судья Набиулина Л.А. Дело № 22-2366/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 06 декабря 2023 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Борисовой А.К.,

при секретаре ФИО4, 

при участии: 

прокурора отдела управления прокуратуры 

<

адрес> ФИО5,

представителя потерпевшего – адвоката ФИО12, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката ФИО13, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката ФИО13 в защиту осужденного ФИО1 на приговор 

<

адрес> городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, не судимый, 

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде ограничении свободы на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 (два) года. 

ФИО1 установлены ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования Санкт-Петербург, не изменять место жительства без согласия со специализированным государственным органом, осуществляющим надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Также на ФИО1 возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Приговором суда также разрешен вопрос о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи ФИО19, кратко изложившей существо обжалуемого приговора и доводы апелляционной жалобы адвоката ФИО13; выступление осужденного ФИО1 и адвоката ФИО13, поддержавших доводы апелляционной жалобы; выступления представителя потерпевшего ФИО12, возражавшего против доводов апелляционной жалобы; мнение прокурора ФИО5, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за то, что совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 09 минут на участке автомагистрали внутреннего кольца федеральной автомобильной дороги А-118 «Кольцевая автомобильная дорога вокруг Санкт-Петербурга» в направлении от автомобильной дороги Р-21 «Кола» к 

<

адрес>, на расстоянии около 

<

адрес> во 

<

адрес>, в отношении потерпевшего Потерпевший №1, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции подсудимый ФИО1 вину не признал, заявил, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов он управлял автомобилем, следовал по КАД во второй полосе от правого края проезжей части, в направлении от 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> моста со скоростью примерно 90 км/ч, при этом, подъезжая к 

<

адрес> мосту, пешеходов на проезжей части он не видел, при перестроении в левый ряд, пропустил автомобиль, двигающийся слева от него, после чего стал перестраиваться, в этот момент почувствовал удар в правую переднюю часть автомобиля, совершив объезд стоящих автомобилей, он остановился во второй полосе справа, затем подошел к стоящим автомобилям, увидел потерпевшего, который лежал на проезжей части. 

В апелляционной жалобе адвокат ФИО13 ставит вопрос об отмене приговора, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона; несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела; и о вынесении оправдательного приговора.

Считает, что, что выводы суда основаны на противоречивых доказательствах.

Заявляет, что суд в приговоре сослался на показания свидетеля Свидетель №1, при этом, не дал оценки его показаниям, о том, что свидетелю было известно о ДТП, в связи с чем он выбрал скорость 60 км/ч, двигался на автомобиле спецслужб с хорошей обзорностью, стоящие на месте дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) автомобили, в том числе потерпевшего, он увидел «с расстояния 20 метров, наверное», из-за темного времени суток, плохого освещения, из-за того, что на участке ДТП автомобили, стоящие на проезжей части кольцевой автодороги сливались с дорогой и были практически не видны, у автомобиля потерпевшего и свидетеля аварийная сигнализация включена не была, знак аварийной остановки выставлен не был. 

Отмечает, что суд в обоснование своих выводов в приговоре сослался на СД-диск с записью дорожно-транспортного происшествия, при этом не учел, что потерпевший ФИО6 непосредственно перед наездом на него стал смещаться влево к полосе движения, в которую перестраивался ФИО21

Полагает несостоятельной ссылку суда в обоснование выводов о виновности ФИО1 на протокол осмотра предметов СД-диска, согласно которому видимость и обзорность на пешехода ФИО6 и стоящие транспортные средства для ФИО1 не была ограничена другими транспортными средствами 4,72 секунды. 

Кроме того, суд не учел, что сведения, изложенные в указанном протоколе осмотра предметов, противоречат выводам автотехнической экспертизы, согласно которым, условия видимости и обзорности с рабочего места водителя, а также расстояние, с которого водитель ФИО1 мог и должен был обнаружить потерпевшего, определяются экспериментальным путем. При этом следственный эксперимент по данному уголовному делу не проводился.

Отмечает, что при отсутствии следственного эксперимента эксперт не мог определить наличие технической возможности у ФИО1 избежать наезда на пешехода Потерпевший №1 

Указывает, что заключение автотехнической экспертизы содержит противоречивые выводы, в частности выводы в п. 4, п. 6 и п. 7 заключения. 

Заявляет, что в заключении автотехнической экспертизы эксперт необоснованно отказался сделать вывод о соответствии (несоответствии) действий ФИО6 ПДД РФ (п.8 заключения).

Отмечает, что экспертом не дан ответ на вопрос стороны защиты о несоответствии действий водителя автомобиля 

<

данные изъяты> ПДД РФ.

Полагает несостоятельными выводы эксперта и суда о несоответствии действий водителя ФИО1 п.9.10 ПДД РФ со ссылкой о несоблюдении дистанции до движущегося впереди транспортного средства и бокового интервала, а также п.10.1 ПДД РФ, поскольку в момент наезда ФИО1 на потерпевшего, потерпевший в движущемся транспортном средстве не находился, следственный эксперимент с целью определения видимости на пешехода не проводился, скорость, с которой ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия управлял своим автомобиле, была гораздо ниже разрешенной.

