Дело № 2-188/2020

13 июля 2020 года

город Архангельск

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Соломбальский районный суд г.Архангельска в составе

председательствующего судьи Одоевой И.В., 

при секретаре Корелине М.М., 

с участием истца ФИО3, 

представителя истца ФИО4,

представителей ответчика ФИО5, ФИО13,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО3 к государственному бюджетному общеобразовательному учреждению Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» о признании приказов и протокола незаконными и отмене их, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному общеобразовательному учреждению Архангельской области «Соломбальская специализированная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» (далее - ГБОУ АО «ССКОШИ», школа) о признании приказов и протокола о незаконными, их отмене, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что работает у ответчика учителем швейного дела более 25 лет. С апреля 2019 г. она была выбрана председателем первичной профсоюзной организации школы. Приказом директора №-о от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. Приказом №-о от ДД.ММ.ГГГГ были внесены изменения в приказ №-о от ДД.ММ.ГГГГ. Данные приказы изданы на основании решения комиссии по дисциплинарному расследованию, созданной приказом №-о от ДД.ММ.ГГГГ, оформленного ДД.ММ.ГГГГ в виде протокола №. Считает данные приказы и решение комиссии незаконными и подлежащими отмене. Приказ №-о от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует нормам ТК РФ, т.к. в соответствии с ним она (истец) привлечена к ненадлежащему виду ответственности неуполномоченным на то лицом: к административному наказанию. Приказы №-о и 225-о, решение комиссии не содержат сведений о том, в чем конкретно выразился дисциплинарный проступок. В них не указаны обстоятельства, дата и время совершения проступка, а также требования законодательства, обязательства по трудовому договору, положения должностной инструкции, иных нормативных документов, которые ею были нарушены. В данных актах не содержится информации о том, в чем выразилось неисполнение или ненадлежащее исполнение ею (истцом) ее должностных обязанностей. Из приказов не следует, учитывалась ли при применении дисциплинарного взыскания тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение истца, его отношение к труду. В решении комиссии имеется ссылка только на заявление матери ребенка ФИО8, тогда как в приказе от ДД.ММ.ГГГГ указано на жалобы обоих родителей несовершеннолетней. О заявлении (жалобе) от второго родителя в решении комиссии не упоминается. Ссылается на предвзятое к ней отношение, давление со стороны работодателя. Просит признать незаконными и отменить приказы ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ, №-о от ДД.ММ.ГГГГ, протокол № от ДД.ММ.ГГГГ, выводы и решения комиссии, изложенные в протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб. (с учетом увеличения).

Истец, представитель истца в судебном заседании поддержали заявленные требования в полном объеме.

Представители ответчика против удовлетворения иска возражали по доводам, изложенным в отзыве, а также в ходе судебного разбирательства. 

Третье лицо Архангельская городская общественная организация профсоюза работников народного образования и науки РФ надлежащим образом извещено о дате, времени и месте судебного заседания, в суд представителя не направило.

По определению суд дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав пояснения истца, представителя истца, представителя ответчика, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 192 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ) за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1)замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе, нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе, положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям. Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействия) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей. При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

В силу положений ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

Работодатель имеет право: требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами (ст. 22 ТК РФ).

Судом установлено и из материалов дела следует, что истец работает у ответчика на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительных соглашений к нему в должности учителя. 

Согласно трудовому договору и дополнительным соглашениям к нему учитель организует обучение и воспитание обучающихся с учетом специфики преподаваемых предметов (швейное дело) и возраста обучающихся (5-9 классы); содействует социализации обучающихся, формированию у них общей культуры, осознанному выбору ими и последующему освоению профессиональных образовательных программ; обеспечивает режим соблюдения норм и правил охраны труда в учебном процессе (п.2.1). 

