г/д 2-736/2019

решение

 составлено 

17.09.2019

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г.Верхняя Салда 12 сентября 2019 года

Верхнесалдинский районный суд Свердловской области в составе

председательствующего Исаевой О.В. 

при секретаре судебного заседания Бияновой М.С.

с участием прокурора Павловой А.С.

истца ФИО2

представителя ответчика МО МВД России «Верхнесалдинский» ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, МО МВД России «Верхнесалдинский» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, МО МВД России «Верхнесалдинский», в котором просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. В обоснование заявленных требований указал, что содержался в изоляторе временного содержания МО МВД России «Верхнесалдинский» в периоды с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г.. В результате ненадлежащих условий содержания ему причинены нравственные страдания. В нарушение п. 11 ст. 17, ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», истец был лишен возможности пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее 1 часа, поскольку вывод заключенных на прогулку не осуществлялся. В течение всего периода содержания в ИВС истец находился в трехместной камере № .... площадью около 10 кв.м., то есть на одного заключенного приходилось менее 4 кв.м. личного пространства. Санитарный узел не оборудован входной дверью, в связи с чем отсутствовала приватность. В период с д.м.г., д.м.г. истец содержался с общей массой следственно-арестованных, тогда как он относится к категории бывших сотрудников правоохранительных органов, о чем сотрудникам ИВС было известно.

Определением суда от 02.08.2019 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО2 заявленные требования и доводы, изложенные в обоснование иска, поддержал в полном объеме. Суду пояснил, что весь период содержания в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» был лишен прогулок, поскольку со слов сотрудников изолятора временного содержания отсутствует техническая возможность прогулок на свежем воздухе. Содержался большую часть времени один в двухместной камере площадью 9,6 кв.м., как указано на вывеске на камере, однако фактически в камере размещено три кровати – одна у стены с правой стороны и двухъярусная кровать с левой стороны, следовательно, было недостаточно личного пространства. Также в камере № .... санузел отделен перегородкой высотой около 1 м, дверь отсутствует, что свидетельствует об отсутствии приватности. Употребление пищи в камере, где отсутствует дверь в туалет, неприятно, что приносит нравственные страдания. Кроме этого, д.м.г. после обеда он был помещен в камеру № ...., где содержался до д.м.г. с двумя лицами, которые не являются бывшими сотрудниками правоохранительных органов, один из них ФИО7. Также д.м.г. и д.м.г. он содержался в камере № ...., куда к нему подселили лицо, не являющееся бывшим сотрудником правоохранительных органов. Данные обстоятельства угрожали его жизни и здоровью. Также в изоляторе временного содержания отсутствует медицинская помощь, поскольку д.м.г. в вечернее время в связи с 

<

....> обратился за медпомощью, в чем ему было отказано ввиду отсутствия медработника, дали две таблетки, к утру боль прошла, за медпомощью больше не обращался. Отсутствует прокурорский надзор, поскольку ежедневный обход камер с целью выявления жалоб не проводится. В период содержания в ИВС жалоб не предъявлял, поскольку жалобы не будут удовлетворены. Написал жалобу на ненадлежащие условия содержания Верхнесалдинскому городскому прокурору, получил ответ, что частично его доводы нашли подтверждение. Ответ Верхнесалдинского городского прокурора был им обжалован вышестоящему прокурору, оставлен без изменения, его жалоба – без удовлетворения.