Ссылается, что эксперт не ответил на вопросы, имел ли водитель ФИО1 возможность избежать наезда на пешехода Потерпевший №1 при движении перед его автомобилем другого автомобиля, либо без такового; мог ли Потерпевший №1 перед наездом на него находиться в зоне, которую ФИО1 не мог видеть. 

Считает несостоятельными выводы суда о том, что Потерпевший №1 и Свидетель №5 п.7.2, п. 2.3.4, п. 4.1 ПДД РФ нарушены не были со ссылкой лишь на запись с камер видеонаблюдения над проезжей части дороги.

Считает, что потерпевшим Потерпевший №1 допущены нарушения ПДД РФ, которые привели к наступившим последствиям в виде наезда ФИО1 на пешехода Потерпевший №1, а именно: п.2.3.1, п. 7.2, п. 4.1, п. 2.3.4, 16.2 ПДД РФ.

Заявляет, что свидетелем Свидетель №5 также нарушены ПДД РФ, а именно: п.12, п. 16, п.7.2, п. 16.1 ПДД РФ.

Отмечает, что выводы суда о нарушении ФИО1 п.9.10 и п.10.1 ПДД РФ являются несостоятельными, опровергаются показаниями самого осужденного в суде первой инстанции. 

Считает, что вопреки показаниям эксперта ФИО22 суд необоснованно указал, что ФИО1 имел техническую возможность избежать наезда на пешехода Потерпевший №1, поскольку видимость и обзорность на пешехода ничем ограничена не была не менее 4,72 секунды. Поскольку эксперт ФИО7 подтвердил свои противоречивые выводы в заключении экспертизы о возможности ФИО8 предотвратить ДТП при соблюдении п. 9.10 и п.10.1 ПДД РФ, при этом не ответил на вопрос о возможности ФИО8 предотвратить наезда на Потерпевший №1 при движущемся перед ним автомобилем либо без такового.

Считает необоснованными выводы суда о том, что Потерпевший №1 было хорошо видно на проезжей части.

Полагает, что сторона обвинения необоснованно не предприняла мер к допросу в суде в качестве свидетеля Свидетель №5, а потому обжалуемый приговор постановлен по результатам неполно проведенного судебного следствия.

Считает, что все указанные сомнения в виновности ФИО1 в соответствии со ст. 14 УПК РФ и ч. 3 ст. 49 Конституции РФ должны толковаться в его пользу, однако, данные сомнения были истолкованы судом в пользу стороны обвинения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены приговора, исходя из следующего.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии со ст. 88 УПК РФ.

Так, по показаниям, законного представителя потерпевшего ФИО11, согласно которым, Потерпевший №1 является ее сыном. ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов 30 минут от матери ФИО9 она узнала, что ее сын – Потерпевший №1 попал в ДТП и получил травмы, находился на лечении в больнице до апреля 2022 года, после чего сын из-за травм не разговаривает, не передвигается, нуждается в посторонней помощи.

Данные показания ФИО11 суд обоснованно признал достоверными, поскольку они согласуются с другими доказательствами, исследованными судом и изложенными в приговоре.

Показания представителя потерпевшего по существу согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №1, сотрудника 

<

данные изъяты> ГУ МЧС России по Санкт- Петербургу, который подтвердил, что весной-летом один-два года назад в районе 22 часов он выезжал на место ДТП, расположенное на КАД перед 

<

адрес> мостом в направлении от 

<

адрес> шоссе в сторону 

<

адрес> моста рядом со съездом на 

<

адрес>. Место аварии он заметил на расстоянии 20 м, где у черного автомобиля работала световая сигнализация, видимость на участке дороги была около 50 метров, освещение было плохое. Он припарковал свой автомобиль позади автомобилей на месте ДТП, чтобы их прикрыть, так как их было не очень хорошо видно. В ДТП участвовало три автомобиля, автомобили стояли во второй полосе, ближе к обочине. На месте ДТП находился подсудимый. Позже с его автомобилем совершил столкновение другой автомобиль, несмотря на то, что на его служебном автомобиле машине работала световая сигнализация. 

Как следует из показаний свидетеля Свидетель №2, оглашенных в суде первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с 2012 года он состоит в должности помощника начальник караула 

<

данные изъяты> ГУ МЧС России по Санкт-Петербургу. ДД.ММ.ГГГГ, около 22 часов 25 минут по поступившему в дежурную часть сообщению о ДТП на 

<

адрес> км КАД он совместно с Свидетель №1 выезжал на место ДТП, где около 22 часов 29 минут видел во второй от правого края проезжей части полосе стояли три автомобили - 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, рядом находились водители автомобилей 

<

данные изъяты>. Водителя автомобиля 

<

данные изъяты> к этому моменту госпитализировали в больницу. Со слов водителя автомобиля 

<

данные изъяты> ему известно, что автомобили 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> стояли во второй от правого края проезжей части полосе, так как у кого-то из них разрядился аккумулятор на автомобиле. В какой-то момент на них совершил наезд автомобиль 

<

данные изъяты>. Так как было темное время суток, движение интенсивное, на месте сотрудников ГИБДД не было, автомобили стояли в полосе движения, они выставили позади аварийных автомобилей свой служебный автомобиль 

<

данные изъяты>, с включенными проблесковыми маяками и аварийной сигнализацией, с которым чуть позже совершил столкновение автомобиль 

<

данные изъяты>. Затем приехали сотрудники ГИБДД и следователь, которые оформили ДТП.