Обязанности истца закреплены в п.2.3 договора (с учетом дополнительных соглашений) и в должностной инструкции учителя, утвержденной директором школы ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ГБОУ АО «ССКОШИ» поступила жалоба от родителя несовершеннолетней ФИО8 – ФИО6, в которой указано на то, что ФИО8 постоянно жалуется на учителя швейного дела ФИО3, поскольку она постоянно кричит на девочку, оказывает психологическое воздействие, от чего у ребенка поднимается артериальное давление. Василиса находится под наблюдением врачей. ФИО6 в жалобе просила разобраться в ситуации, принять меры и перевести ребенка к другому преподавателю. 

На основании данного заявления в соответствии с п.7.5 Правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных директором школы ДД.ММ.ГГГГ, приказом ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ была создана комиссия для проведения дисциплинарного расследования. 

Работа комиссии зафиксирована в протоколе заседания комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ. По результатам дисциплинарного расследования комиссия пришла к следующим выводам: «претензии к учителю ФИО3 обоснованы и имеют место быть; подтвердились все факты, изложенные в заявлении матери, и из представленных членами комиссии материала. Комиссия пришла к выводу: квалифицировать действия и поведение учителя швейного дела ФИО3 как психическое давление на ребенка, игнорирование его прав, доведение до состояния крайнего психологического и физического истощения и как результат такого жестокого обращения – это постоянные рецидивы болезней девочки (высокое давление). У ФИО3 это не первый случай нарушения прав ребенка, применение к нему психологического насилия. Администрация пытаясь уладить отношения учителя и родителей переводила от ФИО3 по их просьбе детей также подвергавшихся психологическому давлению к другому учителю (документы подтверждающие данный факт перевода для прокуратуры приложены).». 

Комиссией был принят ряд решений, в том числе: «1. Предложить директору применить к учителю ФИО3 дисциплинарное взыскание на основании п.3.2.2; п.4.2 Правил внутреннего распорядка О. У. – Выговор. 2. Довести до сведения региональной аттестационной комиссии материалы дисциплинарного расследования в отношении учителя ФИО3 претендующей на подтверждение высшей квалификационной категории». 

Приказом ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ «О вынесении административного наказания» объявлен выговор учителю ФИО3 Основанием является решение комиссии по дисциплинарному расследованию на основании жалобы родителей ФИО14, ученицы 7 «А» класса. 

Приказом ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ внесены изменения в приказ ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ: название приказа «О вынесении административного наказания» заменено на «О применении дисциплинарного взыскания». 

Порядок и процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем на работника регламентирована положениями ст. 193 ТК РФ.

Согласно ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что о факте, положенном в основу решения о применении к истцу дисциплинарного взыскания, работодателю стало известно из заявления ФИО6, тогда как приказ о применении дисциплинарного взыскания в отношении ФИО3 издан ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, срок, установленный ст. 193 ТК РФ для применения дисциплинарного взыскания, работодателем нарушен не был.

В силу ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Данная норма носит гарантийный характер и обязывает работодателя до применения дисциплинарного взыскания затребовать от работника объяснение в письменной форме. Данное положение направлено на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания. Соблюдение установленной законом процедуры увольнения является обязательным и не зависит от конкретных обстоятельств, возникших при реализации работодателем права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности.

В связи с установлением комиссией фактов ненадлежащего исполнения истцом трудовых обязанностей на основании ст. 193 ТК РФ, п. 7.6 Правил внутреннего трудового распорядка у истца были запрошены письменные объяснения (уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ). От получения уведомления и подписи на нем истец отказалась, что зафиксировано в уведомлении. ДД.ММ.ГГГГ в 16 ч. 30 мин. был составлен акт об отсутствии объяснений. 

Таким образом, из материалов дела следует, что приведенные требования трудового законодательства работодателем были соблюдены. 

В силу ст. 193 ТК РФ приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

С приказом ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ истец была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ, с приказом ГБОУ АО «ССКОШИ» №-о от ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ. 

Нарушений ст. 193 ТК РФ в части ознакомления с приказом работодателя о применении дисциплинарного взыскания не усматривается. 

Из норм главы 58 ТК РФ следует, что у работодателя отсутствует обязанность получать мотивированное мнение профсоюза при применении дисциплинарных взысканий в виде замечания или выговора в отношении работника, являющегося членом профсоюза.