Представитель ответчика МО МВД России «Верхнесалдинский» заявленные требования не признал, суду пояснил, что согласно камерной карточке № .... ФИО1 в периоды, указанные в иске, содержался один в камере № .... площадью 9,6 кв.м., рассчитанной на двух человек, третья кровать отсутствует, что следует из фотографий помещения камеры. Следовательно, на истца приходилось минимум 4 кв.м. площади. Также ФИО1 содержался в камере № .... один, отдельно от других лиц, в камеру № .... он не перемещался, в камеру № .... к истцу никто не помещался. В случае перевода подозреваемого или обвиняемого в иную камеру, в камерной карточке, которая заводится на каждого лица, эти данные указываются. В данном случае в каменной карточке истца такие сведения отсутствуют. Видеоархив записей с камер следственно-арестованных в спорный период времени хранился не более трех суток. За медицинской помощью истец не обращался, что отражено в камерной карточке. В ИВС медицинскую помощь оказывает фельдшер. В камере № .... санузел отделен перегородкой высотой 1 метр, дверь, открывающаяся наружу, отсутствует. Поскольку истец содержался в камере один, приватность не нарушена. Прогулки предоставляются ежедневно, срок которой может быть сокращен в связи с неблагоприятными метеорологическими условиями. ФИО1 пользовался ежедневной прогулкой д.м.г. и д.м.г., в остальные дни отказывался от прогулок без объяснения причин. В настоящее время ведется журнал, в котором указывается на отказ лица от прогулок, в котором данное лицо расписывается. В указанные истцом периоды такой журнал не велся, в связи с чем не имеется документов, подтверждающих факт отказа ФИО1 от прогулок. Жалоб и претензий на условия содержания ФИО1 не предъявлял. Поскольку истцом не обоснован размер физических или нравственных страданий, а также причинно-следственная связь этих страданий с содержанием в ИВС в указанные им периоды, иск не подлежит удовлетворению.

В письменном отзыве представитель ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации указал, что заявленные требования не подлежат удовлетворению в полном объеме. Доводы истца опровергаются следующими документами: камерной карточкой № ...., журналом регистрации выводов задержанных и заключенных под стражу из камер ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский», справкой врио начальника изолятора временного содержания. Истец содержался в камере № .... площадью 9,6 кв.м., рассчитанной на двух человек, один. Следовательно, норма санитарной площади в камере на одного человека соблюдена, с общей массой следственно-арестованных истец не содержался, приватность санитарного узла, отделенного перегородками, не нарушена. ФИО1 пользовался ежедневной прогулкой д.м.г. и д.м.г., в остальные дни отказывался от прогулок. Истцом не представлено никаких доказательств незаконных действий со стороны ответчиков. Доказательств причинения физических и нравственных страданий вследствие ненадлежащего исполнения должностными лицами своих обязанностей, равно как и доказательств, подтверждающих ненадлежащие условия содержания истца в ИВС, не представлено (л.д.27-30).

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в письменном отзыве указал, что является ненадлежащим ответчиком по делу, надлежащим ответчиком является главный распорядитель средств федерального бюджета МВД России, поскольку ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» находится в ведении МВД России. Истцом не представлено доказательств обстоятельств, изложенных в иске. К администрации ИВС истец с предложениями, заявлениями и жалобами в связи с неудовлетворительными условиями его содержания в изоляторе не обращался, в связи с чем не имеется оснований для удовлетворения иска (л.д.66-68).

Согласно заключению помощника Верхнесалдинского городского прокурора Павловой А.С., заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку доводы истца об отсутствии приватности санузла, нарушения личного пространства, содержании с иными лицами не нашли своего подтверждения, принимая во внимание, что истец содержался один в камере; наличие причинно-следственной связи между непредоставлением ежедневных прогулок на свежем воздухе и причинением истцу морального вреда в виде физических и нравственных страданий не установлено. 

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.ст. 17, 21, 22 Конституции Российской Федерации право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, предусмотрены действующим законодательством, однако должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Согласно разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, отсутствие достаточной приватности, (например, статья 7 Федерального закона от 26.04.2013 № 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 99 УИК РФ).

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Порядок и условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений определены Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно ст. 17 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые имеют право: на личную безопасность в местах содержания под стражей (п. 2 абз. 1); получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях (п. 9 абз. 1); пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (п. 11 абз. 1).

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ). 

Согласно п. 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22.11.2005 № 950, камеры ИВС должны быть оборудованы индивидуальными нарами или кроватями; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.

В силу ст. 24 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ при ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи.

В соответствии с абзацем 2 п. 2 ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации;

Согласно п. 19 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950, администрация ИВС принимает меры к тому, чтобы отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержались лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, службы судебных приставов, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск МВД России.

Из материалов дела следует, что постановлением 

<

....> районного суда от д.м.г. в отношении обвиняемого ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, до д.м.г. (л.д.5-6).

Согласно камерной карточке № ...., ФИО2 содержался в изоляторе временного содержания МО МВД России «Верхнесалдинский» в камере № .... в период с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г. (л.д.37). 