Свидетель Свидетель №3 показал, что работает инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России по 

<

адрес>. Осенью-весной он выезжал на место ДТП, расположенное на 

<

адрес> км внутреннего кольца КАД у 

<

адрес>, в котором участвовали легковые машины, две из которых находились рядом во второй полосе от правого края проезжей части, машина подсудимого располагалась чуть дальше, на ней было разбито лобовое стекло. Также было еще одно ДТП с участием автомобиля сотрудников МЧС. Поскольку у пострадавшего были тяжёлые травмы, на место аварии была вызвана следственно-оперативная группа, получены пояснения, из которых следовало, что у водителя автомобиля, которого сбил автомобиль, разрядился аккумулятор, когда он находился между машин, его сбил автомобиль под управлением подсудимого.

По показаниям свидетеля Свидетель №4, данным в ходе предварительного следствия и оглашенным в суде первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 09 минут он управлял технически исправным автомобилем 

<

данные изъяты>, следовал по КАД в направлении от 

<

адрес> в сторону автомобильной дороги Р-21 «Кола» во 

<

адрес>, находился в утомлённом состоянии и заснул за рулем. Пришел в сознание, когда сотрудники МЧС извлекли его из салона автомобиля и сообщили ему, что на КАД он совершил наезд на стоящий служебный автомобиль МЧС, после чего он был госпитализирован в больницу. На момент ДТП было темное время суток, горело уличное электроосвещение, погода ясная без осадков, дорожное покрытие - сухой асфальт. 

Допрошенный в суде первой инстанции эксперт ФИО7 подтвердил выводы, изложенные в заключении автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, указал, что установить, на каком расстоянии от автомобиля водитель ФИО1 мог увидеть пешехода Потерпевший №1, находившегося на проезжей части автодороги в тёмное время суток при искусственном освещении при отсутствии при себе предметов со светоотражающими элементами или с таковыми, возможно путём проведения следственных действий. Согласно экспертным методикам условия видимости и обзорности с рабочего места водителя транспортного средства, расстояние с которого водитель 

<

данные изъяты> мог и должен был обнаружить пешехода, с учётом дорожной обстановки, объектов, ограничивающих видимость и обзорность в определённый момент времени, роста водителя и других его индивидуальных особенностей определяются экспериментально в условиях места происшествия в обстановке, сопоставимой с той, которая сложилась на момент происшествия. На основании объективных данных, протокола осмотра предметов - видеозаписи ДТП, установлено, что видимость и обзорность на пешехода Потерпевший №1 ничем ограничена не была не менее 4,72 секунды. Оценка действий пешехода Потерпевший №1, а также водителя автомобиля 

<

данные изъяты> не требует автотехнических познаний, может быть дана следственными органами применительно к положениям раздела 4 ПДД РФ, а также соответствия требований п.п. 12.6, 7.1, 7.2, 19.3 ПДД РФ путём сравнения действий водителя в условиях места происшествия с действиями, предусмотренными указанными пунктами ПДД РФ.

Выводы суда о виновности ФИО1 также подтверждаются письменными материалами дела, исследованными судом первой инстанции.

Телефонограммой, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 37 минут в НИИ Скорой помощи был доставлен неизвестный, который пострадал в ДТП ДД.ММ.ГГГГ примерно в 23 часа 37 минут на КАД перед 

<

адрес> мостом внутреннее кольцо, являлся пешеходом, зафиксирована открытая черепно-мозговая травма, перелом основания черепа, ушиб головного мозга тяжелой степени, закрытый перелом левого ребра, травма груди и живота, повреждение внутренних органов, кома.

Из рапорта следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 12 минут в дежурную часть УМВД России по 

<

адрес> поступило сообщение от ФИО1 – участника ДТП о том, что на внутреннем кольце КАД перед выездом на 

<

адрес> мост по направлению в аэропорт произошло ДТП с участием 

<

данные изъяты> и еще двух автомобилей, пострадал мужчина.