С жалобой ФИО6 истец была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ, о чем она лично указывает в исковом заявлении (л.д. 9 том 1). Жалоба была прочитана истцом (л.д. 9 том 1). Данное обстоятельство также подтверждается показаниями свидетеля, которая лично ознакомила ее с жалобой. Непредоставление истцу копии жалобы хотя и нарушает п.7.5 Правил внутреннего трудового распорядка, однако не свидетельствует о существенном нарушении ее прав, которое позволило бы прийти к выводу о несоблюдении работодателем порядка применения дисциплинарного взыскания.

Таким образом, нарушений порядка применения дисциплинарного взыскания со стороны работодателя суд не усматривает. 

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что в силу положений ст. 192 ТК РФ, поскольку дисциплинарный проступок выражается в противоправном и виновном неисполнении или ненадлежащем исполнении работником своих трудовых обязанностей, в том числе, нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя, при наложении на работника дисциплинарного взыскания работодатель должен исходить из факта виновного нарушения работником его трудовых обязанностей. Привлечение работника к дисциплинарной ответственности допускается в случае совершения им конкретного дисциплинарного проступка. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В п. 53 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В соответствии с п.35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по п. 5 ч. 1 ст. 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

К таким нарушениям, в частности, относятся: а) отсутствие работника без уважительных причин на работе либо рабочем месте; б) отказ работника без уважительных причин от выполнения трудовых обязанностей в связи с изменением в установленном порядке норм труда (ст. 162 ТК РФ), так как в силу трудового договора работник обязан выполнять определенную этим договором трудовую функцию, соблюдать действующие в организации правила внутреннего трудового распорядка (ст. 56 ТК РФ); в) отказ или уклонение без уважительных причин от медицинского освидетельствования работников некоторых профессий, а также отказ работника от прохождения в рабочее время специального обучения и сдачи экзаменов по охране труда, технике безопасности и правилам эксплуатации, если это является обязательным условием допуска к работе.

В приказе №-о от ДД.ММ.ГГГГ указано, что основанием для объявления истцу выговора является решение комиссии по дисциплинарному расследованию, вынесенное на основании жалобы родителей ФИО14, ученицы 7 «А» класса. 

В выводах комиссии, изложенных в протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ, указано, что комиссия пришла к выводу о квалификации действий и поведения учителя швейного дела ФИО3 как психическое давление на ребенка, игнорирование его прав, доведение до состояния крайнего психического и физического истощения и как результат такого жестокого обращения – постоянные рецидивы болезни девочки (высокое давление).

Проверяя вывод работодателя относительно влияния действий, поведения истца на состояние здоровья ребенка ФИО8, суд исходит из следующего.

Из информации врача школы Свидетель №2 от ДД.ММ.ГГГГ указано, что ФИО8 обращалась за медицинской помощью в школе 2 раза (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ), в интернате вечером 7 раз (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ). При этом несовершеннолетняя жаловалась на головные боли, тошноту, усталость. У нее отмечалось повышенное артериальное давление. В другие дни ребенок наблюдался с целью контроля артериального давления. Данных о том, что ФИО8 обращалась за медицинской помощью во время или после уроков швейного дела, не указано. Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании пояснила, что ребенку поставлен диагноз: вегетососудистая дистония. Причинами головных болей и повышения давления могут быть органические повреждения, а также эмоциональное состояние. ФИО8 – активный ребенок, который часто бегает на переменах. Противопоказаний для учебы у девочки не имеется. Каких-либо запретов на посещение уроков труда в связи с состоянием здоровья девочке не установлено. 

Из сведений ФГБУЗ «СМКЦ имени ФИО7 ФМБА» от ДД.ММ.ГГГГ №, выписного эпикриза из истории болезни и данных мониторинга артериального давления следует, что ФИО8 находилась в детском отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. За период госпитализации повышение артериального давления свыше возрастного норматива зафиксировано однократно. 

Проанализировав в совокупности все доказательства по делу, суд приходит к выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи между состоянием здоровья ФИО8 (повышением у нее артериального давления) и исключительно действиями, поведением истца на уроках швейного дела. 