Из технических характеристик следует, что камера № .... имеет следующие характеристики – 2 места, 9,6 кв.м., камера № .... – четыре места, 18,9 кв.м. В ИВС имеется два прогулочных дворика (л.д.39).

Согласно справке врио начальника ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» от д.м.г., ФИО2 за все время содержания в ИВС был подвергнут одиночному содержанию в камере № ...., рассчитанной на двух человек площадью 9,6 кв.м. (л.д.38).

Из пояснений истца следует, что в период с д.м.г. по д.м.г. он был помещен в камеру № ...., где содержался с двумя лицами, которые не являются бывшими сотрудниками правоохранительных органов, один из них ФИО7 Также д.м.г. и д.м.г. он содержался с иными лицами в камере № .....

Согласно сведений о размещении по камерам в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» за период с д.м.г. по д.м.г., ФИО2 в период с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г. содержался один в камере № ..... В период с д.м.г. по д.м.г. в камере № .... среди лиц, содержащихся в камере, гражданин ФИО7 не значится. Сведений о помещении д.м.г. и д.м.г. в камеру № ...., где содержался ФИО2, иных лиц материалы дела не содержат (л.д.61-64). 

Таким образом, судом установлено, что в периоды, указанные истцом, ФИО1 содержался в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» один в камере № .... площадью 9,6 кв.м., рассчитанной на два места. Следовательно, истцу было предоставлено предусмотренные нормативными актами 4 кв.м. пространства камеры. 

Из представленных суду фотографий внутреннего помещения камеры № .... следует, что в ней имеются две кровати (л.д.47-52). Вместе с тем, не представляется возможным определить дату фотографирования. Однако, из показаний истца следует, что фактически находилось три спальных места – одна кровать у правой стены и двухъярусная кровать у левой стены. Учитывая, что истец содержался один в камере площадью 9,6 кв.м., даже при наличии в спорные периоды двухъярусной кровати, норма санитарной площади в камере на одного человека не была нарушена, поскольку общая площадь камеры позволяла истцу свободно передвигаться между имеющимися предметами мебели. Соответственно, судом установлено, что истец в спорные периоды времени не содержался в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» в условиях переполненности. Доводы истца о несоблюдении санитарной нормы при его содержании в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» в указанный истцом период противоречит материалам дела.

Как установлено судом, в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» в период с д.м.г. д.м.г., д.м.г. д.м.г. истец не был размещен с другими заключенными, не имеющими статус бывших сотрудников правоохранительных органов, его право на размещение в отдельной камере нарушено не было.

Принимая во внимание, что суду представлена информация о количестве заключенных, содержавшихся в спорные периоды в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» в камерах № .... и № ...., сведения об отсутствии лиц, содержащихся в одной камере с истцом, информация о вместимости камер, судом установлено, что не нашли подтверждение доводы истца о том, что в период с д.м.г. д.м.г., и д.м.г. он был размещен с другими заключенными, не имеющими статус бывших сотрудников правоохранительных органов, что свидетельствовало бы о наличии реальной угрозы жизни или здоровью истца. Следовательно, судом не установлено нарушение прав истца на отдельное содержание, гарантированное законом.

Из представленных суду документов следует, что в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» расположено 10 камер, в которых установлены санитарные узлы. Из 10 санитарных узлов 9 оборудованы перегородками высотой 1 м от пола, дверей, открывающихся наружу, не имеется (л.д.88 оборот).

То обстоятельство, что санузлы не находятся в отдельных кабинах, а лишь отгорожены от иного помещения камеры перегородкой высотой 1 метр, не оспаривалось стороной ответчика.

Факт содержания истца в камере № ...., в которой санузел отделен от помещения камеры перегородкой высотой 1 метр, отсутствие в санузле двери, открывающейся наружу, судом установлен. Вместе с тем, при разрешении вопроса о наличии или отсутствии физических и нравственных страданий истца при одиночном пребывании в камере № .... суд учитывает, что в данном конкретном случае отсутствие двери, открывающейся наружу, но наличие перегородки, отделяющей санитарный узел, не нарушало условия приватности от присутствия иных лиц постоянно и длительный период при осуществлении истцом санитарно-гигиенических процедур и не могло причинить истцу физических или нравственных страданий. Указанные истцом обстоятельства не свидетельствуют о том, что он содержался в очевидно неприемлемых условиях, наличие которых свидетельствовало на причинение нравственных страданий ФИО2, поскольку отсутствие указанного вида бытовых удобств в камере не свидетельствует само по себе о бесчеловечном или унижающим достоинство обращении.