Факт причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 подтверждается заключением эксперта, согласно которому у Потерпевший №1 имели место следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга тяжелой степени, диффузного аксонального повреждения головного мозга (гиперденсные очаги в обеих лобных долях, глубоких отделах височной доли с двух сторон, мозолистом теле), субарахноидального кровоизлияния в лобных долях, по ходу межполушарной щели, кровоизлияния в желудочки головного мозга, множественных ссадин в области головы, в том числе в затылочной области головы, закрытая тупая травма грудной клетки в виде ушиба сердца, ушиба легких, двустороннего пневмоторакса, переломов 11, 12 ребер слева, раны на боковой поверхности груди, закрытые оскольчатые переломы диафизов левых малоберцовой и большеберцовой костей со смещением. Указанные повреждения в совокупности составляют тяжелую сочетанную травму головы, груди, левой нижней конечности, которая образовалась по механизму тупой травмы, могла образоваться в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении, а именно: наезд на пешехода, и повлекла тяжкий вред здоровью по признаку опасного для жизни человека, создающего непосредственно угрозу для жизни.

Протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему схемой и фототаблицей зафиксирована обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия, расположенном на 

<

адрес> КАД в направлении от автодороги Р-21 «Кола» в сторону 

<

адрес> во 

<

адрес> с участием транспортных средств - автомобилей 

<

данные изъяты>, с 

<

данные изъяты>. В результате ДТП автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1 совершил наезд на пешехода Потерпевший №1 на расстоянии 7,6 м от правого края проезжей части КАД, на расстоянии 500м от километрового знака 

<

адрес>, автомобиль 

<

данные изъяты> совершил наезд на автомобиль 

<

данные изъяты> на расстоянии 487,8 м от километрового знака 

<

адрес> КАД. На расстоянии 506,9 м от километрового знака 

<

адрес> КАД на проезжей части во второй полосе, на расстоянии 5,2 м от правого края проезжей части зафиксировано пятно вещества бурого цвета, на автомобиле 

<

данные изъяты> зафиксировано повреждения: вмятина на капоте справа, переднего государственного знака, разбито лобовое стекло справа.

Протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с прилагаемой к нему схемой зафиксировано, что место наезда автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО1 на пешехода Потерпевший №1, которое было указано на схеме ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, не соответствует действительности. Согласно протоколу осмотра предметов (видеофайла) от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что место наезда расположено во второй полосе от правого края проезжей части, на уровне ближней границы горизонтальной разметки 1.5 Приложения 2 к ПДД РФ за автомобилем 

<

данные изъяты>. Таким образом, фактически место наезда на пешехода расположено на расстоянии около 495 м от километрового знака 

<

адрес> КАД во 

<

адрес>.

Из протокола осмотра предметов, с фототаблицей, следует, что был осмотрен СД-диск, содержащий видеозапись ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на КАД во 

<

адрес>, который был признан и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства. 

Как следует из протокола осмотра предметов, с фототаблицей, был осмотрен СД-диск, содержащий видеозапись ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на КАД во 

<

адрес>, установлено, что не менее 4,72 секунды для водителя ФИО1 видимость и обзорность на пешехода Потерпевший №1 и стоящие транспортные средства автомобили 

<

данные изъяты>, и 

<

данные изъяты>, ничем ограничены не были, в том числе иным движущимися транспортными средствами. Согласно маркеру времени ДТП имело место в 22 часа 09 минут 14 секунд, непосредственно перед ДТП пешеход Потерпевший №1 находился на уровне ближней границы дорожной разметки 1.5 Приложения 2 к ПДД РФ.

Судом исследовалось вещественное доказательство СД-диск с видеозаписью, на которой зафиксировано, что ДД.ММ.ГГГГ на второй полосе от правого края проезжей части КАД внутреннего кольца стоит автомобиль 

<

данные изъяты>, за которым стоит автомобиль 

<

данные изъяты>, на котором включены габаритные огни и аварийная сигнализация, на удалении от автомобилей на проезжей части находится канистра, водители указанных автомобилей - Свидетель №5 и Потерпевший №1 стояли около задней части автомобиля 

<

данные изъяты>. Спустя 4:30 секунды от начала записи, Потерпевший №1 идёт в направлении выставленной канистры со знаком аварийной остановки в руках. На 5:78 секунды от начала записи в кадре появляется автомобиль 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1, который движется по второй полосе от правого края проезжей части прямолинейно, на 6:94 секунды указанный автомобиль совершает наезд на пешехода Потерпевший №1, при этом автомобиль смещается в левую полосу, на 7:46 секунды пешехода Потерпевший №1, отбрасывает между стоящих автомобилей, автомобиль 

<

данные изъяты> продолжает смещаться в левую полосу. На 9:42 секунды пешеход Потерпевший №1 падает на проезжую часть между стоящими автомобилями, автомобиль 

<

данные изъяты> движется по левой полосе проезжает мимо стоящих автомобилей, после чего на 13:06 секунды перестраивается во вторую полосу от правого края проезжей части и останавливается. На 26:67 секунды водитель автомобиля 

<

данные изъяты> выходит из автомобиля и идет в направлении стоящих автомобилей.

Вещественным доказательством автомобилем 

<

данные изъяты>, у которого установлены повреждения – вмятина на капоте, разбито лобовое стекло с правой стороны.