Из информации по итогам диагностики учащейся 7 «А» класса ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО8 испытывает трудности, связанные с посещением уроков швейного дела, что является причиной ее подавленного настроения. Несовершеннолетняя назвала этот урок своим самым нелюбимым, поскольку учитель ФИО2 ее постоянно ругает, задает выучить дома столько, сколько она выучить не может. Выразила пожелание обучаться швейному делу у своего прежнего учителя и была озабочена невозможностью это осуществить. Далее педагог-психолог Свидетель №3 указывает на то, что исходя из беседы с ребенком, учитывая многолетние наблюдения за развитием учащейся, можно говорить о высокой степени истощаемости, низком уровне психического тонуса и психической активности подростка, отягощенного эмоциональной незрелости. Даются рекомендации по обучению ребенка. При этом педагог-психолог не связывает психологическое состояние ребенка с действиями истца, указывает лишь на то, что используемая учителем швейного дела учебно-дисциплинарная модель в ходе общения с особым ребенком способна повлечь за собой возникновение соматических заболеваний, а ужесточение требований привести к резкому обострению ситуации развития. Таким образом, из данной информации также не следует, что ФИО3 своими действиями причинила какой-либо вред физическому или психическому состоянию ФИО8

Из докладной ЗУВР Свидетель №1 следует, что на ФИО3 поступила жалоба от матери ФИО8, в которой указано на то, что у ребенка возникли серьезные проблемы со здоровьем в связи с уроками швейного дела.

В докладной воспитателей ФИО9, ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ указано существо жалобы родителя ФИО8 – ФИО6 на ФИО1, а также обращено внимание на наличие жалоб в отношении истца в 2018-2019 г. со стороны ученицы ФИО20 и ее мамы.

Проанализировав все доказательства в совокупности, в том числе показания свидетелей, суд приходит к выводу о том, что работодателем в нарушение ст. 56 ГПК РФ бесспорно не доказан факт ненадлежащего обращения учителя ФИО3 с ребенком ФИО8 на уроках швейного дела.

При этом следует обратить внимание на то, что при разрешении настоящего спора, проверяя обоснованность применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора, суд исходит, прежде всего, из тех данных, которые имелись у работодателя на момент принятия решения о привлечении работника к дисциплинарной ответственности. Иными словами, суд в первую очередь проверяет, действительно ли имелись основания для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора на основании тех данных, которые имелись у работодателя. 

Как следует из п.4.2 Правил внутреннего трудового распорядка работник школы-интерната обязан, в том числе поддерживать дисциплину на основе уважения человеческого достоинства обучающихся, применение методов физического и психического насилия не допускается; соблюдать законные права и свободы обучающихся.

Факт наличия каких-либо нарушений данных обязанностей со стороны истца судом не установлен, а стороной ответчика – не доказан. 

Утверждение ребенка о том, что учитель ФИО3 ее ругает, во-первых, носит субъективный характер (при этом необходимо иметь в виду особенности развития ребенка), во-вторых, бесспорно не свидетельствует о применении учителем каких-либо методов психического или физического насилия в отношении ребенка, проявлении неуважения человеческого достоинства обучающейся, несоблюдении прав и законных интересов ФИО8

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей строятся на словах ребенка. Лично никто из свидетелей на уроках швейного дела ФИО8 не присутствовал.

Несмотря на неоднократные предложения суда обеспечить возможность допроса в качестве свидетелей ФИО8, других детей из группы, в которой учится ФИО8, сторона ответчика этого не сделала. Вместе с тем, бремя доказывания фактов неисполнения или ненадлежащего исполнения работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (в данном случае ненадлежащее исполнения обязанностей, зафиксированных в п.4.2 Правил внутреннего трудового распорядка) лежит на работодателе. 

Каких-либо объективных доказательств того, что ФИО3 допускала повышение голоса в отношении ФИО8, ругала ее, иным образом проявляла неуважение к ее человеческому достоинству, нарушала ее права и законные интересы, применяла физическое или психическое насилие, суду не представлено. 