Доводы истца о том, что в ИВС не оказывали надлежащую медицинскую помощь ввиду отсутствия медицинских работников, опровергается материалами дела.

Согласно разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", часть 7 статьи 101 УИК РФ).

Из пояснений истца следует, что он обращался за медицинской помощью д.м.г. в виду 

<

....>, поскольку отсутствуют медицинские работники, медицинская помощь ему не была оказана, сотрудником ИВС были выданы две таблетки.

Из камерной карточки № .... следует, что медицинская помощь ФИО2 не оказывалась, по условиям содержания жалоб и претензий истец не имеет. Согласно копии приказа начальника МО МВД России «Верхнесалдинский» от д.м.г. № ...., на должность фельдшера изолятора временного пребывания обвиняемых и подозреваемых принята по совместительству ФИО5 (л.д.89).

Таким образом, судом установлено, что медицинская помощь в ИВС оказывается медицинским работником. В материалах дела нет сведений об обращениях истца, связанных с неоказанием медицинской помощи, либо отсутствием медикаментов. Данных о том, что состояние здоровья ФИО2 ухудшилось за период его нахождения в ИВС в указанные в иске периоды в связи с отсутствием и неоказанием медицинской помощи, суду не представлено, истцом на данное обстоятельство не указывалось. При таких обстоятельствах судом не установлено нарушение прав истца на оказание ему медицинской помощи.

Суд отклоняет доводы истца об отсутствии прокурорского надзора ввиду того, что прокурором не осуществляется ежедневный обход камер, как несостоятельные. 

Согласно п. п. 94, 97 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950, ежедневный обход камер осуществляется представителями администрации ИВС, которые принимают от подозреваемых и обвиняемых предложения, заявления и жалобы как в письменном, так и в устном виде. 

Предложения, заявления и жалобы, адресованные в прокуратуру, в суд или иные органы государственной власти, которые имеют право контроля за ИВС, Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, уполномоченным по правам человека в субъектах Российской Федерации, в Европейский Суд по правам человека, цензуре не подлежат и не позднее следующего за днем подачи предложения, заявления или жалобы рабочего дня направляются адресату в запечатанном пакете.

В соответствии Федеральным законом от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», прокуратура Российской Федерации осуществляет надзор за исполнением законов федеральными органами исполнительной власти; надзор за исполнением законов администрациями органов и учреждений, исполняющих наказание и применяющих назначаемые судом меры принудительного характера, администрациями мест содержания задержанных и заключенных под стражу; надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина федеральными органами исполнительной власти.

Согласно ст. 32 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» предметом надзора являются: законность нахождения лиц в местах содержания задержанных, предварительного заключения, исправительно-трудовых и иных органах и учреждениях, исполняющих наказание и меры принудительного характера, назначаемые судом; соблюдение установленных законодательством Российской Федерации прав и обязанностей задержанных, заключенных под стражу, осужденных и лиц, подвергнутых мерам принудительного характера, порядка и условий их содержания; законность исполнения наказания, не связанного с лишением свободы.

В силу ст. 33 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» при осуществлении надзора за исполнением законов прокурор вправе, в том числе, посещать в любое время органы и учреждения, указанные в статье 32 настоящего Федерального закона; требовать от администрации создания условий, обеспечивающих права задержанных, заключенных под стражу, осужденных и лиц, подвергнутых мерам принудительного характера, вносить протесты и представления.

Таким образом, в силу предусмотренных законом полномочий прокурор вправе в любое время посещать органы и учреждения содержания под стражей, ежедневный же обход камер проводится представителями администрации ИВС.

Доводы истца о непредоставлении ежедневных прогулок в судебном заседании нашли свое подтверждение.

Из журнала регистрации выводов задержанных и заключенных под стражу из камер за период с д.м.г. по д.м.г. следует, что ФИО2 предоставлялись прогулки д.м.г. с 14:30 часов до 14:45 часов и д.м.г. с 16:10 часов до 16:30 часов (л.д.40-46).