Согласно заключению эксперта (том 2 л.д. 1-2), при заданных исходных данных, в данной дорожной обстановке, с экспертной точки зрения, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> для предотвращения ДТП должен был руководствоваться требованиями ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ. При заданных исходных данных, в данной дорожной обстановке, с экспертной точки зрения, в действиях водителя автомобиля 

<

данные изъяты> усматривается несоответствии требованиям ч. 1 п. 10.1 ПДД РФ. Решение вопроса о том, располагал ли водитель автомобиля 

<

данные изъяты> технической возможностью предотвратить ДТП, в рассматриваемом случае, не имеет смысла. С экспертной точки зрения, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> располагал возможностью в данной дорожной ситуации предотвратить ДТП, для чего ему было необходимо и достаточно руководствоваться требованиями ч.1 п. 10.1 Правил. 

Согласно заключению автотехнической экспертизы в данной дорожной обстановке водитель автомобиля 

<

данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.10, 10.1 (часть 1) ПДД РФ. С технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля 

<

данные изъяты> имелись несоответствия требованиям п.п. 9.10, 10.1 (часть 1) ПДД РФ; в данной дорожной обстановке водитель автомобиля 

<

данные изъяты> имел возможность предотвратить наезд путем соблюдения требований п.п. 9.10, 10.1 (часть 1) ПДД РФ. 

Согласно экспертным методикам условия видимости и обзорности с рабочего места водителя транспортного средства, а также расстояния, с которого водитель автомобиля 

<

данные изъяты> мог и должен был обнаружить пешехода, с учетом дорожной обстановки, объектов, ограничивающих видимость и обзорность в определенный момент времени, роста водителя и других его индивидуальных особенностей определяются экспериментально, в условиях места происшествия в обстановке, сопоставимой с той, которая сложилась на момент происшествия. Данные расстояния определяются путем проведения следственных действий, органом, расследующим данное происшествие, и не входит в компетенцию автотехнической экспертизы. Версия водителя автомобиля в части того, что непосредственно перед наездом он не обнаружил пешеходов, так как было темное время суток и искусственное освещение, противоречит остальным исходным данным, которые имеются в материалах дела и заданы в постановлении о назначении экспертизы. Оценить состоятельность либо несостоятельность версии водителя автомобиля в части скорости его движения, расположения места наезда на пешехода, его перестроения и остановки, экспертным путем не представляется возможным в виду отсутствия определения данных параметров экспертом в рамках данной экспертизы. С экспертной точки зрения, для водителя автомобиля 

<

данные изъяты> видимость и обзорность на пешехода ничем ограничена не была не менее 4,72 секунды. Оценка действий пешехода специальных автотехнических познаний не требует и может быть выполнена следственными органами или судом самостоятельно, применительно к положениям раздела 4 ПДД РФ. Решение вопросов о причинно- следственной связи между действиями пешехода и наступившими последствиями требуют юридического анализа всех материалов дела, в том числе и заключения эксперта. Такой анализ не входит в компетенцию эксперта-автотехника, а является прерогативой органов следствия или суда. Решение вопроса о соответствии или несоответствии действий водителя автомобиля 

<

данные изъяты> требованиям п.п. 12.6, 7.1, 7.2, 19.3 ПДД РФ в данном случае не требует применения каких-либо расчетов, построения схем или использования других специальных познаний в области автотехники. Его решение может быть проведено следствием путем сравнения действий водителя в условиях места происшествия с действиями, предусмотренными указанными выше требованиями пунктов ПДД РФ.

Тщательно проверив вышеприведенные показания представителя потерпевшего и свидетелей, суд обоснованно признал их достоверными и правильно положил в основу приговора, поскольку они последовательны и согласуются, как между собой, так и в совокупности с другими доказательствами, представленными стороной обвинения. Этому решению суд привел убедительное обоснование, которое не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции. Показания указанных лиц обоснованно признаны достоверными. Отдельные неточности в их показаниях несущественны и не могут являться основанием для признания недостоверными показаний кого-либо из них.

Показания представителя потерпевшего и свидетелей получили надлежащую оценку, при этом суд указал в приговоре, почему он признал достоверными данные показания. Вопреки доводам жалобы стороны защиты, каких-либо существенных противоречий показания представителя потерпевшего и свидетелей признанные судом достоверными, а также другие имеющиеся в деле доказательства, на которых основаны выводы суда, между собой не содержат. Доводы апелляционной жалобы о том, что судом искажены показания свидетеля Свидетель №1, нельзя признать состоятельными, поскольку указанные утверждения не подтверждаются какими-либо объективными доказательствами. Оснований усомниться в правильности изложения показаний свидетелей в приговоре суда не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты показаниям свидетелей, в том числе Свидетель №1, имеющим существенное значение для правильного разрешения уголовного дела, судом дана надлежащая оценка.

Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности представителя потерпевшего и свидетелей обвинения в исходе дела, а также обстоятельств, которые могли бы повлиять на объективность их показаний, как и обстоятельств, которые давали бы основания полагать, что они оговаривают осужденного, по делу не установлено, и суд обоснованно признал данные показания достоверными. Не представлено таких данных и в суд апелляционной инстанции.