Выводы комиссии, изложенные в протоколе № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что истец допускала в отношении ФИО8 психическое давление, игнорировала ее права, доводила до состояния крайнего психологического и физического истощения, допускала жестокое обращение, представленными материалам не подтверждаются. 

Ссылка работодателя на то, что ФИО1 задавала ФИО8 такой объем заданий, с которым ребенок не мог справиться, не подтверждена представленными в дело доказательствами. Наоборот, из объяснений истца, показаний свидетеля Свидетель №6 (также учитель швейного дела) следует, что истец в процессе обучения руководствуется требованиями программ обучения. Свидетель №6 подтвердила, что задает своим ученикам аналогичные по объему задания, какой-либо чрезмерности в том объеме домашнего задания, который задавался ФИО8, она не усматривает.

При этом суд исходит из того, что истец является педагогом, т.е. обладает специальным образованием, а также имеет большой стаж работы, соответственно, оснований сомневаться в ее профессиональном решении вопросов относительно объемов заданий у суда не имеется.

Более того, ни представитель работодателя, ни свидетели не смогли пояснить, в чем именно выражался большой объем заданий, какой объем заданий для ФИО8 является допустимым, чем это установлено. 

Кого-либо негативного, предвзятого отношения истца к ученице ФИО8 судом не установлено. Из журналов по швейному делу следует, что ФИО8 учится хорошо. По результатам обучения за год ей была поставлена оценка отлично. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что дисциплинарный проступок (т.е. то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей) истцом не был совершен. 

Кроме того, в основу решения комиссии были положены: информация по выпускнице школы ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ, докладная классного руководителя 5А класса ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ.

Данные документы и сведения также оценены комиссией, в результате чего был сделан следующий вывод: У ФИО1 это не первый случай нарушения прав ребенка, применение к нему психологического насилия. Администрация, пытаясь уладить отношения учителя и родителей, переводила от ФИО1 по их просьбе детей, также подвергавшихся психологическому давлению, к другому учителю.

Данные обстоятельства также были заложены в основу применения к истцу дисциплинарного взыскания. 

Вместе с тем по жалобам других лиц (законных представителей ФИО11, ФИО20) какие-либо проверки работодателем не проводились. 

В силу ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Информация по выпускнице школы ФИО11, составленная ЗУВР школы Свидетель №1, датирована ДД.ММ.ГГГГ.

Докладная от ФИО12 датирована ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, обстоятельства, изложенные в приведенных выше документах (которые не были в установленном порядке образом проверены), не могут служить основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности. 

Удовлетворяя требование истца о признании незаконным и отмене протокола заседания комиссии по дисциплинарному расследованию государственного бюджетного общеобразовательного учреждения 

<

адрес> «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» № от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе выводов и решений комиссии школы-интерната, созданной приказом директора за №-о от ДД.ММ.ГГГГ, являющихся составной частью протокола заседания комиссии по дисциплинарному расследованию государственного бюджетного общеобразовательного учреждения 

<

адрес> «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» № от ДД.ММ.ГГГГ, суд исходит из следующего.

Суду представлено несколько копий протокола № от ДД.ММ.ГГГГ, которые отличаются друг от друга. Копии содержат разные подписи, разный состав комиссии. Все они заверены работодателем. Две из них кардинально отличаются от оригинала, представленного суду. 

Кроме того, в протоколе указано, что за решение проголосовали 5 членов комиссии. Вместе с тем свидетель Свидетель №3 пояснила в судебном заседании, что она не присутствовала на окончании собрания, не голосовала за решения. 

Также, как указано судом выше, выводы комиссии не имеют под собой оснований. 

Кроме того, суд считает необходимым обратить внимание на то, что согласно ст. 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности того факта, что работодатель при применении взыскания к истцу в виде выговора учел тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду. Вместе с тем в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № работодатель обязан доказать не только совершение дисциплинарного проступка, но и то, что при наложении взыскания учитывались его тяжесть и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. 

