УК РФ, поскольку это будет не справедливым, и не будет способствовать достижению целей наказания.

По этим же причинам, суд не усматривает оснований для применения общих положений ст. 73 УК РФ (об условном осуждении), поскольку условное наказание не будет способствовать целям исправления ФИО1, а также предупреждению совершения им новых преступлений.

Вместе с тем, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств и характеризующие сведения о личности подсудимого, суд назначает ему наказание в виде реального лишения свободы не в максимально возможных пределах и без дополнительного вида наказания, предусмотренного санкцией п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ.

Назначение такого наказания подсудимому, по мнению суда, будет в полной мере отвечать целям назначения наказания, в том числе социальной справедливости, соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления. Назначение такого наказания является справедливым и достаточным, а менее строгие виды наказаний не смогут обеспечить достижение целей наказания.

Оснований для прекращения уголовного дела и освобождения подсудимого от уголовной ответственности, постановления приговора без назначения наказания и освобождения от наказания не имеется.

Вид исправительного учреждения определяется подсудимому на основании п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в виде исправительной колонии строгого режима.

С учетом данных о личности ФИО1, вида назначаемого наказания, степени тяжести, общественной опасности и фактических обстоятельств совершенного им преступления, которые свидетельствуют, что он может скрыться и (или) продолжить заниматься преступной деятельностью, суд приходит к выводу о необходимости сохранения в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств разрешается судом с учетом положений ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307 - 309 УПК РФ, 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, время задержания в порядке ст.91,92 УПК РФ и время содержания ФИО1 под стражей с 5 мая 2025 года до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок отбытия наказания из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: нож с серой рукоятью, тампон-зонд со смывом вещества бурого цвета - уничтожить; 3 ножа, документы, изъятые в ходе выемки у свидетеля О.С.Ю. - считать возвращенными по принадлежности; 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение 15 суток со дня провозглашения путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г.Ижевска Удмуртской Республики, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок, с момента получения копии приговора. В случае подачи апелляционного представления, апелляционной жалобы участниками уголовного судопроизводства, апелляционной жалобы осужденным, он вправе в десятидневный срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в своей жалобе или в письменных возражениях на апелляционное представление. Дополнительные апелляционные жалоба, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания. 

Судья Д.П. Вавилов

Копия верна: Судья Д.П. Вавилов