Сведения о том, что представитель потерпевшего и свидетели имели причины для оговора осужденного, в деле отсутствуют. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел существенных противоречий, влияющих на выводы суда, в показаниях представителя потерпевшего и свидетелей обвинения.

Вопреки доводам жалобы адвоката, обоснованными суд апелляционной инстанции находит и выводы суда о признании в качестве допустимых доказательств заключений проведенных по делу экспертиз, в том числе судебных автотехнических. Заключения автотехнических судебных экспертиз по делу, в том числе автотехническая экспертиза № от ДД.ММ.ГГГГ не содержат предположений либо противоречивых выводов. 

Экспертам были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, экспертизы получены в соответствии с требованиями действующего уголовно-процессуального законодательства, порядок и производство указанных экспертиз соблюден, заключения экспертов являются научно обоснованными и надлежаще аргументированными, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ. Заключения экспертов как выполненные лицами не заинтересованными в исходе дела, имеющими специальное образование, соответствующую квалификацию, достаточный опыт работы по специальности в соответствующей области, исключает какие-либо основания сомневаться в компетентности экспертов, качестве проведенных экспертных исследований и правильности сделанных выводов. Экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, заключения по форме и содержанию также соответствуют этим требованиям, оснований не доверять изложенным в них выводам не имеется. Выводы экспертов логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования. Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел противоречий между экспертными заключениями, нарушений закона при их производстве, и обоснованно признал экспертные заключения, указанные выше, допустимыми доказательствами и положил их в основу обвинительного приговора. 

Кроме того, заключения экспертов не имели заранее установленной силы. Результаты экспертных исследований по делу суд первой инстанции оценил во взаимосвязи с другими фактическими данными, что в совокупности позволило правильно установить виновность осужденного.

Все собранные по делу доказательства были оценены судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и обоснованно в своей совокупности признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Ни одно доказательство, юридическая сила которого вызывала бы сомнение, не было положено в обоснование выводов суда о виновности ФИО1 Собранные по делу доказательства, подтверждающие причастность ФИО1 к совершению преступления, обоснованно положены в основу обвинительного приговора.

Вопреки доводам жалобы стороны защиты, суд пришел к обоснованному выводу о том, что причиной ДТП послужило именно несоблюдение ФИО1 п.п. 1.3, 1.5, 9.10. и 10. 1 ПДД РФ, и что полученные потерпевшим Потерпевший №1 телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровья человека получены им в результате нарушений ПДД РФ ФИО1, находятся в прямой причинно-следственной связи с ними.

На основе анализа исследованных по делу доказательств суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и верно квалифицировал действия осужденного ФИО1, придя к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного в совершении указанного в приговоре преступления.

Доводы апелляционной жалобы стороны защиты о том, что потерпевший ФИО6 непосредственно перед наездом на него стал смещаться влево к полосе движения, в которую перестраивался ФИО2, а также о том, что потерпевший Потерпевший №1 в момент наезда на него автомобиля под управлением ФИО1 являлся пешеходом, не опровергают правильных выводов суда в приговоре о нарушении ФИО1 п.9.10 и п. 10.1 ПДД РФ, и о доказанности его вины в совершении преступления, за которое он осужден обжалуемым приговором. 

Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре ФИО1 представителем потерпевшего и свидетелями по делу, из материалов дела не усматривается, в связи с чем, приведенные в приговоре показания представителя потерпевшего и свидетелей обоснованно признаны судом достоверными и соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Судом в приговоре дана правильная мотивированная оценка этим показаниям, не соглашаться с которой оснований не имеется.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины ФИО1 недопустимых доказательств, не установлено, равно как не добыто сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия по обстоятельствам дела и сомнения в виновности осужденного, требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. ст. 74 и 86 УПК РФ.

Доказательства, на которые суд сослался в подтверждение вины осужденного, были исследованы в судебном заседании в условиях состязательного процесса, каких-либо преимуществ стороне обвинения, по сравнению со стороной защиты не предоставлялось, председательствующим были созданы сторонам необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, чем пользовалась сторона защиты, участвуя в судебном заседании. Изложенные в приговоре доказательства взаимно подтверждают и дополняют друг друга, не содержат противоречий; являются допустимыми, поскольку при их получении соблюдены все требования уголовно-процессуального закона; относимыми, содержащими сведения об обстоятельствах, являвшихся предметом рассмотрения настоящего уголовного дела, достоверными, не доверять которым оснований у суда не имеется; в своей совокупности доказательства достаточны для разрешения уголовного дела по существу.

Поводов для оговора ФИО1 представителем потерпевшего и свидетелями ни судом первой, ни апелляционной инстанции установлено не было, их показания являются последовательными, не противоречивыми, они взаимно дополняют и подтверждают друг друга, а также соответствуют протоколам следственных действий и иным документам, являются взаимосвязанными, согласующимися между собой, и существенных противоречий не содержат.