Истцом представлены сведения о ее высокой квалификации, доказательства наград и поощрений за работу. 

Свидетели Свидетель №1, Свидетель №6г., Свидетель №5 высоко оценили профессиональные качества истца. 

Из протокола № от ДД.ММ.ГГГГ не следует, что комиссией оценивалась тяжесть проступка, предшествующее поведение работника, ее отношение к труду.

Из приказов №-о, №-о также не следует, что работодатель учитывал указанные обстоятельства.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что ответчиком не представлено достаточных доказательств того, что факты, вмененные в вину истцу, свидетельствуют о нарушении истцом Трудового кодекса РФ, должностной инструкции, трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка, а также о неисполнении или ненадлежащем исполнении истцом его трудовых обязанностей, суд приходит к выводу о правомерности заявленных истцом требований.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ввиду того, что судом установлено нарушение ответчиком прав истца как работника, суд приходит к выводу об удовлетворении требования истца о взыскании компенсации морального вреда. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд оценивает все обстоятельства по делу и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 7000 руб. 

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

ДД.ММ.ГГГГ между НО Адвокатское бюро «Дело» и ФИО3 заключен договор на оказание юридической помощи, согласно которому доверитель поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать доверителю юридическую помощь, а именно: представление интересов доверителя по иску в Соломбальский районный суд г.Архангельска по трудовому спору с работодателем – ГБОУ АО «ССКШИ» о признании незаконным дисциплинарного взыскания в виде выговора. Конкретные услуги перечислены в п.2 договора.

Стоимость услуг по договору определена сторонами в размере 30000 руб., но не более чем 3 месяцев. Оплата юридической помощи по договору свыше указанного срока осуществляется из расчета 10 000 руб. за каждый последующий месяц участия исполнителя в судебных заседаниях (п.4 договора).

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру № А-12 от ДД.ММ.ГГГГ истец оплатила услуги по договору от ДД.ММ.ГГГГ в размере 30 000 руб.

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру № А-07 от ДД.ММ.ГГГГ истец оплатила услуги по договору от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 руб.

В акте выполненных работ по договору от ДД.ММ.ГГГГ указан перечень услуг, которые были оказаны истцу на основании договора на оказание юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ.

В пунктах 11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст.и 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст.2, 35 ГПК РФ, ст. 3, 45 КАС РФ, ст. 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст.100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч.2 ст.110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая объем и качество оказанных истцу представителем услуг, характер и категорию спора, длительность рассмотрения дела в суде, количество судебных заседаний, удовлетворение требований истца в полном объеме, отсутствие возражений ответчика относительно размера расходов на оплату услуг представителя и доказательств чрезмерности заявленной к взысканию суммы, исходя из принципа разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 руб.

Руководствуясь ст. 198-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО3 к государственному бюджетному общеобразовательному учреждению Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» о признании приказов и протокола незаконными и отмене их, компенсации морального вреда удовлетворить.

Признать незаконным и отменить протокол заседания комиссии по дисциплинарному расследованию государственного бюджетного общеобразовательного учреждения Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» № от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе выводы и решения комиссии школы-интерната, созданной приказом директора за №-о от ДД.ММ.ГГГГ, являющиеся составной частью протокола заседания комиссии по дисциплинарному расследованию государственного бюджетного общеобразовательного учреждения Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» № от ДД.ММ.ГГГГ.

Признать незаконными и отменить приказы государственного бюджетного общеобразовательного учреждения Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» №-о от ДД.ММ.ГГГГ «О вынесении административного наказания», №-о от ДД.ММ.ГГГГ «О внесении изменения в приказ».

Взыскать с государственного бюджетного общеобразовательного учреждения Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 7000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб.

Взыскать с государственного бюджетного общеобразовательного учреждения Архангельской области «Соломбальская специальная (коррекционная) общеобразовательная школа-интернат» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 руб.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Соломбальский районный суд г.Архангельска в течение месяца.

Председательствующий И.В. Одоева

Мотивированное решение составлено 20 июля 2020 г.