Истец данные обстоятельства отрицает, при этом подтверждает факт его вывода из камеры в комнату свиданий, что также отражено в журнале. Представитель ответчика пояснил, что в остальные периоды содержания ФИО2 в ИВС, а именно д.м.г., д.м.г., д.м.г., д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., ему также предоставлялись ежедневные прогулки в прогулочном дворике, однако ФИО2 от них отказывался. Поскольку в спорные периоды не велся журнал об отказе вывода заключенных из камер для прогулок, не имеется возможности подтвердить факт отказа истца от прогулок.

Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека, в частности, в Постановлении от 06.10.2015 по делу «Сергеев против Российской Федерации» (жалоба № ....), Европейский Суд по правам человека указал, что производство по жалобам на нарушения Конвенции не во всех случаях характеризуется неуклонным применением принципа «доказывание возлагается на утверждающего», так как в некоторых случаях только государство-ответчик имеет доступ к информации, подтверждающей или опровергающей жалобы заявителя. Непредоставление государством-ответчиком данной информации без убедительного объяснения причин подобного поведения может привести к выводу об обоснованности показаний заявителя.

Поскольку представителем ответчика не представлено доказательств, опровергающих утверждения истца о ненадлежащих условиях его содержания в связи с отсутствием ежедневных прогулок, судом на основании имеющихся доказательств установлено, что истцу ежедневно не предоставлялось право на прогулку продолжительностью не менее одного часа.

Кроме этого, данное обстоятельство подтверждается материалами надзорного производства № .... от д.м.г. по факту проверки жалобы ФИО2 на нарушение его прав на надлежащие условия содержания в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» в периоды с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г., с д.м.г. по д.м.г. по доводам, изложенным и в исковом заявлении (л.д.57-66). Из ответа заместителя Верхнесалдинского городского прокурора от д.м.г. следует, что по результатам рассмотрения обращения ФИО2, его доводы частично подтвердились, поскольку в нарушение требований закона ФИО2 не предоставлялось право ежедневной прогулки, а также не была обеспечена приватность при посещении санузла в камере ввиду отсутствия перегородки, отделяющей санузел от жилой части камера (л.д.74). д.м.г. в адрес начальника МО МВД России "Верхнесалдинский" направлено представление об устранении нарушений закона (л.д.65-66). В ответ на представление представлено письмо начальника МО МВД России «Верхнесалдинский» в адрес начальника ФКУ «ЦХиСО» ГУ МВД России по 

<

адрес> об оказании содействия в составлении локально-сметного расчета на установку дверей в местах санузлах в камерах ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» (л.д.88).

Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 84-КГ17-6, само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий. При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Заслуживающие внимания фактическими обстоятельствами дела могут являться длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность/неоднократность такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; возможность самостоятельного принятия потерпевшим или совместно отбывающими с ним наказание лицами мер по обеспечению приватности санитарно-гигиенических процедур; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Оценивая условия содержания ФИО2 в ИВС МО МВД России «Верхнесалдинский» в указанные в иске периоды, суд приходит к выводу об их несоответствии предъявляемым требованиям в связи с непредоставлением истцу ежедневных прогулок продолжительностью не менее одного часа. Содержание истца в изоляторе временного содержания в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение его прав, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

Европейский Суд по правам человека неоднократно признавал наличие нарушения статьи 3 Конвенции, в том числе, в связи с непредоставлением ежедневных прогулок на свежем воздухе, поскольку указанное обстоятельство, в любом случае, способствовало претерпеванию страданий лицом, находящимся в местах принудительного содержания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из оценки характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальных особенностей личности истца, длительности нахождения в условиях ненадлежащего содержания в изоляторе временного содержания, с учетом принципов разумности и справедливости полагает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб.

В силу статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в суде от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) должностных лиц и государственных органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Указом Президента Российской Федерации от 21.12.2016 № 699 утверждено Положение о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, в подпункте 100 пункта 11 раздела II которого установлено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Ответчиком по искам, предъявляемым в порядке ст. ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, является Российская Федерация в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации. При таких обстоятельствах, компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу истца с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации. Следовательно, заявленные требования к ответчикам Министерству финансов Российской Федерации, МО МВД России «Верхнесалдинский» не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, МО МВД России «Верхнесалдинский» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 3 000 руб.

В остальной части иска - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Верхнесалдинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Судья О.В.Исаева