Оснований считать кого-либо из свидетелей или представителя потерпевшего лично заинтересованными в исходе дела, либо наличия у них каких-либо оснований к оговору осужденного у суда не имелось. Показания свидетелей и представителя потерпевшего подтверждаются протоколами осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинской и автотехнических экспертиз, другими исследованными в судебном заседании доказательствами по уголовному делу, не доверять которым у суда оснований не имелось.

Несмотря на позицию ФИО1, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что вина осужденного в совершении указанного в приговоре преступления нашла свое полное подтверждение в ходе проведенного судебного следствия. Как следует из приговора, суд учел все обстоятельства, которые могли повлиять на его выводы. Суд, привел в приговоре убедительные мотивы, которые не вызывают сомнений у суда апелляционной инстанции, по которым принял вышеизложенные доказательства и отверг показания подсудимого ФИО1 об отсутствии возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, в том числе с учетом плохих погодных условий, а также в связи с тем, что потерпевший Потерпевший №1 сам нарушил Правил дорожного движения, в приговоре приведены, суд апелляционной инстанции находит их убедительными.

Данная версия осужденного являлась предметом тщательной проверки суда, не нашла своего подтверждения и обосновано отвергнута, как не соответствующая собранным по делу доказательствам. 

При этом суд правильно указал, что эти показания осужденного опровергаются, в том числе показаниями свидетелей и представителя потерпевшего, а также исследованными и положенными в обоснование выводов о виновности ФИО1 письменными доказательствами, в том числе заключениями автотехнических экспертиз, протоколами осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении Потерпевший №1, иными доказательствами, подробно изложенными в приговоре. Оснований для иной, чем дана судом, оценки указанных доказательств приведенных в приговоре, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Показания ФИО1, представителя потерпевшего, свидетелей и другие доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их анализ и оценка изложены в судебном решении. 

Версия осужденного об отсутствии возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, в том числе с учетом плохих погодных условий, темного времени суток, а также в связи с тем, что потерпевший Потерпевший №1 сам нарушил п.2.3.1, п. 7.2, п. 4.1, п. 2.3.4, 16.2 Правил дорожного движения РФ, также как и свидетель Свидетель №5 нарушил п.12, п. 16, п.7.2, п. 16.1 Правил дорожного движения РФ, являлась предметом тщательной проверки суда, не нашла своего подтверждения и обосновано отвергнута, как не соответствующая собранным по делу доказательствам. 

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно сослался в приговоре в обоснование выводов о виновности ФИО1 на протокол осмотра предметов СД-диска, из содержания которого следует, что видимость и обзорность на пешехода ФИО6 и стоящие транспортные средства для ФИО1 ничем ограничена не была, в том числе другими транспортными средствами 4,72 секунды. Содержание данного протокола соответствует исследованной, в том числе в суде первой инстанции видеозаписи, на которой зафиксировано произошедшее ДТП ДД.ММ.ГГГГ с участием потерпевшего Потерпевший №1 и осужденного ФИО1, при этом из данной видеозаписи следует, что на дороге Потерпевший №1 до наезда на него автомобиля под управлением ФИО1 хорошо видно. 

Вопреки доводам жалобы стороны защиты, из заключения автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ответить на вопросы «имел ли водитель ФИО1 возможность избежать наезда на пешехода Потерпевший №1 при движении перед его автомобилем другого автомобиля, либо без такового», а также «мог ли Потерпевший №1 перед наездом на него находиться в зоне, которую ФИО1 не мог видеть» не представилось возможным ввиду того, что в постановлении о назначении экспертизы отсутствовали данные установленные следствием о том: что перед водителем ФИО1 двигался другой автомобиль, а также что непосредственно перед наездом на него пешеход находился в зоне невидимости для водителя ФИО1 

В приговоре в обоснование выводов о виновности осужденного приведены доказательства, свидетельствующие о правильности выводов суда и опровергающие показания осужденного об отсутствии возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, в том числе с учетом плохих погодных условий, а также в связи с тем, что потерпевший Потерпевший №1 сам нарушил Правил дорожного движения.

То обстоятельство, что не проведен следственный эксперимент для определения с какого расстояния водитель ФИО1 должен был увидеть пешехода Потерпевший №1, никоим образом не ставит под сомнение обоснованность осуждения ФИО1 обжалуемым приговором.

Какие-либо не устраненные существенные противоречия в доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. Собранные по делу доказательства, подтверждающие причастность ФИО1 к совершению преступления, обоснованно положены в основу обвинительного приговора. Нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе предварительного следствия, данных о фальсификации доказательств, незаконных методах ведения следствия, судом выявлено не было.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 надлежащим образом мотивирован в приговоре, и каких-либо оснований ставить его под сомнение у суда апелляционной инстанции не имеется. В суд апелляционной инстанции каких-либо новых доказательств, ставящих под сомнение собранные по делу доказательства, стороной защиты представлено не было. 

Всем исследованным доказательствам, суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Правильность оценки доказательств сомнений не вызывает. Судом приведены убедительные мотивы, по которым он признал и положил в основу обвинительного приговора одни доказательства и отверг другие.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ является правильной, основанной на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, получивших всестороннюю оценку суда. 

Обоснования, по которым суд принял во внимание показания вышеуказанных лиц, другие доказательства вины ФИО1, положив их в основу приговора, и отверг показания осужденного о невиновности, в приговоре приведены, суд апелляционной инстанции находит их убедительными.

Вопреки доводам стороны защиты, на стоящем на проезжей части в момент ДТП автомобиле 

<

данные изъяты> была включена аварийная сигнализация, что подтверждается просмотренной в суде апелляционной инстанции записью с камер видеонаблюдения.

Вопреки доводам стороны защиты, из заключения автотехнической экспертизы следует, что оценка действий пешехода Потерпевший №1, а также водителя автомобиля Фольксваген Гольф не требует автотехнических познаний, может быть дана следственными органами применительно к положениям ПДД РФ.

Что касается доводов стороны защиты о том, что сторона обвинения не предприняла мер к допросу в суде свидетеля Свидетель №5, то их нельзя признать состоятельными. Из материалов дела следует, что Свидетель №5 заявлен в списке лиц подлежащих вызову в суд со стороны обвинения. В ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ государственный обвинитель отказался от вызова и допроса в суде первой инстанции в качестве свидетеля обвинения Свидетель №5, заявив об окончании представления доказательств стороной обвинения, по окончании судебного следствия стороны дополнений к судебному следствию, в том числе сторона защиты не имела. 

Нарушения принципов равноправия и состязательности сторон судом первой инстанции допущено не было.

Как следует из протокола судебного заседания, все представленные доказательства судом были исследованы всесторонне, полно и объективно, а заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, по ним вынесены правильные и мотивированные решения. Необоснованного отклонения ходатайств сторон, других нарушений процедуры уголовного судопроизводства, прав его участников, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

Судебное следствие по данному делу проведено полно, всесторонне и объективно, с установлением всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела. 

Сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Доводы, аналогичные тем, которые приводятся в апелляционной жалобе адвоката, были предметом тщательной проверки суда, не нашла своего подтверждения и обосновано отвергнуты, с приведением мотивов принятых решений, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Все обстоятельства, подлежащие в силу положений ст. 73 УПК РФ доказыванию, судом установлены правильно и в приговоре изложены с достаточной полнотой.

В суд апелляционной инстанции каких-либо новых доказательств, ставящих под сомнение собранные по делу доказательства, стороной защиты представлено не было. 

На основании изложенного доводы апелляционной жалобы адвоката осужденного, в том числе о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, существенном нарушении уголовно-процессуального закона и другие, обоснованными признать нельзя.

Судом апелляционной инстанции учитывается заявление адвоката ФИО13, сделанное в суде апелляционной инстанции согласно которому, потерпевший Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ умер, при этом согласно справке о смерти № № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти Потерпевший №1 являются отек головного мозга, последствия травмы головы уточненная, дорожно-транспортное происшествие.

При этом, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ, а также разъяснениями, содержащимися в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 года № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. 

Вместе с тем, в данном случае поводом для рассмотрения уголовного дела в суде апелляционной инстанции является жалоба защитника осужденного ФИО1 на недоказанность его вины в совершении преступления, за которое он осужден обжалуемым приговором. Апелляционных жалоб со стороны потерпевшего, а также апелляционного представления прокурором по данному уголовному делу для рассмотрения в суде апелляционной инстанции не вносилось.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, с учетом смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. 

Суд всесторонне, полно и объективно исследовал данные о личности осужденной, в том числе, что ФИО1 не судим, имеет регистрацию и постоянное место жительства, где характеризуется положительно, не работает, является пенсионером, имеет постоянный источник дохода, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, страдает тяжкими хроническими заболеваниями, на его иждивении находится супруга, страдающая хроническими заболеваниями. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного ФИО1 в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд признал состояние здоровья, наличие на иждивении супруги, страдающей хроническими заболеваниями.

Обстоятельств отягчающих наказание осужденного суд обоснованно не установил. 

В соответствии с требованиями закона суд мотивировал свое решение о назначении наказания в виде ограничения свободы ФИО1

Осужденному ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами назначено обоснованно. 

Назначенное ФИО1 наказание, как основное, так и дополнительное, суд апелляционной инстанции считает справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, обжалуемый приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

ФИО1 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, относящегося к категории небольшой тяжести. 

Согласно п. «а» ч. 1, ч. 2, 3 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.

По смыслу ч. 2 ст. 78 УК РФ сроки давности исчисляются до момента вступления приговора в законную силу приговора или иного итогового судебного решения.

Как следует из приговора, ФИО1 совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ, 18 августа 2021 года. 

Учитывая, что до вступления приговора в законную силу, на момент рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции, срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 264 УК РФ, истек, осужденный подлежит освобождению от наказания, назначенного за совершение данного преступления в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Все другие вопросы в приговоре разрешены в соответствии с законом.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

приговор 

<

адрес> городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить: 

освободить ФИО1 от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 264 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката ФИО13 - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий